Текст книги "Как найти безымянного фейри (ЛП)"

Автор книги: Эй Джей Ланкастер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 25 страниц)

Всплеск веселья пробился сквозь бурлящий ком его самобичевания.

– Я не стану больше заключать сделок на первенцев, – поклялся он. – Но не думаю, что заслуживаю прощения. Возможно, я и пытаюсь все исправить, но сегодня вечером я подвел тебя по всем статьям.

– Прорицательница сказала, что сможет найти твое имя, хотя и отклонила твою просьбу? Или ты думаешь, она не способна сделать это, что бы ты ни предложил?

Что вообще можно предложить такого, что превосходило бы заветное желание сердца гадалки?

Они уже летели над деревней серебряных коконов, мерцающих под лунным светом.

– Она сказала, что мое имя слишком тесно сплетено со сделками для той цены, которую я предложил, если тебе нужна полная версия этого туманного изречения.

– Звучит подозрительно похоже на «я не могу этого сделать», – размышляла Жизель. – Хотела бы я знать, означает ли это, что другая прорицательница может справиться.

– Я напишу в Гнездо Аркроуз и узнаю имена других нематериальных гадалок, которых они знают, – пообещал Рок. – Но у нас может не остаться времени. Это самое близкое расстояние, на которое Ав… принц подбирался ко мне с тех пор, как я бежал из Дарксана. Теперь он точно знает, на какой части Страны Фейри сосредоточить поиски. Если он найдет меня до того, как я верну свои силы, защитные чары его не удержат. А он найдет меня: он королевский фейри, и его магия грандиозна.

– Значит, нам нужно быстро придумать другой план.

– Да, – согласился он. – Но если он придет раньше, я хочу, чтобы ты знала: я не позволю ему навредить тебе. Я обещал освободить тебя от этих уз и не нарушу слова.

Жизель разрывалась между трогательностью его слов и раздражением.

– И как именно ты предлагаешь этого добиться, если мы не можем находиться вдали друг от друга?

– Принц не то чтобы… неразумен.

Жизель издала звук крайнего сомнения. Неужели какая-то часть его души все еще влюблена в Аверна?

– Я имею в виду, что ему понадобится моя покорность, и он умеет обращаться с узами. Возможно, он сможет снять те, что связывают нас, если я соглашусь пойти с ним добровольно в обмен на…

Она мгновенно пришла в ярость.

– Я не хочу слушать этот глупый план с самопожертвованием! Ты забыл, что вся эта проблема возникла из-за того, что ты торговался ценой чужой жизни? И теперь ты предлагаешь обменять свою жизнь на мою? Чем это лучше?

– На этот раз это будет моя жизнь.

– Нет, – твердо отрезала она. – Никто не будет распоряжаться чьей-либо жизнью в сделках. Мы просто должны сами понять, как снять эти узы до того, как он найдет нас, – или как не впустить его в Небесную Мальву, если он явится.

Рок не стал возражать ей вслух, но она почувствовала кристальную четкость его решения, не изменившегося после ее слов. Это привело ее в бешенство. Как он смеет так подводить ее?

Он пытается спасти тебя от ужасной участи, – запротестовала ее совесть. – Разве не этого ты хотела от него с самого начала? Или эти эмоции вспыхнули оттого, что он планирует вернуться к своему бывшему любовнику? Ты ревнуешь? В этом нет абсолютно никакого смысла, он тоже не хочет к Аверну.

Я не хочу, чтобы он чувствовал себя обязанным спасать меня из чувства долга.

Чего же ты ТОГДА хочешь?

Она ненавидела, когда ее разум сталкивался с ее же собственной неразумностью. К счастью, в поле зрения показался знакомый неровный силуэт крыши Небесной Мальвы, а пруды в саду серебрились отраженным звездным светом. И она, и Рок были едины в своем облегчении.

Дом, похоже, тоже почувствовал облегчение и зажег огни на башне еще до того, как Рок приземлился. Внезапный яркий свет разрушил странную интимность ночи, и она соскользнула со спины Рока. Напряженность уз ослабла, как только они прервали физический контакт. Слава Небесной Леди.

