Текст книги "В ярости рождённая (Дорога Ярости)"

Автор книги: Дэвид Марк Вебер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 60 страниц)

Ополченец закричал, когда первый выстрел Алисии прошил его чуть ниже пупка. Второй пришёлся в область солнечного сплетения. Третья пуля перебила ему позвоночник в основании черепа и крик внезапно оборвался, так как его спинной хребёт укоротился на восемь сантиметров, захватив с собой кусок трахеи. Его пальцы судорожно дёрнулись на спуске, и изумрудный удар молнии дисраптора врезался в стену блиндажа. Луч миновал Керэмочи, но самым краем мазнул по Уитону и капитану ополчения, которого тот продолжал удерживать. Они оба начали падать, судорожно корчась, поскольку энергия близкого промаха всё-таки повредила нейроны их нервных систем. И сержант и капитан и человек, которого убила Алисия, упав на пол, неподвижно замерли. И в тоже мгновенье Бригадир Жонгдомба схватился за собственное оружие.

Рядовая Первого Класса Алисия ДеФриз сделала два шага. Глаза командующего, расширившись от ужаса, следили за ещё дымящимся срезом дула её винтовки, неотвратимо надвигающейся на него. В отличие от своих подчинённых, Жонгдомба не носил бронежилета, и таким образом не было ничего, чтобы защитить его когда дульный тормоз М–97 Алисии с выпуклостью заряженного подствольного гранатомета протаранил его живот как свайный копёр.

Бригадир с хриплым мучительным всхлипом сложился вокруг винтовки буквально вдвое. Выронив пистолет, он схватился за живот, и винтовка Алисии продолжила своё движение. Её приклад, описав точно выверенную дугу, закончившуюся чуть ниже плеча Джонгдомба, сломал тому ключицу и на обратном движении вновь оказался у неё в руках.

Командир ополчения вскинувшись, вновь упал ошеломлённый, на две трети ничего не сознающий. Он опрокинулся на спину, хрипя и кашляя, пытаясь вздохнуть, затем застыл, упёршись взглядом в дуло штурмовой винтовки твёрдо направленное ему точно между глаз.

– И всё-таки, Бригадир, – тихо сказала Керэмочи, но всё равно перекрывая всхлипывающее дыхание самого Жонгдомбы, высокие, скулящие стоны сержанта, вырубленного её самой и резкие, спазматические вздохи Ганни Уитона и капитана ополчения, – Вам надо было последовать моему совету.

Голос стройного лейтенанта был холоден, и она даже не отвела взгляд от сержанта, которого держала под прицелом – единственного оставшегося на ногах участника ловушки Жонгдомбы – когда снаружи послышались звуки короткой перестрелки, закончившиеся аккурат перед тем, как сержант Метемич спустился по ступенькам.

– Мы обеспечили безопасность наверху, Шкипер, – доложил он. – Правда, сначала возникли некоторые недоразумения с местными. Кажется у них были какие-то проблемы с системой опознавания «Свой-Чужой».

– Какая жалость, – сказала лейтенант. – Кто-то из наших пострадал?

– Нет. Там всё в порядке, – Метемич взглянув на Алисию, всё ещё стоящую над беспомощным Бригадиром, и кивнул в мрачном одобрении, затем присел на корточки возле Уитона.

– Дисраптор, – пояснила Керэмочи, всё ещё не выпуская из виду пленного. – Майк поймал краешек луча.

– Дерьмо, – Метемич, наклонившись ближе, проверил монитор жизнедеятельности взводного сержанта. Тот мерцал и неопределенно колебался несколько секунд, затем успокоился, и напряжённые плечи Метемича облегчённо обмякли.

– Я думаю, что он будет в порядке, Шкипер, – сказал он. – Я не медик, но согласно показаниям монитора, его основные показатели в норме. Нет никаких признаков необратимых повреждений нервной системы, а его фармакопея уже вывела его из шока.

– Рада слышать это, – сказала Керэмочи. – Позаботься об этом.

– Да, Мэм, – Метемич поднялся, схватил пленного за ворот и потащил его к ступенькам командного пункта.

