Текст книги "Свыше (ЛП)"

Автор книги: Бреа Лэмб

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 28 страниц)

Автор: Бреа Лэмб / Brea Lamb

Название дилогии книг: Правление тьмы

Книга: Свыше / Above

Информация

Данный перевод является любительским, не претендует на оригинальность и выполнен не в коммерческих целях. Пожалуйста, не распространяйте его по просторам нашей великой и могучей сети Интернет.

Убедительная просьба: после ознакомительного прочтения удалите данный файл со своего устройства. Категорически запрещено использовать этот материал в коммерческих или любых иных корыстных целях. Данная публикация не предназначена для подобного использования и носит исключительно ознакомительный характер.

Книга является 1 в дилогии «Правление Тьмы». Все герои серии связаны между собой. Книгу можно читать как самостоятельное произведение.

Книги в серии:

#1 Свыше / Above

#2 / Below

Тропы: женская ярость, слоуберн, жестокое предательство, военная магическая академия, настоящие враги, звёзды вмешивающиеся в судьбы, тёмный мир без моральных ориентиров, солдаты в масках, коррупция, репрезентация проблем с ментальным здоровьем, назревающее восстание

Это небольшой путеводитель по главам для любителей горячих сцен, а также для тех, кто предпочитает их избегать.

●  Глава 36

●  Глава 41

Всем людям, кто ощущает себя как две половины на войне. Тем, кто никогда не верит, что ему есть место хоть где-нибудь. Тем, у кого в голове слишком шумно, а мысли кусаются. Каждому из вас, кто задаётся вопросом, стоит ли продолжать.

Ваша боль сильна, но, обещаю, вы сильнее.

Предупреждение о триггерах

«Свыше» содержит секс, употребление алкоголя, насилие, дискриминацию, индоктринацию, промывание мозгов, обсуждение суицида и попыток самоубийства, массовые убийства, смерть, кровь, жестокие кровавые сцены, сексуализированное насилие (не между главными героями), связанное с дисбалансом власти и попыткой груминга, сомнительное согласие, грубую лексику, абьюз, депрессию, тревожность и другой потенциально триггерный контент. Читателям рекомендуется осторожность.

Указатель произношения

Альтаир: Аль-т-аир

Азазель: А-за-зель

Калеб: Ка-леб

Селеста: Се-лес-та

Даджахим: Да-джа-хим

Дофрел: До-ф-рэл

Дав: Дав

Элдерс: Эл-дэрс

Хайя: Хай-а

Иблис: Иб-лис

Нова: Но-ва

Отарн: От-тарн

Прия: При-йя

Куинн: К-уин

Тэлон: Тэ-лон

Тершетта: Тэр-шет-та

Зейд: Зэйд

Глоссарий

Ахата: слово, которым называют шайтана из эади. Оно означает «ошибка» и подразумевает, что такой человек недостоин магии.

Капитан: звание для тех, кто стоит сразу после полковников и управляет Академией элиты. Его получает только жена мужчины, возглавляющего один из основных родов.

Полковник: звание для тех, кто командует подразделениями элитных войск. Его получает только мужчина, возглавляющий один из основных родов.

Основной род: так называют семьи, ведущие происхождение от первых двадцати элитных солдат, которым звёзды даровали теневую магию.

Эади: человек без магии. Обычно так называют тех, кто не получил магию в свой двадцать пятый день рождения.

Из эади: так называют шайтана, рождённого у родителей-эади. Часто это первый человек в своей крови, получивший магический дар от звёзд.

Элита: высший ранг для солдата не из основного рода. Такой человек прошёл и теневой ритуал, и Академию элиты, став постоянным солдатом в войсках шайтанов.

Генерал: высший воинский ранг, который когда-либо носили только те, в ком была эссенция звёзд.

Рядовой: самый низкий солдатский ранг. Человек с таким рангом служит в войсках шайтанов неполный день и обычно используется только тогда, когда элитникам нужна помощь.

Хайя: эликсир, продлевающий жизнь эади.

