Текст книги "Время снять маски (часть 1) (СИ)"
Автор книги: Ханна Сэнс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 30 страниц)
Когда мы пришли к костру, притащив с собой гундящую Джулию (она умоляла нас остаться в кроватях), большая часть школьников уже сидела вокруг костровища. Все радостно поприветствовали нас и подвинулись, освобождая еще место.
– Сядешь со мной? – тихо спросил я у Эммы, вообще ни на что не надеясь.
Она мельком окинула взглядом всех собравшихся, остановив взгляд на Алексе, окруженном Мелани и Джейн. Я подавил возглас негодования. Конечно, мне было известно, что пижон и Эмма не афишировали свои отношения, но, мне кажется, сейчас она могла делать уже, что угодно. А потом списать это на какую-нибудь мигрень или головокружение. Но она только кивнула и села рядом со мной, погрустнев. И тем не менее, мое самолюбие заликовало. На пижона я не смотрел. Слава Богу, что нашу дружбу Эмме не надо было скрывать ни от кого.
Я любил посиделки за костром, они напоминали мне о клубных сборах, когда мы много времени проводили на природе и по вечерам вот так завершали день, подводя его итоги с другими инструкторами и общаясь о разном. Нам с парнями было о чем поговорить. И с ними я был более разговорчивым, чем с остальными, особенно – с Тимом. Но здесь была совсем другая компания. А после такого тяжелого дня общаться мне и вовсе не хотелось. Я наблюдал и слушал, а еще наслаждался компанией Эммы рядом. Говорили о разном, после моего прихода разговоры о победе Красных дьяволов завели вновь, пытаясь вывести меня на конфликт. Но пижон, к моему удивлению, пресек это, объявив, что не соревнование решило итог поединка, а несчастный случай. В этот момент я почувствовал, как напряглись по соседству Джулс с Эммой, подруга сжала ее руку. Другой рукой Эмма держала огромную бадью с чаем, в которую я навел ей свой любимый напиток с сахаром, и кажется, она даже особо не протестовала: делала иногда глотки обжигающе горячего чая и грела о кружку руки. Но в этот момент я заметил, как пальцы ее правой руки начали постукивать по кружке, словно отбивая какой-то ритм. Я часто такое замечал за мамой, когда ее что-то беспокоило. И тут все действительно было понятно и очевидно. Все делали вид, что так и надо, и эту тему с Джейн и ее внезапным желанием получить мяч в неподходящий момент никто не поднимал. Но понимал ли все происходящее пижон?
– Если захочешь – уйдем, – я услышал, как Джулия шепнула Эмме слова поддержки.
Потом разговоры о соревнованиях сменились днем рождения пижона. Мелани в момент поздравлений буквально на коленях сидела у пижона, хотя я и видел, что он старался ее избегать. И даже как будто ему было неловко, но он уверенно держал мой взгляд. Пижон вообще вел себя странно, а его подружка явно делала вид, что между ними что-то есть. Честно говоря, я никогда таких, как он, не понимал. Сколько времени ему и Эмме еще удастся скрывать свои отношения? И почему он это делает? Неужели никто из его многочисленных поклонниц еще не обнаружил, с кем встречается сам Король школы, или как там его прозвали? Все это очень уж подозрительно. Хоть Эмма и уверила меня однажды, что ей тоже выгодно держать их отношения в тайне, но я видел, что она пока больше от этого страдает, чем получает какое-то удовольствие, учитывая эти лобызания и поцелуи пижона с этой Мелани. Это было совсем отвратительно, но сделать тут я ничего не мог. Здесь был и выбор Эммы, и разбираться с этим предстоит ей самой, я же могу только быть рядом с ней и поддерживать, если нужно. Что я и делал прямо сейчас.
Время шло, а когда у костра осталось примерно дюжина людей, включая нас, Джейн и Мелани предложили поиграть в игру. Ну, конечно, это была «правда или действие», тут даже сомневаться не надо было. Я, хоть и не смотрел ромкомы или мелодрамы, но все равно знал, что эта игра ничем хорошим никогда не заканчивается. Ладно хоть не бутылочка. Эмма с Джулией собрались уходить отдыхать, был уже десятый час, но как только они встали, Мелани невинно удивилась:
– Вы уже уходите?
