Текст книги "Бессмертный из Рязани (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Ш.

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 36 страниц)

Не думаю, что девушку обрадовал бы новый цвет волос, окажись она покрепче. Образ незабвенной в моём сердце Цири ей точно не подойдёт. Примерно, как образ афроамериканской русалочки в новом издании от Диснея. Не думаю, что Ханс Кристиан Андерсон давал на это согласие. Я тоже не согласен лицезреть седовласую, юную китаянку, вызывающую жалось одним своим видом. Придётся же постоянно ей что-нибудь давать из желания утешить. Где я столько пряников найду? Хотя, если пройтись по соседям… Впрочем, что-то отвлёкся.

Ничего непоправимого не произошло. Пускай ребята немного полежат на травке, отдохнут, погреются на солнышке, подумают над бренностью бытия, им полезно. Деревья под сильным ветром или ломаются, или прочнее врастают в землю. Однако, если они ещё раз так сделают, точно прибью! Огорчённо вздохнув, вот не было у меня хлопот, пока не завелись детишки, вернулся к выпивке. Нужно успокоиться, пока я им сам шеи не свернул, чтобы не умчались, или того хуже, не присоединился к карательному походу. Кабачки у меня в этом году выросли хорошие, крупные, а главное, на удивление дерзкие. Никакой отравы на них не напасёшься. Жрут, как не в себя. К тому же я, вообще-то, редиску там сажал. И потом, зачем они старую лейку сгрызли? Она-то в чём провинилась? Железа в организме не хватает, что ли? Так что кабачки давно пора проучить. Они должны знать своё место!

Почувствовав, что ребята немного пришли в себя, зашевелились, с интересом продолжил наблюдать, как они ползком, дрожа от пережитого ужаса, добирались да гостевого домика. От любого шороха вздрагивали, замирали, прижимая головы к земле. В траве прятались лучше, чем кузнечики. Былой воинственности от практиков больше не ощущалось, а вот тревоги, хоть ложкой черпай. Густой, как мёд. Наверное, боялись моего гнева. Эта глупая выходка дорого им обошлась. Страх «сожрал» большую часть полученной за обедом энергии, а что опаснее всего, пошатнул уверенность в собственных силах.

Особенно позабавило игривое поведение Барбоса, снявшего значительную часть моего гнева. Этот прохиндей, посчитав происходящее игрой, присоединился к ребятам, в точности повторяя за ними. Полз последним. Так же поднимал голову из травы, оглядывался, опускал её, замирал, растягивался на земле, изображая убитого. Ещё и хвостом вилял, заметая следы.

Наконец, успешно добравшись до безопасной зоны, где им разрешили находиться, ребята часа четыре прилежно медитировали, усыпляя мою бдительность. Успокоившись, вскоре перестал за ними следить. Потом сам не заметил, как задремал, убаюканный привычной тишиной и покоем.

***

Долго ли юные практики могли сохранять терпение, попав в загадочное место, полное удивительных открытий, чудес, а также валяющихся буквально под ногами сокровищ? Конечно же – нет! Их всегда учили: если ты не приберёшь к рукам ценные ресурсы, и не раскроешь окружающие тайны, это сделает кто-то другой, а потом унизит нерасторопного неудачника. Какой ещё нужен повод к действию в обществе, помешанном на культе силы и иерархичности? Ответ очевиден. Более хитрая Тао предпочла не заметить, как воровато посматривающий по сторонам Джао первым отправился на поиски сокровищ. Если они не защищены от дураков, Тао сразу же к нему присоединится, а если защищены, поиздевается над наивным пареньком, показывая, что она в столь явные ловушки не попадается. Заодно, возможно, заслужит этим расположение мастера Ма Фэя. Только простодушный Ли продолжил усердно медитировать, не догадываясь об интригах, разворачивающихся у него прямо под носом.

