Текст книги "Заказ на охрану (СИ)"
Автор книги: Алена Котт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 41 страниц)
Нас разделили, оттеснив эльфа от меня подальше, которому я вполне могла помочь, даже будучи в столь плачевном положении. По-крайней мере меня не недооценивали и на том спасибо.
Ощутив как к моему и так опустошенному резерву попытались присосаться, скрипнула зубами от боли, заволокшей голову. Использующий принуждение, маг не пытался меня щадить, за счет моих слабых сил, пытаясь обратить резерв амулета, который я использовала для усиления собственной магии вспять. Осознание тщетности его усилий пришли спустя несколько долгих мгновений и эльф полностью перестал контролировать свои эмоции.
Он снова наклонился ко мне и белый от бешенства, схватил за горло, сдавливая его. Мужская рука, прижимающая меня к земле, все больше тяжелела и тяжелела, уже всерьез сжимая мое горло. Хотелось кричать, но я не могла из себя и хрипа выдавить, с каждой секундой слабея от удушья. Уже практически в полуобмороке я ощутила чье-то присутствие, чей-то голос и рука, душащая меня, наконец, исчезла, вернув воздух в горящие легкие. Натужно захрипев, я несколько минут пыталась понять, как дышать, царапая ногтями саднящее горло. Слезы, выступившие из глаз, я даже не пыталась унимать, не до того. Хватая ртом воздух, я, наконец, продышалась, прокашлялась, с трудом приходя в себя. Первым, что увидела, когда перед глазами перестали порхать мушки и звезды, мужские ноги, одетые в высокие кожаные сапоги черного цвета, потом перевела взгляд выше. Ко мне шагнул высокий эльф, одетый в черный плащ и повелительно махнул рукой, отгоняя своих приспешников.
– Убери купол, Безликая. – Голос эльфа оказался до боли знакомым.
– Поздно, – прохрипела я чужим голосом, гортань до конца еще не восстановилась, смерив эльфа презрительным взглядом. Я уже знала, кому перешла дорогу, только вот каким образом? Князь Кровавых эльфов Хойсор, мой стародавний враг. Вот так встреча. Не ожидала лично, подозревала, но не ожидала, честно. И совершенно не понимала его появления в подобном месте. Что связывает Хойсора с принцессой Айфану?
– Не убивать, – коротко приказал князь низким хриплым голосом, кивнув в сторону севаста. Моя работа, когда-то я испортила ему голос, а он мне попортил шкуру и нервы, да и сейчас продолжает портить, – он тоже пригодится. – Повернувшись к бурно дышащему магу, стоящему на коленях у меня за спиной, поинтересовался князь. – Сколько времени понадобится на разрушение купола?
– Много, – вместо него ответила я, по-прежнему растирая саднящее горло.
– Сука! – Пощечина у мага получилась резкая, звонкая и довольно болезненная из-за перчатки, которую он не удосужился снять, а там, как я понимаю, мелкие шипы, разбившие мне губы в кровь.
Упав на землю, я сумела сгруппироваться и прижать голову к подбородку, так что удар о землю пришелся на верхнюю часть позвоночника, отбив легкие.
– Мразь, – прохрипела я, вытирая кровь, выступившую на губах, заодно сплюнув один зуб. Ничего, зубы отрастут, не будь я оборотнем.
– Эта…, – взбешенный маг подхватился на ноги, едва не саданув мне по ребрам, но сдержался и безнадежно махнул рукой в сторону купола, – амулет одноразовый, но очень мощный, а в купе с ее энергией и плетениями, мне понадобится минимум неделя…
Слушая стенания мага, я ощутила как по спине прошелся озноб ужаса, и едва сама себя не побила. Как можно забыть о тревожном сигнале, о котором мы договорились с князем Браслау. Забыв о стоящих рядом эльфах, могущих прибить меня в любой момент, я вскинула руку, рванула запонку рукава и, обнажив запястье, зубами выдернула предохранитель амулета связи. Маг, тоже сообразивший, что я делаю, рванул ко мне, кулаком в лицо, отбрасывая меня назад, но только ускорил активацию тревожного сигнала, оставив в зубах золотистый малюсенький гвоздик. Не обращая на мое сопротивление ни малейшего внимания, Кровавый, схватив запястье, разодрал белоснежный рукав, нашел амулет и буквально содрал его с меня, разорвав запястье в кровь. Он даже не стал его снимать, а рванул так, что золотые крепления между пластинками не выдержали напора, разрываясь с едва слышным звоном, означающим конец магического охранного круга, которым был наделен амулет от кражи или другого воздействия. Одна из пластинок с дикой болью впилась в плоть, но я постаралась тут же отдернуть руку, не взирая, на полоснувшую боль, спрятав ее на груди, пока маг не заметил, что амулет не весь. Однако Кровавый ничего не замечая, с ненавистью бросил амулет на землю и каблуком окончательно разломал его на мелкие части, бесповоротно уничтожив коротким огневым импульсом. Полелеять раненую руку мне никто не дал. Кто-то подскочил сзади, рывком срывая с меня камзол, разрезанный озверевшим магом спереди. В глазах вспыхнули звездочки от боли в запястье, я коротко взрыкнула, скорее вякнула, с ужасом ожидая, что частичка, застрявшая в ткани руки, выпадет. Упав на землю в который раз, отбив при этом, все что можно, я кое-как облокотилась на локоть раненой руки, подняв другую в защитном жесте. Меня тут же окутало облаком магии, частично блокированное волчьей магией, проявляющейся в чрезвычайных ситуациях. Зато магу это не пришлось по вкусу. Кровавые вообще не дружат с магией оборотней, у них нет защиты от животной магической энергии. Отшатнувшись от своеобразной отдачи, тот не стал ко мне больше приближаться, однако и этого ему хватило, чтобы рассмотреть отсутствие других амулетов.
Осознав, что нападения больше пока не предвидится, я со стоном приняла вертикальное положение, усевшись на землю, и спрятала руку на груди, скрючившись в ногах у разъяренных неудачей эльфов.
– Пора уходить, – маг говорил злым, звенящим от бешенства голосом, не глядя в мою сторону, – она активировала тревогу. Самое меньшее, часа через два, два с половиной, здесь будут эльфы князя Браслау.
– Уходить? – Князь Кровавых гневно взрыкнул, едва не топнув ногой. – Ты понимаешь, что все придется начинать заново.
– Знаю, – маг нетерпеливо дернул головой, с ненавистью взглянул на меня, потом перевел глаза на светящийся купол. – Но сейчас я бессилен, можешь спросить у нее.
– А заставить? – На меня посмотрели как грязь.
– Не выйдет, – в разговор я встряла сама, не став дожидаться расправы с особой жестокостью, – сила амулета пусть и ограничена, но снять ее эффект крайне сложно. А в купе с моим заклинанием, и вообще невозможно. Требуются специальные противокодовые системы, которых у меня нет, зато есть у князя Браслау.
Слушая мою тираду, Хойсор весь потемнел с лица, потом одним резким непредсказуемым движением наклонился вперед и ухватился пальцами за край маски, срывая ту с меня. Охнув, я только и сумела, что немного отклониться назад, упершись в чьи-то сапоги головой и спиной. Так как маг находился рядом с эльфом Кровавых, то видимо позади, находились их воины, вынужденные охранять меня от возможных глупостей, в одного из которых я и ткнулась. Закусив губу, проследила за тем, как князь передает маску своему магу.
Наклонившись снова, эльф взял мое лицо за подбородок, задрав так, что мне пришлось приподняться, отрывая зад от земли, и вгляделся своими темными, с красноватым свечением, глазами. Отчего-то я посмотрела на его клановую раскраску вокруг глаз с кровавыми потеками из внутреннего века и ритуальным плетением на левой половине щеки, ближе к виску. Смотреть в темные, кроваво-красные глаза совершенно не хотелось. Они и в первый раз, при первой нашей встрече произвели на меня неизгладимое впечатление мощи, безудержной силы и некоей одержимости. Полноватые губы эльфа дрогнули, но тут же сжались в тонкую линию. На скулах заходили желваки. А у меня все похолодело внутри. По легкой волне, прошедшей по холеному лицу эльфа, я прочитала приговор себе любимой. Князь Хойсор отличался крайней мстительностью и по всем признакам узнал, кто перед ним находится. Однако он некоторое время молча, смотрел на мое лицо, не пытаясь поймать взгляд, потом коротким движением отшвырнул меня подальше, словно какую-то падаль. Даже руки оттер о штанины, вызвав во мне приступ истерического смешка. В очередной раз, упав на землю, при этом не очень удачно приземлившись на раненное запястье, только захрипела от боли в побитом теле.
– Хорошо, – князь Кровавых коротко кивнул, потом печатая слова, приказал, не глядя ни на кого конкретно, – обоих в кандалы. Безликую ко мне. На лошадь.
Посмотрев на меня своим непередаваемым взглядом, в котором смешалось все и ненависть, и удивление, и узнавание, и досада, и разочарование, и еще непонятно что, князь перевел взгляд на сгрудившихся внутри купола эльфиек, и что-то, произнеся себе под нос, скорее всего нелицеприятное, повелительно махнул своим подчиненным.
Меня тут же поставили на ноги, хорошенько скрутили, потом на несколько минут бросили рядом с побитым севастом, что мне оказалось на руку. Выдернув из запульсировавшего болью запястья осколок амулета, я, прижавшись боком к полукровке, сумела сунуть пластинку тому за обшлаг рукава. Почти физически ощутив, как приклеилась магическая пластинка, я облегченно перевела дух.
Тем временем руки мне связали спереди, надев на запястья магические широкие кандалы, вызвав у меня приступ дикой боли в кровоточащей ране. Зашипев не хуже рассерженной кошки, я нервно взбрыкнула, но тут же получила под дых кулаком и обмякла, наконец, потеряв сознание.
Как сквозь вату до меня дошли приблизившиеся запахи лошадиного пота, на мою спину опустилась тяжелая рука, закованная в броню и все. Ни тряска, ни неудобное положение не вывели из спасительного обморока.
***
Пришла в себя я уже ближе к концу навязанного путешествия. Сколько мы находились в пути, не имею ни малейшего понятия. Очнулась я от того, что мои зубы выбивают барабанную дробь от неровной тряски. С трудом разлепив глаз, второй оказался заплывшим от многочисленных ударов в лицо, я увидела только черную кожу скакуна. Не с первого раза, но мне удалось восстановить в памяти ход событий, предшествующих появлению перед носом коня. Не сдерживаясь, я застонала в голос, осознав бедственное положение, в котором оказалась.
Князь Кровавых эльфов, Хойсор. Один из моих врагов, к которому мне попадать совершенно не хотелось, да и чревато. Поморщившись, я осознала, что маска потеряна. С некоторых пор князь Хойсор питал стойкую неприязнь к Безликим, а сняв маску с меня, явно связал кое-какие события воедино, и мне достанется по полной программе, если тот на месте не придаст мое тело огню и очищению.
Болтаться в его седле мне давно уже расхотелось, но пока не в моих силах позаботиться о спасении собственной жизни. Во-первых, я не знала, куда князь со свитой так стремился, во-вторых, где находился севаст, которого мне тоже предстояло спасти. Наличие полукровки очень осложняло мои потуги с побегом, который я совершу в любом случае. Я не знала, в каком состоянии Светлый, какое он оказал сопротивление при поимке. Для меня лучше, если бы он вообще остался с эльфийками, но зная характер севаста, подозреваю, что тот постарался бы выйти из купола, а значит, энергия амулета ушла бы в песок. Пусть уж лучше принцесса на свободе, чем храбро почивший Светлый эльф. У князя Браслау имеются специальные амулеты, снимающие действие использованного мною, так что веле с товарками ничего не грозило, только очередное вынужденное сидение взаперти. Ей это только пойдет на пользу.
Голова раскалывалась, не только от частого применения к этой части болевых приемов, но и от тряски, тяжелых запахов, неудобной позы, прилития крови к вискам. Хотелось кулем свалиться в какую-нибудь придорожную канаву и уснуть часов на двадцать. В носу свербело от лошадиного пота и другие посторонние запахи до него не долетали, а потому я не могла с твердостью сказать, куда нас везут. Даже наличие в крови оборотнического гена не давало никаких преимуществ. Пришлось снова глаза прикрыть, они заслезились от ароматов столь близкого скакуна, а опухшему, и вообще требовалась стерильная повязка. Лучше станет, когда нас снимут с коней и определят в темницу. Повышенная регенерация пока молчала, чересчур много энергии понадобилось на создание добротного купола над строптивой принцессой. А вынужденный обморок не принес облегчения истощившемуся организму. Я могла потянуть энергию из коня, меня этому обучали, но пожалела животное, тащившее на себе аж двоих нахлебников. Ничего, убивать меня сразу не станут, а значит, подпитаться сумею. Помимо слабости от потери энергии, я чувствовала, что отрезана от внешних источников, но пустоты не было из-за второй ипостаси, которую заблокировать практически невозможно в принципе. Конечно, в полную силу использовать преимущество я не могу, потребуется много энергии на физическое восстановление, но это поправимо.
Продолжая трястись в неудобной позе, вниз головой, гадала, когда мы прибудем на место. Это произошло где-то, через полчаса после моего окончательного прихода в сознание. Ощутив, как дернулся бок уставшей лошади, я постаралась расслабиться, имитируя обморок. Меня еще разочек достаточно небрежно саданули под ребра коленом, когда князю надумалось спешиться. Раздался его властный низкий, с хрипотцой голос, когда-то поражавший всех музыкальностью и лишившийся благодаря мне этой особенности, отдающий короткие небрежные приказы.
Меня стащили следом за князем, поставили на ноги, встряхнули, приводя в сознание и, потащили следом за своим господином. Ноги никто не связывал. Подняв голову, я никогда не была лишена любопытства, с интересом осмотрела место, куда попала. Огромный, хорошо утоптанный просторный двор неплохо был виден в разливающихся сумерках. Ехали мы видимо не меньше часов пяти, так как нападение состоялось ближе к полудню, по моим подсчетам. Тут же перестроив зрение на ночной диапазон, я вскинула голову и чертыхнулась про себя. Этого поместья кровавого князя я раньше не видела и пока не представляю, где оно расположено. Втянув в себя воздух, постаралась разложить ароматы по полочкам. Ага, рядом расположен дикий лес, но не чувствуется наличия ближайших поселений, кроме самого замка. Зато сам особняк, огороженный высоким мощным забором, оказался населенным в основном воинами, в воздухе витал тяжелый запах оружия, лошадей, вперемешку с едой, сеном, потом немытых тел, хорошо скрытых отхожих мест, ароматов сушащегося белья, пыли, не считая специфических запахов магического толка. Захотелось помимо воли чихнуть, но я постаралась сдержаться, не хотелось пока привлекать излишнего внимания к своей персоне. Оглянувшись через плечо, заметила севаста, идущего своими ногами и даже не морщащегося. Тот сумел перехватить мой взгляд, мгновенно подобравшись, однако лишних движений делать не стал.
Следом за спешащими по своим, ведомым им, делам, князем и его магом, нас практически друг за другом вволокли внутрь замка, одним рывком заставив преодолеть несколько ступеней широкого крыльца. В нос ударил запах готовящегося ужина, заставив меня невольно закрутить головой, а желудок заурчать. Просторный холл с длинным общим столом у правой стены, занимали воины, не занятые в охране замка. В огромном камине на вертеле зажаривалось мясо целого кабанчика. Весело потрескивал огонь, тишину разбавлял гомон отдыхающих эльфов, совершенно не обращающих на нас с севастом никакого внимания. Князь Хойсор на мгновение остановился у самого входа в зал, глядя поверх моей головы, потом его взор спустился ниже. Его подвижное лицо скривилось при моем виде, но махнув рукой, он обратился к магу:
– У нас есть время для допроса?
– Нет, – маг, едва не рыча от злости, прошел мимо меня и скрылся в боковом крыле.
– Нотт, – князь кровавых нервно дернул шеей, устало вздохнул, – этих в камеру на ночь. Глаз не спускать. Отвечаешь головой, особенно за нее.
– Да, повелитель, – служака дернул меня назад, но, не дав упасть, развернул от уходившего князя в другую сторону.
В правой стороне от общего зала обозначился темный коридор, уходящий вниз. Нас обоих повели туда. Тут же стало темно, чадящие редкие факелы не давали ни освещения, ни тепла, только тени шарахались от идущих мимо эльфов. Появился запах прелости, затхлости, плесени, сырости. Узкий коридор несколько раз свернул вправо, пока не стал расширяться и наконец, уперся в ряд небольших камер. Подумав немного, стражник отпер ближайшую дверь и втолкнул меня внутрь. Подтащив к стене, он поднял кандалы с земляного пола и защелкнул их поверх моих ограничителей, на шею он тоже надел ошейник, принужденный ограничивать мои оборотнические способности. Тут же двинув шеей, я не стала выражать эмоций, так как ошейник не соответствовал моей ипостаси, а значит, бесполезен для моего сдерживания. В камере было темно, сыро, неприятно. Я заметила, что цепи от кандалов уходят мне за спину и прячутся в стене, значит, подвижные и можно передвигаться по всей камере. Веревки, которыми дополнительно были скручены руки, эльф снял и кивнул второму:
– Заводи. – Потом повернулся ко мне. – Не рыпайся, и останешься цела.
Поморщившись, я не стала даже отвечать на этот выпад. Вместо этого огляделась, заметив в углу камеры дощатые нары, на уровень колена, поднятые над землей. Видимо рядом водились крысы, раз о пленниках позаботились подобным образом. От созерцания вида моей теперешней обители меня отвлек другой стражник, втолкнувший севаста внутрь. В отличие от меня, эльф ориентировался в темноте так себе, а потому едва не запнулся о какую-то железку, попавшую ему под ноги. Удивленно следя за манипуляциями стражей, я подумала о том, насколько же вольно трактуются приказы здешнего князя или стражникам банально лень открывать другую камеру. О том, что все камеры заняты, я не стала и думать, такого просто не могло быть в принципе.
Не став особо ерепениться, я осторожно сползла по стенке и, привалившись к ней, уселась прямо на пол. Сил двигаться не осталось. В это время севаста тоже заковали в кандалы, висящие в левом от входа углу камеры. Оказывается, эти камеры приспособлены именно для двоих, если не больше узников. Отлично, ничего не скажешь. Лень стражников была мне только на руку. Так как искать эльфа по всем камерам та еще потеха, если мне приспичит драпать отсюда, а что придется, я даже не сомневалась. Уже спускаясь вниз, я, наконец, сообразила, что мне показалось странным в окружающем пространстве. Запахи, они были не настоящими, наслоения чересчур поверхностные, не устоявшиеся, а значит, замок принадлежал кому-то еще. Уже здесь в подземелье мой нос, наконец, заработал в полную силу, и я распознала, где мы находимся.
В заброшенном поместье на краю темного леса, пока еще на территории земель Сумеречных. Вот почему маг, да и сам князь находились в напряжении, они явно ждали возможности возвращения назад, в свои земли. Из прошлых посещений князя я знала, тот совершенно не любит покидать свою вотчину без особой причины, что может означать только одно, то, что ищет князь, взять без его участия невозможно. Понятно, что это не сама принцесса, тут справился и один маг, получается, у принцессы есть то, что нужно самому князю.
Понимая, что мне как всегда не открыли всей правды, я плотоядно уставилась на севаста, которого, как раз, закончили заковывать. В отличие от меня, его шею не стали украшать ошейником, не обнаружив на нем магических оков. Снова вернувшись ко мне, стражник подергал кандалы, проверил, как выдвигаются цепи из стены и только после этого, вслед за вторым вымелся из нашей камеры, даже не удосужившись оставить факел. А с другой стороны на дворе практически ночь, зачем нам освещение, когда полагается спать.
Оставшись в одиночестве, в погрузившейся в темноту, камере, мы некоторое время молчали. Потом я, ухватившись за цепь, потянула ее из стены, с радостью отметив ее легкое скольжение, мои инстинкты не подвели. Пленников не держали на коротких цепях, видимо допросы здесь не велись. С удовлетворением вытянув цепи так, чтобы можно было спокойно двигать руками, я осторожно отодвинула кольцо кандалов на левой руке, пытаясь ослабить давление на раскуроченное запястье, начавшее чесаться и нестерпимо болеть. Почесав зудящую рану, я откинула голову на стену, немного ее охладить. Если не сотрясение, то синяк на скуле у меня, наверное, во всю щеку. Глаз к счастью, стал, наконец, открываться, хотя болел нещадно, как и все тело, больше побитое тряской на лошади в неудобном положении, чем вовремя моего нелепого сражения. Лишенная магической подпитки, мне приходилось довольствоваться малым, то есть способностями второй ипостаси, а они вступят в силу не ранее выхода на небосвод луны, пока я только хорошо видела в темноте. Подняв руку, пальцами провела по щеке, проверила степень опухлости глаза, обследовала губу, потом спустилась вниз, прошлась ладонью по шее, нащупав несколько болезненных отметин от пальцев мага, проверила ключицы, грудную клетку, куда пришлась ладонь князя, потерла ноющий бок, куда кто-то засандалил сапогом. Тело ныло, но, в общем, увечья оказались терпимыми, а когда взойдет луна и вступит в силу звериная регенерация, мне можно будет забыть о внешних ранах. Больше меня волновало запястье, закрытое именно магическими кандалами. Кожа там уже вспухла, раздалась в размерах, все больше напирая на металл, а вот регенерация пока не поможет. Что с ним делать, пока я не знала. Сколько времени уйдет на попытки освободиться, потом еще необходимо снять магические оковы и только тогда я смогу заживить запястье, а к этому времени в рану может попасть что угодно. Даже самых элементарных возможностей обеззаразить рану, под руками не было.
Не став зацикливаться на своих ранениях, я еще раз подергала цепями, убедившись, что вытащила их до конца и, упираясь здоровой рукой в стену позади себя, встала на ноги. Пора позаботиться и о своем подопечном. В темноте я видела не в пример лучше севаста, а потому могла спокойно оценить его внешний вид. Потрепали эльфа знатно, только скорее порвали его одежды, чем основательно поранили. По крайней мере, тот не выглядел особо больным, так несколько бледноватым. На виске я заметила запекшуюся кровь, разбитую губу украшала царапина, разорванная на груди рубашка в каплях крови. Но не более того. Помня о том, что севаст хороший воин, я нахмурилась. Если он хотел попасть в руки Кровавого вместе со мной, то зря. Я могу за себя постоять и в одиночку.
С силой почесав ладонями лицо, мне не хватало отобранной маски, с которой я успела срастить, стать единым целым, повернулась к нарам, оценивая их ширину. Поскупились строители на двойные. Всего-то на одну доску шире, или они считали, что второму узнику спать не полагается? Загремев кандалами, я прошла к нарам и со сдержанным стоном повалилась на дощатый настил, едва прикрытый соломой. Хорошо еще ночевать не на полу. Поежившись от холода, мне так и не вернули камзол, я закинула цепи от кандалов за голову, положив ее на руки, с таким расчетом, чтобы больная конечность находилась немного выше. Устроившись, тихо произнесла:
– Тебе особое приглашение нужно, севаст?
– В смысле? – Эльф вскинулся, до этого внимательно наблюдавший за моими передвижениями, в попытках понять, что я делаю.
– На полу спать собрался? – Я повернула голову, в сторону встающего с пола светлого. – Не думаю, что это хорошая идея. Подземелья Сумеречных имеют дурную славу.
– Замок Сумеречных?
– Да, – я фыркнула.
Не став больше уточнять, севаст медленно, стараясь не запнуться на моих цепях, растянувшихся поперек камеры, практически на ощупь добрался до настила. Тяжело опершись на доски, тихонько поинтересовался:
– Куда прикажешь ложиться?
– К стене, – я снова поежилась от холода, – не люблю находиться в зависимом положении.
– Как скажешь, – эльф поставил одну ногу с краю, заставив меня немного подвинуться, другую перебросил через меня и, стараясь придерживать свои цепи, со стоном улегся рядом. Некоторое время он гремел цепями, не зная, как их лучше пристроить, потом проворчал, – приподнимись, я положу одну руку вниз, под тебя.
Я молча исполнила просьбу, сначала подняв голову, потом и тело. Холодная цепь проползла у меня под спиной. Севаст осторожно вытянул мои цепи из-под своих, чтобы меньше мне мешали, потом аккуратно улегся рядом. Вторую руку он положил мне на талию, оставив край цепи сжимать в ладонях.
– Что ищет князь? – Без обиняков спросила я, едва севаст оказался рядом, затихнув у меня под боком.
– Принцессу. – Буркнул эльф вполголоса, поерзав на имитации подушки, используемой для удобства пленников. И что характерно, не спросил, который из князей. Отлично знал, о ком я спрашиваю.
– Попытка не засчитана, – я оставалась отстраненно спокойной, собираясь выяснить все нюансы, связанные с нашим столь необоснованным пленением.
– Зачем тебе? – Севаст даже не стал скрывать недовольства моей настойчивостью.
– Зачем? – Я недоуменно вскинула брови, поворачивая голову к Светлому. – Мне интересно, кого же это я охраняю. А завтра еще придется и перед князем отвечать. Не хочу выглядеть слепой вороной.
– Вы, как я понял, знакомы. – Севаст хмыкнул, утыкаясь в мои отросшие волосы.
– Не твоими молитвами, севаст, – глубоко выдохнув, я снова передернулась от холода, проникающего сквозь легкую и местами окончательно испорченную рубашку, – так какова роль принцессы. Если мне не изменяет память, князь Хойсор и его род не нуждается в чародейке, она у них имеется, при том, что родная тетка самой принцессы. А ждать рождения собственной дочери с наличием генов чародеек, князю не пристало, у него иные интересы в жизни. Пусть их родовая чародейка и достаточно стара и является супругой его дядюшки, но в их роду уже есть гены, в той же княжне Уэстинеи. Я жду рассказа, севаст. Правильного рассказа.
– Хорошо, – эльф вдруг сдался. Осторожно положив мне на талию ладонь, мужчина немного приподнялся, заодно заметив дрожь моего тела. – Ты замерзла?
– Немного.
Улегшись поудобнее, эльф притянул меня к себе и, накрыв полой камзола, уткнулся в мои волосы лицом. Заставив меня положить голову ему на предплечье, Светлый еще раз вздохнул, но отмалчиваться не стал:
– Как кстати ты вспомнила про тетку принцессы, велу Итенир. Как раз все с нее и началось.
– Правда? – Я немного отклонилась назад, желая видеть лицо эльфа, но меня тут же вернули назад, под бочек.
– Правда, правда, – эльф фыркнул. – Принцессе Айфану несколько больше лет, чем кажется на первый взгляд. До Сурэо юную принцессу пытались дважды выдать замуж, однако ничего не вышло.
– Подкачал строптивый характер? – Мои губы расплылись в непроизвольной улыбке, когда мозг представил картину с замужеством Айфану.
– Чего не отнимешь, того не отнимешь, – эльф ради разнообразия, не стал защищать честь своей названной родственницы. – Потерпев двойное фиаско, принцессу отправили от греха подальше, к тетке. Со вторым сватовством вообще вышел скандал и конфуз, а потому пока не забылся весь фарс, вела, отправилась в гости, а еще набраться смирения в обществе тетки.
– Которая, им как раз и не страдала. – Не устояла я перед соблазном поязвить на счет принцессы.
– Чем? – Не понял севаст мою реплику.
– Смирением, – я коротко хмыкнула, – чем же еще.
– Наверное. – Эх-Хтор пожал свободным плечом. – Вела Итенир же, решила оставить племянницу при себе и стала подбирать ей жениха из представителей знати Кровавых, в обход принятому закону. Им же довелось гостить у князя Хойсора на правах родственников. Если ты помнишь, князь Хойсор весьма озабочен нахождением абсолютной власти, лично для себя.
– Амулет равновесия? – Я раскрыла рот и со стуком захлопнула его. – Я слышала о его пропаже, но… Принцесса украла амулет? Никогда не поверю. Айфану может быть какой угодно, только не настолько безрассудной.
– Нет, она реликвию князя не крала, вернее, не совсем так. – Севаст немного перевернулся на спину, одновременно придвигая меня ближе к себе. – Я толком не знаю, что там произошло между князем и его названной тетушкой, только они крупно поссорились. Видимо Хойсору не понравилось иметь в супругах строптивую Высшую. Тетка вылетела из кабинета князя злая точно фурия, а вечером пришла в покои принцессы и попросила спрятать от князя амулет. Принцесса так до конца и не поняла, каким образом этот артефакт ее опознал, но едва она дотронулась до амулета, как тот словно влился ей под кожу и, забравшись чуть выше правой груди, свернулся маленьким кружочком. Что они с теткой тогда не делали и все тщетно. Испугавшись расправы, обе срочным порядком уехали из вотчины князя назад, где вела Итенир, связалась с нашим правителем. Она просто и ясно поведала о том, что принцесса Айфану только носитель гена чародейства, однако она сможет выносить девочку. А амулет посчитала принадлежащим перворожденным, значит, тот нашел своего хранителя.
– И правитель Ахоор Танко ухватился за поданную идею, тем более о носителях гена особо не распространяются, не так ли? – Эльф приподнялся, и мы смотрели прямо друг другу в глаза. – Этот козырь намного круче исчезнувшего рода, не так ли? Когда они сговорились с Итенир?
– Незадолго до твоей кончины.
– Значит, – я прикусила верхнюю губу, стараясь сохранять тающее спокойствие, – когда я узнала о мнимой смерти принца, Ахоор Танко уже разыграл козырные карты.
– Скорее всего, – светлые глаза эльфа смотрели внимательно, настороженно.
– Только не думай, что я побегу мстить или рассказывать правду наследнику, – под пристальным взглядом севаста я непроизвольно поморщилась от досады, – прошлое кануло в лету, а настоящее меня полностью устраивает. Я не собираюсь разбивать их семью, разрушать годами создаваемую легенду о себе. Я видела памятник себе. Фатхаранна там и осталась.
– Фатха…
– Не надо, – я дернула подбородком, обрывая севаста, – все неважно.
– А если принц покается?
– Он знает, кто я? – Мои глаза засветились желтым светом. Сердце сделало неожиданный перебой, только вот с надеждой на совершенно другое. Никогда я еще так не желала, чтобы наследник и впредь оставался в неведении относительно моего существования.
– Пока нет. – Ответ севаста оказался лаконичным, односложным.
– Значит, и не узнает, – ответила я, тоже делая себе мысленную зарубку на будущее, вести себя в обществе наследника еще более осмотрительно.
– Как скажешь, – не стали со мной спорить. И на том спасибо.
Закрыв глаза, едва заметно перевела дыхание. Говорить о наследнике было довольно тяжело и неприятно. К тому же воспоминания о нем вызывали в моем организме неприятные эмоции… Ощутив внезапный прилив силы, я замерла, перестав дышать.
Луна. Мой зверь сонно заворочался, ощутив ее притяжение, пока слабое, но все же. Постаравшись отрешиться от наваждения, которое приносила луна оборотням, продолжила после секундной паузы.