Шайтан: человек с магией, которая появляется только в том случае, если в двадцать пятый день рождения звёзды даруют ему свой дар.

Добро пожаловать в мир Царства Тьмы

I

Фаза I

Многие будут делать вид, что в признании собственной слабости нет чести, но чаще всего именно те, кто отказывается видеть свои пределы, заходят так далеко за них, что уже не могут вернуться.

Пролог

Всё, что когда-либо было и когда-либо будет, пришло от звёзд.

Звёзды стали причиной существования чистой магии в мире. Всё, что делает нас особенными, связано с сущностями над нами, сияющими ярче всех солнц и лун, с самими эфирами, которые проливают порочность на вселенную, чтобы лишь их свет мог вести нас. Нашим космическим правителям нет дела до наших желаний. Такие короткие жизни, как наши, для них ничего не значат, хотя для нас они значат всё. Поэтому звёзды, часто становясь нашими спасителями, могут обернуться и нашей погибелью. Но это не значит, что они действуют намеренно. Звёзды не тревожатся о будущем и не оглядываются на прошлое. Они думают только о настоящем, о своих нынешних прихотях. Озорными и дьявольскими называют их некоторые, те, кто не поклоняется сущностям в небе. И часто они платят за отказ склониться.

Все, кому хватает ума поклоняться звёздам, не знают жизни без них, потому что за их пределами ничего нет.

И потому, дорогой читатель, я умоляю тебя молиться звёздам. Ведь тьма царствует свыше.

Глава 1

Нова

«Говорят, что один шайтан обладает силой и умом двух дюжин эади. Именно поэтому эади не могут занимать должности якобы важного значения, ведь звёзды не сочли их достойными. Интересно, думают ли основные роды о тех из нас, кого звёзды сочли достойными, а их нет».

– Из дневника Новы Тершетты, 9257 год ПЗ (после звёзд)

Оставьте богатому мужчине возможность разочаровывать.

Запах его одеколона, кожи и мускуса, отлично смешивался с вином в дыхании. Всё это неплохо сочеталось с его ореховыми глазами и крепкой хваткой. Но его рот, конечно, ужасно любил всё портить.

– Лично я не думаю, что магия так уж важна, – прошептал он, когда я провела языком вверх по его шее, а щетина царапнула мне подбородок. Стон сорвался с его приоткрытых губ, и на миг его голос благословенно исчез. Но жизнь, разумеется, была несправедлива, и он продолжил. – Посмотри на меня. У меня нет магии, а я почти так же богат, как основные роды. Кому нужны звёзды?

У меня внутри будто закипела кровь, ярость вспыхнула раскалённым добела жаром после его наглости. Не потому, что он посмел сравнить себя с основными родами. Звёзды знали, мне было плевать на пуристов, которым обязательно надо было выставлять напоказ своё неприличное богатство и разглагольствовать о своей нелепой повестке.

Нет, меня взбесило отсутствие уважения к звёздам и к тому, чем они нас благословили. Потому что те, кто пренебрегал звёздами, рисковали навлечь возмездие, а я не собиралась позволить ему утянуть меня за собой.

– М-м, – протянула я, сильнее сжимая пальцы в его ржаво-рыжих волосах.

Его гладкие пальцы без единой мозоли скользнули по моему плечу и вниз по руке. Редко встречался эади, который не носил на ладонях следы рабочего класса. Не настолько редко, чтобы я осталась без своей подработки, обчищая таких идиотов, но всё же почти неогранённый алмаз. Или, по-моему, сорняк в цветочном поле, который давно пора выдернуть.

– Честно, это странно. В смысле, ты вообще можешь умереть? – спросил он с усмешкой.

Мои бёдра замерли, а его эрекция упёрлась в мои весьма сухие трусики. Он был хорошей находкой. Даже отличной. Его богатство не передавалось по наследству. Скорее, ему повезло подняться по лестнице в нефтяной компании, где он работал. Ну и ещё он трахал владельца.

