Текст книги "Время снять маски (часть 1) (СИ)"

Автор книги: Ханна Сэнс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 30 страниц)

Глава 30. Иллюзия выбора

Алекс

Саундтрек: Always Never – Wylin’

Я чувствовал себя отвратительно. Мало того, что так некрасиво поступил с Эммой, так и вовсе в глубине души не хотел идти на эту вечеринку. В тот момент, как отец вновь завел разговор о Мел в качестве будущей жены, я чуть не поперхнулся. Он и раньше говорил об этом, но это было в качестве обычных подтруниваний. Но в этот раз, похоже, он был настроен серьезно. И он вернулся к этому разговору еще и в день вечеринки. Отец, как бы невзначай, подошел ко мне утром и небрежно положил передо мной крупную пачку наличных.

– Купи ей украшение. Такие, как Мелани, любят побрякушки. Ник отвезет тебя в тот ювелирный, где обычно беру подарки я. И не забудь про цветы.

– Мел не любит цветы. И эти украшения… Я вообще не знаю, что ей нравится.

– Ей понравится все, что ты ей подаришь. Но украшения – серьезный жест и намек на продолжение. Сделай все, как надо, Алекс, и она будет твоей до конца жизни. Она до безумия красива, ровня тебе, неглупа, но никогда не будет лезть в твои дела в будущем, если ты организуешь ей какой-нибудь маленький бизнес.

– Ты так и от мамы откупаешься?

Он промолчал.

– Женишься на ней, а потом делай, что хочешь. Хоть трахай любую встречную, хотя, я думаю, такая, как Мел, с удовольствием удовлетворит все твои запросы.

Мне хотелось послать отца, но я только с усилием проглотил подступивший к горлу ком. Только когда он ушел, я подошел к деньгам и долго-долго смотрел на них, думая, стоит ли взять и распорядиться ими так, как он сказал. Он был помешан на деньгах и статусе, который они дают. Но в чем-то он точно был прав. Мел всегда из всех парней выбирала меня. Это понимание словно лавиной внезапно обрушилось на меня после этого разговора. И я начал вспоминать те детали, на которые раньше не обращал внимания.

Я осознал, что она встречалась с другими парнями только тогда, когда я был занят. И только стоило мне оказаться одному, она сразу оказывалась рядом, ссылаясь на то, что ее новый бойфренд был козлом, идиотом или кем-то еще. Как бы мы не строили из себя с ней друзей с привилегиями, в глубине души я знал, что Мел хотела быть со мной. Вот только я не хотел ее в качестве жены, партнера на жизнь или кого-либо постоянного. Я ничего к ней, кроме дружбы и физического влечения, не чувствовал. И то дружба наша в последнее время стала какой-то «по инерции», а секса не было уже давно. Так кем мы были друг для друга тогда?

Перечить отцу я был не готов. По крайней мере, пока. Поэтому деньги все-таки взял, но над подарком еще думал. Так интересно было наблюдать за отцом. Мама его все еще любила, а он ее? Когда любят, так себя не ведут. Даже я это понимал, хотя никогда не любил никого. Наверное, если бы он любил маму, то не втягивал бы меня сейчас в брак по расчету. В такие моменты мне отчаянно хотелось быть ребенком в простой семье, без больших амбиций и денег, без семейных бизнесов и многомиллионных проектов. Я хотел почувствовать эту свободу: быть собой и принимать свои решения.

И сегодня я все-таки решил сделать все по-своему: не купил Мел ни цветов, ни украшения. Я подарил ей путевку на горнолыжный курорт в декабре. Она прекрасно каталась на горных лыжах, как и вся ее семья, и в этом подарке я был уверен на сто процентов. Я выбрал то, что радовало её, но не связывало нас ничем. Подарок-дистанция.

Мел завизжала от радости и прыгнула на меня, обвив мой торс ногами. Когда я стал чувствовать неловкость от этих ее проявлений любви? Когда понял, что между нами нет дружбы? Или когда появилась Эмма?

– Мы поедем вдвоем? – с надеждой спросила Мел.

