Текст книги "В ярости рождённая (Дорога Ярости)"

Автор книги: Дэвид Марк Вебер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 60 страниц)

Кейта, переводя дыхание,  сделал паузу и, нахмурившись, продолжил.

– Во всяком случае, как бы то ни было, они спланировали операцию как гигантскую мышеловку и заблаговременно успешно доставили на поверхность людей и оружие. Так что наша разведка и не могла засечь прибытие этих боевиков и вооружения. И, Алли, я от своего имени приношу искреннее извинения за то, что мы бросили тебя и твою Роту прямо в середину этого ада.

Он твёрдо взглянул ей в глаза и теперь пришла очередь Алисии с чувством лёгкой неловкости покачать головой.

– Дядя Артур, из того, что Вы сообщили, очевидно, что они очень тщательно подошли к планированию этой операции и фактически разместили все свои силы на позициях едва ли не прежде чем захватили заложников. А учитывая то, что наша разведка оказалась в цейтноте, я не думаю, что кто-то решится обвинить Батальон или кого-то ещё в том, что они не поняли, что даже такая террористическая организация как ОААС может быть достаточно сумасшедшей, чтобы преднамеренно заманить Кадры в засаду.

– Возможно ты права – нам действительно пришлось планировать операцию в авральном режиме, – уступил Кейта. – Но, как предполагается, задача разведки в том и состоит, чтобы предусмотреть все неожиданности при высадке. Но на сей раз никто об этом не позаботился.

Он, почти незаметно кивнув, выпрямился в кресле и положил руки на стол.

– Без внятного объяснения осталось ещё довольно много вопросов и по закону подлости именно в таких случаях как этот мы, как правило, никогда не получаем на них ответов. Конечно, это не означает, что мы не будем пытаться расставить все точки на “i”. В частности, определённый интерес вызывают гигантские объёмы финансирования и вооружений, привлечённые Альянсом Свободы для этой операции. И пусть в масштабе Империи эти суммы невелики, но в абсолютном выражении это многие и многие миллионы кредитов. Это слишком даже для такой организации как ОААС. И на неприятные ассоциации наводит наша неспособность – пока, по крайней мере – выйти на след того или тех кто продал им военную технику и оружие. Как ты и сообщала в своих рапортах из Шаллингспорта – в основном оно всё имперского производства. Мы конечно обнаружили некоторые образцы, произведённые на паре-тройке других Мирах Беззакония, но подавляющее большинство техники и оружия представляют собой морально устаревшее оснащение Корпуса Морской пехоты, и пока мы неспособны выяснить каким образом всё это попало в руки террористов. Конечно, мы проверили серийные номера. Оказалось, что большая часть образцов была несколько лет назад официально списана и передана на утилизацию. Сейчас мы пытаемся выяснить, кто именно имел возможность фальсифицировать отчеты о его уничтожении, но я не рассчитываю на то, что здесь нам повезёт.

– Как я уже говорил, я не думаю, что у кого-то есть хоть какие-то намерения спустить дело на тормозах и не копать дальше. Когда сам Император требует ответы, подданные, как правило, быстро их находят, а Его Величество в нашем случае по-настоящему хочет получить чёткие ответы на свои вопросы.

Он вновь замолчал, словно приглашая Алисию высказать возникшие у неё дополнительные вопросы. Но дело в том, что у неё их не было. Или, вернее, у неё было слишком много вопросов, касающихся уже сказанного, но было очевидно, как Бригадир уже отметил – ни у кого нет достоверных данных, чтобы прояснить все нестыковки.

– Во всяком случае, – прервал Кейта затянувшуюся паузу, – это всё, что мы знаем – и не знаем – о том, что случилось. Но, как бы то ни было, это не единственная проблема, ради которой я хотел встретиться с тобой.

– Не единственная? – с лёгкой опаской поинтересовалась Алисия, воспользовавшись очередной паузой.