Керэмочи сунула оружие в кобуру и подошла к Алисии.

– Хорошая работа, ДеФриз, – сказала она спокойно, похлопав рукой по плечу Алисии, и только потом взглянула вниз на Жонгдомбу.

Цвет лица бригадира всё ещё соответствовал цвету речного ила, но его хриплое дыхание уже немного пришло в норму, а в глаза начинал возвращаться разум. Керэмочи лишь слабо улыбнулась.

– А сейчас, Бригадир Жонгдомба, – объявила она, – от имени Его Величества Симуса II, я арестовываю Вас по обвинению в заговоре, покушении на жизнь и подозрении в измене против планетарного правительства Янцзы и Земной Империи. Каждое из этих обвинений, в случае признания Вашей вины, предусматривает смертную казнь. Поэтому я искренне советую Вам не усугублять свою вину. Это Вам ясно, Сэр?

Жонгдомба посмотрел на неё, затем, как марионетка, дерявянно кивнул.

– Хорошо. В таком случае, Сэр, я полагаю, самое время устроить мне беседу с Президентом Шангапом.

Глава 11

– Отойдите в сторону, капитан.

Капитан ополчения, стоящий на посту перед дверью, носил на себе те же самые «Скрещенные молнии» «Роты охраны Штаба» Жонгдомбы. Алисия, в конце концов, предположила, что эта «рота» является скорее личной гвардией Жонгдомбы, чем военным подразделением, а её состав – по совместительству– служащими его гражданских компаний. Естественно, они рассматривали себя прежде всего как «наёмный персонал» лично Жонгдомбы, а уже потом как членов планетарных вооружённых сил.

Похоже именно поэтому капитан, хоть и колеблясь, продолжал стоять, преграждая дорогу лейтенанту Керэмочи, Алисии и сопровождающей их паре морпехов.

– Капитан Гопарма, – сказала Керэмочи, прочитав фамилию на нагрудной пластине бронежилета часового, – Бригадир Жонгдомба в настоящее время находится под арестом, а мне не нужны лишние пострадавшие если этого можно избежать. Я думаю, что в самое ближайшее время состоится суд, который определит насколько командующий планетарного ополчения превысил свои полномочия. Кроме того, напоминаю Вам, что военное положение было объявлено от имени Императора,что означает, что именно ИмперскийТрибунал будет принимать решение по его делу... и что в настоящее момент, представляя здесь Губернатора Альберта, я имею преимущество перед любым офицером ополчения. Таким образом, Вы или сами отойдёте в сторону или Вас от него отодвинут и не обещаю что вежливо. Что Вы выбираете?

И Гопарма, посмотрев на неё в изумлении, всё же шагнул в сторону.

– Благодарю Вас, капитан, – вежливо произнесла Керэмочи и, кивнув головой в сторону Алисии, продолжила. – Но всё же во избежание недоразумений, для вас будет лучше сдать своё оружие рядовой ДеФриз. Вы понимаете – это всего лишь предосторожность.

Лицо офицера ополчения вспыхнув, пошло багровыми пятнами, продемонстрировав весь спектр чувств от оскорбления к гневу и заканчивая страхом. Но он всё же расстегнул свой оружейный пояс и протянул его Алисии. Взяв пояс, она закинула его на плечо, пытаясь выглядеть спокойной и хладнокровной, как будто подобная ситуация не была для неё в новинку. « И», – подумала она, – « капитану повезло больше, чем существенной части его товарищей-«гвардейцев»». Когда Метемич доложил о небольших «недоразуменьях», он не шутил. Почти дюжина парней «драчуна» Жонгдомбы была мертва и вдвое больше ранено.

– Благодарю, – повторила Керэмочи, затем прошла мимо него и открыла дверь, которую он охранял.

Цокольный зал заседаний с другой стороны дверного проёма был огромен. Он был обставлен сколь роскошной столь и удобной мебелью, но люди, примерно шестьдесят человек находящиеся там, казалось не замечали этого. Из-за неработающей системы кондиционирования Президентского Дворца влажный, горячий пропитанный табачным дымом воздух был насыщен тяжёлыми запахами пота и страха. Мужчины в зале – среди них не было ни одной женщины – нервно вздрогнули и практически разом повернулись к распахнувшейся двери.

