Текст книги "Бессмертный из Рязани (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Ш.

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 36 страниц)

– Вредина. Могла бы просто попросить подождать на улице, – крикнул в опустевший проход. – Зачем же причёску портить! Дикарка. С таким характерам никто тебя замуж не возьмёт. Всё равно я уже всё видел…

Когда занавески всколыхнулись во второй раз, парня в помещении уже не было, хотя ещё секунду назад он в нём точно присутствовал. Единственное, что напоминало об этом событии – длинная, глубокая борозда на стене, появившаяся на уровне шеи.

Расслабленно сидя в уголке большого бассейна, грустная Тао старалась ни о чём не думать. Для этого ещё придёт время. Тогда, когда у неё хоть немного начнёт получаться пусть даже одно движение из той безымянной техники, показанной загадочным Ма Фэем. Девушка неустанно отрабатывала её каждое посещение тренировочной площадки, бросив на это все силы. Услышав приближающиеся шаги, звонко шлёпающие по мокрому камню, давно уже не веря в счастливые встречи, девушка напряглась.

Подняв взгляд, она увидела знаменитую принцессу меча заката, одну из самых известных, талантливых, и сильных женщин практиков молодого поколения этой секты. Яркую, восходящую звезду, ну, и в дополнение, будто этого было мало, дочь её главы. Бэй с самого начала обладала высшим статусом – личного ученика. Чьего, легко догадаться. Непотизм, он и в другом мире непотизм. Хотя справедливости ради, Бэй Нинг от природы обладала крайне редким талантом, и особым телосложением. Она бы своими силами легко добилась того же статуса.

Увидев, что госпожа Бэй непринуждённо, сбрасывая по пути одежду, идёт прямиком к ней, не зная, что и думать, встревоженная Тао поспешно поднялась на ноги. Проявить неуважение к ней, всё равно что выкопать себе могилу. Любимая папина дочка ничуть не беспокоилась о пропаже сверхценных вещей, которыми была чуть ли не обвешана. Они были защищены от подобной глупости не только её положением, но и соответствующими зачарованиями. Только безумец осмелился бы красть что-то у дочери главы секты, и то, из другого мира. Вселенная с этим утверждением была согласна, поэтому один ненормальный русский, в тот момент жарко спорящий со злыми, крикливыми помидорами-мясоедами о пользе вегетарианства, неожиданно закашлялся. Недобрым словом помянув сквозняк, выпил ещё стакан смородиновой самогонки, закусив его одним из упрямых собеседников.

– Ты Тао Лин? – с любопытством разглядывая землянку, заинтересованно уточнила принцесса знаменитого меча заката, подойдя вплотную.

– Да, госпожа Бэй. Младшая приветствует личного ученика секты, – Тао сделала традиционный жест уважения, сопровождаемый низким поклоном.

Прикипев взглядом к её уродливому шраму, которого Тао всё-таки стыдилась, несмотря на утверждение в обратном, Бэй вытянула указательный палец. Окутав его светящиеся аурой из невероятно плотной ци меча, прежде чем землянка опомнилась, молниеносно ткнула им в живот, целясь в определённое место. С ужасом ожидая прихода боли, запоздало вздрогнувшая Тао испуганно опустила взгляд, готовясь увидеть большую сквозную дыру, и свои оголившиеся кишки. В воду бассейна с горячей водой, над поверхностью которой поднимался пар, обильно закапала кровь. Вот только она сочилась не из нетронутого живота, а из глубоко порезанного пальца принцессы меча. Побледнев, уже распрощавшись с жизнью, внезапно Тао услышала несколько безумный, радостный смех сумасшедшей мечницы.

– А вот это уже интересно. Жутко интересно. Ты же мне всё расскажешь, правда? О том, кто нанёс тебе эту рану. По-дружески. Не волнуйся, я никому не скажу, – доверительно подмигнула ей развеселившаяся Бэй.

