Текст книги "Пурпурные грозы (СИ)"

Автор книги: Галина Мишарина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 27 страниц)

Волосы на затылке зашевелились от его спокойного признания.

– Монстр?

– Именно, – отозвался Дэр. – Так какую надеть? Роланд – любитель золотого, но, боюсь, некоторые из присутствующих не одобрят этот выбор.

Снова загадки!

– Тогда зачем ты спрашиваешь? – не выдержав, рассмеялась я. – Ведь выбор очевиден! Надевай серую!

– А не буду ли я похож на гигантскую летучую мышь? – и он поднял бровь. – Этот наряд принадлежит лорду Тарту, а мы с ним немного разные по размеру.

– Штаны вроде нормально сели, – кусая губы, чтобы не хохотать, сказала я. Услышь Гримси наш разговор, узнай она, что я одна в комнате с полуобнаженным мужчиной – выпорола бы безо всякой жалости. Гримси. С моего лица мигом сошла улыбка. – Прости. Мы болтаем глупости, а ведь прошлой ночью видели смерть.

– Прошлое шагает стремительно и не любит, когда ему вдогонку кричат «вернись!». Гримси в лучшем мире, Мэй. И Второй тоже. Им уже не больно, их души обрели ветра.

– Мы не похоронили её… – прошептала я.

– Потому что хоронить нечего, – сказал он, натягивая рубашку. – Если от нее что-то и осталось, мы предадим это земле, как только представится возможность.

– У неё никого не было, кроме моей семьи. Я не хочу отпускать память.

– Память и прошлое – разные сущности. Помнить – хорошо, воспоминания часть нас. Но ощути эти слова сердцем. Прошлое – прошло. Память – можно мять, то есть обнимать. Давай так и сделаем.

И, не успела я возразить, как он крепко обхватил меня, прижимая к груди.

– Ты здесь.

– С тобой, – отозвалась я, забываясь в чувствах. – Дэр, ты должен знать, что стал мне дорог.

– Я это знаю, – усмехнулся он. – Поэтому обнимаю тебя.

Я не смела спросить о его чувствах, но он сказал:

– Мэйди Миратова, надеюсь, ты не думаешь, что я последняя сволочь и пользуюсь твоей юностью и неопытностью? Ты тоже дорога мне, милая. Но должна знать также, что Магици, если чего-то хотят, непременно это получают.

– И чего хочешь ты? – тихо спросила я.

Он не успел ответить: в дверь громко, настойчиво постучали. Дэр неторопливо отстранил меня.

– Не стоит давать повод для слухов.

– Думаю, остальным не до нас.

– Зря ты так думаешь. Благородные дамы обожают промывать косточки таким красавицам, как ты. И таких, как я, тоже любят обсуждать. Сама понимаешь, что выйдет, если мы вместе…

– Наедине в твоей комнате! – ахнула я и поспешила открыть дверь.

Это был Роланд. Он скользнул по мне цепким взглядом, но тотчас сгладил грубость улыбкой.

– А вы вместе, оказывается. Ладно. Пришел сказать, что обед подан.

– Собственной персоной! – весело восхитился Дэр. – Как это великодушно, дружище. Или ты приперся, чтобы полюбоваться результатом своей мести?

Я недоуменно нахмурилась.

– Дело в том, что он был у нас в Атре, и вечно жаловался на погоду, – пояснил Дэр. – И я как заботливый хозяин вручил ему подходящую одежду…

– При леди о таком не рассказывают, – с улыбкой заметил Роланд.

– Леди бывают уныло-воспитанные и любопытно-веселые. Леди Мэйди, слава богам, из последних.

– Мне действительно интересно, что вынудило вас выдать лорду Дэру эту мышиную одежду, – сказала я, и мужчины рассмеялись.

Однако Дэр повел себя несколько странно. Он будто отразил невидимый выпад и сделал шаг ко мне, почти прижался плечом. На лице Роланда мелькнула голодная усмешка, и мне вспомнились двуличные. Нет, у Тарта не было желтых глаз и спутанных волос, и клыков не виднелось. Но от него исходила та же безжалостность, и Дэр защищал меня. Неужели они и правда были друзьями? Я постановила непременно узнать об их дружбе.

– Всего лишь ответная услуга, леди Миратова. Он принес мне обтягивающий наряд, а я ему – просторные мешки.

– Вы злопамятны?

