Текст книги "Мир полуночи. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Андрей Стоев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 35 (всего у книги 58 страниц)

Глава 17

Дверь кондитерской закрылась за мной почти бесшумно, но колокольчик, конечно, звякнул – для этого он здесь и висел. Из боковой двери тут же высунулась рыжая голова Тайи Лестéри, хозяйки кондитерской. За прилавком стояла тоже в основном сама Тайа, а товар они пекли вместе с дочкой.

– А, это ты, Тим, – приветливо улыбнулась она мне. – Если не спешишь, то лучше подожди минутку – я сейчас новые пирожные выложу.

– Здравствуй, Тайа, – улыбнулся в ответ я. – Не спешу. Делай что надо, не торопись.

Она ещё раз улыбнулась мне и опять скрылась. Тайа вообще улыбалась часто – да можно сказать, постоянно. Без улыбки я её почти никогда и не видел. Завидую такой жизнерадостности, у меня так не выходит. Хотя кто его знает, что у неё за выражение лица, когда никто не видит. Может, совсем не улыбается.

Наконец, она появилась снова, осторожно неся большой поднос с пирожными.

– Ух, закрутилась совсем, – пожаловалась она, ставя поднос на прилавок. – Моя Рейка‑то умотала в Абдель, так что я одна сегодня.

– Абдель? – непонимающе переспросил я.

– Ах да, ты же не местный, – понимающе кивнула Тайа. – Это город вёрстах в пяти всего от Дельфора – в смысле, от города Дельфора. Небольшой совсем городок, тысяч пять там живёт. Рики, внук‑то мой, как в Обители отучился, так туда от Рейки и переехал. Достала его мамочка своей заботой, – заметила она с ноткой осуждения. – Она его и в Абдели достала, так он в конце концов завербовался в наёмники. Сейчас в отпуск приехал, вот Рейка сразу к нему и рванула.

– В наёмники? – поразился я. – Мне казалось, что здешний народ из Дельфора ни ногой, и в другие секторали вы и не ходите почти.

– Так‑то верно, – усмехнулась она. – Мы все любим Дельфор, и из него ни ногой. Но молодёжь часто хочет мир посмотреть. Вот и у нас вся семья такая. Я и сама по молодости в Дадоне пиратствовала.

Я, кажется, разинул рот от изумления и просто смотрел на неё, не находя слов. Это было последним, что я ожидал услышать от милой и улыбчивой хозяйки кондитерской. Тайа, глядя на мой ошарашенный вид, сама почувствовала себя неловко.

– Да я не сильно долго в пиратах ходила, – смущённо сказала она. – Я нашего капитана зарезала, а команде это очень не понравилось – капитан удачливый был, команда его любила. А мне просто пришлось – он напился и повёл себя недостойно, там другого варианта не было. Но всё равно пришлось списаться с «Летучей каракатицы», команда здорово против меня настроилась. Потом нанялась в береговую охрану, мы за пиратами охотились. Через годик как раз «Летучую каракатицу» на абордаж и взяли, смешно вышло.

Сказать что‑нибудь я по‑прежнему не мог, но уже отошёл достаточно, чтобы понимающе кивать во время её рассказа.

– А Рейка‑то, ну что за курица! – осуждающе покачала головой Тайа. – Ей бы только под крылышком мальчишку держать. Совсем неудивительно, что он от неё в наёмники сбежал. Я ей говорю: «А ты уже забыла, что сама в молодости наёмный отряд водила? И я тебя за это не клевала, понимала, что погулять надо, пока молодая». А она мне в ответ: «Это другое!». Ну вот как можно быть такой наседкой, скажи, Тим?

– Да бывают такие мамы, что стараются от всего сыночка уберечь, – дипломатично заметил я. – Очень напрасно, конечно, но убеждать тут бесполезно, по‑моему.

– Всё верно сказал, бесполезно убеждать, – расстроенно вздохнула она. – Ладно, что это я взялась своими жалобами молодых грузить? Не обращай на стариков внимания, Тим, живи своим умом. Что ты зашёл‑то? Как обычно, за пирожным для своей девчули?

– Ну да, за пирожным, – смущённо сказал я.

Арна была в таком восторге, попробовав пирожные, что я невольно задался вопросом, что у неё было за детство. Так‑то у Тайи действительно вкусные пирожные, спору нет, но всё же такого чистого восторга они не заслуживают. Но Арну про её детство расспрашивать не стал, тем более она вообще о себе рассказывать не особо любила. Просто начал время от времени покупать ей разные вкусности.

– Смотри, растолстеет она у тебя, – попугала меня Тайа, упаковывая свежее пирожное. – Станет такая же, как я, и что ты будешь делать?

– Да ты очень даже ничего, – галантно возразил я.

– Иди уже, шалопай! – она со смехом замахала на меня руками.

* * *

– Арна, привет! – я поставил коробочку с пирожным на стол. – Это тебе к чаю.

Она, наконец, оторвалась от конспекта и подняла глаза.

– Спасибо, Артём! – она посмотрела на меня с такой благодарностью, что мне стало даже немного неловко.

– Ты опять с конспектами, – заметил я. – Не надоело?

– А что ещё делать? – она пожала плечами. – Охотиться нельзя, а больше делать вроде и нечего.

– Можно книжку какую‑нибудь почитать, например. Здесь есть дамские романы, я видел в лавке целую витрину. Ну знаешь, в которых он добивается, она сомневается, вместе они себе создают и преодолевают массу трудностей, а в конце свадьба, и всё хорошо.

– Заманчиво описал, – засмеялась Арна. – Может, и почитаю. Хорошо бы и в жизни так, я бы не отказалась.

– Какие твои годы, – махнул я рукой. – Выйдешь ещё замуж, а может, и не раз. Ты как, нервничаешь из‑за инициации?

– Немного нервничаю, конечно, – призналась она. – А ты?

– И я тоже, – усмехнулся я. – Но Дельгадо сказал, что даже самопроизвольная инициация нередко нормально проходит, так что, полагаю, на самом деле всё не так уж страшно.

– И у тебя тоже не так уж страшно? – она проницательно посмотрела на меня.

– Со мной сложнее, нестандартный случай, – признал я. – Но я буду проходить под надзором самого Дельгадо, так что думаю, шансы у меня неплохие.

– Это внушает надежду, – вздохнула она. – Но к чему ты вообще про это заговорил?

– К тому, что нам стоит немного развеяться, – заявил я. – А то это ожидание и неизвестность всё‑таки сильно давят на нервы. Сейчас в Дельфоре проходит ежегодная ярмарка. На площади Двух кузнечиков стоят палатки – там и купить что‑то можно, и развлечений полно. На ярмарку разрешают приезжать торговцам из других секторалей, даже бездарных пускают.

– А что это за два кузнечика? Это, случайно, не Дельгадо с Форимом?

– Разве что аллегорически, – засмеялся я. – Не знаю, может, и есть какая‑нибудь связанная с ними легенда. Но ты лучше так не шути, вдруг это для них будет обидно. Так что – идём вечером?

– Идём, – охотно согласилась Арна. – А почему вечером?

– Во‑первых, там вечером самая жизнь, днём же все на службе. Это Дельфор, здесь бездельников не любят. А во‑вторых, ко мне скоро Сиги Дель должен прийти. Это тот невоспитанный парнишка, правнук Дельгадо, я его пообещал подучить драться.

– Сам‑то драться умеешь? – иронически фыркнула она.

– С оружием я, конечно, пока не очень, – самокритично признался я, – но там речь про уличную драку. А в этом я наверняка посильнее тебя, так что можешь не иронизировать.

– Я без оружия вообще драться не умею, – призналась она. – И зачем тебе это? Хочешь к Дельгадо подлизаться?

– Скорее уж к его дочери, которая бабка Сиги, – подумав, ответил я. – Но там не факт, что удастся подлизаться. Может случиться и наоборот, семья не одобрит, что я ребёнка такому учу. Родственники, они ведь всякие бывают.

– Тогда зачем? – она непонимающе смотрела на меня.

– Почему всё надо делать только затем, чтобы к кому‑нибудь подлизаться? – с досадой спросил я. – Его в школе тиранят. Сиги нормальный пацан, ему просто надо немного придать уверенности. Я сам когда‑то через это прошёл – мне тогда помогли, а теперь я должен кому‑нибудь помочь. Вернуть долг. Отплатить добром за добро, понимаешь?

– Не совсем, – озадаченно сказала Арна. – Допустим, ты должен. Но ты же не ему должен?

– Да какая разница кому? – с досадой сказал я. – Считай, что я себе должен. Или миру. Неважно кому – просто есть долг и его надо вернуть.

– Всё равно не понимаю, – она на мгновение задумалась, а потом просто махнула рукой. – Но пусть будет по‑твоему.

– Кстати, раз уж мы заговорили про дочь Дельгадо – я ей сказал, что мы поняли суть продвинутой медитации, и попросил подтвердить, что на нас такие приёмы использоваться не будут. Она подтвердила.

– Ты с ума сошёл, Артём? – вскинулась Арна. – Ты хоть понимаешь, как ты рисковал? Тебя могли просто прибить, чтобы не болтал лишнего.

– Не прибили же, – хмуро ответил я. – А что было делать? Мне совсем не хочется в один прекрасный день превратиться в улыбающегося идиота. А так мы по крайней мере уточнили наши отношения: они не пытаются на нас воздействовать, а мы ничего про это не знаем. А что знали, сразу же и забыли.

– Ты очень рисковал, – осуждающе покачала головой Арна.

– Это было необходимо, – упрямо повторил я. – Но знаешь, что я скажу: в последнее время я начал думать, что с этим тоже не всё просто. Что мы не совсем правильно всё поняли.

– Что ты имеешь в виду? – заинтересовалась она.

– Правнука Дельгадо бьют в школе, но никто никому мозги при этом не правит. А ещё я вдруг узнал, что жители Дельфора много и свободно путешествуют. И занимаются там всякими разными вещами, вроде наёмничества. На людей с подправленными мозгами это не очень похоже.

– Действительно странно, – согласилась Арна.

* * *

Стук в дверь был на удивление вежливым.

– Заходи, Сиги, – кивнул ему я. – Мы как раз чай пьём, присоединяйся.

Арна молча отрезала для него кусок пирожного – довольно щедро отрезала, надо заметить. Жадной её точно не назвать.

Сиги взял свою чашку, не забыв поблагодарить – вот прямо другой человек. Что только подтверждает мой вывод, что наглость у него исключительно наносная.

– Так ты будешь меня учить драться, Тим? – спросил он с надеждой.

– Обязательно, – пообещал я. – Но ты имей в виду, что умение драться совсем не главное. Это умение чисто вспомогательное. Силу надо использовать осторожно и с умом, иначе будет только хуже.

– Да? – недоверчиво переспросил он.

– У вас в школе есть какой‑нибудь главный драчун?

– Есть, – кивнул он. – Придурок полный, с ним просто связываться никто не хочет.

– Вот, про что я и говорю. Сила есть, а уважения нет. Это пока он школьник, ему косяки прощаются, а станет взрослым, встретит кого‑нибудь вроде Рины, и всё, путь его на этом закончится.

– А что, Рина хорошо дерётся? – он с любопытством посмотрел на Арну.

– Нет, дерётся она совсем плохо, – уверенно заявил я, и Арна засмеялась, – но ей и не надо. Женщины к этому чисто физически не приспособлены, так зачем тратить время на то, где заведомо никаких высот не добьёшься? Вот Рина и не дерётся, зато оружием владеет так, что любо‑дорого посмотреть. Так что она никаких драк устраивать не будет, просто ткнёт чем‑нибудь острым, и этим дело кончится.

Сиги с уважением посмотрел на Арну.

– А как драться с умом? – с любопытством спросил он.

– Если с умом, то драться надо только тогда, когда этого избежать нельзя. Практически всегда будет умнее решить вопрос без драки.