– Мы устали, – серьезно ответила за них Джулия.
Мелани ей не нравилась, она это не скрывала, и за это она вызывала во мне симпатию.
– Не думаю, что мы будем играть долго. Неужто вы боитесь?
Провокация чистой воды. Я хмыкнул, мельком поглядывая на Эмму.
– Мне нечего скрывать, даже если каждый раз я буду выбирать только правду. В отличие от некоторых, моя репутация чиста, – дерзко ответила ей Эмма и уверенно села обратно.
– Вот и отлично! – Мелани словно не заметила подтекста и только улыбнулась.
Эта блондинка вообще не вызывала никакого доверия. Мне понятны были ее мотивы, но я не знал, насколько сильно она осведомлена о том, что происходит между пижоном и Эммой. Джейн же открывалась мне совершенно с другой стороны за эти месяцы. И я удивлялся, как я мог всего этого в ней не видеть.
Перед тем, как до нас дошла очередь, каждый выбирал действия. Такое ощущение, что каждый школьник к восемнадцати годам накопил какие-то жуткие и сверхсекретные сведения о себе, что поделиться ими с кучкой таких же школьников, которые завтра же все забудут, – на грани возможного. Как итог, мы были свидетелями кульбитов толстяка Сэма, забавных танцев Джейн и даже до безобразия ужасного пения Уилла. Нет, с ним в комнату сегодня я ни ногой. Только когда он уснет. Мне достался до ужаса приторный вопрос, когда я первый из всех выбрал правду.
Мелани спросила:
– Ты любил по-настоящему когда-нибудь?
Ну что за вопрос. Хотя, может, такое и интересно девушкам?
– Да.
Вот так просто. Вот если бы она спросила, люблю ли я сейчас, то это могло вызвать какой-то интерес, но это же было слишком просто и даже скучно. Эмма рядом как-то взбодрилась и явно с интересом смотрела на меня, только вот я не поворачивал голову в ее сторону. Джейн же томно заулыбалась, словно мой ответ был адресован ей, но уточнять я ничего не стал. Давно привык отвечать только на поставленные вопросы. Все остальные только одобрительно заулюлюкали, а девчонки завздыхали.
Эмма тоже выбрала правду. Еще бы. И Мелани пропела:
– Ты с кем-то сейчас встречаешься?
Эмма на секунду задумалась. Алекс, который сидел прямо напротив нас, еле заметно покачал головой, чтобы Эмма не вздумала выдавать их. Но она и не собиралась, разумеется.
– Нет, – соврала она, глядя той прямо в глаза.
Искорки от костра кружили возле наших лиц, а потом поднимались высоко-высоко в небо. Я привык проводить вечера у костра за разговорами по душам, а не за разведыванием обстановки, кто с кем встречается в старшей школе.
– Ты говоришь правду? – уточнила Джейн.
– Она же сказала, – вклинился я, чтобы скорее свести на нет этот неловкий момент.
Эмма молчала. Только сильнее сжимала кружку и, гордо подняв подбородок, смотрела Джейн прямо в глаза, не собираясь повторять один ответ дважды.
Тут Джейн хищно расплылась в улыбке, как в моем сне.
– Ну, тогда, милая Эмма, вынуждена сказать, что это наглая ложь! У меня есть даже подтверждение этого. И тебе придется выполнять наказание.
– О чем это ты? – осторожно спросила Эмма.
Она смотрела на Алекса в надежде найти поддержку, но он молчал, внимательно следя за перепалкой. Я же говорил, это плохая игра.
– Да. У меня доказательство того, что ты была со своим парнем у себя дома ночью, пока твоя мама была… – она выдержала паузу, – в командировке.
О господи, и тут я наконец понял, о чем речь. А еще я понял, что они пытались все это время стравить меня с Алексом и явно выставить Эмму не в лучшем свете. Сделать так, чтобы все это вскрылось.
– Да о каком парне вообще идет речь? – вмешался Алекс, как будто бы невзначай, потому что речь шла не о нем, конечно, но ему было дико интересно.
Я же хотел провалиться под землю, ибо все последующее было неизбежно. Попахивало катастрофой.