Я быстро осмотрела комнату. Плюшевый красный диван и вишнёвые деревянные столики лишь тонко намекали на его достаток. Но, как и ковёр под нами, настоящим показателем были золотые элементы и украшения. Такая роскошь. Такая чёрствость.

Такое пренебрежение к собственным словам.

Подняв голову, я изобразила непринуждённую ухмылку и сильнее вжилась в роль экзотичной шайтанки.

– Однажды смогу.

– Как? – в его голосе звучало изумление, которое даже он, со всей своей очевидной верой в равенство нашего народа, не мог скрыть.

– Не забывай, что я солдат, красавчик. Мы умираем постоянно, – это не совсем было правдой, особенно учитывая, что такие жалкие рядовые, как мы, редко участвовали в настоящих операциях.

Я почувствовала, как под моей ладонью ускорилось его сердце, когда положила руку ему на грудь. Он дёрнулся, и это было заметно, даже слегка удивительно. Ему не нравилась смерть? Или его насторожило слово «солдат»? В этом и заключалось истинное назначение рядовых. Мы существовали как резерв, но ещё и как предупреждение для эади. Как нечто, чем их можно запугать и заставить покориться. Осмелься взбунтоваться, и столкнёшься с мощью войск шайтанов.

– Ты никогда не устаёшь от всего этого «созидать, убивать, покорять»? В смысле, разве тебе не хотелось бы не быть шайтаном? Это как-то… неправильно. Искажение человечности, – и это говорил мужчина, который сам платил рядовым шайтанам за секс, чтобы удовлетворить какой-то свой странный фетиш. – К тому же разве твоя семья не разочарована?

Вот оно. Гвоздь в его гроб. Я почувствовала, как закипает злость. Ярость, которую я изо всех сил старалась сдержать. Бешенство, рождённое тем, что я никогда не была достаточно хороша ни для эади, ни для шайтанов.

Широко улыбаясь ему, я опустила руки к его ремню и расстегнула его, не разрывая зрительного контакта. Джеймс прикрыл глаза и откинул голову назад. Глупый, глупый мужчина.

Я выдернула ремень и воспользовалась его беспечностью, просунув кожу за его шею и после обернув её. К тому моменту, как этот идиот понял, что я делаю, он уже задыхался.

– Я знаю, что тем, кто не имеет магии, запрещён доступ к истории и углублённым знаниям о ней, так что позволь мне тебя просветить, Джеймс, – воздух будто наэлектризовался, когда дар звёзд шевельнулся во мне. Подо мной Джеймс дёргался и хватал ртом воздух, а его лицо наливалось яростным красным. И в тот миг я поняла, что дело было не только в моей злости. Дело было в том, чтобы хоть раз в жизни почувствовать себя сильной. – Звёзды наши спасители, наши истинные правители. Твоё богатство ничего не значит. Твой вклад ничего не значит. Ты ничего не значишь.

После этих слов я отпустила ремень и скатилась с него. Новейший наследник состояния Dorelli Oil Corporation давился, царапая ремень у себя на горле. Но мой урок ещё не закончился.

Одним движением указательного пальца левой руки я отправила Джеймса в полёт. Его тело врезалось в стену, и портреты, стоившие как мой семейный дом, посыпались на пол, пока он становился новым украшением комнаты.

– Магия конечна, но она сильная, огромная, потусторонняя. Зачем тратить её на обычную жизнь? Зачем плевать на звёзды, просто выживая, если мы можем использовать их благословение, чтобы процветать? – ещё одно движение, теперь вниз, и Джеймс рухнул на пол. Я знала, что несу относительную чушь, но не могла показать, что настоящим больным местом была моя семья. К тому же, я была не совсем неверной. – В моих венах течёт не только кровь, но и дар самих звёзд. Магия гудит в моём теле, в любой момент готовая сделать именно то, чем ты чуть раньше практически пренебрёг.

Слёзы стекали по щекам Джеймса, пока я медленно шла к нему. Кружевная чёрная ткань платья царапала мои бёдра, а кроваво-красные каблуки щёлкали по светлому деревянному полу с каждым шагом. Я медленно подняла всю ладонь, и тело мужчины поднялось вместе с ней.