– Вот и училка в школе так же говорит, – разочарованно сказал он. – Что драться нельзя, и надо словами убеждать.

– Глупость, конечно, полная, – усмехнулся я, и у него во взгляде снова появился интерес. – Ты поэтому за законы взялся?

– Ну да, – уныло сказал он. – Не работает совсем.

– Естественно, – согласно кивнул я. – Законом ещё можно напугать взрослого, который задумывается о последствиях, да и то не всякого. А детей законом пугать бесполезно, они о таких вещах ещё не задумываются. И вообще, это не путь магика. Магик решает проблемы с умом, а если их решить невозможно, он их сокрушает. Сам, безо всяких законов.

Вот сейчас я полностью завладел его вниманием. Сокрушать безо всяких законов – какая ещё перспектива привлекательней для подростка?

– И как решать проблемы с умом?

– Прежде всего надо понимать, что движет людьми. Вот, например, почему школьный хулиган лезет к тем, кто слабее?

– Да безо всякой причины лезет, – возмущённо вскинулся Сиги. – Просто так лезет!

– Причина всегда есть. Конкретно в данном случае он себе самооценку поднимает, унижая других. Значит, разговором эту проблему не решить, придётся морду бить, иначе никак. А почему училка требует словами решать? Подумай и скажи.

Сиги надолго задумался.

– Шума не хочет? – наконец, предположил он.

– Верно, – одобрительно кивнул я. – Учительница обязана обеспечить в своём классе успеваемость и дисциплину, иначе директор её спросит, почему она класс распустила. Ей на ваши отношения глубоко плевать, она в это даже вникать не будет. Ей главное, чтобы с виду всё тихо было.

– То есть в школе драться нельзя?

– Можно, но с умом. Если ему нос разбить или фингал поставить, то это будет скандал. А вот если под дых ударить или по печени, то как бы ничего и не было.

– Девчонки обязательно наябедничают, – уверенно предположил Сиги.

– А ты скажешь, что они врут. Что просто слегка его толкнул. Или даже случайно толкнул. Раз следов нет, ничего тебе предъявить не смогут. Но лучше, конечно, вне школы отловить, хотя и там не стоит особо разукрашивать, чтобы взрослых не впутывать.

– Как‑то цинично это всё звучит, Тим, – нахмурилась Арна. – Чему ты ребёнка учишь?

– Учу, как выжить в школе, – парировал я. – Это и потом пригодится, чтобы выживать во взрослой жизни. И раз уж мы разобрались с теорией, Сиги, пойдём во двор, будем осваивать практику. Ставить удар, и всё такое. А потом, если будет у тебя желание, покажу, как использовать подручные средства. И как от подручных средств защищаться, конечно. Теорией мы тоже обязательно будем заниматься. Разбирать разные случаи, и как из них выходить – потому что кулаки нужны, но ум гораздо нужнее.

* * *

На ярмарку мы шли не в одиночестве – в том же направлении шло довольно много людей. Причём нарядных людей – Арна тоже принарядилась и выглядела, надо заметить, просто потрясающе. Я ограничился чистой рубашкой, посчитав такой наряд вполне соответствующим празднику.

– Большое культурное событие, похоже, – заметил я, рассматривая идущую с нами толпу.

– Очень большое, – откликнулась Арна. – Это для всей секторали событие. Тенка сказала, что на ежегодную ярмарку даже из других городов много народа приезжает.

Я только хмыкнул. Ну, посмотрим, что это за событие, и насколько культурное.

Площадь Двух кузнечиков была просто огромной – точнее, она была бы огромной, не будь так тесно заставлена палатками. Народа было тоже полно, временами просто не протолкнуться. Хорошо хоть карманников здесь не было – в такой толчее не то что расстаться с деньгами, с тебя могут рубашку снять, а ты и не заметишь.

Статуя с двумя кузнечиками действительно присутствовала в самом центре площади. Сравнивать этих персонажей с парочкой Дельгадо‑Форим определённо не стоило. Точно обидятся.

– А что это они делают? – вопросила Арна, с изумлением разглядывая сложное переплетение кузнечиковых ног.

С моей точки зрения, кузнечики самым активным образом занимались воспроизводством, но просвещать наивного ребёнка я не собирался. Такие скульптуры вообще не стоит показывать невинным девушкам, чтобы не будить ненужное любопытство.

– Сражаются, – подобрал я нейтральный ответ. – Вон там интересная палатка с бижутерией, давай посмотрим.

Бижутерия сработала безошибочно, и сомнительная скульптура была немедленно забыта. Арна ринулась в поход по палаткам, а я безропотно тащился следом. Иногда в ней просыпалась совесть, и она предлагала мне обратить внимание на что‑то, что должно было меня непременно заинтересовать. Я дисциплинированно изображал интерес, и Арна, успокоив совесть таким нехитрым образом, опять погружалась в перебирание каких‑то тряпочек и заколочек.

Потом мы надолго застряли у открытого театра, где дельфорская труппа давала представление. Спектакль представлял собой любовную драму, по моему мнению, совершенно занудную. Уже с середины первого акта стало ясно, что свадьбой дело не завершится, а значит, в конце все умрут. Все и умерли, а я облегчённо вздохнул, когда эта тягомотина, наконец, закончилась. Арна, впрочем, была совершенно очарована этой нехитрой историей и даже прослезилась – она что, никогда в театре не была? Как‑то не так я представлял себе жизнь князей и княгинь.

Наконец, смертельно уставшие, мы приземлились за столик одного из многочисленных кафе. Арна рассматривала свои приобретения – к моему удивлению, довольно скромные. Если поделить число покупок на время, проведённое в лавках, то её эффективность как покупателя вызывает большие вопросы. Но выглядела она совершенно счастливой, так что критиковать я не стал.

– А себе ты что‑нибудь купил? – наконец, она вспомнила и обо мне.

– Книжку купил, – я показал ей довольно толстый томик. – Записки купца о его путешествиях по секторалям.

– И всё⁈ – поразилась она.

– Так мне ничего и не нужно, – пожал я плечами. – Одежды у меня хватает, оружие тоже есть. Разве что можно про меч подумать, но это надо с инструктором обсуждать, если дело всё‑таки дойдёт до обучения.

– Столько интересных лавок и ничего не купить… – покрутила она головой в изумлении.

– Что мне понадобится, я и в обычной лавке легко куплю, – пожал я плечами.

– Ну ладно, – неуверенно согласилась она. – Слушай, а насчёт этих занятий с правнуком Дельгадо…

– Тебе это не нравится? – спросил я. В общем‑то, я и не думал, что она это одобрит.

– С одной стороны, как‑то не очень красиво это выглядит, – призналась она. – Хотя с другой стороны, я бы, наверное, хотела, чтобы моих будущих детей так же к жизни готовили.

– Так я и не против, – улыбнулся я. – Особенно если это будут наши общие дети.

Арна вспыхнула. Нет, до чего же нравится мне эта девчонка! Вот прямо всё в ней нравится – может, я действительно влюбился?

– Я к чему про это заговорила, – она, наконец, справилась со смущением. – Ты уверен, что его семье это понравится?

– Если им это не понравится, пусть они мне это и скажут.

Она скептически хмыкнула.

– Я не собираюсь заниматься с ним против воли его семьи, если ты об этом, – пояснил я. – Эти вопросы Сиги должен решать сам. Это его семья и его жизнь. Я всё‑таки посторонний человек, и не собираюсь из‑за него с кем‑то конфликтовать. Тем более, со своим учителем и его семьёй.

– Ну слава Матери, – с облегчением сказала Арна. – Я рада, что ты всё‑таки не потерял разум.

– Не потерял, не потерял, – проворчал я. – Ну что, сейчас домой?

– А конкурс фамильяров ты посмотреть не хочешь? – с надеждой спросила она. – Он вот‑вот начнётся. Совсем рядом, никуда идти не придётся.

– А что за конкурс и что такое фамильяр? – слово было мне совершенно незнакомо.

– Я сама не очень поняла, – смутилась она. – Мне это сказала хозяйка лавки, ну той, где такие красивые янтарные брошки, помнишь? Я тебе ещё их показывала.

– Да‑да, помню брошки, – соврал я. – Так конкурс‑то о чём? Он как‑то с брошками связан?

– Да нет, не с брошками, – с досадой от моей тупости сказала Арна. – С брошками лавка, там хозяйка мне про конкурс рассказала. Ты же рядом стоял, неужели не слышал?

– Не слышал, – покачал головой я. – Наверное, брошками увлёкся. Так что такое фамильяр и что у них за конкурс?

– Фамильяры – это такие звери, которыми Дельфор награждает избранных за заслуги.

– Кого именно и за какие заслуги? – заинтересовался я. – И что это за звери?

– Не знаю, она подробностей не рассказывала. Спроси сам у Дельгадо, может, тебе тоже полагается, как личному ученику.

– Ха‑ха, – сказал я. – Полагается, ага. И ещё медаль размером с суповую тарелку. Тоже полагается.

– В общем, владельцы покажут своих фамильяров, а зрители будут голосовать, кто им больше понравился. А потом тех, кто победит, будут награждать.

– Фамильяров или владельцев награждать? Хотя не отвечай, и так ясно, кого. Ну ладно, давай посмотрим.

Владельцев фамильяров оказалось всего десять. Скорее всего, участвовали в конкурсе далеко не все, но всё же ясно было, что их совсем немного. Да по ним и видно было, что они себе цену знают. Молодёжи, кстати, среди них вообще не наблюдалось, так что заслужить фамильяра было, по всей видимости, непросто.

– А где эти самые наградные звери? – вполголоса спросил я Арну.

– Самой интересно, – шепнула она. – Не в карманах же они их держат? Но может, там действительно совсем маленькие звери?

Наконец, конкурсанты достаточно накрасовались перед публикой и разошлись к краям сцены.

– Дорогие граждане Дельфора и гости нашего прекрасного города! – на сцену выскочил ведущий. – Мы начинаем наш конкурс фамильяров, которых нам любезно согласились показать их владельцы, почётные граждане Дельфора.

Этого ведущего я где‑то видел. Я немного напряг память и сразу же вспомнил, что он играл коварного злодея в той самой пьесе, что так понравилась Арне.

– Арна, не верь ему, это злодей, – шепнул я ей.

– Я тоже его узнала, – хихикнула она.

– Почётный гражданин Герт Бронс, старший целитель Лечебницы, согласился показать нам своего волка! Аплодисменты!

Толпа взорвалась аплодисментами и приветственными криками – целителя Герта Бронса явно знали многие и он явно был популярен. На середину сцены вышел осанистый мужчина с проблесками седины в волосах. Он провёл рукой перед собой и рядом с ним возник большой серебристый волк. Волк поднял голову и взвыл, и толпа тоже взвыла в восторге.

– Здорово! – восхищённо сказала Арна. – Интересно, этот волк может сражаться?

– Вряд ли, – скептически сказал я. – Во‑первых, он, скорее всего, нематериальный, а во‑вторых, зачем целителю зверь, который должен сражаться?

– А я всё равно такого зверя хочу, – вздохнула она. – Он такой красивый!

Затем нам показали орла, оленя, огромного богомола – от вида которого Арна поморщилась, – росомаху, ещё какого‑то зверя, которого я не сумел опознать. Наибольшее количество голосов набрали чёрный медведь и показанный первым волк. Победил всё‑таки волк, хотя я думаю, победу скорее можно отнести на счёт популярности целителя. Впрочем, волк был действительно красив.

– Интересно, как можно получить такого зверя? – без особой надежды спросила Арна, когда мы шли домой.

Она до сих пор была под впечатлением от серебристого волка – даже не знаю, чем он так запал ей в душу. По‑моему, толку от этих зверей было немного – если вообще хоть какой‑то толк был.

– Никак, – с сочувствием ответил я. – Фамильяров выдают не люди. Я там спросил соседа – этих зверей дарит сам Дельфор, так что у нас с тобой нет ни единого шанса.

– Жаль, – вздохнула она.