– О Джеймсе, конечно, вот он же рядом с ней сидит как раз, – отчеканила Мелани. – Джейн, покажи доказательство.
Все зашушукались, переглядываясь. Но мы с Эммой не смотрели друг на друга, мы оба прекрасно знали, о какой ночи идет речь, но только как...
Джейн потянулась за телефоном, приговаривая:
– А вот это была твоя оплошность, Джеймс, что ты все еще делился со мной своей геометкой. У тебя нет оправданий, Джеймс. Ты строишь из себя такого святошу с принципами, а сам ночевал в доме Эммы после вашего «мастер-класса». Эмма, а ты та еще шлюха, получается! – Джейн развернула ко всем экран телефона, показывая какой-то скриншот.
Вот черт.
– Ты больная, Джейн? – процедил я, стараясь контролировать себя, хотя руки так и сжались в кулаки.
Пижон тоже не оставался в стороне, только его гнев бы направлен на Эмму:
– Что за хрень, Эмма? Это правда?
– Я не… – начала она, а руки у нее затряслись, снова выстукивая на кружке только ей известный ритм.
– Ей нечего сказать тебе, Алекс, потому что она шлюха! Встречается с Королем школы и успевает еще трахаться с новичком, с твоим врагом, – Мелани показала истинное лицо.
Кажется, все присутствующие коллективно ахнули. Я будто герой ток-шоу, правда. Вот только на деле это не так интересно.
– Мел, хватит… – Пижон пытался остановить разъяренную подружку, которая на всю округу трубила о секретах своего якобы друга.
– А тебе она дала? – повернулась она к нему.
Пижон плохо скрывал свои чувства, он молчал и явно не ожидал такого нападения.
– Это тебя не касается. Вообще никого из вас, – выдавил он, а я сильнее стиснул челюсти.
– Вот видишь! Так что не удивительно, что ты прыгнул ко мне в койку на дне рождения, когда твоя «девушка» за все это время не отдалась тебе ни разу! Зато ее «друг» опередил тебя, Алекс! – она ткнула пальцем в мою сторону. – Может, он и получше ее ублажает…
– Но я не… – тут уже пытался оправдаться пижон, глядя на Эмму.
Забавно, как они поменялись местами. Теперь пижон прятал глаза. Похоже, в раю были проблемы, и я совру, если скажу, что не рад этому. Но только Эмме было больно. А значит, и мне тоже.
– Я ничего не помню, я напился вдребезги! – пытался он оправдаться, глядя на Эмму.
Кто подумал, что это сорвалось с уст Мелани случайно, тот явно не понимал происходящего. Пижон закрыл руками лицо, видимо, от стыда. Я вообще выпал в осадок и словно в замедленной съемке медленно повернул голову в сторону Эммы. Хоть все и знали теперь наш тот секрет, и никто бы не поверил нам, что мы не спали в тот день, но мы сами это знали. И это нам двоим было достаточно. Чего нельзя было сказать о пижоне с подружкой, уж там точно не только дружба была… Лицо Эммы исказила гримасы отчаяния, грудь тяжело вздымалась, а глаза начали предательски быстро моргать, смахивая появляющиеся слезы. Она встала и обратилась к Алексу:
– Ты смеешь меня обвинять после этого?! Я тебе верила, Алекс! С меня хватит.
Она повернулась и бросилась бежать прочь. Второй раз за сегодня.
Кажется, я ошибся, полагая, что вечер у костра спасет этот день…
– Эмма, подожди! – крикнул пижон и бросился за ней.
Но тут я опередил его и сильно толкнул, сбив с ног. Даже сам не понял, как тело моментально встало на защиту Эммы, так же, как и днем.
– Ты подонок, каких еще поискать! – выплюнул я ему в лицо, схватив за шкирку.
– Мы просто «друзья»! – спародировал он слова Эммы, сделав ударение на последнем слове.
Он налетел на меня и повалил на землю. Глаза его сейчас пылали такой брезгливостью и ненавистью ко мне, но я тоже не был к нему равнодушен.
– Ничего и не было. Ты слушаешь двух ревнивых куриц и веришь им. Спроси у самой Эммы!
– Я видел, как ты на нее смотрел! – прошипел он и схватил меня за воротник.
