Текст книги "Третий путь (СИ)"

Автор книги: Геннадий Ищенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 43 страниц)

Глава 8

Магический дом Раум, месяц спустя

Едва Петр откинул полог палатки, как на выходе его перехватили ребята из второй роты.

– Товарищ командир, разрешите обратиться? – зачастил один из братьев Хмель –  невысокий, но плотный парень, отличающийся большим нахальством, но на удивление исполнительный и надежный, за что Корнеев ему многое готов был простить.

«Опять что-то хочет выбить», – подумал Петр.

За одним братом со смущенным видом переминался второй, исполняющий, по-видимому, роль группы поддержки.

– Что нужно на этот раз?

– Товарищ командир, а когда будет второй кинотеатр? Я к тому, что если нужна какая помощь, мы всегда готовы...

– То, что ты готов, как пионер, это я вижу, – ответил Петр, – а можешь понять, что почти сотня людей до сих пор ночует в палатках, а лето уже на исходе? А тебе подавай кинотеатр! Оборудование для него есть, но пока строители не закончат казарму и второй спальный корпус, чтобы я тебя с такими вопросами не видел и не слышал. И остальным передай то же. Могу только обещать, что постараемся ускорить строительство.

С утра надо было встретиться и переговорить с Леной и Фатеевым, поэтому он направился в резиденцию. Добираться пришлось целых полчаса, потому что к нему по пути то и дело обращались по разным вопросам. Вначале подбежал Игорь Сенчин, имевший свидетельство пилота-любителя и назначенный пилотом их единственного пока вертолета.

Парень налетал на легких вертолетах в общей сложности около двухсот часов, но К26 не пилотировал и, по мнению Корнеева, немного побаивался, но виду старался не показать.

– Петр Федорович, можно один вопрос?

– Хоть два.

– Я понимаю, что с керосином у нас не очень, – издалека начал Игорь. – Вертолет-то я освою, ничего в нем такого сложного нет. Как вы знаете, мы с механиками уже установили обе пары винтов и вылизали все сверху донизу. Горючка в баках, так что и на холостых оборотах погоняли. Вы хотите использовать машину для установки опорной башни ветрогенератора и гондолы, а я мало того что никогда не занимался подъемом грузов, так и вертолет еще ни разу в небо не поднимал. Надо хоть чуток полетать, а то как бы ни угробить и машину, и груз.

– Дело говоришь, – согласился Петр. – Сколько  в баках керосина?

– Под пробку. Это чуть больше шестисот литров и еще в бочках столько же. Машина прожорливая: берет литр горючки на километр полета, но мне хотя бы с полсотни литров. Иначе, боюсь, дороже обойдется.

– Ладно, даю добро. Когда планируешь первый вылет?

– Завтра с утра. Сегодня хотим все еще раз проверить.

Вторым подошел старший строителей из местных, которые возводили казарму, с вопросом о том, где в стенах бить отверстия под трубы. Отправив его к заму Фатеева, который занимался строительством всех объектов, Петр двинулся дальше, но был опять остановлен, на этот раз ответственным за хранение ГСМ.

– Я, конечно, понимаю, что строительство жилья – дело первостепенное, – с ходу начал он. – Я сам с женой живу в палатке. Но и строительство хоть какого-то укрытия для горючего –  дело необходимое, а вы, Петр Дмитриевич, вторую неделю уклоняетесь даже от обсуждения будущего места строительства! Ну нельзя же так!

– Погоди, Федор, – прервал его Петр. – Все я прекрасно понимаю, но мы пока не определились с общей планировкой дома. Я этот вопрос хотел сегодня поднять на планерке.

Были еще желающие поговорить, но он от них попросту отмахнулся, обещав уделить время позже. В дверь постучал, хотя много раз говорилось, что это необязательно.

– Входи, Петр, – услышал он громкий голос Лены.

«Значит, уже в кабинете, – подумал он, открывая дверь. – И как она узнает, что за дверью именно он? Говорит, что магией не пользуется и, похоже, не обманывает».

