Текст книги "Мир львинов (СИ)"

Автор книги: Елена Бергман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 28 страниц)

Глава 37, в которой Мрах и Эрих наконец возвращаются домой, а Варму – напивается

Неожиданно налетевшая гроза немного задержала отряд, но к полудню уже менее половины пути отделяло идущих от пещеры, в которую так стремились Мрах и Эрих. Река, по-летнему спокойная, неторопливо несла свои воды меж заросших камышом берегов, отражая деревья и синее небо.

Вдруг путники заметили на ее зеркально-гладкой поверхности темное пятно – нечто довольно быстро плыло вниз по течению, с каждым мгновением увеличиваясь в размерах. Пятно росло на глазах, и вскоре стало понятно, что это – плот. На плоту суетились люди. Вот рыбаки тоже заметили отряд на берегу, и усерднее заработали шестами. Плот приближался, уже стало можно различить лица…

Эрих и Мрах вдруг дружно, в один голос завопили и бросились к реке. Остановившись у самой кромки воды, мальчики приложили ладошки ко рту рупором и начали кричать: – Миха! Кот! Сюда!

С плота услышали. Кормчий, совсем молодой, высокий парень, с рыжими волосами, завязанными на макушке в пышный хвост, вгляделся в скачущие по берегу фигурки и радостно замахал рукой. Шесты заработали с утроеной силой, плот повернул и буквально через минуту ткнулся в песок. Обладатель роскошного огненного хвоста первым спрыгнул на берег, и сгреб обоих мальчиков в охапку. Его молодое, конопатое лицо сияло. Парень был очень похож на Эриха – старший брат?

Остальные рыбаки покинули плот, не торопясь – восемь загорелых, мускулистых мужчин, и все – с оружием: они не слишком доверяли чужакам. Самый старший из них, седой и немолодой уже человек, оглядел пришельцев оценивающим взглядом. Варму шагнул вперед, приветствуя старейшину взмахом поднятой руки. С минуту мужчины стояли, изучая друг-друга, потом седой спросил:

– Кто вы такие? И зачем пришли в наши земли?

Варму ответил с достоинством вождя:

– Мы привели ваших соплеменников. И у нас мирные намерения.

– С вами много женщин и детей. – сказал седой. – Но слишком мало мужчин. Вы от кого-то убегаете?

– Нет. – честно ответил Варму. – Это люди другого племени, и они ищут убежища, а мои воины их сопровождают. Эрих говорил, что вы сможете их принять.

Седой молчал, глядя на юношу тяжелым взглядом, потом ответил:

– Я верю тебе, человек льва. Ты не похож на обманщика. К тому же дети, похоже, считают тебя другом…Ты и пришедшее с тобой племя предстанут перед Советом Старейшин, и пусть старшие вместе решают, как поступить.

Следуйте за нами. – и старый рыбак жестом указал в сторону селения.

Варму и его спутники повиновались.

Плот оставили, вытащив на песок – надо будет, вернутся и заберут – и повели отряд Варму вдоль берега реки. Седой жестом подозвал молодого вараха и приступил с расспросами. Вопросов у него было множество: откуда в отряде львины, почему у троих мужчин на груди татуировки льва, а у других – нет, кто такие ногама и даже женат ли Варму. Варму отвечал правдиво – ему нечего было скрывать, и взгляд старика понемногу смягчился – ему понравились честность и открытость юноши. Пытливый старейший не терял времени даром – прямо в дороге успел перезнакомиться со всеми мужчинами ногама, львинами и варахами и даже поболтать с Хелей и Омой. Красота Мары произвела на старого рыбака большое впечатление, а Ома и Хеля – очаровали. Расщедрившись, он даже отсыпал девочкам орехов из небольшой походной сумки и умилился, когда обе побежали делиться с Мрахом и Эрихом.

За беседой время пролетело незаметно, и еще до захода солнца отряд добрался до становища. Первыми встретили путников дети – налетели с гомоном и писком, но тут же шарахнулись, испугавшись такого количества незнакомцев.