Несмотря на доброжелательный тон с широкой улыбкой, в тёмно-карих глазах принцессы меча, холодных и пугающих, как ледник на вершине горы, Тао увидела своё печальное будущее, если неосмотрительно даст неправильный ответ. Это была не просьба. Если прямо сейчас не угодит несравненной Бэй, то вода в этом бассейне полностью окрасится в тёмно-красный цвет. Из него потом долго будут вылавливать мелкие ошмётки плоти. Разумеется, в отчётах зала Наказаний напишут, что это внезапно спятившая Тао напала на принцессу меча, а та лишь защищалась, и вообще, проходила мимо, а тут такое неуважение. Ну как на него не ответить? Главе внешнего двора ещё и строгий выговор влетит, за ненадлежащее воспитание учеников. Признанным гениям в этой секте позволялось почти всё.

Тао скосила обеспокоенный взгляд на испуганно замерших девушек в другой части бассейна, ведь она мылась не одна.

– Они уже уходят, – буднично сообщила улыбающаяся Бэй, даже не повернув головы.

В подтверждении этих слов сразу же послышался плеск воды, и шорохи полотенец быстро удаляющихся свидетельниц. Винить их не за что. Жить хотели все.

– Да не переживай так. Расслабься, – дружелюбно попросила принцесса меча, обратив внимание на её напряжённые плечи. – Я не страшная. Рука руку моет, слышала о таком? Ты поможешь мне, а я избавлю от проблем тебя. Чем не сделка? У тебя ведь есть враги? А хочешь, появятся? – прозрачно намекнула, хитро прищурившись.

Через час, покинув баню довольной и посвежевшей, Бэй нашла взглядом сидевшего на табуретке у входа Йанга, с чашкой чая в руках. Где он их нашёл, даже спрашивать не стала. Уже привыкла, что этот прохиндей везде умудрялся устроиться с комфортом. Даже удивительно, что в этот раз обошлось без танцовщиц и музыкантов.

– Я уж думал, ты утонула, – раздражённо проворчал утомившийся ждать парень.

Больше чая в него уже не помещалось. Йанг приготовился к ожидаемой вспышке гнева, которую так её и не дождался, отчего в изумлении приподнял брови, едва не выронив чашку.

– И не мечтай. У меня для тебя задание, – девушка пристально на него посмотрела, намекая на его важность. – Нужно донести до птенцов внешнего двора, что Тао Линь отныне принимает все вызовы, которые ей бросят, но с заменой. Вместо неё выходить буду я. Чтобы завтра же очередь стояла у главной арены.

– Серьёзно? – ещё сильнее удивился основной ученик секты Йанг. – Да в бамбуковом лесу палок не хватит, чтобы их туда загнать.

– Нет так нет. Я не настаиваю, я предупреждаю, – обманчиво легкомысленно улыбнулась непосредственная Бэй.

– Ага, знаем мы такие предупреждения с мечом у горла. Когда-нибудь сама с таким столкнёшься. Что-нибудь ещё? – примирительно поинтересовался парень, заметив опасный блеск в её глазах.

– Да. Но этим займусь уже я. Пойду выбивать себе задание по охране команды учеников внешнего двора, направленных в длительный рейд. На разведку тихой заводи в одном из скрытых царств. Так и быть, немного побуду нянькой. Всё на благо секты, – пафосно заявила, встав в позу и подняв руку. – Кто-то же должен браться за такие неблагодарные, низкооплачиваемые задания для поддержки новичков.

Ошеломлённый Йанг, наклонившись слишком сильно, упал с табуретки.

– Думаешь, отпустят? – уточнил с большим скепсисом, справившись с потрясением.

– В качестве наказания за устроенный мною беспорядок и террор?

– Какой ещё беспорядок? – забеспокоился парень, забегав взглядом по сторонам.

– Зависит от того, как долго эти старые черепахи будут упираться. Для них же стараюсь. Пусть немного отдохнут от меня, а я о них. Да и что там опасного, в этих мусорных карманных мирках? – пренебрежительно хмыкнула, определённо перепрыгнув через пару ступеней в своих рассуждениях.

Очень хорошо разбираясь в интонациях девушки, Йанг прищурился, подозрительно на неё посмотрев.

– Позволь угадать, уж не четырнадцатую ли команду ты хочешь «выгулять»? – проявил похвальную догадливость со странными интонациями в голосе.

Выразительного взгляда девушки было более чем достаточно для подтверждения его опасений.

