Текст книги "Бегом за неприятностями! (СИ)"
Автор книги: Анна Стриковская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 33 страниц)
Сарториус поспешил вмешаться:
– Раз уж так случилось… Пойдемте чаю попьем, заодно все обсудим.
– Хорошо, – согласилась Бетти, и, чувствуя, что находится в сильной позиции, добавила, – Для начала профессор Савард расскажет, как он здесь оказался, а главное зачем.
И девушка пошла вверх по лестнице за магистром. Савард шел сзади и злился. Впервые в жизни над ним одержала верх какая-то баба, и все из-за его собственной несдержанности. Кто же знал, что Авенар испугается?! Она все же не такая как все, не бессмысленная девица, а его ученик. А тут захлопала своими глазищами и исчезла! Так могла поступить только глупая пигалица! Неужели он такой страшный? Он же не хотел ничего плохого.
За чайным столом пришлось повторить при Бетти все, или почти все, что он рассказывал ранее Сарториусу. Девушку особенно заинтересовала сцена, разыгравшаяся после их исчезновения.
– Значит, вы дали всем понять, что мы погибли? А сами в это ни на грош не поверили?
– Именно, Комин. Я действительно всем солгал, чтобы вас прикрыть. А сделал я это потому, что с вами поступили не по справедливости.
Девушка бросила на Саварда полный признательности взгляд, затем прижала руки к груди и возвела очи к небу:
– Молю Демиургов, чтобы вы оказались достаточно убедительны и моя родня и жених действительно решили, что меня не в живых. Я вам очень благодарна, профессор Савард, что вы поддержали наш обман. Надеюсь, все вам поверили. Конечно, в других мирах искать нас будет затруднительно, но я хотела бы однажды вернуться домой. С другой внешностью, под другим именем, но в родной мир.
– Понимаю вас, дорогая, – поддержал девушку Сарториус, – Но пока вам лучше туда не возвращаться.
Бетти тепло улыбнулась магистру и снова обратилась к Саварду.
– Профессор, а как вы тут очутились? Как нашли это благословенное место?
– Проанализировал дипломную работу Авенар, – буркнул архимаг, – там были координаты и подозрительно подробное описание. Мне показалось, что она туда вернется, хотя бы ненадолго.
Тут девчонка набралась храбрости и схамила ему в лицо:
– Соображаете вы отлично, когда это касается анализа. А вот вести себя не умеете.
Он уже готов был разозлиться:
– Может, это вам, Комин, стоит вести себя более скромно и не высказывать в лицо таких вещей своему преподавателю?
Девушка глаза опустила скромно, но ответила гордо:
– А где здесь преподаватель? Не вижу такого. Я больше не студентка, господин Савард, да и вы, как я вижу, бросили работу в Академии. Конечно, вы гораздо старше меня, но это, поверьте, не дает вам ни прав, ни преимуществ.
Тут вклинился Сарториус:
– Беттина права, Вер. Ваш ум вызывает у меня восхищение. То, как вы меня нашли, поражает. Но при встрече с девочкой вы повели себя глупо, согласитесь. Вся ваша блестящая дедукция пошла псу под хвост. Вот где ее теперь искать?
– Я бы тоже хотела это знать, – грустно прошептала Бетти, – Без нее я не могу перемещаться. Все мои вещи пропали. А главное, я за нее боюсь. Она такая… Такая… Добрая, храбрая, искренняя и абсолютно неприспособленная!
* * *
Лисса сидела на своей кровати и горько плакала. Надо же было так сглупить: испугаться Саварда настолько, что бросить Бет на произвол судьбы! Кто она после этого? Сволочь последняя. Теперь Савард Бетти на клочки порвет. Он же ее за человека не считает, презирает как очередную тупую бабу.
Одна надежда, что он в чужом доме распоясываться не станет. Хотя, зная своего учителя, Лис на это бы не поставила. Если профессору вожжа под хвост попадала, он мог разгромить полмира, прежде чем успокоиться и дать голосу разума до него достучаться. А уж неугодные ученики вылетали из его кабинета с проклятьями, которые потом снимали всем факультетом… Лисса не забыла, как в прошлом году приходила к нему одна графиня, просила за своего сыночка-бездельника. Эта самая дамочка вся в слезах и огромных зеленых бородавках бежала из кабинета декана, а потом ректор ездил к ней, чтобы замять дело.