– Нет, я известный шутник и гостеприимный лорд.

Мою талию обожгло теплом сильной ладони.

– Пусть твое гостеприимство простирается на всех остальных. О Мэйди я позабочусь сам.

– Хорошо, – легко согласился Роланд. – Как нога?

– Твой врач – волшебник. Я уже почти не хромаю. Спасибо.

– Всегда рад помочь, тем более что это отчасти моя вина.

Дэр кивнул. Он не сводил с друга глаз.

– Но ты учти, – продолжил Роланд с улыбкой, – в моем доме собралось много разного народу. Есть и кое-кто, кого ты любишь больше меня.

– Знаю, – сказал Дэр, – уже видел его милую мордашку на балу.

– Обещаешь быть примерным мальчиком?

– Не обещаю ничего, – сказал Дэр резко. Потом откашлялся и добавил: – Бери обещания с других.

Роланд вздохнул.

– Не разнесите дом.

И, поклонившись, покинул комнату. Я поглядела на мужчину вопросительно.

– Когда-нибудь непременно расскажу, милая. Но сейчас я зверски голоден.

Он подал мне руку.

– А причесаться? Ты же ещё мокрый! – сказала я.

– Ах, да… Волосы. Всё время о них забываю.

– Как можно забыть про волосы? – удивленно рассмеялась я.

– У меня на родине с такими прическами не ходят.

– Только не говори, что Атровцы все лысые…

На лице Дэра появилась ласковая ухмылка.

– А если это так, и я в скором времени постригусь? Ты поменяешь свое отношение? Или я понравился тебе только благодаря шевелюре?

Не знаю, что на меня нашло, но я осторожно коснулась его прядей.

– Они у тебя такие тяжелые… И отливают звездной синью. Конечно, ты понравился мне внешне, Дэр. Я ведь девушка, девушки ищут глазами… Но поверь, твоя сила и внутреннее чувство приглянулись мне больше внешнего облика.

Я хотела убрать руку, но он поймал мои пальцы и положил себе на щеку, совсем рядом с губами.

– Лысый и бородатый, Мэй. Совсем лысый и чересчур бородатый.

Я рассмеялась, тихонько поглаживая его теплую кожу.

– Пожалуйста, только не налысо. А если отпустишь бороду, то хотя бы не до живота.

В его глазах появилось неведомое выражение. Теперь он смотрел на меня, не мигая.

– Ты снова колдуешь, милая.

– Что?

– Просто не знаешь о собственной магии.

Нужно было поскорее отвлечь его. Я видела, что Дэр готов на многое, чувствовала, как крепко он сжимает мою руку, прижимая к себе все тесней. О, предки! Неужели он хотел меня поцеловать?

– Можно попросить тебя кое о чем, Мэй? – сказал он, а пальцы между тем коснулись затылка, и меня накрыло пеленой наслаждения. Пусть поцелует. Сейчас.

– Да. О чем угодно.

– Причеши меня, – сказал он, и я улыбнулась. Дэра Магици было невозможно предугадать.

За столом только и было разговоров, что о небывалой грозе. Дэр выглядел аккуратно и красиво. Я не только причесала его, но и связала темные пряди лентой. Он не сопротивлялся.

Мне не думалось о плохом. Пальцы помнили шелковистость его волос, тело хранило тепло объятий.

– Говорят, это молния сделала! Шаровая молния синего цвета! – трещала без устали пышнотелая дама лет тридцати пяти.

– А я видела, как по лесу шел вихрь: красный, как кровь, – говорила другая.

– Глупости. Просто одна из служанок неудачно поставила свечу, – философствовал господин в светлом костюме. – Эти слуги, они такие…

Я терпеть не могла подобного отношения к людям. Слуги, и что? Разве они не достойны жизни?

– Простите, но это глупо, – не удержалась я. – Ни одна служанка в здравом рассудке не станет куда ни попадя втыкать свечи.

– Значит, она была не в себе, – отозвался мужчина. – А в колдовство я не верю.

– Волшебство бродит прямо под твоим носом, Малхов, – усмехнулся Роланд. – Но ты упорно не замечаешь его. Советую сегодня прогуляться в наш вишневый сад. Уверен, там тебе будет на что поглядеть.

Женщины тотчас принялись обсуждать, что хозяин замка имел в виду, а названный Малховым нахмурился.

– Твои двуличные шавки не в счет, Роланд.

