сообщить о нарушении
Текущая страница: 39 (всего у книги 103 страниц)
- Я быстро, - уверяет, отворачиваясь, и идет к двери. Добрев преграждает ему путь, ворчливо мыча. Не пускает?
Девушка не хочет. Пусть возьмет её с собой. И, кажется, Дилан понимает. Это уже стало нормальным - понимать без слов.
- Тебе незачем ехать со мной, - Дилан ладонью отодвигает Ронни в сторону, отчего девушка покачивается на ногах. Поворачивает голову, смотря ему в спину.
- Пока, - слова сами сорвались с губ Пози. Дилан открыл дверь, обернувшись:
- Увидимся, - его напрягает печальное выражение лица друга. Переводит глаза на Ронни, которая привлекает его внимание, начиная жестикулировать руками.
О'Брайен щурит глаза.
И от её просьбы в груди образовывается жар.
"Не сдавайся", - Добрев пытается улыбнуться, но попытка жалкая.
Дилан кивает головой, выходя в коридор, и закрывает за собой дверь.
Дала эта просьба ему сил? Нет. Мотивации? Да. Ведь он понял, что ещё есть люди, ради которых нужно держаться. По крайней мере, стараться.
Карин, Тайлер, Джейн, Ронни.
Ронни.
Ронни Добрев.
Это имя красуется на доске в комнате Карин. В самом центре. Там, где раньше было написано "Гордон О'Брайен".
В палате повисла тишина. Тайлер поглядывал на кровать, что стояла у окна. Мать Джейн спокойно и глубоко дышала. Парень обернулся, желая взглянуть на Рид, но замер.
Ронни стоит с другой стороны кровати. Напротив парня. Темные зрачки девушки устремлены на него. Смотрит, разъедает взглядом, будто пытаясь понять, проникнуть в сознание.
Тайлер равнодушно смотрит в ответ, моргая.
Молчание.
Ронни выпрямляется, отворачиваясь от него. Спокойно, уверенно направляется в сторону двери. Пози краем глаза следит за ней, но не с подозрением, а с некой грустью.
Дверной хлопок.
Тайлер остался один. Кладет ладонь на руку Джейн, чувствуя тепло. Жар, который свойственен ей.
Такая теплая, горячая, настоящая...
Живая.
Чувствительная, эмоциональная...
Живая.
Пози наклоняется, опускает голову ей на живот. Она дышит. Смотрит уставшими глазами на ту, которая заставляет его чувствовать.
Благодаря Джейн, он ощущает себя живым, настоящим.
***
Атмосфера в кабинете Мерри пронзала холодом, но горячий кофе, который она разлила в кружки, способен исправить первое впечатление, согрев гостей.
Мать Ронни держала кружку в руках, грея ладони, покрытые покрасневшей от холода кожей. Тонкие пальцы еле заметно дрожали от нервов. Мужчина молча разглядывал темную жидкость, не желая пить то, что предлагает Мерри. У него с давних пор неприязнь ко всем, кто связан с миссис и мистером Добрев. Кроме жены, конечно. Она была единственной вменяемой.
А вот родная дочь порой пугала его. Могла часами смотреть в одну точку, молчать, сидеть на качелях во дворе, пока другие дети играли. Она явно отличалась от других. Слишком умна была для пятилетнего ребёнка.
Но не это отталкивало мужчину от родной дочери.
Семья частенько пыталась завести кошку, щенка, но они не «приживались».
Ронни неаккуратно играла с ними, после чего животных находили мертвыми, хотя сама она жаловалась, говоря, что это её некий друг. Но взрослые знали, что у Ронни нет друзей.
Мерри выслушала гостей. И женщина поняла, что они имеют в виду, когда говорят: "Словно, мы пробудились ото сна", - но сами взрослые этого не могли понять.
- Я вам советую вернуться домой, - наконец, заговорила Мерри, и её слова вызвали негатив со стороны гостей.
- Наша дочь, - хотела начать Эмма, но её перебивает женщина:
- Вы не можете остановить это.
- Что вы имеете в виду? - Эмма хмуро смотрит на Мерри, чувствуя, как муж кладет ей ладонь на колено, будто пытаясь успокоить.
- Ложь, иллюзия, внушение - это не ваша реальность, - кажется, её нельзя понять. Несет какой-то бред, при этом сохраняя "ледяное" выражение лица:
- Вам ничего не исправить.
- Что за фигню ты несешь? - Мужчина сам начинает тревожиться.
- Вы не помешаете. Вы не играете никакой роли в Его реальности, - Мерри будто не слышала его слов, поднося кружку к сухим губам. - Всё должно уже кончится.
Грядет конец игры.
Светлый коридор с коричневыми стенами, вдоль которых установлены камеры для временных заключенных.
Полы грязные. Пахнет чем-то неприятным, скорее, в одной из камер спит человек с улицы, давно не принимавший душ.
Дилан идет между камерами. Следует за мужчиной в форме, который бьет железной палкой по решеткам, чтобы временные заключенные отошли к задней стене.
Место отвратительное.
Слышно, как позади кого-то рвёт, запах тут же настигает ноздрей - и, кажется, парень тоже готов согнуться пополам и хорошенько прочистить желудок.
Камера практически в самом конце коридора. О'Брайен скованно подошел ближе к решетке, когда мужчина кивнул головой. Без слов, ведь знал Гордона О'Брайена, работал с ним в одной группе, поэтому до сих пор не может поверить, что его "наставник" сотворил подобное.
Дилан не видел отца почти пять лет. Или больше? Это неважно.
Теперь неважно.
Парень повернулся лицом к камере, невольно затаив дыхание. Мурашки пробежали по спине. Мышцы напряжены, мускулы лица начинают болеть от стиснутых зубов. Смотрит в темноту, что сочится сквозь решетку в коридор. Начинает моргать, различая у стены, на койке сидящего мужчину, который согнулся, опёрся локтями на колени, смотря в пол. Седой. Грубая щетина. Морщинистое лицо. Порванная одежда, покрытая пылью и грязью.
Дилан ужасается, понимая, что его губы начинают дрожать, а по виску течёт капелька пота. Холод внезапно сковывает, рождая в груди знакомое чувство паники. Чуть ли не глотает язык, когда подходит ближе к решётке, отчего мужчина в форме напрягается, ведь парень зашёл за линию.
О'Брайен делает глубокий вздох, откашливаясь, будто боясь, что сейчас потеряет дар речи.
Но голос звучит, хоть и не так грубо и уверенно, как хотелось бы:
- Эй.
"Эй?" - и это всё?
Мужчина за решеткой не дёрнулся. Он лишь качнул головой, что-то прошептав. Дилан нахмурился, прислушиваясь:
- Ты... - запинается, сглатывая. - Где ты был всё это время?
- Я знаю, я знаю, - мужчина шепчет, всё так же смотря вниз. Поднимает ладони, пожимая плечами, будто разговаривает с кем-то:
- Я всё понимаю.
Дилан сжал губы от злости, повысив голос:
- Эй!
И это была ошибка.
Его отец вскочил с кровати, быстро подбежав к решетке. Полицейский не успел отреагировать, поэтому Гордон хватает сына за ткань футболки, грубо потянув на себя. Дилан бьётся подбородком о железо, но не меняет выражение лица. Пыхтит, не пытаясь освободиться от хватки безумца. А вот мужчина в форме всячески пытается разжать пальцы Гордона.
О'Брайен не может оторвать взгляда от отца, который смотрит на него безумными глазами, выпученными до такой степени, что кажется, что они вот-вот вылезут из орбит, лопнут от давления. Красные. Красные белки с бледными зрачками. На висках мужчины выступили вены.
- Внушение, - рычит Гордон, демонстрируя жёлтые зубы. - Внушение! - кричит, ещё раз потянув сына на себя, отчего тот вновь бьётся лицом о решетку.
Мужчина в форме действует быстро. Роется в карманах, находя электрошокер.
- Ил-иллю... - пытается выдавить из себя Гордон, не сводя глаз с сына, который открыл рот от ужаса. - Вн-внуше...
Удар током.
Полицейский прижал аппарат к шее заключенного, отчего тот разжал пальцы, выгнув спину, и закричал, падая на пол. Сворачивается калачиком, дергаясь от судорог. Издает нечеловеческие звуки, мыча от боли.
Дилан не сводит с него глаз. Не может отойти от шока.
Его отец настолько одичал? Что превратило его в это?
Гордон начинает выть, при этом, выдавливая из себя одно единственное слово, будто других он не знал:
- Внушение! - кричит, вскакивая на ноги. Дилан делает шаг назад, чтобы отдалиться от камеры, ведь мужчина начинает метаться, колотя и снося всё, что попадается ему на пути.
- Внушение! - вновь подскакивает к решетке, начиная колотить её руками.
Дилан не шевелится, пока полицейский насильно не берёт его под руку, таща обратно к выходу.
Парень ощущает, как его колени начинают дрожать, а крик отца разносится эхом по коридору, достигая ушей. Дилан пытается заткнуть их ладонями, но руки тяжелеют. Не может их поднять к лицу.
Полицейский открывает дверь, выталкивая парня в холл, переполненный людьми - и безумные вопли отца остаются там, позади, но О'Брайен продолжает слышать их. В своей голове. В сознании.
Мимо проносится мужчина в форме. Задевает парня плечом. Дилан еле устоял на ногах. Этот толчок, будто возвращает его в реальность. Полицейский, что сопровождал его, остановил напарника, не понимая:
- Где пожар? - образно спрашивает, но тому не до шуток. Он тяжело дышит, выдавливая:
- Опять животное. Обезглавленное.
И этого было вполне достаточно. Дилан окончательно проснулся, начиная оглядываться. Хочет найти напарника Карин. Тот выходит из кабинета с какой-то женщиной и мальчиком лет семи. Незнакомка напряженно кусает ногти, держа сына возле себя, словно боится, что его могут забрать прямо из-под носа.
Дилан рванул к мужчине:
- Питерсон! - резко вспомнил его фамилию, хотя раньше не имел привычку запоминать имена неинтересных ему людей.
Мужчина обернулся, закатив глаза:
- У меня нет времени, Дилан, - продолжает идти, сопровождая женщину с ребёнком. Дилан держится рядом с ним, пытаясь игнорировать толчки:
- Опять обезглавили животное?
- Да, и у нас есть подозреваемый, который находился в этот момент рядом, - выдавливает мужчина, подталкивая женщину к дверям зала.
Дилан на секунду обомлел:
- Кто? - неужели, ребенок попался? Джошуа? Сам Джошуа попался?
Питерсон сжимает губы, открывая двери. Бросает взгляд назад, вынуждая парня обернуться:
- Кого вы... - Дилан запинается. Тёмный взгляд замерзает на "копе" в очках, который держит за локоть подозреваемого. Руки того в наручниках.
Питерсон откашливается, желая привлечь внимание парня, но тот не сводит глаз:
- Её пока поместят в камеру. если на ноже не обнаружат отпечатки её пальцев, то её отпустят, - с каким-то сожалением произносит, входя в зал.
Ронни бросает взгляд на Дилана.
Её толкают в бок. Сворачивают в коридор, чтобы отвести в специальное помещение, где девушка проведет время, пока её не отпустят.
А О'Брайен всё-таки проглотил язык. Всё-таки потерял дар речи.
Всё-таки ощутил, как все внутренние органы падают вниз живота.
Тайлер наливает себе воды в стакан. В коридорах тихо. Время близится к утру, но это не радует.
Ведь это новый день.
И с ним же приближается конец.
Шепот.
Он эхом распространяется по коридору, проникая Тайлеру под кожу, но та не покрывается мурашками.
Парень спокоен. Ему тяжело дышать, ведь в горле сухо. Поворачивает голову, смотря в сторону лестницы, двери которой приоткрыты. Через небольшую щель заглядывает девочка. Маленькая, лет пяти.
Синяя кожа, порванная одежда, но светлые, такие красивые, блестящие зеленные глаза. Чистый, непорочный взгляд.
Пози поворачивается всем телом, сжимая тонкие губы:
- Тебе страшно?
Девочка мычит, прячась.
Тайлер стискивает зубы, чтобы те не стучали:
- Да, - слабо кивает головой. - Мне тоже страшно.
Медленно шаркает ногами, направляясь обратно в палату. Его взгляд устремлен на прозрачную жидкость в белом пластиковом стаканчике. Вздыхает, подходя к двери.
Слышит, как на улице гремит гром. Тайлер дергает ручку, поднося стаканчик к сухим губам: "Уже началось".
Открывает дверь, давясь холодной водой.
Джейн сидит на кровати, смотря в сторону спящей матери. Медленно переводит глаза на парня, который подскочил к ней, встревожено расспрашивая:
- Ты, - запинается. - Как ты? - садится на край кровати. - Ты в порядке? - Как он смеет спрашивать о подобном?
- Нет, - девушка бледна. Её веки опухли, а белки глаз до сих пор красные. Джейн выглядит подавленной, но её взгляд пронзительный, тяжелый. Его трудно вынести на себе. Девушка не хмурится.
Она сжимает покусанные губы, качая головой. Её дыхание ровное, холодное. Рид избавляется от эмоций, которые хочет выплеснуть.
Сдержанность. Терпение. Выдержка.
Глубокий вдох.
Тайлер ставит стаканчик на тумбочку, коснувшись плеча девушки. Та смотрит в сторону окна. Ночное небо не светлеет. На смену не приходит утро. Тучи не пропустят солнечный свет.
Джейн хмурит брови, поднимая ладонь. Накрывает ею руку Пози, обжигаясь его холодом. Сжимает, отчего тело начинает трястись:
- Я не хочу...
Пози внимательно смотрит на девушку, которая поворачивает голову:
- Я не хочу проигрывать Им, - шепчет.
Тайлер слабо улыбается, кивая. Поднимает ладонь выше, касаясь костяшками её скулы, поглаживая. Джейн наклоняет голову. Её глаза начинают слезиться, но она растягивает губы в улыбку. Такую жалкую.
Выдавливает её из себя, демонстрируя парню ямочки на бледных щеках:
- Я не сдамся, - еле шепчет, прикрывая веки, ведь нежное касание Пози расслабляет, помогая на секунду забыться.
- Ты холодный, - нервно смеётся, но сильнее прижимается щекой к его ладони. Тайлер слабо хмурит брови, наклонившись к её лицу, и оставляет поцелуй на лбу. Девушка открывает глаза, ведь парень всё ещё прижимается своим лбом к её, шепча:
- Ты справишься.
Джейн кивает, носом касаясь его щеки:
- Да, - голос дрожит. - С тобой точно.
И сердце тут же сжимается. Готовится разорваться на части от дикой боли. Мучительной. Нестерпимой.
Тайлер начинает прерывисто дышать, обнимая её талию. Девушка прижимается к нему, позволяя парню зарыться носом в её черные волосы.
Он нужен ей. Сейчас. Почему именно сейчас? Ведь уже началось.
Конец близится.
В глазах темнеет.
Волна боли заставила парня дернуться. Его лицо скорчилось, а с губ сорвался стон. Джейн распахнула глаза, встревожено взглянув на него:
- Тайлер?
Тот сутулится, обнимая живот рукой.
Боль.
Дикая, аж до мурашек.
Мышцы ног сводит.
- Тайлер? - девушка пугается, когда Пози валится на бок. Она успевает прижать его к себе, нервно осматриваясь. Парень тяжело дышит. Он сжал веки, не отзывается на слова Джейн, которая внезапно осознает, что Тайлер потерял сознание. Вот так резко. Вдруг. Из-за боли? Болевой шок?
Девушка не медлит. Срывается, слезая с кровати, на которую аккуратно укладывает Пози. Его бледное лицо пугает, поэтому Джейн забывает обо всём. Несётся прочь из палаты, глазами ища медсестру или врача. Хоть кого-нибудь.
Чёрт возьми.
И натыкается. На ту самую женщину, необходимость которой вмиг возросла.
Конечно.
Мать Тайлера.
Женщина немного обеспокоено поинтересовалась:
- С вами всё в порядке?
- Да-да, - Джейн кивает головой, как ненормальная. Хватает медсестру за локоть:
- Мой друг, ему плохо, - пытается не мямлить, что злит женщину.
- Хорошо, хорошо, - медсестра явно устала после трудной смены в больнице, но в помощи не отказывает. - Где он? В твоей палате?
- Да-да, - улыбается Рид, не веря, что спасение так быстро нашлось.
У неё начинается паника.
Ведь с Тайлером что-то не так.
- Успокойся, иначе сделаю тебе ещё укол, - как-то с улыбкой угрожает медсестра, направляясь в сторону раскрытой двери. Джейн следует за ней, потирая холодные, вспотевшие ладони, но замирает, слыша голос за спиной:
- Джейн?
Оборачивается, щурясь.
Хлоя.
Она умеет выбирать моменты. Что здесь вообще забыла?
- Привет, - девушка с широкой улыбкой подходит, держа сумку в руках. Рид опешила:
- Ты так рано... - сглатывает, всё время оборачиваясь назад и проверяя, дошла ли медсестра до палаты или нет. - Что ты здесь делаешь?
- Как раз, - Хлоя кивает на женщину в белом Халате. - К мисс Пози заходила. Мама опять с ума сходит. Просила таблетки ей выписать.
- А, - как-то потерянно кивает головой Джейн, поглаживая ладонью вспотевший лоб.
- Дже-ейн, - тянет Хлоя её имя. Девушка дергается, встряхнув головой.
Приди в себя, Рид.
- Что? - хмурится, пытаясь не кусать губы от нервов.
- Я спрашиваю: что ты здесь делаешь? - повторяет вопрос с улыбкой.
Джейн откашливается:
- Я-я, - тянет, моргая.
Нет. Не хочет рассказывать. Не сейчас. Всё слишком запутано, да и язык не повернётся говорить о подобном, поэтому Джейн выдавливает одну из самых жалких и притворных улыбок, которую когда-либо мог увидеть свет:
- Моему другу стало плохо.
- Другу? - глаза Хлои игриво блеснули, и девушка хлопнула подругу по плечу. - У тебя появился парень, а я не знаю?
Джейн немного опешила, но кивнула, хоть и не уверенно:
- Да, ты с ним знакома, - заикается. - Т-Тайлер.
Хлоя задумалась, хмуря брови:
- Не знаю таких. Уверена, что мы знакомы?
Рид усмехнулась, не веря:
- Вчера утром он был у меня дома. Он лучший друг Дилана, - видит, что подруга всё так же смотрит, не понимая, о ком идёт речь. - Тайлер. Тайлер Пози.
Выражение лица Хлои изменилось. Девушка как-то возмущенно приоткрыла рот, хмурясь:
- Чёрт, это не смешно, - слабо толкает подругу в плечо, не веря. - Господи, только при мисс Пози так не шути.
Теперь Джейн хлопает ресницами, как идиотка, будто видит перед собой восьмое чудо света. Девушка растерянно качает головой:
- О чём ты?