Позади детей с сияющими от счастья глазами буквально летели две женщины – человек и львия, и Мрах с Эрихом с замиранием сердца узнали в них своих матерей. Обе женщины, рыдая, бросились обнимать сыновей, которых считали погибшими. За женщинами спешили воины во всеоружии, готовые сразиться с врагом, но остановились в растерянности, ибо сражаться оказалось не с кем: сорок мужчин и львинов и толпа женщин и детей не походили на захватчиков, явившихся с войной…

Эриха и Мраха едва не задушили в объятьях – на смену матерям прибежали братья и сестры и прочие родственники, потом случилась легкая паника – не разобравшаяся в ситуации львица при поддержке львенка напала на стоявших в стороне воинов – соплеменников Мраха. Львицу быстро угомонили, и она не успела никого серьезно ранить, а царапины – не в счет.

Наконец, восторги немного поутихли и хозяева вспомнили о гостеприимстве. Варму и его спутников отвели в пещеры и помогли расположиться на отдых. У женщин нашлись шкуры для постелей и запасные меховые одеяла, мужчины зарезали нескольких молодых козлов из стада – благо приплод этим летом был хорош. Гостей сытно накормили свежезажаренной козлятиной с зеленью, маленьких детей напоили парным молоком. Медвежонок, щенок и ручной львенок привели всех в восторг, а львица, обиженная и испуганная, удрала на равнину. После еды Мрах и Эрих убежали вместе с Хелей, Омой, Рашаней и другими детьми – мальчикам не терпелось показать новеньким местные достопримечательности. Взрослые же достали из погреба мехи с перебродившим ягодным соком – брагой и пустили их по кругу. Хмельное быстро развязало языки и настроило всех на мирный лад. Ни варахи, ни ногама никогда прежде не пробовали спиртного и очень скоро совершенно опьянели.

Рыжий Миха достал тростниковую дудочку и заиграл веселую мелодию, двое или трое охотников подхватили, отбивая ритм на небольших барабанах из бычьей кожи, и начались танцы. Первой в круг выступила львиня, стройная и гибкая, и Варму залюбовался ее грациозными движениями. Почувствовав взгляд юноши, девушка протянула к нему ему обе пушистые ручки и позвала:

– Человек льва, иди, потанцуй со мной!

Варму только головой замотал – ноги его не держали.

Львиня не слишком расстроилась и вытащила в круг кого-то из сородичей. Львинен танцевал великолепно, и молодой варах невольно позавидовал этой парочке – такие они оба были юные и красивые… Еще несколько молодых людей присоединились к ним; среди них Варму узнал Мару и Мию и хотел было возмутиться, что его жена не сидит рядом, но тут явились друзья-варахи с почти полным мехом браги, и Варму выпил еще и с ними…

Последними, кого запомнил юноша, засыпая, был Барам, обнимающий его за плечи и заплетающимся языком признающийся вараху в любви и вечной дружбе, и незнакомая львиня, укрывающая обоих пьянчуг меховым одеялом.

Так закончился для Варму первый вечер в стойбище, впоследствии ставшем ему домом.

Глава 38. Что такое похмелье

Утро встретило Варму жуткой головной болью и детскими криками. Пещера, в которой он находился, показалась ему совершенно незнакомой в солнечном свете, рядом храпел Барам, туда-сюда сновали львины и люди. Ничего не понимающий Варму кое-как выбрался из постели и побрел, сам не зная куда, стеная и держась за готовую развалится на части голову. Пробегавшая мимо юная львиня заглянула ему в лицо и хмыкнула. Варму ловко поймал девушку за руку и спросил: – Я где?

– Ооооо… – понимающе протянула львиня и потащила слабо упирающегося вараха за собой. Приведя юношу в дальний конец пещеры, девушка сунула ему в руки сплетенный из коры сосуд с травяным отваром и велела: – Пей все сразу!