– Так и не о них речь, – рассмеялся мужчина. – Я предлагаю тебе нечто особенное. – И подмигнул ему.

Я не стала дослушивать разговор и поглядела на Дэра, который преспокойно уплетал салат. Он выделялся среди остальных ростом и темнотой облика, а также особым сиянием волнистых прядей. Никто из присутствующих не сочетал в себе, на первый взгляд, несочетаемое. В Дэре были тьма и свет, мягкость и жесткость, податливость и властность. Я поглядела в сторону, опасаясь выдать себя. Пристальный взгляд могут счесть неприличным, хотя мне казалось, что Дэру абсолютно всё равно, как его воспримут в обществе. Взять хотя бы слухи, которые он не отрицал и не принимал. Я ощущала, что к нему относятся с опасливой вежливостью, словно боясь чем-то разгневать. Исключение составлял пока что только лорд Тарт. Пожалуй, у них с Дэром была похожая энергетика, сходная властность и категоричность.

Супругу лорда Роланда звали Мельсея. Это была высокая, статная красавица с темно-каштановыми волосами и льдинками светлых голубых глаз. Внимательная к каждому, увы, она игнорировалась собственным мужем. Присмотревшись, я поняла, что у них деловые отношения, брак без любви. Возможно, наедине они и вели себя как влюбленные, но за столом так ни разу и не заговорили, даже не поглядели друг на друга.

Конечно, основной темой для беседы был пожар. Особо впечатлительные дамы то и дело обмахивались платочками, делая вид, что поражены до глубины души. Меня раздражала не их реакция, а причина «глубокого горя». Женщины переживали за свои вещи, им было наплевать, сколько людей погибло в огне. Я коснулась рубинового ожерелья. Как бы ценно оно ни было, я бы предпочла отдать его и все свои украшения, только чтобы вернуть Гримси.

– Говорю вам, это была молния! – упрямо сказала светловолосая женщина. – И я её отлично видела. Синяя шаровая молния. Большая, вот такая!

Подали горячее. Я ела жадно, но чувствовала себя неловко. В основном из-за того, что хозяин особняка смотрел на меня заинтересованно. Что ему было нужно? О чем он размышлял? Наверняка о нас с Дэром. Я боялась взять в рот лишний кусочек, чтобы, не дай бог, не испачкаться. Как назло подали рыбу, да притом с соусом Орнье.

В какой-то миг, сосредоточенная и сердитая, я перехватила взгляд Дэра, который сидел напротив. Губы его подрагивали, брови были подняты, а вилка без дела елозила по тарелке. Он пытался сдержать смех! Его веселил мой угрюмый вид! И я сразу поняла, что он пытается хотя бы так, взглядом, подбодрить меня.

Стало легко и замечательно, и я нарочно подхватила кусок побольше. Но до рта не донесла, и рыбина шлепнулась обратно в тарелку, обдав подливой стеклянную чашу с вином. Дэр затрясся от беззвучного смеха. Каким он всё-таки был противоречивым: то милым, то суровым, то улыбчивым, то хмурым.

Он неторопливо промокнул рот салфеткой и обратился ко мне:

– Леди Мэй, вы совсем не пьете вина.

– Потому что быстро пьянею, – сказала я правду. – К тому же вином не насытишься.

– Оголодали? – произнес он и взглянул мне в глаза так пронзительно, что я чуть не выплеснула вишневый сок себе на платье.

– Я много ем, лорд Магици.

– Хороший аппетит – залог здоровья.

– Но, к сожалению, он вредит талии.

– Неужели с этим есть проблемы? – улыбнулся он.

Я весело улыбнулась в ответ. Разговор был не слишком приличный, но мне было наплевать.

– У меня – нет. А у вас?

– Порой толстею. Летом, когда дичи много.

– А я – никогда.

– Помилуйте, леди Миратова! – воскликнула дама слева. – Неужто нужно обсуждать за столом такие вещи?

– Предпочитаю говорить об этом, нежели гадать, почему случился пожар.

– Верно, – согласился господин в желтом галстуке. – Мы все равно ничего раньше времени не выясним. А насчет дичи, Магици, вы правы. Ваши края ею славятся.

Дэр кивнул, и за столом подняли тему еды. Я ждала десерта и прикидывала, что делать дальше. Нужно было непременно дать знать братьям, а, вернувшись в город, сделать все для Гримси. Мне хотелось похоронить её дома.