– Алли, я не хотел пугать тебя, – с улыбкой сказал Кейта. – Дело в том, что не так много людей было награждено орденом Знамени Земли и я уверен, что ты знаешь, каково это – ведь ты выросла  рядом с дедушкой, который также является обладателем этой награды. Главный Сержант когда-либо обсуждал с тобой причины, по которым он отказался стать офицером?

– Сэр, он сказал, – слегка улыбнулась Алисия, вспоминая своё детство, – что он предпочитает быть «рабочей лошадкой», не боящейся испачкать руки, а не клерком. Лично я всегда подозревала, что он просто слишком любит свою нынешнюю работу, чтобы взять и вот так просто бросить её.

– Что ж, в этом ты права. Но я думаю, что я возможно неправильно сформулировал свой вопрос. Я подразумевал, рассказывал ли тебе дедушка, каким образом он избегалпринимать обязанности офицера?

– Вот этого нет, Сэр. Как-то раз он очень кратко коснулся этого вопроса и всё. Я всегда полагала, что он просто знает всех в Корпусе – причём подавляющее большинство по именам – и что он слишком хорошо знает, как работает система, чтобы избежать выдвижения на офицерскую должность, если ты не хочешь этого.

– Зная твоего дедушку, легко в это вверится, – с лёгким смешком заметил Кейта. – Однако, поверь мне, это не так-то легко, получив «Знамя», избежать превращения в офицера. Фактически, офицерское звание – или, по меньшей мере, предложение оного – идёт в комплекте с наградой. В твоем случае, ещё до того как Император решил вручить тебе «Знамя», Кадры…, – Алисия отлично понимала, что при этом он имеет в виду себя, хотя никогда и ни за что не признает этого, – …уже решили, что ты заработала полевой офицерский патент. Но всегда есть значительное давление на любого, кто заслужил эту награду, потому что именно люди, имеющие в себе задатки хорошего офицера, и получают «Знамя».

Алисия, почувствовав, как вспыхнули её щёки, с трудом удержала на лице внимательно-вежливое выражение и Кейта подавил одобрительную улыбку.

– Проблема состоит в том, что невозможно по-настоящему выкрутить руки тому, кто заработал  самую высокую награду Империи за доблесть на поле боя. Я практически уверен, что твой дедушка использовал «Знамя» как дубинку, чтобы отмахаться от всех попыток заставить его принять офицерский чин. Очевидно, что сейчас этого не случится, ты, по сравнению с ним, намного моложе и гораздо менее опытна в бюрократических играх.

На сей раз усмешка вырвалась на свободу, по крайней мере, частично, и Алисия улыбнулась в ответ. Только тогда Кейта немного расслабился.

– Алли, я пытаюсь сказать, что твоё производство в офицеры прошло через инстанции прежде, чем ты была награждена «Знаменем». Тем не менее, традиция требует, чтобы ты, получив награду, высказала своё пожелание – в пределах разумного, конечно – где ты хочешь служить дальше.

Он сделал приглашающий жест, и Алисия нахмурилась.

– Сэр, я ценю ваше доверие, – наконец сказала она. – Но я не уверенна, куда я хочу отправиться. Кроме…

Она сделала паузу, очевидно заколебавшись, и Кейта вопросительно поднял бровь.

– Договаривай, Алли, – поощряющим тоном произнёс он. – Сейчас у тебя абсолютный карт-бланш для всего, что ты хочешь спросить.

– Ладно. В таком случае, Сэр, – быстро начала она, словно что-то внутри подталкивало её, – я слышала, что Роту собираются расформировать. Это правда?

– Кто тебе такое мог сказать? – удивился Кейта.

– Сэр, позвольте мне не отвечать. Но это действительно так? – Она умоляюще впилась в него глазами.

– Почему тебя это интересует? – вопросом на вопрос ответил он.

– Потому что это было бы неправильно, Сэр, – заявила она с горячностью, немного удивившей даже её саму. – Рота заслуживает лучшего, чем это. Она заслуживаетлучшего.