На ней было очень короткое платье-мини темно-фиолетового оттенка, волосы были собраны в кудрявый хвост, а каблуки были настолько высокие, что она теперь была даже чуть выше меня. Она выглядела потрясающе, я намеренно старался смотреть ей в глаза, а не блуждать взглядом по ее формам, не смотреть на очень короткое платье, которое каким-то чудом не задиралось выше при каждом ее движении. И даже это платье не помешало ей запрыгнуть на меня. Черт, отец был прав насчет нее. А я всего этого не видел. Я думал, нас двоих устраивали такие отношения…

– В этот раз я не смогу, Мел. Но ты отлично проведешь время и без меня! – уверил ее я, но, конечно, она сразу погрустнела, но так надо было, так было правильно.

– Ладно, – отмахнулась она, явно в тайне надеясь уговорить меня в дальнейшем на эту поездку.

Она взяла меня за руку и потащила в эту толпу друзей-приятелей. Как обычно, богатые детки вроде нас с ней не привыкли праздновать дни рождения в компании близких и лучших друзей, мы закатывали шикарные вечеринки, на которые приходила такая толпа людей, что мы не знали даже и половину. Но каждый из приглашенных гордился тем, что был здесь, и нас радовала возможность покрасоваться и показать статус. Я никогда особо не горел желанием закатывать вечеринки на полгорода, но у нас так было принято. Меня не поняли бы, если бы я, имея кучу денег, не собрал всех, кого можно, и не потратил на это баснословную сумму денег родителей. Так что у меня была только иллюзия выбора.

Я столько раз бывал у Мел, что меня нечем было уже удивить. Псевдодрузья сидели в бикини и плавках у бассейна, распивая коктейли и пиво, часть людей тусовалась на танцполе под музыку крутого приглашенного диджея, часть – играла в покер на раздевание. Каждая зона была отделена от другой шикарными высокими аквариумами, в которых наблюдали за всем происходящем редкие экземпляры рыб. Сэм и Эйден, конечно, тоже пришли и уже располагались выше на диванчиках, потягивая виски с колой.

– Бро, здорово! Теперь, когда ты пришел, можно уже покрепче! – Сэм похлопал меня по плечу, когда я опустился рядом.

– Да я, на самом деле, не особо хочу веселиться. Настроения нет, – отозвался я.

– Слушай, чувак, тебя в кои-то веки отпустили предки на вечеринку в этом году, давай оторвемся по полной, а? Ты и так в последнее время не в духе, – Эйден явно был настроен решительно.

– А где Мел? Может, она выпьет с нами? – спросил Сэм.

– Наверняка, встречает гостей. Но, между нами, Алекс, – обратился ко мне Эйден, наклонившись поближе. – Тебе очень повезло владеть такой крошкой. Из нас всех она выбрала тебя, чувак. А она просто секси! Сегодня я бы на твоем месте от нее вообще не отлипал, она шикарна.

– О да! – мечтательно протянул Сэм.

Говорить об этом мне вовсе не хотелось, мне хватило речей отца, поэтому я просто согласился:

– Что есть, то есть, парни.

В эту минуту, как по мановению волшебной палочки, материализовалась Мел, подсела к нам, закинув ногу на ногу, и коротенькое платьице стало еще короче. Оно было настолько на грани, что я мог бы даже разглядеть цвет ее трусиков, если бы только опустил взгляд. Я сглотнул. Этот вечер ни к чему хорошему не приведет. Надо держать себя в руках и не пить лишнего.

– Парни, я требую, чтобы сегодня все было по-моему! Теперь мне можно все! – она подмигнула мне и опрокинула стопку.

Отказаться пить в такой ситуации я, конечно, не мог. Я выпил один и второй шот за Мел. Я всегда пьянел очень быстро, поэтому старался контролировать себя и то, сколько я пью. После двух шотов я решил остановиться сегодня. Друзья общались между собой, а я достал телефон. Эмма еще ничего не написала, и мое отправленное ей два часа назад сообщение было все еще не прочитано. На часах девять вечера, и я немного волновался за нее. Мне хотелось, чтобы она появилась в сети или ответила, наконец, мне, чтобы я успокоился.

– Что-то случилось?

Мел. Только не сейчас. Только ко мне пришло осознание того, что происходило между мной и Мел, как все ее знаки внимания ко мне стали невероятно раздражать. Я никогда не хотел отношений. А она, нося маску подруги, всегда рассчитывала на то, что я когда-то передумаю. Ну уж нет. Не с ней.

– Все в порядке, – я сделал голос ровным, все-таки надо быть дружелюбнее, у нее ведь праздник.

– Ты можешь рассказать мне все, ты же знаешь, – рука ее легла поверх моей и сжала ее.

– Угу.

Я чувствовал себя сегодня здесь не в своей тарелке.

– Отец, – сказал я, заполняя паузу, и решив, что этим я могу поделиться. – Снова указывает мне, как надо жить.

– Ну, Алекс, может, он хотя бы прав в одном.

– В чем? – я внимательно посмотрел на нее с интересом.

– Мы с тобой прекрасная пара. И я уверена, что…

– Мел, мы никогда не будем парой, – я резко прервал ее.

Мел напряглась, убрала руку с моей. Как мне надоели эти разговоры, а сейчас мне казалось, что все против меня и явно сговорились.

– Да что с тобой, Алекс?

– Извини, Мел. Я не хотел быть резок, но не хочу, чтобы ты строила лишних иллюзий.

– Поздновато говорить это после всего того, что между нами было, Алекс.

Ее голос дрогнул, а в глазах мелькнула боль, и на секунду я увидел в ней не королеву вечеринок, а девчонку, которая просто слишком долго ждала. Ждала не того парня.

– Ты права, давай не будем говорить об этом в твой день рождения, хорошо? – попытался смягчить этот вечер я.

– Я тебе не прощу это недоразумение, если ты не выпьешь еще шот за меня, – ее глаза блестели от подступающих слез.

Я знал, что не надо этого делать, но как я мог ей отказать, когда только что разбил ей сердце в ее день? К тому же алкоголь дарил такую свободу от мыслей и переживаний, а мне так хотелось забыться. И я выпил третий, четвертый, а потом и пятый шот. И потерял над собой контроль. Я не помнил ничего, видел только, как калейдоскопом сменялись вокруг люди в разных нарядах, слышал, как музыка превращалась постепенно в какую-то какофонию звуков. Я последний раз достал телефон в надежде увидеть имя Эммы на экране, но кто-то забрал у меня и его, и наклонился ко мне:

– Эмма? – прошептал я, но не разглядел девушку рядом, а потом я просто провалился в небытие.

Проснувшись утром, я тут же пожалел о вчерашнем вечере. Еле продирая глаза, в которые настойчиво светило солнце, я попытался подняться, но тут же рухнул на кровать, потому что голова просто разрывалась. Я попытался нащупать одной рукой телефон на тумбочке, но его там не было. И тумбочки тоже – закрались сомнения. Я легонько приоткрыл сначала правый, а потом и левый глаз, и постепенно до меня доходило осознание того, вокруг меня была вовсе не моя комната. Я знал, что у Мел столько разных комнат и, наверно, Сэм с Эйденом перенесли меня в одну из них после того, как я вырубился. Главное, чтобы рядом со мной не было какой-то обжимающейся парочки – от этой мысли я поморщился. Я повернулся на бок в попытке найти более удобное положение и подремать еще немного, но вдруг увидел голую спину девушки и светлые кудри. На пуфе рядом с ней небрежно валялось фиолетовое платье и кружевное черное белье. Мел.

Вот же черт.