Когда мы поднялись, сытые и полные сил, я отошла к группе дам. Тотчас кидаться к Дэру, как мне того хотелось, было нельзя.

– Ох, леди Миратова, какой ужас! – сказала молодая хорошенькая девушка. Её звали Ольга. – Моя служанка, как и ваша, сгорела!

Я не придумала ничего лучше, чем сжать её тоненькую руку. Слава предкам, меня хотя бы кто-то мог понять! Мечась между пламенем любви и холодом печали, я никак не могла прийти в себя после произошедшего.

– Мы с ней были как подруги, – всхлипнула Ольга. – Как представлю…

– Полно вам слезы лить. Радуйтесь, что не сгорели вместе с ней, – сказала дама в черном.

– По-вашему, погибшие люди не заслужили слез? – огрызнулась я. – В груди моей служанки билось такое же сердце, она дышала и обладала душой.

– Если бы все были равны, леди Миратова, вы бы сами мыли здесь пол, – язвительно заметила дама.

– Речь не о равенстве, – сказала я громче, чем следовало, – а о ценности человеческой жизни. Поверьте, огню все равно, кого пожирать. Будь вы там, никто бы не кинулся спасать вас. Так же, как никто не мог спасти их. Мешком денег вы бы пламя не потушили.

Он возмущенно тыкнула в меня веером.

– Вы отвратительно воспитаны.

– Возможно, – торжественно сказала я. – Но, следуя правилам хорошего тона, говорю только правду. Надеюсь, вы тоже? Храни вас предки от той участи, что постигла прислугу в гостинице! Всего доброго!

И я, нарочно громко топая, отправилась искать Дэра. Дом был большим, но не запутанным. Несколько лакеев сориентировали меня в крыльях и коридорах, и после того, как не обнаружила его в комнате, я решила пройти в оранжерею.

Мысли отзывались охотно, не то что ночью. Я обдумала свое поведение и решила, что не ошиблась. В сердце действительно зарождалось нечто мощное. К тому же именно Дэр пригласил меня на танец. Он выбрал меня. Я была ему нужна. Хотелось новых, нежных объятий, узнавать всё, что оставалось за границей. Братья не ограничивали меня в общении, но я, выросшая в сельской местности, не очень хорошо знала законы светской жизни.

А теперь мне это было и не нужно. С появлением Дэра жизнь понеслась стремительно. Никогда я не бывала в такой опасности, не ощущала такой боли и жажды. Но преобразовать свои желания в слова у меня так и не получилось. Я ступила под стеклянные своды, прошла мимо кустов, цветущих белыми бутонами. И, услышав голоса, направилась к дальней части оранжереи.

– Всё из-за тебя, негодяй! Как всегда!

Голос показался знакомым.

– Светил бы ты отсюда, – отозвался второй знакомый голос. Это был Дэр.

Я выглянула из-за куста. Оппонентом Магици был никто иной как Марк Сварт, небесноглазый блондин. Дэр смотрел на него немигающим, отрешенным взглядом, который был мне хорошо знаком. С точно таким же выражением в глазах он убивал двуличных.

– Это глупый выбор.

– Это мой выбор, – сказал Дэр. – Лучше не суй свой нос в дела Магици.

И пошел в мою сторону. Я не хотела делать вид, что ничего не слышала, а потому шагнула ему навстречу.

– Ищу тебя.

Дэр остановился, как вкопанный, а потом широко улыбнулся. Весь холод, что исходил от него и был направлен на Сварта, растворился в воздухе. Теперь темные глаза излучали только свет и тепло. Он протянул руку, и я подала ему ладонь.

– Вот они, эти волшебные пальцы, – непонятно сказал он, но я не хотела разгадывать очередную загадку. – Пойдем отсюда.

Я не стала оборачиваться и смотреть, идет ли за нами Марк. На балу он показался мне милым мужчиной, но Дэр не стал бы вести себя подобным образом без причины. Наверняка они давно не ладили, и именно о Марке Сварте говорил Роланд. Разнести дом?

– Чем ты хочешь заняться, милая? Может, прогуляемся?

– Я видела снаружи озеро. Пойдем туда.

Возле выхода нас ждали плотные накидки и крепкая обувь, и я подивилась предусмотрительности хозяина. Однако стало ясно, что не мы одни захотели подышать свежим воздухом. Гуляло несколько пар.