Лейтенант Керэмочи задержалась в дверном проеме на пару секунд, окинув взглядом присутствующих, а затем уверенно направилась к невысокому, жилистому мужчине, выглядевшему сейчас значительно менее щеголевато и безукоризненно, чем на экранах ГВ-приёмников.

– Президент Шангап, – вежливо начала она, протягивая руку. – Я – лейтенант Керэмочи Чийеко, Имперская Морская Пехота. Приветствую Вас от имени Губернатора Альберта и майора Палациос и сообщаю, что направлена сюда с инструкциями проводить вас в расположение космопорта.

– Я… я понял, – Шангап встряхнулся, затем ответил на рукопожатие. – Я рад видеть Вас, лейтенант. А также могу предположить, что Вы уже встретились с Бригадиром Жонгдомбой?

– Боюсь, что с ним возникло небольшое недоразумение, господин президент, – ответила Керэмочи. – Бригадир поставил под сомнение правомочность полученных мной от майора  Палациос приказов, предусматривающих в том числе и ограничение его личной власти. В следствии чего я была вынуждена арестовать его. Также как и большую часть состава его штабной роты. К сожалению, большинство остальных было убито или ранено в ходе уже упомянутого... недоразумения.

– Под арестом?– пробормотал кто-то за спиной президента. Лицо Керэмочи не дрогнуло  и она всё также твёрдо продолжала смотреть на президента.

– Что означает, что Вы приняли командование, лейтенант? – президент поспешил прояснить текущую ситуацию.

– Фактически да, но надеюсь, что временно. И боюсь, что мне придётся поместить под охрану большинство сотрудников штаба Бригадира. Насколько я могу судить, полковник Чарва в данный момент находится вне пределов Правительственного Комплекса. Считаю, что при этих обстоятельствах майор Кушива – логический преемник Бригадира, но он находился на передовой линии обороны. Надеюсь, что сейчас он уже на пути к командному пункту, чтобы принять командование над всеми наличными силами Ополчения.

– Я понял, –  Шангап прикрыл на мгновенье глаза и глубоко вздохнул.

– Чтобы быть до конца откровенным, лейтенант, – продолжил он, – я очень счастлив – и успокоен – вашим прибытием. Некоторые из недавних решений Бригадира Жонгдомба оказались... менее чем оптимальными. Фактически, боюсь что он проявил себя значительно менее психически устойчивым командиром, чем большинство из нас надеялось.

– Мне жаль, что вам пришлось пережить всё это, Сэр, – сочувственно произнесла лейтенант. А Алисия отметила, что Керэмочи оказалась права, посчитав капитана за дверями не сколько часовым, сколько тюремщиком. И ещё интересный вопрос – действительно ли Жонгдомба решился на государственный переворотили был только на пути к этому? Или, собственно говоря, не рассматривал ли он его возможность задолго до сегодняшних событий?

– Могу ли я считать, мистер президент, – продолжила Керэмочи, – что Вы и остальные присутствующие здесь господа, – она кивнула в сторону заметно оживившихся депутатов, – действительно готовы отправится под защитой моего взвода к космодрому, где майор Палациос и Губернатор Альберт будут в состоянии обеспечить безопасность и целостность Вашего правительства?

– Именно так, лейтенант, – твёрдо ответил президент.

– Я боюсь, что нам действительно придётся идти, Сэр, – предупредила его Керэмочи. – Майор Палациос предпочла бы послать за вами транспорт, но у нас нет ни одного бронетранспортёра или флайера, а у мятежников к сожалению достаточно носимых комплексов класса «земля-воздух», что исключает в настоящее время использование в пределах Зикатса наших воздушных грузовиков совсем не имеющих брони и средств ПВО.

– Что ж, не могу назвать вашего майора непредусмотрительной, лейтенант, – Шангап удивил Алисию широкой довольной ухмылкой. – А ходьбу я всегда рассматривал как превосходный способ поддержания жизненного тонуса, – продолжил он. – И я с нетерпением жду возможности пробежаться рядом с Вами, леди.