– Ничего не было – повторяю последний раз, – с нажимом ответил я.
Я перекатился, и он оказался подо мной. Все внутри закипало от желания выплеснуть свои эмоции. Ненависть к нему так долго жила внутри, и это дурацкое состязание сегодня вообще не помогло хотя бы немного умерить пыл.
– А ты?! Это как же надо было надраться, чтобы не помнить, в какую вагину ты пристроил свой член?! – я наконец смачно съездил ему по лицу, испытывая внутри сильное удовлетворение.
– Да пошел ты! – он с силой оттолкнул меня, сбросив с себя. Встал, отряхнулся, сплюнул на землю и повернулся ко мне: – Это тебя не касается.
И побежал вслед за Эммой. Он был не прав: это дело теперь стало и моим, раз я оказался впутан в их отношения. Но повлиять на это сейчас я никак не мог. Им нужно поговорить, я понимал это. Эмма была в него влюблена, несмотря на всю его репутацию ловеласа. И любая другая не ожидала бы от него верности. Но это была Эмма, которая вечно верила в лучшее в людях… И чем закончится их разговор сегодня – одному богу было известно.
Но у меня была еще одна проблема, которую пора уже решить.
Глава 35. Детали пазла
Джеймс
Саундтрек : James Smith – Little love
Я вернулся обратно к костру. Кулаки сжаты, я был сильно напряжен и взвинчен всей этой ситуацией. И собирался обратить свой гнев на зачинщиков этих разборок. Я не обратил внимания на всех шушукающихся, а резко подошел прямо к Мелани с Джейн, которые явно были довольны собой.
– Вы – мерзкие суки! – я был зол. – Джейн, я такого от тебя не ожидал и даже не думал, что ты способна на такую подлость.
Мелани обидчиво выпячила губы напоказ и закатила глаза. А Джейн вовсе не думала оправдываться, ее глаза пылали от каких-то непонятных мне эмоций, она резко встала и ткнула мне пальцем в грудь, сказав:
– Я еще тогда на маскараде поняла, что это не просто танцы.
– Что? – мне кажется, я сегодня не догонял целый день. – Причем тут маскарад вообще?
– Ты с ней танцевал и потом сразу же начал встречаться в школе, как перевелся! Думаешь, я не знала, что ты из-за нее перевелся? – продолжала она наступление, а я только растерянно моргал.
– Джейн, у тебя с головой проблемы! – зашипел я на бывшую девушку, мне было уже плевать на то, что для всех остальных мы были как сериал, но всему этому пора было положить конец. – Я Эмму в глаза не видел до сентября!
– А ты быстро научился врать, Джеймс. Раньше у тебя это плохо получалось, – она наклонила голову набок, а на лице заиграла омерзительная улыбочка, опять точь-в-точь как из сна. – Или ты думаешь, что девушка никогда не найдет информацию о той, с которой ее парень танцевал не один танец?
До меня все еще доходило. Гнев прошел, осталось только непонимание. Я глухо спросил:
– Тогда я танцевал с Эммой?
– Господи, Джеймс, ты слепой, что ли? А говоришь, у меня проблемы. С собой разберись, – Джейн вглядывалась в мое лицо, пытаясь понять. – Я знала, что между вами что-то было, и в тот день, когда она написала мне, я засомневалась, а вечером, проверила твою локацию и… Упс. Дальше ты все знаешь сам.
– Мы просто друзья, а тебе знать, что произошло в тот день, вовсе необязательно. Или ты думаешь, что люди, оказавшиеся в одном доме, обязательно должны переспать? В твоей вселенной это так работает, да?
– Рассказывай, Джеймс! – она поморщилась, словно не веря ни единому моему слову и моему удивлению. – Как ты со мной, так и с твоей подружкой. Или она вовсе не твоя подружка, я не понимаю, вы там разберитесь уже…
Я не стал с ней дискутировать дальше, в теле появилась какая-то адская слабость от всех этих новостей. Я повернулся и побрел куда глаза глядят, туда, где смогу побыть один. В голове не укладывалось все сказанное за сегодня.