Черепица под ее ногами излучала тепло: Небесная Мальва выражала радость от их возвращения. Она нахмурилась. Под поверхностью кровли скрывалось что-то еще – нить тьмы, которой не было, когда они уходили. Если только это не было лишь отражением ее собственных растревоженных чувств?

Зингибер вышел из тени, обнюхивая сбившееся перо из крыла Рока.

О, вы вернулись, – пренебрежительно сказал он, будто просто случайно оказался на крыше.

– Мы вернулись, – эхом отозвалась Жизель. Ей казалось, что с момента их отбытия прошло несколько жизней.

Рок принял свой обычный облик на некотором расстоянии от нее, и не глядя в ее сторону. Все, что казалось таким безопасным, когда они говорили в темноте, теперь ощущалось колким и неуютным.

Она сглотнула.

– Мне кажется, или с Небесной Мальвой что-то не так?

Он вздрогнул.

– Защитные чары снова ослабли. Я проверю их.

– Хочешь, я пойду с тобой? – спросила она прежде, чем успела остановить себя, но он уже качал головой. Она чувствовала его желание отдалиться, словно он уже жалел о рассказанных откровениях.

– В этом нет необходимости. Иди спать, принцесса. Приятных снов.

Он шагнул прочь, исчезая на лестнице башни прежде, чем она успела возразить.

28

ПРОБЛЕМЫ В САДУ



– Жизель!

Она вскрикнула и очнулась от тревожного сна. Сердце бешено колотилось. На краю сознания еще таяли смутные, пугающие образы. Грудь сжало от острого чувства опасности, словно связующая нить внутри натянулась до предела. Жизель сбросила ноги с кровати, вглядываясь в темноту.

Свет загорелся, но это было не привычное сияние золотистых огоньков-фейри. Они тлели тусклым красным цветом, отражая тревогу, которая охватила весь дом.

– Небесная Мальва? Что случилось? – шепнула она.

Огоньки дрогнули в ответ. И Жизель пронзило эмоция, которой она прежде никогда не чувствовала от дома: страх. Дом боялся. Что могло напугать дом? Принц Аверн? Он нашел их?

Все огни погасли, кроме тех, что висели у балкона – они вспыхнули ярче, указывая путь. Жизель подошла к дверям. За время, пока она спала, небо просветлело – до рассвета оставалось меньше часа.

Птица издала долгий, дрожащий клич, похожий на звон заржавевшего колокола. Волоски у нее на затылке встали дыбом. Источник звука Жизель так и не увидела. Сад утопал в глубоких тенях, особенно… Она замерла, когда взгляд упал на дальний край фруктового сада. Тени там казались гуще, а во рту появился приторный вкус гниющих плодов. Тело само потянулось навстречу этому ощущению – отвращение и манящий зов сплелись воедино. Содрогнувшись, она отступила на шаг и захлопнула балконные двери.

– Там, в саду, что-то есть. Оно пытается затянуть меня.

Это было не утверждение, но огоньки все равно мигнули, подтверждая догадку.

– Где Рок?

Желудок скрутило от тошноты: она и так знала ответ. Связь между ними тревожно гудела, увлекая в ту же сторону, где сгущались отравляющие, затягивающие тени. Рок был там. И, судя по реакции Небесной Мальвы, он попал в беду.

Жизель быстро опустилась на колени перед сумкой и достала мешочки с травами, которые взяла в путешествие из-за их защитных свойств. Они помогли ей добраться до Небесной Мальвы сквозь опасности лесов страны Фейри. А может, травы были ни при чем и ей просто повезло из-за влияния проклятия. Как бы то ни было, хуже от них не будет.

– Мне бы очень пригодился мой кинжал, – сказала она дому, но тот не ответил. Небесная Мальва слишком глубоко погрузилась в панику, чтобы услышать ее, или же кинжал давно сгинул там же, куда уходили сорняки и пыль.