Глава 8

Развернувшаяся в посёлке стройка, как таковая меня беспокоила мало, а вот то, к чему она вела, ещё как. Тот случай, когда рассчитывал, что сосед просверлит пару отверстий, повесит шкафчик и умоет руки, а он, гадёныш такой, устроил целую перепланировку. Даже по ночам не унимался. Преисполнившись праведным гневом, позвонил Зябликову, нашему участковому, а он только посмеялся. Сказал, что за такие деньги, как вбухали в наш посёлок, особенно после согласования всех деталей с министерскими круглолицыми товарищами, своими жалобами я могу подтереться в своём же туалете. Тем более, в нашу область пришли не просто какие-то иностранцы, а о-го-го какие китайцы, вхожие, он даже не скажет – куда. Зато сказал, куда идти мне. В принципе, не так уж и далеко от предыдущего маршрута. Повесив трубку, грустно вздохнул. Эх, лет сто бы назад я ему… его маме… бабушке… словом, как-нибудь да отомстил. Ходил бы он сейчас блондином, а не шатеном.

Несколько дней привычно пил с ускорением свободного падения на дно социальной ямы. Или дольше, календаря в доме не держу. Поскольку листья на деревьях пожелтеть ещё не успели, а пыли у меня и так всегда полно, сказать сложно, сколько это длилось. Гости уехали, можно расслабиться. Заслужил. Таким образом всё быстро вернулось в привычную колею. Впрочем, я не сильно-то и увлёкся. Надеюсь. Просто помидорчики на закуску попались ух какие, чудесные. А уж какие разговорчивые. В результате затянувшейся дискуссии о вреде влияния разлагающей идеологии на неокрепшие умы подрастающего поколения в эпоху загнивающего капитализма, даже не заметил, как пролетело время.

Однажды утром решил посмотреть, почему за забором неожиданно стало подозрительно тихо. Может, праздник какой, а я и не знаю. Осторожно выглянул в щель между ворот, недоумённо почесал голову, не узнавая пейзаж. Я что, попал в другой мир? Причём вместе с домом. Откуда взялся уютный коттеджный городок в восточном стиле? Откуда такая чистота и аккуратность? А главное, где люди?! Почему на улице ни души?

– Тотошка, что скажешь? – озадаченно спросил у Барбоса, интересуясь его мнением.

Толстый лохматый пёс повернулся на другой бок, презрительно проигнорировав идиота. Дальнейшие географические открытия ещё больше поставили в тупик. Самый натуральный. С трёх сторон участка, вплотную к моему забору, вырос новый забор. Качественный, из красного кирпича, высотой не менее трёх метров, крытый черепицей, да ещё с декоративными кованными фонарями. Неожиданно. Не хватало только колючей проволоки наверху, чтобы создать ощущение, что меня изолировали от общества.

Ещё раз почесав голову, сходил за раздвижной лестницей. Поскольку с востока и запада за забором виднелись черепичные крыши новеньких усадеб, появившихся на месте снесённых домов, решил посмотреть, что находится на севере, поскольку на юге мимо дома проходила основная автомобильная дорога.

Слегка выглянув из-за кирпичного забора, прислонив лестницу прямиком к нему, опешил от увиденного. Там, где раньше виднелся лес и заросший травой овраг, теперь открывался вид на аккуратные велодорожки, живописную аллею со свежеокрашенными скамейками, благоустроенную парковую зону, спортивную площадку, беговую дорожку, плавно огибающую овраг. Правда теперь на месте оврага плескался пруд, берег которого аккуратно облицовали Более того, в его центре поместили восьмигранную беседку в восточном стиле. Попасть в неё можно было пройдя по изысканному арочному мостику с резными перилами. И, опять же, кругом ни души. Всё это великолепие всё ещё стояло в нетронутом состоянии. Лишь охранники в чёрной униформе изредка патрулировали округу, утыканную камерами видеонаблюдения, датчиками тепла, движения, не удивлюсь, если ещё и замера радиационного фона. Наверное, для того, чтобы местные жители не пришли, и не испортили эту красоту, осталось только установить минное поле, без таблички, и поставить пулемётные дзоты. Ах да, классика жанра, ещё вырыв ров с нильскими крокодилами. Они крупнее. Без всего этого, полагаю, недолго останется ждать обязательных пикников с выкидыванием где попало пустых пивных банок, пластиковых пакетов, остатков еды. Куда же без катания взрослых пьяных людей на детских качелях, и исчезновения лавочек, по принципу: в хозяйстве всё пригодится, а то их здесь точно сломают или украдут. Наконец, как апофеоз "правильно отдыха" – автомобильных гонок по новеньким велодорожкам с обязательными заносами. На что у отдыхающих хватит фантазии по поводу пруда, даже боюсь представить. Просто прыгать в воду с крыши беседки, как с вышки – это вчерашний день.