Эмма была той девушкой в маске? Что же там произошло, что она так неслась с четвертой космической скоростью? Я не помнил ничего из того вечера, кроме вылитой колы, разговора в туалете и наших танцев. А знала ли Эмма, что это был я? Если знала, почему не сказала?
Вдруг я почувствовал себя обманутым этой жизнью, которая преподнесла мне удивительную девушку-ракету на один день без возможности продолжить общение, а потом я не смог распознать ее в этой отличнице-болтушке. Какая-то злая шутка. Я дважды влюбился в одну и ту же девушку и дважды ее потерял…
Я сел на бревно недалеко от того бассейна, устало опустил голову на колени и начал размышлять, снова и снова прокручивая в голове все события сегодняшнего дня. Попутно я старался избегать мыслей о том, как проходил разговор Эммы и пижона. Я надеялся, что она сможет отстоять свою честь и разорвет их отношения. Но что-то во мне сомневалось. Уж больно непоследовательна и непредсказуема она была, когда дело касалось этого типа.
Через несколько минут, а может, часов (я потерял счет времени), ко мне подсела Джулия. От неожиданности я подпрыгнул и не сразу разглядел ее в темноте, глаза мои все время размышлений были закрыты.
– Я тебе верю, – начала она. – Слишком хорошо знаю Эмму, чтобы сомневаться в ее верности этому… уже даже слова подобрать не могу.
– Ты не одобряешь парня своей лучшей подруги? Неужели твоего слова было недостаточно, чтобы Эмма прислушалась к тебе?
Какое-то время Джулия молчала, я даже подумал, что перегнул палку и за этим молчанием стоит что-то еще, но потом она все-таки ответила:
– У них всегда были непростые отношения. А она всегда его любила, или думала, что любила. Она не встречалась за эти годы ни с кем, все надеясь, что Алекс обратит на нее внимание. И я даже не думала, что это случится. Особенно тогда, когда у нее стало получаться понемногу его забывать. Но это, конечно, было непросто после того случая, – Джулия закусила губу, поняв, что сболтнула лишнего.
– Какого случая? – зацепился я.
Молчание. Снова. Она только взрывает снег с землей носком ботинка. Думает, говорить или нет. Но я не намерен сдаваться.
– На сегодня, кажется, хватит уже тайн. Теперь это и меня касается, не думаешь?
– Да, пожалуй, – согласилась Джулия, вздохнув. – Тогда, на маскараде, она ждала его весь вечер. Алекс сам ее пригласил, в тайне ото всех. Как всегда! – она ухмыльнулась. – Но он заявился пьяный с этой Мелани в обнимку, которая поцеловала его напоказ там. Алекс заметил Эмму, наговорил ей гадостей, она и удрала, врезавшись, как оказывается, в тебя… А потом они не виделись все лето, он не писал ей и не звонил, так и не извинился. А в сентябре сделал вид, что ничего вообще и не было.
– Ну дела, – только и ответил я, переваривая все.
Мы сидели какое-то время молча.
– Знаешь, она искала тебя вообще-то. И я. Но мы так и не нашли, ты был другим немного, кажется. А еще ты ей снился. Много раз.
– Она мне тоже. И я тоже искал ее, – в горле жгло от этих ее слов, который должны были приятным теплом разливаться по телу, а походили на гадкую микстуру.
– Думаю, надо ей сказать.
Я знал, что так будет правильно и честно. Но впервые в жизни считал, что это не принесет никакой пользы сейчас, и уж тем более не освободит ни Эмму, ни меня.
– Не согласен, – Джулия удивленно повернулась ко мне. – Что это изменит? Она с пижоном. А я опоздал.
– Кто знает, после сегодняшнего вечера, Джеймс! – настаивала она на своем.
– Тогда завтра и решу.
Джулия не нашлась, что ответить. И я знал, что она точно не скажет Эмме, по крайней мере, сейчас. Как бы сильно она не ненавидела Алекса и не любила Эмму, вмешиваться сейчас в их разборки с новостями полугодовой давности точно не стоит. Но, если вдруг они все-таки расстанутся, я скажу. Обязательно признаюсь.