Глава 31. Лучший подарок для лучшего парня

Эмма

Саундтрек: MyKey – Runaway

Я придумала подарок на день рождения Алекса! Очень здорово, что я смогу отпраздновать день рождения с ним прямо в лагере! Но пришлось изрядно поломать голову над подарком. Я всегда его поздравляла, даже когда он вел себя как полный козел и вообще не обращал на меня внимания. Раньше я дарила ему что-то символическое типа коробки пончиков или ручки с прикольной надписью. Мне хотелось сделать ему приятное, и мои подарки всегда сразу находили применение: съедобное съедалось тотчас, а несъедобное – сразу шло в ход. Алекс был из тех, кто не особо заботился о своем рюкзаке с утра, и мы всем классом находили ему тетради, ручки и прочие принадлежности прямо на паре. И тем не менее его способность отлично соображать даже без тетради с домашней работой всегда вызывала у меня зависть. Я была человеком-системой, в то время как у Алекса вообще не было системы, но его мозг работал процентов на пятьдесят быстрее моего. И я за это его любили учителя и делали явные поблажки. Ну и я не буду даже говорить о его способностях в решении нестандартных олимпиадных задач. Вот уж где мы были кардинально разными. И в этом году мне нужно было подключить все свои умственные способности, чтобы подарить ему что-то более вразумительное и оригинальное, ведь теперь все иначе, и подарок может быть более личным. Я даже спрашивала совет у Джулс, но ей ничего не шло в голову.

– Ну а что ты даришь Мэтту на праздники? – не отставала от нее я.

– Ну… футболки с прикольными надписями, кошелек из кожи, на восемнадцатилетие я подарила ему сертификат в магазин настольных игр.

– Скукота какая. Вам сколько, восемьдесят?

– Эй! Сейчас вообще ничего тебе не скажу и разбирайся со своим Алексом сама, – она обиженно сложила руки на груди.

Может, это и не было скучно, но это точно не то. Не для Алекса. Поиск по запросу «лучшие варианты подарков парню» не дал положительных результатов, если только я не хочу, чтобы он тут же меня бросил, когда я подарю ему первое из этого списка – дезодорант и гель для бритья. Я была убеждена, что к тому моменту, пока меня осенило стоящей идеей, я потратила на мысли о подарке столько же времени, сколько на мысли о нашем походе. Я хотела, чтобы подарок был запоминающимся и особенным. И мой выбор остановился на простом круглом мужском кулоне на цепочке. Но самым главным были в нем изображение летящего сокола, а внутри надпись «Иди своим путем. А я буду рядом. Э.» На гравировку пришлось значительно потратиться, но я считала это достойной реализацией карманных денег. И теперь мне не терпелось вручить Алексу этот лучший подарок для лучшего парня! Джулс же, услышав мои воодушевленные отзывы о подарке, только вскинула брови. Ну да, в этом мы сильно отличались. Она не особо понимала смысла этой надписи, в то время как я хотела, чтобы для Алекса она всегда была напоминанием, что он не такой, как его отец.

Алекс после вечеринки написал мне, что он дома и у него все в порядке. Мое напряжение как рукой сняло. Я рассчитывала, что он подробнее расскажет мне о вечере, но сама не стала расспрашивать. Алекс же молчал и только неопределенно пожал плечами, когда Сэм и Эйден спросили его в понедельник, как он себя чувствует «после всего». Они явно сделали акцент на последних словах, переглянувшись и хитро заулыбавшись. Но Алекс был непроницаем. Моя гордость также не позволяла мне спросить у него, что он подарил Мелани. Я все еще считала, что это не мое дело, но, когда Мелани ущипнула его за задницу, проходя мимо, я напряглась и все-таки спросила.

Эмма:

«Кажется, Мелани очень понравился твой подарок»

Алекс:

«Ты о чем?»

Эмма:

«Она до сих пор благодарит тебя, похоже, уделяя особое внимание твоей пятой точке.»

Я наблюдала за тем, как Алекс набирает сообщение. Его брови хмурились, он сам не замечал, как шумно вздыхал. Писал, затем стирал, снова набирал, и я уже начала нервничать, но после долгой паузы Алекс ответил:

«Ничего такого. Она просто навеселе из-за будущей поездки в горы, не обращай внимания.»