– Алли, Рота Чарли в данный момент состоит только из девяти человек, – мягко указал Кейта. – Мы должны были бы восстановить её на пустом месте. Это не просто обновление личного состава – мы должны буквально восстановить её, как будто это полностью новая Рота.

– Сэр, у нас всё ещё осталась база с полным штатом поддержки на Острове Гваделупа, – скромно, но упрямо, указала Алисия.

– Ни один человек из которого не состоит на действительной службе в Кадрах, – возразил Кейта.

– Но…, – начала Алисия, но тут же оборвала себя. Она посмотрела на Кейта с выражением более упрямым, чем когда-либо, и он мягко рассмеялся.

– Расслабься, Алли, – сказал он, и тут же снова стал серьезным. – Рота Чарли не будет расформирована. И заметь, мы не собираемся просто отложить это на потом. Именно это я имел ввиду, когда указал, что мы должны будем восстановить роту на пустом месте, ведь ты прекрасно знаешь, что Кадрам всегда не хватает личного состава. Но… лично Император заявил, что Рота Чарли и её боевые регалии не должны исчезнуть. На самом деле, несколько минут назад я был у него на приёме.

– Сэр? – Алисия казалась озадаченной, хотя огромное облегчение, которое она испытала, узнав,  что Рота не будет расформирована, было написано у неё на лице.

– Ты – свежеиспечённый лейтенант, – напомнил Кейта. – И мы оба знаем, что тебе ещё только предстоит учёба в ОШ, но также мы оба знаем, что ты можешь справиться с этой работой. На самом деле я уверенн, что ты будешь столь же отличным офицер, как была отличным сержантом, что в твоём случае, как я предполагаю, является довольно высокой похвалой.

– Но прежде чем мы начнём думать о твоей дальнейшей карьере должно пройти некоторое время. Даже «Знамя» не заставит Кадры продвигать тебя по служебной лестнице хоть немного быстрее, чем позволят твой опыт, знания и уверенность в собственных силах. Однако, – он пристально взглянул на неё, – есть маленький вопрос к свежеиспечённому лейтенанту – где она хочет оказаться после выпуска из Офицерской Школы. Именно это я хотел обсудить с тобой. Где именно ты хочешь служить?

– Сэр, я... действительно ещё не думала об этом, – ответила Алисия, сама удивляясь верности этого заявления. – Я думаю, что это из-за того, что я была слишком взволнована слухами о возможности расформировании Роты, чтобы думать ещё и о своей дальнейшей судьбе. Я всего лишь  хотела вернуться в Роту Чарли. Но я не могу, не так ли? Я имею в виду – сейчас её нет. И как Вы говорите, её небудет ещё некоторое время.

– Алли, ни одно из двух твоих последних утверждений не является абсолютно верным, – спокойно, почти мягко, уточнил Кейта.

Она смотрела на него, с удивлением распахнув глаза, и он отрицающе взмахнул рукой.

– Рота Чарли всё ещё существует, – сказал он ей. – В списке личного состава числится девять человек. И ты – одна из них. Что касается твоего второго утверждения, я не говорил, что Роты Чарли не будет некоторое время – я сказал, что мы не можем отложить её формирование на некоторое время. Но вот что я собирался предложить тебе – естественно, если ты хочешь осуществить традиционную прерогативу кавалера «Знамени» и просить определенное назначение – это была должность командира Первого Взвода, Роты Чарли, Третьего Батальона, Второго Полка, Пятой Бригады.

Алисия уставилась на него, и он улыбнулся.

– Если ты хочешь её, она твоя, – просто сказал он ей. – Вероятно заполнение вакантных должностей подразделения займёт у нас всё время, которое ты проведёшь в Офицерской Школе, но я могу заполнить одну строчку прямо сейчас, если это то, что ты хочешь.

Алисия обнаружила, что потеряла дар речи.