Варму послушно выпил. Отвар оказался кисловатым и и не слишком приятным на вкус, но голове вроде стало полегче.

Львиня снова наполнила сосуд и велела пить – на этот раз – маленькими глотками. Глядя на вараха смеющимися золотистыми глазами, девушка спросила:

– А ты вообще когда-нибудь раньше пробовал брагу?

Варму ответил отрицательно. Львиня только головой покачала: – Брага – штука опасная. Ее не пьют, как воду – так, понемножку. Понял? Иначе будет – как сейчас! – и убежала.

Юноша только вздохнул – он уже и сам догадался, что причиной его нездоровья стал сладкий ягодный напиток, насколько вкусный, настолько и коварный, и впредь поклялся быть с ним поосторожнее. Головная боль почти прошла, и Варму мысленно поблагодарил незнакомую львиню за столь своевременно оказанную помощь. Теперь юноша вспомнил, где находится, и вновь обрел возможность как-то соображать. Вроде, вечером должен был состояться Совет Старейшин…Варму растерялся – какой там Совет, когда он не знает, где его друзья и как их найти, и даже не представляет, утро сейчас или день!

Вокруг по-прежнему сновали львины и люди, но ни одного знакомого лица не попадалось, а незнакомых Варму спрашивать почему-то стеснялся. Выручила все та же львиня – девушка опять пробегала мимо.

– Ты еще здесь? – удивилась она, увидев сидящего в углу вараха. – Тебе что, до сих пор плохо?

Варму поспешно заверил львиню, что он здоров, и, смущаясь, поведал ей о своих затруднениях.

Девушка развеселилась.

– Так ты первый встал! А совет еще не скоро, не волнуйся – рассвело недавно. Иди лучше поспи.

Видя, что львиня расположена поболтать, Варму решил порасспросить ее кое о чем и заодно пополнить свои лекарские знания. Девушка охотно сообщила, что болезнь, наступившая после неумеренного употребления браги, называется похмельем, и рассказала, из каких трав приготовлен лечебный отвар. Молодой варах искренне поблагодарил юную знахарку, запомнил – так, на всякий случай – рецепт целебного зелья и отправился досыпать.

Глава 39. Совет старейшин

Старейшины собрались на совет с наступлением темноты. Шестеро седовласых старых мужчин, столько же львинов, и две очень немолодые львии удобно расположились вокруг костра на больших круглых чербачках. Варму, как вождя и гостя, тоже пригласили. Повинуясь жесту одного из Старейшин, две девочки поднесли уже знакомые мехи с брагой, но молодой варах, наученный горьким опытом, лишь слегка пригубил напиток – сейчас ему нужны были ясная голова и четкость мыслей. Впрочем, старейшины тоже не стали пить много – от их решения зависило само существование пещерного сообщества.

Первым заговорил совсем седой, дряхлый львин. Его голос дрожал, сгорбленное тело опиралось на толстую палку. Старик указал на Варму худым узловатым пальцем и заговорил:

– Старейшины! Этот человек пришел к нам незваным. На его груди знак льва – знак племени убийц. Он утверждает, что явился с миром, привел с собой двоих детей нашего племени и чужаков, называющих себя ногама. Среди воинов его отряда есть также и мои сородичи – львины. Встань, юноша, я хочу разглядеть тебя хорошенько!

Варму подчинился и выпрямился во весь свой немалый рост. Поклонившись старому львину, молодой варах спросил:

– Хочет ли Старейший, чтобы я подошел поближе?

Старик усмехнулся:

– Не надо, юноша! Мое зрение не слишком притупилось, хоть я и прожил на свете уже почти сотню лет. Я просто хотел сказать тебе спасибо за спасение внука моей дочери – уверен, без твоей помощи Мрах никогда бы не вернулся домой живым!

Варму снова поклонился, на этот раз с благодарностью.

– Ты нравишься мне, юноша, – продолжал старейшина, – У тебя честное и открытое лицо, а в груди, похоже, бьется храбое, доброе сердце, хотя пить ты и не умеешь!