Надо ли говорить о том, что всю ночь я не сомкнул глаз? Я думал об Эмме, пижоне и обо мне. Все это казалось нелепым, хотелось поставить все события на паузу и просто замереть на несколько мгновений. Танцы с ней были самым приятным воспоминанием последних месяцев, моим путем к свету. Но что, если им так и суждено остаться просто воспоминаниями?..
Глава 36. Начать с чистого листа
Алекс
Саундтрек: Jacob Banks – Unkown
Я нагнал ее только у главного входа в корпус.
– Эмма, нам надо поговорить. Не уходи вот так! Пожалуйста! – пока я выяснял отношения с Мрачным типом и спешил за Эммой, мое возбуждение немного умерилось, и я старался говорить спокойно.
Она не стала долго ждать моих уговоров, слава богу, и повернулась сразу, не дожидаясь, пока на мои мольбы соберется целая толпа зевак. Нам, кажется, хватит и тех, что собрались у костра, чтобы завтра об этом узнала вся школа. Она молча смотрела на меня. Этот ее взгляд был мне еще не знаком. Там была и обида, и боль, и ненависть. К такой Эмме я не привык. А еще по ее щекам струились слезы, а глаза уже сильно опухли и покраснели. В этот момент я сглотнул ком в горле и почувствовал сожаление. Когда успело все так изменится? Две недели назад все вроде было так хорошо, а сейчас…И откуда у нас столько секретов друг от друга?
– О чем ты хочешь поговорить, Алекс? Расскажешь мне о том, как Мелани сама на тебя напрыгнула, а ты ничего поделать не смог? Я не поверю ни единому твоему слову. – она сложила руки на груди, а лицо выражало упрямое недовольство. – Она вьется около тебя все эти годы, а в последнее время – особенно. И ты даже не дал ей понять, что ты занят. Это многое говорит о наших отношениях, даже если не учитывать тот факт, что вы переспали. А так и говорить не о чем.
– Ты права, – согласился я, а Эмма явно опешила, не ожидая, что я так быстро сдамся. – Я только недавно осознал, что она все эти годы надеялась на что-то большее.
Я умолчал о том, что глаза на это мне открыл отец, а не я сам пораскинул мозгами.
– Как и все твои поклонницы, Алекс! – с досадой выкрикнула она. – Как и я. И теперь я очень жалею обо всем.
– Давай я расскажу, что я помню с той вечеринки, ты меня выслушаешь, а потом будешь делать выводы. Я имею право высказаться.
Она какое-то время думала, а потом молча прошла мимо меня и подошла к одной из лавок, натянула ниже к ногам пуховик, и не счищая снег, села на край. По ее позе было понятно, что долго оставаться тут она не намерена. Вопросительный взгляд на меня позволили мне начать. Я оперся о дерево рядом: решил, что не стоит сейчас нарушать ее личное пространство, разделяя с ней одну лавку. И я начал свой рассказ. Рассказал ей все, включая разговор с отцом и его намерение женить меня на Мелани. Рассказал о том, почему пренебрег свои правилом и выпил больше. Я не только не хотел отказывать подруге в ее день рождения, но и чувствовал себя отвратительно, сделав несколько важных открытий после разговора с отцом. И, конечно, закончил тем, что проснулся в одной кровати с Мел, а она делала вид, что у нас что-то было, хотя я, как ужаленный, выскочил из кровати уже спустя несколько секунд, как пришел в себя.
– Но я ничего не помню. Поверь, если бы что-то было, я бы точно это запомнил! Тем более, я никогда бы не полез к ней будучи в том состоянии, в котором я был. И я хранил верность тебе, все это время, – как-то нелепо закончил я и замолчал.
Эмма закинула ногу на ногу и поджала губы.
– Премного благодарна, – отрывисто сказала она. Этот тон был похож на тон директрисы, я к такому не привык и поежился. – Я не понимаю, как можно напиться до беспамятства и не помнить, где ты и что ты делаешь?
– Ты говоришь, как твой Джей. У него набралась? – я не мог сдержать язвительности. Она отчитывала меня, явно глядя свысока.
– Джеймс. Нет, – резко ответила Эмма. – Это всецело МОИ мысли.
– Я облажался. Я виноват, я не спорю, – попытался подвести итоги я. – Но я к ней ничего не чувствую. И я даже был бы не в состоянии что-то сделать с ней… физически… в таком опьянении.