А почему среди профессорско-преподавательского состава не было женщин? Да потому что бешеный Савард всех изводил. Стоило ректору нанять красивую эльфийку на кафедру травоведения, или очаровательную сильфу с синими, как у Лиссы, глазами, в качестве преподавателя прямого ментального воздействия, как тут же появлялся Савард и начинал травлю. Действовал при этом двояко. С одной стороны, всеми силами доказывал их профессиональную ничтожность, а с другой просто проходу не давал. Отпускал малопристойные замечания, шлепал походя по заду и всячески намекал, что место их не на кафедре, а в постели. В частности, в его постели. За это Лисса своего профессора терпеть не могла, о чем он даже не подозревал, болван бесчувственный. А то, что он для нее делал исключение, злило больше всего. Если бы он еще при этом не был таким выдающимся специалистом… Она бы ему показала. Она и планировала ему показать… Потом, когда перестанет от него зависеть.
И вот сейчас, когда они с Бет так удачно сбежали и начали обустраивать свою жизнь, этот монстр появляется с перекошенной рожей в месте, где Лис считала себя в безопасности, и орет. Неудивительно, что она запаниковала. А вот что Бет бросила… Оставила подругу одну в чужом мире на растерзание одичавшему Саварду. Это подлость, и утешать себя нечего. А главное, все сумки с собой утащила. Бет там осталась голая и босая, без средств к существованию. Ну, Сарториус ее накормит… Лисса успокаивала сама себя, чувствуя, что пока в гостях у Сарториуса разъяренный профессор, она туда не сунется даже ради Бетти. А как узнать, что он уже ушел? Вот именно. Что делать, непонятно.
И ведь понял, скотина, догадался, что они с Бет разыграли расщепление. Разозлился и отправился их искать. Остается сообразить, где она прокололась.
Ну точно. В дипломе. Не надо было про мир Сарториуса так подробно развозить. Написала бы как про все остальные, коротенько и по делу. Нет, отличиться захотела. Дура бесхвостая. А ведь Бет ей намекала… Бедная Бет! Хорошо еще свою базу хватило ума не сдать. А то бы злой Савард уже здесь сидел, и ничем хорошим это бы не закончилось. А теперь она тут одна одинешенька…
Рыдать и корить себя до бесконечности, конечно, можно, но с перерывами. Лисса попутно догрызла остатки печенья, выпила молока из пакета, сжевала кружок колбаски и побаловала себя круглым оранжевым фруктом, внутри разделенным на дольки. Вздохнула тяжко: и колбаса, и печенье, и молоко были последние. Оставались еще мука, масло и соль, но что с ними делать, Лис не знала. Готовила всегда Беттина.
В принципе, можно в техномир смотаться. У нее еще оставались пара-тройка цветных бумажек, которые там считают деньгами. Купить поесть, да и просто посидеть в тамошнем кафе, отдохнуть, прийти в себя. Если делать это в одиночку, амулетов должно хватить в обе стороны. Зарядить их там будет негде. Но, когда Лисса осмотрела наличные накопители, пришлось отказаться от такого заманчивого путешествия. Видимо, со страху она ухнула на перенос гораздо больше энергии, чем требовалось. И вот теперь все разряжено. Сутки-двое надо ждать, пока зарядится. А чем в это время питаться, неизвестно. И к Бетти не вернешься: а вдруг там Савард в засаде сидит и ее поджидает.
Недовольная собой и мироустройством она легла спать.
* * *
Недаром говорят, что утро вечера мудренее. Начало нового дня принесло в голову Лиссы новую мысль: а что, если посетить не техномир, съедающий уйму энергии, а отправиться в нормальный магический? На него силы должно хватить, а в случае чего там можно будет подпитаться. А что? Продать там парочку зажигалок в качестве огненных амулетов, закупить яиц, молока, масла, мяса и овощей, и назад. Вполне можно питаться жареным мясом и блинами, а если еще овощи потушить… На это Лиссиных кулинарных способностей хватит. Не вечно же будет Савард ее караулить.