Среди собравшихся раздались смешки, но седой львин прекратил веселье, стукнув посохом об пол и чуть повысив голос:

– Да, ты не умеешь пить, юноша! Но это не делает тебя ни слабее, ни трусливее! Так поведай же нам свою историю, чтобы все присутствующие на Совете смогли понять, как варах стал другом львинов.

Сказав так, старый львин сел и приготовился слушать.

Варму рассказывал долго. Он начал с пленения львицы и с двух мальчиков, случайно встреченных на берегу реки, и о чувствах, которые пробудила в нем их дружба. Старейшины слушали и не могли скрыть удивления. Закончив, юноша снова, с явным облегчением, поклонился и жадно отпил воды из поднесенной плетенки – горло у него совсем пересохло.

Старейшины немного посовещались шепотом между собой.

На этот раз встал уже знакомый вараху Седой – рыбак с плота, и сказал, сдвинув мохнатые брови:

– Ты просишь убежища для людей, которых привел с собой. Мы все видели этих людей – мало мужчин, способных охотиться и сражаться, много женщин и детей, которых нужно кормить и защищать. Наше сообщество сильно и богато: у всех есть пища, чтобы наполнить желудки, и меховые одеяла – укрыться от холода. У чужаков нет ничего, кроме голода и желания жить с нами. Готовы ли мы принять их, разделив с ними то, что имеем? И что они дадут нам взамен? Скажи мне, человек льва.

– Молодую, свежую кровь. – ответил Варму. – Необходимую для процветания любого племени.

Старейнина кивнул:

– О да, – вымолвил он, – Среди женщин, пришедших с тобой, немало молодых и миловидных. Если наши мужчины женятся на них, те родят им здоровых и сильных детей. Но этого мало! Расскажи мне, человек льва, что умеют эти люди: как они выделывают шкуры, обрабатывают камень, плетут корзины! Покажи мне их оружие или рыболовную снасть! Докажи, что эти дикари способны на что-либо большее, чем рождение детей, и мы примем их с радостью…

Варму вздохнул с облегчением: люди ногама не ударят перед старейшинами в грязь лицом – ведь у них были превосходные учителя!

– Мне надо немного времени, чтобы собрать образцы. – ответил он.

Старейшины было согласно закивали, но тут одна из львий вдруг замотала головой.

– Нет. – заявила она решительно. – Нам не нужны образцы! У вас хорошее оружие, но, возможно, оно сделано вами, а отобрано у других?

Старейшины пришли в замешательство – слова женщины могли оказаться правдой, но Варму снова подал голос. Он сказал:

– Это легко проверить: выберите нескольких ногама, и пусть они при вас докажут свое умение!

Старейшины согласно закивали – предложение пришлось им по вкусу.

Снова поднялся Седой:

– Ты сам выберешь пятерых мужчин и пятерых женщин. – огласил он решение Совета. – Завтра утром они предстанут перед нашими мастерами, пусть те посмотрят, на что годны твои ногама! А сейчас предлагаю всем отдыхать!

Варму подчинился – такой исход его вполне устраивал.

Старейшины собрались вторично вскоре после восхода солнца, готовые оценить мастеров ногама. Испытуемым было предложено несколько больших кремней и куча коры для плетения корзин, и ногама споро принялись за дело. К полудню на суд было представлено два десятка наконечников для копий и стрел, несколько острых и удобных ножей и скребков и две большие корзины с плотно пригнаными крышками, и старейшины остались довольны.

Следующим вечером состоялся большой праздник – ногама приняли в племя. Перед праздником Мара отозвала мужа в сторону и сообщила, что у них будет ребенок, и счастье Варму стало полным. Ногама обрели новый дом, а у них с Марой скоро родится малыш, мальчик или девочка… И Варму решил – все, конец скитаньям, пришла пора устраиваться надолго… Он сам вы строит дом для своей семьи, недалеко от реки – сложит его из свежих, пахнущих смолой бревен, покроет тростником и корой, и в нем будет тепло и уютно.