– Созидать, – прошептала я и приказала множеству растений в горшках по всему дому окружить его, создавая подобие купола.

Он закричал и попытался отбиться от растений.

– Убивать, – произнесла я следом, заставляя зелень увянуть и осыпаться. Куски рассыпались под парящим мужчиной.

Свободную руку я направила к останкам, и каждый поворот пальца становился приказом для мёртвых растений. Куски задрожали на полу, соединяясь в зубчатый, неровный круг.

– Покорять, – прошипела я, заставляя корону смерти двинуться ко мне. Я поймала её правой рукой и быстро надела на голову, опуская другую руку вниз. Джеймс рухнул на колени, рыдая там, у моих ног. Стоял на коленях. Склонялся передо мной. Я знала, что это просто мои нерешённые проблемы вышли поиграть, но остановиться не могла. А может, не хотела. – И кстати, никогда больше, блять, не говори о моей семье.

Вот тебе и не раскрывать свои настоящие чувства.

– Мне так, так жаль, – всхлипнул он, сцепив руки у груди. Закатив глаза, я сделала последние несколько шагов к нему и наклонилась. Тот самый палец, которым я его атаковала, скользнул ему под подбородок. Его рыдания стали громче, яростнее. Они сотрясали его, качали грудь, крали дыхание.

– Тш-ш, – прошептала я и наклонилась, чтобы чмокнуть его мокрые губы. Он, кажется, задрожал ещё сильнее. Страх. Такое мощное оружие. То, которое снова и снова применяли против меня. – Я наблюдала за тобой довольно долго, Джеймс. Изучала, если честно. Я знаю всё о том, как начался твой роман с мистером Дорелли. Как ты убедил его бросить жену и пятерых детей ради тебя. Контракты, назначение доверенным лицом, ложь. Твой план убить его, что, кстати, очень смело, и твои многочисленные любовники на стороне. Знаешь, почему именно я привлекла твоё внимание? Потому что я это устроила. Я пробиралась в этот дом, смотрела, как ты приводишь женщин и мужчин, слушала, как они очаровывали тебя, а ты в ответ жадно брал их. Каждая часть твоего продуманного, предсказуемого расписания до сих пор сидит у меня в голове. Та таверна, где мы встретились? Ты ходишь туда каждый вечер сразу после ежедневной пробежки. Чуть меньше четырёх миль, начинаешь здесь и заканчиваешь там. Я знаю, где ты предпочитаешь отдохнуть и перевести дух. Что пьёшь. С кем видишься. Знаю всё, Джеймс.

И тут его вырвало. Точно вовремя.

Лживый, хитрожопый кусок дерьма содрогался, и всё его тело, казалось, сжималось от спазмов. Я смотрела с отвращением, на мгновение замолчав. Когда он начал глубоко дышать и поднял обе руки в знак капитуляции, я наконец снова заговорила.

– Я всё равно собиралась тебя ограбить, но не хотела доводить до этого, – прошептала я, и голос почти превратился в мягкое мурчание. А потом, как только очередной сопливый всхлип пополз по его горлу, я отвела локоть назад и впечатала кулак ему в лицо. Как и все остальные, мужчина рухнул, а сознание стало бледным воспоминанием в его голове.

Дальше я быстро занялась его вещами. Три недели назад вскарабкалась по водостоку и пролезла через окно ванной на третьем этаже, которое он всегда оставлял открытым. Меньше чем за час обошла весь дом и отметила всё ценное. Я могла забрать всё тогда, но гордость, отчаянное желание почувствовать себя сильной, всегда заставляли меня делать это именно так.

Промчавшись по дому так быстро, как могла, я схватила всё лишнее, что помещалось в сумку, а корона по дороге свалилась с головы.

Спасибо звёздам, что я наложила на эту штуку почти бесконечное заклятие.