– И охота ночевать в палатке и каждое утро совершать променады? – спросила Лена, что-то смотревшая на экране ноутбука в кабинете. – Насколько все было бы проще, если бы жил здесь. Если ты так боишься меня, можешь отгородить гобеленом часть спальни.

– Может, я себя боюсь, – ответил он. – И потом есть такое понятие, как общественное мнение.

– Магам на это наплевать, у них довольно свободные нравы, а остальным и подавно все равно, да и знают все о наших отношениях.

Этот разговор повторялся регулярно, Лена постепенно усиливала нажим, и он боялся, что поле боя в конечном итоге останется за ней.

– Нет еще никаких отношений, – сказал Петр, – и не будет, пока я не поговорю с твоими родителями.

– Мы поговорим. Вот раскрутимся с самыми первоочередными делами и смотаемся на Землю.

– Мне сейчас только на Землю. Ты хочешь стать женой декабриста?

– При чем здесь это?

– При том, что попадись я сейчас своим бывшим коллегам, и впору будет этим декабристам завидовать, а тебе меня ждать лет двадцать, если не больше.

– Это ерунда. Ради такого дела я готова пойти порталом на дачу, проехать домой с накопителем, и устроить тебе личный портал в своей комнате. Это давно надо было сделать. Вот там родителей и прижмем. Хочешь посмотреть?

– А что у тебя там?

– Я сама собственной персоной. Когда уходили со складов, ребята по моей просьбе сняли винт с компа, на который шла вся запись с видеорегистраторов. Модема там не было, так что нигде больше следов не осталось. Гарик немного повозился, и вот она я!

Петр обошел стол и посмотрел на экран ноутбука. На нем была Лена, которая, улыбаясь, смотрела снизу вверх, явно позируя.

– А нечего так. Ты для себя карьеру фотомодели не рассматривала?

– Каждая девчонка когда-нибудь хочет стать моделью. Иногда с возрастом это проходит. Ты завтракал?

– Еще нет.

– Тогда давай сейчас сходим в столовую, а то, когда ты голодный, то ужасно злой, и в животе у тебя бурчит.

Переговорить с Фатеевы перед совещанием у Петра так и не получилось.

– Кто у нас сегодня изливает душу первый? – по праву старшего, открыл совещание Фотий. – Может, ты, Петр?

– Давайте я, – согласился Корнеев. – Самое узкое место у нас сейчас – это строительство. За два года население дома увеличилось в три раза. Мало того, что нам не хватает свободных помещений, для строительства уже не хватает территории в пределах крепостного периметра. Надо решить, куда и насколько будем расширяться. Нам надо построить к тому, что уже строится сейчас, склад ГСМ, арсенал, в котором будут склады боевых средств и боеприпасов, и автопарк с укрытием для машин и ангаром для вертолета. Причем арсенал надо строить в первую очередь и подальше от жилых объектов. То же и для склада ГСМ. Основная проблема, как я понимаю, в строителях, точнее, в их отсутствии. Мы выгребли всех, кто был на подконтрольной дому территории, а к соседям с этим не подкатишь: не те у нас отношения. По землям соседей пройти не получится, я правильно понимаю?

– Да, – ответил Макарус. – Они фактически устроили нам блокаду.

– Значит, единственным выходом для нас являются порталы, в первую очередь в столичных убежищах. Они старого образца, поэтому все надо переделать.

– Их очень трудно переделать, – возразила Лена. – Проще поставить новые.

– Вот и надо поставить, причем не только в самом городе, но и где-нибудь в его окрестностях, а потом двинуться в сторону дома и поискать удобные места для дополнительных порталов. Это сильно увеличит наши возможности.

– А маги не засекут накопители? – спросил Фатеев. – Их же вроде видно магическим зрением.

– Удалиться от дороги, – предложил Петр, – и выбирать места посвободнее, чтобы потом было легче выбраться. Не так уж трудно найти подходящую поляну, расчистить и выложить портал с накопителями, а потом все забросать землей и посадить травку. Положить несколько камней, намечая сам портал, вот и все. Накопители, конечно, будут видны, если в то место каким-то чудом попадет маг. Я прав?

– Да, – ответила Лена. – Воронка от них видна, но слабо. В яркий солнечный день, пожалуй, и не увидишь.