Пролистав копию своего диплома, она долго думала и наконец сделала выбор. Мир под названием Леритана. Традиционный магический. Населяющие расы: люди (большинство) и магические расы, как то: эльфы, дроу, демоны света и демоны тьмы, драконы. В каждой местности правят представители какой-либо из магических рас, люди являются подданными.
Лисса вспомнила, что там они не успели ни набедокурить, ни продать ничего вредного или опасного. Значит, стоит попробовать, а то живот уже песни распевает. Покопавшись, она взяла из запасов Бет три зажигалки и хорошенькую тетрадь с переливающейся картинкой на обложке. Еще достала пару золотых и с десяток серебряных монет, которые артефакторша приберегала для изготовления амулетов. Было стыдно грабить отсутствующую подругу, но Лис успокоила себя тем, что берет их в долг. Продаст зажигалки и вернет. В конце концов, не пропадать же ей с голоду. Пока еще сумеет найти покупателя, а кушать хочется уже сейчас. Выбрав из своего откровенно убогого гардероба нечто подходящее, вроде длинной юбки и белой вышитой блузки, и переодевшись, она собрала сумку и активировала портал.
* * *
Чаепитие на задалось. Савард сидел мрачный и хмурый, Беттина смотрела на всех совершенно несчастным взглядом, а попытки Сарториуса все сгладить ни к чему не привели. В конце концов отчаявшись он предложил Бетти:
– Дорогая, иди в свою комнату, она тебя ждет. Тебе надо прийти в себя. Отдохни, прими ванну. Нарядов для тебя у меня нет, но рубашка и теплый халат найдутся. А мы с Вером сделаем вид, что это красивое платье.
– Спасибо, дорогой магистр Сарториус! Только вы меня понимаете!
Беттина поднялась и быстро ушла. В той же спальне, где они с Лиссой ночевали в прошлый раз, ее ждало все, что нужно для комфортного ночлега. На огромной двуспальной кровати лежали две ночные рубашки: голубая и золотистая. В ванной висело два халата: синий и бежевый. Видно было, что старый магистр готовился к их приезду. Бетти разделась, простирнула белье в раковине и развесила его где придется, затем налила ванну и опустись в душистую пену. Пребывание в теплой воде ее успокоило, стало немного легче.
Надо признаться, Савард напугал ее почище чем Лиссу. В первую минуту, увидев его, она словно окаменела. Но смогла взять себя в руки и вспомнить, что лучшая защита – нападение.
А еще ее страшно раздражало идиотское поведение этих двух: профессора и Лис. Особенно Лис. В конце концов это не она, Бетти, поступила глупо. Личико этот Савард скроил еще то, но пугаться, не разобравшись, не следовало. Да он и не такой страшный, как казалось. Твердость и спокойствие, и он еще у нее из рук есть будет. Она не собиралась обольщать профессора, упаси Боги! Просто планировала использовать его таланты для поиска и спасения подруги. Он, кажется, неравнодушен к Лиссе, иначе с чего бы его всего перекосило при виде того, как любимый ученик целует постороннего? Пусть даже это посторонний – просто милый старичок, Лисса его воспринимает как дедушку, которого у нее никогда не было. Бетти и сама не отказалась бы от такого дедушки: доброго, снисходительного, понимающего и любящего. Старый песчаный демон бы тот еще деспот, для него все женщины в семье были лишь товаром, который надо было либо выгодно продать, либо попридержать до лучших времен. Только жена-дракон умудрялась держать в руках этого тирана, пока ей не надоело и она его не бросила. Внучка-полукровка была у него как бельмо на глазу, даром что и сам женился не на демонице, и сына от неравного брака не уберег.
Вымывшись и приведя себя в порядок, Бетти тихо выскользнула из комнаты и направилась туда, где сидели мужчины. Шла она бесшумнее мыши, как умели ходить женщины ее клана. Прежде чем войти, прижалась к дверному косяку и прислушалась.
– Пойми, Гор, чтобы вычислить ее местонахождение, надо хотя бы примерно себе представлять, как она думает. А за последние часы я убедился: это невозможно. Бесполезно было закрывать на это глаза: Авенар такая же баба, как они все.