– Прошу, – и Дэр согнул руку в локте.

– Ты можешь быть галантным и обходительным, – улыбнулась я, беря его под руку.

– Я могу быть всяким, милая. И грубым тоже.

– Ты пытаешься меня предостеречь?

– От чего?

– От себя самого. Думаешь, не захочу иметь с тобой дело?

– Отнюдь. Ты уже связалась со мной, и пути назад нет.

– Ведь Магици получают все, что захотят.

– Не все, – усмехнулся он. – Но когда речь идет о важном – они могут быть жесткими.

– Эй, не нагнетай! – весело нахмурилась я. – Ты представляешь это как золотую клетку.

– Нет, Мэй. А если и так, клетка будет дивно велика. Ты не потеряешь свои крылья, не бойся. Я покажу тебе такие вершины, от которых даже у орлов дух захватывает.

Я сглотнула, перехватывая его взгляд. Мы как раз остановились у озера.

– Дэр, ты хочешь, чтобы я стала твоей?

Он забавно поднял брови.

– Мэйди Миратова! Ты что, делаешь мне предложение?

Я покраснела, отпуская его руку. Вот так ляпнула! Он не позволил мне отстраниться, никого не стесняясь, притянул к себе и взял за подборок. Неужели поцелует при всех?..

– Я сделал его ещё на балу, и ты ответила мне «да», милая. Говорить нужные слова можно не только вслух.

Он склонился и я, наконец, увидела цвет его глаз и их узор. Они были серо-коричневыми, со странным бледно-золотым ободком возле зрачка. Глаза, которые знали меня. Глаза, не скрывающие истины. Думаю, в тот момент меня погрузило в пучину любви целиком, и вкус нового чувства опьянил сильней любого вина.

Глава 5

Глава 5

К вечеру голуби принесли вести из города: пожар был потушен. Так как мы не спали всю ночь, я была счастлива отправиться в постель. Казалось, стоит только растянуться на перине, и меня тотчас окутает теплыми снами.

Однако сон не шел. Я думала обо всем, что произошло, сопоставляла факты, анализировала события, пока в итоге не позволила себе погрезить о Дэре.

Он был первым мужчиной, которого я отчаянно хотела поцеловать. Первым, с кем я танцевала. Единственным, кого я жаждала узнать душой и телом. Меня не пугали ни скоротечность чувств, ни тайны, что он хранил. Хотелось следовать за ним на край света, даже на самые Аратские острова, через беспокойные воды, где водились полчища кровожадных тварей. Дэр спас меня от монстров, оберегал от боли. Мне казалось, что всё предрешено, и жертва, что пришлось принести, оправдана. Я с ужасом думала, что бы предпочла – не обрести его и сохранить множество жизней, или никогда не встретиться, зато не зреть погибающих в пламени людей. Это были плохие мысли. Точно также я думала о маме. Не появись я на свет, она была бы жива…

Кажется, я на мгновение провалилась в сон, однако потрескивание свечи, воткнутой в надежный подсвечник, заставило открыть глаза. Часы перестали тикать, и, хотя я никогда не любила этот звук, а тишина была слишком пустой, и она пугала. Я приподнялась на постели.

– Кто здесь?

Голос был хриплым, сердце болью стучало в ушах, пульсом покалывало кончики пальцев. Из темноты выступила высокая фигура, сверкнули два холодных внимательных глаза. Это был Дэр. В распахнутой светлой рубашке, темных штанах и босой, он походил на неупокоенного духа.

– Ты не пожелала мне добрых снов, милая.

Голос звучал тихо и серьезно. Я потянула одеяло на колени, потом выше, пока не достала до кончика носа.

– Прости… То есть… Почему ты в моей спальне? – прошептала я. – Нельзя ведь! Если нас вместе застанут…

Он медленно двинулся вперед, и я отползла к спинке, лопатками упираясь в резное дерево.

– Дэр!..

Гибкий и текучий, как металлическая капля, он скользнул по одеялу вперед, прямо к моим поджатым коленям.

– Два часа ночи, милая. Никто в такое время по комнатам не стучится.

Теперь я ощущала его тепло возле пальцев, и хотелось убежать прочь, сквозь путаницу коридоров и комнат. Но какая-то часть меня вспыхнула и быстро прогорела, оставляя после себя пепельное чувство жажды.

– Доброй ночи, – неуверенно прошептала я.

– Не очень-то убедительно, – хмыкнул он.