– Значит, надо во Фламин, – продолжил Петр. – Заодно можно навербовать строителей и перебросить их в дом порталом. С деньгами ведь проблем нет?

– Вся денежная комната забита серебряными аурами, – ответил Фотий. – Мы вообще перестали продавать серебро во Фламин.  Казначейство сократило объемы закупок и снизило цены, а у нас сейчас нет потребности в деньгах.

– А самородное серебро еще осталось?

– Несколько тонн из того, что наши ребята наковыряли на месте проведения взрывных работ, – сообщил Фотеев. – Больше добывать нет смысла, только место занимает.

– Серебро – это единственное пока богатство дома Раум, – сказал Петр. – Продавать его в империи больше нельзя: можно вызвать обесценивание. И в Казначействе это, наверное, понимают, вот и снизили цены. Серебро нам пока не нужно, но со временем будет нужно золото. Мы собирались выйти на купцов Археи, но за ненадобностью от этого отказались. Сейчас можно будет этот вариант попробовать. Представляете, какие откроются возможности, если завязать взаимовыгодные отношения с крупным торговым домом Археи и поставить у них портал? Это помимо золота, которого они добывают гораздо больше, чем его добывается в империи.

– Заманчиво, – сказал Фехт. – Сейчас они свои товары везут вдоль всего побережья, да еще в отдельных местах используют корабли. Получается очень накладно. А Архея от нас всего в сотне лиг за горами. Если бы были проходимые перевалы, мы бы купались в золоте только на дорожных сборах.

– Купались бы, но не мы, – возразил Макарус. – Нас бы, скорее всего, уже давно не было. Все подгреб бы под себя ближайший великий дом, тем более что мы все равно не имеем права на дорожный сбор. Со старыми порталами ничего не вышло бы, но через новые порталы Ларессы можно смело переправлять целые караваны, причем из Археи сюда, а отсюда в любую точку страны, где у нас будут порталы. Только это требует особого доверия партнеров, потому что мы не сможем защищать удаленные порталы и в случае разглашения тайны можем их потерять.

– Можно ставить всем транзитникам упрощенные печати дома только с функцией опознавания и завязывать на них порталы, – предложила Лена, – и снимать печати на месте прибытия. А сами порталы защитить от тех, у кого таких печатей нет.

– Ладно, – сказал Фотий. – Это можно решить в рабочем порядке. Я хочу обозначить одну проблему, которая не является первоочередной, но может в будущем принести много неприятностей. Вы привели с собой триста соотечественников, преимущественно молодых мужчин. Женщин всего двадцать три и еще меньше детей. До этого в доме проживало около полутора сотен магов, причем женщин было чуть больше, чем мужчин, теперь ситуация обратная. Мужчине без женщины трудно, и если мы не решим эту проблему, неизбежно возникнут конфликты. Ваши парни, конечно, могут найти себе пару и вне дома, но я бы не советовал. Это к ним у магов дома нормальное отношение, к местным людям оно по-прежнему оставляет желать лучшего. Положение меняется, но очень медленно, и не изменится окончательно, пока не изменятся сами люди. Сейчас они и у ваших людей большим уважением пользоваться не будут. Поэтому у меня есть предложение. Есть в империи один малый дом. По правде, еще большая дыра, чем наш. И магов в нем было меньше, когда я однажды проезжал мимо и был там гостем. Специализация у дома самая мирная в империи – целительство, и существуют он до сих пор только потому, что никому не нужны ни сами маги, ни их земли. Общей магией эти маги владеют слабо, но в целительстве им в империи равных нет. Они досконально изучили человеческий организм и от нечего делать занялись изменением собственного. А поскольку у главы дома госпожи Ани Ажен, которая там единственный архимаг, состав дома преимущественно женский, то и улучшали они себя специфически. Столько красивых молодых девушек я нигде и никогда не видел. Находится их дом Хелис на востоке от Фламина лигах в двухстах в гористой местности. Есть там и выход к морю, и несколько рыбацких деревень, которые им платят подати. Говорят, что магички бесплатно лечат рыбаков, и я этому верю: чего только не сделаешь от скуки, а денег в тех деревнях отродясь не бывало. Все три дня, которые я там жил, меня на убой кормили рыбой. Ну и девушки...