Я выдохнула, закидывая сумку на плечо. Как всегда, она была почти невесомой, моя магия удерживала её в этом месте между нами и звёздами – в эфирах.

– Тебе это с рук не сойдёт, ядовитая сука!

Вздохнув, я повернулась к Джеймсу. У него сильно текла кровь изо рта, рвота испачкала бежевую рубашку на пуговицах, а волосы торчали во все стороны. Я внимательно смотрела, как быстро поднимается и опускается его грудь, как он будто подсознательно ковыряет кутикулу на правой руке. Потом едва заметно дёрнулся его правый глаз.

– Нам не обязательно драться, – выпрямившись, я склонила голову набок и наблюдала, как он будто готовится к атаке. Он никогда даже на занятие по самообороне не ходил, не говоря уже о рукопашной. Но конечно, ни один мужчина не мог позволить женщине взять над собой верх. Они даже не любили проигрывать друг другу. – Ты сейчас сделаешь свою ночь в десять раз хуже.

С рыком, почти звериным, этот идиот бросился на меня.

За миг до столкновения я пригнулась, выбросила ногу и зацепила его лодыжки. Джеймс полетел вперёд, его голова понеслась к полу и встретилась с ним с тошнотворным хрустом. Тело мгновенно замерло, дыхание стало громче, пока он булькал собственной кровью, растекающейся по некогда золотистому коврику у ванной.

Я же сказала, что он пожалеет.

Тяжело вздохнув, я поднялась и подошла к нему. Носком туфли перевернула его на бок, надеясь, что он не захлебнётся, но не настолько заботясь, чтобы действительно помочь. Затем я порылась в сумке и достала свободные чёрные штаны, тёмно-серый плащ, широкую хлопковую рубашку и чёрные ботинки. Через несколько минут я уже была одета и лезла в окно.

Холод водосточной трубы заставил меня прошипеть от боли, пока я медленно спускалась вниз, а мысли унеслись к теневой магии. Как было бы приятно иметь способность переместить себя одной лишь мыслью.

– Ещё одна неделя, Нова, – прошептала я себе, когда ноги коснулись тротуара. – Всего неделя.

Спокойно, пусть и быстрым шагом, я направилась к Арти, зная, что эта добыча принесёт достаточно хотя бы на два месяца приёма хайи. От мысли о таком куше меня переполняло энергией, не терпелось получить монеты, встретиться с дилером и отправиться домой.

Как только ломбард появился в поле зрения, я юркнула за угол, вытащила крошечный флакон из бокового кармана сумки и закрыла глаза, опрокидывая его в рот. Тёмная жидкость обожгла горло, и я поморщилась. Я почувствовала, как мои длинные шелковистые светло-русые пряди скручиваются и укорачиваются, становясь шоколадно-каштановыми, пока формируются кудри. Нос всегда болел сильнее всего. Маленький носик-пуговка снова вытягивался, превращаясь в мой куда более заметный нос. Как только я открыла глаза, их цвет, вероятно, уже поблёк от зачаровывающего зелёного к медово-карему, и я заметила, как кожа темнеет, возвращаясь к своему обычному смугло-золотистому оттенку. Такие сложные зелья, как смена облика, было трудно варить, ингредиенты почти невозможно достать, и их использование всегда выматывало тело. Но сегодняшняя ночь прошла лучше, чем планировалось, и тратить время на сон я не собиралась.

Не желая забыть флакон в сумке и рискнуть появлением плесени, я приказала ему вернуться в лабораторию. Адреналин, бегущий по телу, помогал держать концентрацию. Когда я почувствовала, как стекло исчезло из хватки, улыбнулась.

Завтра магия будет течь в моих венах уже двадцать пять лет, но я всё ещё поражалась каждый раз, когда велела чему-то случиться, и оно случалось. Ничто не могло с этим сравниться. Просто ради эффекта я призвала вокруг ладони тысячи крошечных вспышек света. Зрелище было почти таким, будто я держу сами звёзды.

