Текст книги "Мир полуночи. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Андрей Стоев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 58 страниц)

Глава 17

– Да, это и в самом деле Вольность, – объявила Арна, оглядываясь вокруг.

– Бывала здесь? – поинтересовался я.

– Никогда, – покачала она головой. – И дальше бы не бывала, но видишь, как вышло. Просто узнала пейзаж по описанию.

Пейзаж вокруг был, если выразиться помягче, уныл. Неровные террасы из песчаника, местами покрытые лишайниками, чахлые кустики тут и там – в целом эту местность могли бы найти уютной разве что змеи и скорпионы.

– Так себе местечко, – прокомментировал я, вслед за Арной озирая окрестности.

Озираться не было никакой необходимости – по всем направлениям раскинулась одна и та же жёлто-серая каменистая равнина.

– Потому и Вольность, – пожала плечами она.

– Какая здесь связь? – я посмотрел на неё с любопытством. – Поясни, пожалуйста.

– Они здесь вольные потому, что это место никому даром не нужно, – вполне логично объяснила она. – Создатель этой дыры был не очень умён, – она задумалась, а потом неохотно поправилась: – Ну, может, и умён. В те времена просто ещё ни у кого, наверное, опыта не было. В общем, он хотел создать такое идеальное место для жизни – чтобы никаких хищных зверей, никаких стихийных бедствий, ничего некомфортного, не говоря уж об опасном. Здесь даже погода предсказуемая: ясный день, затем облачный день, затем пасмурный с умеренным дождиком, и дальше по кругу. Всё получилось, как он хотел, но в результате вышло вот это.

– То есть невозможно сделать, чтобы было хорошо всё сразу?

– Великая Мать дала нам возможность строить свой мир, но пожелала, чтобы при этом соблюдался баланс. Вот, к примеру, в Мерадии много ценных ископаемых, один кристаллит чего стоит. Мерад Великий хотел создать очень богатую сектораль, и у него это получилось. Но в придачу он получил кучу жутких тварей, которые постоянно жрут двергов. В самых богатых забоях у них выживаемость не очень большая, там в основном преступники работают. Особенно там, где кристаллит добывают – там, как мне говорили, только смертники. Ну, или кого получится втихую туда засунуть. Нас вот могли туда загнать из-за того, что мы прибили ту парочку. У двергов принудительные работы – это стандартный приговор для преступников-вершков.

– Ну надо же, – озадаченно прокомментировал я. – Сурово. Похоже, ваш мир вообще не очень приветливое место.

– Слабым везде плохо живётся, – пожала плечами Арна.

– Так-то так, но плохо жить можно очень по-разному. А кстати, раз уж ты упомянула кристаллит – что это такое? Его постоянно все упоминают, но как-то не было случая тебя расспросить.

– Просто металл такой, ничего особенного, – она с недоумением посмотрела на меня. – У вас его нет, что ли?

– Может быть, мы его знаем под другим названием? Какой у него номер в периодической таблице?

Арна непонимающе уставилась на меня.

– Ну, зарядовое число атома у него какое? – попробовал я зайти с другой стороны. – Сколько у него протонов в ядре?

– Знаешь, Артём, мне иногда кажется, что ты специально придумываешь такие непонятные слова и фразы, чтобы выставить меня дурочкой.

– Не придумываю я ничего, Арна, честно, – вздохнул я. – И дурочкой тебя выставить не хочу.

– Я тебе верю, – кивнула она. – Иначе не стала бы это терпеть. Не знаю я ничего ни про какое ядро кристаллита. Спроси меня так, чтобы я смогла тебе ответить.

– Тогда просто расскажи про его свойства, – предложил я. – Как он выглядит?

– Да как обычное железо, – хмыкнула она. – Отличия небольшие есть, но если не знаешь, где смотреть, то и не поймёшь. Да и когда знаешь, всё равно нужно специально присматриваться. Ну вот, смотри.

Она сунула мне под нос лезвие своего копья, Я посмотрел на обычный железный клинок со следами грубой ковки и с недоумением перевёл взгляд на Арну.

– Да, это кристаллит, – подтвердила она. – Это копьё стоит, как хорошее поместье, поэтому я стараюсь его большей частью в чехле держать. Отличить от железа очень сложно, но человек опытный всё равно может что-то заподозрить.

– Как-то выглядит не очень, – с сомнением сказал я. – Обработка грубовата.

– Потому что кристаллит невозможно шлифовать или вообще точить. Только разогреть до очень высокой температуры, тогда он становится немного пластичным. Его сначала долго куют, а потом много раз прокатывают лезвие для окончательной формовки. А когда он остывает, то снова кристаллизуется. Вещи из него чаще всего по грубой обработке и опознают. Если у богатого человека видишь плохо сделанный железный меч, то это наверняка кристаллит. Мы с тобой просто выглядим голодранцами, оттого моё копьё и принимают за обычную дешёвку.

– Понятно, – в замешательстве сказал я. – А какие у него ещё свойства?

– Какие свойства? – задумалась она. – Ну, например, вот такое свойство.

Она взмахнула копьём. Лезвие блеснуло, описывая дугу, врезалось в ближайший валун и срезало выступающий кусок, оставив ровный разрез.

Я посмотрел на копьё – лезвие было совершенно целым без малейшей щербинки. Потёр пальцем ровный срез на валуне – ровный для песчаника, конечно. Срез шёл примерно до трети, а дальше камень откололся – в общем-то, как и ожидалось. Я поднял срезанный кусок и приставил его к валуну. Подошёл идеально.

Арна тихонько засмеялась – со стороны мои манипуляции выглядели, наверное, довольно глупо.

– У нас таких металлов нет, – озадаченно заметил я. – А это точно металл, а не какой-нибудь сплав?

– Нет, это точно не сплав, – покачала головой она. – Я не очень во всём этом разбираюсь, но насчёт того, что это не сплав, могу сказать точно. Кристаллит не принимает ничего постороннего, это чистый кристалл, безо всяких примесей.

– А весит он сколько?

– Легче железа. Не знаю точно насколько, – она пожала плечами. – Заметно легче.

– Тогда я вообще ничего не понимаю, – в полном недоумении сказал я. – Можно было бы предположить, что это вещество с высоким атомным номером, которое мы ещё не открыли, но оно вроде не должно быть легче железа. Да и вообще, вряд ли у такого вещества могут быть стабильные изотопы.

– Опять я не понимаю, о чём ты говоришь, Артём, – вздохнула Арна. – Но я в этом действительно не разбираюсь. Мне вполне достаточно того, что у меня есть хорошее копьё. Ну что, мы идём куда-нибудь?

– Вопрос только в том, куда нам стоит идти, а куда не стоит, – глубокомысленно заметил я. – Что за народ здесь живёт?

– Вольные, – она брезгливо поморщилась. – Так себе народец. В основном голодранцы. Одно радует – мы среди них будем выглядеть своими.

Это, очевидно, намёк на меня – про саму Арну так вряд ли скажешь. Все вещи у неё были достаточно качественными, и это было заметно даже несмотря на все её приключения.

– Ну а чем они здесь занимаются?

– Выживают, – она презрительно усмехнулась. – Чем здесь можно заниматься? Огороды у них вроде какие-то есть, но продукты им всё равно приходится завозить. Несколько торговых путей через Вольность проходят, что-то они с торговли имеют. Ещё контрабандой понемногу промышляют. Но всё по мелочи, можно сказать, только на еду и хватает.

– А что здесь за контрабанда вообще? В Мерадии я никаких досмотров и пошлин не заметил.

– С Мерадией у них публичного перехода и нет. Ты правильно заметил, что у двергов пошлин нет – но только на разрешённые товары. А вот тот же кристаллит, к примеру, имеют право покупать и вывозить только уполномоченные торговцы. Через вот этот переход, скорее всего, не контрабанда шла, а просто краденое, оттого контрабандисты в дальние забои и уехали. Но может, и не все уехали, переходом-то явно пользуются.

– Местные ещё и разбойничают, наверное?

– Редко, – покачала головой Арна. – Со своих взять нечего, а чтобы в другие секторали ходить, нужен магик. Но магику ни к чему с разбойниками связываться, он другим способом заработает и проще, и больше. Пристроится, например, караваны водить – прикинь, сколько заработал за единственный переход тот магик, с которым мы шли. Но если заподозрят, что мы богатенькие, то ограбят с удовольствием, конечно.

– Не хотелось бы, – вздохнул я. – Мы, конечно, на прошлом ограблении неплохо заработали, но как бы в следующий раз на нас кто-нибудь не заработал. Так здесь, получается, вообще никакой власти нет? И никто не пытался?

– Да можешь и ты попытаться, – она посмотрела на меня с иронией. – Объявляешь земли своими, тебе даже никто возражать не будет. Пожмут плечами и будут дальше в своих огородах ковыряться. Объяви себя хоть князем, всем плевать. Вот только как ты местных убедишь, что ты князь, и эти земли твои?

– Наёмников приведу, – выдвинул идею я.

– Тогда получится, – согласилась Арна. – Но вот ты взял окрестные поселения под свою руку, и что дальше? Наёмникам платить надо, а с местных взять нечего. Правителю земли нужны, чтобы получать с них доход, – наставительно сказала она, – а в Вольности деньги можно только спускать попусту, оттого здесь все и вольные. Если бы здесь можно было хоть что-то заработать, обязательно вылез бы какой-нибудь князёк.

– Ну ладно, с этим всё понятно, – решил закончить пустой разговор я. – Подводя итог: местные, скорее всего, нас проигнорируют, но могут попытаться и ограбить, особенно если заподозрят, что у нас можно что-то взять.

– Если не вдаваться в детали, то так и есть, – согласилась Арна. – Так куда мы идём?

– А у нас есть выбор? – хмыкнул я. – Блуждать наугад по этой равнине у меня никакого желания нет, а эта тропинка, по крайней мере, точно приведёт нас к людям.

– Какая тропинка? – Арна с удивлением завертела головой. – Где?

Я и сам не сразу разглядел еле заметную тропинку, уводящую налево за выступ террасы.

* * *

Тропинка недолго вилась среди валунов. Минут через двадцать мы обогнули небольшую, но достаточно высокую террасу, и перед нами внезапно открылась маленькая, дворов в двадцать, деревня. Довольно захудалая, надо заметить – дома выглядели изрядно пошарпанными, и чахлая растительность в огородиках впечатление захудалости только усиливала. Несколько женщин в мешковатых платьях копались в своих огородах, да на лавочке у одного из крайних домов сидела парочка мужиков с копьями – вероятно, что-то вроде стражи.

– И зачем у них здесь стража? – с недоумением спросил я скорее у себя, но отозвалась Арна:

– Возможно, в округе всё-таки есть какие-то разбойники.

– Возможно, – согласился я. – Если, конечно, это и в самом деле стражники. Ну ладно, идём знакомиться и держимся поувереннее. Драка нам не нужна, но показаться слабыми тоже нельзя.

– Ты себе это скажи, – посоветовала Арна.

– Себе и говорю, – хмуро буркнул я, направляясь к деревне.

У женщин в огородах наше появление вызвало живой интерес – ближайшие бросили работу и подошли к изгородям, чтобы не пропустить представление. Маловато у них здесь развлечений, похоже. Стражники тоже нами заинтересовались – неторопливо поднялись со своей лавочки и встали посреди улицы, загораживая нам дорогу.

– Стоять, – вальяжно распорядился тот, кто постарше. – Кто такие?

– И вам здравствовать, бойцы, – вежливо ответил я. – Мы простые путешественники. Хотим здесь переночевать и отправиться дальше.

– Простые путешественники, да? – ухмыльнулся тот. – Вот простых путешественников я как раз здесь и не вижу.

Я вздохнул про себя – похоже, вежливость здесь не поможет, а наоборот, создаст впечатление, что мы боимся, и что нас можно подоить.

– Если вместо путешественников ты вдруг увидел волшебную птицу Гамаюн, то тебе стоит приобрести пенсне, боец, – с издёвкой сказал я.

Ответ ему явно не понравился, и он резко посмурнел.

– А по-моему, вы больше похожи на разбойников, – заявил он угрожающим тоном. – Ну-ка, быстро показали, что в сумках!

– Ты берега не попутал, служивый? – я начал злиться. – Кто б тебе позволил в сумках шариться?

Вместо ответа он крутнул в руке копьё и неторопливым движением приставил остриё мне к животу. В этот момент на меня волной накатило бешенство и я живо представил, что сжимаю древко в руке. Копьё дёрнулось; стражник вздрогнул от неожиданности и отпустил копьё, которое осталось висеть в воздухе. Оба стражника уставились на него круглыми глазами, как на ядовитую змею.

Я с силой сжал руку в кулак, и древко копья начало крошиться в середине, а затем копьё развалилось на две части, которые просто упали на землю. Я разжал руку, и горсть щепок, висевшая в воздухе, тоже упала вниз.

– Ты должен мне копьё, – мрачно заявил стражник, глядя на остатки своего копья на земле.

– А ты должен мне жизнь! – я в бешенстве представил, как беру его за шею, и он схватился двумя руками за горло.

– Прости, могучий, – прохрипел он. – Я был неправ.

Я усилием воли подавил злость, и он с облегчением выдохнул.

– Так где усталые путешественники могут остановиться, воины? – обманчиво спокойным тоном спросил я.

– Старая Тиса может пустить, – неохотно ответил старший, всё ещё потирая горло и невольно скашивая глаза на остатки своего копья. – Дом по правой стороне с зелёной крышей.

– Благодарю тебя, – кивнул ему я и двинулся вперёд. Стражники молча посторонились.

– Неплохо ты выступил, Артём, – уважительно заметила Арна, когда мы отошли подальше. – Они, кстати, оба воины. Не знаю, насколько сильные, но точно не холопы с копьями.

– Знать бы ещё, как я это делаю, – проворчал я.

* * *

У дома с зелёной крышей старая Тиса нашлась сразу – она как раз выходила из сарая с ведром в руке. Оттуда слышалось довольное хрюканье, что вполне прозрачно намекало на то, что она там делала. Почему её прозвали старой, тоже было вполне очевидно – достаточно было взглянуть на её лицо, напоминавшее печёное яблоко. Тиса зыркнула на нас недобрым взглядом и уже собралась было уйти в дом, когда я с ней заговорил.

– Счастья твоему дому, добрая хозяйка! – уважительно поздоровался я с неприветливой бабкой.

Тиса приостановилась, совершенно неженственным образом задумчиво почесала задницу и, наконец, соизволила нас заметить.

– Чего надо? – сварливо осведомилась она.

Это представление, по всей видимости, должно было продемонстрировать, что мы ей неинтересны, и подготовить нас к предстоящим деловым переговорам.

– Ваши стражники сказали, что у тебя можно переночевать, – я решил не тратить попусту время на изящные речи.

– Куна, и можете ночевать в сарае, – бабка была явно не расположена к длительным обсуждениям.

– Куна за ночёвку в сарае? – поднял я бровь.

– Не нравится – ночуй на улице, – отрезала она. – Завтра как раз время дождя.

– А что там в сарае?

– Там сено.

– Я имею в виду, кроме сена? – уточнил я. – Вместе со свиньями мы ночевать не будем.

– Нет там свиней, это другой сарай, – неохотно сказала бабка. Отчего-то я сразу заподозрил, что если бы не спросил об этом, то она определила бы нас именно к свиньям.

– Тогда ты дашь нам достаточно сена, а не клочок, – потребовал я. – А ещё что-нибудь постелить, чем укрыться, и две подушки.

– Подушек не дам, – судя по её категорическому тону, на этом торговлю следовало закончить.

– Но я сначала взгляну на этот сарай, – поставил я условие.

– Вон, гляди, – она махнула рукой и, отвернувшись, ушла в дом.

– Какой уровень обслуживания, однако, – вполголоса заметила Арна. – Слушай, а зачем нам вообще в этой дыре ночевать? Времени ещё мало, мы вполне можем добраться до какого-нибудь места поприличнее.

– Мы уставшие путешественники, пришедшие издалека, – так же тихо ответил я. – А если сейчас двинемся ещё куда-то, здешние подумают, что мы пришли из Мерадии. Что заодно наведёт их на мысль, будто у нас есть ценности.

– Ну, если так, то ладно – с сомнением согласилась она. – А сейчас они не считают, что у нас есть ценности?

– Сейчас они могут только гадать. Но мы на всякий случай не расслабляемся. И ночью спим чутко, а то мало ли что им в голову взбредёт.

Арна вздохнула, но спорить не стала.

Сарай мы осмотрели и нашли приемлемым для ночлега, так что я оставил Арну наводить уют в нашем временном пристанище, а сам с серебряной куной двинулся в дом завершать сделку.

– Тиса! – постучал я, открыл дверь и вошёл.

Дом состоял из единственной комнаты и, по большому счёту, мало отличался от нашего сарая. Вся меблировка ограничивалась огромным сундуком, который также использовался как кровать, колченогим столом и табуреткой, которую и занимала старая Тиса.

– Чего тебе? – недовольно отозвалась она.

– Деньги принёс, что же ещё, – ответил я, отдавая ей куну. – Давай что обещала – покрывала, что там ещё.

– Еду не просите, – предупредила Тиса, пряча куну где-то в глубинах своего балахона. – Еды у меня мало.

– У нас ещё осталось немного из запасов, – махнул я рукой. – Как-нибудь проживём. А кстати, как ваша деревня называется?

– А ты не знаешь, что ли? – недоверчиво посмотрела на меня она.

– Да мы заблудились немного, – объяснил я. – Повезло вот, к вам вышли, а то так бы и бродили кругами.

– Заовражкой деревня зовётся.

– Спасибо тебе, добрая женщина, – обрадовался я. – Будем хоть знать теперь, куда нас занесло. А вот я гляжу, у тебя в сарае дверь совсем перекосилась – могу поправить.

– Зачем тебе это? – она подозрительно уставилась на меня, видимо, решив, что я питаю какие-то зловещие планы относительно её сарая.

– Да просто помочь хочу, – пожал я плечами. – Мне нетрудно, а у тебя там в сарае как раз и инструмент есть. Да и нам спокойнее спать будет, с нормальной-то дверью.

– Поправляй, но денег не дам, – подозрения у неё явно остались, но придумать, какие выгоды я могу извлечь из починки её перекосившейся двери, она, похоже, так и не смогла.

Пока я чинил дверь, Арна примостилась рядом с сараем на большой камень, который здесь служил скамейкой, и полностью погрузилась в изучение путеводителя по секторалям. Оторвалась она только раз, чтобы поинтересоваться, зачем мне понадобилась работать на бабку.

– Во-первых, просто сидеть скучно, а театра здесь нет, – рассудительно ответил я, примеряясь, как переставить порядком поржавевшие петли. – А во-вторых, как ты думаешь – местные станут рассказывать нам, что здесь есть вокруг, и объяснять дорогу? Я даже название этой дыры из бабки чуть ли не силой вытащил.

– Думаешь, если ты на неё поработаешь, это поможет? – скептически спросила она.

– Вот и посмотрим, – пожал я плечами. – Не поможет, так хоть время убью до вечера. Да мне это вообще не в тягость – у меня в Рифейске свой дом, я уже привык постоянно что-то чинить.

– Большой у тебя дом? – полюбопытствовала Арна.

– Побольше, чем у бабки, – усмехнулся я, – но не сказать, что намного. Не хоромы. И огород тоже есть, и в нём даже что-то растёт.

До вечера я поправил дверь сарая, починил крышу дома и переложил обвалившийся участок каменной ограды. Арна в конце концов тоже не вынесла безделья и помогла бабке прополоть огород. Интересно, что сказала бы Тиса, если бы узнала, что у неё на огороде трудилась целая княжна? Подозреваю, что вообще бы не отреагировала.

– Не надо было бабке денег давать, раз уж мы на неё поработали, – недовольно заметила Арна, когда день подошёл к концу. – По идее, это она должна нам платить.

– Да ладно, Арна, что нам с той несчастной куны, – махнул я рукой. – Пусть бабуля немного разбогатеет, а мы при случае ещё кого-нибудь ограбим. Зато она сейчас на нас с доброй улыбкой смотрит.

– Что бы ей не улыбаться придуркам, которые на неё даром работают, – проворчала она.

– Денег она нам, конечно, не заплатит, – согласился я. – И даже кормить не станет, да у неё и самой есть нечего. Но вот поговорить со мной она уже вряд ли откажется.

– Ну, сходи к ней, поговори, – фыркнула Арна.

– И впрямь пора поговорить, – кивнул я и направился к дому.

Тиса сидела возле дома на ещё одном большом валуне и штопала какую-то тряпку, пользуясь последним дневным светом. У вольных здесь практически всё из глины да песчаника, дерева-то почти нет. Обычная лавочка стоит здесь, наверное, как хорошее кресло, а заноза в заднице – признак богатства и повод для гордости.

– Слушай, Тиса, – начал я, присаживаясь на камень поменьше напротив, – а что у вас здесь поблизости есть?

Она оторвалась от своего занятия и недовольно посмотрела на меня. Впрочем, недовольство это было скорее показное, прежнего отчуждения уже не чувствовалось. Наш труд всё-таки даром не пропал.

– Ничего поблизости нет, – ответила она после небольшого колебания. – Разве только портал в Мерадию, дверги через него изредка что-то своё таскают. Краденое, наверное. Но вам туда не надо.

– Здесь портал в Мерадию имеется? – искренне изумился я.

– Никто не знает где он, это тайный портал, – она многозначительно подняла палец вверх. – Был у нас такой Сека, всё шнырял по округе. Пытался этот портал найти, чтобы продать кому-нибудь. Всё, нет больше Секи. Не нужен вам этот портал, дверги вас быстро вслед за Секой отправят.

– Ну, вообще-то, нам и в самом деле в Мерадию не надо, – согласился я. – Ладно, забыли про портал. А до города здесь далеко?

– Да недалеко, за пару дней доберётесь.

– Город большой?

– Серый Камень-то? Большой, человек с тысячу там живёт, а то и поболе.

– И впрямь большой, – уважительно согласился я. – А как туда идти?

– Да вот с того конца деревни тропа начинается, по ней и идите. Мимо не пройдёте.

– А тропа безопасная? Разбойники у вас здесь не шалят?

– У вас что-то ценное есть? – удивилась Тиса.

– Ценного-то нет ничего, но разбойники ведь не спрашивают, – усмехнулся я. – Они предпочитают убить и самим проверить.

– Это да, им так проще, – кивнула она. – Нет у нас разбойников, все с голоду попередохли. Разве что наша парочка, Корк с Ру́дой, всё-таки надумают с вами связаться. Но ты им показал, что ты магик, так что они вряд ли надумают.

– Думаешь, не надумают?

– С магиками никто не хочет связываться, – покачала головой она. – А чего ты-то разбойников боишься, раз магик?

– Не боюсь, а опасаюсь. Это разные вещи, – наставительно сказал я. – Магики тоже не бессмертные, и кто об этом забывает, тот быстро умирает.

– Верно говоришь, – согласилась она. – Знала я кое-кого, кому доводилось магиков убивать. Говорил, что не так уж сложно.

– Насчёт «не так уж сложно» приврал, конечно, – хмыкнул я. – Сложно, но всё-таки возможно, если с умом подойти.

– Может, и приврал, – не стала спорить Тиса. – Но ты, похоже, выживешь, раз помнишь, что не бессмертный. Ладно, темно уже, пошла я спать. И вы тоже тут не шарьтесь.