– Обложили, демоны, – ошеломлённо проворчал, протерев глаза.

– Доброе утро, Матвей Игоревич, – доброжелательно поздоровался проходящий мимо незнакомый охранник в чёрной униформе.

Учитывая, что над забором, на фоне дерева торчала только моя макушка, хорошая наблюдательность. Сразу видно, охранник тут поставлен не для декора, и не для разгадывания кроссвордов. Большая редкость.

– Калитка в пяти метрах справа. Приятного отдыха, – сообщил молодой, крепкого телосложения мужчина с наушником в ухе, продолжив патрулирование.

Недоумённо моргнув, посмотрел ему вслед. Перегнувшись через забор, высунувшись по пояс, с большим удивлением обнаружил упомянутую калитку, отчего чуть с лестницы не свалился. Думал, померещилось. Ошибся. В кирпичной стене для меня действительно установили железную дверь, внимание, задвижкой с внутренней стороны.

– Матерь Божья, наступление коммунизма проспал! – поражённо охнул. – Как жить-то теперь?! Подождите. Да быть того не может, – сразу же успокоился, утирая холодный пот. – Настоящий коммунизм плохо продаётся в нашем капиталистическом мире.

Что касается дополнительной калитки. Обернувшись, с прищуром посмотрел на Барбоса. Тот радостно завилял хвостом, решив, что с ним решили поиграть в собаку-подозреваку. Или подозреваку-собаку, уже и не поймёшь, кто какие роли в этом доме отыгрывает.

– Всё с тобой понятно, предатель.

Похоже, мой дом каким-то «волшебным» образом оказался внутри довольно обширной, хорошо ухоженной территории, неожиданно ставшей частной. Впрочем, не всё так плохо. Электричество есть, вода своя, туалет под боком, огородик, какой-никакой, доступ к дороге остался. Жить по-прежнему можно, однако ощущение уже не те, что раньше. Если эти сволочи ещё и указатели, как в зоопарке возле моего дома установили, возьму пример с императора Нерона.

Задумчиво усевшись на веранде, принялся решать вопросы, сформулированные ещё Чернышевским.

– Похоже, скоро придётся съезжать. Печально. Что же, рано или поздно это должно было произойти. Придётся опять по новой обустраиваться. Доказывать, что я ёжик не только гордый, но и вонючий. Эх, сплошные хлопоты. Ну хоть деньги на переезд недавние гости подкинули.

Подняв глаза, несколько секунд понаблюдал за пролетающим мимо гражданским вертолётом. Похоже, поблизости появилась ещё и вертолётная площадка.

– Может, в Сибирь податься? В тайгу. Да… нет. Я же не декабрист. У меня тут сад, огород, персик, виноград, помидоры… с*** новый подкоп затеяли. Думал мыши, но у них алиби, – ненадолго отвлёкся от размышлений.

Честно говоря, лень мне в бега подаваться. Привык я к Мухоморовке. Тут хорошо. По крайней мере, было.

– Ладно, схожу в магазин. Поспрашиваю, что тут творилось, пока меня не было, и чего ждать дальше. Зинка знает всё. Чего не знает Зинка, того не знает никто. Как бы этот олигарх, с большими усами, который сюда переехал, не привёл к повышению коммунальных платежей. На что я тогда Барбоса кормить буду?

У спящей собаки подозрительно дёрнулось ухо.