– Ой, избавь меня от подробностей.
– Эмма, ты тоже не права! – начинал закипать я от ее надутого вида. – Тебе, как мне кажется, тоже есть что сказать!
Она замолчала. Потом шумно выдохнула и начала:
– Прежде чем, обвинять меня в том, что ты услышал от своей якобы подруги, надо было спросить у меня и ДОЖДАТЬСЯ моего ответа. А потом уже делать выводы.
– Такого же отношения я прошу и к себе, – парировал я.
Она устало вздохнула и потерла пальцами виски. Сейчас я мог, наконец, ее разглядеть, не пытаясь одновременно защищаться. Мокрые дорожки от слез блестели в лунном свете. В волосах застряли маленькие веточки и сухие листья, шапка съехала набок, но ей было не до этого. Она подняла голову и посмотрела на меня снова. Этими чистыми преданными глазами, которые как бы без слов говорили: «Я тебе не вру, поверь мне». Услышав обвинения Джейн, я опешил от неожиданности. За эти годы она была исключительной паинькой и суперответственной и честной девушкой. Она всегда была недостижимым идеалом морали. В отличие от меня.
Какое-то время мы молчали, глядя на деревья и падающий снег, я ее не торопил.
– Это был день последнего мастер-класса по самообороне, – начала делиться Эмма. – Но Джеймс не пришел. Это не было на него похоже. И я пыталась узнать, где он, обратилась в том числе и к Джейн, она направила меня к его наставнику из клуба. Он сказал, где он может быть, и мы вместе его нашли. У него случилось несчастье в семье, и он сильно переживал…
– Что именно случилось? – уточнил я.
– Ему было очень плохо. И ему нужна была помощь. Тим, его наставник, не мог побыть с ним, поэтому мы отвезли Джеймса ко мне домой. Мама как раз на тех выходных уезжала.
– Удачное стечение обстоятельств, – честно, я пытался сдержаться, но не мог.
И, если Эмма верила в то, что говорит, мне это все казалось каким-то нелепым. Взрослый парень, который может сам за себя постоять, ищет поддержку в девчонке, которой самой нужна чья-то защита? Что-то не сходится.
– Но это правда, Алекс! Да, он остался до утра, но спал на диване в гостиной. А утром он ушел, – она развела руками, как бы завершая рассказ.
– А почему ты мне об этом тогда не рассказала? – мой голос был хриплым от подорванного доверия и ощущения, что я обманут.
– Потому что знала, что ты отреагируешь вот так. Ваше вечное противостояние… я знала, что ты не сможешь отреагировать адекватно.
– А почему он не поехал к себе домой? Я не могу понять этого, Эмма, – в моей голове было так много вопросов.
– Ему нельзя было домой. Все, что я могу тебе сказать.
– Это что, ваш общий секрет? – поморщился я, явно давая понять, что не в восторге от этого факта.
– Ну называй это так. То, что мы с тобой встречаемся… или встречались, уже не знаю…– она делала огромные паузы, а наличие здесь прошедшего времени вообще не добавляло позитива в и так напряженный разговор, – не дает мне права раскрывать личные секреты своих близких друзей.
– Ты знаешь, что я ему не доверяю!
– Тогда доверяй мне, – глаза ее теперь смотрели прямо в мои. – Пожалуйста. Я, как и ты, не могу доказать свою правоту. И мне остается только просить тебя поверить мне. И сделать то же самое для тебя. Только так, Алекс.
Я задумался. Логика и ум снова преобладали над чувствами внутри меня, буря стихала. Эмма была права. Я пытался вспомнить что-то, о чем еще говорили Джейн и Мел, но все это упиралось в пустые домыслы. Я был так разочарован в Мел. Ее внезапное сближение с этой Джейн в этом году, их участие в активе с идеями, шушуканья, появление Джейн в моей команде, такое показушное внимание Мел ко мне в школе – все это было вызвано ревностью двух обиженных девушек. И, если бы я верил в нас с Эммой с самого начала и не делал бы из наших отношений тайну, может, всего этого бы не было? Я так доверял Мел и искренне полагал, что она всегда спросит у меня, если ее будет что-то интересовать, но она пошла другим путем, строя козни и распуская сплетни. Но теперь я понимал, что между нами уже все кончено. Никакая дружба не была возможна после такого предательства.