Да, именно так он и сделает. Но это – позже, а сейчас и его, и Мару ждал праздник. Улыбаясь самым что ни на есть наиглупейшим образом, молодой варах обнял свою жену и повел к ярко пылавшим в центре стойбища кострам.

Часть 2. Хромой вождь

(Девять лет спустя)

Глава 1. Молодожены

Стоял чудесный, теплый летний день. Легкий ветерок шевелил зеленую листву, принося из степи ароматы трав и цветов, пели птицы, порхали яркие бабочки. Юноша и девушка, взявшись за руки, мчались к реке по широкой, утоптанной тропе. Их стройные, мускулистые, едва прикрытые одеждой тела покрывал ровный золотистый загар, выгоревшие почти добела русые волосы развевались на ветру. Оба просто дышали здоровьем и счастьем.

Добежав до воды, влюбленные торопливо разделись и нагишом бросились в реку, взметнув целый фонтан брызг. Первой вынырнула девушка; убрав с лица налипшие кудри, она легла было на воду, собираясь отдаться течению, но тут же с визгом забилась —,поднырнув снизу, юноша ущипнул ее за бедро.

– Ты… – выдохнула девушка, отплевываясь.

Юноша рассмеялся и привлек возлюбленную к себе. Девушка обвила руками его шею.

– Ты меня напугал! – проговорила она с очаровательным укором, глядя в глаза возлюбленному, и юноша, не удержавшись, поцеловал ее в полуоткрытые алые губы. Девушка страстно ответила. Некоторое время влюбленные целовались, то уходя под воду, то всплывая на поверхность.

Наконец, девушка высвободилась, и, погрозив своему спутнику пальчиком, сказала, слегка задыхаясь:

– Эрих, ты меня утопишь!

Эрих попытался снова заключить ее в объятия, но девушка нырнула, и его руки схватили лишь пустоту.

Через мгновение он сам неожиданно для себя ушел с головой под воду – его возлюбленная ухватила его за ноги и потянула вниз. Извернувшись, Эрих поймал девушку за талию, но та выскользнула и показала вверх – хватит, всплываем!

Оказавшись на поверхности, влюбленные еще немного порезвились, брызгаясь, и легли на воду – отдохнуть. Закрыв глаза и взявшись за руки, они наслаждались нежными прикосновениями воды и солнца.

Потом юноша позвал: – Ранэ?

– Да, о муж моего сердца… – встрепенулась девушка.

– Скажи, что ты меня любишь… – попросил Эрих.

– Больше жизни! – прошептала девушка.

Эрих, не долго думая, потянул жену к себе, но Ранэ решительно оттолкнула его руки.

– Нам пора возвращаться. – сказала она. – У меня нет для тебя обеда, о муж моего сердца.

Эриху не было дела до обеда – он еще не успел достаточно проголодаться, но Ранэ относилась к своим семейным обязанностям очень серьезно. Пришлось подчиниться.

– Не спорь, о муж моего сердца… – ворковала девушка, вытирая ему волосы большим льняным полотенцем. – Река никуда не убежит. Поедим, и вернемся…

Эрих не спорил. Одевшись, влюбленные снова взялись за руки и направились к виднеющемуся на холме поселку.

По дороге им встетилась еще одна влюбленная парочка: юный, красивый, едва обзаведшийся гривой львинен и его молоденькая, прелестная жена.

Платье львины заметно приподнималось, обтягивая ее округлившийся живот.

– Привет молодоженам! – ухмыльнулся львинен.

– Привет будущим родителям! – ответил Эрих, глупо улыбаясь. Они с львиненом крепко обнялись, как старые, закадычные друзья.

– Как водичка? – поинтересовалась львина, задумчиво поглаживая животик.

– Мокрая! – радостно сообщил Эрих. Ранэ хихикнула и покрепче прижалась к мужу.