Спустившись, ворчливо отряхнувшись, направился к воротам. В чём был, в том и пошёл. Чего мне стесняться? Я в деревне живу, это они в элитном посёлке премиум-класса. Пока…

***

Когда за господином закрылась дверь, спустя полчаса Демонический король псов поднял голову и прислушался.

– Всё. Он достаточно отошёл, можно расслабиться, – сообщил остальным.

По двору словно лёгкий ветерок прошёлся, шелестя листвой. Краски внезапно стали ярче, воздух свежее, а звуки отчётливее, даже самые слабые. В дополнение над маленьким, мигом очистившимся прудом появилась крохотная радуга, в виде арки. Ещё и призрачные бабочки голубого огня запорхали возле яблони.

– Уверен? – с сомнением уточнил краснопёрый петух, с опаскою высунув голову из сарая. – Если это шутка, я тебе хвост сожгу. Клянусь прародителем огня.

Теперь от этой птицы исходила могущественная аура чистокровного, древнего феникса.

– Сначала из кастрюли выберись, курица ощипанная, – привычно усмехнулся пёс, что на собачьей морде смотрелось довольно пугающе.

В стволе яблони, в щели между складками разошедшейся в стороны коры показался глаз с золотистой радужкой. Будто кто-то подсматривал с той стороны, не спеша показываться.

– Уймитесь уже, болтуны. Из-за вас нас точно однажды спалят. Причём меня в буквальном смысле. Лучше скажите, что будем делать? Мы переезжаем или нет? Мне собираться? – озабоченно спросила яблоня мелодичным девичьим голосом.

– А у тебя много вещей? – иронично спросил пёс, вальяжно усевшись на задницу, с наслаждением вытянув ноги.

– Убить, убить, убить…, – из дома послышался потусторонний, жуткий шёпот призрака, переполненный жаждой крови и безумия.

Судя по голосу, женский. Демонический король псов спокойно посмотрел в окно, в котором отразилась полупрозрачная, низкорослая фигура девочки-подростка с длинными чёрными волосами, в белом просторном балахоне. На её словно смазанном бледном лице отчётливо виднелись два больших, светящихся кровавых глаза, напоминающих провалы в бездну. Красное на чёрном смотрелось довольно эффектно.

– Нож, а по существу? – демон прекрасно понял, о чём она говорила.

– Убить?

– Думаешь, – удивился пёс, найдя её предложение не лишённым логики.

– Убить, убить, убить…

– А если господин будет против? Или того хуже, захочет их защитить?

– Убить? Убить? – повторила уже намного тише и, такое впечатление, с некоторой неуверенностью.

– В смысле, беру свои слова обратно? Что значит, тогда я в этом не участвую? Самая хитрая, что ли. Учти, господину как раз не хватает ручки на туалет. Переплавить тебя несложно, – с лающим смехом предупредил жизнерадостный пёс.

– Убить! – словно железо по стеклу проскрежетал призрачный вопль, от звука которого сердце человека сразу бы начало истекать кровью.

– Ещё как посмею. Ты же меня знаешь. Я весь в господина.

– Давай без несбыточных сравнений. Вернёмся к нашим баранам, – сердито напомнила молодая Небесная яблоня божественной мудрости. – Я не хочу в Сибирь. Там холодно, и это далеко. Пока доберусь, всю листву потеряю. А вдруг там короеды? Пожары? Наводнения? Чёрные лесорубы! – продолжила себя накручивать. – Кроме того, сколько это путешествие займёт времени, даже предсказать не возьмусь. В «Путешествии на Запад» упоминалась цифра в девятнадцать лет. А сколько будет на Восток? Вам хорошо, один на четырёх лапах, другая на двух, а кто-то вообще с крыльями. Мне-то, что делать? – начала переживать самая сведущая в гадании.

– Перестать изображать из себя полено, и отрастить си…, – весело начал отвечать ехидный пёс, но был перебит, в самом буквальном смысле.

Внезапно у него над головой возник золотистый свет, принявший форму меча, обрушивший на еретика небесную кару.

Послышался глухой удар, породивший гром, от которого даже дом слегка встряхнуло. Уперевшись широко расставленными лапами, пёс выдернул голову из земли, после чего энергично помотал ушами, разбрасывая вокруг комки грязи.

– Думаю, во всём виноваты люди. Давайте от них избавимся, – кровожадно предложил петух, окутавшись красным светом, принявшим форму пламени.

Убедившись, что Матвей ушёл, он с гордым видом вышел из сарая, будто и не ждал за дверью.

– Совсем сдурел? Так не терпится погреть крылышки в кипящем масле? – изумился ничуть не пострадавший пёс. – Хозяин не хочет вредить смертным. Он всё ещё пытается сойти для них за своего. Столько лет страдал, доказывая, что является обычным человеком, а тут ты: давайте всех убьём самым необычным способом? Ещё дурные советы будут? Чтобы он наверняка понял, что мы тоже не те, кем выглядим. Если кто в случившемся и виноват, то это помидоры. Из-за них всё началось. Почему они продолжают безобразничать? Опять куда-то без спросу собрались. Мыши, какого дьявола? Подвал – ваша территория. Почему не следите за заключёнными. Чуть опять побег не проспали. Менять вас нужно, на что-то более полезное. Например, на двухкамерный холодильник. Я в рекламе видел, в нём ещё настолько сочные куски мяса лежали, аж слюнки потекли, – воодушевлённо предложил.

Из-под дома послышался призрачный, многоголосый шёпот на очень высоких нотах.

– Это ложь! Мы ответственно выполняем свою работу. Просто помидоры ещё молодые, глупые. Им всего годик! Неразумные они. Кроме того, урожай был слишком большим. Мы на такое количество заключённых не рассчитывали. Давно уже предлагали расширить погреб, а также улучшить освещение, но хозяин был против. Малые дети от природы очень любопытны и восприимчивы к плохим мыслям, негативным эмоциям, дурным советам. Хозяин их уже наказал. Вопрос закрыт.

– Кем, вами? Художники недоделанные. Да вам даже птичий помёт нельзя доверить.

От мигом взъерошившегося петуха повеяло жаждой крови.

– Нет уж, давайте разберёмся. Что за небрежность с талисманами? Кто должен следить за барьерами? Почему они работают всё хуже и хуже? Нашу ауру уже даже слабые практики начинают ощущать. Экономите бумагу с чернилами? Зачем? Может, вы по ночам комиксы рисуете? Учтите, найду – хуже будет. Лучше выдайте по-хорошему.

Пёс демонстративно поднял лапу, покрывшуюся чёрным, зловещим дымом, показывая, насколько серьёзен.

– Это тоже возмутительная ложь! Мы исправно поставляем качественные талисманы, – возмущённо запищали невидимые собеседники. – Не мы стали небрежны, а хозяин становится всё сильнее. Нужны более мощные талисманы подавления ци. Восьмой стадии, или выше. Мы пока такие делать не умеем.

– Тогда увеличьте количество, раз не можете повысить качество. Иначе хозяин действительно больше не сможет здесь оставаться.

– Это послужит лишь временно́й мерой, – озабоченно предупредили мыши.

– В этом мире всё временное. На человеческий век хватит, а дальше что-нибудь придумаем, – пёс беспечно отмахнулся лапой. – Сибирь большая, – напомнил, с хитрым взглядом покосившись на яблоню.

Они не очень-то между собой ладили, всё же из разных фракций. Пёс относил себя к тёмной фракции, а яблоня к фракции мудрецов. Впрочем, только этим всё не объяснить. К примеру, Древний феникс первозданного пламени тоже входил в тёмную фракцию, но с Демоническим королём псов ругался так, что каждый раз дело чуть ли не до драки не доходило. Дерево подколку одного из домашних злодеев великодушно проигнорировало, посчитав ниже своего достоинства обижаться на дураков.

Тем временем из дренажной дыры, расположенной возле фундамента дома, послышался быстро усиливающийся шорох. Оттуда будто выплюнуло толстую пачку жёлтых мистических талисманов, сделанных из специальной бумаги и киновари. Разделившиеся талисманы шустро расползлись по всему двору, закапываясь в землю, прячась в труднодоступных местах, облепливая стены. После плотного прилегания они идеально сливались с фоном любых поверхностей, становясь невидимыми. При этом самих мышей по-прежнему не было видно, но всё ещё оставалось слышно. Тем удивительнее выглядело то, как прямоугольные бумажки свободно пролезали даже в самые узкие щели, подходящие разве что тараканам, и свободно поднимались по вертикальным стенам.

– И это всё? – разочарованно спросил пёс, прислушавшись к своим ощущениям.

– Да. Нам потребуется большое количество талисманов, чтобы заново распределить по соседним участкам. Старые во время строительства были удалены или испорчены. Также придётся менять структуру большой триграммы гуа, чтобы она снова вписывалась в ландшафт. На это уйдёт много кропотливой работы…

– Не жалуйтесь. Просто делайте, – недовольно перебил демон, не желая выслушивать длинную лекцию. – И сделайте, наконец, что-нибудь с небом. В последнее время механические птицы уже раздражают. Откуда их столько взялось? Со счёта сбился.

– Небо, не наша забота, – вежливо, но твёрдо отказались обычно робкие мыши. – Этим должна заниматься яблоня, – переложили ответственность.

– Кто так решил? Я изучаю философию и космологию, а не искусство стрельбы, – тут же возразило говорящее дерево. – Пусть птицами занимается феникс. Это по его части.

– Какой ещё части? – удивился петух, от удивления даже вытянув шею.

– Родственной.

– Феникс уже занят! – он решительно отверг наглые поползновения в свою сторону.

– Чем?

– Всем! Я отвечаю за сараи. Пусть господин Пугало распугивает пернатых. Это его работа.

– Они не пернатые, а роторные, – елейным голоском подсказала мудрая яблоня.

– Тем более! – грозно заявил петух, неодобрительно сверкнув на мгновение покрасневшим глазом.

– А как же мечта о гареме, о султан своего сердца? – удивилось дерево с хорошей памятью.

По тону и не поймёшь, всерьёз ли спросила, или шутя.

– Я король монашеского ордена, – раздулся от важности псевдосклеротик.

– Послушай, монах со шпорами, ты бы поменьше бегал по соседям. Нам только пожаров вокруг не хватало. Ты должен следить за нашим хозяйственным инвентарём, а не таскать его у других. А если догадаются?

– Я требую соблюдать презумпцию невиновности. За крыло не ловили, вот и не нужно придумывать. Повторяю, по поводу птиц обращайтесь к господину Пугало. Если же хотите, чтобы я сидел дома, дайте денег, сам всё куплю.

– Может, тебе ещё паспорт выдать? Ветеринарный, – рассмеялся демон. – Нужны деньги, будь как все. Пиши заявку Кукле.

– Разбежался кланяться с проходом в ноги. Она же тёмная. У неё снега зимой не выпросишь. Я до сих пор с содроганием вспоминаю, как она требовала отчитаться, куда наш дели. В апреле! Требовала вернуть на место.

– Господин Пугало не покидает огорода, а оберегать нужно весь дом. Кроме того, я слышала, у него сейчас очередная грандиозная задумка с выведением новой породы тыкв. Хочет успеть к Ноябрю, порадовать хозяина на Хэллоуин. Ему не до ваших забав, – вмешалась яблоня, не желая, чтобы эти два прохиндея увели беседу в сторону.

– Он ещё с нами за помидоры не рассчитался, одноногий Мичурин, – недовольно поморщился Пёс, что само по себе казалось невозможным. – Теперь ещё и с тыквами предлагает воевать? У соломенноголового совесть-то есть? Дайте уже ему книжку «Волшебник изумрудного города».

– Убить? – послышался заинтересованный голос явно обрадовавшегося ножа.

– Нет, такого практика не знаю. Однако хозяин часто упоминает какого-то Мичурина в подобных случаях. Наверное, кто-то из великих. Если бы господин Персик не защищал непоседливых сорванцов с грядок, я бы с ними сам уже давно разобрался, – огорчённо вздохнул пёс. – Что там перевоспитывать, малолетних уголовников, по ним Нож давно плачет.

– Убить, убить, убить! – послышалось согласие благодарного Ножа, которому было всё равно с кем разбираться.