– Я должен понимать это как согласие? – мягко рассмеялся Кейта.

КНИГА ТРЕТЬЯ:
СЛОМАННЫЙ МЕЧ

—

Глава 29

– Слушай, мне плевать, что говорят эти крысиные задницы из штаба! – раздражённо прорычал майор Сэмюэль Трумэн, Имперская Морская пехота. – Сидя на месте, я несу потери, в то время как могу просто выбить эти грёбаных ящериц с их позиций!

– Сэр, – почти с отчаянием возразил лейтенант Хантер, – я просто передал Вам то, что мне было сказано. Они хотят, чтобы мы удерживали занимаемые позиции. Причём – прямо здесь.

– Будь они прокляты!

Если бы майор Трумэн был в состоянии это сделать, то сорвал бы свою шляпу, бросил её на землю и в сердцах потоптался бы по ней обеими ногами. Но так уж случилось, что в настоящее время он был облачён в полный комплект активной боевой брони Морской пехоты, которая делала его намеренье мало осуществимым, что в свою очередь ещё меньше способствовало восстановлению душевного равновесия.

Вместо этого он, глубоко вздохнув, очень медленно досчитал до пятидесяти – досчитать до ста помешала душившая его ярость – и затем также медленно выдохнул сквозь крепко сжатые зубы.

– А теперь, лейтенант, поподробнее, – произнёс он почти по слогам, – какие именно причиныпривел тебе Эйч-Кью [ШТАБ-КВАРТИРА], чтобы заставить нас оставаться «прямо здесь»?

– Сэр, они лишь сказали, чтобы мы удерживали текущие позиции и что кто-то должен прибыть к нам на КП, чтобы всё объяснить.

– А, конечно же, – с саркастической усмешкой передразнил Трумэн. – Нам всё объяснят.

С обратной стороны горного хребта со свистом отправился в полёт очередной залп тяжёлых миномётов Риштян и автоматизированные орудия ПВО на позициях Морских пехотинцев завертелись как сумасшедшие змеи. Плазменные болты с визгом пронеслись вверх и накатывающийся вал миномётного огня рассеялся, взорвавшись так и не достигнув своих намеченных целей. Непрерывное беспорядочное потрескивание огня «стрелкового оружия» также доносилось с противоположной стороны горного хребта, где авангард Трумэна обменивался винтовочным огнём с пикетами Риш. Штурмовые винтовки Морских пехотинцев какая-нибудь небронированная пехота прошедших эпох назвала бы малокалиберными пушками, но соответствующее им по назначению оружие Риштян всё равно было гораздо тяжелее.

Трумэн вслушался в какофонию боя, затем покачал головой.

– И почему я всё ещё способен удивляться идиотизму штабных приказов? – риторически вопросил он. Хантер благоразумно промолчал, и майор вздохнул.

– Ладно, Винсент, – сказал он лейтенанту более спокойным голосом, – раскочегарь свой ком и отрапортуй в Эйч-Кью, что Второй Батальон удерживает свои позиции и ждёт дальнейших приказов.

– Есть, Сэр! – Хантеру удалось скрыть большую часть облегчения, которое он почувствовал при этих словах, но Трумэн всё равно отметил это и с искренним весельем улыбнулся. Потом отвернулся, в который раз просматривая проецирующуюся на его собственный ВИЛС текущую информацию и задаваясь вопросом – чем он так прогневал Бога, что тот высыпал на него такую кучу дерьма.

* * *

К тому времени, когда обещанный штабом «посыльный» достиг КП Трумэна, интенсивность огня, которым обменивались между собой Второй Батальон и окопавшиеся Риши скатилась до случайных кратковременных перестрелок. Первоначальная ярость майора вследствие приказа прекратить наступление также приутихла – немного, во всяком случае – и он был готов по крайней мере выслушать то, что его... посетитель должен был сказать.

«И для его собственного блага, пусть новости будут хорошими», –мрачно пообещал он себе.