– Мне жаль, что тебе пришлось видеть это поведение Мел. То, что она сделала, непростительно.
– Алекс, да, но ты ей потакал! И это куда серьезнее. Ты не можешь сейчас возложить всю вину на нее.
– Я должен был четко обозначить границы нашего поведения друг с другом.
– Именно.
– Почему ты молчала о том, что тебя это смущает?
– А тебя самого это не смущало? Это для тебя в порядке вещей? – снова вспылила Эмма.
– Я… я не имел опыта серьезных отношений. Не хочу сказать, что меня это оправдывает, – хотя именно это я и пытался сделать сейчас. – Но, только со стороны, сейчас я понимаю: это было неправильно по отношению к тебе. Я хотел, чтобы у нас с тобой было все иначе, но сделал только хуже.
– У вас еще что-то было, кроме того, что она сказала сегодня?
– Нет.
Мы замолчали. Мне хотелось верить, что мы все обсудили. И я был бы даже рад, если бы она сама попросила меня не общаться с Мел больше, я сам этого хотел. Но она знала, что взамен я попрошу то же самое о ней с Макэвоем.
– Я хочу тебя спросить еще кое-о-чем, – вдруг нарушила тишину Эмма, – тогда на маскараде…
Я понял, о чем она, я тоже давно хотел ее спросить. И, похоже, время настало, раз сейчас мы так сбрасываем маски.
– Ты пришел с ней, – она поморщилась, явно намекая на Мел. – Я прождала тебя так долго. А ты пришел пьяный под ручку со своей подружкой и унизил меня. Что произошло тогда, Алекс? Ты специально меня пригласил, чтобы вот так выставить меня дурой, одной из многих, кто хотел быть с Алексом Вайлдером, но никогда не получит его?
– О боже, не делай из меня такого злодея, Эмма. Как я видел, ты сама не грустила и была уже в компании, когда я заявился туда, – смутные воспоминания всплывали перед глазами или я рисовал их сам.
– Алекс, ты издеваешься? – кажется, наш конфликт набирал обороты с новой силой. – Я ждала тебя весь вечер, я была так рада твоему приглашению!
– Но ты танцевала с другим! – выкрикнул я, злость на нее за тот поступок, которая долгая время сидела внутри, рвалась на волю.
– Да потому что ты меня унизил своей выходкой, я проревела в туалете полчаса, а потом этот парень, которого я облила колой после твоих слов, пригласил меня танцевать! И я нашла в себе силы сделать этот вечер не таким поганым.
– Ты не с ним пришла? – правый глаз предательски задергался.
Она вздохнула, встала и подошла прямо ко мне.
– Я никогда бы так не поступила с тобой, хотя ты всегда вел себя как полный козел по отношению ко мне, – она стояла достаточно близко, из-за чего ей приходилось смотреть снизу-вверх, но даже при этом мне было не по себе.
Слова ранили, открывая мне тот мой образ, который я создал для всех. И для нее тоже.
– Я напился тогда. Опять. И поругался в тот день с отцом. Опять. Я снова чувствовал себя ничтожеством, которое ничего не добьется в этой жизни. И прийти на вечеринку к тебе, такой успешной, с большими планами на эту жизнь и амбициями, – было выше моих сил. Я выбрал протоптанную дорожку. Но что именно я тебе сказал, я не помню, Эмма. Я так напился, господи, что все рассказали мне на следующий день только Сэм, Эйден и Мел. Я не помнил ничего.
–. И ты, конечно, снова поверил всем, кроме меня. Показательно, не правда ли?
– Похоже, я дважды совершил одну и ту же ошибку.
– Ладно, что я узнала правду сейчас, а не через пятьдесят лет, – она горько усмехнулась. – Мне очень жаль, что ты так плохо думаешь о себе, и что слово отца способно так выбить тебя из колеи. Это неправильно. Но и со мной ты тоже поступил неправильно, Алекс.
Я молчал. Я так сильно накосячил и даже не знал, можно ли это простить. И более того – боялся даже просить об этом.