Теперь, решив к огороду не приближаться, того ужаса, что он испытал в прошлый раз, парню более чем хватило, Джао нацелился на яблоню, увешанную аппетитными золотистыми плодами с необычным запахом. Дерево выглядело совершенно безобидно, но ровно до тех пор, пока практик не потянул за ветку, наклоняя её к земле. На мгновение дерево окуталось невероятно могущественной, ослепительной аурой, после чего Джао отбросило на несколько десятков метров, пока он не врезался в железный забор на другом конце участка. Да ещё с такой силой, что в металлическом листе осталась глубокая выемка, по форме напоминающая очертания человека. От подобного удара покосились ближайшие стойки забора, сделанные из труб. Мигнув аурой, яблоня вновь прикинулась обычным деревцем, которое мог сломать любой ребёнок.

Вздрогнув, не заметив, как она на секунду рефлекторно вжала голову в плечи, побледневшая Тао с опаской посмотрела на дом, ожидая появление разгневанного хозяина. Они и так сегодня совершили слишком много непозволительных ошибок. Их жизнь уже давно висела на волоске этого светловолосого и голубоглазого чудовища. Что ему мешает устранить источник постоянного беспокойства самым радикальным способом? Угрызения совести? Это у истинного-то практика? Не смешите смотрителя кладбища!

Тао и Ли, усилено делая вид, что они совершенно незнакомы с этим идиотом Джао, и вообще, первый раз его видят, мысленно уже попрощавшись с товарищем, поделив его вещи, а также прикинув, где будут закапывать. К счастью для начинающего алхимика, хозяин так и не вышел. Вернувшись, словно побитая собака, Джао устало уселся на прежнее место.

– Это не дом, а какая-то сплошная смертельная ловушка, – пожаловался парень, потирая разбитое лицо. – Мистические деревья высших сфер развития. Духовная древесина. Колодец с морозной ци. Высокоуровневые духовные растения. Красный петух с аурой феникса. Собака, на которой не срабатывают техники познания. Одинокий красный карп в мелком прозрачном пруду, который то появляется, то исчезает. Что дальше? Плюющиеся молниями тараканы-убийцы? Куда нас отправил сумасшедший старейшина? Сюда нужно было посылать команду из первого десятка внутреннего двора. Обладателей фиолетовых поясов, или сразу мастеров. Если бы дерево хотело меня убить, я был бы уже мёртв, – Джао тяжело вздохнул, уже устав бояться.

Почесав покрасневшую на руках кожу, он добился осыпания крошечных чешуек коры, доставшихся в подарок от заражения древесной ци.

– Раз уж решили задержаться, – невозмутимо заметила Тао при полном согласии ребят, ведь упускать такую великолепную возможность стать сильнее никак нельзя, – нам нужно срочно пополнить запасы расходников. В том числе медицинских. Боюсь, они будут тратиться с куда большой скоростью, чем мы рассчитывали. Необходимо пройтись по местным магазинам, посмотреть, найдётся ли в них что-нибудь полезное. Ещё не помешают разные бытовые мелочи.

Практики хоть и суровые, неприхотливые ребята, но комфорт ценят не меньше остальных.

– А ещё необходимо достать средство от комаров, – подсказал хмурый Джао, продолжая чесаться.

То, что нужно собрать побольше информации об этом месте, вслух не произносилось, но определённо имелось в виду. Любознательные практики поняли друг друга с полувзгляда.

Определившись с дальнейшими планами, группа отправилась на разведку посёлка. Поскольку калитка запиралась на простейшую щеколду, и не имела ни защитных массивов, ни печатей, ни ловушек, дом они покинули без малейших проблем, хотя делали это, как сапёры на самоубийственном задании, прибегая к максимальной осторожности. Впрочем, проблемы начались позже.

Для начала выяснилось, что универсальный магазин в посёлке всего один, и ассортиментом товаров он не радовал. Покупать в России дешёвые китайские подделки им показалось унизительным, но выбора не было. Продавщица, способная конкурировать с практиками в равнодушии и избирательности слуха, наивно попыталась обмануть тех, кто сам привык обманывать, обещая хорошее качество там, где его отродясь не водилось. Духовное чутьё провести сложно. Кроме того, она наверняка задрала цены до самой Поднебесной, всячески отвлекая от этого внимание. Спросила, как дела в Японии? Правда ли, что там все извращенцы? Напрягшись, радостно похвасталась знанием иностранных языков, гордо сказав: xin chao, под конец разговора, да ещё не в той тональности.

Джао сначала честно пытался разобраться, то ли их таким образом изощрённо оскорбляют, то ли продавщица – обычная дура. Склонившись ко второму варианту, вежливо поправил, что они не вьетнамцы.

– Знаю. Вы же эти, как их, ниппонцы, – искренне удивившись, заверила их весёлая, разговорчивая женщина, радуясь платёжеспособным покупателям.

Бровь у терпеливого Джао дрогнула. Тао пришлось положить ему на плечо руку, чтобы парень не наделал глупостей. Они не дома, и не в секте.

Помимо этого, потрёпанная, грязная, вонючая из-за мазей, хмурая, местами перебинтованная троица иностранных подростков закономерно вызвала интерес у местных жителей. Их приняли за неопытных разнорабочих из Средней Азии, нанятых Матвеем для ремонта дома. Из тех, кто работал за копейки и, по слухам, умел всё. И батарею повесить снаружи дома, и дверь поставить глазком вниз.

Насмешливо-снисходительные взгляды ребята стоически терпели, помня наказ Ма Фэя, не бить местных жителей. Похоже, он скрывал от них свою сущность. Если мастеру нравится прикидываться простым смертным – да ради бога. Нашёл чем удивить. Чем старше и могущественнее практики, не говоря уже про бессмертных, тем они экстравагантнее. Более того, проклятья местных жителей на голову бессердечного, злобного, и жадного Ма Фэя приятно грели сердца обиженных подростков. Гораздо хуже всё обернулось с ровесниками, которые решили познакомиться с гостями поближе.

Один улыбчивый парень, убеждённый в собственной неотразимости, принялся подкатывать мягкие, сморщенные яйца к Тао. Нашёл чем привлечь такую придирчивую и расчётливую девушку, как она. Этот красавец не воспринял всерьёз её пожелание свалить к чёрту, а потом сдохнуть в муках от запора, вскоре пожалел о своём выборе. После второго китайского предупреждения Тао невозмутимо вывернула ему кисть, и едва не сломала ключицу. С криком: «Я тебя найду, и вы***, узкоглазая ****!», любвеобильный, «культурный» молодой человек в модной одежде поспешил покинуть группу недружелюбных туристов. Сам дурак. Кто же так заигрывает с девушками? Последнее слово явно было лишним.

Следующей помехой на пути группы стала улыбчивая, любопытная девушка-подросток. Она подошла с вопросом: «Привет. Ребят, вы откуда?» Однако вместо приятного разговора дружелюбная особа удостоилась только равнодушных взглядов. Три практика молча прошли мимо, даже не обернувшись. Ци – нет. Фиолетового пояса – нет. Кланового знака – нет. Драконьих кур – нет. Дерева с мистическими фруктами – нет. Коровы, и той небось нет. На что она рассчитывала?

Помимо магазина, практики заглянули на почту, а ещё в фельдшерский пункт, активно сканируя посёлок на наличие одарённых людей. Второй раз попадаться в ловушку стереотипов гости не желали. Поэтому встреть они на улице медведя с балалайкой, и бутылкой водки в шапке-ушанке, посчитали бы это хорошей приметой. Обязательно поздоровались бы. Уважительно, само собой.

Столь же безразличного отношения, заслужил деловитый мужик в фирменных кроссовках за несколько сотен евро, поинтересовавшийся, сколько они возьмут за разгрузку машины щебня, и умеют ли заливать фундамент? В итоге владелец щебня решил, что ребята не говорят по-русски. Немного погодя на них бросилась большая собака, гулявшая без поводка, намордника и хозяина. Слепая, что ли? Получив пинок из серии – «Не путайся под ногами, пёс смердящий», ошеломлённое животное подлетело метра на два, после чего с визгом, будто на него внезапно и беспричинно напали хулиганы, стремительно умчалось вдаль по улице. Оттуда вскоре прибежал злой, пузатый мужик с железной трубой, кричащий: «Сейчас я вас, суки, изувечу. Какого хрена вы напали на бедного Ларсика? Что он вам сделал? Это добрейшая, умнейшая, воспитанная собака. Породистая, как английский лорд. Он ни на кого не нападал. Не гоните! Точнее, гоните, но по пятьдесят тысяч с каждого за моральный ущерб, иначе я за себя не отвечаю! А будете качать права, я вам сейчас будки разнесу».

Лениво поковырявшись в ухе, поняв от силы треть из сказанного, местным сленгом заезжие практики секты Меча заката не владели, Ли дал ему щелбан, от которого окосевший мужик упал на задницу. Далее парень легко обернул трубу вокруг шеи этого крикуна, сделав своеобразный ошейник. Посетовав, что на бантик не хватило длины материала, дал ему ещё один щелбан, отчего перепуганный владелец собаки на четвереньках попытался догнать своего питомца. Впрочем, уже через несколько метров благодаря стремительной эволюции он вновь обрёл способность к прямохождению. Удивительно, но на двух ногах мужик передвигался гораздо быстрее, чем собака на четырёх. Ларсику нужно взять это на заметку.

– Варварская страна, – брезгливо заметила Тао, глядя ему вслед.

– И не говори, – беспечно заметил здоровяк Ли, переходя хорошо асфальтированную дорогу в неположенном месте, конечно же, не глядя по сторонам.

Послышался громкий визг тормозов, глухой удар и треск пластика. Обернувшись, удивлённая Тао обнаружила, как вокруг не менее удивлённого Ли частично обернулось первое крыло дорогого автомобиля с плавными формами, и низкой посадкой. Парень инстинктивно, за мгновение до столкновения напитал своё тело духовной энергией, доведя его по прочности до стальной болванки. Не зря же практиковал технику закалки тела. У автомобиля оказалась помятой решётка радиатора, крыло, частично капот, разбит бампер, а также правая фара. Ли же отделался только испортившимся настроением.

Выскочившая из машины обладательница модельной причёски и стильного юбочного костюма первые секунды бестолково металась между ними, испугано причитая. Женщина явно находилась в шоковом состоянии. Часто спрашивала, как он себя чувствует? Не нужно ли в больницу? Извинялась. Клялась, что не видела, хотя по обе стороны дороги вместо леса были только заборы. Просила не вызывать полицию. Буквально не знала, за что хвататься, то ли за телефон, то ли за аптечку, то ли за руль, то ли за горло пострадавшего. Через нескоторое время присмотревшись к Ли повнимательнее, он как раз отряхивал штаны, будто ничего не произошло, – женщина мгновенно разозлилась. Да ещё как! Шок и страх трансформировались в ярость. Теперь от неё посыпались сплошные угрозы с обвинениями. Она принялась толкать жертву аварии, дёргать его одежду, кричать, требовать возмещения ущерба. Живописно расписала, что с ними всеми сделает. Какие у неё связи. Пугала неким Павликом, капитаном Андреевым, самим Сергеем Юрьевичем! Тао таких практиков не знала, поэтому даже ухом не повела, озабоченно оглядываясь в поисках нежелательных свидетелей. К сожалению, такие нашлись, так что по-тихому избавиться от этой ненормальной не получится.

– Мне обещали элитный посёлок под Рязанью. Лес. Речку. Чистоту. Приличных соседей. Продали дом за дохрелион рублей, а что в итоге? По улицам бродят какие-то бомжи из Средней Азии, плохо говорящие по-русски. Вы что здесь делаете, черти? Ремонт? Кто ваш хозяин? – рассвирепела женщина, полагая, что с самих гастарбайтеров она ничего не получит.

Не выглядели они как люди, имеющие деньги и совесть. Поэтому необходимо пинать, во всех смыслах, их главного. На нём же можно спустить пар, а то перепугалась до чёртиков.

– Хозяин? – с забавным выражением лица уточнила Тао, слегка наклонив голову. – Вы хотите его побить?

– Ещё как! И почему это хочу? Где он?! – виновница аварии заорала на всю улицу, вызывая колыхание штор в ближайших окнах, понятное дело, не от сквозняка.

Переглянувшись, троица практиков синхронно улыбнулась невинными детскими улыбками.

– Хорошо. Идите за нами, пожалуйста, – позвала её вежливая, тихая девочка, желающая посмотреть на эпичную битву добра со злом.

Хозяйка автомобиля не знала, что практики с самого детства постигали науку мгновенно подстраиваться под ситуацию, всё просчитывать, обманывать, хитрить, прикидываться слабыми ради достижения цели. Лицемерие у них в крови. Иначе, как избегать наказаний, или выведывать чужие секреты, необходимые для дальнейшего продвижения в секте?

Недавно пережив ряд позорных неудач, гости Матвея не меньше неё желали сбросить стресс, насладившись запоминающимся зрелищем. А какие ещё есть развлечения в этой дыре? Приставка? Телевизор? Тренажёрный зал? Полигон? Друзья? Библиотека? Кроме того, все трое тут же смекнули: неплохо бы проверить, как на других людей действует колодец, яблоня, огород, пока мастер продолжает наслаждаться крепким сном типичного пьянчуги. Может, удастся разгадать их секрет. В случае очередного провала, несмотря на свой юный возраст, они уже прекрасно умели избавляться от трупов.

Поэтому с фальшивой улыбкой скромных работяг, виновато опустив голову и коверкая слова, Ли подыграл ей.

– Сюда, уважаемая. Здесь недалеко. Только сначала проверьте машину. Может, она ещё на ходу. На ней мы доедем намного быстрее. Не оставлять же её здесь. А вдруг украдут?

Он даже знал кто.

– Так здесь ещё и машины воруют? – всплеснула руками поражённая женщина, под немигающими взглядами подростков.

Глава 3

– Да что сегодня за день? – страдальчески поморщился, даже из дома услышав, как какой-то идиот опять настойчиво ломится в ворота. – Я что, проклят?

Закатив глаза, глубоко вздохнул. Досчитав до десяти, поднялся с кресла. К сожалению, стук не прекратился, поэтому пришлось идти выяснять, кого там принесла нелёгкая. Не обнаружив во дворе троицу практиков, сразу насторожился. Нехорошо. Плохая примета. Такие гости просто так не приходят и не уходят. С ними, как с маленькими детьми, пока орут, что-то ломают, лезут лицом в миску кота, всё нормально, можно не волноваться, но как только замолчали – жди беды.

Сделав несколько нетвёрдых шагов, подражая моряку на качающемся судне, по пути случайно споткнулся о табуретку. Выругавшись, злобно пообещал оторвать ухо тому недоумку, который её здесь бросил, но быстро вспомнил, что это был я. Смутившись, признал вслух, что был не прав. Извинившись, осторожно сдвинул её ногой в сторону, пока никто не видит. Продолжив идти к калитке, зацепился взглядом за покосившийся участок забора с весьма необычной «гравировкой». Несколько секунд растерянно пытался вспомнить, неужели и это моя работа? Да нет, по росту не подходит. Наконец, уже у самой калитки обратил внимание на яблоню, перешедшую в режим – «Всех убью, одна останусь». Это ещё что за новости? А как же я? Выстроить логическую цепочку между последними наблюдениями оказалось проще простого.

Понятное дело, на улицу я вышел в не самом доброжелательном расположении духа. И что я там увидел? Злую женщину, разбитый автомобиль, и трёх знакомых китайцев с лицами, полными раскаянья, тревоги, а также детской непосредственности. Сама мысль о том, что их можно в чём-то заподозрить, казалась кощунственной. Подростки «бестолково» сгрудились за возмущённой женщиной, прикрываясь ей, как живым щитом. Несложно догадаться, кто виноват в таком странном характере повреждения машины, и чего от меня хотят. Глубокий отпечаток ладони на помятом капоте сам по себе не появляется.

– На тебя работают эти трое? – возмутительница спокойствия сразу начала с наезда, указав на них пальцем с дорогим маникюром.

Глубоко втянув носом воздух, она тут же брезгливо поморщилась от сильного запаха алкоголя. Хозяин дома в её глазах только что упал на самое дно и вырыл там себе могилу, в полный рост. Вся её поза стала выражать классическое: Я так и знала!

– Только не орите дамочка, у меня голова не железная, – жалобно попросил, пытаясь сделать так, чтобы земля перестала качаться, а в ушах больше не звенело.

– Какая я тебе дамочка, алкаш чёртов! – женщина перешла на ультразвук, выкрутив громкость голосовых связок на максимум. – Ты хоть знаешь, кто я? А что натворили эти…

Так, мне это надоело. Резко вытянув руку, закрыл ей рот ладонью, отчего глаза у замершей незнакомки стали навыкат, напоминая мультяшные. Такого поступка от меня она точно не ожидала. Посмотрев на троицу вонючих опоссумов, я «ласково» улыбнулся. Пока дамочка тщетно пыталась сдвинуть мою руку хоть на миллиметр, удивляясь, почему не получается, практики сильно напряглись. Они отчётливо почувствовали, как их шей коснулось невидимое лезвие, состоящее будто из тончайшего, не толще паутинки, ци меча. Обманчиво невесомое и хрупкое. Казалось, его могло сдуть даже лёгкое движение воздуха, или оно само сотрётся о кожу, не причинив ей ни малейшего вреда. Однако, почувствовав чистоту и мощь этой ци меча, подростки не просто испуганно замерли, а даже дышать перестали, чтобы случайно не остаться без головы. На их коже выступила едва заметная цепочка крошечных капелек крови. Намёк более чем очевиден.

Потеряв развитие и силу, я всё же сумел сохранить то, что к ним не привязано – аспект страха, и домен истинного закона меча. Поскольку ещё до падения освоил их отнюдь не на поверхностном уровне, а после и вовсе отточил до неимоверной остроты, совершив переход количества в качество, не стоит меня злить.

Пока я боролся с соблазнами, женщина догадалась сделать шаг назад, после чего продолжила орать до тех пор, пока с изумлением не поняла, что её даже не слушают. Какая возмутительная наглость!

– Б***! – выругавшись, от избытка чувств топнула изящной ножкой. – Куда я попала?! Да я вас в землю закопаю! Пьяная скотина. Ты хоть знаешь, что натворили твои Джамшуты? Я сейчас вызову…

– Никого ты не вызовешь, – перебил, переведя ясный взгляд на женщину, внезапно став серьёзным.

Она резко осеклась, сглотнула, присмирела, будто бы даже стала меньше ростом, глядя на меня испуганным взглядом снизу вверх. Виной тому непреодолимый страх, мгновенно перебивший и гнев, и разочарование, и жажду справедливости, и брезгливость, и даже неописуемую обиду. Ничто не прочищает мозги лучше, пробуждая инстинкт самосохранения, чем чистый, незамутнённый, глубинный ужас, шепчущий на ушко, что все мы смертны. Более того, ничтожны, перед лицом обстоятельств непреодолимой силы. Трепыхайся, не трепыхайся, ничего не изменится. Можно только спрятаться и молиться, пытаясь переждать, пока не минует смертельная опасность. Страх является базовым защитным механизмом любой формы жизни, зашитым на уровне инстинктов.

Пока женщина пыталась подобрать логическое объяснение, почему у неё внезапно пересохло в горле, задрожали колени, и она так сильно испугалась, вплоть до готовности к отказу от всех претензий, а также согласия на всё-всё-всё, спокойным тоном продолжил.

– Сейчас во всём разберёмся. Во-первых, это мои гости. Ученики спортивной школы старого китайского друга. Они приехали сюда ненадолго, погостить. Ребята – не строители, а туристы. В этом посёлке находятся всего один неполный день. Вполне ожидаемо, что студенты захотели прогуляться, осмотреть местные достопримечательности. Тут не за что их винить. Во-вторых, согласен, внешний вид у ребят не очень презентабельный, но тому тоже есть уважительная причина. Они ушли сразу после тренировки, не успев привести себя в порядок. В-третьих, за свою неосторожность они будут наказаны. Не волнуйтесь. В-четвёртых, вы могли бы спокойно объяснить суть своих претензий, обойдясь без никому не нужных оскорблений. Или вы из тех, кто любит долгие вступления с затянутыми переговорами? Не уважаете нас, ваше право, но, хотя бы уважайте себя. Не опускайтесь до уровня тех людей, какими нас видите. И уж тем более, не навешивайте необоснованных ярлыков. Сами же потом о них будете спотыкаться. Надеюсь, ещё и стыдиться. Однако последнее утверждать не возьмусь, что, на самом деле, для вас плохой маркер. В-пятых, сейчас спокойно решим вопрос с возмещением ущерба. Во сколько вы оцениваете ремонт автомобиля, свои моральные страдания, и прочие издержки? – внимательно посмотрел на опешившую женщину, не ожидавшую услышать столь взвешенную речь от человека, вроде меня.

Тем временем виновники происшествия продолжали стоять каменными истуканами, задержав дыхание. Только и делали, что моргали. Такое впечатление, поочерёдно.

– Ну… это…, – неуверенно замямлила светловолосая женщина-водитель, задумчиво оглянувшись на разбитую машину.

Услышав неуверенно произнесённую цифру, а значит, близкую к реальности, убрал удавку, пока эти опоссумы не задохнулись.

– Ты, – посмотрел на Тао, – быстро перевела на её банковский счёт указанную сумму.

– Ты, – настала очередь собеседницы, – сообщила ей свои реквизиты.

– Ты, – механически продолжил раздавать указания, двигаясь по часовой стрелке. – Стоишь и раскаиваешься. Я сказал – раскаиваешься! – внезапно рявкнул. – Сильнее! Ещё сильнее!

Мне плевать, где Тао возьмёт эти деньги, и кто из них разбил машину. Она лидер, а значит, ей и отвечать за свою команду. Потом между собой утрясут все детали. Торговаться за девушку я не собирался. Пусть это станет для них ещё одним уроком.

Посмотрев в мои «добрые» глаза, увидев в них отражение своего надгробия, благоразумно послушная китаянка, которая очень хотела жить, без возражений достала из кармана телефон. Пока стороны торопливо согласовывали технические вопросы сделки, общаясь сухо, только по делу, опасаясь разозлить жуткого меня, я указал парням на калитку, приглашая вернуться во двор. Погуляли и хватит. Причём с руками за спиной, по одному, опустив голову. Заодно на языке мира Белой реки ядовито поинтересовался, кого ещё мне сегодня ждать в гости?

– Надеюсь, вы ничего не разрушили? Нет? Водокачка ещё цела? А почему? Демонов не призывали, покойников не сжигали, подпольные турниры не организовывали? Учения своей секты не распространяли? Уверены? Ну и хорошо, для вашей же безопасности.

После того, как телефон женщины-водителя тренькнул, подтвердив перевод средств на её электронный кошелёк, с кривой улыбкой пожелал даме хорошего вечера. Не дожидаясь ответа, ухватив Тао за шкирку, затащил во двор, не обращая внимание на волочащиеся по земле ноги, оставляющие за собой две бороздки. Калитка с грохотом захлопнулась прямо перед носом владелицы не битого, некрашеного автомобиля, как позже будет указано в объявлении на Авито. Она так и осталась стоять с открытым ртом, не успев ещё что-то сказать. Да-да, знаю, я грубиян и хам. Не благодарите.

– Ну что же, личинки навозных жуков. Я смотрю, у вас осталось много нерастраченной энергии? – прижал юных практиков к земле пугающим до дрожи взглядом. – Сейчас мы это дело поправим. Это мы умеем. Верхнюю одежду и обувь снять. Встать в линию. Принять упор лёжа. Когда принесу брёвнышко, будете у меня отжиматься, приседать и подпрыгивать, прямо как команда дрессированных школьных синхронисток. От хлопка, и до пока не надоест, причём мне. Конечно же, без использования духовной энергии. Я за этим прослежу. Выжму из вас всё, до последней капли.

Хищно оскалившись, пошёл за спортивным инвентарём. Пора переходить к воспитательным мерам, иначе, боюсь, Мухоморовка долго не просуществует.

***

– Братан, ты, конечно, прав, – несколько косноязычно, смущённо высказался высокий, мускулистый, широкоплечий парень, глядя на приятеля с перебинтованным запястьем, – но нельзя же тупо устраивать разборки, не разузнав, с кем мы собираемся драться. А если этих узкоглазых человек пятьдесят? Да ещё все на одно лицо, и сплошь такие же каратисты? Мы всех не вынесем, – призвал к осторожности.

– Гриша, я не понял, ты что, за меня не впишешься? – с подозрением посмотрел на него первый парень Мухоморовки.

Гроза юбок и баров. Сынок очень обеспеченных родителей. Считай – местный принц.

– Пацаны, не обессудьте, – с нарочитой важностью предупредил третий участник группы из четырёх парней. – Но у меня мама болеет. Мне никак нельзя в больничку. Так что я согласен с Гришей. Сначала выясним, что за перцы завелись в нашем посёлке, а потом поотрываем им жопки. Если что, выловим по одному. Куда нам спешить? Это же наша земля.

Пафоса в словах невысокого субъекта худощавого телосложения было больше, чем он весил.

– Слышь крестьянин, не рано ли удобряешь землицу русскую? – усмехнулся высокий, худощавый парень с гладковыбритой головой, в чёрной футболке с рисунком огненного черепа.

Ещё одной его отличительной приметой был пирсинг в носу и кожаный браслет на правой руке. Тоже гроза посёлка, но несколько другого направления.

– Я за то, чтобы сразу вломить приезжим. Будем булки мять, потеряем уважение. Все решат, что мы испугались каких-то приезжих.

Кто эти мифические все, он уточнять не стал. Пока о позоре Андрея знали только его друзья, да и времени с того момента прошло всего ничего.

– Даже если их много, потребуем выйти раз на раз. Согласятся, куда они денутся. Испугаются настроить против себя сразу всех. Если боишься, давай я сам её ушатаю, – выставил себя отморозком, которому сам чёрт не брат, чтобы его ещё больше боялись и уважали.

Павлу было приятно чувствовать себя этаким местным пугалом, с чьим мнением считались. К кому всегда обращались за помощью. Чувствовать себя «авторитетным» человеком, от которого что-то зависит. А ещё лысый хулиган смотрел слишком много российских сериалов. Хотя, справедливости ради, вопреки своим словам, он абсолютно не горел желанием драться с девчонкой. Не солидно это. Однако ещё сильнее боялся потерять уже наработанную репутацию.

– Это не по-пацански, – с сомнением заметил незапоминающийся в любой компании четвёртый парень, выглядевший домашним, начитанным мальчиком из хорошей школы.

– Ты сначала пацаном стань, чтобы так говорить, а то вечно себя по-бабски ведёшь, – провокационно усмехнулся лысый.

Ему нравилось задевать Сергея. Они несовместимы, как огонь и вода, но при этом, удивительном образом продолжали дружить с самого детства.

Несколько минут потратив на споры, четверо борцов с несправедливостью решили завтра с утра отправить на разведку малышню. Они тут самые дерзкие и неприкосновенные. Как бы парни друг перед другом ни храбрились, не мерились силой, ни убеждали, что в одиночку положат полчища ордынцев, но быть битыми совершенно не желали. К тому же одно дело – приятельские разговоры за бутылкой пива, а другое – суровая реальность. Да и повод, честно говоря, дурацкий. Подумаешь, девчонка съездила приставшему Андрею по лицу. Не она первая, не она последняя. Однако, видимо, чем-то приезжая от других отличалась, раз он так сильно возбудился, пойдя на принцип.

Если бы иностранка не показала себя сильным бойцом, спортсменкой, должно быть, этого разговора не было. По мнению парней, лучше бы Андрей обратился к Светке с её подружками, чтобы та сама разобралась с наглой приезжей. По-своему, по-женски. Это было бы правильно. В крайнем случае всегда можно накатать жалобу дяде Жене, местному участковому. Пусть проверит их регистрацию. По-любому нелегалы, в паспорт не смотри. Нормальным туристам здесь нечего делать. На что тут смотреть? Все шесть достопримечательностей, включая старый дом, где на одну ночь останавливался какой-то давно забытый писатель, превращённый в музей, не были интересны даже местным жителям. Это не более чем повод для осваивания краевого бюджета, поэтому о нём если кто и заботился, то только глава посёлка со своим карманным бухгалтером. В любом крупном посёлке таких достопримечательностей с десяток можно насчитать, при большом желании. Вот дуб, под которым сидел мой дедушка, вон пруд, в котором он ловил рыбу, вон живописные развалины мельницы, а вон, самое классное, суперское место, известное всем и каждому – овраг, в который как-то свалилась фура с магнитофонами, став практически местом паломничества.