Второй Батальон уже потерял сто человек, причём двадцать три из них погибшими, прежде чем наконец погнал отступающих Риштян. «И когда придётся продолжить наступление, эта задержка, позволившая противнику вновь закопаться в скалы, обойдётся нам ещё дороже», – раздражённо сжав челюсти, подумал он.

Он ненавидел подобные задания. Планета Лувэйн [город в центральной Бельгии, во фламандской Брабантской области: столица герцогства Брабанта в XI-XVвекахи центр торговли тканью (кружева); университет (1426)]даже не была имперским миром – это был Мир Беззакония, настолько помешанный на сохранении своей независимости, что отверг даже ограниченный оборонительный союз с Империей. Очевидно, его правительство полагало, что отказ подписать любые формальные соглашения с любой стороной так или иначе убедит их обеих оставить их мир в покое.

Что, возможно, и сработало в отношении Империи, но не со Сферой Риштян. Хотя, стоит отметить для справедливости, формальноРишив Лувэйн не вторгались. Технически это была пиратская экспедиция. Клан Тарииан начал вторжение исключительно в целях личной наживы, и не имело значения, верил в это кто-нибудь или нет.

К сожалению для Клана Тарииан – или для Риши, в зависимости от того, кто как интерпретировал происходящее – имперская разведка, вовремя получив данные об операции, успела подтянуть подкрепления в Тивериадский Сектор, к ближайшей к Лувэйну базе Флота. Что означало, что когда республика Лувэйн наконец, почувствовав запах сбежавшего кофе, проснулась и поняла, что это полномасштабное вторжение, рядом оказались имперские войска, готовые отозваться на его хриплые призывы о помощи. К сожалению, эти войска были не в состоянии добраться до театра военных действий прежде, чем Риши высадили с орбиты всю свою наземную группировку.

Имперский флот быстро и эффективно уничтожил или рассеял космические корабли ящериц, доставившие в систему и поддерживающие десант с орбиты, но ничего не смог сделать с наземными войсками. Будь на месте Риштян люди, их командующий в подобном затруднительном положении скорее всего задумался бы о капитуляции или, по меньшей мере, стал бы договариваться об эвакуации. Риши же, к сожалению, вообще не признавали подобного выхода и майору Трумэну и остальным подразделениям полка, в который входил его батальон, большую часть последних трёх стандартных недель пришлось иметь дело с последствиями упорства ящериц.

Что и стало причиной его недовольства приостановкой наступления, когда он наконец обнаружил уязвимое место на последнем рубеже обороны Риштян. По сути…

– Э-э-э, майор?

Трумэн, донельзя удивлённый тоном лейтенанта Хантера, обернулся и вопросительно поднял брови. Младший офицер стоял около входа в КП, выглядя столь же ошарашенным, как и прозвучавший голос.

– В чём дело, Винсент? – раздражённо поинтересовался Трумэн

– Сэр, здесь... представитель из Штаба.

Трумэн опять начал закипать, но лишь помотал головой внутри шлема – эквивалент пожатия плечами одетого в бронескафандр человека.

– Хорошо, зови его, – резко сказал он.

– Да, Сэр! – Хантер, повернувшись в сторону небольшой площадки у входа в командный пункт, заговорил с кем-то невидимым Трумэну, а потом, – Сюда, Мэм, – приглашающе взмахнул рукой.

Майор с раздражением смотрел, как его офицер-связист пятится назад, стараясь освободить в тесном КП место для гостьи, а потом и так уже задранные выше некуда брови Трумэна сделали почти успешную попытку полностью уползти за линию волос на голове. Последней вещью, которую он ожидал увидеть на своём командном пункте, была фигура в активной боевой броне Кадров!