Жизель не стала тратить время на одежду – только повязала фартук поверх ночной сорочки и спрятала травы-обереги в карман.

Когда она спустилась на кухню, в доме царила звонкая тишина. Путь освещали тусклые красные огоньки-фейри. На кухне Жизель одной рукой подхватила фонарь, а другой вытащила из подставки разделочный нож. Сделав глубокий вдох, она толкнула заднюю дверь.

Если в доме тишина казалась давящей, то в саду она стала просто оглушительной. В предрассветном свете должны были петь обычные птицы, а не этот одинокий, тревожный колокольный звон. Но даже растения замерли: ни дуновения ветерка, ни единого насекомого, которое потревожило бы хоть листик. Гигантские бабочки исчезли, а воздух казался тяжелым и спертым. Примесь гнили на кончике языка стала отчетливее.

Едва уловимая мелодия зазмеилась сквозь безмолвие. Желудок опять скрутило, но одновременно появилось непреодолимое желание идти на этот звук. Сопротивляться ему было бы труднее, не проведи Жизель недели в борьбе с куда более соблазнительной магической силой. Найти в себе упрямство против этого колдовства оказалось сравнительно легко.

– Кем бы ты ни было, меня ты так не заманишь, – строго произнесла она, обращаясь к саду.

Жизель.

На этот раз имя прозвучало вместе с легкой вспышкой аромата ванили, ненадолго пробившей запах гнили. Следом пришло кое-что еще – не столько слово, сколько эмоция: Беги.

Не могу, идиот, – мысленно ответила она. – Мы же связаны, помнишь?

– Рок? – тихо позвала Жизель. Голос прозвучал тонко, глухо, растворившись в тяжелом молчании.

Ответа не последовало.

Ей абсолютно не хотелось идти и выяснять, какой жуткий ужас зарылся во фруктовом саду, но альтернативой было бросить Рока на произвол судьбы. А это недопустимо.

Делать нечего. Предельно обострив все чувства, она шагнула в разросшиеся сорняки.

Совсем рядом снова раздался зловещий птичий клич. Жизель вздрогнула. Это была эрдхенне – взъерошив серые перья от беспокойства, она высунула голову из укрытия под трухлявым бревном, чтобы предупредить ее. Жизель никогда раньше не слышала от нее таких звуков. Птица повернула шею в сторону сада, покрутила головой и снова издала свой зловещий клич.

– Я знаю, но выбора нет, – сказала ей Жизель.

Эрдхенне издала долгое, зловещее квохтанье и ушла обратно в дупло. Очень помогла.

Чем ближе Жизель подходила к саду, тем сильнее становился ментальный зов сирены – шепот в воздухе, вещавший: «Покорись мне/ иди ко мне/ сложи оружие». Пальцы Жизель крепче сжали рукоять разделочного ножа.

Шагнув под кроны деревьев, она замедлила ход, давая глазам привыкнуть к темноте. Воздух пульсировал, словно живое сердце – тяжелым, плотским ритмом, а от приторно-сладкого запаха гнили тошнило.

В самых густых тенях сада что-то блеснуло. Между деревьями протянулась огромная золотая паутина, а в ее центре висел темный силуэт. Сначала Жизель не могла разглядеть детали, но затем картина мгновенно сложилась воедино, и сердце от ужаса ушло в пятки. Это был Рок – он бессильно повис на золотых нитях.

– Рок!

Она уже готова была рвануться к нему, но в плечо вонзились острые иглы.

– Глупая девчонка!

Голос принадлежал Апфеле, но самой фейри видно не было. Сердце Жизель заколотилось, она дико огляделась.

– Я здесь, внизу!

Это была ланпчела Апфелы – существо цеплялось за ее плечо, вздыбив всю колючую шерсть. Оно зашипело в сторону Рока.

– Где Апфела? – спросила Жизель.

Маленькое существо открыло крошечную пасть, и оттуда раздался голос дриады.