– Закрывать на это глаза было глупо, Вер. Лисса прелестная девушка, умная и смелая. Взбалмошная немного, но по мне так это только ее украшало. Мне кажется, именно это в ней тебе и нравится.
Эверард ответил сердито:
– Мне нравился в ней талант и работоспособность. А еще то, что она никогда не вела себя как девчонка. По крайней мере при мне.
– Вер, только не говори мне, что предпочитаешь мальчиков!
Савард при этих словах взбесился:
– Что? Это ты сейчас о чем? Чтоб ты знал, я сплю исключительно с женщинами. И вообще не понимаю: откуда в нашей беседе взялся этот сексуальный уклон? У тебя что, на старости лет крыша на этой почве поехала?
Сарториус примирительно махнул рукой.
– Прости, Вер, если это тебя задело. Ты же видишь, для меня сексуальная тема в прошлом. С другой стороны… Я ведь не всегда был одиноким стариканом. Не знаю, как в вашем мире, но в нашем продолжительность жизни колдуна и его внешний возраст во многом ограничены только его личным желанием. Еще когда эти девочки поступили в твою Академию, я был нестарым и, поверь, привлекательным мужчиной. Но та, ради которой я жил, как раз тогда умерла. После ее смерти я бросил все, купил этот дом среди пустыря и позволил себе состариться. А чтобы не сойти с ума придумал себе занятие: создание сада, в котором я вижу отражение моей любви, ту гармонию, которую всегда чувствовал, но которой был лишен. Девочки попались мне вовремя: я как раз думал о том, что моя работа практически закончена и теперь мне незачем жить. Я им очень благодарен, как и тебе, Вер. Вы вернули мне интерес к жизни. Мне снова есть зачем жить: хотя бы для того, чтобы помочь милым девочкам устроить свою судьбу. Тебе, кстати, это тоже не помешало бы.
Савард выслушал рассказ молча, но теперь понял, что должен извиниться перед тем, кто стал ему другом.
– Прости, Гор, я сказал не подумав. А та женщина, твоя жена…
– Она не была моей женой, Вер, да и не могла быть. Я всю жизнь был для нее всего лишь любовником. Верным, преданным, возможно, единственным… Она не была распутной женщиной, просто была вынуждена выйти за того, кого не любила, и кто не любил ее. Давай не будем об этом. Лучше поговорим о тебе.
– Что обо мне говорить… У меня как раз все в порядке, если не считать того, что Авенар сбежала, а я чувствую за нее ответственность. За эту дурочку Комин тоже, но она хоть здесь, в безопасности.
Сарториус усмехнулся:
– Бетти далеко не дурочка. Не больше, чем мы с тобой дурачки.
– Значит стерва и собственница. Я таких ненавижу.
– Вер, у меня такое чувство, что ты общался с женщинами только в борделе. Вернее, не с женщинами, а со шлюхами.
– Ну, в общем да. Лучше так, чем терпеть все эти закидоны и глупости. Шлюхи хоть молча ноги раздвигают, берут деньги и больше ничего не требуют. Не морочат голову и не терзают сердце.
Старый маг покачал головой.
– Ну-ну, тогда я не понимаю, зачем ты живешь на этом свете. Прости, Вер, не стоит больше говорить о личном. Тут мы с тобой друг друга никогда не поймем. Давай лучше о другом. Как ты предполагаешь искать Лиссу?
Вот так подслушивая только и можно что-то узнать. Бетти всегда подозревала, что этот Савард тот еще тип, а теперь узнала точно. А еще стало ясно, что на Сарториуса действительно можно положиться. Она бесшумно отошла от двери, затем уже с легким топотом вернулась, как будто появилась тут впервые. Постучалась и вошла.
Магистр встретил ее радостно:
– А вот и наша Бетти. Садись, дорогая, моя экономка испекла пирог с луком, попробуй.
Хоть Бетти и не слишком любила лук, но из вежливости взяла кусочек. Странно, но это оказалось чертовски вкусно. Она так и сказала, когда взяла второй. Сарториус же спросил:
– Бетти, а ты умеешь готовить?
– Умею, а надо?
– Понимаешь, мы будем искать Лиссу всеми доступными способами, а для этого я собираюсь отпустить дня на три свою экономку, а то она нас замучает своим недовольством и придирками. Менира не любит гостей.
– Поняла. Я могу приготовить любое блюдо, было бы из чего.
– Отлично. Тогда с утра я съезжу с Мени на рынок и куплю продуктов на неделю, а вы начинайте работать. Сейчас, с вашего позволения, я пойду спать.
– Мне пока совсем не хочется спать. Можно я погуляю по вашему прекрасному саду?
– Конечно, только не споткнись в темноте, там много камней.
Савард поддержал девушку:
– А я еще посижу здесь, посмотрю бумаги Лиссы. Может, родится какая-то идея.
Все разошлись. Беттина спустилась в сад, Сарториус пошел к себе в спальню, а Савард удобно устроился в кресле у окна и углубился в чтение. Он выискивал в тексте любые намеки на базу, с которой девушка отправлялась в каждое путешествие. Если он правильно угадал, то сейчас она должна быть там. Обратная привязка из любого мира. Когда-то драконы уходили в путешествия и не могли найти обратной дороги. Все, кроме самок, оставивших дома детеныша. Привязанность матери оказывалась вернее любого компаса.
Потом учитель Вера и он сам разработали на этой основе свое заклинание. Обычно это делается на свой собственный мир, но его ученик оказался хитрее и предусмотрительнее. Эх, ему бы сюда саму Лиссу, чтобы расчеты делала. Была у нее какая-то штучка, помогавшая считать. Ну вот же: «Расчеты произведены при помощи математического преобразователя Беттины Комин». Беттины, надо же?! Может, девчонка имеет такой в запасе? Или помнит, как его делать? Она сейчас в саду.
Савард встал и спустился на первый этаж. Дверь в сад была открыта, а на ступеньках сидела Комин. Савард прошел мимо и обернулся, чтобы заглянуть Бетти в лицо. Она подтянула колени к подбородку, положила на них ладошки и, пристроив сверху голову, смотрела прямо перед собой, ничего не видя.
«Ушла в себя, буду нескоро».
Понимая, что в этом состоянии магичку лучше не трогать, Савард тяжело вздохнул и сел рядом с ней. Вернется – поговорим. Прошло немало томительных минут, прежде чем маг почувствовал: девушка больше не отсутствует. Прижатое к его телу из-за узости ступеньки бедро отодвинулось, и в воздухе повисло напряжение. Он ждал, что Беттина заговорит первой, но не дождался. Пришлось самому нарушить молчание.
– Комин, я правильно понял, что вы не беспорядочно болтались от мира к миру, а нашли отправную точку и перемещались оттуда?
– Все верно, господин Савард. Вы правильно догадались.
Она говорила вежливо и бесстрастно, холодным спокойным голосом.
– Тогда Авенар может быть только там. В отправной точке.
– Думаю, вы правы. У нас там база: домик.
– Комин, вы знаете координаты этого места?
– Нет, господин Савард.
– Комин, а разве не вы делали все расчеты в дипломе Авенар?
Сидевшая до этого неподвижно девушка резко обернулась и сердито посмотрела на мага:
– Это вы говорите оттого, что она упоминала мой математический преобразователь? Лисса все расчеты делала сама. Координаты знала только она. Мне они без надобности, я не умею перемещаться между мирами и никогда не научусь. Нет соответствующего дара.
Беттина ожидала суровой отповеди и недоверия, но ошиблась.
– Приятно знать, что твой ученик все сделал сам, но сейчас нам это не помогает, а скорее вредит. Пожалуй, я бы мог вычислить вашу отправную точку по координатам найденных миров. Но тут расчетов на месяц, не меньше, а времени мало.
Удивленная разумностью бешеного Саварда Бетти проговорила:
– Вообще-то Лисса пересчитывала все координаты с тем, чтобы скрыть нашу базу. Так что, думаю, и обратную работу можно проделать. С преобразователем у нее ушло на это два дня. К счастью, он у меня с собой. Мелочи на продажу и полезные разработки я всегда ношу в карманах. Так что с утра я вам покажу, как им пользоваться, профессор.