Причём броня вновь прибывшего несла знаки различия капитана, что автоматически делало её владельца равным по званию самому Трумэну. Что было не особенно приятной мыслью. Не то, чтобы Сэмюэль Трумэн не испытывал уважения к Кадрам – в конце концов он не был идиотом. Однако, как бы он ни уважал их, он был равен пришельцу по званию и к тому же именно он в течение трёх прошедших недель командовал батальоном. И сказать, что мысль о том, что теперь ему предстоит получать приказы от кого-то, кто ни  черта не смыслит в текущей тактической ситуации, была горькой, означало ничего не сказать.

Наконец офицер Кадров в громоздкой броне полностью разместилась в тесном командном пункте и, приветствуя присутствующих, вскинула руку к виску.

– Майор Трумэн? – раздалось приятное, тёплое и чуть хрипловатое контральто.

– Я – Трумэн, – отозвался майор, возвращая приветствие и протягивая правую руку в броневой перчатке. – А Вы?

Вопрос прозвучал немного более резко, чем он намеривался, но вновь прибывшая, казалось, не заметила этого.

– ДеФриз, – представилась она. – Капитан Алисия ДеФриз, Имперские Кадры.

В первый момент Трумэн лишь кивнул, принимая к сведению новую информацию, но тут же, осознав какое именно имя было названо, внутренне подобрался.

– Вы сказали ДеФриз?

– Да, – просто ответила она, и Трумэн пожал её бронированную кисть с гораздо большим пылом, чем собирался.

– Капитан, я бы сказал – добро пожаловать на Лувэйн, – словно со стороны услышал он свой голос, – за исключением того, что сейчас это место точно не подходит для отпуска, где можно отдохнуть с другом.

– О, майор, даже не знаю, – в голосе капитана прозвучало нечто подозрительно похожее на хихиканье. – Пока не прибыли незваные гости, это была совсем неплохая планета. Вполне в моём вкусе.

– Да, что-то подобное мне уже говорили, – согласился Трумэн. – К сожалению я был немного занят, стреляя по сторонам и стараясь не попасть под ответный выстрел, чтобы любоваться красотами природы.

– Именно поэтому я здесь, – улыбнулась ему ДеФриз через щиток своей брони, но тут же вновь стала серьёзной. «Она очень привлекательная – и молодая – женщина», – понял Трумэн. Что было почти удивительно, учитывая её... потрясающую репутацию.

– Я понимаю Вас, Осы здорово потрепали ящериц, – продолжила она, – но теперь, когда вы прижали их к подготовленным позициям зоны высадки, всё будет гораздо хуже.

– Возможно, – сказал Трумэн чуть более сухим тоном. – Тем не менее, капитан, я думаю, что Второй Батальон нашёл слабое место в их обороне. Предполагая, конечно, что нам когда-либо позволят воспользоваться этим знанием, – многозначительно добавил он.

– Да ладно, бросьте, – на сей раз хихиканьебыло явным, и Трумэн почувствовал, что снова готов вспылить. ДеФриз очевидно поняла это и примирительно улыбнулась снова, мельком.

– Я понимаю, вы недовольны, – сказала она ему. – Очевидно, если Вы обнаружили дыру в обороне, то, чтобы покончить с противником, хотите нанести сильный и быстрый удар. К сожалению, майор, всё не так просто.

– ЧтоВы имеете в виду? – Трумэна уже не заботило, кем она была или какие награды заслужила. Не тогда, когда она спустилась с небес, сделала пару па и заявила, что он ни черта не понимает в тактической обстановке.

– Извините, – спокойно парировала она. – Майор Трумэн, я не хотела быть дождиком на вашем  параде, но у меня есть доступ к некоторым данным неофициальной разведки, которые не были доступны для вашей собственной разведслужбы. Мы получили эту информацию уже после того как ваш батальон развернулся для операции и именно эта информация стала той причиной, по которой мою Роту отправили вслед за вами.

– Какой «неофициальной разведки»? – подозрительно поинтересовался Трумэн.

– Согласно источнику, который разведка Кадров считает надёжным, – словно не слыша вопроса, чётко произнесла она, – перед тем, как отправится на Лувэйн, клан Тарииан провёл полную церемонию суда чести mysorthayak.

Трумэн удручённо закрыл глаза. Едва ли его можно было считать экспертом по психологии Риштян, но он хорошо знал, что скрывается за этим словом. Впрочем, как и любой другой Морской пехотинец.

– Боже мой, – выдохнул он. – Что, чёрт возьми, делает Лувэйндостаточно важным для чего-то подобного?

– Мы не совсем уверены, – признала ДеФриз. – На этот специфический вопрос можно взглянуть с разных точек зрения. Как всегда, не правда ли? – По её губам пробежала кривая усмешка того сорта, что характерна для солдат, оказавшихся в критической ситуации. – Всё, что можно сказать наверняка – наш источник довольно настойчив. Лично я не считаю, что их реальная цель – окончательный захват Лувэйна. Мне кажется, что Сфера просто решила в очередной раз проверить нашу решительность и стойкость и предложила клану Тарииан «добровольно взяться за эту миссию». Но, я надеюсь, ты согласишься, что если они думают в терминах mysorthayak, то ты должен быть очень и очень осторожным при использовании любых обнаруженных «слабостей».

– Капитан, согласен с каждым твоим словом, – с горячностью заявил Трумэн.

Риши обнаружили, что начиная со времени войн старой Лиги технологическая пропасть между их боевыми возможностями и такими же возможностями их противника – человека, особенно человека Империи –постоянно становится всё шире и шире. В частности, тот факт, что ни один Риштянин не мог использовать нейрорецепторную связь, поставил их в заведомо проигрышное технологическое положение, особенно, когда дело касалось космических сражений. Их базовое вооружение было столь же эффективно, как человеческое; у них был собственный эквивалент привода Фассета, но способность людей напрямую общаться со своей военной техникой давала тем огромное преимущество.

В космических сражениях это преимущество было абсолютно очевидным. Адмиралу Риштян действительно требовалось по меньшей мере трёхкратное преимущество в тоннаже даже просто для того, чтобы устоять против оперативного соединения Флота. Именно это стало одной из причин, по которой Флот так легко и быстро уничтожил или изгнал из системы все поддерживающие это вторжение суда Риштян. Но когда дело касалось столкновений лицом к лицу, традиционные человеческие преимущества становились несколько более призрачными.

С одной стороны, Риши были большими. Почти трёх метров в высоту – и, по сравнению с   homo sapiens,болееприземистый – полностью зрелый матриарх Риштян представлял собой приблизительно четыреста килограмм железной мускулатуры и стального костяка. Ни один человек не мог надеяться победить Риш в рукопашном бою без использования активной брони, а Риши создали свою собственную боевую броню по той же самой мерке, по которой их самихсоздала природа их родной планеты. Как правило, небронированнаяпехота Риштян несла такое оружие, с каким человек мог управится исключительно в активной броне, а полностью бронированный пехотинец Риш (хотя любой обладающий чувством собственного достоинства матриарх Риштян легко порвёт на кусочки каждого, кто применит к ней обращение мужского рода), был способен потягаться в огневой мощи с подавляющим большинством человеческих средних танков.

Они всё ещё не соответствовали человеческим стандартам гибкости и «ситуационного понимания» на поле боя – сказывалось отсутствие нейрорепторной связи со вспомогательным оборудованием – но упорно трудились, чтобы теми или иными способами компенсировать это. В нападении, чтобы проложить путь через любые оборонительные позиции противника, они сознательно отказались практически от всего хоть как-то смахивающего на изящную стратегию, всецело полагаясь на абсолютное преимущество в массе, силе и огневой мощи. В обороне они щедро рассыпали вокруг своих позиций тактические разведмодули, закапывали свои войска как можно глубже, при этом обеспечивая многократное перекрытие зон обстрела, поддерживали максимально большим и сильным подвижным резервом и насыщали оборону многослойной ПВО и тяжёлыми стационарными орудиями поддержки. Прорыв через подготовленные пехотные позиции Риштян всегда был дорогостоящим делом.