И потом добавил:

«Мой зад только для тебя»

Я тихо прыснула, за что получала укоризненный взгляд от Джулс, но быстро прикрыла экран телефона. Мне приходилось останавливать непрерывный и буйный поток своих мыслей и внушать себе, что Алекс теперь со мной. А что там делает Мел – это было не так уж важно. Важно, что делает Алекс. А в отношении Мел он не делал ничего.

Алекс же несколько раз в сообщениях мне делал акцент на том, что эти выходные будут незабываемыми, и что мы сможем провести больше времени вместе. Его, казалось, нисколько не волновало предстоящее состязание между командами, он был по умолчанию уверен в своей победе. Мы делали последние приготовления к походу, а я только помогала удаленно тем, чем могла. На этой неделе, пока я была под арестом, мы толком не виделись ни с Алексом, ни с Джеймсом, но я видела, сколько внимания оказывают им поклонницы в школе, и меня наполняла ревность.

Никогда в жизни я так не ревновала Алекса, чем теперь, когда он был моим парнем. Это было то еще испытание: выносить недвусмысленные намеки девчонок с потока, то, как они заигрывали с ним, а он поддерживал свой образ; смотреть на расклеенные плакаты с его голым торсом, который он не раз успел засветить; видеть просунутые в его шкафчик письма с нарисованными сердечками и номерами телефонов. Никто не говорил, что быть тайной девушкой Короля школы такое испытание! А Алексу явно нравилось это внимание, хоть он и уверял меня, что он к такому привык и даже не читает эти письма. И я уже не говорю о том, что Мел ластилась к нему, как мартовская кошка. Все это действовало мне на нервы.

А Джеймс же явно не был расположен к такому потоку любви в его адрес. Он был словно начинающая звезда, которая при направлении на него софитов, щурится и смущается, хотя поводов для этого не было. Он определенно не привык к такому вниманию, хотя был хорош собой, прекрасно сложен и вполне мог бы составить Алексу конкуренцию в борьбе за звание Короля Школы. Но ему это было не нужно, и это подкупало. Мне кажется, он даже перестал открывать свой шкафчик, потому что письма торчали оттуда уже через все щели. А следуя по коридорам школы между парами, он каждый раз натягивал свою толстовку и надевал капюшон, стараясь не замечать плакатов с разными надписями, расклеенными повсюду, и девчонок, которые пытались ухватить его за что-то «на удачу».

Довольно быстро я сообразила, что ревную и Джеймса тоже. И это стало открытием. Мне нравился тот факт, что он общался только с некоторыми людьми в школе, в числе которых были и я. И если делить Алекса со всем миром я привыкла уже давно, то с Джеймсом все было наоборот. Мне хотелось думать, что только я знала его настоящего, видела его в сложных ситуациях, а значит, у меня был какой-то карт-бланш, но сейчас, когда все смотрели на Джеймса, я боялась, что я уже не буду для него другом. Не буду той единственной, кому он открылся, потому что теперь он мог выбрать любую. И от этого мне было не по себе.

Но еще больше я переживала за исход субботнего соревнования. Потому что встать на чью-то конкретную сторону я не могла. Мне были дороги они оба. И болела я за них обоих одинаково, вот почему мне изначально не понравилась эта идея Джейн и Мелани.

Дни шли, я строчила сообщения Алексу, он – мне. Все было мило, ванильно, и мне жутко не хватало встречи с ним. Я хотела его прикосновений и поцелуев, особенно после его отказа в субботу. Может, я сама себя накручивала, но мне хотелось удостовериться, что все в порядке. А сделать это можно только лично. Но, как назло, у нас так и не получилось встретиться вне школы до самого лагеря.

В субботу утром я первым делом выглянула в окно. День стоял вполне ничего, было пасмурно, но без осадков, и я скрестила пальцы в надежде, что погода такой простоит до конца дня. Но, открыв окно и высунув руку на улицу, поняла, что выглядит все из дома сильно оптимистичнее, чем на деле. Дул неприятный прохладный ветер, а с севера несло темные тучи, которые явно не предвещали ничего хорошего. Несколько одиноких воробьев сидели обособленно на проводах, видимо, такие же ранние пташки, как и я сегодня. Больше на улице не было ни души. И не мудрено: суббота, восемь часов утра. Я оделась потеплее, ведь не хотелось на этих выходных заболеть и выпасть из рабочего строя. И, конечно, я с особой бережностью упаковала кулон для Алекса в красивую коробочку и перевязала лентой. Ему было отведено надежное место в моей сумке.

Когда я уже вышла прихожую, мама допивала кофе. Отношения у нас стали чуть лучше, точнее – спокойнее. Но о том случае мы вообще не говорили. Как-то так у нас все было устроено. Любая ссора со временем просто заминалась. Мне вообще-то очень повезло, что я сегодня вообще еду в лагерь. Похоже, мама все-таки понимала, как мне важен отдых и участие в общественных мероприятиях школы. Или может ей было стыдно за то, что ударила меня?

– Мы стартуем от школы, поэтому я выхожу раньше, – крикнула я, надевая куртку и натягивая шапку.

– Хорошо. Удачи!

Я даже замерла от неожиданности, но потом мама добавила:

– Веди себя так, чтобы мне не было за тебя стыдно, Эмма.

И все снова стало на свои места. Я вышла за дверь, глубоко вдохнула и настроилась на два шикарных классных дня.

Глава 32. Никто не говорил, что будет легко!

Джеймс

Саундтрек : Vassel feat Rooby – Ricochet

Эти два дня будут отвратительными. Я испробовал все возможные способы, чтобы откосить от этой поездки в этот лагерь на эти два дня. И даже факт наличия Эммы там не изменил мое мнение.

– Что скажут о тебе и твоей команде, если ты не поедешь или сольешься в последние дни? Ты – Черный демон и капитан команды. Не, друг, у тебя нет вариантов.

Вот то единственное, что удержало меня. И эту фразу сказал мне этот весельчак Дэн из группы Эммы. Я не думал, что он способен на какие-то здравые мысли, кроме остроумных шуток и вечного позитива. Но он оказался прав.

Мне было до нельзя обидно пропускать и смены в клубе и оставлять маму одну на эти дни. Но страшного ничего не случится, конечно. Мама продолжала работать в том же режиме, чтобы не видеть отца, поэтому они были сейчас просто соседями, которые никогда не пересекались. Но я все-таки попросил ее переночевать в выходные у подруги, и она согласилась, в кои-то веки. А Тим хоть и был не в восторге от моих пропусков на этих выходных, но, когда я пояснил ему всю ситуацию, принял ее и встал на мою сторону. Он знал, что мне не были интересны ни эти девчонки, которые толпами ходили за мной сейчас, ни какая-то «слава» или потенциальное место Короля школы. Кто вообще придумал эту чушь? Явно тот, у кого нет никаких забот. Тим понимал, что я иду отстоять свою честь и не подвести команду. А что такое командный боевой дух он знал не понаслышке.

– Ты мне должен, – сурово сказал он мне, отпуская.

– Как и за многое другое, Тим.

– Веселись и покажи этому типу, на что ты способен! – он небрежно махнул рукой, не желая больше слышать мои благодарности, и занялся делом.

И вот, я сидел в одном из автобусов, которые везли толпу старшеклассников в лагерь за шестьдесят миль от Ди-Си. Так далеко я давненько не выбирался. Да и вообще я почти нигде не был. «Расширяю границы» – подытожил я, думая о плюсах этой поездки.

Все мои знакомые были в других автобусах, поэтому я даже выдохнул, что никто не будет донимать меня расспросами о настрое на этот день. Я надел наушники, включил музыку и закрыл глаза. А тем временем ребята там что-то пели всей толпой, учили какие-то речевки и воодушевленно обсуждали план на день. Мой план был понятным и простым: победить любой ценой.

Лагерь оказался действительно огромным и принадлежал только нам. Повсюду были площадки для игр, чилл-зоны и беседки. Пахло хвоей и сыростью. Но мне такое нравилось: немного напоминало летний лагерь у Тима. Но сегодня здесь будет все иначе, я зашел в корпус с мыслью, что остались считанные минуты, пока в лагере еще было умиротворенно и спокойно. Больше ста школьников разбредутся по нему сегодня и не будут под постоянным надзором учителей. Похоже, сегодня будет вакханалия, а быть свидетелем чьего-то сладкого соития вблизи этих прекрасных кустов или за углом того здания не очень-то хотелось. Поэтому к плану добавился пункт: «уйти в свою комнату пораньше». Не, я не был противником секса вообще, я его любил и искренне считал, что этим процессом нужно наслаждаться, а быстрым перепихоном на морозе при возможности быть застигнутыми кем-то – не особо насладишься. Так что такие вот форматы уединения точно не для меня. Даже если бы у меня кто-то и был. Ну а так… нет девушки – нет секса – нет проблем.

Комнаты были на двоих! Это что, отельные номера, что ли? В комнате были две односпальные кровати, они были уже застелены. Рядом с кроватью была тумбочка и небольшой шкаф, куда можно было сложить вещи. И, хвала небесам, тут были темные шторы, не блэкаут, как я любил, но тоже пойдет! Я занял комнату первым, а через пару минут в нее зашел Уилл – мой одногруппник. Мы не особо общались, поэтому каждый занялся своими делами. До общего сбора у нас было ещё примерно полчаса. Первым делом я переоделся. Как я не хотел этого делать, но пришлось… Я достал теплый черный свитер с горлом, натянул его поверх своей футболки, а потом надел приготовленную активом школы форму – толстовку с ужасным изображением демона. Я старался его даже не разглядывать, вид у него был настолько пугающий, что любой наложил бы в штаны. Благо, изображение было на спине. Ребята предусмотрительно сделали для капитанов толстовки черного и красного цветов, а для членов команд – повязки на руку соответствующих цветов. Так что, в некотором роде, я даже не выходил из своего образа. В каждой команде был капитан и девятнадцать участников. Команды сформировались по методу: кто первый успел, тот и занял место, записавшись на доске объявлений в соответствующей графе. Важным было и то, что в команде было поровну девчонок и парней. Я, уходя с пар, всю последнюю неделю поглядывал на список, высматривая имя Эммы. Не то, чтобы я ожидал увидеть ее имя под своей командой, но я был почти на сто процентов уверен, что она будет в команде пижона. Но все места были заняты, даже были заняты места для возможных замен, а ее имя так и не появилось в списках.

Эмма занималась по большей части организационными моментами, поэтому на общем сборе ее не было. Как я понял, ее подгруппа уже пошла готовить точки для состязаний и все необходимое снаряжение. Программа дня, оказалась, действительно насыщенной: завтрак, два состязания в силе, два мозговых и финальное – тоже силовое. Все это должно было растянуться до шести вечера с перерывом на обед. А вечером были запланированы посиделки у костра с гитарой и песнями и, как я догадывался, с алкоголем, хотя официально это было запрещено. Я уже успел заметить, когда выкладывал свои вещи, как Уилл, разбирая свою сумку, звякнул несколькими бутылками спиртного, а потом спрятал их в полотенце на кровати. Видимо, у парня большие планы на этот вечер. Думаю, мое отношение к алкоголю и так понятно. Я не пил никогда и никогда не планировал начинать это делать.

Эмму я увидел только на первом состязании. Измученное сердце сделало кульбит и несколько секунд я просто любовался ей. Она была одета в серую толстовку и графитовый жилет поверх нее, а на голове, закрывая пышную гриву ее волнистых волос, красовалась маленькая серая вязаная шапочка с помпончиками по бокам. Я не мог не отметить, что она, как будто специально, надела все нейтральное. И за это я был ей благодарен. Я понимал, что она будет болеть за своего парня, но видеть на ней красное в подтверждение этого было бы слишком... Эмма была явно занята, общаясь о чем-то со своими напарниками из актива, и только ближе к началу состязания подняла голову, оглядывая, все ли на местах. В этот момент наши взгляды встретились, и она по-доброму мне улыбнулась.