– Твой Рок потратил все силы на барьеры, чтобы не пустить меня. Но в итоге просто запер себя внутри вместе с этой тварью и превратился в отличную закуску.

Жизель сжала нож сильнее.

– Что это такое?

– Зольшант. Он спал здесь веками, а теперь проснулся и намерен свить уютное гнездо, чтобы набить его едой для будущих детенышей. Если побежишь прямо к нему в паутину, он подвесит тебя рядом с ним. Убирайся отсюда, пока он отвлечен.

– Я не брошу его, – резко ответила Жизель.

Ланпчела брезгливо зарычала.

– Он уже потерян. Не стоит умирать и тебе.

Пальцы Жизель сжали рукоять ножа еще сильнее.

– У зольшантов есть какие-то особые слабости?

Ланпчела высунула длинный язык.

– Не будь дурой, девчонка.

Жизель сделала несколько осторожных шагов вперед, ближе к Року.

– Он жив, и я его не брошу.

Она не спорила с Апфелой – это была простая констатация факта. Жизель с таким же успехом могла попробовать повернуть вспять законы гравитации, как оставить Рока умирать. Она не смогла бросить его, когда тот отравился и был лишь зловещим незнакомцем. А теперь, когда он стал… другом? Не в ее это было характере.

Желудок скрутило от страха, каждый нерв натянулся, но в ветвях ничего не двигалось. Ничего, кроме Рока – тот вдруг задергался, словно кот, которому снился кошмар. Он оставался без сознания, но его страх волнами хлынул через магическую связь, нарастая с каждым шагом Жизель.

С обнаженным торсом, он был в тех самых широких шароварах со сборками, которые она с досадой узнала из своего сна. Огромная паутина из нитей, удерживавших его, сверкала золотом в свете фонаря. Жизель поставила фонарь на землю и глубоко вдохнула.

– Рок? – тихо позвала она.

Никакого ответа. Жизель едва доставала до его щиколоток и прикоснулась ладонью к одной из них. Кожа Рока казалась влажной и холодной. От ее прикосновения он резко вдохнул, но не проснулся.

Зольшант так и не показался. Чтобы достать хотя бы до одной из нитей, удерживавших Рока, придется лезть на дерево. С сердцем, подступившим к самому горлу, Жизель подошла к ближайшему дереву – узловатой старой груше. Ночная сорочка явно не подходила для лазания, ткань постоянно цеплялась за кору, пока она подтягивалась выше, неуклюже сжимая разделочный нож в одной руке.

Ближайшая золотая нить оказалась толстой, похожей на канат. Она поддавалась ножу с трудом, но Жизель продолжала пилить. Вся паутина дрожала, и сердце билось в том же рваном ритме. Ей не хотелось даже представлять, какое существо могло создать подобное, но гигантские паукообразные силуэты все равно невольно возникали в сознании.

Наконец нить поддалась, и ее оборванный конец качнулся обратно к Року. Осталось еще… пугающе много.

Что-то огромное и золотое метнулось в темной кроне деревьев – предрассветный свет проникал недостаточно глубоко, чтобы разглядеть тварь получше. Давление гипнотического зова усилилось. Спи/ покорись/ отчайся, – напевал голос, и разделочный нож выпал из онемевших пальцев. Что она вообще собиралась делать? В конце концов, она всего лишь бесполезная старая дева, пусть и принцесса.

Существо вышло в свет фонаря. Его продолговатый, состоящий из множества сегментов панцирь и шесть конечностей напоминали богомола, прижавшего передние лапы к телу. Тварь отливала тем же золотом, что и ее паутина.

Золото. Мысль отчаянно забилась в голове Жизель, пробиваясь сквозь густой туман в сознании. Золото!

ЗОЛОТО! Превозмогая сопротивление воздуха, словно двигаясь в густом желе, она потянулась к ближайшей нити. Пальцы медленно сомкнулись на ней. Жизель заполнила разум образами огня и взрывающихся осколков. Тронный зал. Ритуал гадания. Неудачные уроки магии.