– Я рада слышать это, Сэр. В таком случае, если Вы не возражаете, я займусь организацией нашего похода.

* * *

Капитан Чайава, прищурившись, тщательно осматривал пространство сквозь узкую горизонтальную щель. Назревало что-то новенькое и ему не очень нравились его предположения о том, что это может быть...

Он слышал отзвуки внезапного миномётного налёта где-то в районе Столичного Бульвара. Причём, судя по характеру, плотности и частоте разрывов мин, это было явно что-то из арсенала имперцев. Донёсшиеся с того же направления сразу после артналёта приглушенные очереди стрелкового оружия заставляли предположить, что морские пехотинцы наконец-то пришли на помощь Жонгдомбе. Если честно, то он был удивлён, что это заняло у них так много времени, но всё равно он был рад слышать это.

Он и четыре его спутника ползли на карачках по узким каналам ливневой канализации, когда до них донеслись звуки короткого артналёта. Опасения Полдорджа, что канализационные каналы окажутся очень тесными, подтвердились практически сразу же, но ни один из людей Чайава не был особо крупным – впрочем, как и большинство янцзыцыанцев – и это позволило им избежать кошмара перебежек через пустые улицы, мучаясь вопросом, не затаился ли где-нибудь на верхних этажах снайпер уже рассматривающий их сквозь прорезь прицела.

И всё же у этого способа перемещения оказались свои недостатки. Чайава с удовольствием присоединился бы к любой группе Морских пехотинцев, направленных на Бульвар, но он был неспособен определить, в каком именноместе те разорвали кольцо мятежников. Кроме того, им потребовалось почти пятнадцать минут бега на четырёх конечностях через систему водостоков, чтобы найти люк наверх.

В конце концов они всё-таки наткнулись на него, но лишь для того, чтобы капитан, поднявшись по лестнице и немного приподняв тяжёлую крышку плечами, уткнулся взглядом в чьи-то пятки.

Он замер, боясь пошевелить крышку и надеясь, что никто не заметил её начальное движения. Его оставшиеся внизу спутники мгновенно подобрались, отреагировав на внезапное изменение его поведения, ожидая пока он осторожно осматривался, пытаясь понять – что же такое он всё-таки видит.

Его сердце учащённо забилось и он почувствовал, что его бросило в пот, как только он понял, что то, на что он смотрел, было по меньшей мере сорока или пятьюдесятью вооружёнными мужчинами и женщинами. Ни на одном из них не было формы, но зато у каждого на рукаве была красная повязка Фронта Освобождения Янцзы.

Он глубоко вдохнул, затем позволил люку мягко-мягко опуститься в пазы мостовой. Он спустился по лестнице намного более осторожно и аккуратно чем поднимался по ней, и, отступив в сторону, повернулся и посмотрел на остальных.

– Насколько я разглядел, – спокойно начал он, – там примерно пятьдесят боевиков ФОЯ и они вооружены до зубов. Я видел штурмовые винтовки, гранатомёты и не исключаю что и пару-другую лаунчеров.

– Дерьмо, – процедил капрал Маннинг. – Что они, мать их, здесь делают, Шкипер? Чешут задницы?

– Хотелось бы, – ответил с резким смешком Чайава. – Но нет. Я заметил, как один парень, похоже отдавая приказы указывал на близлежащие здания.

– Засада? – для проформы поинтересовался Маннинг.

– Скорее всего, – кивнул Чайава. – Мы – приблизительно в половине квартала от перекрёстка. Посторонитесь.

Он неуклюже присел на корточки таким образом, чтобы они все смогли поместиться в тесном отстойнике, и активизировал систему GPS своего электронного планшета. Дождавшись появления изображения нужного участка карты, он снова взглянул на остальных.

– Видите? – Он ткнул в схему, а затем указал на лестницу к люку. – Мы под Авеню Солу. И где-то в половине квартала от нас, – он указал примерно в юго-восточном направлении, – она переходит в Столичный Бульвар. Так что получается, это самый короткий маршрут от Бульвара до космодрома.

– Так, что Вы думаете, Шкипер, что они задумали? – Рядовой Менде спросил тоном человека, заранее полагающего, что ему не понравится ответ.

– Не знаю наверняка, – ответил Чайава. – Но очевидно, что они очень скоро ожидают кого-то со стороны Бульвара. А учитывая миномётный обстрел, который мы слышали с полчаса назад, я могу предложить только одного кандидата на роль этого «кого-то».

– Вы полагаете, что начальство имперцев послало отряд Морской Пехоты не попытаться удержать Правительственный Комплекс, а эвакуировать президента в зону космодрома? – подвёл итог Маннинг.

– Так оно и есть, – согласился Чайава.

– Ну что ж. Хорошо, я полагаю, это имеет смысл, – медленно произнёс рядовой Хэнбэйдз, прослеживая взглядом путь по карте. – Только я не думаю, что хотел бы быть среди тех ублюдков, кто решил заманить «Ос» в засаду. Я подразумеваю, что если те всыпали нам на учениях, то уж в настоящем бою они порвут этих гавриков на куски.

– Очень может быть, – не стал спорить Чайава, – особенно если учесть, что они наверняка пойдут под прикрытием сети дистанционных сенсоров, но… Те, кто там сейчас окапывается, – он кивком указал вверх, – достаточно далеко от Бульвара, а значит у них неплохие шансы оказаться за пределами нынешнего радиуса действия датчиков морпехов, а если им удастся замаскироваться достаточно быстро, до подхода колонны и если они будут достаточно выдержаны, чтобы оставался вукрытиях внутри зданий до самого последнего момента, то они могут и обмануть наших приятелей. Это – престижный район. Здешние здания напичканы электроникой и прочим высокотехнологичным дерьмом, что делает практически невозможным работу тепловых сканеров даже имперского образца. К тому же кроме энергоблоков лаунчеров у этого стада нет ничего, что давало бы хоть сколь-нибудь отчётливый фон электронной эмиссии. Из всего этого следует, что даже при минимальном везении засада может оказаться успешной.

– Ну тогда пожалеем бедных ублюдков, – проворчал Маннинг. – Им может и удастся достать пару-другую морпехов, но миномёты с космодрома достанут их из-под земли и в неё же закатают.

– Если только, – спокойно продолжил Чайава, – им сначала не удастся достать президента Шангапа. Подумайте об этом. Если с ними будет онили хотя бы члены правительства, как вы думаете, пойдут ли имперцы на риск гибели этих товарищей от собственного огня?

– Честно? – Маннинг посмотрел на него, затем понимающе улыбнулся. – Я думаю, что они достаточно круты, чтобы решить, что омлет стоит пары разбитых яиц. Но не в данном случае. И я предполагаю, что дело не в том, что я думаю об их намерениях, а в том, на какой сценарий рассчитывают люди над нашей головой.

– Вот именно, – кивнул Чайава. – Лично, я думаю, что все шансы за то что Имперцы не станут рисковать жизнями членов планетарного правительства. В конце концов, такая «неловкость»может очень плохо сказаться на результатах предстоящего референдума. Но даже если я прав, есть маленькая проблема – иногда в перестрелках гибнут совсем не те люди, в которых стреляют. – Перед его глазами вновь встал кровавый хаос «Щита Аннапурны». – Эти придурки могут просто случайно убить Шангапа в процессе попытки захватить его живым.

– Сэр, – сказал Менде, – я не думаю, что мне нравится то, к чему Вы клоните.

– Мне тоже, Дэбхути, – тяжело вздохнул Маннинг. – Что не меняет того факта, что капитан, тем не менее, прав. Не так ли?

– Вот именно, – на напряжённом лице Менде мелькнула грустная улыбка. – Именно поэтому мне это и не нравится.

– Хорошо, тогда очевиден следующий вопрос – что мы можем сделать, чтобы помочь ребятам? – Рассудительно начал Хэнбэйдз. – Лично мне ничего не приходит в голову. Нас всего пятеро, и у нас нет ни связи, ни боеприпасов. Я веду к тому, при всём моём уважении к Вам, капитан, что надеюсь на то, что Вы не предложите попробовать предпринять что-то вроде лобовой атаки. Кажется, Вы упоминали о более чем пятидесяти боевиках ФОЯ с чертовски большой огневой мощью.