Тепло от ее улыбки, от морщинок вокруг глаз, от этих веснушек, которые усеивали все ее лицо, растеклось по мне, словно я за долгое время похода впервые сделал глоток горячего чая. Он сначала обжигал горло, делая больно, а потом, постепенно отдавая тепло, просачивался во все части тела. Эмма, которая никогда не пила чай, была подобно глотку этого самого горячего черного чая с сахаром. Мне не нужны были уже никакие соревнования, я уже перехотел что-либо кому-либо доказывать, я хотел просто стоять вот так и смотреть на нее. Когда я стал таким романтиком?

– Эй, ты готов? – толкнула меня в бок Джейн.

Мы почти не общались с ней с того момента, когда я ей соврал насчет девушки. Но периодически все же замечал, что она наблюдает за мной. А, учитывая, какую кампанию она проводила в мою пользу перед соревнованиями, я должен был бы даже сказать ей «спасибо». Если бы мне это было важно.

– Да, – односложно ответил я.

– Поцелуй на удачу! – и прежде, чем я успел опомниться, она своими ярко-алыми губами оставила след на моей щеке.

Я не помню, чтобы она раньше так часто красила губы, но сейчас мне это не нравилось. Это что, она так клеймо на мне поставила? Я отвернулся и вытер рукавом помаду. Проскользив по удивленным взглядам стоящих рядом девушек, я снова нашел глазами Эмму. Но она смотрела не на меня, а вслед удаляющейся Джейн. Ее губы были чуть приоткрыты, как обычно это было, когда она была в недоумении, а потом она прикусила нижнюю губу и отвернулась. «Гадай, Джеймс, что бы это значило!» – подумал я, а после прозвучал сигнал, свидетельствующий о начале состязания.

На разогрев у нас была простая игра на меткость и скорость одновременно. Нужно было по очереди, друг за другом закидывать шарики для пинг-понга в маленькие емкости разных размеров на разных дистанциях. Каждому участнику своя. Моей задачей как капитана было изначально выставить правильный порядок участников, но, так как знал я команду плохо, точнее не знал никого вообще, то сделал это наугад, опираясь только на свои навыки внешней оценки людей, к которой я часто прибегал на тренировках. Каждое попадание давало одно очко, каждый промах – давал очко сопернику. Надо сказать, мне повезло, потому что моя команда работала медленнее, чем у пижона, но промахов было меньше. Так что, мы победили с большим преимуществом! Я старался не смотреть на пижона во время своего тихого ликования внутри, потому что понимал: это только начало, все еще впереди. Джейн явно уделяла мне все время, потому что она не только кричала громче всех, но и одаривала меня белоснежной ангельской улыбкой при любом мимолетном взгляде на нее. Да что тут происходит? Или я потерял память и забыл, как мы начали встречаться снова?

Болельщики обеих команд толпились по бокам поля, выкрикивая девизы и лозунги, о существовании которых я и не подозревал. И я этом шуме я даже не мог ничего разобрать, кроме постоянного скандирования «Черные демоны! Черные демоны! Черные демоны!» или внезапных воплей вроде «Джеймс, ты секси!» или «Алекс, ты огонь!» с другой стороны поля. Не хватало, чтобы ко мне кто-то еще заявился вечером в комнату. Надо бы запереться на всякий случай. Шутка.

Вторым и третьим состязаниями были интеллектуальные головоломки. Первой была всем известная викторина, но с действительно интересными вопросами. Ответ мог дать только капитан команды после совещания со всеми участниками. И в случае неправильного ответа он отдувался за всю команду, выполняя какие-то упражнения.

– Вы же говорили, что это интеллектуальный конкурс, нет? – недовольно насупился я, когда в очередной раз пришлось отжиматься у всех на глазах под одобрительные возгласы девчонок и поддержку парней.

Перчатки я, конечно, не взял – всегда забывал об их существовании, а земля была уже мерзлой и холодной. Поэтому руки предательски немели, но все еще механически выполняли работу. Когда я встал и устало выдохнул, глядя в небо, заметил, что пошел первый в этом году снег.