Тот обрадовался:
– Отлично, Комин! Надеюсь, за пару-тройку дней я вычислю эту вашу базу и найду Авенар.
– Хорошо, я согласна. Могу я вас попросить об одолжении, профессор?
– Можете, Комин.
– Не называйте меня больше Комин. Мне неприятно. Кстати, Лиссе тоже не нравилось, что вы ее зовете по фамилии.
– Почему? Я всех учеников зову по фамилии, никто не жаловался.
– Ну, во-первых, я не ваша ученица. И мне неприятно, что меня продолжают причислять к роду, который из каких-то своих мелких корыстных интересов продал меня подонку, собиравшемуся надеть на меня браслеты, блокирующие магию. У меня теперь новая жизнь, и я постараюсь подобрать себе новую фамилию. А пока зовите меня Беттина. Можно Бетти.
– Я понял…. Беттина. Буду звать вас по имени. А что там с Авенар?
Бетти помолчала, собираясь с мыслями, затем высказалась.
– Господин Савард, вы знаете, что она найденыш? Что эта фамилия – выдуманная? Думаете, ей приятно каждый раз в звуках этого имени слышать напоминание об ее незаконном происхождении и незавидном положении? А кроме того… Она девушка, господин профессор, как бы вам ни хотелось думать, что это не так. А нас, девушек, принято называть по именам, пока мы замуж не вышли. Вряд ли ей было приятно сознавать, что вы, практически единственный, кому она была по какой-то причине небезразлична, относитесь к ней как к парню. Мне бы это точно не понравилось.
Она поднялась и быстро ушла в дом. Савард остался сидеть на крылечке в такой же позе, в какой незадолго до этого сидела девушка. После ее ухода боку, не согреваемому больше телом сидящей рядом, стало холодно, а еще приятный, ненавязчивый и такой теплый аромат исчез, и мужчина понял, что это бы отнюдь не запах цветов. Как будто, уйдя, Бетти унесла с собой часть очарования сада и этой ночи.
Сарториус прав, она умная, сильная, и как будто совсем не собирается испытывать на нем свои чары. С таким отношением он сталкивался впервые, если исключить Лиссу, которая всегда была только учеником. Эту Беттину даже подкалывать и изводить не получится, хотя попробовать стоит. Не очень приятно, но факт. Она не видит в нем мужчину. Он ей интересен только как тот, кто поможет выручить из беды ее подругу. Если та, конечно, в эту беду попала.
* * *
Лисса появилась в выбранном ею мире под вечер и сердито выругалась. Ну кто же так делает? Не стоило так долго возиться и размышлять. Все лавки в этой глуши уже закрыты, а в трактиры приличной девице без сопровождения соваться не стоит. Она вылезла из кустов бурьяна за околицей и потихоньку двинулась в деревню. Может повезет и найдется добрая душа, которая пустит переночевать, а там еще краюшку хлеба да кружку молока не пожалеет. Пройдя больше половины деревни, она привлекла к себе внимание всех собак, нашла трактир, из которого громко неслись пьяные выкрики и брань, и поняла, что здорово влипла. Лучше бы осталась с Бет, не убил бы ее Савард. В этой деревне никто ей помогать не собирается. Придется дойти до другой околицы и пристроиться где-нибудь в поле. Ничего, одну ночь она как-нибудь переночует на свежем воздухе, тут не слишком холодно, хотя есть хочется безумно…
Отойдя от трактира еще пару домов, Лисса набрела на базарную площадь, по вечернему времени пустынную. Только несколько мальчишек играли в свайку там, где днем шел торг. Увидев незнакомку, ребята бросили надоевшую игру и обступили девушку.
– Ты откуда? – спросил самый старший.
– Издалека.
– Пешком? – удивились дети.
– У меня лошадь за лесом пала, поэтому я сюда так поздно добралась, – соврала Лисса, – А теперь не знаю, где переночевать. Утром дальше пойду, или, если повезет, лошадь куплю.
– Ты маг? – тоненьким голоском спросил невысокий кудрявый паренек.
– Да, а что, заметно?
