Текст книги "Заказ на охрану (СИ)"
Автор книги: Алена Котт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 41 страниц)
– Времени не так уж и много, – я сделала последнюю попытку достучаться до разума Сурэо, – когда произойдет полная подпитка, амулет может уничтожить вашу супругу.
– Сколько?
– Желательно не медлить, – я сникла, так как не знала доподлинно, сколько ей отмерено, – как только вела окрепнет после родов.
– Хорошо, я поговорю с велой, – раздались его шаги по направлению к выходу.
– Сурэо, – севаст тоже вскочил.
– Не надо, мы поговорим завтра, – услышав в голосе наследника нотки боли, я удивленно вскинула бровь, но промолчала.
В комнате воцарилась тишина, едва за принцем Сурэо захлопнулась дверь. Я, закрыв глаза, откинулась на спинку дивана, пытаясь пережить очередной приступ тошноты, с которой боролась несколько минут до этого. Севаст остался стоять у двери. По крайней мере, он не пытался ни приблизиться, ни уйти.
Основное я сделала, добилась разговора с принцем и его, пусть и призрачного, согласия на извлечение амулета. Сомнения, конечно, остались. Я остро чувствовала, мне не доверяют, особенно после озвучения моей сделки с кровавым. Не знаю, какую историйку поведала сама принцесса, но и я могла ошибаться, так как не в правилах Хойсора оставлять все на самотек, на совести увечной безликой. А вдруг я банально хочу заработать на горе в семье наследника. Или наоборот, этот амулет помогает Айфану. А я хочу сделать ее беззащитной перед основным недругом. Мыслей много и ни одной положительной, хотя принц не стал разубеждать меня в том, что амулет не причиняет принцессе вреда и на том спасибо. Сурэо всегда был подозрителен и осторожен в суждениях. И эта черта никуда не исчезла с возрастом, если только еще не усугубилась.
Окончательно осознав, сейчас меня стошнит, у Сурэо оказались чересчур яркие духи, я, зажав ладонью рот, вскочила с места, пытаясь сориентироваться, в какую сторону бежать. Севаст тоже сообразил, что со мной и, подскочив ко мне, уверенно обхватив талию одной рукой, направил меня в нужном направлении.
Стыдно за слабость было неимоверно. Обычно после неудачных заказов, я отлеживалась дома, в полном одиночестве. Моя вторая сущность, более устойчивая к ранениям или болезням всегда меня выручала. Перекинувшись в волка, я зализывала все раны, а потом уходила в леса к Перворожденным. Сейчас я этого не могла сделать из-за заклятия, наложенного на меня весьма знающими в этом деле колдунами. Если выживу, уничтожу мага Хойсора без всяческого сожаления.
Чуть откинувшись на руку севаста, я на коленях стоя перед горшком, несколько раз тяжело и коротко выдохнула. Тошнота отступила, не знаю, надолго ли, но пока стало легче. Поняв по моему лицу, что все закончилось, эльф наклонился и, подхватив меня на руки, понес к дивану. Протестовать у меня просто не достало сил и я, закрыв глаза, благодарно прижалась щекой к камзолу. Меня знобило, и Светлый укрыл меня пледом.
– Как ты? – В его голосе слышалось участие.
– Не знаю. – Простонала я, зарываясь в плед с головой. – Я редко болею.
– Тебе необходимо отдохнуть.
– Наверное. – Пожала плечами, не став спорить с очевидным.
– Я пойду, – полукровка вопросительно поинтересовался, – прислать служанку?
– Нет, – осознав услышанные слова севаста, я встрепенулась, – куда ты пойдешь? Уже ночь.
– У меня есть работа, которая не требует отлагательств.
– Тогда проводи меня в спальню, – я слепо протянула руку, которую тотчас же приняли. – Я тебя стесняю.
– Ни в коей мере. – Голос севаста стал холодным, официальным. – Во избежание кривотолков и лишних разговоров, ты остаешься в моих покоях до того момента, пока вела не скажет своего окончательного ответа.
– Наследник опасается, что я сбегу или что меня прислали для совершения очередного нападения на принцессу? – В моем голосе заплескался сарказм. – У вас наверняка есть хорошие маги целители, пусть пришлют их для подтверждения диагноза. И я клянусь, что не причиню принцессе Айфану или ее дитя вреда.
– Не надо, – севаст осторожно помог мне встать на ноги, поддержав под мышки, когда моя тушка пошатнулась от слабости, – Сурэо знает о вашей крайней щепетильности в выполнении заказов и что Безликие вне политических дрязг.
– Ага, и заодно то, что мы принимаем заказы от всех сторон, невзирая на их взаимоотношения друг с другом, – болезненно поморщилась.
– Идти можешь?
– Могу, – я фыркнула от такого перехода на более нейтральную и животрепещущую тему разговора, – кажется, мне окончательно стало лучше. Спасибо за помощь, севаст. Мало кому интересно помогать в подобных ситуациях, когда для такого существуют специально обученные слуги.
– Прекрати, Безликая, – севаст сильнее прижал меня к своему боку, помогая дойти до кровати, – я уже говорил, ты не умеешь быть слабой, хотя это не так уж и страшно.
– Особенно в свете того, что изначально слабое существо, ибо я женщина, – я благодарно улыбнулась, повернув голову на звук голоса эльфа. – Ладно, убедил.
– Служанку прислать?
– Нет, – я поморщилась, упорствуя в своих убеждениях, – буду спать.
***
Ночь прошла относительно спокойно. Я по большей части так и не уснула, подремав только после ухода севаста. А потом просто лежала, невидяще пялясь в марево, стоящее перед глазами. Я понимала, мне предстоит убедить принцессу в положительных своих намерениях в отношении Айфану. С одной стороны встречаться с принцессой совершенно не хотелось, у нас друг о друге остались не особенно хорошие воспоминания, а с другой стороны она не обязана мне верить, особенно в мои помыслы и желание ее спасти.
Вздрогнула, услышав осторожный звук отпираемой двери, когда севаст решил вернуться в свои покои. По его шагам поняла, тот подошел к проему в спальню, но входить не стал, издалека прислушавшись к моему дыханию. Убедившись в моем присутствии, эльф вернулся на свою половину покоев, но дверей в спальню закрывать не стал, видимо ради своего же спокойствия. Немного повозился, раскладывая диван и укладываясь спать. Наконец стало тихо. Все это время я лежала тихо-тихо, точно мышка. Говорить нам было не о чем, а снова обсуждать произошедшее, не хотелось. Севасту, в отличие от меня требовался полноценный отдых. Это я сижу тут на правах слепой приживалки, в ожидании вердикта.
Через некоторое время, откинув одеяло в сторону, я осторожно встала с кровати, проходя в ванную. Мне снова стало плохо, но будить севаста не собиралась. Постояв на пороге, я припомнила, в какой стороне находится умывальник и, вытянув вперед руки, маленькими шажками приблизилась к нему. Открыв кран с холодной водой, долго стояла, держа ладони под текущей водой, время от времени прижимая их к щекам. Так мне становилось легче. Рвоты на этот раз не случилось, из-за того, что в организме не осталось никакой жидкости. Развернувшись назад, едва не упала от слабости, запнувшись на ровном месте. Испугавшись, что наделаю грохота, оперлась на умывальник, пережидая накатившую волну слабости. Понимала, так долго продолжаться не может, так как я не смогу помочь Айфану, сама находясь в подобном состоянии. Как же я ненавижу слабость и зависимость от самочувствия своего организма. Едва не зарычав от безысходности, оттолкнулась от умывальника, активируя нюх. И тут же наткнулась ладонями вытянутых рук на чье-то тело.
– Хорс, – я уже знала, кто передо мной, но все равно не стала сдерживать проявление эмоций, – севаст, тебе чего не спиться?
– Проводить? – Севаст не ответил на мой вопрос, заботливо обнимая меня за плечи.
– Мне не нужна нянька, – раздраженно выдохнула я, пытаясь оттолкнуть руки полукровки.
– Точно? – В низком бархатистом эльфийском голосе проступили нотки недоверия и некоторого веселья моей строптивостью.
– Шел бы ты спать, севаст. Завтра тяжелый день, гостей наверняка съехалось множество, за всеми надо следить. – Я сделала попытку проявить свой неуживчивый характер.
– В кровать, Безликая, – не став обращать внимания на мой сарказм, эльф снова подхватил меня на руки, вынося из ванной, – тошноты не было?
– Нет, – я поморщилась, но не стала рыпаться и вырываться из сильных мужских рук.
– С утра вызову лекаря, он назначит тебе лекарство.
– От чего? – Меня сгрузили на кровать.
– Хотя бы снимет внешние симптомы. – Эльф был сама серьезность. – Тебе надо есть, иначе вела, не дождется вызволения.
– Делайте, что хотите, – я, наконец, сдалась, устав бороться и с самой собой и с окружающими.
– Я останусь здесь, пока ты не уснешь, – произнес полукровка, присаживаясь рядом на кровати.
– Зачем? – Перспектива оказаться в одной кровати с эльфом меня неожиданно испугала до дрожи. Я хорошо помнила, каким образом отреагировало мое тело на подобный казус шесть месяцев назад, хотя тогда я могла себя контролировать намного лучше, чем сейчас.
– Меня пугают твои передвижения, – ответил севаст, укладываясь рядом. Его длинное тело вытянулось поверх одеяла, немного придавив мой бок, – не беспокойся, я не стану тебя трогать.
– Хм, только этого еще и не хватало, – возмущенно вскинулась, немного отодвигаясь подальше от полукровки, подтягивая одеяло повыше, из-за чего эльфу пришлось, немного передвинутся в сторону, приподнявшись на локтях, но не уйти из моей кровати. – Моя болезнь не настолько смертельна, что за мною надо смотреть. В крайнем случае, могу просто воспользоваться зрением зверя. – Продолжала я брюзжать, пытаясь найти удобное положение, подальше от эльфа.
– Зрение зверя? – Севаст резко подобрался, словно в преддверие прыжка, его голос приобрел бархатистые вкрадчивые нотки. – А можно об этом поподробнее.
– Тьфу, – в сердцах сплюнула я, понимая, что проговорилась, не желая того. Вытянувшись под одеялом и наконец-то замерев, задумалась, каким образом обойти острые углы. – Во время перевоплощения я могу видеть. Полная смена ипостаси, к сожалению, не в моей власти, заклинание держит весьма неплохо, но я могу использовать зрение, нюх, слух зверя. Правда эти органы я обычно никогда не выключаю и не делю между ипостасями.
– Ты говорила, из-за этих экспериментов с внешностью тебя и скрутило, не так ли? – Севаст отличался въедливым характером, который и не скрывал.
– Говорила, – я насторожилась, чувствуя подвох в словах полукровки.
– Расскажи все еще раз.
Пожав плечами, глубоко вздохнула, задумавшись над тем, что можно рассказать.
– После того как осознала, что осталась слепа, после сработавшего заклятия княжеского мага, стало тошно. Зверь сам пришел на помощь и напомнил о своем существовании. Ну и я не стала сидеть сложа руки.
– Немного поэкспериментировала. – Укоризненно проговорил севаст, внимательно слушая мой рассказ.
– Ну, да. – Я вежливо улыбнулась, не горя желанием выслушивать от полукровки назидательные тирады. – Искала выход из сложившейся ситуации.
– Нашла?!
– Это неприятно, – я поморщилась, не став спорить с эльфом, – не спорю. Только когда организм окрепнет, зверь возьмет свое. Если бы не заказ, навязанный князем Кровавых, никогда бы не появилась в святая святых Дома Хорра, князь коего предал меня в свое время.
– А зрение? – Севаст вспомнил и о зрении, старясь не обращать внимания на мои последние слова. – Как действует заклятие на твои глаза? Это белесое марево, в которое превратились твои глаза. Увидев их, я пожалел о том, что когда-то совершил.
– Наоборот, – я поспешила возразить, пусть и не сдержала тяжелого вздоха, воспоминания до сих пор тяготили душу, вызывая щемящий ужас, – если бы не твое своевременное вмешательство, магическое заклятие невозможно было бы снять. И за последствия я уже не поручилась бы. Кто знает, как оно было настроено. Превратилась бы в истекающего слюной волка, с жаждой убийства, не контролирующего своих желаний и обязанного совершить наложенное заклятие.
– Нарисованная перспективка не радует, – эльф перевернулся на бок и его голос стал ближе, – ты меня порадовала и сняла камень с души.
– Спи, – я закрыла глаза, слушая размеренное дыхание полукровки.
***
На этот раз мне удалось уснуть. Сколько я проспала, не знаю, но когда открыла глаза, по запаху поняла, севаста рядом не наблюдается. Только уверившись в этом, я осторожно протянула руку и провела по пустой половине постели ладонью, отмечая холод простыней. Прислушавшись, встала с кровати. В соседней комнате движения не наблюдалось, что могло означать отсутствие севаста вообще в покоях. Пожав плечами, держась за кровать и стены, добралась до ванной. Немного освежившись, вернулась назад.
Тут же услышала чьи-то легкие летящие шаги и в спальню вошла вчерашняя служанка, всплеснувшая руками при виде меня.
– Вела, вы уже встали?
– Да, – с трудом не поморщилась ее преувеличенной озабоченностью, – помоги одеться.
– Завтракать будете? – Поинтересовалась Фанори, застегивая последние маленькие пуговки на спине принесенного ею нового платья, на смену моему единственному.
– Как давно ушел севаст, Фанори? – Я напряглась в ожидании ответа.
– Давно уже, – служанка понятливо хмыкнула, – за мной пришли довольно рано, но вы еще спали. Пришлось подождать.
– Хорошо, – я покладисто кивнула, не собираясь вступать в пространную дискуссию, – можешь узнать, где севаст и как скоро он появится здесь?
– Постараюсь.
– Вот тогда и сяду за завтрак. – Подытожила я, с помощью Фанори выходя в комнату и усаживаясь на диван. – Я подожду, пока ты все не выяснишь.
Оставшись в одиночестве, служанка отправилась выполнять мое задание, с величайшей осторожностью приступила к преобразованию зрительного нерва. Заниматься полной сменой ипостаси не стала, еще были свежи былые эксперименты и их последствия. И тут тоже действовала аккуратно, медленно, постоянно проверяя самочувствие. Когда я стала такой боязливой и чувствительной к своему организму? А может, действует близящееся полнолуние, делая меня беспомощной перед потребностями организма?
Наконец перед моими глазами прояснилось, белое марево отступило, давая возможность видеть, пусть и не совсем чисто и четко, но все же видеть. Комната, принадлежащая севасту, оказалась выдержана в спартанских условиях, с минимумом необходимой мебели, со светлыми стенными панелями, с шикарным ковром на полу работы мастеров высокородных, высокими окнами, расположенными в альковах, забранными тяжелыми плотными портьерами.
Убрать последствия своего эксперимента я не успела, так как входная дверь отворилась, пропуская севаста. Полукровка мгновенно понял, что я уже на ногах и подозрительно уставился на меня. На мгновение наши глаза встретились, заставив эльфа вздрогнуть. А я смотрела на эльфа, который не дал мне умереть. Эх-Хтор похудел, осунулся, но по-прежнему носил белые церемониальные одежды и так же хромал, если не больше. Полукровка немного посторонился, пропуская внутрь слугу с подносом, и я поспешила спрятать свои странные теперь звериные глаза, не собираясь распространяться о кое-каких способностях организма.
Поблагодарив слугу, севаст прошел в комнату. Я слышала его тяжелую, неровную из-за хромоты поступь, но, не двигаясь, ждала.
– Безликая, – эльф приблизился ко мне вплотную.
– Не зови меня так, – я упрямо вскинула голову, – это слово режет мне слух. Даже сняв с меня заклятие, я не вернусь назад. Для клана я потеряна.
– Как тебя называть? – Севаст не стал настаивать.
– Как хочешь, – я нервно дернула щекой, – приму любое имя.
– Ты себя нормально чувствуешь? – Поинтересовался Светлый моим здоровьем, переведя разговор в другое русло.
– Вполне, – мой голос звучал глухо, сосредоточенно, невыразительно.
– Ххорс, Безликая! – Крепкие пальцы севаста впились в мои плечи, чуть приподняв над сиденьем, несколько раз тряхнули, так что моя голова невольно запрокинулась. – Ты понимаешь, что творишь?
– Отпусти, – закрыв глаза, я терпеливо ждала.
– Идиотка, – в сердцах кинул Светлый, отпуская мои плечи и отступая. – Раз перестала быть Безликой, так и веди себя как женщина.
– Какая женщина? – Я вскочила на ноги, забыв о том, что ничего не вижу, так как уже успела дезактивировать зрение. – Да я жду, не дождусь, когда все закончится. Ты считаешь, мне легко находится в доме, из которого меня выжили? Да по доброй воле я сюда никогда бы не заявилась. И не важно, что от этого зависит и моя жизнь. На мне висит заказ, который я не могу не выполнить. Да, передай своему наследнику, князь Браслау требует аудиенции с его отцом, в приватной обстановке. А я хочу убраться отсюда поскорее.
– Фатха, стой! – Севаст рванулся следом за мной, успев схватить прежде, чем я бездарно растянулась на столике с едой, на который сослепу налетела.
Мужские руки обхватили мою талию, прижав к себе. И неожиданно для себя, я вдруг сдалась, обмякнув в его руках. Обморок оказался непродолжительным и едва меня положили на диван, а мужские пальцы потянулись к вороту платья, я судорожно вдохнула и открыла глаза. Положив ладонь поверх пальцев эльфа, хриплым голосом прошептала:
– Я в порядке, спасибо. Просто потеряла контроль.
– Страшно?
– То есть? – Не поняла я вопроса.
– Терять контроль? – Эльф стоял рядом с диваном на коленях. Это я увидела, сфокусировав на нем свое звериное зрение.
– Страшно, – согласно кивнула, пытаясь встать.
– У всех оборотней такие глаза? – Полукровка проявил интерес, внимательно разглядывая меня.
– Какие? – Что-то я торможу, не понимая вопроса эльфа.
– Желтые, и с вертикальным зрачком. – Севаст терпеливо объяснил свой настойчивый интерес.
– Не всегда, – я так и не отпустила ладонь севаста, – смотря, к какому роду оборотни принадлежат.
– Ты Серая эльфийка.
– Ага, – я удивленно согласилась, в ожидании продолжения.
– Красивая.
– Севаст, – я оскалила враз отросшие нижние клыки, – не провоцируй.
– Скажешь, полнолуние? – Светлый резко наклонился, впиваясь в мои губы. Его руки, обняв, подтянули мое тело ближе к себе, а губы срывали страстный, чуть жесткий поцелуй.
Закрывая глаза, я даже не стала противиться зову плоти, отвечая ему с не меньшей страстью. Мои пальцы запутались в светлых волосах севаста, ощущая их шелковистость и волнистость. И пусть в этом замешано полнолуние, но мое тело в кои-то веки хотело кого-то другого, а не Сурэо. Я не сразу осознала, что стон, услышанный моим ухом, принадлежит мне самой. Сейчас я бы отдалась этому мужчине тут же, но раздавшийся стук в дверь, заставил нас обоих замереть и в спешном порядке отодвинуться друг от друга.
Тяжело дыша, Светлый оторвался от меня, провел по моей щеке костяшками пальцев, прикоснувшись к шраму на верхней губе, потом одним движением подхватился на ноги, направляясь к двери.
Оставшись сидеть, я старалась унять расшалившееся сердце. Прикусив губу, пыталась понять, как мне с ним себя вести. И что за помутнение на нас нашло. Севаст мне импонировал. Только нужны ли нам такие вот отношения? И к чему они могут привести?
А секунду спустя я осознала, что осталась в одиночестве. Эх-Хтор, выслушав донесение, ушел, ничего мне не сказав. Обижаться на такое поведение севаста не стала, он занятой придворный. Немного посидев, поднялась и, стараясь не спешить, чтобы не запнуться обо что-нибудь неподходящее и не наделать лишнего шума, прошла в спальню. Добравшись до кровати, легла, не раздеваясь и закрыв глаза, постаралась собраться с мыслями. Неожиданно для себя моя слабость вылилась в глубокий, спокойный сон без всяческих сновидений. Проснулась только к вечеру, по-прежнему в полном одиночестве.
Севаст отсутствовал. Не пришел он и ночевать. С помощью предупредительной Фанори немного поела, хотя кусок в горло не шел, но я понимала, мне необходимы силы. Отчего-то была уверена, Айфану не станет упорствовать, и ухватится за возможность снять с себя это ярмо, взваленное на ее хрупкие плечики взбалмошной теткой. Скорее из-за того, что понимала, какие ощущения приносит слабость и невозможность жить полноценной жизнью. Меня вот несколько дней выкручивает, а ощущения как от смертельного недуга. Хочется поскорее снять все эти странные симптомы, которые так не вяжутся с моим живым, твердым характером. Хотелось снова прийти в себя и вернуться в ряды Безликих, уехать куда-нибудь подальше от властителей и их родственников, куда-нибудь в горы, поближе к природе и тишине. Признаться, до смерти надоела городская жизнь. Может мне и впрямь пора на покой, в глубинку, в деревню, поближе к природе, тишине, покою.
Глава 9
Глава 9
При дворе наследника мне пришлось задержаться практически на неделю. В своей слабости я оказалась одна, и лишь наличие Фанори скрашивало мои полностью лишенные событий, дни. Все свои дни проводила непосредственно в спальне, выходя во внешнюю комнату только поесть. Зато я окончательно освоилась со своей слепотой, и ходила по покоям севаста, не натыкаясь на мебель. Самого Светлого практически не слышала. Только глубокой ночью и то не каждой, тот появлялся, чтобы тут же завалиться спать. К дверям спальни он не подошел ни разу. А зачем? Та же Фанори знала о моем самочувствии практически все, находясь при мне неотлучно и в красках расписывала, чем я занимаюсь.
Дни проходили в полном бездействии, зато немного восстановили мое самочувствие до нормального уровня. Севаст, как ни странно, избегал меня, как мог. Он практически не появлялся в собственных покоях, предпочитая где-то слоняться. Я понимала, тот весьма занят в преддверии рождения дочери своего сюзерена, но такое игнорирование моей личности обижало.
А мне приходилось ждать. Плохое самочувствие больше не возвращалось, и я все чаще включала звериное зрение, когда оставалась в одиночестве. Не зная толком, чего ожидать от аудиенции с Айфану, я даже не пыталась загадывать заранее. С действием амулета я не знакома, ни разу не доводилось его видеть у принцессы, потому и основных свойств не знала. Каким образом он работает, не имела никакого представления.
Если бы я желала встречи с севастом, то звериное чутье могло мне в этом помочь, но я и сама не стремилась к встрече. Особенно в свете его упорного побега от разговора. Чувствуя вошедшую в свой пик луну, каждый раз нервничала, когда полукровка оказывался в пределах моего внимания. Разбуженная чувственность меня пугала. За сто восемьдесят лет мне удавалось сохранять спокойствие и даже безразличие к мужчинам, а тут сносило крышу от одного запаха этого эльфа. Что могло так повлиять на меня, не знаю, но зверь просто рвался с привязи, едва севаст появлялся в покоях, и я радовалась одному обстоятельству, вокруг глубокая ночь и я по идее, сплю.
Свалилась я где-то к концу недели ожидания. Весь день мне было нехорошо, хотя я старалась скрывать от Фанори свое состояние. Даже поела и отправила служанку за новостями, которые иногда просачивались в мои пенаты. Скрутило меня резко, накрыло так, что в глазах потемнело, во рту появился привкус железа от прокушенной губы, в ушах зашумело. Я, нелепо взмахнув руками, схватилась за воздух, и теряя сознание, услышала испуганный вскрик только что вошедшей в комнату, Фанори. Та просто физически не успевала прийти ко мне на помощь. Последнее, что запечатлелось в моем сознании, стук собственного тела об пол и все, мое сознание накрыла черная мгла.
Приходить в сознание оказалось тяжело. Меня мутило, и разум, не торопился возвращаться, в пустую звенящую голову. Может, сказалось воздержание от обильной пищи, может отсутствие свежего воздуха и прогулок, может постоянные эксперименты, но плохо было неимоверно. С трудом разлепив глаза, несколько минут осознавала, что произошло, потом до моего мозга дошло, я же по-прежнему не вижу. Застонав от затопившего сознание разочарования, прикрыла глаза, проведя языком по потрескавшимся губам. Хотелось пить, в горле першило и пересохло. Судорожно вздохнув, невольно принюхалась и замерла, когда в мозгу вспыхнуло узнавание. Полукровка. Здесь. Рядом со мной.
– Давно я в отключке? – Голос у меня оказался неожиданно хриплым, слабым.
– Очнулась? Как ты себя чувствуешь? – Севаст не скрывал тревоги.
– Отвратительно, – коротко проговорила я, не собираясь строить из себя изнеженную барышню, – можно мне воды?
– Да, конечно, – эльфу понадобилось несколько секунд на то, чтобы придать мне вертикальное положение и приложить к губам край кубка.
Отпив несколько глотков, устало откинулась на подушку. Невольно провела ладонью вдоль тела, отмечая краем сознания смявшуюся под рукой ткань ночной рубашки. Надеюсь, переодевала меня Фанори, а не севаст. Против эльфа я ничего не имела, к тому же проживала в его покоях, не особенно заботясь о приличиях, так что он вполне мог воспользоваться моим бессознательным положением, чтобы улучшить мой комфорт.
– Я очень напрягла? – Поинтересовалась, не зная, как реагировать на присутствие эльфа, после его недавнего глупого бегства.
– Больше напугала, – в низком голосе Светлого послышалось искреннее раскаяние, – особенно после радужных перспектив, которые нарисовала Фанори.
– Значит, ты не чурался отчетов, – скептически скривилась, слушая низкий голос севаста.
– Не чурался, – подтвердил эльф. Я услышала его тяжелый вздох, потом несколько неровных шагов по направлению ко мне, а затем он уткнулся лбом мне в ладонь, лежащую на краю дивана, – прости.
– За что? – Удивилась я.
– Просто прости, – повторил севаст, но уточнять за что, не стал. В принципе я и так поняла. – Ты меня жутко напугала. Я только собрался поговорить с тобой, даже уговорился с Фанори, чтобы та позвала, а когда мы пришли…
– Я грохнулась в обморок, – хрипло рассмеялась я, представив, какое разочарование испытал севаст при виде меня, хлопающейся на пол.
– Сегодня вечером вела Айфану, разродилась первенцем. – Тихо продолжил полукровка.
– Правда? – Вздернув бровь, задумчиво протянула. – Я рада.
– Их двое, – продолжил севаст, поднимая голову от моей руки.
– В каком смысле? – Не поняла я ответа.
– Детей двое, – эльф хмыкнул, – мальчик и девочка. У малышки родовой дар. И еще, Айфану согласна поговорить с тобой, но чуть погодя. Вам обеим необходимо несколько окрепнуть.
– Ты меня удивил, – я скривила губы, пытаясь осмыслить услышанное, – я подожду.
– Почему ты ничего не сказала. – Тон эльфа стал категоричным, не терпящим возражений.
– О чем? – Удивилась я.
– О том, что тебе плохо. – Отчеканил севаст, становясь в позу.
– Перестань, – виноватой я себя не ощущала, – я и сама не знала, что меня скрутит. Всю неделю было хорошо.
– Ты много экспериментировала, – эльф обвинял, не уточнял.
– Фанори доложила? – Я недовольно поморщилась. – Только в пределах дозволенного, ничего сверхъестественного.
– Фатха, ты хотя бы понимаешь, что творишь?
– Вполне, – прислушавшись к своему организму и не обнаружив последствий обморока, я отстраненно поинтересовалась, – какое сейчас время суток?
– Уже глубокая ночь, – ответил севаст, вставая со своего места и отходя подальше от места моей дислокации.
– Я тебя не слишком задерживаю? – Я не очень хорошо понимала чувства эльфа, которыми он себя окружил. – Тебя, скорее всего, ждут в покоях наследной четы, которую осаждают с поздравлениями.
– Там и без меня хватает соглядатаев, – огрызнулся севаст, впервые проявив хоть какие-то четкие эмоции.
– Севаст, – я уже знала, что лежу не на кровати, а потому протянув руку, тихо попросила, – проводи меня в спальню.
– Тебе нельзя вставать, – эльф в один момент оказался рядом, – лекарь запретил.
– Брось, – мягко улыбнулась, отмахиваясь рукой, – я уже в полном порядке, а ты стремишься уйти.
– Только после того, как пойму, что и впрямь все в порядке, – севаст просунул ладони под колени и под плечи, поднимая меня на руки.
Я позволила отнести меня в спальню. Прикусив нижнюю губу, старалась не вдыхать будоражащий мою кровь, запах полукровки. Уцепившись за его шею, я уже жалела, что позволила Светлому проявить заботу о моей болящей персоне. Однако мне стоило больших трудов не показать свое состояние.
Эльф сверх осторожно перенес меня через порог спальни и опустил на кровать. И тут я уткнулась Светлому в шею, практически перестав дышать. Мгновенно замерев, тот не выпуская меня из рук, тихо прошептал, срывающимся от тревоги голосом:
– Фатха, тебе плохо?
– Не уходи, – практически простонала эти два слова, вцепившись в эльфа побелевшими от напряжения пальцами, – тебя очень ждут?
– Я останусь, – севаст чуть отстранился, его дыхание коснулось моей щеки, заставив затрепетать сердце, – только скажи, что надо делать.
– Делать? – Я сама потянулась к губам эльфа, тут же активируя волчье зрение.
Сейчас мне было важно видеть глаза полукровки, дабы знать, как реагировать, если тот откажется от моего дара. Не знаю, любовь ли это, но держать свои эмоции в узде уже не могла. Я жаждала прикосновений эльфа и боялась его отказа. Только севаст не отказывался от моего дара. Он впился в мои губы страстно, словно от этого поцелуя зависела его жизнь. Его руки прошлись по плечам, спине, спустились к бедрам, заставляя трепетать каждую клеточку моего жаждущего тела.
Осторожно высвободившись из кольца моих рук, эльф вытянулся рядом со мной. Его глаза, подернутые страстью, горели. Нависнув надо мной, полукровка прикоснулся губами к уголку губ, срывая легкий поцелуй. Одной рукой облокотившись на кровать, другой эльф провел по моему телу, точно опасаясь отказа. Я же наоборот, только подалась вперед, поощряя того на продолжение. Эх-Хтор оказался неутомимым любовником, очень чутким и вместе с тем, неистовым, жадным до ласк, превращая мое тело в средоточие сладострастия. А высвобожденный зверь купался в моих зашкаливающих эмоциях.
Принимая и отдавая ласки, я так ни разу и не вспомнила о Сурэо, находившегося буквально в нескольких метрах от нашего любовного гнездышка. Я впервые в жизни любила без оглядки на прошлое. Я просто хотела этого, и ни о чем не жалела и не мечтала о большем…
Поцеловав в уголок губ, чтобы притушить мой протяжный стон, эльф осторожно улегся рядом. Заботливо укутав меня в одеяло, он притянул меня к себе, перемещая губы на влажное плечо. Потом удивленно приподнял голову, услышав едва слышный мелодичный звон:
– Что это?
– Волосы, – я расслабленно лежала, наслаждаясь близостью успокаивающегося мужчины.
– Не понял? – В хриплом голосе слышалось замешательство.
– А ты прикоснись, – я улыбнулась, замирая в предвкушении.
Высвободив ладонь, севаст осторожно провел по моим волосам и охнул, когда под его пальцами прядь треснула и, отломившись снизу, рассыпалась без остатка. Хмыкнув в кулак, я прикрыла глаза, хотя до этого исподтишка наблюдала за выражением лица эльфа.
Не став долго оставлять любовника в неведении, я не сдерживая улыбки, стала рассказывать:
– Лет двадцать назад, при выполнении очередного задания мне пришлось столкнуться с некоторым непониманием со стороны молоденькой магички из рода Зеленых, вот она и наградила меня качественным заклятием. Волосы растут до определенной длины, а потом попросту рассыпаются в пыль. Оказалось удобно, я и не стала избавляться от столь интересного проклятия.