Фотий мечтательно сощурился, но спохватился и быстро закончил:

– Одним словом, я предлагаю завязать с ними доверительные отношения.

– Кто еще хочет высказаться? – спросил Макарус, вопросительно оглядев собравшихся. – Лично у меня пока вопросов нет.

– Зато есть у меня, и вопрос важный, – Фатеев повернулся к Фотию. – Нам с вами надо срочно определить будущие границы периметра дома и лучше это сделать сегодня. Теперь еще один вопрос. В пяти лигах отсюда ваши маги заняты производством стройматериалов...

– Изнурительный, но действенный способ увеличения резерва, – перебил его Фотий.

– Да, так вот, они там режут камень на блоки, которые на своих подводах вывозят на стройку крестьяне окрестных деревень. Дело это очень медленное и опасное из-за плохой дороги и хлипких подвод. Вчера при мне на стройке одна из телег превратилась под весом блока во что-то бесформенное.

– И что ты предлагаешь?

– У нас есть хороший прицеп. Соорудим к нему что-нибудь, чтобы запрячь, скажем, шесть лошадей, а чтобы они не надорвались, и не угробить прицеп, посадить в него пару магов и пусть уменьшают вес груза. С полсотни блоков можно привести за один раз. Колеса там большие, так что неровности дороги им по барабану, а если еще поставить портал...

– А что, может получиться, – задумчиво сказал Макарус. – Да, о лошадях так и не вспомнили! Если будет большой стационарный портал возле Фламина, то можно купить там лошадей и порталом перегнать в дом. И нужно загрузить каждую овсом, чтобы на первое время не было проблем с кормом.

– Ни у кого больше нет вопросов? – спросил Фотий. – Тогда на этом закончим.

Фламин, на следующий день

Лена с Петром под руку подходили к зданию Гильдии. Одеты они были так, как обычно одевались зажиточные граждане столицы. Петр надел что-то вроде камзола и штанов в обтяжку. Камзол был сшит из малинового бархата, обильно украшен галунами и пуговицами, а горло украшал отложной кружевной воротничок. Выглядел он в этой одежде, по его мнению, глупо и смешно, но встречные мужчины не обращали на него никакого внимания, а многие женщины, наоборот, обстреливали заинтересованными взглядами. Одна молоденькая продавщица пирожков даже облизнула губы и некоторое время шла за ними следом, пока Лене это не надоело, после чего девица с пирожками развернулась и бросилась бежать в противоположном направлении.

– Ходят тут всякие, – проворчала Лена, одетая в платье темно зеленого цвета из тонкого сукна, приталенное в поясе и колоколом расширяющееся почти до щиколоток. – А тебе еще не нравилась одежда. Видишь, как липнут девчонки?

Вход в здание Гильдии никем не охранялся, но у кабинета Торна их остановил незнакомый Лене охранник, здоровый как лось и почти на голову выше ее спутника.

– Что тебе, красавица? – спросил он у Лены, намеренно игнорируя Петра.

– Нам бы увидеть уважаемого Торна, – ответила она.

– Нет его сейчас. Может, кто другой сгодится?

– А Рамон?

– Рамон здесь. Как прикажите доложить?

– Просто скажите, что здесь Ларесса.

– Подождите немного, сейчас доложу.

Ждать не пришлось: едва охранник скрылся за дверью кабинета, как она снова открылась, и улыбающийся Рамон пригласил их войти.

– Рад вас видеть! – сказал он, пододвигая Лене кресло. – Садитесь, госпожа Ларесса. Не представите мне своего спутника?

– Рамон, это мой муж Петр. Петр, это мой друг и ближайший помощник Торна Рамон, – представила Лена мужчин друг другу, – А почему так официально, Рамон?

– Позвольте поздравить! Искренне рад. А обращение соответствует статусу, извините.

– Раньше я была для тебя просто Ларессой, – грустно сказала Лена. – Не скажешь, где Торн?

– Торн в отъезде. Уехал с Григом в Парис по делам Гильдии и будет не раньше, чем через три дня.

– Неудачно. Парис это...

– Небольшой городок на побережье.

– И кто за главного? Ты?

– Я. И постараюсь сделать для вас все, что в моих силах.

– А где Тоний?

– Торн его тоже взял с собой. Смышленый парнишка, да и грамотный вашими стараниями, вот Торн его и приблизил к себе и помаленьку обучает чему нужно.

– Жаль, что и Воробья не удастся увидеть. Ну что же, придется отставить лирику и заняться делами. Рамон, мне нужна помощь Гильдии.

– Что необходимо сделать?

– Мне надо срочно купить приличный дом в престижном, но тихом месте. Не слишком большой, но чтобы две семьи при проживании не терлись спинами. Это в интересах Гильдии: многое из того, что я вам обещала, смогу выполнить только при наличии такого дома. Цена значения не имеет.

– Если быстро, то мне приходит на ум только особняк, принадлежащий графу Рено, – немного подумав, сказал Рамон. – Он будет немного больше, но очень уютное и уединенное здание с небольшим парком в пяти кварталах от нас. Старый граф умер, а для наследников дом мал и недостаточно помпезен. Думаю, что обойдется не слишком дорого. Народ там проживает солидный, и интересоваться делами соседей не принято.

– А когда его можно посмотреть?

– Да сейчас и посмотрим, – Рамон открыл дверь кабинета и приказал охраннику: – Распорядись насчет кареты.

Через пятнадцать минут они уже стучали в калитку ограды прикрепленным для этих целей деревянным молотком. На стук долго никто не отзывался, но, наконец, вдали скрипнула дверь, и раздались звуки приближающихся шагов. Калитка приоткрылась, и из нее выглянул мужчина лет пятидесяти с приятным лицом, которое чуть портил шрам на левой щеке.

– Что нужно господам? – звучным голосом спросил он.

– Господа интересуются домом, – ответил Рамон. – Дом по-прежнему выставлен на продажу?

– Да, – наклонил голову слуга. – Прошу вас, проходите.

Он шире открыл калитку и посторонился, пропуская их внутрь.

– Прошу вас следовать за мной.

Они прошли через маленький, ухоженный парк к двухэтажному дому, сложенному из красного кирпича по усыпанной мелким гравием дорожке. Фронтон здания украшали большие двустворчатые двери с вырезанным на них гербом графа – вставшим на задние ноги быком почему-то с волчьей головой.

– Что означает этот герб, милейший? – спросила Лена у слуги, который возился с навесным замком, пытаясь его открыть.

Сам он, видимо, прошел в дверь для прислуги.

– Этого никто не знает, госпожа, – ответил слуга. – Герб вместе с титулом дарован прадеду покойного графа его величеством Ахнеем первым за верность и доблесть.

Дверь наконец открылась, и они вошли в обширный холл, из которого можно было выйти в коридор первого этажа или по широкой лестнице подняться на второй этаж.

– Дом мне подходит, – сказала Лена слуге, после того как они осмотрели все помещения. – Где и когда я могу произвести расчет и оформить бумаги?

– Я сегодня же оповещу наследника графа о вашем желании купить дом, – почтительно ответил слуга. – Новый граф хотел быстрее продать дом, так что препятствий быть не должно. Оставьте адрес, и я пришлю посыльного с ответом.

– Я сам все устрою, – прервал его Рамон. – Вечером к вам придут за ответом.

– Один вопрос, благодаря вам, Рамон, решили, – сказала Лена, когда они втроем опять обосновались в кабинете Торна. – Остался еще один.

– Я весь внимание.

– Когда я была у вас прошлый раз, мне дали адрес для связи со свободными магами. Он еще действует?

– Нет. Вскоре после вашего отъезда все маги исчезли.

– Странно... Март Аний должен был выполнить обещанное, или я ничего не смыслю в людях. Неужели не дошел? С кем же вы сейчас работаете?

– Почти одновременно с уходом магов появилась одна молоденькая магичка, которая не брезгует оказывать услуги Гильдии. Берет дорого, но нам выбирать не из чего.

– Я могу с ней встретиться?

