Текст книги "Мастер путей. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Александр Черный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 40 (всего у книги 41 страниц)

По диагонали Саныч размашисто написал от руки:

« Резолюція. Повелѣваю изготовить Императорскій указъ на гербовой бумагѣ въ трехъ экземплярахъ, по одному для каждой стороны, и для Императорскаго Архива. Текстъ документа принять всеобъемлюще и безъ измѣненій».

Отложив писчие принадлежности, заключили договор крепким мужским рукопожатием.

– Добро пожаловать на службу, наёмник, – улыбнулся Император. – Надеюсь на плодотворное сотрудничество.

– А я на него не надеюсь, – пожал плечами в ответ. – Я его обеспечу в самом лучшем виде.

– Каков план действий? – осведомился собеседник. – Готов к боевой работе?

– Всегда готов. Вы платите – я работаю. Учёбу могу пока и отложить.

– Чему учишься?

– Ваш мир изучаю, – я повернулся к карте. – В общих чертах они совпадают. Даже речь и письменность почти всегда понятна. Но есть различия в деталях. Небо, земля, очертания материков. Тупо наличие магии, в конце концов. И на основе изученного изобретаю методы и тактики действия.

– Тогда тебе и вопрос, – вслед за мной собеседник повернулся к столу. – Абсолютно точно ты описал расклад на мировой арене. Но также ты показал, что имеешь некие пути решения ситуации. Не расскажешь, какие?

– Их всего два.

На самом деле, намного больше, но в этой ситуации не вижу каких-то более приемлемых, чем эти.

– Я могу пользоваться Путями. Значит, необходимо обеспечить условия, при которых проброс Путей станет возможным. У нас две цели. Первая – столицы стран, откуда планируется нападение. Туда меня можно отправлять, допустим, в составе визитов дипломатических корпусов или самостоятельно, чтобы я разведал местность и заполучил возможность открывать там портал. После этого мы сумеем перебросить туда некие силы вторжения, которые обезглавят командование противников. Лишённые организованного и централизованного управления войска станут более инертными и, как следствие, уязвимыми. То, что не разбежится из-за потери связи с командованием, добьём мы на полях сражения.

Если бы это работало, как в рекламе. Никто на этот шаг в здравом уме не пойдёт. Отдавать самый вкусный в истории этого мира пирог врагу из рук в руки, выпуская пастись в их стан? А если меня вскроют? Или я сам переметнусь к ним на сторону? Или тупо какой несчастный случай с падением и сломанной шеей? Этот план если и будет принят, то в самой критической ситуации от безвыходности.

– Второй – вы своими силами выстраиваете рубежи обороны на западе, в то самое время как я пытаюсь установить сообщение с Дальним Востоком. Там открываю портал и перебрасываю людей, которые занимаются возведением фортификаций и освоением территорий. Осталось только придумать, как туда добраться. На корабле по югу слишком долго. На санях по северу не сильно быстрее. По земле вообще не вариант: и долго, и опасно. Остаётся воздух…

– Это тоже не панацея, – отозвался собеседник. – Ты прав, воздух также опасен, как и земля. Твари, что парят в нём, тоже представляют угрозу. За несколько лет мы потеряли достаточно авиации за Уралом, чтобы перестать её туда слать.

Прикинул хер к носу, чтобы натянуть сову на глобус. Середина девятнадцатого века. Российская империя. В наличии колдовство и магия. Уровень технологического развития неизвестен досконально, но уже представление складывается: самоходки поспособствовали. Технологически отсталая страна не осилит серийное производство автомобилей. Механически – всё просто, оси, шарниры, втулки, пазы, рамы, петли, кузова… Но технически всё это необходимо рассчитать, обсчитать, изготовить, испытать, заложить запас прочности на старение, усталость и живучесть… Значит, если есть самоходки, могут и до прочих небесных велосипедов додуматься.

– Воздухоплавательный парк ограничен только самолётами? – спросил я. – То есть, аппаратами, имеющими крылья для создания подъёмной силы? Или ещё на чём-то летаете?

– Воздушные суда, – подтвердил собеседник. – Имеем собственные мануфактуры по производству обшивок и газодобычу. Широко применяем аэростаты самых разнообразных типажей. Но для задач экспедиции сгодится лишь скоростной. Обычный воздушный шар не сможет преодолеть сопротивление ветров.

Значит, всё же, местное подобие дирижабля с мощными маршевыми и рулевыми двигателями.

Так или иначе, тактику проводки экспедиции необходимо будет разрабатывать, когда я внимательно изучу дневник Бериславского. Что-то мне подсказывает, что лёгкой прогулкой это в любом случае не будет, какой бы способ мы ни избрали.

– Есть сроки, к которым мы должны достичь восточных берегов? – спросил я. – И, вообще, насколько достоверны данные по ним?

– Отвечу в обратном порядке, – отозвался визави, и ткнул пальцем в восточные очертания материка. – Берега разведывались несколькими независящими друг от друга экспедициями в разное время. Как ты и сказал, эти походы стоили экипажам немалых трудов и потерь. Но мы достоверно знаем ландшафт прибрежных зон, черты береговых линий и глубины проходов к ним. Касаемо сроков… чем раньше – тем лучше. Нам не просто водрузить штандарт надо. Ещё предстоит возвести крепости, фронтиры, аванпосты. Точного времени разведка нам не даёт. Но есть сведения, что сводный флот собирает суда со всей Европы, чтобы совершить организованный переход.

М-да. Тут действительно работа для сведущего логиста. Даже, если удастся установить стабильное соединение Центральной части Империи с Дальним Востоком, это переброска людей, скота, оружия, боеприпасов, инструментов, строительных материалов, пищи, питьевой воды, хозяйственно-бытовых изделий… Одним обозом дело не ограничится. Это ж грузовой перевал на тысячи тонн! А если ещё и с той стороны меха с мясом и рыбу с древесиной тягать… Ох, и охренею же я не по чину! Так и пупок надорвать недолго.

– Я понял, – вздохнул, подытожив. – Работёнки будет не просто много. Из неё буквально будет не выкарабкаться. Значит, пока что пойду копать информацию. Надо предметно понять, во что ввязываюсь, чтоб не охреневать от ужаса в процессе работы.

Великий Император Всероссийский хмыкнул в голос.

– Любопытный ты человек, наёмник. Ох, и любопытный… Хорошо. Ближайшее время посвяти подготовке и науке. Скоро пришлю тебе распоряжение на твои услуги. Вместе с экземпляром договора найма.

* * *

После переговоров с Великим Императором Всероссийским, оставив полковника Протопопова в застенках Тайной Канцелярии, я переместился в Оболенск, развалился на своей кровати в расположении и принялся думать думы.

Что на меня собирались взвалить атлантову ношу – было понятно с самых первых дней. Но только сейчас я стал понимать, насколько она реально неподъёмна.

Осилить телепорт и с его помощью бросаться порталами направо и налево – дело буквально щелчка двух пальцев. Но параллельно с этим ещё и боевые задачи решать…

А в том, что решать их придётся, я даже не сомневаюсь. Мне открытым текстом сообщили, что на пороге война. В условиях грядущего конфликта встречи с диверсионно-разведывательными группами вероятного противника – лишь вопрос времени и их наглости (насколько глубоко в наш тыл их занесёт).

А кроме ДРГ противника ещё аномальные звери, непонятно как оказавшиеся прямиком в местной учебке. Счастье, что по вине твари никто не помер непосредственно. Но откуда она взялась? Кто-то призвал? Или айны сами научились перемещаться по щучьему велению и своему хотению?

Мне однозначно нужна защита. Бронежилет скрытного ношения и «плитник» – это, конечно, шикарно. Но, что-то мне подсказывает, что в условиях этого мира оно будет ни о чём. Если даже наёмничий нож на дуэли чуть не достал меня через пакет передней секции «скрытника», значит, те же айны преподнесут мне сюрприз на порядок неприятней. Надо подымать местную ворожбу и учиться ставить щиты.

Слишком много всего необходимо изучать. История. География. Обществознание. Местная физика. Космос. Биология. Вооружение. Тактика. Стратегия. Расстановка сил в регионе. При всём при этом, готовиться к участию в особо глубоком разведывательном рейде и войне с четырьмя державами.

А ещё особняком стоит магия Путей, про которую забывать мне ну никак нельзя: ради этого костяка меня сюда и притащили.

Но воевать с пулемётом против магии выглядит несподручно. При мне не всегда сможет присутствовать та же Алина или Ветрана, чтобы закрыть щитом. Я должен уметь постоять за себя сам даже в отсутствие под рукой носимого боекомплекта. «Кончились патроны – иди в рукопашную» – не тот случай.

Ну, пойду я с сапёрной лопаткой в рубилово. А толку? В лучше случае это будут айны, которые снесут меня чисто бесконтрольной Силой. А если хитрый человек? Который и Силу применять умеет, и в тактику горазд?

Нет. Однозначно. Надо учиться защищаться. Сила дана? Дана. Колдовать умею? Ну, с Путями справляюсь. Значит, и генерацию щита обязан осилить.

Кстати, о Ветране. Наследница рода Морозовых неплохо показала себя во время покушения на территории этой учебки. Как те гаврики проникли сюда – разговор отдельный, этим пускай люди Поликарповича занимаются. Мне интересно то, что по девчонке и её подругам отработали чем-то, что с близкого расстояние было похоже на взрыв заряда тяжёлой огнемётной системы с термобарической начинкой. Прилетело что-то очень мощное и очень знатное.

Значит, у светлейшей княжны, что активно и неприкрыто набивается мне в невесты, всё очень даже хорошо с поставкой щитов. Такой вывод можно сделать, опираясь на то, что вся встреченная нами в тот день троица осталась стоять живыми на своих двоих.

А из этого следует вывод, что если кто мне и поможет посреди учебного процесса познать эти ваши «Твердыни», то светлейшая княжна Ветрана Морозова. Ну, а что? Преподаватели заняты подготовкой к экзаменам. К первым встречным-поперечным с таким запросом точно не подойдёшь. А наследница рода не будь дурой, да и сама предлагала мне индивидуальные занятия. Так, отчего бы этим не воспользоваться?

Я посмотрел на часы. Время обеда. Чем распорядок дня не шутит? Занятия всё равно отменены из-за ночного нападения айна. А идти буквально до соседнего помещения. Нанести, что ли, девушкам ответный визит вежливости?

Решение принимается быстро, и ещё быстрее исполняется.

За спрос не бьют в нос.

Светлейшая княжна Ветрана Властиславовна Морозова обнаружилась у себя в помещении, иже с нею пребывали и Анастасия с Екатериной. Полностью проигнорировав рекомендации Протопопова, девушки так и остались в ночных сорочках, не став утруждать себя переоблачением в повседневную форму одежды.

Наследница Морозовых, едва только завидев меня на пороге, воссияла паче солнца.

– Дорогой мой Александр Александрович! – расплылась в неподдельной улыбке девушка. – Чем обязана столь неожиданному визиту?

Я прошёл в расположение и только после того, как прикрыл за собой дверь, оповестил соседку о цели своего прибытия. Не хватало ещё, что кто– грел уши и достоверно знал, зачем я к кому хожу.

И вообще! «Кто ходит в гости по утрам – тот поступает мудро!», и плевать, что уже обеденный час!

– Доброго дня, девчонки, – поздоровался я с обитательницами расположения.

Телохранительницы Ветраны с неглубоким, но чрезвычайно искренним поклоном поприветствовали меня в ответ.

– Мне нужна помощь, – сообщил Морозовой. – Как думаешь, твоё светлейшейство, сможешь научить меня ставить щит? Он, вроде бы, «Твердыня» называется.

– Отчего бы не смочь? – усмехнулась светлейшая княжна, небрежно отбрасывая волосы за спину. – Чай, и не такому обучали… До полной отмены комендантского часа дело терпит, али же отлагательства неприемлемы?

– Лучше сейчас, – честно признался я. – Дел невпроворот, за что браться не понимаю, а задача не выглядит сверхсложной.

Казалось, какого-то такого ответа и ждала Морозова.

Улыбка начала сходить с мордашки девушки, уступая место сосредоточенности и рабочему настрою.

– Дело сравнительно простое, – предупредила она. – Но лишь на первых порах изучения азов. Сейчас я помогу лишь с теорией. В помещении мало место, чтоб без вреда для интерьера отработать практику.

– Это было бы слишком просто, – усмехнулся я. – Если у меня будет хотя бы начальное понимание того, что и как необходимо делать, уже хлеб. Чую, практики предстоит ещё порядочно.

Ветрана, даром, что наследная светлейшая княжна, отвалила от двери приглашающий реверанс в стиле прислужницы.

– В таком разе, прошу вас, господин Мастеров! Не извольте переживать. Обучим всему в самом лучшем виде!

Глава 69

Ты убьешь этого Мастерова

Московская губерния

Покуда Морозовы готовили празднество, «Мастер» познавал неизведанное, а Бериславские были заняты повседневными хлопотами, синдикат во всю готовил акцию к своему последнему заказу.

Провидцев среди наёмников немного: это не тот дар, с которым ищущие лучшей доли поступают в ряды солдат удачи. Потому мало кто подозревал, что в силу ряда причин последний заказ может стать последним в буквальном смысле слова.

Как проводить интервенции в стан противника, бойцы синдиката знали не понаслышке. Эта операция далеко не первая на их счету. Что такое внедрение, изоляция объекта, предварительная разведка местности и цели, установление активности присутствующих на территории, маршрутов патрулирования, расположения постов и состав групп усиления… Весь спектр подпунктов подготовки нападения отскакивает от зубов каждого, начиная от штурмовиков и заканчивая командиром.

К превеликому сожалению, в недавнем штурме логовища ячейки последняя была разбита на голову. Её остатки лишились централизованного управления, командования и снабжения. Питание расходными материалами осуществляется по аварийному сценарию с тайников, заранее разложенных по укромным местам как раз на подобный случай. Но разве ж это повод сворачивать операцию? Синдикат всегда заканчивает свою работу полностью. Это одно из основных положений.

Исключения допускаются лишь в случаях досрочного расторжения договора. А они могут наступить и по независящим от наёмников причинам. Или самостоятельный отзыв заказа по личному запросу заявителя, или кончина заявителя и невозможность полной оплаты работы. Эти варианты считаются достаточно уважительными, чтоб не вешать на совесть наёмников не только отказ от выполнения работы, но и её провал.

Одним из предварительных этапов подготовки был приказ попытаться завербовать неведомого воина, причинившего синдикату самые крупные потери в его истории.

Безусловно, если брать последний штурм логовища, для которого задействовали чуть ли не все наличные силы Тайной Канцелярии в губернии – народу полегло в несколько раз больше. Но никто, даже в головных филиалах, не припомнил случая, чтоб несколько десятков не самых слабых бойцов полегли от рук одного-единственного супостата.

Командованием ячейки синдиката решено было сыграть на мужской слабости воина. Последние – все, без исключения, желают тепла женского тела, если боевые ранения не приходятся на паховую область. А по донесениям разведки вокруг этого самого воина женщин увивается небольшой, но очень сочный выводок. Это удобно. Значит, ратник не растратил все свои мужские силы на женщин, и на очередную из них вполне может клюнуть. Но также количество этих самых женщин в кругу общения говорит о том, что мужчина кое-что из себя представляет. Потому синдикату не жалко разменять на него одна из своих самых ценных монет.

«Одна из самых ценных монет» – молодая и невероятно перспективная наёмница славянской внешности, но с подозрительно неславянским именем Ханна. В среде синдиката, редко родовые имена применяющим, девушку знали как «Лиса».

Огненно-рыжая, шикарно сложенная, изумительно ревностно следящая за собой, она не участвовала в боевых операциях. Не ходила в атаки, не обороняла точки. Её задача была в другом. Пользуясь своей выдающейся внешностью, позволяющей манипулировать не только мужчинами, но даже и некоторыми девушками, она без применения оружия могла обезоружить любого оппонента, будь то случайный дружинник на посту или же знатный вельможа на званом ужине.

Именно «Лису» и отправляли полакомиться многообещающим наёмным дружинником. Расчёт был прост. Наёмники, хоть и без тормозов, но без причин женщин и детей не трогают. Тем более, когда женщина предлагает себя сама. Даже, если они не сторгуются или ратника не заинтересует её тело, убивать её он вряд ли станет. Но синдикат своего добьётся в любом случае: через Ханну устно передаст предложение о сотрудничестве. А «Лиса», в свою очередь, сможет собрать о воине сведения вблизи, буквально своими руками. Или любыми другими частями своего безупречного тела, на какие только хватит её фантазии или фантазии наёмника.

«Лису» застали на общей конспиративной явочной квартире: одной из немногих, до которых ещё не добралась Тайная Канцелярия. В ней девушка прихорашивалась перед ответственным мероприятием, со знанием дела перебирая свои наряды. Она с филигранной точностью подбирала одежду на грани морально дозволенного, но способную выгодно подчеркнуть её соблазнительность и выбить почву из-под ног жертвы.

Без стука в незакрытую комнату вошёл связист, среднего возраста рослый лысый мужчина со шрамом через всё лицо. Боевые раны сделали его внешность слишком заметной для агентурной работы, а здоровье уже не позволяло лихо махать шашкой или бегло просчитывать заклятья. Но для внутренней работы его навыков хватало с лихвой, чтоб организовать бесперебойную работу связи с действующими агентами.

Завидев наёмницу, прямо без исподнего один за другим примеряющую наряды, связист хмыкнул, окидывая силуэт девушки профессиональным оценивающим взглядом.

Как ему в своё время удалось сохранить оба глаза в боях – не понимал даже он.

– Будто не за наёмником охотишься, а за самим Императором, – подколол он.

«Лиса» улыбнулась, кокетливо поворачиваясь к вошедшему соратнику.

– Какие мои годы? – подмигнула она. – На князьях да боярах уже руку набила. Сейчас на наёмнике разомнусь – и можно за Императора приниматься.

Позволив себе обменяться дежурными прибаутками, связист сбросил ухмылку с порезанного лица.

– Оповещают, что цель видят в самых разных местах. Он вхож и к Морозовым, и к Бериславским, и в Академию, и в Канцелярию. А только что пришло сообщение, будто видели его в стенах Императорского двора.

Ханна плотоядно облизнулась.

– А он тот ещё живчик. В стольких местах сразу успевает.

– Слишком мало времени, – нахмурился мужчина. – Невозможно поспевать повсюду. Его видят чуть ли не в одно и то же время.

– Значит, у него и брат-близнец есть?

Наконец, наёмница определилась с очередным облачением, которое решила примерить перед предстоящей задачей, и споро накинула на себя одеяние.

– У него же самоходка в распоряжении, – напомнила она. – И при том скорая.

– Всё равно, – проронил визитёр. – Что-то не так. Какова бы самоходка ни была, едва ли возможно перемещаться с такой скоростью. Он якшается с Великим Архимагом Путей Бериславом. Возможно, древний колдун помогает ему с этим.

– Да хоть сам Сатана, – фыркнула девушка. – Мне всё едино.

– Его может стать тяжело нагнать, – пояснил свою мысль собеседник. – Сейчас ты едешь в Оболенск, а за это время он окажется в столице.

Девушка совсем по лисьи фыркнула, будто стремясь объяснить своё выдуманное имя.

– Не переживай. Я догадываюсь, где найду его в любом случае.

Московская губерния

Имение Бесчестных

Тем же днём, рано по утру, когда ещё не отступила дымка предрассветного тумана и даже не вся скотина проснулась в хлевах, оружничий Императорского двора боярин Бесчестных посетил своё очень даже нескромное имение, буквально отгроханное за счёт движения серых денежных масс.

Проворачивая не совсем богоугодные дела, Пелагий Любомирович, тем не менее, не сильно пятнался об грязь. Во всяком случае, своими руками.

Открыто воровскими или мошенническими схемами не промышлял, но ходил по очень тонкой грани законности и общественного одобрения. За годы службы при Дворе заимел достаточный доступ к ресурсам, чтоб на них воздвигнуть если не небольшую частную деревню, то, как минимум, очень внушительный жилой комплекс.

А посетил его он с той целью, что на имя Бесчестных пришла телеграмма, гласящая кратко, что в дом привезён застреленный наследник.

Ну, подумаешь, застреленный и застреленный? Что, Пелагий в юности сам не стрелялся? Дуэль для дворянина или его наследника – дело привычное. Другой вопрос, что можно застрелить, преднамеренно убив противника, а можно целиться буквально в его сторону. Случайные ранения случались гораздо чаще предумышленных умерщвлений.

Ведь, никто не написал в телеграмме, что наследник рода Бесчестных застрелен насмерть?

И посему с поганейшим чувством непоправимого, посетившего его дом, оружничий в сопровождении своего хозяйственного распорядителя Мстислава входил в ворота высоченной ограды своего имения, больше проходившего на небольшую деревню. Поганейшее чувство зрело, крепло и приумножалось по мере приближения к выставленному на невысоком столе гробу без крышки, что покоился посреди огромного двора.

В гробу, уже омытый и облачённый, готовый отправиться в свой последний путь для погребения, лежал тот, кто даже думать не посмел о смерти в принципе, не говоря уже о скорой кончине.

В белоснежной форме слушателя Императорской Академии, скрестив руки на груди, безмятежно обретался бледный, ещё не начавший сереть лицом и кистями рук, наследник рода Бесчестных Дмитрий.

Пелагий Любомирович дошёл до гроба. Всмотрелся в лицо сына, на которого возлагал безграничные надежды. И несколько минут молча стоял, силясь собраться с мыслями и не в состоянии вымолвить ни слова.

План, вынашиваемый долгие годы, не просто дал трещину, но и пошёл прахом.

Много лет Бесчестных не мытьём, так катанием, пытался приумножить своё влияние оружничего Императорского двора, используя все доступные ему законные и не очень методы.

Картельные сговоры. Разорение конкурентов. Монополизация отдельных направлений деятельности или саботажи производств на мануфактурах. Подкупы. Женитьбы детей.

Своего отпрыска он породил лишь одного, и он нынче упокоился с миром. Была ещё падчерица, доставшаяся ему в нагрузку с последней женой, но кровных наследников Пелагий более не оставил.

И если сын активно участвовал в продвижении планов своего отца, то падчерица буквально была на последнем месте после всех аспектов и вопросов. Это же не родная кровь, не прямая наследница.

Ничего удивительного, что Пелагий даже не обратил на неё внимания: молодая девушка в закрытом чёрном платье стояла рядом с гробом, и не увидеть её было невозможно. Вместе с тем, отчим даже не посмотрел на неё до тех пор, пока она ему не понадобилась.

Рада – молодая двадцатилетняя девушка – скрывала своё лицо за непроницаемой траурной вуалью. Кто-то бы и рад рассмотреть получше её лик, да только не видно было даже губ: тёмная едва прозрачная ткань опускалась ниже подбородка, буквально затмевая его. Благодаря этому Рада могла, не таясь, пренебрегать положенным в этом случае трауром. Никаких траурных настроений её душа и сердце не пытали. Если была б такая возможность, она б немедленно пустилась в пляс и расцеловала бы того, кто прибрал к рукам не слишком-то и завидную жизнь названного брата.

А радоваться ей было, отчего. Со смертью одного из Бесчестных на горизонте замаячило высвобождение от регулярных оскорблений, побоев, насилия и лишений, что претерпевала Рада, до последнего замужества своей матери носившая фамилию Ерохина. Грешно в этом признаваться даже самой себе, но девушка искренне молила Всевышнего прибрать к себе и второго, ибо житья в этой семье ей нет с тех пор, как с её матерью тайно обвенчался Пелагий. Тем событиям намедни исполнилась уже полная дюжина зим.

– Как это могло произойти.

Без малейшей интонации в голосе, которая могла бы пояснить, что сказанное являлось вопросом, монотонно утвердил Бесчестных.

Не обращаясь ни к кому конкретно, не называя ничьих имён.

Однако сказанное как вопрос воспринял на свой счёт хозяйственный распорядитель Мстислав.

– Вместе с телом прислали разъяснительное письмо из Императорской Академии, – сообщил он. – В его строках уведомляется, будто бы слушатель первого курса стрелялся с усопшим на дуэли, отчего погибший и скончался. Наш источник в рядах педагогического состава пояснил, что дуэль состоялась с неким Мастеровым Александром, по документам числящимся как простолюдин.

Саму невозможность проведения подобной дуэли Пелагий оставил без комментариев. Дуэльный кодекс – лишь свод правил, а не неукоснительных законов. Он носит лишь рекомендательный характер. А тем, кто и на более строгие законы плюёт с высокой колокольни, он и вовсе не писан. Сын боярина, наследный дворянин, против простолюдина? Последний обязан гордиться до конца своих дней, что до него вообще снизошли в дуэли, а не пришили без разговоров, как безродную собаку.

Но, кажется, этот самый конец его дней не за горами. Убийство члена семьи боярина – один из самых тяжких проступков в судебном делопроизводстве Империи. Но оружничий Императорского двора не из тех, кто оставляет свои обиды на откуп правосудию. Он сам себе судия и вершит свою справедливость сам.

– Чтобы к утру у меня были все сведения на этого Мастерова, – безэмоциональным голосом произнёс Пелагий Любомирович. – Абсолютно вся.

Убийство на дуэли не является преступлением, если она проведена по правилам. В присутствии судьи, секундантов, оскорблённый с ответчиком сходятся за правое дело. Но простолюдин с дворянином даже заикнуться об этом не могли, каковым бы правым делом это самое дело ни было. Схватки между представителями различных сословий прямо запрещены всеми возможными руководящими и предписывающими документами. А раз даже закон позволяет семье убитого предъявить спрос с убийцы наследника, то убийца до суда не доживёт: об этом уже постарается сам глава поредевшей семьи.

– Рада.

Сухой, безэмоциональный голос позвал девушку. Но при этом отчим даже не посмотрел на падчерицу, не отводя взгляда от покойного сына.

– Ты убьёшь этого Мастерова.

– Зачем мне это делать? – тихо спросила та, профессионально пряча за выдержкой ехидство и злорадство.

Пелагий резко, необъяснимо быстро для своих габаритов шагнул к падчерице. В воздухе шальной оглоблей промелькнула его рука, а в следующую секунду Рада пошатнулась от сокрушительной пощёчины. На несколько секунд её взор потерялся в опустившейся темноте и завертевшейся перед глазами карусели.

Отчим с яростью сорвал с головы девушки чёрную шляпку с вуалью, схватил падчерицу за длинные волосы, болезненно дёрнув за них с силой, и одним рывком подтянул её вплотную в гробу, заставив склониться над ним.

– Потому что перед тобой лежит твой брат, недоношенная ты сука! – прохрипел Бесчестных. – Твой мёртвый брат, с которым ты жила под одной крышей! И если твой поганый язык позволит себе вякнуть хоть что-нибудь в подобном тоне, он будет похоронен вместе с ним!

Рада даже не сопротивлялась. Это бесполезно, когда ты – девушка, пусть и не очень хрупкая. Против неё был мужик крупнее её раза в три и сильнее раз в пять, да ещё и одарённый Силой. Любая попытка сопротивления была бы пресечена на корню, и оставалось только молить Господа Бога, чтоб без членовредительства.

– Пусть хоть один раз за твою никчёмную жизнь от тебя будет польза, – процедил Пелагий. – Мне всё равно, что ты с ним сделаешь. Заколи. Кинь бомбу. Столкни с лестницы. Отрави еду. Ляг под него. Плевать, если даже понесёшь от него! Но если Мастеров не умрёт от твоей руки, ты ляжешь вместе со своим названым братом!

Оружничий со злостью рванул падчерицу за волосы, отбросив её прочь от гроба сына. Девушка рухнула наземь, потеряв всякое равновесие.

– И только попробуй вернуться без его головы, – сплюнул он. – Клянусь всем, ты умрёшь на могиле моего сына!

Бесчестных развернулся к воротам.

– Подрядить информатора, – приказал он распорядителю. – Сообщать мне о каждом шаге этой погани. Если посмеет вернуться с пустыми руками – связать и прирезать, как бездомную суку!

Терять Пелагию уже нечего. Вряд ли у него найдётся в запасе ещё пара десятков лет, чтоб взрастить нового наследника. А падчерица, не являющаяся кровной родственницей, едва ли может претендовать на что-то в наследство, кроме выходного пособия.

Но и Рада далеко не слаба умом. Девушка прекрасно понимает, что тот, кто убил наследника Бесчестных (именовать его братом, даже названым, у неё не поворачивается язык даже спустя дюжину лет), сломает её раньше, чем она обнажит своё оружие. У неё нет против него абсолютно никаких шансов.

И всё же… кончать жизнь таким образом… Сказать по правде, это в планы Рады не входило. А, раз так, стоит попытаться сделать хоть что-то, что в её силах. Недаром же говорят, что на миру и смерть красна? Но быть зарезанной на могиле того, кто так и не смог стать ей братом… нет, уж. Благодарствуйте.

– Имение под наблюдением Тайной Канцелярии, – напомнил распорядитель Мстислав. – Возникнут вопросы, если дети начнут умирать один за другим насильственной смертью.

Пелагий полоснул по своему помощнику взглядом, без перевода и двойных трактовок указывающий, кто следующий на очереди.

– Значит, сделать так, чтоб эта дрянь сама себя прирезала, – процедил Бесчестных. – Повизгивая при этом от собачьей радости!

Глава 70

Особенности национального колдунства, или «Спасибо этому дому, мы теперь пойдем к другому»

Оболенск

Императорская Академия

Светлейшая княжна Ветрана Морозова задекларировала выдающиеся навыки педагогики, и ставлю ящик из-под снарядов против склада РАВ, что в этом она способна создать конкуренцию даже действительному тайному советнику первого класса Алине Бериславской.

Что одна внушала мне правила пользования телепортационным колдовством, что другая внушала мне основы постановки защитных заклятий…

Уж на что я контуженый (в прямом смысле слова), но даже так информация хорошо усвоилась и отпечаталась в памяти.

Хм.

Странное дело.

Память, вроде бы, начала нормально функционировать…

Ещё не суперкомпьютер, но уже считаю, что неплохо запоминаю местные особенности национального колдунства.

Неужто и впрямь головушка начала соображать шустрее?

Когда дела касается ворожбы с колдовством, любая магия выглядит эффектно. Вышел на люди, проорал дурным голосом «Абракадабра!», засветил спецэффекты и был таков. Плебс рукоплещет в исступлении от катарсиса.

Также и с техникой. Любой финт ушами зрителями воспринимается как внеземного уровня чудо и магия. «Мёртвая петля Нестерова»? Шторопная бочка? «Свечка» с переходом в кабрирование? Да, внешне всё выглядит элементарно. Но как только начинаешь разбираться в основах и выполняемых пилотом действиях…

Оказалось, нельзя просто так взять и (привет, «Боромир»!) проорать истошным голосом «Твердыня!» и сим установить щит. Это лишь верхушка айсберга. Основная его масса крылась в просчётах структуры заклятья, которое, в свою очередь, позволяет возвести защитную конструкцию, способную выдержать некоторое воздействие.