Текст книги "Долгая дорога в небо (СИ)"

Автор книги: Алексей Краснов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 36 страниц)

– А отчего ты в Америку не вернулся? Если не секрет, конечно…

– А что я там забыл? Выслушивать все, что говорят про ветеранов, вроде меня, всякие хиппи и прочие грязноротые ублюдки? И не иметь возможности им ничего ответить, потому что они клиенты и приносят доход папашиной бензоколонке? Сынок, я не дурак даже сейчас. И уж точно не был им в молодости.

– Ну ты же мог заняться чем-то другим… Америка – страна большая и возможностей в ней много… – закинул пробную удочку я. Дедуган несколько разгорячился и вряд ли сможет в таком состоянии гладко врать. Так что у меня есть хороший шанс узнать получше своего помощника.

– Мог. – подтвердил Джок. – Но чтобы заниматься чем-то нормальным – надо было учиться. А тогда все студенты были яростными пацифистами. «Нет – пулям, да – цветам» и всякая такая хрень. Слизняки вонючие. Ни черта кроме мамкиной сиськи не видели, а возомнили, что имеют право кого-то судить. Вот ты воевал?

– Было дело. – не стал скрывать я эту страницу своей биографии.

Черт, я сильно лопухнулся, похоже. Не воевала ни с кем Украина. Косяк, однако. Если старикан обратит внимание – придется как-то выкручиваться.

– Да? – удивился Джок. – А где и кем?

– В Чечне. Стрелком на вертолете.

– Я на «Хьюи» летал в свое время. А разве эта Чечня – не где-то в России?

– В России. – подтвердил я. – Мы с русскими – как вы и канадцы. Где-то ссоримся, где-то смеемся друг над другом, но стараемся жить как хорошие соседи.

– Это правильно. – с мудрым видом выдал банальную сентенцию Стюарт. – Ну вот видишь. Ты сам летал, воевал, и не рвешься кого-то судить. А эти выкидыши койота… Пошли они к Кинг-Конгу в задницу – я тогда так решил. Я хорошо поработал для дяди Сэма и хочу отдыхать, а не тратить свое время на всяких верблюжьих плевков. Вот в Таиланде и остался.

Тут мне пришлось прервать нашу светскую беседу, поскольку мой «Дефендер» уже практически вышел из зоны действия радиомаяка Порт-Дели. Начинался самый сложный отрезок пути, требующий максимального внимания и сосредоточенности. А то еще уклонимся сильно вбок и будем потом лихорадочно искать Лусон, каждую минуту думая о том, не пора ли возвращаться назад в Дели. Как-то не горю я желанием этим заниматься. Так что смотрим, думаем и вносим коррективы.

Для начала радиокомпас проверю – на нем частота работы лусонского маяка выставлена была еще перед вылетом, но лишний раз убедиться не мешает. Потом – измеритель скорости и сноса. А тащит-то нас неплохо. Заметный такой ветерок с ост-норд-оста, как сказали бы моряки. Или, если по-простому, слева-спереди, под углом градусов в тридцать. Если раньше я просто ориентировался по радиокомпасу и периодически «подруливал», то теперь придется поработать. Можно раз в десять-пятнадцать минут высчитывать снос за этот промежуток времени и корректировать курс – ничего сложного в этом для меня нет. Решать треугольники, в том числе и в уме, я научился еще будучи авианаводчиком. Там от этого зависели и эффективность работы, и сама жизнь. Целеуказание ведь дается от характерного ориентира, в качестве которого часто выступает сигнальный дым. Если залечь рядом с ним – направление и расстояние до целей измеряются элементарно. Но вся проблема в том, что супостат отлично понимает, что где-то рядом с дымом шкерится авианаводчик, с удовольствием организующий им «подарок с неба». Поскольку такие подарки получать никто не хочет – в район дыма весьма активно стреляют. И работать в таких условиях, мягко говоря, некомфортно. Так что приходится занимать позицию поодаль и заниматься геометрией, а точнее – расчетом элементов треугольника, вершинами которого являются ты, сигнальный дым и цель. Запредельного ничего нет – средняя школа, седьмой класс, но все нужно делать быстро. Особенно если наводишь не вертолеты, а реактивную авиацию. А я наводил и ее тоже, причем довольно хорошо. Сейчас, конечно, мозги жиром подзаплыли, но все равно справлюсь.

Но можно и несколько облегчить себе жизнь. Принять скорость и направление ветра постоянными, прикинуть по карте, докуда тебя снесет и рассчитать курс на пункт назначения из этой точки. Точность метода будет значительно ниже, но мимо зоны покрытия радиомаяка проскочить не должен. Вот и прикину по второму варианту. Я же собираюсь летать далеко и надо учиться выполнять все необходимое с минимальными затратами энергии. Иначе есть вариант вылюбить себе весь мозг и грохнуться из-за этого. Оно мне надо? Ну да, вопрос риторический.

Ну тогда погнали считать. Взять скорость ветра, разложить ее по векторам. Взять путевую скорость, рассчитать, через какой промежуток времени мой АРК[автоматический радиокомпас] поймает сигнал лусонского маяка. Посчитать, на какое расстояние меня утащит в бок за это время. Отложить на карте точку, в которой я нахожусь. Найти точку, в которой окажусь при сохранении курса. И еще много чего. Спасибо тем людям, которые не пожалели своего времени на то, чтобы научить меня пользоваться навигационной линейкой! Здесь, правда, стоит куда более современный аэронавигационный вычислитель от Джеппсена, но принцип пользования аналогичный. Итак, что мы имеем на выходе? А имеем мы необходимость довернуть на двенадцать градусов влево. Ну довернем. А минут через двадцать с хвостиком узнаем, насколько верны и точны мои расчёты.

Как показало время – расчеты были достаточно точны. Ошибся не так уж и сильно, оказавшись километрах в тридцати от желаемой точки. Это ерунда, в общем-то. Вот если бы в ста тридцати – это был бы веский повод сперва перекреститься, а потом задуматься на тему «что я делаю не так». А сейчас – мелочи, все-то надо слегка скорректировать курс и снизиться тысяч до трех футов, с которых облачность не будет мешать осматривать землю.

– Я так понимаю, мы уже недалеко от цели – поинтересовался Джок после начала снижения.

– Совершенно верно. Смотри вниз – должен быть большой остров, формой похожий на восьмерку.

– Понял. На горизонте не он?

– Нет. Это крайние острова архипелага, более мелкие. По идее, мы должны выйти вот сюда – я ткнул пальцем в точку на расстеленной между сидениями карте.

– То есть нужным нам остров – четвертый по счету?

– Ну да.

Тем временем первый видимый остров продолжал приближаться и увеличиваться в размерах. Уже можно было рассмотреть изрезанную каменистую береговую линию и возвышающиеся над ней скалы. Да, все правильно. Это Вэймак, самый восточный остров архипелага, отстоящий от основной группы на добрых шестьдесят километров. В наполеоновские планы Маркоса, руководителя филиппинского анклава, входила постройка на нем маяка, но вряд ли она состоится в обозримом будущем. Нет у новоявленного государства на нее денег пока что. И хорошо, что нет. Если б были – кто б мне предложил столь шоколадные условия работы?

Оставляю с левого борта Вэймак и уже через четверть часа наблюдаю характерную, чуть скособоченную восьмерку Лусона. Полоса просматривается хорошо, можно строить заход. Садиться, правда, я пока что не собираюсь – надо сверху глянуть на получившийся ранвей, но примериться никто не мешает. Вроде как все нормально. За время моего отсутствия лишних деревьев не выросло и никакой дурак телегу посреди полосы не бросил. Можно садиться. Ветер, правда, противный, почти строго в бок, но он не сильный, так что сесть я должен. Сперва только еще один пробный заход сделаю, а то поведение «колдуна»[«колдун» – столб с ярким, чаще всего оранжевым или оранжево-белым конусом, установленный на посадочной площадке. Позволяет определить направление и скорость ветра]это одно, а собственные ощущение – другое.

Прошелся над полосой и снова ушел на круг. Нормально, сяду. Только в момент перед касанием надо будет «ногу» дать, чтобы несколько компенсировать снос и не нагружать лишний раз шасси. Полоса все ближе и ближе, уже хочется взять штурвал на себя, но пока что рано. По миллиметру прибираю РУДы и с каким-то облегчением слышу писк радиовысотомера. Все, можно выравнивать. Почему-то кажется затянувшимся выдерживание и я чуть прибираю штурвал. Самолет послушно приподнимает нос и довольно жестко плюхается на две основные стойки. Блин, все-таки недотерпел и накосячил. Несильно, но все равно неприятно. Включать реверс смысла нет – рулежки-«перемычки» между ВПП и МРД пока не готовы и придется бежать до конца полосы. К этому времени скорость уменьшится до приемлемых величин естественным путем. Сворачиваю на магистральную, проезжаю по ней еще метров двадцать и выжимаю тормоза. Все, сел. Поскольку кроме нас тут никого в ближайшее время не будет – самолётик пока так и оставлю, хоть и неправильно это. Говорить ничего не хочется, поэтому просто поворачиваюсь к Джоку и приближаю друг к другу сжатые в кулаки руки с направленными внутрь большими пальцами. Он кивает и выпрыгивает наружу, после чего лезет в салон и извлекает оттуда связанные попарно колодки. Осталось дождаться остановки винтов, бросить колодки под колеса и можно двигать в поселок, узнавать, как там обстоят дела с грузом для меня. Ну и технику свою забрать – и трактор, и пикап стоят на заднем дворе у алькальда. Во избежание различных случайностей, так сказать.

Пожалуй, сейчас самое время кричать «ура» и палить в воздух от радости. Я молодец. Да что там «молодец»? Скажу больше – я офигенен! Я проложил новую воздушную трассу! Причем в первом своем дальнем полете! Только вот скакать и кувыркаться через голову не тянет совершенно. Ощущения такие, будто я эти три часа не в кабине сидел, а мешки с цементом грузил. И руки соответствующие – в какой-то пыли. И откуда только взялась? Протирал же кабину перед вылетом. Но это ладно. Куда больше огорчает необходимость тащиться пехом в поселок, до которого километров тридцать. Техника-то моя вся там стоит. Конечно, о своем прибытии я сообщил, но ждать комитет по торжественной встрече, которая неизвестно будет ли, – идея не самая лучшая, на мой взгляд. Так что надо идти самому. Джок вряд ли оценит идею пешей прогулки такой протяженности. Да и не нужен он мне в поселке пока что.

Сразу после посадки я, разумеется, никуда не пошел. Послеполетную за меня делать кто будет? Александр Сергеевич Пушкин? Вряд ли. Да и даже если бы великий поэт здесь присутствовал – хрен бы я ему доверил такое дело. Работы, правда, немного – полет прошел штатно, до замены каких-либо агрегатов еще уйма времени. Но осмотр провести все равно надо. Потратив на него минут десять, мы с Джоком приступили к обеду. Клятвенно пообещав старику при первой возможности познакомить его с местным населением, я перекурил, переоделся в походное и направился к поселку. Дорога была по здешним меркам вполне приемлемой – еще при выборе места я душевно помахал мачете и прорубленная тропа еще не успела зарасти. Правда, все равно приходилось бдительно зыркать по сторонам и держать автомат наготове. Да, на голову и за шиворот мне ничего не свалится. Но змеи могут и по земле ползать, а не только по лианам и веткам и надо смотреть, чтобы случайно не оттоптать хвост чему-нибудь ядовитому. Да и зверье хищное здесь имеется. Крокодилам с варанами вдали от побережья делать нефиг – водолюбивые они. Но кроме них еще есть древесный кот – эдакий аналог рыси. Судя по рассказам, преодолеть, прыгнув с дерева, десяток метров эта скотина может запросто. Ну и приматов не забываем – прошлая наша встреча завершилась бегством. Причем отнюдь не наглых бабуинов, а «царя природы» в моем лице. Засветит такая тварь гнилым орехом по кумполу – и все, пишите письма мелким подчерком. Так что в качестве кредо на ближайшие несколько часов принимаем девиз единственного харизматичного персонажа Роулинг – «Постоянная бдительность!».

К счастью, все тридцать километров пешкодралить мне не пришлось. Правда, позитивные эмоции от этого факта были щедро разбавлены негативом от собственной торопливости. Вот что стоило мне посидеть еще пару часиков под самолетом? Нет же, поперся напрямик. Тоже мне, Дэвид Генри Ливингстон Стэнли нашелся[Дэвид Ливингстон и Генри Мортон Стэнли – известные путешественники по Африке]! И злиться можно только на себя – большая часть моего маршрута для машин непроходима и подобрать меня по пути встречающие не могли. Так что встретился я с Маркосом и уже знакомым мне его помощником Хосе только после того, как проделал две трети пути и выбрался из леса в обжитые места.

Разместиться вчетвером – встречающие забрали Джока с аэродрома – в двухместном пикапе было задачей не из легких. В итоге я, как хозяин машины, сел за руль, место рядом со мной занял алькальд, а Джок с Хосе отправились в кузов. Там ездить не слишком удобно, конечно, но тут езды-то минут двадцать всего. Переживут, я думаю.

Естественно, пережили. За время дороги крайне активный алькальд успел выложить мне все местные новости. Оказывается, груз для меня уже готов – охотники привалили и разделали варана с крокодилом, змееловы нацедили яда, рыбаки отсортировали из улова несколько видов рыб, применяющихся в местной фармецевтике. Более того, все уже упаковано и подписано, чтобы при сдаче груза и получении денег я мог разобраться, кому за что сколько полагается. Всевозможный «гербарий» тем более готов – он ведь храниться может куда дольше. В общем-то, можно было бы вылететь хоть сейчас, но уважаемый сеньор Маркос просит подождать утра, чтобы добавить еще ту рыбу, которая будет поймана за ночь. Меня такой вариант полностью устроил. Люблю, когда за меня находят причины не делать сейчас то, что я в данный момент делать не собираюсь.

Однако, не все коту масленица. Это я понял вскоре после прибытия в поселок, где меня нахлобучило ощущением приближающегося праздника. Со мной в главной роли. Вот засада же! Терпеть не могу быть в центре внимания. Но деваться некуда – нельзя же обижать людей. Мне еще с ними бок о бок жить. Так что приходится изображать радость и энтузиазм. Впрочем, через силу я изображал их недолго. Буквально через пару-тройку стаканов пальмового вина моя скованность куда-то делать и я вполне нормально себя на этом сборище чувствовал – благодушно выслушивал ворчание Джока, подтрунивал над Гарри Грином, расписывал Маркосу великие перспективы филиппинской авиации, выслушивал байки рыбаков и предлагал им соорудить электроудочку из сварочного аппарата… Не уверен, правда, что рыбаки меня поняли, но если так – им же хуже. Будут и дальше мучиться, закидывая невод, аки пушкинский старик из сказки.

18й день 7го месяца 24го года.

Лусон, Филиппины.

Нда уж, вчерашняя вечеринка удалась на славу. Давненько я не просыпался непонятно где и с практически незнакомой девушкой. Эдак с полгода так точно. Крайний раз со мной такое было, когда мы с ребятами отмечали окончание очередного курса. Тогда сессию удалось закрыть раньше и мы, забурившись в институтскую общагу, устроили себе маленький праздник. Потом праздник разросся, подтянулся еще народ… Но там все несколько проще было и худшее, что мне угрожало – это подколки во время следующей сессии. Тут же я серьезно испугался. Потому как хрен знает здешнее патриархальное общество – варианты возможны всякие. Могут в часовню к венцу потащить, а могут – на задний двор, кастрировать. Однако обошлось. Преувеличил я спросонья патриархальность здешних нравов. Да и откуда ей взяться-то? Учитывая, что старосветские Филиппины – вполне себе распространенный секс-курорт. Не Таиланд, конечно, но тем не менее. Так что на подобные вещи местный народ смотрит достаточно просто. Главное, чтобы все по взаимному согласию было. Однако, судя по поведению барышни, все было нормально. В противном случае вряд ли бы меня завтраком кормили.

Откушав что бог послал, я направился искать Джока. И сразу же нашел его сидящим у крыльца «гостевого дома», в котором, как оказалось, я и ночевал. Причем, судя по увивавшейся вокруг него деве, спал Джок не в одиночестве. Во дает мужик! Чтоб я в его возрасте такое здоровье имел. А на здоровье мой сотрудник явно не жаловался и вид имел крайне довольный, напоминая обожравшегося сметаны кота.

– Доброе утро, старина. Ну и как тебе местная действительность?

– Ну и куда ты меня привез? Это ж глухомань глухоманью! И ты надеешься здесь что-то заработать?

Да, ворчание вместо «здрасьте» – это вполне в стиле Джока. Но надо немножко пригасить негатив, а то сядет мне на шею и будет сидеть. За мои же деньги, на секундочку.

– Можно подумать, я тебя не предупреждал. – фыркнул я в ответ. – Да и тебе ли привыкать? Можно подумать, когда ты в Таиланд перебрался – там лучше было.

– Там перспективы были. Буквально на глазах все росло.

– Перспективы и здесь есть. И они во многом от нас зависят. Если хорошо сработаем – тут тоже все в рост поптрет.

– Ну-ну. Блаженны верующие. – не купился Джок. – Ты хотел чего-то, или так, поболтать пришел со стариком?

– Да хотел сказать, чтобы в мэрию подходил через полчасика. Знаешь, где это?

– Мария покажет. – Джок кивнул на свою пассию.

– Вот и хорошо. Я с местной властью о делах поговорю, а потом вместе с тобой план действий составим.

Алькальд Маркос был как всегда бодр и энергичен. И уже традиционно обрадовался мне как нашедшемуся давно потерянному родственнику:

– Алексис, здравствуйте! Как Ваши дела?

– Вашими молитвами, сеньор Маркос.

– Спасибо на добром слове. Вы сможете сегодня вылететь?

– Смогу. – подтвердил я. – Только куда?

– В Виго. Там есть сразу два крупных госпиталя, оба заинтересованы в поставках и подтвердили готовность принять груз. Просят только уточнить дату поставки.

– Дата поставки… Хороший вопрос. Надо посчитать.

Вопрос действительно хороший. От Лусона до Порт-Дели – два с половиной часа лета примерно. Ну кладем три, чтобы с запасом. С Дели до Виго напрямик через Залив – тысяча шестьсот километров с хвостиком. По дальности я вполне укладываюсь. Еще и запас остается километров в двести. Причем это без подвесных баков. Хотя стоит лететь с ними, пожалуй. Черт его знает, какие там ветра в центре Залива – по нужному мне маршруту никто не летает. По крайней мере – я таких не знаю. Обычно на юга ходят через Форт-Рейган и Кейптаун. Обусловлено это дальностью большинства самолетов. И вот все бы хорошо, да одно нехорошо. Восемь или даже девять часов за штурвалом – это перебор для меня пока что. И как быть? Ну, на пару часиков можно в Дели тормознуться. Только лед заказать заранее. И наземный кондиционер подключить – у них он есть, я видел. Ничего не могу сказать за данную модель, но те, с которыми я имел дело, позволяли охладить самолет градусов так до десяти. По идее, груз протухнуть не должен. И что по времени у меня выходит? Ну допустим, часика через три я вылечу. Прибытие в Дели получается около двенадцати. Два часа на отдых, тридцать минут на обслуживание и в половину пятнадцатого я оттуда улечу. И часов в двадцать с чем-то буду в Виго. Нормально? Вроде бы да. Но все равно надо идти через весь Залив на одном дыхании. Может, сделать промежуточную посадку в Квинстоне? На час меньше лететь тогда. Было б неплохо. Но тогда я рискую не уложиться в световой день. А садится ночью – ну его нафиг, убьюсь.

Взять с собой Джока в качестве штурмана? Это мне бы несколько облегчило жизнь. Но, во-первых, такого уговора у нас с ним не было. А во-вторых, на Лусоне есть масса работы, которую тоже нужно сделать. Так что вариант отпадает. Придется тянуть на морально-волевых и надеяться на госпожу Удачу. Неправильно это, конечно, но других вариантов пока я не вижу. Так что ждем Джока, обозначаем ему фронт работ и начинаем готовиться к вылету.

Долго ждать американца нам не пришлось – он явился еще до истечения оговоренных тридцати минут.

– Старина, смотри и слушай внимательно. – начал инструктаж я. – Обстановка такая: я улетаю на два или три дня. Сегодня или завтра должен прийти корабль с моим барахлом в том числе. Выгрузят его местные – с сеньором алькальдом я потом рассчитаюсь. Твоя задача – с помощью трактора все наше имущество перетаскать на аэродром. С погрузкой-выгрузкой тебе помогут. Помогут ведь, сеньор алькальд? – повернулся я к Маркосу.

– Несомненно. – кивнула «местная власть».

– Благодарю, что бы я без Вас делал. – ответил я. – Так вот… Как закончишь с перевозкой наших вещей – начинай ставить громоотвод над топливным складом. Если успеешь закончить до моего возвращения – хорошо. Нет – доделаем вместе. Справишься?

– Справлюсь, конечно. Только вот расскажи мне, из чего я, по-твоему, громоотвод делать должен?

– Материал придет вместе с остальным грузом. Там и трубы будут, и трос, и сварочный аппарат. Ты с ним работать умеешь или придется специалиста нанимать?

– Шутишь? Где бы я мог научиться? – возмутился мой подручный.

– Да черт тебя знает же. – честно ответил я. – Но спросить-то надо было? Вдруг умеешь? Ну тогда с тебя яма под его установку. Глубиной фута три, по длине и ширине постарайся поменьше, чтобы нам лишнего цемента не тратить. Сделаешь?

– Это сделаю – кивнул ветеран Вьетнама.

– Я знал, что на тебя можно положиться. Вы сможете подготовить груз примерно через час? – это уже мэру.

– Конечно. – отозвался тот.

– Джок, тогда через час садись на трактор, грузи в прицеп всю эту ерунду и тащи на аэродром. Хорошо?

-Окей.

– Тогда, сеньор алькальд, я Вас покидаю. Работа сама себя не сделает. – произнес я, вставая.

– Разумеется. – не спеша, с каким-то достоинством кивнул Маркос.

Выйдя из мэрии, я не спеша продефилировал вдоль морского берега и зачатков промзоны в виде уже трех водорослесжигательных печей и навесов, под которыми лежали штабеля мешков, по всей видимости, с золой. А путь мой лежал в часовню, к отцу Серхио. Надо там отметиться, попросив благословения на полет и заработав «галочку» в глазах местных. Те-то в значительной части в часовню довольно активно захаживают. Так что и мне надо соответствовать.

Выразив свою солидарность с местным населением в вопросах в религии и получив в орденском представительстве в ответ на свой запрос метеосводку Порт-Дели, я с чистой совестью забрался в пикап и двинулся в сторону аэродрома. Машина с подключенным передним приводом бодро перла вдоль берега по уже накатанной трактором колее. Я в свое время пытался здесь продраться на «Тате», потом плюнул на это дело и пошел за трактором, которым безжалостно переломал разросшийся кустарник, проложив «направление» на аэродром. Можно, конечно, и по песчаной полосе ехать, но там есть неплохие шансы потревожить какую-нибудь немаленькую зверушку, которая кинется выражать мне свой негатив. А это последнее, что мне нужно. Даже если отобьюсь, что не факт – машину эта тварь мне поуродовать легко сможет. А машина мне нужна, я без нее – как без рук.

Ну вот он и аэродром. Припарковав машину метрах в тридцати от самолета , я выбрался из нее и приступил к подготовке к вылету. Заправляться мне не надо – керосина в баках еще полно, а вот глянуть отстой нужно. Ну и предполетный осмотр – как без него. Но это потом – сейчас мне надо шевелить мозговой мышцой на предмет загрузки. Общую массу груза я примерно знаю – в крайнем случае просто лишний лед выкину. А вот распределение его… Сейчас-то все нормально выходит – просто равномерно по салону раскидаю. А вот потом надо будет как-то его крепить. А крепить мне нечем. Не предназначен мой самолетик для грузоперевозок, даже те крепежные узлы, что держали ранее стоявшее на нем оборудование, были при конверсии демонтированы. Так что ничего мне не останется, кроме как уродовать салон, приделывая к внутренней обшивке крепежи для швартовочных сеток. И сами сетки с крепежами заказывать. А это опять расходы, и не малые. Хоть устройство этих крепежей и примитивное, но там железки заковыристой формы и надо их прилично. Навскидку – штук восемь на каждой сетке. А сеток штуки три мне понадобится точно, а может – и все четыре.

Хотя чего сейчас эти заморачиваться? «Об этом я подумаю завтра». Точнее – послезавтра, когда в Дели окажусь на обратном пути. А пока что надо принимать груз, в окружающей тишине тракторный мотор хорошо слышно. Чем я минут через пятнадцать, когда подъехал Джок, и занялся. И это был тот еще геморрой! Сверить все по списку на нескольких листах, прикинуть «на глазок» вес, равномерно его распределить… Так что если по прибытию на аэродром я из-за грядущего вылета испытывал напряжение, то теперь ждал его, как манны небесной. Но все рано или поздно заканчивается, закончились и предполетные хлопоты. И я, с огромным облегчением оторвал свой заметно потяжелевший «Дефендер» от грунтовой полосы и лег на курс 292. Впереди были два с половиной часа пусть и нелегкой, но нравящейся мне работы.

Вот за что я себя люблю – так это за непредсказуемость. Одному богу известно, где и как я в следующий раз затуплю. Сейчас вот не подумал о том, что кабина у меня никак не отделена от салона и температура в них одинаковая. А в салоне у меня, мягко говоря, прохладно. Пара сотен килограммов льда сильно сказываются на температуре окружающего их воздуха. В общем, к моменту посадки в Дели я порядком замерз. А мне еще через Залив лететь часов пять. Я за это время вообще в ледышку превращусь нафиг! Так что в Дели меня вместо отдыха ожидал марафон по магазинам в поисках теплой кожаной куртки. Не самый ходовой товар по здешним местам, честно говоря. К окончанию поисков я уже проклял все и очень хотел пристрелить продавца, заломившего за обычную советскую летную кожанку целых двести экю. Но сделал над собой усилие и удержался, купив после продолжительного торга эту куртку за сто восемьдесят монет. Можно было бы сбить цену и ниже, наверное, но меня сильно поджимало время. Еще прикупил термос на пару пинт и перед вылетом наполнил его крепким горячим чаем.

Куртки хватило чуть больше чем на пол полета. К исходу третьего часа я начал понимать, что чай меня не спасет и надо увеличивать скорость своего перемещения, что я и сделал. Крайние километров семьсот я вместо экономичных ста восьмидесяти узлов выжимал двести тридцать. По ходу полета неоднократно вспомнилась дурацкая реклама, в которой три идиота творили всякую фигню, а в конце говорили «Не, не айс». Сюда бы этих ущербов – был бы им такой айс, что ни в сказке сказать, ни пером описать. А проявившуюся проблему надо как-то решать. Сходу родилась идея найти на «разборке» в Порто-Франко остатки какой-нибудь не приспособленной к суровым здешним реалиям машины и выдрать оттуда «жопогрейку». Ну и себе в кресло приспособить. Только сперва надо придумать, где напряжение в двенадцать вольт взять. А то у меня только двадцать восемь и сто пятнадцать. А двенадцати вольт нету. Теоретически, можно воткнуть выпрямитель и получить из ста пятнадцати переменных вольт двенадцать постоянных, но как-то стремновато мне своими сбитыми об железо руками лезть в тонкие электрические потроха самолета. Так что есть над чем пораскинуть мозгами. Ну и вариант «теплее одеваться» никто не отменял, конечно. Но это слишком очевидно, а потому – неинтересно.

Но все, в том числе и плохое, рано или поздно заканчивается. Заканчивается и этот полет. До пункта назначения осталось сотни полторы километров – пока и объявится в эфире. А то нехорошо без предупреждения заявляться:

– Виго-Контроль, Браво-Новембер-Дельта курсом 326, эшелон 43. Прошу давление аэродрома[Эшелон – цифра, которую показывает барометрический высотомер, выставленный на стандартное давление 760 мм ртутного столба. Измеряется в сотнях футов. К фактической высоте полета имеет отношение весьма отдаленное].

Последнее, конечно, не особо-то и нужно. Ну нет тут такой плотности воздушного движения, чтобы возникла необходимость разводить самолеты по высоте. Но повыпендриваться и реализовать давние мечты мне никто не мешает. Да и показать себя жутким формалистом тоже может быть полезно – не станут всякую фигню предлагать.

Диспетчер отозвался тут же:

– Новембер-Дельта, 755 давление, ветер юго-западный, 2-3 метра в секунду.

– Виго-Контроль, Вас понял. Прошу сообщить в госпиталь Рамбама о прибытии груза для них.

– Хорошо, Новембер-Дельта.

Ничего нового или неожиданного я от диспа не услышал, так что продолжаем и дальше идти на радиомаяк. После прохождения береговой черты начну снижение, чтобы подойти к аэродрому как раз на высоте круга. Ветерок у нас слабый, так что особой разницы, в какую сторону садится, нет. Можно было бы даже сесть с прямой, без кружения над аэродромом, но это не при моем уровне мастерства. Поэтому не торопясь, аккуратненько. А пока высотомер на давление аэродрома выставлю. Раз уж начал изображать из себя правильного – надо соответствовать. А то увидит кто, кто у меня давление стоит отличающееся от местного, и все. Вместо репутации аккуратиста я получу имидж пустозвона.

А вот и берег виден уже. Штурвал легонечко от себя, и поехали вниз. Рановато конечно, но резких маневров вообще желательно избегать. А мне так вдвойне. Ибо в Старом Свете по итогам такого обучения, как было у меня, мне бы даже PPL[Private Pilot License – лицензия частного пилота] хрен дали, не говоря о чем-то большем. Так что будем скромнее, обойдемся без выпендрежа и воздушного хулиганства.

Береговую черту пересекаю на высоте в две с половиной тысячи футов. Это метров семьсот пятьдесят в человеческих единицах. Не знаю, какая у них тут высота круга принята, но стандартно – четыреста метров. То есть тысяча двести футов примерно. Так что продолжаем снижение и вертим башкой в поисках аэродрома. Вот он где, моя прелесть. Теперь начинается самое интересное. Запрашиваю разрешение на посадку и начинаю строить заход. Оно и так-то для меня пока не шибко просто, а еще в порядком одеревеневшими конечностями – так вообще песня. С насквозь нецензурным текстом. Хорошо хоть, мостился издалека и успел нормально построить глиссаду. Ну как нормально. Болтало меня на ней только в путь. Хорошо хоть, с радиотехническими средствами тут пока дело обстоит никак и не видит здешний диспетчер как меня колбасит. А то уже заколебал бы своими «Выше глиссады», «Ниже глиссады». Черт, а ведь промахиваюсь! Не дотягиваю до полосы. Грязно выругавшись на хорошем литературном языке, добавил газку. Нормально? Да ничего подобного. Скорость снижения именьшилась и точка касания у меня теперь будет где-то посреди полосы. Убавляю обороты и теперь вертикальная скорость растет, причем растет, сволочь, значительно быстрее, чем надо. Нет, ну его нахрен такие движения. Мне опытный человек говорил не искать горя – вот я так и сделаю. РУДы вперед до ограничителя, штурвальчик плавно на себя – ухожу на второй круг. Закрылки полностью убирать не буду, а вот угол выпуска сразу уменьшу – высоты еще достаточно, чтобы не бояться просадки. Да и проще так – все действия получаются точно как при взлете.