– Госпожа Ларесса! – взвыл Рамон. – Если и эта исчезнет, мы окажемся в очень затруднительном положении. Да Торн с меня шкуру спустит, и никакая дружба не поможет!

– Успокойтесь, Рамон! Что вы так волнуетесь, в самом-то деле? Через день-два после того, как дом станет нашим, там все время будет находиться маг, который  окажет вам магические услуги безвозмездно. Добрые отношения с Гильдией для нас дороже денег.

– Это дело другое, – сказал Рамон, успокаиваясь. – В отличие от других, эта магичка не слишком скрывает свое жилье. Сейчас прикажу подать карету, и вас отвезут прямо к ее дому.

К месту назначения пришлось ехать целый час почти через весь город.

– Прошу вас, госпожа, – сказал кучер, открывая дверцу кареты и помогая Лене из нее выбраться, что было совсем не лишним, учитывая длину ее платья и конструкцию кареты. – Это и есть улица Вторая кожевенная, дом восемнадцать. Можете не сомневаться, он это.

– А почему ничем не пахнет? – спросила Лена. – Я читала, что в кварталах кожевников так воняло кожами и мочевиной, что дышать было трудно.

– Так они здесь только живут, а работают туда дальше, – он махнул рукой, показывая направление расположения мастерских. – Но если оттуда сильный ветер, то бывает и вонь.

– Подождите нас здесь, – приказала Лена и подала руку Петру. – Петр, а чего это ты сегодня такой молчаливый? За весь день я от тебя слышала всего пару слов.

– Ты и без меня прекрасно справляешься. И с твоей подачи полгорода в курсе того, что мы женаты. И когда это я успел?

– Подумаешь, немного опережаю события. Что, было бы лучше, если бы я многословно описывала друзьям твою роль в моей жизни? А сказала, что муж, и всем все ясно.

Корнеев только вздохнул: он уже давно понял, что на некоторые темы спорить с Леной бесполезно.

– Если я правильно догадалась, то сейчас мы с тобой увидим мою пропавшую подругу.

– Ты серьезно думаешь, что Элора здесь живет?

– Сейчас проверим, – с этими словами Лена поднялась на крыльцо небольшого дома и постучала.

Дверь распахнулась, как будто за ней кто-то стоял и ждал этого стука, и Лена очутилась в объятьях Элоры, которая обнимала ее, смеясь и плача одновременно. Когда подруги немного успокоились, все прошли в большую из двух комнат дома и сели за большой круглый стол.

– Что ты делаешь во Фламине, Петр? – спросила Элора. – Вы на Земле уже все закончили?

– У нас свадебное путешествие, – ответила Лена, опередив Петра. – Ну и дела само собой.

– Да ну! Так ты все-таки своего добилась! Поздравляю вас обоих от всего сердца!

– Мне это уже надоело! – возмущенно сказал Петр. – Еще одно заявление о нашей свадьбе, и у меня появятся большие сомнения в том, что она вообще когда-нибудь будет!

– Так ты все выдумала!

– А что мне еще делать, если у него комплексы? Старше он, видите ли! Ладно, замяли, а то он действительно сейчас подаст на развод. Скажи мне лучше, подруга, как ты дошла до такой жизни? Мы гадаем, жива она или нет, а она тут шабашит. Ну и много заработала?

– Я не виновата, – стала оправдываться Элора.

– А кто виноват?

– Та печать интерфекторов, которую ты мне поставила, точнее, обманка для порталов. Через пару недель после того, как мы расстались, она вдруг исчезла и я не уже могла ни пользоваться порталами, ни даже попасть в убежище. Идти через всю страну одной, в том числе и через земли враждебных домов? Это же чистое самоубийство. Март куда-то исчез и прихватил с собой остальных свободных, вот я и решила пока занять их место. Рано или поздно, но кто-нибудь из вас вышел бы на Гильдию и наверняка заинтересовался бы свободной магичкой с таким даром. Так и получилось.

– Исчезла, значит, – задумчиво сказала Лена. – Этого я не предусмотрела. Я после первого посещения Фламина сняла печать у всех ребят, кроме тебя. Надо будет это проработать. А вообще, какие результаты твоего хождения в народ?