Которое становилось ещё более проблематичным, когда они думали в терминах mysorthayak. Трумэн не был точно уверен, как переводится это слово, но предполагал, что самое близким человеческим понятием будет джихад, хотя, как он знал, в варианте Риш у этого понятия был ещё дополнительный подтекст, делающий этот перевод не совсем корректным. Конечно, в течение нескольких предшествующих столетийистории человечества джихадбыл не очень популярным словом и к тому же у него были нюансы, которые не очень хорошо вписывались в суть понятия Риш. Mysorthayakсвязывал вместе честь клана, долг чести и природную кровожадность Риш, и при этом имел лишь незначительный религиозный налёт, но кодекс чести Риштян был достаточно запутан и тяжеловоспринимаем, чтобы сделать « джихад»самым близким и удобным человеческим аналогом. Как только они объявляли mysorthayak, матриархи Риштян не сдавались. Они сражались и умирали на своих позициях, а если имели в наличии ресурсы, то оснащали свои рубежи ядерными фугасами, чтобы забрать с собой столько противников, сколько возможно.

– В общем, насколько я понял, ты утверждаешь, – спросил Трумэн чуть погодя, – что если бы я атаковал их «слабое место», то они, подождав, пока мои люди хорошенько не увязнут на их позициях, снесли бы нас всех к чёрту вместе с собой?

– Я сказала, что это очень вероятно, – скрупулёзно поправила собеседника ДеФриз. – Я не могу сказать определённее без дополнительных тактических данных. Но если это – именно то, что они собираются предпринять, то это может и не обязательно случиться здесь и сейчас, но могу гарантировать, что прежде чем операция закончится, это обязательно случится. Если, конечно, мы кое-что не предпримем.

– Что значит «кое-что»? – прищурившись, спросил Трумэн.

– Это значит, что единственный способ избежать характерных для mysorthayakжертв –обезглавить систему управления ящериц.

– Обезглавить? – непонимающе нахмурился Трумэн. – Не понимаю, что ты подразумеваешь под этим?

– Майор Трумэн, – саркастически улыбнувшись, заявила Алисия, – совершенно случайно я имею эквивалент докторской степени по ксенопсихологии со специализацией по социопсихологии Риштян. Что несомненно является основной причиной, по которой Бригадир Кейта выбрал именно мою Роту для этого небольшого приключения. Думаю в качестве награды за мои прилежные усилия понять противника.

Несмотря на собственное взвинченное состояние, Трумэн фыркнул, позабавленный её суховатым менторским тоном.

– Во всяком случае, – продолжала она более серьёзно, – лучший способ преодолеть оборону mysorthayakсостоит в том, чтобы «исключить» первопричину этого. У многих понятий кодекса чести Риштян нет никаких реальных эквивалентов в человеческой культуре, но матриархи понимают идеи индивидуальной схватки и благородной сдачи достойному противнику. И если командующая этим небольшим вторжением старшая военная мать прикажет, то войска сдадутся – mysorthayakтам или нет. Таким образом, это позволит избежать необходимости убивать каждую отдельную Риш на планете – и попутно терять наших собственных людей...

Она позволила своему голосу затихнуть и глаза Трумэн расширились.

– Ты собираешься захватить их планетарный КП?– Он недоверчиво покачал головой. – Ты в своём уме?!

– Не уверена, – ответила она. – Но в последний раз, когда я заглядывала в свою медкарту, там было указано – «психически здорова». Конечно, я догадываюсь, что тот диагноз был не окончательным. Между тем именно это я имею в виду. Так что я буду очень благодарна тебе за любую информацию из ваших архивов тактических данных и радиоперехватов. И пока наша разведслужба выясняет, где именно Риши зарыли свою  штаб-квартиру, я хочу изучить реальные данные по имеющимся у них силам, оружию и тактике.