355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Dream Writer » Миссия (не)выполнима: влюбить в себя бабника (СИ) » Текст книги (страница 17)
Миссия (не)выполнима: влюбить в себя бабника (СИ)
  • Текст добавлен: 1 мая 2017, 01:43

Текст книги "Миссия (не)выполнима: влюбить в себя бабника (СИ)"


Автор книги: Dream Writer



сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 38 страниц)

Я изо всех сил постаралась сдержать ироническую улыбку. Это я ещё пытаюсь доказать, что я не романтик? Уверена, любой, кто узнал бы, о чём я думаю, рассмеялся бы мне в лицо от подобного заявления. Но я, правда, никогда не была такой. Точнее, когда-то я была не такой…

Неужели такое происходит со всеми людьми? Я понимаю, что мы все меняемся под влиянием окружения, но до сих пор мне удавалось отлично избегать подобного. Я была индивидуальностью, это придавало мне сил. Я не могу похвастаться тем, что являюсь всеобщей любимицей. По правде говоря, немногие люди способны долго терпеть моё присутствие рядом с собой. И, если быть до конца откровенной, раньше я по-настоящему уважала и ценила, помимо членов своей семьи, только Дженни и Лили. И меня это вполне устраивало. Даже к Майку, пусть он мне нравился, я относилась не так хорошо, как к ним. А Фил…

Я знаю, что сейчас он мне нравится. Пусть на это ушло много времени, но я смогла понять это. Мне любопытно лишь одно: почему именно он? Гардинер никогда не относился ко мне очень хорошо, он также не пытался завоевать меня или ещё что-то в этом духе. Так почему? Я знаю, что влюбляются не за что-то, но ведь чувства не могут возникнуть на пустом месте. Они не могут появиться, когда вы друг друга ненавидите. Может, Лили была отчасти права, когда сказала, что Фил и не переставал мне нравиться? Может, я просто убедила себя в том, что он мне не нравится? Хорошо, допустим, что это так. Но почему я тогда влюбилась в него ещё в прошлом году?

Гардинер давно стал популярным, особенно среди девчонок. Хоть и не делал ничего такого, они липли к нему, как пиявки. Вероятно, всех их подкупала его смазливая мордашка и то, что он готов был завязать отношения с любой, хотя всем было известно, что это ненадолго. Да, он определённо из того типа людей, который я больше всех ненавижу.

Тогда какого чёрта мне он понравился?! Премию тому, кто мне ответит на этот вопрос.

– Солнышко, вставай, – послышался ласковый голос мамы, поглаживавшей моё плечо. – Мы приехали.

– Что, уже? – моё удивление было искренним, так как я, хоть и не спала, всё равно не заметила, как быстро пролетело время. Хотя, быть может, я даже задремала, думая обо всём этом.

В любом случае, сейчас мне предстоит заняться общественно-полезным делом. Забыть Гардинера. Хотя бы до тех пор, пока он не приедет. Нет, я даже не против поскучать из-за того, что его нет, но просто не могу представить себя, носящуюся по дому с воплями о том, что пропал мой любимый и ненаглядный.

Заткнись, внутренний сарказм, ты не к месту.

Я вздохнула. Точно с ума схожу. Почему у меня всё не как у людей? Я даже относиться к тому, что произошло, нормально не могу. И хочется спросить совета у кого-нибудь, да вот кто в данной ситуации сможет мне помочь? И чем? Настроение стремительно ухудшается. Пора включать депрессивную музыку и лежать на кровати, глядя в потолок.

К сожалению, моим планам не суждено было сбыться, так как мама сказала, что решила сама приготовить обед по случаю моего возвращения, а, пока она будет заниматься этим, мне следует разобрать свои вещи. Папа, к сожалению, кроме как послать ободряющую улыбку, никак помочь мне не мог. Вздохнув, я потащила свои вещи наверх, в свою комнату. Благо, сегодня мама разрешила Долли отработать свою зарплату, заставив убирать дом перед моим приездом. Домработница помогла мне поднять чемодан по лестнице и даже предложила помощь в разборке вещей, но, как представлю, что кто-то будет в буквальном смысле копаться в моём нижнем белье, меня передёргивает. Поэтому отказалась.