– Ничего не получилось. Свободных я нашла, а дальше никак: ну не верят они в наш дом, хоть убей!

– Ну и убила бы парочку, – мрачно пошутила Лена. – Оставшиеся в живых мигом бы поверили.

– Ага, я одному в доказательство своих слов показала печать интерфекторов, ну твою самоделку, так он с места телепортировал куда-то настолько быстро, что я даже глазом моргнуть не успела. И знаешь, – она внезапно развеселилась, – в помещении после этого ощутимо пованивало. А дома он так потом и не появился и все нажитое непосильным трудом имущество оставил, так и лежит. А потом я имела дурость признаться остальным в том, что менталист. После этого сбежали и все остальные. Свое барахло, правда, на этот раз забрали.

– Ну ладно, бог с ними: не хотят и не надо, как-нибудь обойдемся. Давай-ка лучше собирай вещи и поедем втроем. У нас в одном из убежищ большая группа, а завтра будет личный особняк. Хочешь – отправим домой, хочешь – останешься здесь и поможешь: дел невпроворот.

– Конечно, я с тобой! Слушай Петр, что это ты такой молчаливый?

– Ничего. Вы за меня план по болтовне и выполните, и перевыполните!

– Он у тебя всегда такой? Вроде помню, был нормальный мужчина. Я тебе даже немного завидовала.

– Оставь его в покое. К нему сегодня на улице молодуха клеилась, а я ее отшила, вот он и недоволен.

– Балаболка, – беззлобно сказал Петр. – Элора, ты будешь собираться или нет? Нам еще ехать обратно через весь город.

– Теперь, госпожа Ларесса, вы единственная владелица дома и участка, – поздравил Лену присланный Рамоном пожилой нотариус, отдавая ей заверенный имперской Канцелярией договор купли-продажи бывшего домовладения графов Рено.

– Спасибо за помощь, мэтр, – сказала Лена. – Вы увидите сегодня уважаемого Рамона?

– Да, он попросил, чтобы я, как только оформлю сделку и уже не буду вам нужен, приехать и отчитаться.

– Тогда я попрошу вас передать ему мою благодарность и то, что я завтра не смогу его навестить.

– Непременно передам, госпожа.

Нотариус уехал на поджидавшей его карете, а Лена принялась еще раз, теперь уже внимательно, осматривать все помещения, чтобы определиться с необходимым ремонтом и приобретением нужной мебели и бытовых мелочей. За этим занятием ее и застала Элора, которая привела в особняк большую часть группы. На этот раз, кроме Лены, женщин в ней не было, только молодые парни: два мага и пять бойцов из первой роты. Каждый из них тащил в руках по два баула, битком набитые деньгами, оружием и снаряжением. Еще один маг и присоединившийся к нему Петр остались в убежище в резерве. Точнее, в резерве был маг, а Петр решил составить ему компанию, потому что его пугала настойчивость, с которой девушка предъявляла на него свои права.

– Поднимайтесь на второй этаж и выбирайте понравившиеся комнаты из расчета одна комната на двоих, – сказала им Лена, расстроенная выходкой Корнеева.

– Ты еще чего-нибудь запланировала на сегодня? – спросила Элора

– Для тебя только поход на рынок. Рамон сказал, что за овощными рядами собираются работники, готовые предложить самые разные услуги. Там их и нанимают. Возьми с собой двух бойцов. Закупите провиант и наймите кухарку, садовника и рабочего на конюшню. С ремонтом и мебелью пока повременим. Да, еще возьмите три или четыре женщины на разовую работу: надо убрать в доме. Самую добросовестную можно будет оставить служанкой. А вечером поговорим о дальнейших планах.

Вечером, после приготовленного новой кухаркой вкусного ужина, все собрались в самом большом помещении второго этажа уже приведенного в относительный порядок дома.

– Хотела с вами кое о чем поговорить, – начала Лена. – У нас в столице осталось одно дело, которое поручено руководством дома. И дело это – покупка лошадей. Необходимо купить и перегнать порталом с полсотни верховых лошадей и столько же тяжеловозов. Портал предварительно надо построить. За один раз мы столько лошадей не перегоним, значит, их придется покупать в два приема. Но этим мы займемся после праздника.