– Да, я не забыл об этом, – успокоил всех Чайава. – И у меня и в мыслях не было ничего подобного безнадёжной самоубийственной атаки. Но я всё-таки считаю, что мы действительно должны по крайней мере попытаться предупредить морпехов.

– Каким образом, Сэр? – поинтересовался Маннинг. – Мы не знаем точно, где они; и как Энлж Тарки только что указал – мы абсолютно без связи, а у любого морпеха, встреченного по пути, палец будет чесаться нажать на спусковой крючок. Вид чесотки... несколько раздражающий – вы понимаете, что я имею в виду.

– О, я понимаю, – Чайава широко улыбнулся. – Уж поверьте, понимаю.

* * *

К удивлению Алисии, майор Кушива – который, в отличие от Жонгдомбы, действительно оказался здравомыслящим человеком – отказался сопровождать взвод.

– Вы абсолютно уверены в правильности своего решения, майор? – задала вопрос лейтенант Керэмочи.

Она и Кушива стояли в бывшем командным пунктом Жонгдомбы, а Алисия всё ещё была приложением к Керэмочи, везде сопровождая её. И по крайней мере она была довольна, что тело убитого её человека уже вынесли из блиндажа. Кто-то даже постарался засыпать песком оставшуюся после трупа свежую лужу крови. Вот если бы ещё тоже самое сделали бы с запахом крови и характерным зловонием разорванных кишок....

– Лейтенант, – искренне заявил Кушива, – как бы некоторые из моих людей не хотели бы отправится с вами, но… у нас нет ни ваших навыков, ни вашего оснащения. Если по дороге к космопорту завяжется какая-то заварушка, я боюсь, что мы окажемся только помехой. С другой стороны, я думаю, что мы уже продемонстрировали, что можем довольно успешно обороняться на подготовленных позициях. Предполагается, конечно, – он слегка погрустнел, – что командиры при этом занимаются управлением обороной, а не глупыми политическими играми.

– Может быть вы и правы, – не стала спорить Керэмочи. – С другой стороны, майор Палациос сообщила, что давление на наш периметр безопасности вокруг космодрома практически сошло к нулю, в то время как здесь…

Она взмахнула рукой, указывая на разбитые здания за стенами командного пункта. Одиночный огонь из стрелкового оружия всё ещё вёлся из многих зданий, окружающих Правительственный Комплексе, но за последние несколько минут возобновился обстрел и из более тяжёлого оружия, как будто осаждавшие начали приходить в себя после прорыва Морских пехотинцев.

– Согласно моей сенсорной сети, – добавила она, – на усиление вашего противника направляются новые отряды плохих парней. Но если мы эвакуируем отсюда Президента и Депутатов, останется здесь хоть что-то, стоящее жизней ваших людей?

– Лейтенант, хоть я и не во всём был согласен с Бригадиром Жонгдомбой, – сказал майор-янцзыцыанец, – но в одном он был безусловно прав: мы обязаныудержать Правительственный Комплекс. Возможно у него были иные, не совсем порядочные причины сделать это, но эти здания – или точнее офисы и документы в них – важны для дальнейшей работы правительства. Если мы потеряем их – мы потеряем большую часть нашей государственности и аннулируем все те преобразования в нашем обществе, которые успели начать как раз перед всеми этими... неприятностями.

– Кроме того, – он безрадостно рассмеялся, – как только осаждающие выяснят, что Президент с Вами, они, думаю, потеряют большую часть своего энтузиазма и оставят нас в покое.

– Но Бригадир Жонгдомба сообщил, что вы почти без боеприпасов, – напомнила лейтенант Керэмочи, но Кушива с отвращением фыркнул.

– С боеприпасами конечно не всё так хорошо, как хотелось бы, – пояснил он свою реакцию, – но «почти» – это куча дерьма, лейтенант. Я хочу убрать Президента и Депутатов отсюда, потому что я не могу гарантировать,чтомы сможемудержать Комплекс. И потому, что невозможно предсказать, куда долбанёт беспризорная ракета или крупнокалиберная мина. Но у нас намного больше снаряжения и боеприпасов, чем заявлял Жонгдомба. Если Вы выведите президента отсюда и если наши противники это поймут, то интенсивность их атак наверняка существенно снизится и нам вполне хватит боеприпасов, чтобы удержать наши позиции.