Отмахнувшись от них и размяв плечи, я быстро дошла до лавки Арти. Мои ладони легли на холодный металл ручки. Свежий ночной воздух встретился с нагретым помещением и вступил в войну с моей кожей, когда я распахнула стеклянную дверь.

– Звёзды свыше, только не ты опять. Тебе обязательно заявляться в мой магазин чаще раза в неделю? – спросил Арти со своего места за стойкой в другом конце комнаты. Уголок моих губ слева пополз вверх, а взгляд скользнул по множеству безделушек в стеклянных витринах и на бледно-зелёных стенах. Куда он положит мою добычу на этот раз?

– Ты сам покупаешь у меня вещи.

Вообще-то он был единственным, кто регулярно покупал у шайтанки очевидно украденные вещи. Только эади, смертные без магии, держали такие «низкие» заведения, как ломбарды. Если честно, любые лавки вообще. А эади редко доверяли шайтанам. Джеймс, хоть и фетишизировал нас, магам тоже не доверял. Арти был другим. Он считал меня раздражающей, но всё равно достаточно переживал из-за моего положения, чтобы рисковать и покупать у меня краденое. Он был редким человеком.

– С каждым твоим приходом ты всё невыносимее, Тершетта, – моя улыбка стала шире от того, что он использовал мою фамилию. – А теперь заткнись, бери свою странную сумку и показывай, что принесла.

Усмехнувшись, я сняла сумку с плеч и плюхнула её на стеклянную стойку. Арти неодобрительно фыркнул, но я видела, как загорелись его тёмные глаза. Его длинные золотистые волосы почти совпадали по оттенку с каждой вещью, которую я вытаскивала. К тому моменту, как я закончила, он уже тяжело дышал и едва ли не купался в моей добыче.

– Никто не станет отрицать, что ты выдающаяся воровка, Нова, – пробормотал он, начиная осматривать каждый предмет. Потом с внезапным отвращением посмотрел на меня из-под ресниц. – Однако, возможно, твоя умная голова найдёт занятие достойнее, чем терроризировать эади.

Ай.

Моя улыбка исчезла, и так же быстро, как изменилось его настроение, изменилось и моё. На лице появилась хмурая злость, мышцы напряглись. Арти ничего не знал о том, что я делала. О том, как отчаянно я напрягала эту самую умную голову.

Я боролась за большее, чем кто-либо знал.

– Просто дай мне монеты, Арти.

К тому времени, как я подходила к дому дилера, этот день уже выжал меня до предела. Жанин открыла, как всегда, нервно дёрнувшись, и втянула меня внутрь. Она выхватила моё золото и дрожащим голосом отсчитала дозы.

Её маленький жёлтый дом внутри был безупречен, с таким же аккуратным садом впереди и классическим белым штакетником вокруг. Для эади её дом был исключительным, и никто бы не догадался, что она торгует. Любой из основных родов скорее предпочёл бы видеть её мёртвой, чем занимающейся тем, чем она занималась, но поскольку это не было незаконным, никто не мог её остановить. Ну, если только не убить.

Сначала им пришлось бы пройти через меня.

– Всегда приятно иметь с тобой дело, Жанин, – пробормотала я, запихивая коробки с флаконами в сумку. Она вздрогнула. Её страх передо мной был нелеп, ведь я полагалась на неё даже больше, чем на Арти. Отдав ей честь, причём сарказма в жесте оказалось больше, чем собиралась показывать, я распахнула дверь и отправилась к последней остановке дня, к лавкам.

Вот он. Мой дом. Пять шагов. Да, вот ручка. Звёзды, как же темно.

Едва мои пальцы сомкнулись на ручке, мороженое грохнулось на землю.

– Чёрт! – крикнула я, ныряя за ним. Один из бумажных пакетов порвался, и ещё больше продуктов покатилось по ступеням крыльца. – Да ты издеваешься.

И тут за маленьким кухонным окном мигнул свет. Отлично.

Когда дверь распахнулась, мне пришлось встретиться взглядом с Селестой.

– Привет, старшая сестрёнка.