Металл под ее руками раскалился. Вспыхнул свет, пахнуло горячим железом, и в воздухе промелькнули призрачные силуэты плетистых лоз. Существо издало жуткий, высокий вопль, и все нити разом провисли.

Рок мешком повалился вниз. Ужас пронзил Жизель, но прежде чем он ударился о землю, из почвы что-то вырвалось, смягчив падение.

С сердцем у самого горла, не обращая внимания на зольшанта, она лезла вниз, ноги ее подкашивались.

– Рок!

Жизель подбежала к нему и рухнула на колени, едва управляя обессилевшим телом. Он был жив. Без сознания, но дышал, лежа на верхушке молодого персикового саженца. Основной ствол переломился под тяжестью удара.

– Спасибо, – шепнула она дереву, касаясь одного из гибких ярко-зеленых листиков. Жизель понятия не имела, что только что произошло, но была искренне благодарна. Может, Небесная Мальва смогла протянуть свои силы так далеко, чтобы помочь?

Где зольшант? Она спугнула его? Пожалуйста, пусть он испугается и уйдет. Жизель поспешно осмотрела кроны, глаза отказывались фокусироваться. Усталость тянула вниз, но рычание зольшанта заставило ее мгновенно подскочить. Вон он! Золотой панцирь мерцал в тенях, подбираясь ближе.

– Сейчас был бы очень подходящий момент, чтобы проснуться, – сказала она Року, дергая его за плечо.

Он не реагировал, даже когда Жизель подсунула руки ему под мышки и попыталась оттащить от твари.

Усилия оказались тщетными. Зольшант презрительно щелкнул жвалами, и на Жизель накатила глубокая убежденность: все бесполезно, нужно замереть прямо сейчас. Ощущение было настолько сильным, что стоило огромных трудов не лечь рядом с Роком и не покориться неизбежному.

– Ты больше не заманишь меня в ловушку, – процедила она сквозь зубы. – Ты куда менее соблазнителен, чем думаешь.

И все же она перестала тащить Рока – это явно не работало. Вместо этого Жизель подобрала разделочный нож и направила его на тварь. Последствия хаотичной магии настигали ее, и удерживать руку поднятой удавалось из последних сил.

Зольшант, наглость какая, ничуть не испугался ее дрожащего лезвия. Приближаясь, существо потирало зазубренные передние лапы, издавая жуткий вибрационный звук. Тварь кралась к ним с пугающей медлительностью, давая Жизель более чем достаточно времени, чтобы сбежать.

– Тебе здесь не место, – произнесла она, пытаясь удержать нож ровно. – Убирайся, или я тебя заколю.

Ложная бравада – это все, что у нее осталось, мысли панически кружили, отчаянно ища выход.

Панцирь зольшанта блеснул. Ему явно не понравилось то, что она сделала с его паутиной. Сможет ли она повторить этот трюк? Но сил в ней не осталось: то, что она совершила ранее, иссушило ее до дна. Бросить Рока она не могла. Они оба погибнут, но уйти без него Жизель все равно не способна. Все это было так бессмысленно и глупо. Жизель охватила ярость – на Рока, на зольшанта и на саму себя, именно в таком порядке.

Существо прыгнуло. Жизель вскинула руки, пытаясь защититься и отчаянно наскребая силу, сути которой не понимала. Это было похоже на попытку напиться из пустого стакана. Пальцы уперлись в холодный металл панциря и толкнули – ее магия лишь слабо вспыхнула в ответ. Внутри просто больше ничего не осталось. Совсем как у Рока, когда он исчерпал себя до дна, отдавая силы барьерам.

Барьеры!

Он вытягивал из нее магию раньше… сможет ли она сделать то же самое, только наоборот? Ведь связь работает в обе стороны. Времени на сомнения не оставалось. Жизель положила ладонь на плечо Рока и мысленно вернулась к тому ощущению, которое испытала во время ритуала с гребнем – как раз в тот момент, когда острые жвалы твари устремились вниз.

