Текст книги "Костанътинъ (СИ)"

Автор книги: Кайнэ

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 30 страниц)

Константина резануло как ножом это плохое слово по ушам, но он вспомнил то, что ему говорил отец. Отец хорошо знал характер Снейпа... Он докажет ему, что хоть чего-то стоит.

После этой короткой речи царившая в курсе тишина стала абсолютной. Некоторые гриффиндорцы обменялись недоуменными взглядами.

– Уизли! – рявкнул Снейп так, что названный подскочил. – Что получится, если я смешаю измельченный корень асфоделя с настойкой полыни?

Рука Константина взметнулась вверх сразу, как только он дослушал вопрос. Константин покосился на Рона Уизли, но тот, похоже, был просто ошарашен вопросом.

– Я не знаю, сэр, – ответил наконец Рон.

На лице Снейпа появилось презрительное выражение. Константин с Малфоем открыто переглянулись.

– Так, давайте попробуем еще раз. Ммм, Долгопупс! – Снейп упорно не желал замечать поднятую руку Константина. – Если я попрошу вас принести мне безоаровый камень, где вы будете его искать?

Константин уже начал тихо про себя хихикать. Похоже, гриффиндорцы попали по полной программе.

Белый как смерть Неввил некоторое время молчал, но потом выдавил из себя:

– Я не знаю, сэр, – признался он.

– Похоже, вам и в голову не пришло почитать учебники, прежде чем приехать в школу, так? Минус пять баллов, обоим... Ладно. Давайте уж, мистер Брагинский, говорите... Нет-нет, вставать со своего места не надо.

– Из корня асфоделя и полыни, сэр, приготавливают усыпляющее зелье. – Сразу же начал говорить Константин. – Оно сильное в такой степени, что его называют напитком живой смерти. Безоар – это камень, который извлекают из желудка козы и который является противоядием от большинства ядов...

Снейп удовлетворенно кивнул. Ответ его устроил.

– Хорошо, Брагинский, а в чем разница между волчьей отравой и клобуком монаха?

– Никакой разницы, сэр. Это одно и тоже растение, профессор. Оно еще известно как аконит.

– Отлично. – Судя по Снейпу, он был очень доволен. – Пятнадцать баллов Слизерину.

Для первокурсников факультета Гриффиндор уроки Снейпа обещали быть не самыми приятными в школе. Снейп разбил учеников на пары и дал им задание приготовить простейшее зелье для исцеления от фурункулов.

Константин с трудом сдержал разочарованный вздох. Не все сразу. Он оказался в паре с Малфоем.

Константин, прежде чем приступит к готовке, запахнул мантию и закрыл лицо капюшоном. Снейп прошел мимо, взглянул в его сторону, но нечего так и не сказал.

Профессор кружил по классу, шурша своей длинной черной мантией, и следил, как они взвешивают высушенные тонкими пластинами листья крапивы и толкут в ступках змеиные зубы. Снейп раскритиковал всех, кроме Малфоя и Константина.

Константин работал на автомате: руки аккуратно летали над ингредиентами и котлом, смешивая и варя нужное зелье.

В тот момент, когда Снейп призвал всех полюбоваться, как Малфой варит рогатых слизняков, темница вдруг наполнилась ядовито-зеленым дымом и громким шипением. Константин резко выставил вперед руку с подвешенным на ней заклинанием.

Неввил каким-то образом умудрился растопить котел рядом стоящего Симуса, и тот постепенно превращался в огромную бесформенную кляксу, а зелье, которое они готовили в котле, стекало на каменный пол, прожигая дырки в ботинках стоявших поблизости учеников.

Снейп быстро поспешил к источнику беды, а Константин лихо выкрикнул заклинание во все горло на старославянском.

Поток зелья из котла остановился и перестал литься на пол, а было выплеснувшееся на незадачливого варителя зелье, застыло в воздухе и завернуло обратно в остатки котла. Огонь под котлом погас. Лужа на полу перестала увеличиваться.

Заклинание погасло и Константин опустил руку. Снейп перевел на него свои черные глаза. А потом с яростью уставился на дрожащего как осиновый лист Неввила.

– Идиот! – прорычал Снейп, одним движением ладони сметая в угол не пролившееся зелье и удаляя пятно на полу. – Как я понимаю, прежде чем снять котел с огня, вы добавили в зелье иглы дикобраза?

Невилл вместо ответа сморщился и заплакал от боли: все же часть зелья выплеснулась на него и оставила на руках красные водянистые волдыри.

– Отведите его в больничное крыло, – скривившись, произнес Снейп, обращаясь к Симусу. – Минус еще десять баллов Гриффиндору...

– Брагинский, что это было за заклятие? – поинтересовался он, садясь за свой стол.

– Старославянское, сэр. Заклятий палочки я еще всех до конца не знаю, у меня отработаны рефлексы... Это первое, чему меня научил мой отец-зелевар.

– Пять баллов за применение техники безопасности.

Прозвенел звонок.

Снейп задержал их, задав, по их мнению, громоздкое домашнее задание. Константину вообще оно показалось детским. Малфой поражено взглянул на него, но промолчал.

Константин сразу же подошел к нему за дополнительным. Это простое задание его не устроило. Снейп иронично пожурил его, но дополнительное задание все-таки дал.

Плавно наступал следующий урок...

Комментарий к Глава 11. Снейп. Урок. (1) Иван говорит о масштабных региональных выборах в 2007 году. Примечание Автора.

(2) Новый политический кризис в Грузии вспыхивает в сентябре 2007 года.

(3) Тут имеется ввиду волна терактов, прокатившаяся по территории РФ.

====== Глава 12. Родительская суббота. ======

Так быстро прошла первая неделя в новой школе. Константин постепенно втянулся в рутину серых дней. Утро – подъем, завтрак – уроки, обед – задания, вечер – немного развлечения и книг, ночь – сон.

Константин с трудом сегодня поднял голову от подушки – настала суббота, а значит можно поваляться в постели немного дольше. Но его разбудили. Он мутными со сна глазами взглянул на источник его ранней пробудки.

Этим источником оказался Малфой.

– Драко, я хочу спать! – взмолился Константин. – Суббота же!

И было накрыл голову одеялом, как...

– Ты глухой? Тебя зовут, ведь сегодня первая родительская суббота! – изрек Малфой. Константин сразу же скинул одеяло, сел в постели и в упор уставился на него.

– Чего ты сразу не сказал?!

Малфой, пробормотав, что вообще-то он говорил это минуты две назад, широко открыв глаза, наблюдал, как Константин быстро ищет одежду и накидывает ее на себя.

– А кто именно, ты не знаешь? – Константин уже набрасывал на себя мантию.

– Нет, но судя по всему какой-то родственник...

– У меня их много! – едва не застонал Константин. Безумная надежда, было промелькнувшая у него, что он увидит отца, так же быстро и погасла.

Малфой пожал плечами: его это не слишком волновало.

Быстро причесавшись и взглянув на себя в зеркало, мальчик понял что готов к встрече.

– Тогда идем.

Они оба пришли в Большой зал. Он был наполнен голосами и гомоном ребят и взрослых. Кто-то из прибывших родителей уже разговаривал с деканами, в этот раз сидевшими за столами своих вверенных факультетов.

Малфой отошел от Константина и подошел к красивой женщине и видному мужчине. Все выдавало в них аристократов из высших слоев общества.

Зато за столом...

– Крестный! – и он, радостный, бросился в объятия мужчины. Рядом с ним выпрямился другой мужчина, азиатской наружности с знакомой прической конский хвост.

– Привет, крестник! – Артур с удовольствием обнял его и передал Яо. Константин с удовольствием обнял и Вана.

– Привет, крестник! – вторил Яо, так же обнимаясь с ним. – Как ты тут?

– Весело, – они втроем сели за длинный стол.

Константин по быстрому рассказал о теперешней жизни в замке.

Яо, тем временем, рассматривал красивый потолок в зале. Явно ему понравились наложенные на нем чары, отражающие погоду за окном. Надо сказать, Яо притягивал взгляды почти всех в зале: на нем был его обычный восточный наряд – алый ципао, расшитый китайскими узорами, но весьма необычный для этих английских широт.

– А я, впрочем, задаюсь вопросом, – произнес Константин, – почему вас здесь двое?

– О, мы проводим переговоры, на территории Англии, – Китай кивнул Артуру, – а заодно решили заскочить к тебе, посмотреть как ты тут, – ответил Ван, наконец отвлекаясь от потолка, – раз уж нас двое и Артур решил посетить это место...

– Очень классно! – Константин выглядел счастливым, – что вы так оба решили.

Впрочем, та неловкость и игнорирование друг друга, от него не укрылись. Разногласия, по-видимому, были зарыты в землю не так глубоко и надежно как хотелось бы (1). И временами скелеты выпадали из шкафов. Но то, что они оба пришли все-таки вместе ради него уже радовало мальчишку. Был шанс, что их, может быть, удастся помирить, хотя бы временно.

– Да, хорошо, – заметил Кёркленд. Он оглядывался по сторонам, смотря на весь свет английского сообщества магов и волшебниц, собравшихся на одном клочке земли – школы чародейства и волшебства Хогвартс. – Ты попал на Слизерин, впрочем, я и не сомневался в этом. С кем-нибудь уже познакомился?

– Угу. С большей частью факультета. Я стараюсь хорошо себя вести!

Яо и Артур синхронно хихикнули и переглянулись. Брагинский и словосочетание “хорошо себя вести” к нему было применимо весьма смутно.

К ним подошли и оба встали. Это была семья Малфоев. Они желали познакомиться с друзьями сына.

– Это – Константин Брагинский, сокурсник по факультету. А это... – начал представлять их Драко, – мои родители.

Нарцисса Малфой и Люциус Малфой переводили взгляд с одного крестного Константина на другого.

– А это мои крестные. Артур Кёркленд...

– О, мы уже друг друга хорошо знаем, – перебил Малфой, и Артур скрестил с ним взгляд.

– ... и Ван Яо, он из Китая.

Ван, не очень любивший иностранцев и в частности англичан, все же смог приятно улыбнуться и поздороваться.

– Рады такому приятному знакомству своего сына. – Голос Малфоя источал сладкий яд, но Константин знал о том как аристократия гордилась новыми завязанными связями. И храбро взглянул в глаза старшему Малфою.

Драко, позади отца, глубоко вздохнул.

В итоге они снова сели за стол, а чета Малфоев двинулась дальше.

– Не очень приятные люди, ару. – Китай неодобрительно посматривал им вслед. Нацию, которой было больше четырех тысяч лет, было ничем не обмануть.

– Мы все же на одном факультете, а такие знакомства, связи и прочее полезны, – спокойно сказал Константин по-русски, перейдя с английского. – Тем более нам тут как-никак семь лет придется мириться друг с другом, так что...

Артур кивнул Константину:

– Разумно с твоей стороны. Твой отец был бы доволен, очень доволен.

– До него мне как до луны – один полет в космос, – возразил крестному Константин.

Яо усмехнулся в сторону. Характер Брагинского, в том числе и младшего, были очень схожи между собой, только Константин был гораздо хитрее.

Артур покачал головой, но промолчал. В порядке компенсации он глотнул кофе.

– А кофе с тех времен все так же хорош, – сказал он, оглядывая рисунок на фарфоровой чашке. – Как же я люблю это место...

– А маг ты посредственный, ахен, – возразил Яо.

– Но я могу себя защитить, – сухо бросил Артур, мгновенно напрягаясь.

Былого перемирия как не бывало. Оба глядели друг на друга с нарастающим гневом. Константин помахал рукой: заметил освободившегося декана своего факультета. Только это их спасло от ругани и высказывания претензий друг к другу. Англия и Китай сразу же приняли благожелательный вид.

Константин прошипел сквозь плотно сжатые зубы на русском:

– Если бы тут был отец, он бы был очень недоволен вами!

Эта фраза задела государства, но времени уже не оставалось – Снейп подошел слишком близко.

– Здравствуйте, мистер Брагинский и...

Константин снова представил их всех.

– Хотим характеристику на нашего крестника, если можно, – попросил Китай сразу.

Мальчик понял, что об этом КНР просил его отец. А Яо здесь просто выполнял взятые на себя обязательства – убедиться в том, что Константин жив, здоров и учится.

Снейп ярко, в красках, описал спасение Невилла на первом уроке, и спокойно рассказывал о сидящем и постепенно краснеющем от легких похвал и намеков, Константине.

– Я им очень доволен. А вам, мистер Брагинский, пожелаю держать заданную вами планку так высоко, как вы держите и сейчас.

– Спасибо, сэр. – Смутился Константин.

– Мы рады что наш любимый Константин оправдывает возложенные на него надежды. Его отец был бы очень доволен услышать это, если бы сейчас сидел вместе с нами, но сейчас он не в Англии. – Вежливо проговорил Ван Яо. – Он в Америке...

“Значит, он у дяди Альфреда”, – понял сразу Константин. Спасибо, дядя Яо. – “И мешать ему нельзя.”

Снейп спокойно кивнул азиату, встал, и пошел дальше говорить в родителями и другими родственниками.

– Ладно, – Артур сверился с наручными часами. – Нам, к сожалению, пора, вместе с Яо.

Константин сразу же встал, намереваясь пойти с ними и проводить.

Трое дошли почти до самых ворот с вепрями на нем.

– Пока, Константин. Не скучай здесь. – Артур обнял его напоследок как и Яо.

– Я только по России и отцу скучаю. – Честно сказал Константин. – Пока!

Оба государства, негромко переговариваясь, ушли за ворота. Константин наблюдал за ними, пока они не исчезли из вида.

Поднявшийся ветер уже веял прохладой, такой знакомой Константину. В воздухе пахло наступающей зимой...

Комментарий к Глава 12. Родительская суббота. (1) ... как хотелось бы, – тут имеются ввиду Опиумные войны и прочие военные конфликты между Китаем (КНР) и Англией.

====== Глава 13. Тролль. ======

Константин не получил пока ни одного письма – что, разумеется, не преминул отметить Малфой. Хотя, его двуглавый орел еще не успел перебраться и перелететь на другой континент. Сова Малфоя – точнее, в отличие от других, у него был филин, ведь Малфой любил подчеркивать свою оригинальность (это дико раздражало Константина) – постоянно приносила ему из дома посылки со сладостями, которые он торжественно вскрывал за столом, угощая своих друзей.

Приходилось брать.

Объявили отборочные по квиддичу. Константин наотрез отказался летать, хорошо понимая, что потом, если он втянется в команду, то уже не сможет выйти из нее. У него и так забот хватает.

Он смотрел на то, как летает его факультет и одновременно читал книгу по зельям.

Как-то раз они с Малфоем, блуждая по школе сдуру заглянули в запретный коридор и за запретную дверь. Лучше бы они этого не делали...

Им в глаза смотрел гигантский черный пес, заполнивший собой весь коридор от пола до самого потолка. У него имелось три головы, три пары вращающихся безумных, черных глаз, три носа, нервно дергающихся и принюхивающихся к незваным гостям, три открытых слюнявых рта с желтыми клыками, из которых веревками свисала слюна. Из пасти дурно пахло.

Пока пес сохранял относительное спокойствие и только принюхивался к ним, уставившись на них всеми шестью глазами. Но Константин знал, что единственная причина, по которой они пока еще живы, – это то, что их внезапное появление застало пса врасплох. Но, кажется, до пса уже постепенно начало доходить, что произошло. Об этом свидетельствовало напоминающее отдаленные раскаты грома низкое и звучное рычание, вырывавшееся из трех пастей.

Заорав, они рванули по коридору. Громовой лай долго преследовал их.

Больше они к чертовому этажу не подходили.

– Что это? – спросил Малфой, рухая на свою постель. Константин через минуту поступил так же. Они пытались отдышаться.

– Цербер... Неплохо... – в голосе Константина зазвучало уважение.

– Цербер?

– Это пес для охраны. По легенде он был у греческого бога Аида в загробном мире. Он охранял мертвых от мира живых.

– Ааа... Ты, кстати, заметил?

– Что именно?

– Пес стоял на люке! А значит...

– Драко, хватит...

– ... он что-то охраняет, – резко произнес тот. – Нас всех могли покусать… или, что еще хуже – исключить из школы.

– Больше я туда не попрусь, Драко. Ни за что! Зачем нас туда понесло?

– Не знаю...

Впрочем, они долго и вслух размышляли, думали о том, что именно охраняет этот пес.

Но постоянное течение жизни и уроков – и они и думать забыли о псе и злополучном люке.

Наверное, именно из-за постоянной занятости – уроки, домашние задания – Константин и не заметил, как пролетели целых два месяца с тех пор, как он приехал в Хогвартс из России.

За два месяца замок стал его настоящим домом. В Хогвартсе он чувствовал себя очень уютно и комфортно; здесь у него появились новые друзья. К тому же, здесь было ужасно интересно и увлекательно, в том числе и на уроках, которые стали куда более сложнее с тех пор, как первокурсники освоили азы и приступили к изучению более сильной программы.

Проснувшись утром в канун Хэллоуина, дня Всех Святых, Константин почувствовал восхитительный запах запеченной тыквы– непременного атрибута этого праздника в Англии.

Еще он вспомнил в этот день усопших родителей... Они были убиты именно в этот праздник.

Утром пришло долгожданное письмо из дома. Отец радовался его успехам и желал всего наилучшего. Окрыленный Константин побежал на урок заклинаний.

А потом на уроке профессор Флитвик объявил, что, на его взгляд, они готовы приступить к тому, о чем давно мечтали все поголовно. С тех пор, как профессор заставил жабу Невилла Долгопупса несколько раз облететь класс, Константин, как и все остальные, умирал от нетерпения и желания овладеть этим заклинанием.

Славянское заклятие требовало большей отдачи силы.

Профессор разбил всех учеников на пары. Партнером Константина оказался Симус Финниган, чему он обрадовался. А вот Рону в напарники досталась Гермиона. Хотя Гермиона, кажется, тоже не была не особо в восторге. Сложно даже было сказать, кто из них выглядел более сильно раздосадованным.

Хотя Константину больше хотелось бы, чтобы она была в его паре.

У большей части ничего не получалось. Перо упрямо падало на парту, после секунды взлета на воздух.

Рон слишком размахивал палочкой, едва не попадая Гермионе в глаза. Константин уже хотел было вмешаться, но нетерпеливый Симус быстро вышел из себя и начал сильно тыкать перо своей волшебной палочкой, из которой вылетали искры, в итоге он умудрился поджечь его – Константину срочно пришлось тушить перо своей остроконечной шляпой.

Им дали еще одно перо.

– Вингардиум Левиоса! – кричал Рон, размахивая своими длинными руками, как ветряная мельница. Но лежавшее перед ним перо оставалось неподвижным.

– Ты неправильно произносишь заклинание, – донесся до Константина очень недовольный голос Гермионы. – Надо произносить так: Винг-гар-диум Леви-о-са, в слоге «гар» должна быть более длинная «а».

– Если ты такая умная, сама и попробуй, – прорычал в ответ Рон.

Гермиона медленно закатала рукава своей мантии, взмахнула палочкой и произнесла заклинание. Перо оторвалось от парты и зависло над Гермионой на высоте примерно полутора метров.

– О, великолепно! – зааплодировал профессор Флитвик. – Все видели: мисс Грэйнджер это удалось!

К концу занятий Рон был в очень плохом расположении духа.

– Неудивительно, что ее никто не выносит, – громко произнес он, когда они все вместе пытались пробиться сквозь заполнившую коридор толпу школьников. – Если честно, она – настоящий кошмар.

– Чего?! – воскликнул Константин, резко извлекая палочку из кармана. Он жутко не любил, когда обижают его друзей.

Но он не успел. Рон растворился в толпе.

Наконец они с Драко выбрались из толпы. Но в этот момент кто-то врезался в Константина сбоку, видимо не заметив его. Это и была Гермиона. Она тут же метнулась обратно в толпу, но он успел разглядеть ее заплаканное лицо, и это его встревожило.

– По-моему, она услышала, что сказал этот гриффиндорец, – озабоченно произнес он, повернувшись к Драко.

– У этих львов совершенно отсутствуют мозги, – отозвался на это Малфой.

Гермиона не появилась и на следующем уроке и до самого вечера никто вообще не знал, где она. Константин забеспокоился. Лишь спускаясь в Большой зал на банкет, посвященный празднику, Константин случайно услышал, как Парвати Патил рассказывала своей подружке Лаванде, что Гермиона плачет в женском туалете и никак не успокаивается, прося оставить ее в покое. Судя по виду (Рон стоял неподалеку), Рону стало совсем не по себе.

Константин порывался пойти ее искать, но постоянно Малфой удерживал его.

Сидя за праздничным столом, и накладывая в тарелку еду, он совершенно пропустил вбежавшего в большие двери Квирелла.

– Тролль! Тролль… в подземелье… спешил вам сообщить.

И преподаватель, покачнувшись, рухнул на пол и потерял сознание.

В зале поднялась большая суматоха. Драко задергался. Константин спокойно и меланхолично прожевал кусок во рту. Понадобилось несколько громко взорвавшихся фиолетовых фейерверков, вылетевших из волшебной палочки директора, профессора Дамблдора, чтобы снова воцарилась тишина.

– Старосты! – прогрохотал Дамблдор. – Немедленно уводите свои факультеты в спальни!

Константин, быстро кинув столовый прибор в тарелку, сказал на ухо Малфою, что побежал искать Гермиону. До дороге за ним увязался и Уизли, жалобно проблеял, что хочет тоже найти ее.

Ладно, вдвоем так вдвоем.

Нашли они ее довольно быстро. Они уже сворачивали за ближайший угол, когда сзади послышались очень быстрые шаги.

– Это ведь Перси! – прошипел громко Рон, грубо хватая Константина за рукав и прячась вместе с ним за большим каменным постаментом.

Однако мимо них пробежал вовсе не Перси, а Снейп. Он пересек коридор и пропал из вида.

– Что это он тут делает? – прошептал Константин. – Почему он не в подвалах вместе с другими учителями?

Ответ пришел сам. Он пошел искать тролля.

– Думаешь, я знаю? – прошептал Рон на ухо Константину.

Они на цыпочках вошли в следующий коридор – как раз туда, где скрылся Снейп, удаляющиеся шаги которого они очень отчетливо слышали.

– Он направляется на третий этаж, – проследил Константин, но Рон поднял руку.

– Чувствуешь запах?

Он принюхался и сморщил нос. В воздухе пахло стандартной смесью грязных носков и общественного туалета, в котором много лет никто не убирался.

Вслед за запахом появился звук – низкий и гулкий, под сводами; рев и шарканье гигантских подошв. Рон указал рукой в конец коридора – оттуда что-то огромное и высокое двигалось в их направлении. Они быстро отпрянули в тень, наблюдая, как это выходит на освещенный луной отрезок коридора.

Тролль.

Тролль, почесав свою уродливую бошку, зашел в ближайшую к нему комнату.

– Смотри, ключ остался в замке, – прошептал Рон, – мы можем запереть его там.

– Неплохая идея, – нервно ответил Константин. Не любил он импровизировать на ходу. Когда они крались к двери, у него и так все пересохло во рту, да и у Рона, наверное, тоже. Моля небо о том, чтобы тролль не вышел из комнаты, они подкрались совсем близко. А потом Рон метнулся вперед, хлопнул дверь и повернул в замке ключ.

– Есть!

Окрыленные быстрым успехом проведенной операции, раскрасневшиеся от гордости, они направились туда, откуда пришли, но не успели добежать до угла, как до них донесся отчаянный вопль ужаса. И исходил он из той комнаты, которую Рон запер несколько секунд назад.

– О, нет, – тихо произнес Рон, бледнея, как призрак Кровавый Барон.

– О, черт! Это ведь женский туалет! – выдохнул Константин в озарении.

– Гермиона ! – через мгновение воскликнули оба. Меньше всего на свете им хотелось совершить то, что им предстояло, но разве у них был выбор? Виноваты они только сами. Резко развернувшись, они оба рванулись обратно к двери. Руки у Константина дрожали и он никак не мог повернуть ключ в замке. Наконец, ему все же это удалось. Он потянул на себя дверь, и они с Роном влетели внутрь. Гермиона стояла у стены прямо напротив двери. Она вся сжалась, словно пыталась, подобно привидению, просочиться сквозь стену. Вид у нее был такой, словно она сейчас потеряет сознание. Тролль приближался к ней, размахивая дубиной и сбивая со стен прикрепленные к ним раковины.

– Отвлеки его! – крикнул Константин Рону, услышав в собственном голосе отчаяние. Он схватил валявшуюся на полу затычку для умывальника и что есть силы метнул ее в стену.

Тролль замер в каком-то метре от Гермионы. Он неуклюже развернулся, чтобы посмотреть, кто произвел такой шум. Его маленькие злые глаза уткнулись в Константина. Тролль заколебался, решая, на кого ему напасть, а потом шагнул к Константину, поднимая свою дубину.

– Эй, пустая башка! – заорал Рон, успевший добежать до угла туалетной комнаты, и швырнул в тролля куском металлической трубы.

Кажется, тролль даже не обратил внимания на то, что кусок железа ударил его в плечо. Зато он услышал крик и снова остановился, поворачивая свою уродливую физиономию к Рону и предоставляя Константину возможность оббежать его и оказаться рядом Гермионой.

– Давай, бежим! Бежим! Скорее! – крикнул Константин, пытаясь тянуть Гермиону за собой к двери. Но она не двигалась и не поддавалась, словно приросла к стене. Рот ее был открыт от ужаса.

В итоге Константин изо всех сил хлопнул ей рукой по щеке и она пришла более-менее в себя.

Вдруг тролль заревел и шагнул к Рону: тот был ближе всех к нему и ему некуда было бежать.

Зато у Константина возникла идея...

Рука поднялась, в ней был зажат кусок металла. И он изо всех сил метнул его в стену рядом с собой, предусмотрительно отбегая от Гермионы подальше.

Громкий звук снова привлек тролля и тот с ревом, начисто забыв о Роне, устремился на Константина.

Константин стал бегать, мешать чудовищу. Он замер и начал бегать за ним. В итоге, тролль загнал его в угол, откуда было не выбраться. Он медленно поднимал свою палицу.

– Константин! – в полном отчаянии крикнула Гермиона. Рон, который перебежал, и теперь был рядом с ней, в ужасе смотрел на разворачивающуюся перед ними сцену, не отводя глаз.

Константин раскинул пальцы и провозгласил всего одно слово на старославянском:

– Ледъ!

В туалете резко понизилась температура, по стенам побежала изморозь и тролль оцепенел.

Это мгновение его и погубило...

Вспыхнул ярчайший синий цвет и Рон с Гермионой вынуждено закрыли глаза руками, в надежде заслонить глаза от яркой вспышки.

Как только Рон и Гермиона открыли слезящиеся глаза, перед ними предстало следующее: Константин, хохоча как сумасшедший, опускался у стены, и показывал пальцем на тролля... Точнее на вмерзшего тролля в ледяную глыбу льда. От льда плыли холодные волны воздуха.

Глаза Константина были безумного фиолетового цвета...

====== Глава 13.1. Тролль(окончание). ======

Константин сидел на полу, опираясь спиной на стену и неудержимо смеялся.

Рон, сделав страшные глаза, и немного обалдевшая от такого развития событий Гермиона, никак не могли понять, почему он ржет во все горло. Они подошли к нему

– Эпи... эпичес... Ха-ха-ха... У-ха-ха-ха... Эпическая статуя вы...шла. Ха-ха-ха-ха, – хохоча, и с трудом, сквозь слезы выговаривая слова, проговорил Константин, даже не пытаясь подняться с пола. Страшная черная аура-дымка так и летала вокруг него.

Как ни странно, первой очухалась Гермиона.

– Мы должны отсюда уйти! Иначе нам грозят большие неприятности! Идемте, а ты, Константин, перестать, наконец, ржать!

Она вцепилась в его руку и заставила встать на ноги, но он опирался на нее, так как еще хохотал. Рон оцепенело смотрел на то, как он цепляется за нее, а глаза отсвечивают ярким, безумным, фиолетовым светом. А потом посмотрел куда-то за спину Гермионы.

– Константин, да что с тобой, наконец? – разозлилась Гермиона по-настоящему.

Рон в то время начал дергать ее за рукав.

– Да что такое?! – взорвалась Гермиона, оборачиваясь к нему. – Ой!

Она закрыла рот руками.

Снейп, стоявший прямо в дверном проеме, довольно злобно взирал на компанию, а потом перевел взгляд на вытирающего слезы с лица, безуспешно пытающегося сдержать безумный хохот, и громко фыркающего Константина.

– Чья работа? – сухо спросил он, театральными жестом указав на “статую”.

Рон с Гермионой синхронно переглянулись, а потом так же дружно посмотрели на все еще красного Константина.

Снейп поднял брови уже понимая, что что-то не так.

– Мистер Брагинский? Объясните...

– Я... переборщил, – признался Константин сразу, – со славянским заклинанием... профессор.

Он глупо захихикал, но произнес:

– Я... магию... славянскую... давно не применял. Поэтому, я так хохочу...

– Понятно. Вы – ко мне в кабинет. Остальные – свободны!

Рон и Гермиона были только рады скорее уйти. Гермиона, впрочем, встревожилась, но Рону почти удалось успокоить ее, Снейп все-таки декан Константина, он сможет сладить с ним.

Они вовремя успели уйти. Как раз к туалету начали сбегаться остальные преподаватели.

Константин тем временем сполз на руки профессору и окончательно потерял сознание...

Очухался Константин на незнакомом кожаном диванчике. В горле сухо, так что слово не выговоришь, в глазах – песчаная пыль. Вроде, двигаться может...

Вокруг сплошняком были черные стены, от которых веяло прохладой. Он явно на подземном этаже.

Осторожно приподнялся с дивана. Голову повело в сторону. Он схватился за подлокотник, так вовремя оказавшейся под рукой.

Последнее, что он помнил: Гермиона что-то ему сказала... Потом тролль... Или глыба льда?

– Очнулись? – спросил знакомый голос и глаза Константина наконец различили в полутьме силуэт худощавого профессора. Тот оказывается сидел за столом и явно писал что-то в свиток пергамента.

– Угу... – едва выговорил Константин, садясь, – а есть тут вода? Очень пить хочется...

Снейп встал из-за стола и без единого звука подал ему до краев наполненный кубок.

Мальчик жадно опрокинул в себя кубок. Безумная жажда прошла. И отдал его профессору Снейпу прямо в руки. Голова неприятно пульсировала.

– Спасибо, сэр.

Снейп застыл как мраморное изваяние перед ним.

– А теперь, мистер Брагинский, объясните, что именно вы устроили с товарищами.

Константин начал рассказывать, почему ему пришлось применить это заклятие. Снейп иногда кивал головой, а после того, как выслушал его, произнес:

– Вы – малолетние идиоты. Зачем полезли сами?

– Не знаю, – честно признался Константин, – мозгов не хватило, как и времени...

– И что мне с вами делать?! – риторически спросил Снейп.

Константин только пожал плечами.

– Вас я в этом не виню, – неожиданно произнес профессор и сел за стол обратно, – видимо, ваша весьма специфическая северная магия оказалась сильнее вас самих.

– Наверное, – произнес Константин, напряженно подумав.

– А вы еще к тому же ее месяц не применяли... Интересный эффект. От слабого-то заклинания...

– Да... Профессор, я пойду, пожалуй... Можно? – спросил осторожно Константин.

Они со Снейпом встретились глазами.

– Я хотел еще раньше с вами поговорить, – произнес Снейп. – У нас, как вы наверняка знаете, скоро будет Рождество...

Мальчик медленно, но положительно кивнул.

– И у нас есть одна загвоздка. Мы собираем всю талантливую молодежь, со всех курсов для исполнения определенных номеров на концерт. Но в этом году на всех курсах почти никто не танцует... А вы, насколько я знаю, танцуете...

– Да, я действительно танцую, впрочем не только я... И Гермиона еще, – возразил мальчик. – Но что тогда именно танцевать?