Оставшись наедине со своими мыслями, попыталась оценить масштаб бедствия. По идее, разборка чемодана займёт около двадцати минут. Надеюсь управиться быстрее. Обычно я не церемонюсь с одеждой, просто раскладываю её в две кучки: грязное и чистое. А уже потом раскладываю то, что ещё не носилось или уже постирано, в шкаф. Правда, сейчас, глядя на все свои вещи, я никак не могла понять, в чём дело. Такое ощущение, что чего-то не хватает. Чего-то небольшого, но важного.

Мне понадобилось меньше минуты, чтобы определить, чего именно недостаёт. Сосисочка! Куда делась моя игрушка?!

В панике я осмотрелась по сторонам, после чего выбежала из комнаты и, несмотря на никак не проходившую боль в ноге, промчалась по лестнице, по пути схватив ключи от автомобиля, которые отец оставил на тумбочке, стоявшей в коридоре под зеркалом, а потом забежала в гараж. Отключив сигнализацию, я заглянула в багажник, но он был так же пуст, как моя голова.

– Вот чёрт! – с досадой воскликнула я, закрывая багажник. Наверное, обронила свою таксу, когда под перекрёстным огнём Алекса и Фила оказалась. Может, позвонить недорыжику?

– И где у нас пожар? – послышался голос мамы, пришедшей в гараж, чтобы посмотреть, как тут я.

– Я Сосисочку, похоже, потеряла, – произнесла я таким тоном, будто это катастрофа вселенского масштаба. Хотя, чего греха таить, для меня так и есть! Это же моя любимая игрушка с раннего детства! Если она пропадёт бесследно, это будет невыносимо обидно.

– Как? – удивилась женщина. Ага, беспокоится теперь. А кто клялся выбросить её, если слушаться не буду, когда мне было семь лет? Да-да, я всё помню. – Ты везде искала?

– Как видишь, – буркнула я. – Гараж был моей последней надеждой. Есть, конечно, шанс, что её подобрал один мой др… знакомый. В комнате я её забыть не могла, так как абсолютно уверена, что спускалась с ней по лестнице.

– Тогда позвони этому своему др… знакомому, – передразнивая меня, сказала Люси. – Может, найдётся. И не расстраивайся сильно. Это всего лишь игрушка.

– Это моя самая давняя и верная подруга, – возразила я, после чего, игнорируя тихий смех матери, направилась в свою комнату.

– Какая же ты у меня ещё малышка, – негромко сказала женщина, но я не придала этому значения.

Оказавшись в своей комнате, тут же нашла мобильный телефон, в котором отыскала номер Алекса, которому сейчас собиралась позвонить. Не знаю, каким богам стоит молиться, но я искренне хочу, чтобы он не обижался на меня, а взял трубку и сказал, что подобрал-таки мою Сосисочку. Или сказал, что подобрал, потом вернул её мне, а потом обижался.

– Не думал, что ты позвонишь так скоро, – со смехом в голосе, в принципе, как и обычно, сказал парень, когда тягучие гудки прекратили раздражать мои уши.

Я не смогла сдержать облегчённого вздоха. Значит, он не обижается на меня из-за той сценки. Хотя почему именно я должна беспокоиться по этому поводу? Это всё Гардинер! Так, я, кажется, хотела не думать о нём.

– Я могла бы сказать, что безумно соскучилась, но мы оба знаем, что это ложь, – не став тратить время на приветствие, сказала я. – У меня к тебе дело.

– Кто бы сомневался, – со вздохом сказал недорыжик. – Что на этот раз? Кого бить будем?

– Меня головой об стенку, если ты сейчас скажешь то, что погубит все мои надежды. Пожалуйста, скажи, что это ты подобрал Сосисочку.

– Кого-кого? – не понял парень. – Кэтрин, если у тебя нет денег на то, чтобы поесть, я могу одолжить, не надо…

– Очень смешно, – с сарказмом сказала я. – Я имею в виду таксу. Игрушечную таксу, которую я, похоже, обронила тогда, когда разговаривала с тобой и ссорилась с Гардинером.

– А, так это была твоя игрушка? Я видел её, но не стал поднимать. Подумал, что ребёнка какого-нибудь…

– Откуда дети в этом лагере во время смены десятиклассников?! – срываясь на крик, спросила я. Если он не подобрал Сосисочку и из-за этого я потеряю её навсегда, то конец света наступит сегодня.

– Ну, не скажи, куратор какой-то из школ с дочкой приехала. Я точно не знал, кто именно это был, поэтому решил оставить игрушку там. Подумал, что кто-нибудь найдёт и поможет определить владельца. Мне и в голову не пришло, что она твоя…

– Я же держала её в руках, когда спустилась!

– Веришь, я не сильно обратил на это внимание. И вообще, попробуй позвонить своему Гардинеру. Он, должно быть, поднял её, когда я ушёл, хотя не уверен.

– У меня нет его номера, – тихо сказала я, а потом громче добавила: – И с каких это пор он мой?

– Не мой точно, – съязвил парень. – Ладно, у меня игра через полчаса. С вашей школой играем, кстати.

– Как жаль, а я только хотела пожелать тебе удачи. Теперь не буду.

В трубке послышался тихий смех, после чего, сказав что-то наподобие «Иного я от тебя и не ожидал», Алекс попрощался со мной. С детства меня учили, что проблемы живых существ важнее, поэтому на некоторое время я отвлеклась от своих переживаний по поводу утери любимой игрушки, всерьёз задумавшись над тем, что что-то с этим недорыжиком не так. Неужели он всё-таки обиделся из-за недавнего инцидента? Но я же, правда, не хотела, чтобы всё так обернулось… И почему у меня никогда ничего не получается так, как мне удобно? Вечно оказываюсь в каких-то ситуациях, выход из которых найти не так просто, как хотелось бы.

Я вздохнула. Желание разбирать вещи пропало. А, если учитывать, что оно и до этого было не очень сильным, сейчас мне захотелось вышвырнуть чемодан в окно, но лучше воздержаться от необдуманных поступков.

Рука сама по себе потянулась к карману, в котором лежала флешка, которую попросила передать мне Фиби. Может, взглянуть на фотографии? Понимаю, что сейчас ко всему прочему прибавится ещё и тоска по лагерю, но ничего не могу с собой поделать.

Я включила компьютер, после чего, подключив флешку, начала просматривать данные, хранившиеся на ней. Там было две папки, которые назывались «Photo_13» и «Special». Решив, что последняя кажется мне куда более заманчивой, я открыла сначала её. Там было всего десять фотографий, зато они были огромного размера, из-за чего приходилось их масштабировать. Это были коллажи для каждой из школ, с фотографиями каждого ученика в отдельности и парочкой совместных фото. Самым интересным было то, что все они сделаны случайно. Вот что значит профессиональная фотосъёмка – за всё время я так ни разу и не заметила, что нас снимают.

Рассмотрев коллаж нашей школы, стараясь не засматриваться на фото Гардинера, я ещё мельком взглянула на коллаж школы Алекса, а точнее, на него самого, после чего решила посмотреть другую папку. Количество фотографий, которые были там, просто потрясло меня. Восемьсот пятьдесят семь! Это за одну только неделю! Можно было подумать, что там фото для всех школ вперемешку, но нет же, здесь только наши. Да уж, фотограф честно отрабатывает свой хлеб. Интересно, я хоть когда-нибудь посмотрю их полностью? Да, посмотрю, ибо я упряма. И начну прямо сейчас.

Поначалу я честно старалась вглядываться в каждое фото, но уже через минут пять поймала себя на том, что рассматриваю картинку как следует только в том случае, если на ней есть я, Дженни или, как ни прискорбно это признавать, Фил. Другие меня особо не интересовали.

Очень скоро мне надоело даже это, но я, стойкий воин, держалась до конца. И вот, когда терпение практически иссякло, палец устал от постоянного щёлканья по клавиатуре, а глаза вылезли из орбит из-за того, что я практически не моргала, добралась до последней фотографии. Практически потеряв интерес ко всему этому действу, и даже не надеясь увидеть там что-нибудь стоящее, я лениво перелистнула на следующий снимок, готовясь тут же закрыть иконку, как вдруг замерла, внимательно вглядываясь в это фото.

Вроде это был обычный, ничем не примечательный снимок. Всего лишь парочка, целующаяся на фоне деревьев. Но что за парочка! Рыжие кудрявые волосы низенькой девушки и коричневые аккуратно подстриженные пряди парня казались мне до боли знакомыми. Увеличив фото в несколько раз, я убедилась в том, что догадка, посетившая мою голову в самом начале, верна. Это были Фил и Фиби. Они стояли очень близко друг к другу. И целовались. Фил и Фиби. Целовались.

Мой мозг отказывался воспринимать данную информацию. Наверное, именно поэтому я смотрела на эту фотографию около десяти минут. Это, скорее всего, для того, чтобы точно осознать произошедшее, да, мозг? Не важно. Так уж вышло, что я была настолько поглощена рассматриванием этого кадра, что даже не услышала, как меня позвали к обеду. Именно поэтому вздрогнула, когда прямо в ухо отец прошептал мне:

– И чем это мы тут занимаемся? Подглядывать за другими нехорошо.

Я моментально закрыла окошко, надеясь, что он не разглядел, кто именно запечатлён на том фото, после чего так спокойно, как только могла, сказала:

– Я не виновата, что она оказалась в общих фотографиях. Тому, кто поместил это сюда, нужно было несколько раз подумать, прежде чем сделать это.

– Это да, – спокойно произнёс Роберт. За что люблю его больше всего, так это за то, что даже в подобных ситуациях он ведёт себя легко и непринуждённо, как будто ничего не случилось. – Но, может, тот, кто поместил это сюда, вовсе и не думал? Кстати, Фил неплохо получился. Я всегда знал, что он очень фотогеничный.

– Издеваешься, да? – горько усмехнувшись, спросила я.

– И в мыслях не было. Всего лишь вывожу тебя из ступора. Но, раз не помогает… Я пойду и скажу Люси, что ты спустишься немного позже, хорошо?

– Я могу пойти обедать и сейчас.

– Зачем? Тебе же наверняка нужно сделать что-то.

– Что, например? – кажется, я уже совсем не понимаю, что он имеет в виду.

Мужчина загадочно улыбнулся и, тоном гуру, наставляющего нерадивого ученика, сказал:

– Не знаю. Но нужно что-нибудь сделать, а не сидеть на месте, правда?

Папа подмигнул мне, а после этого вышел из комнаты, а я вновь осталась одна. И что он хотел этим сказать? Если Роберт пытался заставить меня действовать, то его попытка целиком и полностью провалилась, потому что я не знаю, что делать. Серьёзно, я не имею ни малейшего понятия, так как впервые сталкиваюсь с подобного рода ситуацией.

Я ревную. Сейчас мне хочется удушить и Гардинера, и Хоггарт просто за то, что они существуют. Хочется стереть их наглые морды с лица Земли, потому что они так поступили. Интересно, это ли имела в виду Фиби, когда упомянула о своём сюрпризе?

«Он никогда не поцелует по-настоящему (я имею в виду, не в щёчку, как ты поняла) девушку, которую не любит», – почему-то вспомнила я сейчас слова, которые рыжая бестия сказала о Филе, когда застукала меня, пытавшуюся проследить за ними во время ночной вылазки. Интересно, это всё связано? Получается, девушка знала о том, что это фото попадёт в общий альбом, и тем самым пыталась сказать мне, чтобы я даже не пыталась претендовать на её собственность?

Что-то здесь не сходится. Хорошо, допустим, всё так и есть. Но откуда Фиби могла знать, что именно это фото попадёт в папку, к тому же, чуть ли не в первый день, когда мы оказались в лагере? Предполагать она могла, но не знать же наверняка. Значит, это всё подстроено. Но даже на этом странности не заканчиваются. Можно подумать, что у Хоггарт есть какие-то рычаги давления на этого фотографа, или же она просто как-то ухитрилась сделать такой снимок и поместить его именно на мою флешку, чтобы именно я увидела именно это фото. Но, раз уж у них с Гардинером такие отношения, почему она так спокойно относится к его похождениям? К тому же, пусть и немного, но я знаю Фила. Мне кажется, что, если бы он был по-настоящему влюблён в Фиби, то не стал бы бегать к другим девушкам. Во всяком случае, у неё на глазах. Разве что хочет позлить её…

Слишком много противоречащих друг другу фактов. Но фотография есть, её существование я отрицать не могу, так же, как и знать наверняка, когда именно и при каких обстоятельствах она сделана. Зато могу попытаться узнать кое-что другое.

Я схватила свой мобильный телефон, после чего набрала номер Лили. Плевать, что сегодня будний день и сейчас у неё урок. Я никогда не отличалась особой терпеливостью. Именно поэтому начала злиться, когда подруга слишком долго не брала трубку. Ничего, я же ещё раз могу перезвонить – у меня времени много. Но, к счастью, это не понадобилось.

– Кэтрин, у обычных людей занятия вообще-то, – послышалось шипение девушки в трубку. – Быстрее говори, что тебе нужно. И тебе же лучше, если это что-то важное.

– Не просто важное, а очень важное, – спокойно произнесла я. – Лили, скажи мне номер Майка.

– А зачем тебе? – после секундной паузы спросила шатенка, явно насторожившись.

– Не волнуйся, я им уже давно не интересуюсь, просто поговорить надо. Ты же знаешь, что, когда дело касается Гардинера, твой парень – мой лучший и самый надёжный информатор.

– Что уже натворил наш бабник?

– Потом расскажу. А сейчас спаси подружку – дай номерок Майка.

Возможно, Лили хотелось бы сперва услышать подробности сложившейся ситуации, но мне, наверное, первый раз за день по-настоящему повезло, так как из-за урока она отказалась от этой затеи, поэтому быстро продиктовала мне номер и, потребовав подробный рассказ сегодня вечером, отключилась.

Не теряя времени, я тут же набрала Майка. Благо, он ответил на звонок быстрее, чем его девушка, но вот отреагировал менее адекватно. Услышав пару нелестных эпитетов в свой адрес из-за того, что оторвала его ото сна (оказывается, если бы он просто сидел на уроке, всё было бы в порядке), я, извинившись и клятвенно пообещав, что подобного больше не повторится, смогла-таки убедить парня сменить гнев на милость и встретиться со мной сразу же после занятий в кафе неподалёку от моего дома. Хоть голос парня и изменился, стоило ему услышать об «очень важном деле», я решила не обращать на это внимания.

Закончив телефонный разговор, я ещё некоторое время, не шевелясь, просидела на своём месте. Кажется, мне нужно как можно чаще общаться со своим отцом, так как он помогает мне справляться с необоснованной депрессией и действовать. Надо бы его поблагодарить, но это может и подождать. Для начала мне нужно кое-что разузнать у друга Фила. И я уже знаю, что именно хочу у него спросить.

С первого этажа послышался крик матери, которая требовала, чтобы я спустилась и покушала. Я не стала возражать. Всё равно до конца занятий ещё больше часа, так что успею даже вещи разобрать, и все останутся довольны. А потом уж кое-как отпрошусь у мамы на прогулку. В этом, надеюсь, мне и папа поможет.

К счастью, всё получилось именно так, как я планировала. Пообедав, быстренько разобрала свои вещи, после чего отпросилась на несколько часиков прогуляться. Сказала, что встречусь с Лили, хотя отец наверняка понял, что здесь всё не так чисто. Ничего, с ним я всегда успею объясниться. В конце концов, он наверняка понимал, с кем имеет дело, когда побуждал меня к действиям.

Я бежала так быстро, как только могла, лишь бы не опоздать. Как итог, пришла раньше, так что ждала Майка около двадцати минут. Официант косо глядел на меня, когда я три раза заказывала воду, которая, между прочим, бесплатная, но мне действительно не хотелось ничего другого. Поэтому, когда мой знакомый наконец-то пришёл в кафе и заказал кофе, мне показалось, что парень, который нас обслуживал, сейчас подпрыгнет от счастья. Но не будем об этом.

– Давай сразу к делу, – сказала я Майку, когда мы обменялись приветствиями, а официант отошёл. – Ты, наверное, догадываешься, о чём, точнее, о ком я хочу с тобой поговорить.

– Да уж понял, – спокойно ответил тот. – Ты меня только о Филе и спрашиваешь. Что стряслось в этот раз?

Я уже открыла было рот, чтобы рассказать ему всё, но остановилась, так и не начав. Пока шла в кафе и сидела здесь, миллион раз продумала наш разговор и, казалось, все возможные ответы Майка, но на мне как обычно сработал закон подлости. Все мысли скрылись в неизвестном направлении.

Несколько секунд брюнет молча смотрел на меня, а потом спросил:

– Это так трудно сказать? Если так, то можешь написать. Или хотя бы изобразить. Всё же лучше, чем глядеть на твоё озадаченное лицо.

Изобразить? Точно, это же замечательная идея! Щёлкнув пальцами, мол, так и сделаю, я полезла в сумку за мобильным телефоном, чтобы показать парню ту фотографию, которая оказалась на флешке. Да, я скопировала её на телефон. Дурость высшей степени, знаю, но самобичеванием я вполне могу заняться и дома.

– Вот, – сказала я, протягивая брюнету телефон, на экране которого красовался тот снимок. – Что ты можешь сказать об этом?

Майк внимательно посмотрел на него, но не дольше пары секунд. Вскоре он уже взглянул на меня. Было заметно, что уголки его губ слегка подрагивают, но парень изо всех сил старается сдерживаться.

– Я скажу тебе кое-что любопытное, но сперва ответь мне, откуда у тебя этот снимок, – сказал он.

– Подарочек от Фиби, – буркнула я, не желая вдаваться в подробности.

– Ясно, – коротко ответили мне. – А я уж грешным делом подумал, что это Фил. Хотя вариант, что ты получила это от Фиби, с самого начала казался более реальным. Итак, что же я могу сказать об этом фото… По-моему, оно отличное, тебе так не кажется?

Я лишь удивлённо посмотрела на парня. Мне не послышалось?

– Ну, это… – промямлила, не в силах прийти в себя.

– Разве это не так? Как человек, который лично сделал этот снимок больше года назад, заявляю, что фотограф постарался на славу.

Майк улыбнулся, а до меня постепенно доходил смысл слов. Когда же это случилось, я воскликнула:

– Так этой фотографии больше года?! – и посмотрела на фото, только сейчас обратив внимание на то, что причёска Гардинера на нём слегка отличается от нынешней.

– Тише, мы не на улице. И да, это так. Что-нибудь ещё?

Я покачала головой из стороны в сторону. Нет, в самом деле, теперь вопросов у меня нет. Если эта фотография настолько древняя, к чему расспросы? Теперь я примерно представляю, какие отношения у Фила и Фиби, хотя многого не знаю. И всё же…

– Зачем она показала мне это фото? – невольно вслух задала вопрос.

Майку в этот момент как раз принесли кофе. Сделав несколько глотков горячего напитка, он вздохнул, после чего посмотрел на меня и сказал:

– Ты, хоть и знаешь, что я не люблю рассказывать о личной, – последнее слово он выделил, – жизни моего друга, продолжаешь меня расспрашивать.

– А ты продолжаешь приходить на встречи, хотя знаешь, что тебя там ждёт, – улыбнувшись, сказала я.

– Сам не знаю, почему, – ответил тот, после чего, вновь отпив немного из чашки, сказал: – Хорошо, кое-что я тебе расскажу. Но давай ты пообещаешь мне, что вскоре прекратишь все эти допросы. Говорю же, когда и если захочет, Фил сам всё тебе расскажет.

– Я обещаю, что прекращу ставить тебя в неловкое положение, – отвечаю ему. – Если что, найду другого информатора.

– Ты неисправима, – тихо сказал Майк, но потом уже спокойно продолжил: – Ладно, слушай. Я тебе уже говорил, что Фиби была первой девушкой Фила. И, наверное, единственной, с кем он встречался по-настоящему, так сказать. Не знаю, что конкретно повлияло на него после их разрыва, но потом он стал тем, кем является сейчас. Кратковременные отношения стали нормой, вошли в привычку. Вообще, это Хоггарт его бросила. Для неё он, по её же словам, был слишком идеальным, в нём не было запала, задора, которые она якобы так ценит в людях. Фил же действительно не всегда был таким, одно время он был чуть ли не забитым и, я бы сказал, крайне неуверенным в себе. О нём толком никто не знал, его не замечали, но это вскоре изменилось. Конечно, пусть лучше будет весёлым, чем стеснительным, но это не тот Гардинер, каким он был, когда мы познакомились. Он сильно изменился, что не могло не задеть Фиби. Хоть она его и бросила, они остались друзьями. И, кажется, девчушка до сих пор считает, что у неё есть какие-то права на него, особенно сейчас, когда Фил стал популярным. Это объясняет, почему она сделала так, чтобы ты увидела это фото. Не знаю, почему он до сих пор терпит её присутствие. Я бы уже послал куда подальше, а этот…

Парень махнул рукой, мол, наплевать, потом опять сделал несколько глотков из чашки, осушив её. Я же лишь смотрела на него, сохраняя молчание. Конечно, сейчас я узнала не так много, но не стоит требовать от брюнета невозможного, он и так сказал достаточно. Теперь мне хотя бы понятно, почему Фиби так взъелась на меня с первого дня. Хотя нет, непонятно.

– Последний вопрос, – практически умоляющим тоном произнесла я, так как видела, что уже начинаю этим выводить Майка из себя. – Я всё-таки немного не поняла ту часть, где ты сказал, что та предыстория объясняет, почему она сделала так, чтобы я увидела ту фотографию.

– Это же очевидно. Она считает тебя угрозой, потому что ваши с Филом отношения изначально не были похожи ни на дружеские, ни на, тем более, романтические. Тем не менее, он терпел тебя возле себя. Фиби, скорее всего, не понимала, с чем это связано, а непонимание порой страшит больше, чем знание правды. Думаю, дело в этом. Хотя я не понимаю, почему должен объяснять тебе столь очевидные вещи. Где ваша хвалёная женская интуиция, мисс?

– Временно в отпуске вместе с мозгами, – машинально ответила я. – Ладно, больше не буду устраивать тебе допрос. Спасибо, что рассказал всё это. С меня причитается.

– Не волнуйся, я с тебя сполна взыщу, – пообещал Майк, отчего я не смогла не улыбнуться. Несмотря на то, что парень не подбирает слов, мне он нравится. Думаю, мы могли бы стать хорошими друзьями. Да, а ещё неделю назад мне вроде как хотелось большего…

После этого мы с ним поговорили совсем немного, потом брюнет вызвался меня проводить до дома. К счастью, завтра я в школу ещё не иду, а потом начинается такая блаженная вещь, как осенние каникулы. Наверное, именно поэтому Майк согласился со мной встретиться, ведь неизвестно, когда бы нам удалось поговорить в следующий раз.

Этот день напомнил мне тот, когда парень провожал меня домой в мой день Рождения. Получив от него в подарок рисунок, я была на седьмом небе от счастья. Даже то, что Гардинер, хоть и знал, но не поздравил меня, казалось пустяком. Сейчас я так не думаю. Как быстро всё поменялось, хотя, кажется, что всё это было так давно…

В итоге, я настолько погрузилась в собственные мысли, что почти всю дорогу мы с Майком молчали. Когда же пришло время прощаться, мы перекинулись парой фраз, после чего я зашла в дом. Я рада, что парень не задавал никаких ненужных вопросов, не интересовался, почему я захотела узнать, какие отношения у Фила и Фиби. И, кажется, я рада, что мы с ним просто-напросто друзья.

Стоило оказаться дома, как мама ошарашила меня новостью, что завтра к нам в гости придёт Эйтан. Несложно догадаться, в какую сторону изменилось моё настроение, когда я услышала это. Папа никак не мог помочь, так как спал в их комнате. Я, дабы не нарываться на скандал, пробубнила, что несказанно рада этому, а сама побрела наверх.

Оказавшись в комнате, рухнула на кровать, зарывшись лицом в подушку. Слишком много всего за один день. Мне всё ещё сложно принять, что мне действительно нравится Гардинер, поэтому сегодняшняя ревность была слишком большим потрясением. Ещё и отъезд из лагеря… Сколько я ни старалась убедить себя в обратном, всё равно хочется вернуться обратно и пробыть вместе со всеми до конца. Ужасный день. Что я там говорила о самобичевании и депрессии? Самое время послушать подходящую музыку. Я вообще не люблю грустить, но иногда как накатит…

Я вытащила телефон из кармана джинс, и взглянула на экран. Высветилось два пропущенных с неизвестного номера. Так и знала, что не нужно было выключать звук на встрече с Майком, но так не хотелось, чтобы кто-нибудь мешал. А, может, это он и звонил? Я же могла номер не сохранить. Нет, последний вызов был десять минут назад – точно не он. Я не обязана перезванивать, ведь могли и номером ошибиться, но любопытно же. Наверное, именно поэтому начала вызывать абонента раньше, чем осознала, что делаю.

– Алло, – послышался голос из трубки. – Кэтрин?

Что-то мне он кажется подозрительно знакомым.

– Извините, вы мне звонили, – начала я, но меня прервали.

– А ты всё-таки перезвонила. Я уж думал, что ты там заснула или в подушку рыдаешь из-за того, что пришлось уехать, поэтому и не слышала.

– Гардинер?! – воскликнула я, подпрыгнув на кровати. – Откуда у тебя мой номер?!

– У меня свои методы для добывания информации, – парень тихонько прыснул. – Удивлена?

– Ещё бы! – не стала врать я. – Но больше я удивлена тому, что ты вообще решил мне позвонить.

– Хочешь, чтобы я удалил твой номер?

– Если вместе с ним ты сможешь удалить себя…

Опять послышался тихий смех, а я улыбнулась. Прошло не так много времени, а я уже соскучилась. Надо же, получается, даже с Дженни я рассталась и то раньше, а до сих пор ей не позвонила. Надо это исправить. Но потом. И Лили я позже позвоню.

– Зачем звонил? – ещё раз задала так интересовавший меня вопрос.

– Просто подумал, что этой ночью ты будешь плохо спать, вот и решил проверить, как ты там.

– Идиот, – выдала я. – Ничего более остроумного придумать не мог?

– Я имел в виду то, что тебе, должно быть, одиноко без твоей Сардельки или как там её… А ты о чём?

– Сосисочка! – воскликнула я, проигнорировав его последний вопрос. Как ребёнок, честное слово. – Ты нашёл её? С ней всё в порядке?

– Хм… Пациент стабилен, мы очень благодарны, что вас так беспокоит состояние игрушечного зверя. Она, конечно, нуждается в чистке, ибо нерадивая хозяйка бросила её на землю, но мы постараемся сделать всё, что в наших силах, чтобы спасти несчастную собачку.

– Я не специально! И вообще, – ох, чует моё сердце, лучше мне не договаривать, но я же идиотка. – Ты мне надоел. Лучше сразу скажи, вернёшь её или нет, а потом я отключаюсь. Не хочу слышать твой мерзкий голос.

– Верну-верну, куда я денусь? – со смехом в голосе сказал Фил. – Ты же меня из-под земли достанешь, если я не сделаю этого.

– Не сомневайся, – ухмыльнувшись, сказала я.

– Это, пожалуй, всё. Прощаемся?

Нет, я хочу ещё с тобой поговорить.

– Да, думаю, пора, – как-то неуверенно произнесла я.

– Точно? Твой ответ звучит не очень убедительно.

Конечно, я же привыкла, что ты каждый день рядом, и сейчас скучаю, но не могу сказать, ибо я дура.

– Да, точно. Тебе же, скорее всего, пора идти.

– Есть такое, меня как раз звали…

Фиби, да? Или какая-нибудь другая девчонка?

– Ну, я пошёл? – послышалось после короткой паузы.

Нет.

– Да, конечно, пока, – сказала я, после чего тут же отключилась.

Если бы не сделала этого сейчас, то потом точно не смогла бы, и в процессе разговора где-то прокололась. Я не могу, не должна показывать Гардинеру, что на самом деле он мне небезразличен. Я больше не могу играть в эту дурацкую игру, мне надоело выполнять эту миссию. Всё было проще, пока я не влюбилась. Но я также не могу отступиться от начатого. Нужно помнить только одно: Фил играет со мной. Не стоит воспринимать всерьёз всё, что он делает, что говорит. Майк помог мне убедиться в том, что этот парень не относится серьёзно к девушкам. Возможно, ему всё ещё нравится Фиби, и он делает это ей назло, ведь почему-то продолжает с ней общаться. Возможно, ему просто никто не нужен. Я не должна поддаваться на эти уловки, но тяжело рыбе освободиться из сетей, в которые она попала.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю