Текст книги ""Фантастика 2024-45". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Алия Якубова

Соавторы: Сергей Арно,Олег Аксеничев,Сергей Ковалев,Сергей Костин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 326 (всего у книги 351 страниц)

– Черт…

– Я подумал и понял, что раньше ты никогда так упорно не зазывал меня в гости – пусть даже и для ремонта мотоцикла. Ты слишком старался быть рядом, чтобы быть в курсе. Очевидно, ты знал про это дело больше, чем я тебе рассказал. И у меня возник вопрос, какова здесь твоя роль? Поэтому я и пригласил тебя на финал. Правда, не ожидал, что ты будешь расставлять такие точки.

– Прости. – Лицо Игоря исказилось, как от сильной боли. – Прости. Я не думал, что так получится. Черная Книга нуждается в защитнике, а мой сын еще слишком маленький.

– При чем тут…

– Слуга Якова Брюса не сбежал. – Игорь опустил пистолет. – То, что рассказывал Келлер, чушь, конечно. Брюс умер своей смертью, и никакого эликсира у него не было. Но книги по теневой магии были. И он понимал, что могут натворить такие знания! Поэтому поручил их охранять единственному человеку, которому доверял. – Дэнбэю Татэкаве. После смерти Петра Первого «татарин по имени Дэнбэй» оказался никому не нужен. Возвращаться в Японию он не захотел – слишком много лет уже прошло, никто его не ждал. И он стал служить Якову Брюсу.

– И этот Дэнбэй…

– Да, он был моим предком. Наша семья из поколения в поколение хранит книги Брюса. Иногда семья разрасталась, тогда долг чести брал на себя старший сын. А в этом поколении из мужчин – только я, почему-то до меня рождались одни девочки. Ну и теперь вот еще – мой сын. Но ему всего пять лет…

– А как же завещание?

– С тех пор как украли часть библиотеки, мужчины нашего рода не переставали искать вора. Мы следили за всеми известными частными собраниями книг, аукционами, расспрашивали знающих людей – все бесполезно. Но недавно пошел слух, что всплыл дневник Брюса. Ничего конкретного, только разговоры, что кто-то что-то видел. И я решил ловить на живца. Выждав некоторое время, выставил на аукцион завещание. Я, конечно, рисковал, но не особо – только человек, прочитавший и осознавший, что написано в дневнике, стал бы покупать «поддельное завещание». Он-то и был мне нужен. Но неожиданно для меня завещание купил Алекс. Для меня было очевидно, что он – посредник, которого используют «втемную». Но меня это тоже устраивало. Человек, которого я искал, рано или поздно должен был выйти на контакт с Алексом. И я стал следить за происходящим в вашей конторе. Жаль только, Смеянов проявил себя лишь в последний момент! Иначе бы я навестил его раньше и никто ничего не узнал бы.

– Но Смеянов мертв. Зачем было убивать охранников?

– Я должен защитить библиотеку любой ценой, – извиняющимся тоном ответил Игорь. – Тебе я верю. Но Келлер еще жив. Если позволишь мне его добить, я уйду.

– Нет. Ты в состоянии защитить библиотеку и без этого. Келлер ничего не знает о тебе…

– Не говори глупостей! У него достаточно денег, связей и, главное, фанатизма, чтобы добраться до меня. Я не могу рисковать делом, составлявшим смысл жизни нескольких поколений моих предков! Что ты защищаешь его?! Он же ничтожество! Шарлатан, трус! Ты же видел, чем он занимается в своей усадьбе! Никто не заплачет о нем!

– Пожалуйста, не надо!

Мы одновременно повернулись в сторону искаженного болью хриплого голоса. Женька, зажимая бок, подползла к Келлеру, пытаясь заслонить его.

– Пожалуйста! Не надо! Пожалуйста…

– Господи! – зло простонал Игорь. – Думаете, мне это нравится? Поймите, я не могу оставить его в живых! И тебя, девочка, к сожалению, тоже! Нельзя оставлять в живых врагов и их детей. Я не могу рисковать!

«Ну вот, мы досмотрели спектакль до конца, – прозвучал в голове голос Хайши. – Я могу обрезать эту нить. Ты должен принять решение!»

«Я… не могу».

«Тогда позволь Игорю застрелить этих двоих. Они тебе никто. Игорь не обманывает – в этом случае тебе ничего не грозит».

– Уходи. – Я поднял левую руку и нацелил раскрытую ладонь на Игоря. – Уходи. Иначе мне придется убить тебя.

– Магия? – понимающе кивнул Игорь. Без обычной иронии. Ну да, если он – хранитель библиотеки, то знает, что магия существует. – Мне казалось, ты ею не владеешь.

– В моей власти единственное заклинание. И эта сила – совсем не та, какой бы мне хотелось владеть и чем можно похвастаться. Это – как револьвер сорок пятого калибра. Последний довод на крайний случай. Уходи, Игорь. У тебя нет шансов.

– Может быть. – Он невесело усмехнулся. – Но я должен попытаться. Не держи на меня зла. Прощай…

Он вскинул пистолет. Знак на моей груди полыхнул жгучей болью. Я заставил себя смотреть, как это произошло. Проявить последнее уважение к воину – это все, что было в моих силах. С моих – нет, в этот момент уже не моих – пальцев сорвалось что-то вроде прозрачной паутины, мгновенно окутавшей Игоря. К счастью, все длилось лишь несколько мгновений. Хайша говорит, что такая смерть безболезненна. Я хочу ей верить.

Я без сил опустился на пол. Вся одежда справа насквозь пропиталась кровью. Голова кружилась.

– Фокс? – жалобно позвала меня Женька. – Фокс, ты меня слышишь? Ты только не умирай! Фокс, пожалуйста!

– Не умру, – прохрипел я, – Не сейчас. Обо мне позаботится квартирантка…

«Самоуверенный нахал! – пронеслось у меня в голове, – Хоть бы спасибо сказал!»

Я ничего не стал говорить. Я не чувствовал особой благодарности. Да и сил не осталось.

ЭПИЛОГ

Разумеется, у нас были неприятности. Точнее, неприятности были у меня, поскольку Алекс еще сутки провалялся под кайфом, а очнувшись, немедленно охмурил весь женский персонал больницы и те к нему никого не пускали, пока следствие не закончилось.

А ко мне в палату следователь приходил так часто, что я даже предложил ему занять соседнюю койку. Мое щедрое предложение не было оценено. Следователь почему-то воспринял его как-то болезненно и пообещал устроить мне веселую жизнь.

Впрочем, все закончилось ничем – подключил свои связи Келлер. Женька утверждала, что он это сделал в благодарность за то, что я защищал его от Игоря. Можете считать меня законченным циником, но мне более вероятным кажется, что Анатолий Германович просто сам не горел желанием оказаться в центре расследования.

А может быть, в милиции и без всякого давления сверху были рады закрыть нелепое дело. К тому же все и так было ясно. Я отчетливо представляю себе казенные формулировки в милицейском докладе:

«Гражданин Бобриков, Фенил Федотович, ранее судимый за воровство, вступил в преступный сговор с гражданином Орловым, Альбертом Виленовичем, ранее не судимым. Сообщники обманом проникли в квартиру, которую снимал гражданин Фокс, Виктор Олегович, оказывающий населению частные услуги по розыску пропавших вещей и домашних животных. Там, угрожая пистолетом и опасной бритвой, они взяли в заложники Екатерину Николаевну Колоскову, знакомую Виктора Фокса, и потребовали отдать им некий документ, предположительно имеющий большую историческую и материальную ценность. Этот документ гражданин Фокс разыскал по просьбе Анатолия Германовича Келлера, который прибыл на место преступления через несколько минут после гражданина Фокса. В результате конфликта между гражданином Келлером с одной стороны и Бобриковым и Орловым с другой гражданин Келлер получил огнестрельные ранения в область груди, оказавшиеся не смертельными. Также Бобриков выстрелил в дочь гражданина Келлера – Евгению Анатольевну Мелихан. Пуля прошла через мягкие ткани, не задев жизненно важных органов. Охранники, прибывшие вместе с гражданином Келлером, пытаясь защитить хозяина, нанесли гражданину Бобрикову десять огнестрельных ранений, четыре из которых оказались смертельными. Также в перестрелке пострадали гражданин Фокс, получивший случайное ранение в плечо, и гражданка Колоскова, получившая удар тяжелым предметом по голове. Находившийся на месте преступления знакомый гражданина Фокса, гражданин Игорь Игоревич Дэнбеев, застрелил обоих охранников и Альберта Виленовича Орлова».

До этого момента события, насколько я понимаю, вполне укладывались в милицейские головы, соответствуя той реальности, в которой живут нормальные люди.

Но вот что совсем не укладывалось в эти рамки – каким образом тридцатилетний парень, только что расстрелявший троих человек, через мгновение после этого умер от старости? И не просто умер, а превратился в высушенную мумию, которой на вид можно было дать несколько сотен лет. И как он смог стрелять из проржавевшего насквозь пистолета, у которого затвор намертво сросся с затворной рамой? Тем не менее эксперты подтвердили, что мумия – это именно Игорь, а выстрелы были произведены именно из данного пистолета.

Собственно, из-за этого меня и мучил следователь. Он был неплохой мужик, но совершенно не способный поверить в чудеса и магию. Поэтому я даже не пытался что-то объяснять, тупо повторяя факты на каждом допросе. Думаю, он и сам вздохнул с облегчением, когда пришел приказ закрыть дело.

– Все-таки ты балбес! – Я наполнил стакан и развалился в кресле в своей любимой позе – закинув ноги на стол. – Какого дьявола ты мне сразу не рассказал о завещании?

– Можно подумать, ты мне рассказываешь про каждую мелочь!

– Мелочь?!

– Ну ладно, не мелочь. – Алекс покаянно развел руками. – Я не был уверен, что мои подозрения верны. Не хотел давать тебе повод посмеяться!

– Я и говорю – балбес!

– Даже если бы ты знал про завещание, ничего не изменилось бы! – возразил Алекс. – И вообще, как у тебя совести хватает мучить вопросами больного товарища!

– Да тебя же выписали раньше меня! – возмутился я. – А могли и вообще на следующий день выписать – ты сам не захотел!

– Да?! А ты думаешь, мне там легко приходилось? – завопил Алекс. – Да я ни одной ночи толком не спал! Еле вырвался оттуда!

– Ну теперь видишь, что это за тип? – спросил я Женьку.

– Да, он реально крутой! – восхищенно вздохнула девчонка.

– Нет, я никогда не пойму женщин! – покачал я головой. – Даже при том, что одна из них живет в моей голове!

– Это точно! – согласилась девчонка. – Я узнала у отца, что ты просил.

– И?

– Она по-прежнему работает у него и живет в своей квартире. А телефон поменяла. И просила не говорить его тебе. И вообще, зачем тебе это? Она же обманывала тебя!

– А ты ничего не понимаешь в мужчинах! – мстительно ответил я. – Настоящий мужчина умеет прощать.

– Слушай, Вик, – Женька оторвалась от монитора и очень серьезно посмотрела на меня, – получается, ты все это время мог вот так – одним движением всех?..

– Ну… теоретически мог.

– Тогда я не понимаю…

– Теоретически. А на практике… Пойми, Женька, жизнь – не компьютерная «стрелялка». Люди – не набор цветных пикселей на мониторе, не «тупые боты». Даже самые плохие из них. Жизнь – долгая и странная штука, нам всем иногда приходиться быть и злодеями, и героями – хотя бы на время. А смерть – это навсегда. Финальная точка, после которой уже ничего нельзя исправить.

– Может быть, ты и прав. – Женька опять уткнулась в монитор. – Но по мне, так есть люди, которые хуже ботов.

– Это пройдет, – хмыкнул Алекс. – Лет через десять пройдет. Может, и раньше.

– Ой-ой-ой, какие вы все старые и мудрые! Куда уж мне! Остается только с благоговением взирать на сыплющийся песок.

– Вик, какого черта ты ей разрешил остаться? Ей ведь больше ничего не угрожает! Давай выгоним эту нахалку отсюда? У ее папаши хватит денег купить дочке квартиру!

– Да она и сама в состоянии о себе позаботиться. Но раз хочет работать с нами… знаешь, нам в агентстве не помешает хороший хакер.

– Лучший! И не смей называть меня хакером!

– Ладно, ладно, – отмахнулся я. – Лучший веб-хантер в мире нам не помешает.

– Да, но почему она заняла мою комнату?!

– Так ты же помирился с Марго?!

– Ну так я же с ней скоро опять поссорюсь!

– Когда поссоришься, будешь спать на диване! – отрезала Женька. – А то сейчас Ми-ми на тебя натравлю!

– Может, тогда снимем квартиру побольше? – робко поинтересовался Алекс, косясь на дремлющего чжуполуна. Как я и предсказывал, хозяин за ним так и не явился, – Деньги вроде пока есть…

– Вот именно, что пока! – уточнил я. – И, как показывает опыт, это «пока» очень скоро закончится. У нас уже неделю не было ни одного звонка.

Алекс собрался что-то возразить, но в этот момент затрезвонил телефон.

Я снял трубку.

– Агентство «Фокс и Рейнард». Виктор Фокс у телефона.

– Алло! Алло! Э-э-э… Алло, вы меня слышите? Девушка!

– Какая, на фиг… – И тут я сообразил, где раньше слышал этот старческий голос. – Ивор, это я, Фокс, я тебя прекрасно слышу! А девушек на телефонных станциях нет уже лет сто!

– Правда? – В голосе Ивора послышалось искреннее недоумение. – А кто же тогда провода втыкает куда надо?

– Ивор, ты позвонил мне, чтобы узнать, как работает современная телефонная связь?

– Э-э-э… нет, конечно! Что за чушь ты спрашиваешь?!

– Тогда в чем дело?

– У меня проблемы, Фокс! Мне нужна твоя помощь!

– Мм… – Я переглянулся с Алексом. Старый маг был выгодным клиентом – он платит очень хорошо. Но и задания у него такие, что каждый раз думаешь, вернешься живым или нет. – Понимаешь, Ивор…

– Фокс, мне очень нужна ваша с Алексом помощь! Пропала Арина!

– Что?!

– Ох, Фокс, – тяжело вздохнул на другом конце провода Ивор, – чует мое сердце, с девочкой настоящая беда приключилась! И, боюсь, как бы это не стало бедой для многих людей!

– Мы скоро приедем!

Я положил трубку. Пренебрегать предчувствиями мага такого уровня как минимум неосмотрительно! Алекс уже натягивал свои щегольские ботинки.

– Женька, – крикнул я уже из коридора, снимая с полки мотоциклетный шлем, – начинай собирать инфу по Еве Барановски и ее дочери – Арине. Копай как можно глубже. Кажется, у нас появилась работа!

ГЛОССАРИЙ

Абрахам Ван Хельсинг – доктор, специалист по оккультной магии, герой романа «Дракула» Брема Стокера.

Азарини – итальянский врач, лечивший Петра Первого. С его подачи появилась версия, что Петр умер от сифилиса.

Аменхотеп IV – десятый фараон XVIII династии египетских фараонов, знаменитый религиозный реформатор, во время правления которого произошли значительные изменения в египетской жизни – в политике и в религии. На пятом-шестом году правления (предположительно в 1358 году до н. э.) Аменхотеп IV изменил свое имя на Эхнатон.

Амон — древнеегипетский бог Солнца, затем царь богов. Первоначально – местный бог Фив.

Анахаи – низшие духи в бурятской мифологии, иногда изображались в виде маленьких одноглазых человечков.

Анубис – божество Древнего Египта с головой шакала и телом человека. Покровитель умерших.

Атон – единый бог солнечного диска, монотеистический культ которого был введен фараоном Эхнатоном.

Байкеры – любители и поклонники мотоциклов. В отличие от обычных мотоциклистов, у байкеров мотоцикл является частью образа жизни. Характерным также является объединение с единомышленниками на основе этого образа жизни.

Баньши – дух, имеющий облик женщины, смех которого предвещает услышавшему его скорую смерть.

Блюментрост, Лаврентий Лаврентьевич – лейб-медик Петра Первого, первый президент Петербургской Академии наук.

Брауни – в европейской мифологии аналог русских домовых, небольшие человечки, ростом около 90 сантиметров, схожи с маленькими эльфами, с коричневыми нечесаными волосами и ярко-голубыми глазами.

«Бритва» – разговорное название одной из моделей мотоциклов спортивного класса в среде байкеров.

Брюс, Яков Вшишович – российский государственный деятель, военный и ученый, один из ближайших сподвижников Петра Первого, представитель знатного шотландского рода Брюсов.

«Бургтроттер» – марка джипа (авт.).

Веб-хантер (от англ. web-hunter – веб-охотник) – специалист по сбору информации в Интернете (авт.).

Дагу – раса теневых существ (авт.).

Дальнобой – в среде байкеров поездка на расстояние более 200 километров.

Двоедушник – существо, способное совмещать в себе два естества («две души») – человеческое и демоническое.

Деспот Морей – название должности управляющего Морейским деспотатом, провинции Византийской империи.

«Драга» – разговорное название одной из моделей мотоциклов чопперного класса в среде байкеров.

Иоганн Экхарт – мейстер (учитель) Экхарт, знаменитый немецкий теолог и философ XIII века.

Ифрит – в арабской мифологии злой дух из низших слоев Ада.

Кабор – раса теневых существ (авт.).

Кавайный (от яп. кавай – прелесть) – в среде любителей японской анимации соответствует словам «прелестный», «милый», «хорошенький».

Карты Таро – система символов, колода из 78 карт, появившаяся в Средневековье в XIV–XVI веках, в наши дни используется преимущественно для гадания.

Кемт – название Египта на древнеегипетском языке.

Ктулху – спящий бог, придуманный писателем Лавкрафтом. В последние годы стал культурным мемом в среде активных пользователей Интернета. Обычно употребляется в ироническом контексте.

Кэмпо – японское боевое искусство.

Либерия – устаревшее название собраний книг, библиотек.

Линуксойд – жаргонное название пользователя операционной системы Linux.

Локи – скандинавский бог-жулик и злой шутник.

Максим Грек – греческий монах, по просьбе Василия Третьего присланный в 1515 году из Афона в Москву для перевода книг царской библиотеки.

Неко (от яп. нэко – кот, кошка) – слово из жаргона любителей японской анимации.

Нерд (от англ. nerd – ботан) – человек, глубоко погруженный в какую-либо деятельность (в частности, в программирование), вместо того чтобы участвовать в популярных общественных или культурных явлениях.

Номады – кочевники.

Няшечный (от яп. ня – звукоподражание мяуканью кошки, аналог русского мяу) – в среде любителей японской анимации возглас «ня!» выражает ощущение нежности, умиления.

Пейотль – туземное название североамериканского кактуса и приготовляемого из него напитка, содержащего галлюциногенные вещества.

Принцип Оккама, «бритва Оккама» – методологический принцип, получивший название по имени английского монаха-францисканца Уильяма Оккама. В упрощенном виде он гласит: «Не следует множить сущее без необходимости».

Реднеки (от англ. rednecks – красношеие) – жаргонное название жителей глубинки в США. В широком смысле – «деревенщина».

Скрипт-кидди (от англ. script kiddies – скриптовые детки) – начинающие хакеры, пользующиеся для взлома и написания вирусов чужими готовыми скриптами.

Страты – социологический термин, обозначающий социальный слой людей с примерно одинаковым социальным статусом.

Субретка (от фр. Soubrette) – актерское амплуа, традиционный комедийный персонаж, бойкая, остроумная, находчивая служанка, помогающая господам в их любовных интригах.

Сэнсэй – в Японии вежливое обращение к учителю, врачу, писателю, начальнику, политику и др. В России в основном используется в различных школах боевых искусств как вежливое обращение к учителю.

Такыр – дно периодически пересыхающих озер.

Тень – параллельный мир, являющийся тенью реального мира и магически взаимодействующий с ним (авт.).

Уасет – IV ном (административная единица) Верхнего Египта.

Фокс-кун – суффикс «-кун» используется и в Японии и поклонниками японских мультфильмов как обращение к мужчине, равному или младшему по возрасту.

Фрик (от англ. freak – урод) – в широком смысле человек со странностями.

Хомяк – жаргонное название домашней страницы, «хомяк на бесплатном акке» – домашняя страница на бесплатном аккаунте.

«Цвета» – общее название для герба мотоклуба, его графического начертания, нашивок на одежде байкеров, входящих в этот клуб, и другой клубной символики.

Черная Книга – книга, являющаяся, согласно народным поверьям, необходимым атрибутом любого колдуна. Содержит все его секретные рецепты и заклинания.

Чжуполун – в китайской мифологии дракон с телом свиньи, черепашьим панцирем и хвостом крокодила.

Экзорцизм – в христианстве обряд изгнания бесов из одержимого ими человека.

Эмофаг – теневое существо, питающееся эмоциями (авт.).

Юнг, Карл Густав – швейцарский психиатр, основоположник одного из направлений аналитической психологии.

Ясак – дань.

О tempora, о mores – о времена, о нравы (лат.).

Rattusnorvegicus – латинское наименование обычной серой крысы.

«VanHelsing» – модель револьвера (авт.).

YouTube – популярный Интернет-ресурс.

Сергей Ковалев
Добрым словом и пистолетом

Добрым словом и пистолетом можно добиться гораздо большего, чем просто добрым словом.

Аль Капоне

Пролог

В этом лучшем – как утверждают оптимисты – из миров редко в чем можно быть действительно уверенным. Лично мне на ум приходят всего три вещи: закон всемирного тяготения, закон Мерфи и то, что кожура всегда больше банана.

Впрочем, один знакомый ученый, у которого я время от времени покупаю всякие технические штуковины, полезные в непростом труде частного сыщика, как-то пытался мне доказать, что утверждение про банан и кожуру не всегда верно. В том смысле, что в определенной математической модели банан может быть больше кожуры. Однако мой насквозь гуманитарный мозг немедленно попытался впасть в спячку и сути объяснений я не уловил.

С другой стороны, мне самому не раз доводилось наблюдать, как маги легко нарушают закон тяготения и прочие физические, химические и юридические законы и просто основы здравого смысла.

Так что, пожалуй, единственный закон, непреложность которого не вызывает у меня никаких сомнений, – закон Мерфи, или, как чаще принято называть его в наших палестинах, закон подлости. Против него бессильны самые могущественные маги, которым все прочие законы не писаны.

К сожалению, я не маг, и в данный конкретный момент именно закон всемирного тяготения намеревался недвусмысленно продемонстрировать мне стабильность своего действия. Я же в меру своих невеликих сил пытался не дать ему это сделать.

Проще говоря, я висел, из последних сил цепляясь кончиками пальцев за крышу пятиэтажного дома и упираясь мысами ботинок в узкий декоративный карниз. Чертов закон тяготения изо всех сил тянул меня вниз, словно ему не терпелось доказать, что и мое тело будет падать вниз все с тем же ускорением девять и восемь десятых метра в секунду. Карниз под моими ногами тихонько проседал и явно собирался в ближайшее время обвалиться.

«Фокс! Хватит считать ворон! Вытащи нас немедленно!» – раздался в моей голове голос Хайши.

Для богини, прожившей несчитаную уйму лет, Хайша, на мой взгляд, слишком уж нервно относится к перспективе умереть. То есть я имею в виду, что, если бы мне довелось повидать, как возникают и рушатся цивилизации, быть непосредственным свидетелем походов Чингисхана, Куликовской битвы, мировых войн, революций и прочих масштабных боен, вряд ли бы во мне остался хоть какой-то страх перед смертью.

«Фокс! Сделай уже что-нибудь! Спаси нас!»

Увы, Хайша хоть и богиня, но богиня забытая. Некогда великий и многочисленный народ, строивший капища Арье Хайше, давно растворился среди других народов, населяющих Сибирь. А боги теряют силу, когда им перестают поклоняться. Когда про них забывают, боги умирают. Чтобы избежать подобной участи, Хайше пришлось искать убежище в столь ненадежном месте, как мое тело. В тот момент, кстати, мое тело было убежищем особенно ненадежным, наверное, самым ненадежным из возможных. Я как раз попал в аварию и тихо отходил в мир иной на обочине дороги где-то неподалеку от Иркутска. Спасти меня могло разве что чудо, и чудо произошло – меня нашла Хайша. Так что, можно сказать, мы тогда заключили взаимовыгодное соглашение. Хайша спасла меня от смерти, а я предоставил ей убежище в своем теле, чтобы она смогла выжить. Если кто-то считает, что собственная богиня – это круто, то он заблуждается. В результате «подселения» Хайша лишилась остатков божественного могущества, так что сотворить даже самое захудалое чудо – например, вытащить нас на крышу – она неспособна. Нет, кое-что она до сих пор умеет, но это «кое-что» никак не помогает в лазании по крышам и прочих физических упражнениях. Обеспечение выживания и целостности нашей общей с нею шкуры лежит целиком на мне. И если не придираться, можно сказать, что я с этой задачей вполне успешно справлялся. До настоящего момента…

«Фокс…»

«Да слышу я! Думаешь, это так просто?!»

«Фокс, посмотри наверх…»

Я поднял взгляд.

Закон Мерфи ухмыльнулся мне во все сорок два клыка.

Когда оборотни хотят выглядеть особо мерзко и пугающе, они трансформируют только какую-то одну часть своего тела. Чаще всего – пасть.

– Э-э-э… привет, Отбой!

Тяжело быть красноречивым, когда четверть часа провисел на двенадцатиметровой высоте, вжимаясь в стену и боясь шевельнуться.

Оборотень промолчал, с нехорошим интересом разглядывая меня. Щегольской сапог с металлическими набойками находился в опасной близости от моих пальцев. Если Отбой столь толстым намеком пытался заставить меня нервничать, то зря. По правде говоря, меня это совершенно не тревожило. То есть я хочу сказать, все равно сил продолжать цепляться за крышу почти не осталось.

Насладившись моим беспомощным положением, Отбой глухо прорычал:

– Четыре пули, Фокс! Четыре, кардан тебе в душу, пули сорок пятого калибра! Это, черт возьми, было очень больно!

«А я ведь предупреждала! – не замедлила напомнить мне Хайша. – У тебя ведь оставался еще один патрон!»

– Отбой, знаешь… – проскрипел я, чувствуя, как пальцы медленно соскальзывают с бетона, – ведь в барабане оставался еще один патрон…

Оборотень зарычал, нависая надо мной. Пальцы все-таки соскользнули с края, и в тот же момент карниз под моими ногами обвалился.

Говорят, в момент смерти перед внутренним взором должна проходить вся прожитая жизнь. Умирать мне уже доводилось, но тогда я был занят флиртом с Хайшей и было не до воспоминаний. В этот раз, впрочем, тоже никакие призраки прошлого меня не посетили, а посетила единственная мысль: «Это уже перебор! Я – пас!»