– Видите. А ты что молчишь как рыба? Тебя ничего не беспокоит, ложный мудрец? Или лживый, учитывая то, как ты в карты мухлевал, – пёс повернул голову в сторону крошечного водоёма, обложенного белыми камнями.

Под водой что-то проплыло, ненадолго затенив весь пруд целиком, подняв высокие волны, словно он служил лишь маленьким окном в большой мир. Поверхность воды заполнилась многочисленными солнечными бликами. Через несколько секунд оттуда послышался мощный, немного рычащий голос, наполненный колоссальной духовной силой, от которой даже воздух зарябил.

– Я занят. Изучаю карту рек и подземных вод Сибирского федерального округа. Можете уходить. Только адрес оставьте. Сам доберусь. Если что, мою электронную почту знаете.

– А если господин поселится там, где нет водоёма? – провокационно улыбнулся пёс.

– Значит, появится то, чего не было, – с философским равнодушием ответил голос, не видя в этом ничего странного.

– Только не так, как в прошлый раз, а то господин воды нахлебался, и грязным был, похлеще меня после дождя. Его тапочки с газетой в той яме мы так и не нашли. Потом целый месяц боялись высунуться из укрытий. Страшно было, аж зубы сводило там, где они отродясь не росли! Яблоня до сих пор не оправилась от шока, – напомнил пёс. – Прорыв теплотрассы коммунальщики до сих пор на той улице так и не нашли. Собственно, как и саму теплотрассу. Кто бы её туда проводил. Вот это уже настоящая мистика, – подивился тот, кто имел к ней самое прямое отношение.

– Признаю, немного промахнулся в расчётах. Я тогда линял. До сих пор местами чешусь. Раздражает, – виновато пожаловались голос, принадлежащий кому-то очень огромному, и не слишком разговорчивому.

Вновь потемневшая вода в пруду булькнула, будто в неё уронили большой камень.

– Значит, по-прежнему никого не трогаем. Тихо готовимся к новым стрессам, беготне, знакомствам, отпугиванию идиотов. Большому ремонту, что хуже пожара. Голодовке, пока фон природной ци вновь не выйдет на приемлемый уровень. А ещё потери большей части припрятанных сокровищ, и прочим «радостям» жизни. Хозяин от этого точно будет не в восторге, а значит, и нам достанется, – недовольно вздохнул пёс, так и не дождавшись конструктивных предложений. – Эй, господин Толстячок, как насчёт обмена? У вас не найдётся ещё одного кувшинчика «Совершенной луны трёх развратных фей»? Меняю его на…

Возле пса из воздуха выпал недооценённый порноиндустрией журнал Maxim за прошлый месяц. Немного обслюнявленный и потрёпанный. Из маленького смотрового окошка, ведущего в подвал, распахнувшегося по необъяснимой причине, во двор ударила волна концентрированного винного запаха, от которого пролетающие мимо насекомые тут же попадали замертво. Принюхавшись, довольный пёс жадно облизнулся.

– Да-да, оно самое. Меняешься? Хорошо, вечером занесу, как господин уснёт, – ответил на беззвучную передачу голоса. – И пусть мыши только попробуют опять сунуть в него свои наглые носики. На чернила пущу! Лучше бы из шкафа на кухне таскали по капельке, но часто. Из той заначки, что спрятана за банкой со старым, уже окаменевшим горохом, на третьей полке. Только почему-то подписанной – Гречка.

Из миски пса послышался стук. Посмотрев в неё, король увидел нераспечатанную баночку с крысиным ядом. Вызывающе посмотрев на дом, пёс усмехнулся.

– Ой какие мы злопамятные, хозяйка булавок и удавок.

Из дома послышался звон посуды, будто кто-то срочно перебирает бутылки со стеклянными банками.

– Вместо того чтобы перепрятывать, лучше половички выбей, бесполезная Кукла. Непонятно, зачем вообще хозяин тебя держит. Давно бы отдал в приют. Детям. Или использовал в качестве груза для закваски капусты. Ты же весишь, как…, – он с удовольствием потоптался по чужим страхам.

В миску посыпался набор швейных иголок. Фыркнув, пёс ударил по ней лапой. Взлетевшие в воздух предметы бесследно сгорели в бездымном чёрно-белом пламени.