– Какого праздника? – спросила Элора.

– Совсем заработалась? Какой сегодня день?

– Пятый день месяца дождей, – ответила Элора. – Ой!

– Вот тебе и ой! Для тех, кто не знает, поясняю. Завтра состоится Праздник Урожая, который широко отмечается всеми сословиями не только в империи, но и во многих других государствах. На площади перед императорским дворцом будут гуляния и танцы. Император обычно выставляет вино в бочках, а маги устраивают нечто вроде фейерверка. Иллюзия, но красиво. Что из всего этого следует? – Лена подождала, но поскольку отвечать никто не спешил, продолжила. – А следует ожидать повального пьянства и разного рода безобразий. И предлагаю этим воспользоваться. В городе много алломагов, и завтра один из них мне нужен здесь живым и с минимальными повреждениями.

– И что ты с ним собираешься делать, если не секрет?

– Что собой представляет печать алломага, Элора?

– Не знаю.

– И я тоже, а хотелось бы знать, поскольку печать императора действует только в самой столице. Алломага тоже можно прибить, но без крайней необходимости с ними связываются редко. Может, расскажешь нам все, что знаешь об этих друзьях магов? Уверена, что у наших бойцов в головах только самые общие сведения.

– Только я начну издалека. Много тысяч лет назад, когда еще не было ни магов, ни магии, весь мир принадлежал знати: и земли, и леса, и реки с морями, и даже люди. Так продолжалось очень долго, пока на землю в своих железных колесницах не спустились боги.

Посмотрели боги на мир Алкены и пришли в страшный гнев от того непотребства, которое творилось знатью. И выбрали боги достойных, и вручили им знание и силу, право карать и миловать. Сделав это благое дело, они вернулись на небо, а на Алкене избранные стали постигать знание и копить силу. Но знать не смирилась с тем, что подарки богов достались другим. Собрали короли и императоры огромную, невиданную доселе армию и обрушили ее на город, в котором жили избранные. И закипела страшная битва. Плавились горы и выкипали моря, исчезали целые народы. И бежали в панике войска императоров, а на Алкене воцарила власть мудрых. Они освободили людей от рабства знати и дали им землю. Но не хотели и не умели они управлять народами, а народ без управления превращается в стадо. И поставили они над людьми тех из знати, кто поклялся им в верности, но ограничили жадность жадных и жестокость жестоких. И наступили на земле мир и справедливость.

– Красивая сказка и объясняет, зачем магам благородное сословие.

– Для того и рассказала. Дворянские титулы у нас, если их привести к земным понятиям, следующие: самый низкий – барон, дальше – виконт и самый последний, если не считать самого императора, – это граф. Все дворяне, имеющие поместья, являются вассалами дома, на территории которого проживают и приносят ему присягу. По большому счету все они нужны домам только в качестве управляющих и сборщиков дани с населения. За верную службу бароны и виконты могут получить печать алломага, но личную, и на их родных благосклонность домов не распространяется. Хочешь стать другом дома, изволь заслужить сам. С высшим дворянством немного иначе: все близкие родственники графа по мужской линии являются алломагами. Дворян, вообще-то, мало. Везде действует майорат, то есть родовые земли достаются одному наследнику, поэтому все имеющие земли дворяне после рождения наследника везут своих жен в дом, где их делают неспособными к зачатию. И это навсегда. Если наследник гибнет, то единственный выход у дворянина, который не хочет, чтобы его род пресекся, это развестись со своей женой и взять новую. Кроме дворян, печать алломага могут получить и другие люди, но случается такое довольно редко. Для этого надо оказать дому действительно существенную услугу, что, согласитесь, непросто. О печати мне известно только то, что она дает своим обладателям здоровье и долголетие. В рисунок печати вплетают герб дома, который ее ставил. Навредить алломагу – значит оскорбить дом, поэтому такое спускают редко. Но бывает, если виновен сам алломаг и вина доказана, или когда виновного найти не удается. Понятно, что «вес» печати алломага великого дома больше, чем какого-то захолустного дома.