– Кому может и нет, а мне заметно. Пойдем, я тебя к мамке отведу. Она ночевать пустит и поесть даст.
– Хорошо, – обрадовалась Лисса, – Пойдем. А зовут тебя как?
– Каруш. А мамку Смелой кличут.
Сопровождаемая всей ватагой, Лисса пошла за Карушем. Идти пришлось не вперед, а назад почти к самой околице. Дом матери Каруша был довольно старым, но еще крепким и опрятным. По пучкам разных трав, развешанных там и сям можно было догадаться, что здесь живет знахарка. Когда Лисса с детьми подошли к калитке, хозяйка вышла им навстречу. Смела оказалась довольно молодой привлекательной женщиной с русыми волосами и красивыми серыми глазами. Она пригласила Лиссу в дом и усадила ужинать. Та снова повторила свою байку про павшую лошадь. Смела понимающе закивала. Предложила переночевать, а завтра помочь с продажей и покупкой на рынке. Должен обоз купеческий подойти, к полудню как раз и покупателей и продавцов на рынке будет вволю.
Они еще некоторое время посидели, поболтали. Лисса расспрашивала Смелу о ее житье-бытье. Знахарка рассказала, что была замужем за купцом, только он ушел за море и не вернулся. Сейчас к ней мельник сватается, но она раздумывает, не торопится. Во-первых, купец может вернуться. А во-вторых, не очень-то мельник ей и нравится.
Когда Каруш вернулся с улицы, выпил молока и улегся спать тут же на лавке, Смела позвала Лиссу в горницу, где стояла высокая постель с настоящей пуховой периной.
– Я на двор пойду спать, на сеновал, а ты тут располагайся.
Как ни отнекивалась Лисса, хозяйка стояла на своем и настояла-таки. Забрала с собой кое-какие вещи и ушла на сеновал, оставив Лиссу в спальне. А перед сном пришла и принесла гостье большую кружку, полную медового взвара, приятно пахнущего травами. За это девушка в душе положила себе подарить доброй хозяйке одну из зажигалок. Она боялась, что в теплой перине ей будет жарко и трудно заснуть, но не успела донести голову до подушки, как уже спала как убитая.
Разбудило Лиссу странное ощущение. Ей казалось, что ее, спеленутую как младенца, куда-то везут. К чему такой сон может сниться? С трудом продрав глаза, она поняла: это не сон. Увернутая в простыню как в кокон, она лежит на телеге, а ее давешняя хозяйка молча погоняет лошадей. Заметив, что Лисса больше не спит, Смела молчать перестала, а, прикрикнув, погнала лошадей вскачь. Лисса попыталась сложить пальцы в знакомый символ, чтобы освободиться, но коварная хозяйка спеленала ее на совесть, совершенно не удавалось пошевелить руками. Заметив ее движения, Смела заговорила:
– Что, попалась? Неужели ты так глупа, что и меня за дурочку приняла? Такую чушь несла, как я еле сдержалась, чтобы не засмеяться тебе в лицо. Видно же за милю, что ты полукровка. Значит, сбежала откуда-нибудь. А я с законом не ссорюсь, милая, так-то. Отвезу тебя к нашему господину, пусть он сам твоего хозяина разыскивает. А мне и половинной награды довольно.
Лисса пришла в ужас.
– О чем ты, Смела? Какая награда? Нет у меня никакого хозяина!
– Ты еще скажи, что не полукровка. Такие на воле не бегают, особенно если с даром. И как только умудрилась ошейник снять? Или ты в браслете ходила?
И тут Лисса вспомнила про деньги и ценности, лежавшие в сумке. Если эта гадюка похитила Беттинины монеты… Это полная катастрофа! Пропустив мимо ушей упоминание ошейника и браслетов, Лисса завопила:
– А сумка?! Сумка моя?! Ты ее украла?
– Я не воровка! Вон сумка твоя, в ногах у тебя лежит. Это ты украла, потому что у таких, как ты, ничего своего нет! А я из нее нитки не взяла! Все честь по чести господину отдам.
Эх, сейчас бы с Бет посоветоваться. С ней, Лисса была уверена, они в такую ситуацию не попали бы. Но если подумать… Она представила себе подругу, и в ее душе тихий голос произнес: «Не пори горячку, Лис. Дождись, когда тебя развяжут. А там делай ноги». Лисса прислушалась к собственным ощущениям. Силы на один переход впритык, но хватило бы. А если с накопителем… В сумке один заряженный есть, это точно. Координаты базы были практически выжжены в мозгу, так, что забыть их она не смогла бы никогда. Смещение не должно составить более полумили. И пусть все пропадет, самой бы выбраться.
Смела ожидала от своей пленницы ругани, слез, просьб, но Лисса сосредоточилась на своем спасении и не обращала больше на женщину никакого внимания. Эта подлая тварь не стоит, чтобы она на нее злилась. Жалко мальчика: кого такая ведьма из ребенка может вырастить? Только подлеца. Так что когда телега остановилась, лицо Лиссы было мокро от слез, но совершенно спокойно. Она практически лишена быа возможности видеть, куда они прибыли, поэтому поняла, что это конец их маршрута, когда Смела соскочила с телеги и отправилась браниться с какими-то мужчинами. Вероятно, они ее не пропускали. В это время на Лиссу упала тень. Каруш, до этого смирно сидевший в задке телеги, приблизился и зашептал:
– Ты прости меня, я не знал, что мамка такая злая.
Мальчик достал откуда-то смоченный водой платок сомнительной свежести и вытер девушке лицо. Хотел было напоить ее из фляжки, но тут вернулась Смела и прикрикнула на сына.
– А ну на место, кому сказала! Не смей к ней прикасаться! А ты не бойся, наш господин добрый, особо бить тебя не станет. А вот уж как твой собственный решит, я знать не могу.
Лисса залилась слезами снова, но не потому, что испугалась какого-то там господина, просто ее до самого сердца тронул поступок мальчика. Раз он так смог, значит, для него не все потеряно, еще может вырасти человеком.
Телега снова тронулась, на этот раз по тряской брусчатке. В город въезжаем, подумала Лисса. Кокон не давал ей возможности разглядывать окрестности, из-за чего она более всего злилась на Смелу. Но когда женщина стала торговаться из-за награды с каким-то типом, которого называла добрый господин, Лисса почувствовала, что если сейчас никак не выразит своего гнева, то просто взорвется. Ею торгуют, как морковкой какой-нибудь! Проклясть! Только надо что-то что мальца не заденет! И как только Смела оказалась в поле ее зрения, девушка выкрикнула:
– Чтоб ни один мужик на тебя больше не позарился! И купец к тебе не вернется, и мельник бросит!
А потом, словно по наитию добавила:
– Жив твой купец, только с тобой он не будет, сына заберет, а тебя, злыдню, пошлет к демонам!
Обычно такие проклятия сильно пугали людей в любом мире. Уже это было хорошей местью. Но девушка забыла, в каком мире находится. Гром и вспышка показали, что слова Лиссы обрели силу. Каруш заплакал, а разозленная Смела бросилась к ней с кулаками:
– Снимай свое проклятье, ведьма!
Лисса ощерилась:
– Обратного хода нет! Сама виновата! Извини, раньше надо было думать!
Все равно со связанными руками она сделать ничего не могла. Подошедший мужчина оттеснил знахарку со словами:
– Иди в контору, милочка. Там тебя ждет вознаграждение. А девушку не тронь, она товар ценный. Похоже, настоящая магичка.
– А мои простыни? Веревка? – продолжала бушевать Смела.
– Тебе возместят. Пять медяков. Они ведь не новые, так?
Он так зыркнул на женщину, что она мгновенно замолчала, и ее быстрые шаги дали понять, что она покинула арену действий. Мужчина же наклонился над Лиссой.
– Кто же ты, деточка? Хорошенькая какая. Ну ладно, не хочешь говорить – не надо. Только вот развязать я тебя не развяжу, тут уж извини. Пусть лучше господин тебя развязывает.
Это был человек. Невысокий, полный, с довольно приятным лицом и хитрыми глазами. Управитель, наверное. Здешние господа должны быть из магических рас. Разве нет? Лисса попыталась ему улыбнуться, но, видно, скривила довольно злобную физиономию.