– Доброй тебе ночи, Дэр. И добрых снов, – робко улыбнулась я, против воли разглядывая то, что находилось прямо перед глазами – его обнаженную грудь и амулет на тонкой цепочке. Символ был мне не знаком, но понравился. Бледный песочный камень так и светился, внутри самоцвета передвигались маленькие голубоватые созвездия. Я слышала про живые амулеты, но никогда их прежде не видела… Дэр словно состоял из одних тайн.

Я облизнула губы, и мужчина снова двинулся вперед, на сей раз прямо на меня.

– Я…

– Тихо! – приказал он, нависая надо мной. – Я не сделаю тебе больно.

В груди дрожало, вкусным страхом разливалось по телу ожидание. Это было новое, острое ощущение, особая, упорная истома. Дэр протянул руку и коснулся кружев на вороте моей сорочки.

– Розовый жемчуг… Темные цвета идут тебе больше.

– Значит, Атра подойдет мне, – пробормотала я, и он склонился, немигающим взором изучая мое лицо.

– Почему ты не зовешь на помощь, Мэй? Я же вижу, что боишься. Неужели доверие столь прочно?

– Я действительно доверяю тебе, но ты слишком мало знаешь о моих страхах, Дэр.

И слишком много – о желаниях, – добавила я про себя.

Он склонился ниже и неспешно провел губами по моей щеке.

– Пахнешь летом.

– А ты – дождем, – шепотом ответила я. Теперь мне не хотелось убегать, и дело было не только в доверии. Болезненное желание охватило мое тело, и, не имеющая опыта, не знавшая близости, я понятия не имела, как с ним справляться.

– Подари мне поцелуй, и я подарю тебе обещание, – сказал он, лаская губами мою шею. От этих прикосновений хотелось плакать.

– Что угодно, Дэр, – выговорила я.

Ожидая нежности, я разбилась о страсть. Вцепилась в его волосы, послушно откинулась на подушки. Я бы поцеловала его и безо всяких обещаний, просто потому, что жаждала этого всей собой. Горячим языком он настойчиво раздвинул мои губы, поцеловал жадно, безжалостно. Первый поцелуй, и сразу такой неистовый… Я задыхалась и постанывала, ощущая, что отдаю ему саму душу. Думать о том, что я не умею ласкать партнера, было некогда.

– Я бы занялся с тобой любовью прямо здесь, моя краса, – прошептал он мне на ухо. – Но не смею, ибо полночь стерла границы, и ты сдалась на мою милость. А я хочу, чтобы все было по закону.

– М-м-м…

– Ты приглянулась мне сразу, задолго до того бала, Мэй. Помнишь, праздник огня? Ты была в красном платье и казалась пламенем. Тогда волосы твои струились совсем как сейчас, блестящим текучим золотом, а глаза были не сиреневые – синие от жара. Я хочу беречь тебя, милая. Собой и всем, что имею. Есть силы, которые способны растоптать цветок, но я защищу твою нежность от зла.

– М-м-м… – отозвалась я – Дэр продолжал ласкать дыханием мои щеки и шею, нежно целовал, прихватывал губами податливую кожу. Устоять перед его страстным колдовством мне не удавалось. Я позабыла о приличиях, и, даже если бы кто-то прямо сейчас ворвался в спальню и застал нас – мне бы не было стыдно. Подгадав момент, я неумело перехватила его губы, и Дэр рассмеялся.

– Ты согласна?

– Да. Ты – мой добрый сон.

Он уткнулся носом в мои волосы и глубоко вдохнул.

– Унесу с собой твой запах. Если не уйду сейчас – я вообще не уйду. Волшебной тебе ночи, мое лето.

И потянул меня вниз, укладывая поудобнее на подушки, укрыл, как маленькую, одеялом. Только что был пылким любовником, и вдруг превратился в заботливого супруга.

– До встречи, Дэр.

Я послушно закрыла глаза и через минуту провалилась в прекрасный сон, обещавший счастливое будущее.

Рано утром мы выехали в город. На сей раз в карете с нами отправились ещё две девушки, и Дэр вел себя сдержанно, только косился на меня, улыбаясь глазами. Мы сидели рядом, я чувствовала тепло его бедра и всю дорогу грезила наяву, желая поскорее повторить ночное счастье. Про такое состояние хорошо выразилась Вальди. «Разум отшибло», – говорила она, когда ей кто-то очень нравился. Не знаю, целовалась ли она со своими избранниками так, как мы с Дэром? Любила ли их? Поклонников у неё было хоть отбавляй.

Я представляла, как обрадуется папа. Он всегда хотел найти для меня надежного человека, а семью Магици иначе как Крепостью Магици не называли. Не выдержав, я повернулась к Дэру:

– Где же теперь будут останавливаться гости города?

– Полагаю, в Северной гостинице. Как раз туда мы и поедем.

– Мне говорили, там целый этаж закрыт из-за шуршакалов.

– Есть такое. Постояльцы знают это и не суются на четвертый. Мелкие озорники порой зло шутят.

– Ты видел их вживую? – любопытно спросила я.

Шуршакалы представляли собой противных сморщенных карликов, любящих красть вещи, царапать спящих, а порой наносить и куда более серьезные раны. Обжив какое-то местечко, они ни в коем случае не хотели покидать его, только если помещение не обкладывали специальными амулетами. Тогда злые человечки начинали пыхтеть и ругаться, и, впопыхах собрав награбленное, убегали. Однако обычно если они куда-то приходили, дом приходилось бросать. Даже маги не всегда могли справиться с полчищем шуршакалов, поэтому куда проще было оставить их в покое. Тем более что если их регулярно подкармливали сладким, карлики вели себя прилично…

– Видел, – отозвался Дэр, и девушки заинтересованно на нас поглядели. – Пару раз. Они боятся гроз, а потому в Атре их нет. Особых сил за ними не водится, разве что скорость и изворотливость. Но против опытного воина они бесполезны.

– Ой, лорд Магици, вы ведь тоже воин? – спросила одна, мило хлопая ресницами. – Как хорошо, когда кто-то сильный может защитить себя и тех, кто рядом!

Она сидела, изящно склонив голову к плечу, и, судя по всему, пыталась очаровать Дэра нежным взором серых глаз. Девушка была красивой, но я испытала к ней только неприязнь. Она явно была из тех, кто любят дразниться, прямо у тебя под носом заигрывая с твоим избранником.

Но на Дэра её густые ресницы и тонкий стан не произвели впечатления. Он отвернулся к окну, не удостоив красавицу даже взглядом.

– Я лишь мужчина, госпожа. Не воин, это уж точно.

Его слова прозвучали искренне, но удивили меня. Неужели Дэр не умел сражаться? Но я своими глазами видела, как он хладнокровно убивал монстров!

– Разве вы не умеете обращаться с оружием? – спросила вторая. В голосе слышалось разочарование.

– Я сам – оружие, – отозвался он. – Но если вы имеете в виду металл – да, меня учили обращаться с мечом. Любой уважающий себя мужчина должен уметь сражаться, однако это не значит, что все вокруг воины.

– А! – воскликнула сероглазая. Почему-то мы даже не познакомились, хотя ехали вместе уже два часа. – А как же магия? Вы чародей? Я слышала, Атра – край чудес.

– Не верьте всему, что слышите, – равнодушно сказал Дэр. – Милая, погляди!

По затылку побежали мурашки: Дэр чуть отклонился, чтобы я могла, перегнувшись через его колени, посмотреть в окно. Окрыленная чувствами, я так и сделала, и ощутила, как он мягко обхватил мою талию. Ой! Теперь слухов точно не избежать, тем более что я спиной ощущала колючие взгляды наших попутчиц.

– Мартран, – показал Дэр.

– Красавец! – искреннее восхитилась я. На краю холма росло прекрасное старое дерево, иначе рекомое Деревом Лекарей. Помимо суровой красоты, оно обладало способностью угадывать болезни, но только если находился тот, кто умел слышать его голос.

– Не отказался бы поболтать на языке природы, – усмехнулся Дэр. – А ты, Мэй?

Он бережно опустил меня на место и протянул руку ладонью вверх. Я вложила пальцы, и поняла, что это была своего рода клятва, доказательство наших чувств. Теперь-то две болтушки не смолчат, разнесут по всему городу любопытную весть. Дэр Магици, уже пять лет как холостяк, наконец нашел невесту…

Нет, во мне не всколыхнулась гордость, я не собиралась трезвонить об этом и хвастаться кому ни попадя. Но заявить свои права на Дэра хотела. Даже несмотря на его холодное отношение к двум красавицам напротив, я все равно успела ощутить укол ревности.

Когда карета миновала ворота, мы свернули направо и покатили по широкой улице в северную часть города. Лорд Тарт позаботился заранее оповестить о нашем прибытии, и вскоре все погорельцы были устроены в гостинице. У многих не было даже денег, чтобы оплатить счета, но благородный Роланд всё уладил. Он прекрасно знал, что ему отдадут долги. Насколько я знала, он был неофициальным властителем города. По закону Марвой-на-Холмах правил мэр.

Мы расстались с Дэром возле моей комнаты. Он коротко поцеловал мою руку и, поклонившись, ушел. Решено было встретиться через час внизу, чтобы отправиться к Восточной гостинице. Вряд ли мы могли надеяться вытащить из-под завалов останки Гримси, но просто так уехать я не могла.

Каково же было мое удивление, когда по прошествии времени я спустилась вниз и в вестибюле столкнулась с братьями. Младший, Смайл, был похож на маму, как и я: те же волосы, только более кудрявые за счет стрижки, сиреневые глаза и улыбка. Он был среднего роста, широкоплечий и стройный. У Младшего, несмотря на юный возраст (осенью ему исполнилось двадцать один), не было отбою от поклонниц, и его это ужасно сердило. Карви был повыше, широк костью и с каштановыми волосами. Он был почти точной копией папы, только уши и высокий лоб перешли от мамы. Ему минуло двадцать шесть.

– Предки нас сохрани! Мэйди!.. – воскликнул Смайл и крепко меня обнял. – Ты с ума сошла, сестра! Говори, где он! Нет, сперва скажи, что здесь случилось. Вещи целы? Гримси погибла?

– Можно помедленней, Смайл? – попросила я. – Начни с главного вопроса.

– Где твой избранник? – улыбнулся Карви. – Рад тебя видеть, Веточка.

– А я – вас! Скоро познакомитесь, – отозвалась я, сгорая от нетерпения представить им Дэра. – Вас уже просветили?

– Дэр Магици, – хмыкнул Смайл. – Ничего себе выбрала, сестрица!

– Это мой выбор, – совсем как Дэр сказала я. – Вы папе уже сообщили?

– Нет ещё. Возможно, вы с лордом посетите Золотые луга?

– Возможно, – кивнула я, хотя с Дэром этот вопрос не обсуждала.

– Идем-ка в наш номер и там поговорим.

– Подождите, – сказала я, и, подойдя к служащему, попросила: – Лорд Магици будет спрашивать обо мне. Пожалуйста, скажите ему, что я с братьями на втором этаже.

– Смайл и Карви Миратовы. Конечно, госпожа, – улыбнулся он.

Мы поднялись в их комнаты, и я коротко, но емко поведала о событиях последних дней.

– Нечего тебе туда лишний раз мотаться. Зрелище неприятное, – сразу решил Карви. Он до сих пор считал меня неженкой. Я вспомнила двуличных и свой страх. Возможно, брат был прав, но признавать это я не хотела. Карви не упускал случая меня задеть – недоброй шуткой или замечанием.

– Мы сделаем всё возможное, – и Смайл взял меня за руку. – Тебе и так досталось, сестра.

– Мне повезло, что я не вернулась в гостиницу раньше, так бы погибла вместе с Гримси. А после лорд Магици пригласил меня в дом своего друга, помог в нелегкой ситуации.

– Спас тебя от нечисти, – со странной интонацией сказал Карви.

– Именно. Он оказался рядом в трудную минуту и сделал всё возможное… И невозможное. Вы бы видели этих тварей! Дорога была ужасной, не знаю, как нам повезло выбраться живыми!

Братья переглянулись, и я знала, что сейчас начнется самый настоящий допрос, но тут в дверь постучали. Сердце мое вспыхнуло, я словно чувствовала Дэра с той стороны двери. Он снова спасал меня, на сей раз от незаслуженного наказания.

Когда Смайл открыл, и лорд Магици ступил внутрь комнаты, я внимательно следила за реакцией братьев. Кажется, их удивил его облик, я и сама разглядывала Дэра с интересом. Он переоделся в черный бархатный костюм, с серебряными звездными пуговицами и кожаной отделкой. Рубашка была небесно-голубой, с высоким воротником, а галстук, который я видела на нем впервые – синим. Дэр умел одеваться так, что его хотелось рассматривать. Он шагнул навстречу Карви и протянул руку: