Текст книги "Психо Звери (ЛП)"
Автор книги: Жасмин Мас
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 28 страниц)
ГЛАВА 16: СЭДИ
БОЙЦОВСКИЙ КЛУБ
Я подавилась воздухом.
«Всего-то сто боев» эхом отдавалось в моей голове, словно пушечный выстрел. Иногда в стрессовых ситуациях важно заземлиться и вспомнить о своих главных ценностях.
Моей ценностью была способность пролить свою кровь и заразить кого-нибудь так, чтобы он стал моим ментальным рабом. Только это и спасало меня от желания рухнуть на колени и зарыдать навзрыд.
– За мной. Сегодня вы начнете тренировки.
Дон открыл дверь и повел нас по тускло освещенному коридору. С обеих сторон нас сопровождали беты в черных костюмах с массивными автоматами наперевес.
Лампы моргали.
Что вообще за мания в этом мире на жуткие мигающие лампы?
Мы зашли за ним в узкий лифт, который я узнала по книге о продвинутых технологиях в мире перевертышей. Играла фоновая музыка, а наши отражения рябили на гладких стеклянных панелях маленькой кабинки.
– Эм, и еще кое-что, – я склонила голову набок, глядя на Дона. – Девочкам нужно образование. Люсинде всего шестнадцать. А остальные, кажется, примерно того же возраста?
Джакс кивнул Дону:
– Джесс восемь лет, Джале четырнадцать, а Джинкс двенадцать. Я был бы признателен, если бы вы смогли организовать для них школу.
Дон прижал ладонь к черному стеклу, и белый свет лифта сменился на темно-красный.
Кабина резко полетела вниз.
Будь у меня хоть капля инстинкта самосохранения, я бы запаниковала и закричала. Вместо этого я не смогла сдержать смех, сорвавшийся с губ, когда мои волосы взлетели вверх, а ноги оторвались от пола.
В противовес мне лица парней оставались каменными, пока они парили в невесомости. Длинные светлые локоны Ксеркса завились на кончиках во все стороны. Он крутил в воздухе кинжал и сверлил меня взглядом.
Пространство снова наполнилось сладким запахом корицы с нотками мороза, каштанов и хвои.
Лифт резко остановился, и я рухнула обратно на пол. Дверь со свистом открылась, и я спотыкаясь вывалилась наружу на дрожащих ногах. Ашер поймал меня за руку и придержал, его татуировки натянулись на суровом подбородке, когда он с раздражением прорычал:
– Аккуратнее.
Нас встретил кромешно-черный коридор. Единственным источником света служила неоновая надпись на стене курсивом: «Ад вымощен костями неверных». Что смотрелось уже не так шокирующе во второй раз.
Дон повел нас дальше. Темный коридор казался бесконечным и зловеще тихим. Вместо того чтобы паниковать, я сосредоточилась на том, чтобы оценить настенные цитаты по шкале от «вдохновляет» до «полный бред»:
«Потей, страдай, выживай». Забавная маленькая переделка фразы «Живи, люби, смейся». Нужно отдать должное их депрессивному творчеству. Тот, кто это написал, явно был в настроении поныть. Десять из десяти, вдохновляет.
«Яростно сражайся как зверь, хладнокровно уничтожай как богиня луны». Очень круто. С каких пор богиня луны стала устрашающей фигурой? Я думала, она связана с душевным покоем. Но их версия мне нравится больше. Восемь из десяти, вдохновляет.
«Свяжешься с альфой – поимеешь всю стаю». Мне нравится, но как-то слишком двусмысленно. Семь из десяти, вдохновляет.
«Время отдыхать – плети интриги; время сражаться – режь». Хм, даже не знаю, что и думать. Я ценю хороший день отдыха. Шесть из десяти, вдохновляет.
«Смерть за око, и мир зверей выживет». Это напоминало мне другую фразу, но я не могла вспомнить какую. Минус балл за запутанность. Два из десяти, вдохновляет.
«Разбитые костяшки, разбитые губы, переломанные кости, заряженный пулемет, а еще только понедельник». Сразу нет. Один из десяти, вызывает дискомфорт.
«Предупреждение полукровкам: грядет война». По понятным причинам: ноль из десяти. Очень жутко и неприятно, совершенно лишняя клевета на полукровок, если спрашиваете мое мнение.
Дон повернулся для светской беседы, а я постаралась сделать вид, что не испытываю паническую атаку от последней фразы.
– А что насчет паренька с вами. Кажется, его зовут Аран? Ему тоже нужно в школу? – его тон был слишком непринужденным.
Я покачала головой, пытаясь казаться беспечной:
– Нет, ему двадцать четыре, и он фейри воды. Так что в школу он не пойдет. Он присмотрит за девочками.
Если под фразой «присмотрит за девочками» подразумевалось «задушит их во сне», то Аран точно светила премия «Няня года».
– Хм.
Умеют ли змеи чувствовать ложь?
Дон продолжал вести нас по узкому коридору:
– Я устрою девочек в школу. Вы знаете их потенциальные формы?
Я пожала плечами:
– Эм, я альфа. Но родителей мы не знаем. Так что я не уверена на сто процентов, что Люсинда тоже окажется альфой.
Джакс плелся в хвосте вместе с остальными парнями, но теперь шагнул вперед, становясь рядом со мной:
– Нет, все мои сестры приемные. Нам ничего не известно об их происхождении.
Меня окатило волной дежавю.
Я вздрогнула.
Наверняка это просто совпадение, но казалось странным, что никто из нас не знал своих настоящих родителей.
Предупреждение полукровокам: грядет война.
Нет, я не буду об этом думать, лучше представлю, как скачу по цветочному полю фейри. Мое воображение – дерьмо, потому что поле превратилось в темницу, а по мне ползали огромные крысы.
– Ох, блядь! Леголас!
Дон остановился:
– Что?
– Тот чувак в тюрьме, он кое-что сказал. Какая-то звездная херня…
Это вертелось у меня на языке, но вспомнить никак не получалось.
Все ждали от меня продолжения, и я наморщила нос, изображая мучительные воспоминания. На самом деле в голове была абсолютная пустота. Все, что я могла вспомнить – это жуткую вонь экскрементов.
Кобра выступил вперед из того места, где о чем-то шептался с Ашером (дай мужику стаю, и они тут же лучшие кореша) и усмехнулся:
– Леголас из Высшего Суда, позиция заключенного 4444, просил оповестить кого-нибудь, что его держат в заложниках в тюрьме теперь уже очень мертвой королевы фейри. И да, Сэди, память у тебя – полное дерьмо.
У меня запершило в груди, когда я зарычала на него.
Кобра зашипел в ответ.
Бог солнца, не дай бог девушке испытать легкое помутнение рассудка после того, как она сражалась за свою жизнь против злого правителя и пережила пытки. К тому же, я никогда не претендовала на звание самой умной. У меня другие таланты.
Глаза Дона засветились:
– Вы уверены, что он так сказал?
Кобра выглядел скучающим:
– Железобетонно.
Дон сглотнул, его кадык дернулся, исказив татуировку на шее так, что буква «О» в слове «LOYALTY» растянулась:
– Я немедленно сообщу кому следует. С Высшим Судом лучше не связываться.
– С кем? – спросила я одновременно с парнями.
Дон ухватился за ручку двери, скрытой в темноте коридора:
– С теми, кто правит всеми мирами. Они могущественнее, чем вы можете себе представить.
У меня отвисла челюсть. Длинные черные волосы Дона взметнулись за спиной, когда он небрежно шагнул за дверь, словно только что не разрушил всю мою картину мироздания.
Леголас красиво пел, но я ему не верила. В конце концов, мужик был истощенным узником в подземелье.
Кто знает, что такие условия делают с психикой?
– Меня сейчас вырвет, – пробормотала я.
– Времени на это нет. Мы должны выжить, – прошептал Джакс, и Ашер снова положил ладонь мне на поясницу, мягко подталкивая вперед.
Кобра и Ксеркс напряженно застыли позади.
Первое, что я заметила – шум: зловещую тишину коридора сменили пронзительные голоса и грохот музыкальных инструментов.
Второе, что я заметила – невероятно высокий потолок.
Комната тускло освещалась неоново-красными огнями и затянута дымкой, отчаянно воняя сигаретным дымом и потом.
У них тут что, в принципе не выключают нормальный свет, и откуда такая страсть к курению?
Третье, что я заметила – дюжина бойцовских рингов, разбросанных по всему залу. Между огороженными канатами матами повсюду валялись гантели и штанги.
Альфы молотили друг друга кулаками, и под звуки ударов разносился громкий хруст ломающихся костей.
Вокруг летели брызги крови, пота и слюны. Пара дюжин альф, все сплошь без рубашек, либо лупились друг с другом, либо тягали железо непомерного веса.
Мощный смрад пота перебивал запахи отдельных альф, создавая отвратительную смесь, напоминающую десятки горящих ароматических свеч. Если бы эти свечи пахли потом и мускусными нотками.
Кто-то гаркнул:
– Дон прибыл!
Внезапно все прекратили драку и качалку, приняв широкую стойку. Головы опущены, руки сцеплены за спиной. Кто-то выключил визгливую музыку.
Я решила не зацикливаться на светящихся пистолетах, засунутых в потные шорты чуть ли не каждого альфы.
Дон обратился к залу, его голос звучал жестко и властно:
– У нас пять новых рекрутов. Один из них – омега, а вторая – альфа– женщина. Все они связаны между собой узами, кроме женщины-альфы.
Отличное напоминание. Спасибо, что ткнул носом.
По залу пронесся легкий ропот.
Кобра что-то негромко буркнул, и я не упустила из виду, как они с Джаксом чуть прикрыли собой Ксеркса.
Пальцы Ашера сильнее вжались в мою поясницу.
Голос Дона упал на октаву ниже, приобретя едва уловимое шипение:
– С ними сссвязаны конфеденциальные исссключительные обссстоятельссства. Вссе, что вам нужно знать – они выросли не в Серпентесе и не знакомы с большииинством наших традиций. У кого есть претензззии к инициации омеги, могут адресовать их напрямую мне.
Альфы затихли и опустили головы еще ниже.
Готова поставить все свои несуществующие деньги, которых в глаза не видела (да и никто так и не удосужился объяснить, как тут получать выплаты), что жаловаться Дону никто не пойдет.
Его массивная белая змея лениво скользила вокруг шеи.
Дон улыбнулся, расслабив плечи. Он вероятно, ощущал себя самым жутким ублюдком в этом помещении. Затем тот продолжил речь:
– Они присоединятся к двум альфам, которые сейчас проходят инициацию.
Он указал на единственных двух перевертышей, стоявших на ринге без пистолетов за поясом. Это были мужчина и женщина.
Я нервничала, потому что за все время заметила в зале всего трех женщин, а у меня был долгий и бурный роман с токсичной маскулинностью и наглыми альфами-мудаками.
Что поделать?
Мелкосортные самцы чуяли мой мощный женский запах и начинали жутко беситься. «Жутко» в смысле накалялись от ярости. «Беситься» в смысле интенсивно переживали о том, как бы оторвать мою голову от туловища.
Но теперь я проходила супер-пупер инициацию в банду альф-зверей. Поистине, уникальный опыт в компании с другой альфа-женщиной.
Спасибо богу солнца.
Дон жестом велел нам присоединиться к остальным инициаторам, хлопнул Кобру по плечу и зашагал к выходу.
Как только за ним захлопнулась дверь, оглушительная музыка включилась вновь. Альфы возобновили рычание и демонстрацию мускулов. Грохот бросаемых гирь сотрясал пол вибрацией.
Джакс повел нас вперед сквозь море потных полуголых мужиков к указанному Доном месту. Большинство альф держали в зубах тлеющие сигареты, пока мы пробирались мимо рингов. Какой-то устрашающий альфа подался вперед и нарочно выдохнул мне в лицо клуб дыма. Его лысая голова неестественно блестела.
Я закашлялась, сдерживая рвотный позыв.
Прежде чем я успела познакомить его яйца со своим коленом, Ашер подтолкнул меня вперед, шепнув на ухо:
– Он того не стоит.
Альфа ухмыльнулся и что-то пробурчал себе под нос, пока Ашер вел меня мимо, а я мысленно прикидывала, насколько ужасной идеей будет сделать этого хама своим кровным слугой. Или, может, просто обратиться и продемонстрировать свои клыки во всей красе?
Это научило бы его манерам.
Остальные парни промолчали, а я продолжала ворчать, двигаясь дальше.
Еще неделю назад Ксеркс прикончил бы этого урода, а Кобра попытался бы вырвать ему веки, просто чтобы защитить мою честь.
Теперь же они даже глазом не моргнули, будто их вполне устраивало, что со мной обращаются как с дерьмом.
Грудь обожгло разочарованием.
Так даже лучше.
Мне не нужны мужчины, которые защищают меня только тогда, когда им удобно. Я хотела тех, кто будет ценить меня настоящую и искренне заботился.
Мы добрались до забрызганного кровью ринга, на который указал Дон.
Крупный рыжеволосый альфа с пистолетом за поясом и татуировкой «LOYALTY» на груди шагнул нам навстречу:
– Я – Зет, один из тренеров по инициации для новичков.
Наступила долгая неловкая пауза. Он окинул взглядом каждого из нас, а затем уставился на меня.
– Ты альфа-женщина?
Он недоверчиво приподнял рыжие брови в изумлении.
Я все еще молча кипела из-за того, что парни никак не отреагировали на урода, пустившего мне дым в лицо, поэтому отвечать не стала.
Зет обратился ко мне:
– Откуда ты, по их словам?
– Без понятия, – рявкнула я в ответ.
– У тебя интересный окрас.
Он протянул руку, собираясь коснуться моих волос, но Ксеркс резко заслонил меня собой. Солдат королевы вернулся, и голос его прозвучал ледянее айсберга:
– Кажется, знакомство уже состоялось.
Зет кивнул и добродушно улыбнулся, переведя внимание с меня на двух альф, стоявших на ринге рядом с ним:
– Это Кларисса и Джеймс. У них сегодня тоже первый день в бойцовском клубе, так что проходить инициацию будете вместе.
Кларисса протянула руку и пожала ладонь Ашера, облизнув пухлые губы. Ее взгляд медленно скользил по его татуированному торсу. Судя по тому, как близко она придвинулась к нему, увиденное ей явно пришлось по душе. Ашер сохранял каменное лицо, но не оттолкнул ее и не сделал замечание.
Острое лезвие ножа резко резануло по моим внутренностям.
Она была высокой и ослепительно красивой. Стоя рядом, они с Ашером выглядели идеальной парой. Ни у кого бы и в мыслях не возникло вопросов, почему они вместе.
Наконец Кларисса отступила от Ашера и направилась ко мне. Я протянула руку с натянутой улыбкой. Но она не ответила тем же, оставив мою ладонь неловко висеть в воздухе.
Стоявший рядом Джеймс хихикнул, его черты лица подозрительно напоминали Клариссины. Он морщил нос, словно от меня воняло дерьмом.
Отлично, быдло альфы.
Просто новенькое открытие.
Я отступила назад и закатила глаза, изображая полное безразличие. Хотя украдкой понюхала собственные подмышки.
Запах от меня определенно исходил. Стрессовый пот штука реальная. Но не настолько же он был едкий?
Пердеж Аран вонял в миллион раз хуже.
Кларисса проигнорировала меня и переключилась на Кобру. Тот одарил ее ослепительной улыбкой.
– Я Кобра. Рад знакомству.
Его драгоценные камни сверкнули на идеально правильном лице, когда он галантно поклонился ей. Джакс неуютно заерзал. Ашер уставился на меня во все глаза, и мне потребовалась пара секунд, чтобы осознать произошедшее:
Кобра разговаривал с ней.
С женщиной.
Мое сердце рухнуло куда-то в желудок.
Великолепно.
Теперь он справился со своей детской травмой и токсичной маскулинностью, решив заговорить с представительницей женского пола.
Первый и последний раз в своей жизни я пожалела об упразднении патриархата.
Кобра улыбался альфа-женщине, которая выглядела едва ли не симпатичнее всех, кого я встречала в жизни. И она ни капли не была похожа на меня.
Моя теневая змейка уловила мой стресс и пустила по коже успокаивающий импульс, подкидывая картинки объятий и радости.
Тоскующее чувство охватило меня при мысли о том, кому раньше принадлежала эта змейка. Но я постаралась послать ей в ответ как можно больше любящих образов. По крайней мере, змейка у меня осталась. Пусть это и все, что досталось мне от Кобры.
– Я Кларисса. Взаимно. Никогда не встречала перевертышей с драгоценными камнями в коже. – она кокетливо пожала ему руку, хлопая длинными пушистыми ресницами.
Кобра произнес с расстановкой:
– У тебя прекрасное имя.
Лезвие ножа в моем желудке превратилось в мачете.
Пока они пожимали друг другу руки (по моему мнению, непозволительно долго), Кобра имел наглость оглянуться через плечо и самодовольно ухмыльнуться мне.
Да пошел он нахуй. Если ему хочется трахаться с чужой рукой, это его личные половые трудности.
Он предельно ясно дал понять: я для него пустое место.
Я нарочно поднесла пальцы к лицу и легко поцеловала змейку.
– Какая хорошая малышка, – похвалила я, и та радостно задрожала.
Я транслировала ей новые образы любви и поцелуев, и она в восторге закружилась бочонком по моей золотистой коже.
Лицо Кобры поблекло, на нем промелькнуло какое-то нечитаемое выражение. Он резко отдернул руку от Клариссы, отшатнувшись назад так, будто его ужалили. Кларисса ничего не заметила и переключила свое влюбленное внимание на Джакса и Ксеркса. Она ворковала над прической Ксеркса и восхищалась габаритами Джакса до тех пор, пока мне не захотелось выцарапать себе глаза ржавой ложкой.
Ее брат Джеймс последовал ее примеру, пожимая руки всем подряд. Кроме меня.
Вдоволь поумилявшись Ксерксом, Кларисса подалась вперед, нарушая его личное пространство, и прошептала что-то о том, как она умеет обращаться с омегами. Ее черные, как полночь, волосы контрастировали с его светлыми локонами, а аромат корицы смешался с ее лимонным запахом альфы.
Вместе эти запахи звучали не так уж плохо.
Гребаный ад, убейте меня.
Внезапно, когда ее нос почти коснулся его шеи, Ксеркс дернулся, схватившись за грудь одновременно с Джаксом, Ашером.
Мой желудок рухнул в пятки.
Узы Ксеркса взбунтовалась, потому что он возбудился от этой чертовски красивой сучки
Низкий рычащий альфа-голос подкатил к горлу, и я с трудом проглотила позорный рык.
Он не твой омега.
Ногти впились в ладони, а губу я прикусила до крови. Я не могла оторвать глаз от того, как Кларисса шептала что-то Ксерксу, а тот слегка задрожал.
Мачете в моем животе трансформировалось в гранату.
Наш тренер Зет повернулся ко мне, и я с трудом отвела взгляд от этого бабника:
– Дон приказал разделить вас для тренировок. Сэди, ты будешь заниматься с Молли. Остальные – за мной.
Чудно, меня выделили отдельно как отброса группы.
Но облегчение волной окатило меня при мысли о том, что удается убраться подальше от парней к угловому рингу, на который указал Зет. Мне нужно было смыться от них до того, как я обращусь в тигрицу и окончательно опозорюсь.
Я сделала свой выбор, а они показали свое истинное лицо.
Все, что между нами было, закончилось, даже не начавшись. И мне уже стоило это принять.
Но если Дон думал заставить меня выполнять какую-то сопливую женскую версию тренировок, его ждал сюрприз.
Он серьезно полагал, что я не вывезу мужские нагрузки?
Я гребанная саблезубая тигрица.
Он вообще видел мои клыки? Они длиннее его рук.
С каждым шагом я боролась с желанием обернуться. С такими темпами Кларисса наверняка уже оседлала Ксеркса с Коброй, трахая их обоих одновременно. Ашер бы с удовольствием понаблюдал, а Джакс возбудился бы от вида Кобры с такой красоткой.
Им оказалось слишком легко заменить меня.
Забыть обо мне.
Перевернуть страницу.
По спине полоснуло острой болью, и я споткнулась о штангу. Я едва соображала, что происходит, память подкидывала образы маленькой таверны и ремень беты. Родителей, которые меня бросили.
Может, Кларисса – это именно то, о чем они всегда мечтали? Кто-то утонченная, высокая, и потрясающая, кто будет смотреть им в рот и лелеять их хрупкое мужское эго.
Это была не я.
Занятая мысленным уничтожением парней, я не смотрела под ноги и влетела прямо в стену. Длинные мозолистые пальцы перехватили меня за предплечье, пока я отшатывалась назад, бормоча извинения.
Передо мной выросла гора перекачанных мышц. Бугрящиеся руки и внушительные бедра сияли потом воина из древних легенд. Одна половина головы была сбрита, а на второй росли длинные темные волосы.
Я ахнула, когда она подняла голову.
Загорелая оливковая кожа, широкие прикрытые глаза и мягкие черты лица улыбались мне.
– Готова пахать, милочка? Мне поручили тренировать тебя, – сказала женщина, и я в оцепенении осознала, что, в отличие от всех фейри, включая Аран, она была ненамного выше меня.
Моя челюсть беспомощно задвигалась вверх-вниз, пока я пялилась на ее скульптурное совершенство.
Забудьте все, что я только что думала насчет роли отброса.
За честь работать рядом с ней я была готова отдать все. Судя по двестивосемьдесятшестифунтовых гантелям, которые она непринужденно подбрасывала в каждой руке, эта мощь была не для красоты.
Она воплощала все, к чему я стремилась: силу, красоту и превосходство над любым мужчиной.
– Ты мой кумир, – брякнула я.
Молли усмехнулась и тепло улыбнулась:
– За работу.
ГЛАВА 17: СЭДИ
ЭМ-М, ПОМОГИТЕ?
НИКОГДА НЕ ВСТРЕЧАЙТЕСЬ СО СВОИМИ КУМИРАМИ.
Молли сладко улыбнулась и проскандировала надо мной: «Двести».
Мои руки-макаронины задрожали, и я уткнулась лицом вниз. После пяти минут борьбы с самой собой стало ясно, что я не отожмусь ни разу, как бы ни старалась..
Музыка, грохотавшая в задымленном помещении, визжала что-то о смерти и боли.
Чрезвычайно жизненно.
Молли тяжело вздохнула:
– Можешь сделать «детский» вариант, с колен.
– Ты мой ангел, – я посмотрела на нее с обожанием, она же глянула сверху вниз со смесью жалости и скуки.
Она была милосердной королевой.
Моя благодарность длилась недолго.
Кто же знал, что отжимания на коленях становятся безумно тяжелыми после двух сотен повторений?
Аж бесит.
– Четыреста два, – считала Молли для меня, продолжая запросто поднимать свои трехсотфунтовые гири.
– Есть ли еще какой-то вариант, который я могу сделать сейчас? – выдохнула я, двигая грудью вверх-вниз так, что титьки едва отрывались от мата на дюйм.
Голос Молли доносился как будто издалека, а в ушах свистело, словно в аэродинамической трубе:
– Конечно, ляг плашмя на мат и не двигайся.
Я тут же рухнула вниз и закрыла глаза, тяжело вздыхая от облегчения, когда кислород заполнил мои изголодавшиеся легкие.
У меня ушло позорно много времени на то, чтобы сообразить: красивый звенящий звук – это смеющаяся Молли.
Она смеялась не со мной. Я была слишком занята тем, что тонула в собственной слюне и изображала бревно. А значит, она смеялась над мной.
Молли пошутила.
Стоная, как умирающая корова, я с трудом вернулась на колени, и по моему лицу покатилась одинокая слеза. Я ждала унизительного комментария о том, насколько я жалкая и слабая, пока пыталась поставить руки перед собой.
Разве возможно родиться без грудных мышц?
Потому что богом солнца клянусь: под моими маленькими сиськами не было ничего, кроме костей.
Впечатляющие бедра присели рядом с моей головой, и Молли тихо произнесла
– Половина зала сейчас пялится на тебя, и как альфа-женщина ты всегда будешь под пристальным вниманием. Покажи им, кто ты есть.
Огненная ярость прокатилась по моему телу, и я кивнула.
А еще по щеке скатилась еще одна слеза, потому что поддерживающие женщины всегда вызывали во мне эмоции.
Она продолжила:
– К тому же те четверо парней, с которыми ты вошла, смотрят на меня так, будто ты их истинная пара, и они хотят убить меня за то, что я мучаю тебя. Покажи им, на что ты способна.
Я покачала головой
– Я им не нужна. Поверь, они меня ненавидят, потому что я не сформировала с ними стаю. Они уже переключились. И кстати, что такое «истинная пара»?
Молли прищурилась, словно удивившись моему незнанию.
– В старые времена, когда богиня луны ходила среди нас, стаи состояли из предназначенных друг другу пар. Но она покинула этот мир. Ходят слухи, что из-за войны, и с тех пор истинных пар не было.
Ее мягкая ладонь утешительно похлопала меня по голове.
– Не бери в голову, милочка. Если пары предначертаны, это очевидно всем участникам связи. Раз они уже стая, вы точно не истинные. Связь бы не позволила им завершить формирование без тебя.
Маленький огонек надежды в моей груди погас с шипением.
Молли ласково улыбнулась:
– Но это не значит, что ты им не нужна. Помни: ненависть – это одержимость, а одержимость – чистейшая форма любви. Ты не можешь двигаться дальше, и она грызет тебя изнутри, пока не становится всем, что ты знаешь и на чем можешь сосредоточиться. Она превращается в твою единственную надежду. Но иногда этого недостаточно, и все вокруг рушится.
Я все еще хватала ртом воздух, лежа на полу. Что-то в ее тоне было не так, и я подняла голову, чтобы заглянуть в ее добрые карие глаза. Кто-то сделал ей больно.
– Вау, – сказала я. – Если я тебе нравлюсь, могла бы просто сказать.
Громкий смех вырвался из груди крупной женщины, и она хлопнула меня по спине. Я сморщилась, делая вид, что она только что не сломала мне три ребра и не проткнула легкое.
– О нет, ты точно не в моем вкусе. – она уперлась руками в колени и хохотала до тех пор, пока я окончательно не обиделась.
В конце концов, я не думала, что Молли действительно запала на меня. Я даже не знала, интересуют ли ее женщины, но ей вовсе не обязательно было выражаться так грубо.
– Знаешь ли, некоторые считают, что я – завидная партия, – проворчала я после того, как прошла пятиминутная отметка, в течение которой Молли жадно глотала воздух.
Мои слова заставили ее согнуться пополам от новой волны смеха.
Я задумалась и поняла, что вообще не могу припомнить, говорил ли мне хоть кто-нибудь, что я красивая. Кобра всегда утверждал, что хочет обладать мной. Ашер называл меня «принцессой» (слегка странно, я всегда предполагала у него какой-то фетиш на королевских особ). Джакс звал меня «маленькая альфа», а Ксеркс именовал просто альфой.
Внезапно мне показалось невероятно важным, что мне никто и никогда не говорил, будто я красивая.
Неужели я уродина? Может, поэтому мужчинам было так легко перестать бороться за меня?
Я была для них лишь единственной альфа-женщиной. А теперь, когда я перестала быть уникальной, им стало плевать.
И вообще, с чего это я веду себя как тщеславная, капризная сучка, когда нахожусь в самом разгаре мафиозной тренировки?
Я не удержалась и бросила взгляд на соседний ринг, где отжималась Кларисса. Она сияла, словно богиня. Тем временем мои руки продолжала скользить, потому что я лежала в луже вонючего пота. Каждый раз, когда я пыталась себя обнюхать, меня тошнило от зловония.
Я забыла дезодорант.
В отличие от меня, Кларисса, должно быть, пахла цветами и лимоном. Высокая, мускулистая, с волосами к волоску, она выглядела идеальным дополнением к массивным атлетическим фигурам мужчин.
Наконец Молли перестала переживать сердечный приступ от смеха при мысли о том, что находит меня привлекательной, и произнесла:
– Знаешь, я в курсе, что ты просто лежала и отдыхала, а не отжималась.
Черт возьми. Я надеялась, она не заметила.
Ее лицо приняло серьезное выражение, внушающее вдохновляющий ужас: – Знаешь, если поработаешь со мной, я обещаю сделать тебя такой же сильной, если не сильнее, чем та девица, на которую ты так злобно пялишься.
Может кто-нибудь ей уже скажет, что я полуфейри и вряд ли сильно изменюсь?
Конечно, нет.
Я мысленно отвесила себе пощечину.
Я веду себя как самоуничижающаяся мелкая сучка.
Если кто-то и способен помочь мне раскрыть лучший потенциал, так это абсолютная богиня по имени Молли.
– Договорились. – я протянула руку и пожала ее ладонь.
Молли усмехнулась и напрягла бицепсы:
– Теперь будешь делать в точности то, что я скажу.
Я заговорщически ухмыльнулась в ответ.
К сожалению и разочарованию, тем самым «ровно тем, что она сказала сделать», оказались еще триста отжиманий. Под бдительным взором моего кумира я дергалась, как будто завтрашнего дня не существует, чуть не напрудив в штаны от истощения, пока не дошла до трехсотого повторения и не отключилась. Боль пронзила каждую мышцу моего тела. Свет померк в глазах, и я провалилась в загробный мир бога солнца.
– Кто выключил свет? – кто-то заорал, и тусклое освещение зажглось снова.
Я закрыла глаза, огорченная тем, что смерть была так близко и при этом все еще так далеко.
– А-а-а! – я дернулась и закричала, когда кто-то вонзил мне в руку иглу, пытаясь оторвать конечность.
– Расслабься, – бросила Молли, заканчивая вводить шприц со светящейся синей жидкостью мне в вену. – Это зачарованный стимулятор роста мышц. Он работает в тандеме с твоим телом, помогая мышцам восстанавливаться и становиться сильнее.
Она снова усмехнулась:
– Ты же не думала, что сможешь стать сильнее без посторонней помощи?
– Где ты это достала?
Что за фигня в этом мире колоть перевертышам инъекции против их воли?
Молли улыбнулась, вытаскивая еще один шприц из своей сумки возле ринга, и вонзила его себе в руку:
– Как по-твоему, я стала такой сильной?
Я сузила глаза:
– У него есть побочные эффекты?
– Кому какая разница? Ты бессмертная альфа, – беззаботно ответила Молли.
С таким подходом я вполне понимала, почему у этого мира проблемы с курением.
И все же я не могла обвинить ее в отсутствии логики.
– Можно мне еще? – спросила я.
Она пожала плечами, схватила еще один шприц и воткнула его мне в другую руку. Так началась моя экстремальная трансформация тела из тощего доходяги в абсолютный танк на зависть любой женщине.
Спустя несколько часов дневные пытки наконец подошли к концу.
– Кажется, мои бицепсы стали больше», – заявила я Джаксу, напрягая обе руки перед одним из больших зеркал, устилавших стены бойцовского клуба.
Мы закончили тренировку, иначе говоря – выполнение не богоугодного количества отжиманий, прыжков и планки. Затем Молли отправила меня на растяжку с остальными новичкам для остывания.
Зет сидел перед нами, «надзирая» за процессом с пистолетом в руке.
Неужели они думали, что другие альфы прикончат нас, если оставить их без присмотра?
Тревожный звоночек.
Весь спортзал был пропитан насквозь атмосферой насилия. Столько альф в одном пространстве – готовый рецепт катастрофы. Невозможно было не заметить пистолеты, засунутые за пояса абсолютно у всех, словно они не могли расстаться с оружием даже во время тренировок.
Зачем им столько пушек?
Меня это пугало.
Казалось, каждый в этом зале только и ждал шанса сбросить личину цивилизованности и начать палить по всем вокруг.
– Твоя рука выглядит меньше, – ухмыльнулся Кобра, выполняя растяжку.
Кларисса агрессивно захихикала рядом с ним, так, словно он сказал что-то остроумное, а не грубое.
Темноволосая красотка сидела между Ашером и Коброй, постоянно вторгаясь в их личное пространство во время упражнений.
Мой желудок скрутило от раздражения.
Я напрягла бицепсы сильнее.
– Молли сказала, что сделает меня сильнее, и она потрясающая. Я уже вижу прогресс.
Джакс улыбнулся мне, пока я рычала и напрягала обе руки еще ниже, пытаясь прогнуть спину для более выгодного ракурса.
– Сомневаюсь, что она творит чудеса, – ехидно бросила Кларисса.
Ее брат и Зет открыто заржали.
Этот шум действовал мне на нервы.
Странный блеск мелькнул в глазах Ксеркса. Он выпрямил спину, а его губы дрожали, словно он пытался удержаться от того, чтобы присоединиться к ним. И снова запах корицы стал сильнее обычного, окутывая его густым облаком. Кобра склонил голову в сторону Клариссы с видом заинтригованного человека. Даже Ашер и Джакс обратили на нее свое внимание.
Я сдулась и уселась на пол, чтобы потянуть ноги.
Конечно, я не думала, что со мной произошла какая-то драматическая трансформация, но клянусь: все эти отжимания и случайный наркотик, которым меня нашпиговала Молли, хоть капельку, но прокачали мои мышцы. Рельеф стал заметнее.