– Всё ясно, – Керэмочи задумчиво рассматривала его в течение нескольких секунд. Офицер-янцзыцыанец выглядел как типичный книжный червь, но в твёрдом взгляде карих глаз, обычно, как она была уверенна, бесстрастных, светились ум и решительность. Она задалась вопросом, был ли он таков всегда, но в настоящее время это действительно была не её проблема, и она пожала плечами. – Майор, теперь Вы командующий Ополчения. Если Вы считаете, что сможете удержать Бульвар, то я не буду спорить с Вами. Как бы то ни было, моиприказы по-прежнемусостоят в том, чтобы вывести из окружения Президента Шангапа и членов правительства и благополучно доставить их в зону космодрома.

– Я понимаю и полностью согласен, – сказал Кушива. – И, лейтенант, могу ли я попросить Вас о дополнительной услуге.

– Какой именно? – поинтересовалась Керэмочи.

– Я чувствовал бы себя намного более спокойно, если бы Вы взяли с собой и Бригадира Жонгдомбу, – Кушива посмотрел офицеру-морпеху прямо в глаза. – Хоть Вы скорее всего прищучили большинство его приверженцев, но могут быть и другие и я не знаю сколько их. Если такие всё ещё на свободе, то боюсь они могли бы испытать желание сделать какую-нибудь глупость.

– Ясно, – сказала Керэмочи, легко улыбнувшись.

– И, лейтенант, пока мы всё ещё обсуждаем план эвакуации, – продолжил Кушива, – я предложил бы пересмотреть необходимость идти пешком. Конечно, Президент Шангап в свободное время любит кататься по горам на велосипеде, но некоторые из депутатов находятся в намного более слабом физическом состоянии чем он. Не упоминая того факта, что ни у одного из них нет необходимой подготовки – или точнее, нет вообще никакой подготовки – для чего-то вроде этого похода.

– Я ценю Ваше мнение, майор, – сказала Керэмочи. – Но я не уверена, что есть что-нибудь, что я могу поделать с этим, кроме возможно варианта оставить наименее физически здоровых Делегатов здесь, так как Вы планируете продолжать удерживать Бульвар, вместо того, чтобы эвакуироваться с нами. Я конечно предпочла бы отправить их воздушным путём, но ни один из наших транспортов не бронирован. Я не могу позволить себе выставлять этих людей под огонь ракет класса «земля-воздух», которых полно там, на улицах. Мы уже потеряли один флайер, а небронированные транспорты станут ещё более лёгкой добычей.

– Согласен с Вами, но, – Кушива весело улыбнулся, – у Бригадира Жонгдомбы было припрятано несколько тузов в рукаве, которые могли бы дать нам немного больше тактической гибкости.

* * *

–  … таким образом, я должна согласиться с майором Кушива, Мэм, – говорила Керэмочи Чийеко с развёрнутого перед майором Палациос дисплея коммуникатора. – По крайней мере восемь делегатов находятся в очень плохой физической форме, чтобы проделать такой большой путь пешком даже в тепличных условиях. Не говоря уже о тех, что есть на самом деле ...

Она пожала плечами, и Палациос кивнула.

– Ясно. Честно говоря, чего-то подобного я и боялась. Здесь я полагаюсь на тебя – на месте виднее. И я так понимаю, что ты считаешь предложение Кушивы оптимальным выходом?

– Ну не то, чтобы оптимальным, Мэм, скорее наименее скверным из доступных.

Палациос вновь кивнула, на сей раз медленно и задумчиво. Так или иначе, ни в одной из бесед с нею или Губернатором Альбертом, Жонгдомба не нашёл времени упомянуть, что ему удалось укрепить свои позиции на Бульваре несколькими бронетранспортёрами из парка Ополчения прежде, чем он оказался окружённым. Скорее всего причиной «забывчивости», как полагала Палациос, было то, что он рассматривал их как страховку для себя и своей «гвардии» при отступлении.