– Очень смешно! – обиделся было львинен, но жена ткнула его логтем в бок и промурлыкала:

– Ох, Мрах, перестань! Дети четвертый день женаты…

Эрих пропустил детей мимо ушей – оба львинена были его ровестниками, а с Мрахом они вообще родились в один день.

– Пятый… – робко вставила Ранэ, но львина только пожала плечиками. – Молодожены, они и есть молодожены! Вот поживете с полгодика, попривыкнете, успокоитесь… – и, мечтательно закатив желтые глазищи, продолжила. – И что мы только не творили в первое время…Мрах через крышу ночью зачем-то лазал…

– Хеля! – запротестовал львинен, смущаясь.

Львиня снова ткнула его локтем в бок.

– Что, Хеля? – спросила она, сверкнув глазами. – Или ты скажешь, что не лазал?

Мрах окончательно смутился. Похоже, ему было неловко вспоминать о проделках того времени.

Хеля подхватила мужа под руку и подтолкнула по направлению к реке. Уже шагнув на тропу, она вдруг обернулась и добавила:

– Идите домой, молодожены! Наслаждайтесь друг другом, пока можете! Я вам почти завидую…

Львинены ушли, и Эрих долго глядел им вслед. Он был несогласен со словами Хели о том, что со временем страсти улягутся. Да быть такого не может! Ранэ, его обожаемая жена, была рядом, и юношу просто распирало от счастья. Хотелось залезть на ближайшую крышу и кричать на весь поселок…Как ТАКОЕ может пройти? Хотя, с другой стороны, если все время будет хотеться на крышу и орать…И свихнуться можно ненароком…

Желудок Эриха заурчал, требуя пищи.

Схватив Ранэ в охапку, юноша клацнул зубами в притворном гневе и потребовал:

– Жена! Корми меня, я голоден!

Ранэ запищала и задрыгала ногами.

– Неси меня домой… – проворковала она, глядя на мужа сияющими влюбленными глазами. – И я приготовлю тебе обед…Много-много обеда…

Эрих поцеловал ее смеющийся рот и пошел в дом, прижимая к себе смеющуюся жену. Он был зверски голоден…

Ночью, лежа рядом со сладко посапывающей женой, Эрих впервые со дня свадьбы задумался о своем теперешнем положении.

Да, он, безусловно, любил Ранэ, и та любила его, и им было хорошо вместе. Но… Юноша вспомнил поглаживающую живот беременную Хелю, и то, как смотрел на нее Мрах, и его передернуло: он, в отличие от друг-львинена, не хотел детей. Не просто не хотелсовсем не хотел! При одной мысли о вопящих по ночам младенцах, обкаканных пеленках и режущихся зубах ему хотелось взвыть на луну. Вскочив с постели, Эрих как был – нагишом, нервно заходил взад вперед по комнате. Ранэ спала, ее волосы пышной волной разметались по подушкам. Эрих застонал, глядя на жену: скоро у них тоже родится ребенок! Маленькое существо появится на свет, и Ранэ, его Ранэ, начнет возиться с ним, сюсюкать и целовать крохотные розовые пяточки. У нее появится еще кто-то, кого она будет любить и нежить… Какой кошмар!

Резко остановившись, Эрих еще раз поглядел на жену. А ведь так и будет! И это – правильно! А он, Эрих, похоже, сошел с ума, если ревнует свою женщину к еще не родившемуся собственному ребенку!

Ранэ застонала и вдруг села на постели, заспанными удивленными глазами глядя на стоящего посреди комнаты обнаженного юного мужчину: освещенный всполохами огня, тот был очень красив.

– Что случилось? – спросила она чуть хриплым со сна голосом. – Иди сюда – мне без тебя холодно…

И Эрих устыдился своих глупых, эгоистичных мыслей. Какая разница, появится у них ребенок или даже десять, Ранэ все равно будет любить его…

Торопливо юркнув обратно под одеяло, юноша обнял возлюбленную и, окончательно успокоенный, почти сразу уснул. Головка Ранэ уютно лежала на его плече.