Связь расширилась, пока биение сердца Рока не слилось с ее собственным, а затем переросло в нечто куда более огромное, древнее и странное. Это была Небесная Мальва – каждая балка и доска этого дома, бесконечные коридоры, высеченные годами одиночества и любви. Корни дома уходили глубоко. На кончике языка снова отчетливо проступил земляной вкус садов.

Из высохшего колодца внутри Жизель вырвался поток золотого огня, неся с собой призрачные образы стремительно растущих деревьев. Существо вопило. Все вокруг резко погрузилось в темноту.

Что ж. Это либо хорошие новости, либо она умерла.

Скорее всего, не умерла. Мертвые не испытывают такой боли во всем теле. Пошатнувшись, Жизель без сил рухнула рядом с Роком. Пожалуй, стоит просто полежать так какое-то время.

Она лежала, тяжело дыша, пока глаза медленно привыкали к резкой смене освещения. Разум еще дольше переваривал увиденное, когда слепота от вспышки света прошла. На месте жуткого металлического монстра теперь лежало… жуткое мертвое металлическое существо, зажатое между узловатыми и изогнутыми деревянными шипами.

Это сделала она. Жизель была рада своему поступку, ведь иначе зольшант был бы жив и уже доедал бы их с Роком. И все же картина выглядела ужасающе.

А внутри нее что-то бесповоротно изменилось. Слишком сильная усталость мешала понять, что именно, но она до сих пор ощущала глубокие корни Небесной Мальвы как странное продолжение собственного тела.

Что-то теплое и мягкое потерлось о ее руку. Жизель вздорогнула, но это оказался всего лишь Зингибер.

Лучше вставай, – сказал кот. Вся его шерсть стояла дыбом. – Рядом плохая мертвая штука.

– Да, – дрожащим голосом согласилась Жизель, садясь.

Зингибер подбежал к Року и лизнул его в лицо.

Просыпайся, – потребовал он, звуча настолько обеспокоенно, насколько это вообще было возможно для кота.

– Рок, – прошептала Жизель, тряся его за плечо. – Рок, проснись.

Он простонал, но помощь от него была нулевая. Он ранен? В сумраке под деревьями невозможно было разглядеть цвета, так что она не могла поручиться, что он не истекает кровью. На его запястьях темнели тонкие ожоги. Затуманенный разум Жизель лишь через мгновение сообразил, что это она сама обожгла его, когда уничтожала удерживавшую его золотую паутину.

– Апфела! – позвала она сквозь деревья. – Барьеры пали, мне кажется. Пожалуйста, приди и помоги мне.

Ответа не последовало. Жизель с тоской подумала, насколько плохой идеей будет просто лечь обратно рядом с Роком и уснуть. Вот только лежать придется рядом с омерзительным трупом зольшанта – от одной этой мысли ее передернуло, и отвращение заставило подняться на ноги. Она подсунула руки под плечи Рока, пытаясь поднять его.

Он издал долгий стон, и его глаза наконец открылись. Привычный алхимический огонь в них едва тлел, он смутно смотрел на ее лицо. Взгляд медленно прояснился.

– Жизель, – прохрипел он.

– Рок! Нам нужно вернуться в дом. Ты можешь идти?

Но он уже снова провалился в небытие.

– Какой утомительный мужик, – произнесла Апфела рядом с ней.

Жизель вздрогнула от неожиданности: она не слышала и не видела, как дриада подошла.

Апфела ткнула труп зольшанта носком сапога. Твердый панцирь поддался с хрупкостью ржавого металла, высвобождая испятнанные листья молодого саженца, проросшего сквозь его тело. Дриада хмыкнула.

– Тебе придется очистить здесь землю.

– Ты знаешь, что с Роком?

– Сильнейшее магическое истощение, скорей всего, – ответила Апфела, нахмурившись на него. – Бери его за одну руку, я возьму за другую.

– Спасибо, – сказала Жизель, прежде чем вспомнила, что не стоит благодарить фейри. А может, в этой ситуации благодарность была уместна? К черту традиции фейри прямо сейчас. – Полагаю, теперь я буду должна тебе услугу за это?

