Текст книги "Мастер путей. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Александр Черный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 41 страниц)

– По укоренившейся традиции, осыпаю поздравлениями в честь зачисления в ряды слушателей Императорской Академии, – дежурной фразой начал он. – К неописуемому сожалению, без торжественных мероприятий.

– Переживу, – буркнул я. – Благодарю тебя, дядь.

Горыныч указал взглядом на некоторые вещи, что лежали разложенными на его столешнице.

– Первым делом буду настаивать на изучении внутренних распорядков Академии, – сообщил директор. – Даже, если не будешь посещать очные слушания, знать тебе их всё равно придётся.

Это изречение касалось небольшой печатной книжонки где-то двадцать на пятнадцать сантиметров без хитровыгнутой обложки. Очевидно, в ней был изложен устав заведения и какие-то пояснения к творящемуся тут бл9дству.

Взор Светозара пал на обычный старый-добрый механический ключ с привязанным за толстую тесьму куском кожи, на которой было вытеснено «МАСТЕР».

– В обязательном порядке поступившие в Академию заселяются в свои расположения, – продолжил руководитель. – Ключ от неё тебе даю.

Восхитительно. Не придётся днями напролёт сидеть в местных библиотеках. Можно будет получить необходимый материал и отлучиться для изучения в собственный закуток, каким бы тесным он ни был. Усваивать новую информацию лично у меня получается лучше, когда вокруг не снуют десятки и сотни чужих людей.

Рядом с ключом лежал плотный, на грани картона, лист бумаги, внешне напоминавший учётную карточку из архивной картотеки.

– Это твой пропуск. Всегда имей его при себе. Он же позволяет обращаться к фонду библиотек для получения учебных материалов, и он ж требуется в последнее время для перемещений по Академии. До недавних пор мы его почти не использовали, но после нападения, коему ты сам был свидетелем и участником, меры безопасности пришлось ужесточить…

– Если, всё же, мне будет что-то непонятно и придётся обратиться за помощью к преподавательскому составу, – уточнил я. – Чисто теоретически это возможно?

Горыныч отрицательно покачал головой.

– Весь преподавательский корпус занят подготовкой слушателей к экзаменам. Свободных рук нет. Если только чья-то добрая душа не решит, что в силах подготовить нового слушателя за время ночных занятий. Лучшее, на что ты можешь рассчитывать – помощь других слушателей. Но и ты и сам понимаешь: они могут навредить тебе, сами того не желая. Не каждый в точности усваивает данные ему знания. Многие истолковывают их превратно или забывают некоторую часть.

Я забрал со стола причитающееся.

– Хочется верить, что от меня не будет больших проблем, – подытожил, прощаясь с директором.

– Не смеши, – буркнул провидец. – От тебя их будет как ни от кого другого более.

Спорить с Вещим не стал. Не для того прибыл в эти стены, чтоб переубеждать кого-то относительно своей персоны.

– В качестве хорошей новости могу сообщить приятное известие, – буркнул директор. – Если доведётся участвовать в стычках, у тебя есть шансы уцелеть. Тут довольно много… буйных голов. Дуэли случаются часто. Но в твоём личном деле сословием указано «простолюдин». Дворяне не могут вызывать простолюдинов на поединки из-за сословного различия. Так что тебе будет достаточно не попадать в щекотливые ситуации. Только, почему-то, мой дар провидения говорит, что только этим ты и будешь заниматься…

Взгляд Горыныча задержался на моём РПК, висевшим за моей спиной, и «плитнике», который я положил на пол, чтоб не держать за эвакуационную ручку. Весит он, всё же, далеко не пару килограмм. АПБ на поясе был скрыт полами кителя, но и он не укрылся от цепкого глаза собеседника.

– Ты обязан неукоснительно следовать всюду со своим орудием? – спросил последний. – В этом заведении учатся отпрыски всех родов и мастей, включая приближённых ко Двору. Уверен, что в стенах цитадели знаний тебе оно необходимо?

Я пожал плечами.

– Последнее нападение говорит красноречивей всяких слов. А ещё расхлябанность наряда на контрольно-пропускном пункте города. Меня даже не спросили, кто такой и зачем приехал. Молча открыли шлагбаум и буквально разрешили стрелять во всех, кого увижу. Кто тут ответственный за безопасность? Я бы треснул его прикладом в грудину и научил организации пунктов пропуска.

– Ты – подопечный Тайной Канцелярии, – пояснил Светозар. – Ты в форме Тайной Канцелярии. Ты прибыл на самоходке с вензелями Великого Императора Всероссийского, да благословит Господь его правление.

– Это должно отворять мне все двери? – риторически переспросил я. – Дядь. А если мне сейчас покажется хорошей идеей умертвить тебя на месте, а после пойти расправляться с твоими питомцами? Говоришь, дети крупных и приближённых родов учатся? Значит, понимаешь, что тогда в стране начнётся, если будут убиты наследники нескольких десятков подобных ветвей. А, поверь, моей огневой мощи хватит, чтобы меньше, чем за час, положить сотню безоружных людей. Кого-то насмерть, кого-то раню. Если вам хватило нападения на дочку Морозовых, подумайте над безопасностью. Следующая акция может не заставить себя долго ждать.

Взгляд руководителя учебного заведения потяжелел до предела.

– Твои слова не лишены обоснованных суждений, – произнёс Вещий. – Они зиждятся на крови и сути. Конечно, устав Академии не запрещает носить с собой оружие для защиты жизни, чести и достоинства. Многие отпрыски знатных дворянских родов присутствуют вместе со своими сближниками, что тоже вооружены. Но столь… крупное… орудие… настоятельно просил бы оставить где-нибудь в ином месте.

Я кивнул.

– Принял.

В конце концов, мне и пистолета должно хватить. Не нравится ему пулемёт – буду носить пистолет-пулемёт. Тот же «Витязь», к примеру, помещается в дипломат или рюкзак.

Кстати, а это мысль…! И патроны меньше места занимают, их с собой больше можно унести. Другое дело, что у них меньше убойного, пробивного и останавливающего действия, да и настильность с кучностью сугубо для ближнего боя…

Вышел из кабинета директора, прикрыл за собой дверь. Ну, вот и выполнил ещё один пункт: отметился у командования нового объекта. Так сказать, доложился о прибытии.

Достал КПК, посмотрел на экран. Часы показывали десять утра. В теории, самый разгар учебного процесса, если тут действительно очные занятия в ходу. Значит, в теории, в библиотеке должно быть народу поменьше.

Найти путь до неё оказалось нетрудно. Пришлось поплутать, как это принято делать на любой незнакомой местности, но, в общем и целом, указателей на каждом повороте, перекрёстке и лестничном пролёте хватало. Как бы ни пытался заблудиться, не вышло: через четверть часа я уже отворял тяжёлую массивную дверь двухстворчатого проёма.

Сразу по входу в помещение библиотеки в нос ударила смесь запахов дерева, бумаги, чернил, лака и сухого застоявшегося воздуха. Ну, конечно, чего я ещё ожидал в условной Российской Империи условного девятнадцатого века… Самая технологически совершенная вентиляция, которую тут изобрели – открытая форточка. Никто не будет в здравом уме напускать влажный весенний воздух с улицы, чтобы губить рукописные копии книг, на изготовление которых уходят месяцы и годы. Ни осушителей, ни сепараторов, ни фильтров…

Отсутствие последних выражалось в довольно значительном персонале библиотеки, занятом уборкой.

Сама библиотека располагалась в том же крыле, что и директорский кабинет, и размещалась в огромнейшем объёме размером с неплохой спортивный зал. Метров сто в поперечнике и около двухсот в длину. При высоте сводов потолка в добрые тридцать метров с гаком имело десяток ярусов балконов, выходящих балюстрадами в общий зал. Всюду, ВСЮДУ стояли стеллажи с книгами. Лишь центр первого яруса был занят читальными столами, на каждом из которых стояло по два канделябра с хрестоматийными камнями-осветителями.

По стеллажам, будто белочки, туда-сюда сновали по приставным лесенкам молодые девушки в коротких белых сарафанах, которые занимались уборкой пыли. Их одежда была намного короче повседневной и чем-то напоминала форму помощниц Бериславских. С одной стороны – дешёвый стриптиз, лазить по лестницам наверх в короткополом сарафане. С другой стороны – а ты попробуй полазить по лестнице в длинном! В лучшем случае неудобно: придётся на каждой ступени задирать подол. В худшем случае наступишь на собственный же подол и рухнешь с высоты. Три метра, вроде бы, немного, но насмерть убиться можно даже с высоты своего роста.

Так. Вижу. Характерные вынесенные от прочих столы с рабочими местами работниц библиотеки. В этом помещении трудов хранится на добрые миллионы часов чтения. Немного упростим себе жизнь и не будем методично перебирать все книги, а просто спросим у местных, чем тут можно поживиться и где это взять…

Глава 53

Охеренно тонкий лед, или Чего не следует делать с и без того безвыходными ситуациями

Императорская Академия

Библиотека – она и в другом мире библиотека. Что могло пойти не так? Приключение на пять минут, зашёл и вышел. Получил интересующие материалы и был таков.

Нет, ведь!

Надо было стать участником чрезвычайно любопытной сценки, которая, как покажут дальнейшие события, ещё мне ой, как аукнется… ой, как аукнется!

Подошёл к рабочим местам регистраторш-библиотекарш. Их, ввиду объёма литературы в помещении, стояло рядом несколько штук. Кто-то была занята выдачей книг одним курсантам, кто-то принимала сдаваемые от других, некоторые посты пустовали. Мало ли, отошли куда? Одна работница оказалась относительно свободной: молодая женщина примерно моих лет, в идеально ровно отстроченном сарафане поверх тонко выделанной нижней рубахи, с туго собранной косой за плечами.

– Доброго вам времени суток, сударыня, – обратился к ней, подходя, и протянул документ личности. – Подсобите, ежели не в тягость. Впервые в ваших стенах. Мне бы учебные пособия взять. Как это у вас делается?

Женщина подняла на меня взгляд, оторвавшись от каких-то своих дел, исполняемых за стойкой регистрации.

– И вам Бог в помощь, сударь, – просканировав меня сверху вниз профессиональным взглядом, рекомендовалась она. – Дозвольте представиться, коль раз впервые: Радимира, помощница библиотекаря. Учебные пособия… вперёд всего, нас необходимо внести в картотеку. Только сегодня прибыли?

– Прибыл сегодня, – подтвердил. – Однако, вероятно, записи уже есть: личное дело лежало у Светозара Горыновича загодя.

– Сейчас проверим…

Радимира взяла мои документы и пробежалась глазами по идентификационным данным. Усмехнулась.

– Надо же. Простолюдин, а какой учтивый. И поздоровался, и обратился, и испросил… Не каждый дворянин так себя ведёт.

По опыту общения с Морозовыми, Бериславскими и теперь с Радимирой сделал наблюдение, что по эту сторону Грани люди частят с похвалой или благодарностью, которая при не очень умелом использовании зачастую скатывается в лесть. На меня она не действует, но заметку в памяти отложил. Мало ли. Может, пригодится информация?

Радимира обратилась к огромной, локоть на локоть, регистрационной книге, лежавшей на столешнице стойки, и от последней строки стала возвращаться назад. Ожидаемо, искомое обнаружилось довольно быстро.

– Мастеров Александр Александрович, – констатировала вслух женщина, перепроверяя саму себя. – Цифры номера… год рождения… да, это вы. Что ж. Уже проще. Какими же пособиями вам подсобить?

– Обществознание, – отозвался я. – Кратко о государственном и общественном строе, общие сведения о гражданском укладе.

– Какое совпадение…! – раздался за спиной знакомый голосок прежде, чем Радимира успела осознать сказанное мной.

Обернулся, чтобы секундой позже увидеть в нескольких метрах от меня троицу девушек, в которых тут же признал светлейшую княжну Ветрану Морозову и двух её телохранительниц, Катю и Настю.

На девушках красовалась всё та же белая форма из кителя поверх блузки и юбки выше колена, в которых я увидел их впервые. По ходу, эта одежда, по крою напоминавшая форму Тайной Канцелярии Алины, была тут уставной для слушательниц. Тупоносые туфли на низком каблуке довершали картину маслом.

Из-за спины своей госпожи телохранительницы радостно улыбались и молча махали мне ручками, сама же наследница рода Морозовых торжествующе сияла глазами, будто бы её сегодняшний день удался.

– Бог в помощь, Александр Александрович, – улыбнулась мне Ветрана. – Я и не чаяла тебя сегодня лицезреть.

– И тебе не хворать, твоё светлейшество, – усмехнулся я. – Как поживаешь? Как домашние? Всё ли тихо-спокойно?

– Твоими молитвами. Все живы, здоровы. Бойцы после нападения отдохнули и вновь несут службу. Тебя обществознание интересует? Невероятное совпадение. У меня по нему экзамен на носу. Пошли, покажу и расскажу, как тут это делается.

Ветрана обратилась к Радимире:

– Я разъясню нашему другу, помогу ему освоиться. Как будем готовы выписать книги – подойдём.

Помощница библиотекаря поклонилась.

– Как пожелаете, Ветрана Властиславовна.

О, как. По ходу, девчонка тут на счету. Я бы, на месте работников библиотеки, не обременял свою память ничьими ФИО. Тут же курсантов наверняка сотни! Всех не упомнишь! Так зачем пытаться? Но, видимо, светлейшая княжна чем-то выделяется, что её по имени-отчеству величают.

Я забрал удостоверение у Радимиры и спросил у сопровождавших Ветрану девчонок:

– А вы как? Отдохнули после нападения? Спите хорошо?

Катя чуть смутилась, но ответила:

– Благодарю за беспокойство, господин. Вашими стараниями обошлось. Израсходованную Силу восполнили, травяными настоями напоились, и опять в строю.

Я хмыкнул.

– Слушай, вот только давай без этих твоих «господинов»! Вместе ж в одном замесе рубились. Просто «Мастер». Если уж язык чешется – на худой конец по имени зови, – и перевёл взгляд на Настю. – Тебя, Настёна, это тоже касается.

Ветрана неприкрыто ухмыльнулась в голос.

– Что же ты за наёмник такой, «Мастер»? И где тебя Канцелярия откопала? Честолюбием не страдаешь, от денег голову не теряешь… скажи ещё, что девок не портишь и по кабакам не шляешься.

– Не переживай, – усмехнулся я. – Не скажу.

Мордашки всех троих удивлённо вытянулись, явно не ожидая такого поворота событий.

Хотя, по кабакам действительно не шляюсь. Не сторонник питейных заведений.

Я распростёр руки, окидывая ими пространство вокруг.

– Веди меня, твоё светлейшество, раз взялась. А уж за мной не заржавеет.

– Пошли.

Раздел обществознания оказался далеко не самым востребованным в библиотеке. Его размещение в общем массиве стеллажей на это указывало. Чтоб до него добраться, пришлось изрядно поплутать: если бы не помощь девчонок, даже зная, что и где искать, добрался б сам нескоро.

– Тебе что конкретно надо? – спросила Ветрана, доведя меня до места. – У меня, например, будет общий годовой аттестат. Но тебя наверняка отдельные темы интересуют? Ты говорил про государственный строй. Но это слишком большая тема.

– Общие сведения, – пояснил я. – Что во главе стоит Император – уже знаю. А вот всё, что между ним и простым людом – до сегодняшнего дня интересно не было. Кто кем руководит, что чему подчиняется, как оно взаимодействует… У государства наверняка какие-то структуры есть. Безопасность, внешнее взаимодействие, внутренние дела, религиозные направления.

Морозова сощурилась на мне ленинским прищуром.

– Откуда ж ты выбрался, что даже этого не знаешь? Таким сведениям, вообще-то, первые классы церковно-приходских школ обучают, но никак не Высшая Императорская Академия.

Светлейшая княжна обернула свой взгляд на стеллаж, подле которого оказались. Поискала что-то, ведомое лишь ей одной, и ткнула на одну из полок, что находилась выше середины.

– Вон тот труд, в теснённой обложке. «Основы государственности Всероссийской». Он тебе нужен. Но я не достану. Нужна лестница.

– Цель понял, – хмыкнул я. – Задачу вижу.

И, ничтоже сумняшеся, быстрее, чем хоть кто-то понял происходящее, подхватил Ветрану под бёдра, резко подняв её себе на плечо. Светлейшая княжна от неожиданности громко вскрикнула, чего, объективно, в библиотеке, эталоне тишины и спокойствия, делать не стоило. Далее стало понятно, почему.

Девушка не сразу поняла, как удержаться верхом на плече наёмника и чуть не навернулась, но куда там. Раненых с поля боя вытаскивать обучен. Как держать на плече лежащего, сидящего и стоящего знаю, умею и практикую. Вдобавок, подошёл ближе к стеллажу с книгами, чтоб наследница Морозовых схватилась за полку.

– Бери, – спокойно произнёс я. – Если ещё что-то вкусное увидишь – хватай тоже, чтоб два раза не подниматься.

Реакцию сопровождающей не видел, а вот глазки Кати с Настей вытаращились на меня, как на неведомую зверушку. То ли я сделал что-то из ряда вон выходящее, то ли прошёлся по охеренно тонкому льду.

Через полминуты телохранительницы Ветраны принимали из рук хозяйки несколько выбранных ею трудов.

– Вроде, всё, – сообщила Морозова. – Больше не вижу ничего интересного ни для тебя, ни для себя. Можешь опускать меня… А!

Это она вскрикнула ещё громче, когда я присел, из приседа подкинул её с плеча, резко убрался с траектории падения девушки и поймал её себе на руки под спину и колени. Больше, правда, громких звуков она не производила. Буквально секундой позже туфли светлейшей княжны коснулись твёрдой опоры, и я оставил её стоять саму.

– Думаю, с меня на сегодня хватит, – я окинул четыре книги в руках телохранительниц. – Информацию необходимо усваивать дозированно. Иначе будет силосная яма вместо масштабных познаний. Пока что готов идти к библиотекарше.

– Прекрасно… – отозвалась моя сопровождающая, максимально натурально делая вид, будто ничего не произошло, но машинально поправляя юбку на ягодицах. – К сожалению, до вечера буду занята, но к темноте освобожусь. Мы с девочками можем составить тебе компанию и помочь и изучением.

– Вечером? – уточнил я. – Занятия могут затянуться на всю ночь. Осилите такой график?

Морозова с вызовом улыбнулась мне.

– Ты сомневаешься в наших способностях, гридь?

– … и чей же до безумия прекрасный голосок бальзамом льётся мне на сердце? – раздался из-за стеллаж с книгами ломаный мужской голос.

– Ох… Пресвятая Матерь Божья… упаси меня Господь от этого…! – абсолютно искренне и без малейшего намёка на наигранность Ветрана осенила себя крестным знамением.

В следующий миг в проёме между стояками с книгами появился молодой, но довольно крепко сложенный парень. Не богатырь из былин и сказаний, но выглядел как хрестоматийный «детина». Сравнительно крупным уродился. Именно что «крупным», а не «жирным».

Высокого роста, где-то с меня будет, плотно сбитый, в форменной одежде Академии, в точности повторяющей по крою мою форму Тайной Канцелярии. Разве что, ей в противовес, такой же белой, как одежда девушек.

По морде лица видно: в харю ещё не получал. По крайней мере, в обозримом прошлом. Но, судя по реакции Ветраны на его приближение, очень старался этого добиться.

Темноволосый детина скрестил руки на груди и откинулся на стеллаж плечом.

– Сегодня небо мне благоволит, моя дорогая суженая. День задался, раз ты усладила собой мой взор.

На «дорогой суженой» Ветрана скривилась и перекосилась, будто в прикуску закусила целый лимон.

– Иди своей дорогой, – процедила она. – Твоя суженая – подушка. Только стирать её не забывай. Хотя, ты даже этого не умеешь…

«Весело тут у них, однако», – подумалось мне, когда в поле моего зрения подобрались телохранительницы девушки. В оборонительную формацию не собирались и стоек не занимали, но напряжение почувствовал даже висевший за спиной РПК.

Незваный визитёр надменно фыркнул, давай понять, что оскорбление его не коснулось даже боком.

– А ты всё никак не примешь неизбежного… Мой отец уже подал твоему родителю предложение о помолвке.

– Помолвки не было, – стиснув зубы, проронила Морозова. – И будет только через мой хладный труп.

– Но всё равно будет.

«Надменен. Наигранно спокоен. Донельзя уверен в своём превосходстве и чувствует за спиной чужую силу», – пронеслось в уме.

По ходу, воздыхатель Ветраны. Не исключено, что один из нескольких, если не многих: Морозова – девчонка с зачётными внешними данными. За такой грех не приударить. А если ещё учесть, что в комплекте к наследнице рода прилагаются две не менее очаровательные телохранительницы… Ну, да. В принципе, его понять можно.

Вот только Морозову перекосоёжило, как одержимую при приближении духовника с кадилом. Что она этого перца на дух не переносит – очевидно, как божий день. И, судя по реакции Насти с Катей, они в курсе происходящего: растерянности или интереса на их мордашках не видно. Напротив, девушки готовы действовать и лишь ждут команды госпожи.

– Не положено светлейшей княжне проводить ночь в чужих покоях, – самодовольно выдал визитёр, и скосился на меня. – Тем более, какого-то простолюдина. Это даёт повод сомневаться в её добропорядочности, как женщины. Отец этого не одобрит. Да и вообще, я этого так не оставлять не намерен. И, как твой будущий муж…

– Слышишь, муженёк…

Голосок, которым Ветрана перебила своего визави, был елеен как нектар. Интонацией своею усладил даже побитое сердце видавшего виды наёмника. По ушам потёк медовый сладостный настой, невероятно звучной патокой облив своим бальзамом слух. Вот только от этого невероятно мелодичного елея перекосило даже незваного гостя.

– А где был будущий муж, когда на светлейшую княжну напала дюжина наёмников синдиката? – не выказывая ни малейшей негативной эмоции, мягко, нежно и с поистине педагогическим талантом общения с дебилами поинтересовалась Морозова. – Чем занимался будущий муж, когда по его будущей жене применили атакующее заклятье тактического уровня, превратившее всё поле арены стадиона в выжженную землю? Почему не пришёл на выручку, когда отчий дом будущей жены дружина из полусотни наймитов попыталась взять на копьё? Почему какой-то простолюдин обеспечил для выживания наследницы рода больше, чем самозваный будущий муж?

С каждым новым гвоздём в крышку гроба самолюбия у незваного визитёра терялась всяческая надменность и самоуверенность. А Ветрана и не думала сдерживаться. Библиотека – тихое место. И её мелодичный голосок расплывался далеко за рамки дозволенного в подобных учреждениях. Потому нет ничего удивительного, что по торцам прохода между стеллажами начали собираться случайные очевидцы, тихо перешёптывавшиеся между собой и хихикавшие над ситуацией.

«Муженёк», собрав остатки обтекающего достоинства, ломаным голосом выдавил:

– А ты с больной головы на здоровую не перекладывай! Сейчас о тебе речь! Не положено незамужней девушке, да ещё и моей будущей жене, ночевать где попало и вести себя как распутная девка.

– Поэтому ты при каждом удобном случае понуждаешь меня незамужнюю к соитию? – громче, чем требовалось, спросила его Морозова.

Ох, и жестокая же ты стерва, Вета! Обожаю таких девчонок. Уж не знаю, заслужил ли парень такого прилюдного вкапывания мордой в грязь на самом деле, но творческий подход наследницы рода я оценил. Она буквально наслаждалась моральной казнью, вжившись в роль палача.

– Оставь свои пустые мечты, – бросила ему Ветрана. – Я наложу на себя руки, но тебя не увижу даже своим женихом, не говоря уже про мужа!

– Я уже твой жених, недалёкая.

Не зная, кто в этой ситуации прав, а кто лев, я не вмешивался, вслушиваясь в реплики каждой из сторон, смешки собравшихся зевак и пытался просчитать действия всех присутствовавших, случись начаться непредвиденному. Стрелять из пулемёта в библиотеке – не лучший выбор. Пистолет, даже с глушителем, не сильно лучше. Рукопашный бой? Узкое пространство, не развернуться. Магия? Будут большие разрушения.

К счастью, до применения силы не дошло.

Парень, очевидно, намереваясь подкатить шары к Ветране, пользуясь удобным для этого случаем, сам того не желая, вырыл могилу себе и своей репутации. Морозова, не будь дурой, включила жестокую суку и при свидетелях эту самую репутацию уволила в землю, выписав ей мощнейшего пендаля в грудак. Я прям увидел светлейшую княжну в сандалиях гоплита, набедренной повязке, плаще за спиной, оформляющую увольнительную с хрестоматийной репликой «Это Спарта!».

Под перешёптывания и смешки зевак «муженёк» окинул нашу четвёрку с, как ему, вероятно, показалось, достоинством, и, игнорируя всех прочих присутствующих, исчез из нашего поля зрения. Видимо, предпочёл ретироваться, чтоб не йуйсукаблять и без того безвыходную для себя ситуацию.

Телохранительницы Ветраны с облегчением выдохнули и расслабились. Мясорубка если не отменялась, то, как минимум, откладывалась на время.

А вот наследница Морозовых резко воспряла духом, почувствовав вкус победы и крови.

– Пошли, – с наигранной надменностью бросила она. – Нас ждут непознанные науки и ночные занятия до утра!

Реакция девушек говорила сама за себя. Это было только началом, и в очень, ОЧЕНЬ скором времени грозилась последовать развязка. Значит, надо подумать, как к ней подготовиться.

В конце концов, мне черепная коробка дана не только для ношения бронешлема и очков дополненной реальности оператора беспилотных систем.

Иногда я в неё даже ем.

Глава 54

Не «если», а «когда»

Дабы ускорить поиски своей каморки, выделенной мне под нужды заселения, попросил девушек проводить меня в жилой корпус.

Их оказалось несколько: целая улица была застроена типовыми трёхэтажными зданиями из кирпича, в общей архитектуре и убранстве которых угадывался почерк того же творца, что проектировал здание Тайной Канцелярии. Правда, это же и затруднило дело. Пришлось сначала найти коменданта, чтобы он помог разобраться с этим вопросом. Простое наличие ключа и бирки «МАСТЕР» на нём не давало ровным счётом никакого понимания того, где находится моя конура.

К абсолютно неожиданному (нет) изумлению девушек, их комната располагалась аккурат в том же здании, где и моя. Мало того, даже на том же этаже. И уж что совсем оказалось для них шоком, буквально соседствовали стена в стену.

За этим моментом почувствовалась чья-то преднамеренно вмешавшаяся рука. Морозовы подсуетились? Мол, раз я спас их доню, то пусть и дальше присматриваю за нею. А как присматривать ещё эффективней, кроме как не соседствовать вплотную? Но вряд ли. Морозовы, пусть и светлейшие князь с княгиней, но едва ли могут иметь хотя бы посредственное отношение к размещению личного состава среди слушателей Академии. Бериславские точно не при делах, несмотря на повязанность с Канцелярией. Им бы со своей бедой разобраться, а уж потом нежданчики подкидывать. Кто-то из руководства Академии? При доступе к личному делу и осведомлённости о недавнем нападении решение выглядит тактически грамотным.

Или я зря себя накручиваю и это случайность? Подумаешь, свободная комната оказалась рядом. Это же недвижимость. Ей переехать не прикажешь.

Общежитие, если так можно было назвать многоквартирный, по сути своей, дом, не делилось на мужское и женское. Слушателей обоих полов хватало в количестве, в чём я мог убедиться по пути: и юношей, и девушек нам попадалось достаточно, чтоб поставить половой вопрос в паритет. Видимо, курсантов заселяли по родовому принципу, выдавая каждой твари по хате. По крайней мере, на первый взгляд выглядело так.

– А что за хмырь был? – поинтересовался я по дороге к расположению, помогая девушкам тащить набранные книги. – Детина здоровый, а ума – лопата. При том без ручки и дырявая.

Ветрана усмехнулась.

– Весьма облекающее определение. Не в бровь, а в глаз. Это сыночек одного из дворян, с которым у моего отца дела. По слухам, кстати, даже не совсем законный. Его папаша постоянно домогается до нашего двора да челобитные шлёт, что, дескать, хочет отпрыска своего со мной обручить, да деловые связи через брак детей укрепить. Вот только отец мой уже не первый год отказывает, хоть и подыскивает мне достойного мужа. А этот пустоголовый недоумок вбил себе в котелок, будто уже всё предрешено и я на законных основаниях принадлежу ему. Свят-свят-свят, прости Господи…

Морозова скосилась меня.

– Так что, подумай хорошенько, «Мастер». Я ни на что не намекаю, но ты сугубо облегчил бы мне жизнь, ежели б нарёк своей невестой. Со свадьбой торопиться нечего. Уже один только слух, что я помолвлена, отбил бы охочих воздыхателей. А их не один десяток.

– Был бы удивлён, ограничься их перечень парой штук, – хмыкнул я. – С такой шикарной внешностью за тобой вся мужская половина Академии должна гуськом ходить.

Телохранительницы Ветраны тихо прыснули от смеха.

– Елико возможно благодарю за лестный комплимент, – улыбнулась наследница рода. – Ты не первый, от кого я слышу столь льстивые речи. Но первый из сотни, от кого они исходят искренне, и от сердца, а не из пустого желания овладеть моим телом в ближайших же кустах.

– Молодая госпожа первая среди своего курса, – пояснила Настя. – Многие отмечают не только её женственность и красоту, но и успеваемость. Кто-то завидует бело али чёрно, а кто-то и подмывает на сговор. Брак по расчёту – слишком холодное дело, чтоб в нём оставалось место чувствам. Кроме жажды далеко идущих хотений и сиюминутной выгоды никто не может поделиться большим. Потому мы до сих пор и на выданье…

– «Мы»? – переспросил я. – То есть, вы тоже? В смысле, идёте как неразделимое единство с Ветраной или ваши родители тоже вам супругов ищут?

Девушки замялись.

– Ну… – протянула Катя. – Мы с госпожой Ветраной одногодки… Куда она – туда и мы… Мы-то с Настей не светлейшие княжны, но и от нас семьи продолжения рода ждут. Рано или поздно всё равно обвенчаться придётся.

Морозова тяжело вздохнула.

– Вы, девочки, хотя бы вольны в выборе супруга…

– Поправь, если ошибаюсь, – заметил я. – Но, как понял, Морозов отказал твоему преследователю. Так-то, ты тоже далеко не в неволе.

Наследница рода остановилась. Окинула меня взором с ног до головы.

– Всемилостивейше прошу не гневаться за бесстыдный расспрос, – в лоб спросила она. – Вижу, что ты гораздо старше меня, и не на один год. Ты же наёмный витязь. Мужчина, и при том статный. От женщин наверняка отбоя нет. Сколько их у тебя всего было?

Я задумался. Вопрос, на самом деле, интересный до безумия. Это же не «минусы», чтоб засечки на прикладе каждый раз делать. Да этим сейчас никто из известных мне и не занимается. Но что партнёрш хватало в избытке, это факт. Вот только, даже, если начну вспоминать и считать, всех не упомнишь. Многих имел буквально один раз, и больше нас дорожки судьбы не сводили. Кто-то, типа Оксанки Смазновой, задержались в списках постоянных партнёрш. Но общее количество не назову даже плюс-минус.

– Много, – признался я честно. – Всех не упомню.

– А теперь представь, что они у тебя все разом, – предложила Ветрана. – И каждая насаждает, чтобы стать твоей супругой. И у каждой есть родичи, которые активно ходатайствуют об этом. Добавь к этому, что среди них есть те, кто тебе не по духу, не по нраву. Подумай, сколько этот перебор отнимает времени и сил. После всего этого о замужестве даже думать не хочу! Хотя и понимаю, что надо… я-то – наследница светлейшего титула, наследная дворянка. И детей от меня ждёт не только лишь моя семья, но и все, кто сватаются ко мне. И каждый добивается, чтоб обвенчалась я именно с их отпрыском. Докучает аж до невозможности!