БТРы не были достаточно хороши по стандартам Имперской Морской Пехоты. У них отсутствовала антигравитационная «подушка», имелись лишь самые примитивные средства РЭБ, слабенькая противоракетная оборона и броня, вполне достаточная, чтобы противостоять огню тяжёлого лаунчера, но неэффективная против специализированного  противотанкового оружия. Но у них было четыре огромных преимущества. Во-первых, они были системами наземного базирования, что означало, что она не должна будет волноваться о зенитных комплексах. Во-вторых, их было достаточно много и они были достаточно вместительны, чтобы в них легко разместились Президент и все депутаты. В-третьих, это была настолько старая и отработанная модель, что все возможные ошибки в проектировании были устранены много десятилетий назад, а их механика и двигатель отличались той же надёжностью, что и легендарная «Модель T» докосмической эры Земли. И…, в-четвертых, они имелись в наличии.

– Как Вы планируете использовать их, лейтенант? – После небольшой паузы спросила майор.

– К сожалению, я не могу просто загрузиться в них и поехать назад, – сказала Керэмочи. – Они  неплохо защищены против оружия того класса, что имеется у Ополчения, но «неплохо» – это не достаточнохорошо, когда у них борту будет Правительство Планеты. Так что, я полагаю, что мой взвод отправится домой в пешем порядке, разбившись на три команды. Первая будет прокладывать путь и проводить зачистку. Вторая – прикрывать БТРы. Третья – следить за тылом и в случае необходимости обеспечит тактический резерв. Это конечно будет медленно, но всё равно гораздо быстрее, чем неспешное ковыляние с неподготовленной группой за плечами. Кроме того, нам легче прикрыть несколько БТРов, чем каждого отдельного человека.

– Ясно, – Палациос не потребовалось много времени, чтобы признать очевидные плюсы такого решения.

– Хорошо, Чийеко. Всё на твоё усмотрение. И, если это имеет значение, у тебя есть моё официальное одобрение, а не только моё разрешение.

– Спасибо, Мэм. Я ценю это. Надеюсь, через несколько часов мы будем дома. Керэмочи, конец связи.

* * *

– Итак, ДеФриз… Али, – сказала Керэмочи, и Алисия внутренне содрогнулась от удивления. Она всегда считала, что лейтенант даже не знала его имени.

– Да, Мэм?

Она и Керэмочи стояли рядом с Кушивой на разбитых ступеньках Президентской Резиденции, наблюдая за фыркающей моторами колонной БТРов. Алисия, следуя молчаливому приказу сержанта Метемича, продолжила «таскаться» за Керэмочи и после их столкновение с Жонгдомбой. Она очень надеялась, что её лейтенант не заметила, что Метемич до сих пор не потрудился получить у неё одобрения своего распоряжения.

Не то, чтобы она надеялась, что это невниманиебудет продолжаться вечно.

– Ну что ж, – по губам Керэмочи пробежала понимающая улыбка, – теперь ты можешь вернуться в своё отделение. Сержанту Метемичу потребуется твоя помощь. И можешь передать Эйбу,  что ценя его заботу, я всё же не думаю, что как только мы выступим по-прежнему буду нуждаться в телохранителе.

– Мм, да, Мэм!

– Али, не будь такой удивлённой, – Керэмочи и вправду хихикнула. – Я признаю, что была немного удивлена, когда он и Ганни Уитон – парочка наседок – выбрали тебяна эту роль. Возможно они посчитали, что я не замечу «салагу», болтающуюся на заднем плане, и не закачу им скандал. Но должна признать, что ты действительно оказалась на высоте, особенно в том «инциденте» с Жонгдомбой. Но теперь, – она махнула рукой в сторону головы колонны, – иди найди Эйба. Самое время, потому что мы направляемся домой.

* * *

Прорыв изкольца окружения – гораздо более сложная задача, чем прорыв внего, решила Алисия пятнадцать минут спустя. Перед атакой она несколько сомневалась, что это будет настолько трудным, как надеялись осаждающие, но это оказалось действительно не легко.