На лице Апфелы появилось странное выражение.

– Нет, – мягко сказала она. – Ты сделала достаточно.

Вдвоем они потащили Рока обратно к дому, а Зингибер поплелся следом. Рок то приходил в себя, то снова терял сознание, но по большей части оставался тяжелым грузом. Милостью Небесной Леди, Апфела оказалась куда сильнее, чем выглядела – настолько сильнее, что Жизель подозревала: ее собственная «помощь» была скорее декоративной.

Они добрались до кухни и усадили его на стул. Зингибер забрался к нему на колени и свернулся клубочком – суровый шар все еще топорщащейся шерсти.

– Тебе нужен астрагал, он помогает при магическом истощении. Ставь чайник, пока я сбегаю за ним.

Апфела снова выскочила на улицу, а Жизель устало затопила плиту. Небесная Мальва откликалась куда слабее обычного, хотя Жизель ощущала желание дома помочь – комком усталого беспокойства на краю сознания.

– Все в порядке, мы все устали. Ты сделал достаточно, – сказала она дому, прижав ладонь к кухонному столу.

Вернулась Апфела с корнями астрагала и заварила чай. Влить его в Рока удалось лишь с помощью долгих уговариваний и удержания его головы, но после первых же нескольких глотков он снова пришел в себя.

– Жизель? – Его зрачки сузились до точек, на лице застыл испуг и полное замешательство.

– Пей, это поможет. – Она прижала чашку к его губам.

Его взгляд замер на ее лице – болезненно доверчивый, без всякого понимания происходящего, – и он допил остатки.

Апфела покачала головой, с отвращением переводя взгляд с одного на другого.

– Значит, вот оно как?

– Как «так»? – Жизель прищурилась.

Апфела вскинула руки в знаке примирения.

– Неважно.

Астрагал, похоже, действительно помогал. Рок все еще плохо соображал, но хотя бы оставался в сознании.

– Ты можешь идти? Нам нужно довести тебя до твоей комнаты, – объяснила Жизель. – Зингибер, тебе придется на минутку слезть.

Глаза кота прищурились, но он неохотно убрался с колен Рока.

– Рок? – поторопила Жизель.

Он несколько долгих мгновений пусто смотрел на нее, затем медленно кивнул. Первая же попытка встать окончилась бы падением на кухонный пол, но они с Апфелой успели подхватить его.

– Идиотина, – с сочувственной грустью сказала Апфела, но в ее голосе не было злобы.

С находящимся в сознании Роком было чуть проще, но его шаги все равно оставались медленными и шаркающими. Зловещие красные фейри-огоньки сменились привычным желтым светом, но его стало намного меньше – загорался лишь каждый третий, вяло и неохотно, словно Небесная Мальва с трудом наскребала силы. Неужели только из-за этого дом казался куда темнее обычного, лишившись своего золотистого блеска?

Рок рухнул на кровать и кое-как уткнулся головой в подушку. Зингибер запрыгнул следом и улегся рядом с таким видом, будто горе ждало любого, кто попытается снова сдвинуть его с места. Жизель натянула на Рока одеяло и повернулась, чтобы уйти, но его рука рванулась вперед и схватила ее за запястье. Его глаза оставались широкими от страха, но в них вернулась прежняя отчаянная решимость.

– Жизель, – снова произнес он, как молитву. – Не уходи. Пожалуйста.

Апфела наблюдала из дверей, изогнув одну бровь.

Жизель проигнорировала ее немой вопрос и последующее осуждение.

– Ты можешь идти, – сказала она дриаде.

Апфела закатила глаза, но, к счастью, ничего больше не сказала и закрыла дверь.

Жизель тяжело вздохнула. Рок никак не отреагировал на уход Апфелы, он просто продолжал смотреть на Жизель с мольбой потерянного котенка. И она с таким же успехом могла бы пнуть этого самого котенка, как отказать ему сейчас.

– Я останусь, – сказала она.