Текст книги "Воины Юга (СИ)"

Автор книги: Юрий Валин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 28 страниц)

– Вряд ли чистая, – предупредил хайова.

– Да хер с ним, – совершенно по-интернатски ответил больной, и шумно сглотнул.

Хха послушал, как соучастник чмокает-глотает и, поразмыслив, сказал:

– Свет зажгу. Осмотримся и руки тебе поправим. Дальше может, и некогда будет.

– Давай, – пробормотал страдалец.

Хайова достал полученную от летающей тетки секретную свечу-деревяшку, уже без сожаления содрал великолепную обертку. Палка – и в самом деле похожая на зеленую свечу – немедля зажглась ровным зеленоватым светом. Нельзя сказать что слепящим, но достаточно ярким, почти ламповым – рассмотреть туннель и остальное вполне можно.

Оборотень сидел, сложив руки на животе, вновь старичком-бородичком, только растительность на морде торчала как-то не так и щеки стали толще. На эти несоответствия Хха из вежливости не стал обращать внимание, а сразу сказал:

– Ты это… можешь собой быть. Во-первых, я все равно тебя видел и даже нес, а во-вторых, силы беречь нужно. Еще понадобятся в сражении. А в-третьих, лечить отбитые руки, когда их не видно, такого даже и настоящий колдун не сможет. Отдохни, я доску отыщу. Тут рядом, помнится, снятые решетки начинались.

Зелен-лампу хайова оставил больному. Неяркий свет недурно растекался вдоль прохода, дойти до решеток и отколоть четыре рейки нужной длины вполне получилось. Работая, Хха раздумывал над организмами оборотней: боль у них другая, что ли? Руки действительно сломаны, и не особо удачно, а поди догадайся, пока не увидишь. Стоек выдержкой этот мелкий Маар, того не отнять.

Когда вернулся, оборотень сидел в своем природном обличии, смотрел хмуро и безброво, пытался баюкать сломанные, замотанные грязными тряпками руки.

– Сейчас потерпишь, потом будет полегче, – пообещал Хха. – И не зыркай так, внешность твоя не самое страшное в этом жабьем замке.

– А что страшнее? – хмыкнул Маар.

– Да живут тут разные, с внешностью…. Оборотни навыворот….

Больной пытался догадаться, о чем речь, и поправить ему лопнувшую кость на левой руке удалось без особых хлопот. Подобных рук и костей Хха еще не приходилось видеть – очень трубчатые кости. Но перелом, он и на оборотне перелом, нужно наложить планки, стянуть бинтом жестко, но не слишком туго… Маар дергался, но не орал. В тишине не-шаман дорвал свою рубашку, готовя бинты. Укрепленная между камней над головой зелен-лампа ровно светила, оборотень смотрел на свою вторую перебитую руку и готовился к боли.

– Здесь не так сложно, – Хха указал пальцем, – видишь, осколков меньше, почти ровно кость лопнула. Это тебя где так? В пыточной?

– Не, туда не водили. Это в тронном зале, когда лоханулся. Показал им, что боли не чувствую, может, оттого и без пыточной обошлось.

– Так показать – это ку. А как же ты лоханулся?

Маар лишь засопел.

– Можешь не отвечать, я из учтивости спросил. Я все равно в шпионских делах мало понимаю, – пояснил не-шаман, прикладывая планку. – Не мое ремесло.

– А чего тогда здесь оказался? Ммм… ть, ю! – оборотень от боли мелко задергал узкой ступней.

Хха подумал, что ноги оборотня напоминают гусиные с примесью некоторой легушатости. Надо при нем поменьше про «жабодутье» упоминать – парень может на свой счет принять.

Со второй рукой закончили, и истинный оборотень стал похож на ластоногую речную черепаху. Правда, лишенную панциря, тонконогую, голодную, но довольно шуструю. Хха подумалось, что эта черепаха не похожа на черепаху. Но не на лягушку же оборотень похож?

– Я похож на редкого море-островного жителя, – заявил проницательный оборотень.

– Понятно. В наших прериях ваших море-островных нечасто встретишь. Я так вообще не встречал. Извини, что поглядываю. Непривычно.

– Естественно. Говорю же – мы редчайшие. Можно сказать, уникальные! Знаешь этот термин?

– Доводилось слышать. Я иногда умных людей подлечиваю.

Маар хмыкнул:

– Я не к тому, что ты неуч, а к тому, что у всех уровень образования разный, и это нужно учитывать. Кстати, тут где-то вода есть?

– Должна быть. Сейчас к ней выйдем, места мне вполне знакомые. Надеюсь, кувшин на месте.

Хха помог раненому встать и беглецы, окутанные зеленоватым свечением, двинулись дальше.

– Вот при свете иное дело! – сказал оборотень, видимо, испытывающий некоторую неловкость после невольного намека на дремучую необразованность спасителя.

– Прекрасная шпионская вещь, – согласился не-шаман, несущий зелен-лампу. – Жаль, вроде бы погаснуть скоро должна.

– Не так быстро, – успокоил Маар. – И потом, притушить можно, они только называются «одноразовые». Но что будем делать дальше, хайова? Замок-то невелик, долго скрываться здесь сложно. Начнут прочесывать подвалы или голодом решат нас заморить. Даже не знаю, что хуже.

– Судя тем по крикам, наш хромой герой первый заслон все же прорвал. Серьезный боец, на какое-то время стражников отвлечет, – предположил Хха, гадая, отчего калатерский замок вдруг «невелик»? Неужели и обширнее замки бывают?

– Но план нам все равно нужен. Сейчас-то много импровизировать придется, а у меня по «импро» была тройка с натяжкой. Я всегда предпочитал многоходовки, курсовую по ним слепил что надо, – с горечью объяснял оборотень. – А тут так опозорился. И ведь круто все продумывалось, и шло как надо. Свадьба, договор, и дальше как на перемет должно было подсекаться, крючочек за крючочком…

– Постой, так ты действительно жениться собирался? – изумился не-шаман.

– Я же ненадолго. Попировали бы, и в путь. Повторная церемония в Каннуте намечена, потом уж первая брачная ночь, объятья и прочие сопли в сахаре. Ненавижу! Но там уже не я бы дела вел, а настоящий лорд Фенфух, а ему никаких неудобств, поскольку похороны – это вообще не свадьба.

– Что-то я потерял след твоей мысли, – признался Хха. – Задумывались похороны или свадьба?

– Официально – свадьба. По факту – наоборот. Ты что, нашего плана вообще не знаешь?

– Откуда? Я с вашей летающей теткой едва переговорить успел, и мигом в замке очутился. Только про тебя пояснить и успели.

– Шею она мне свернет и хлебалом до лагуны протащит, – вздохнул Маар. – Заслуженно, я не спорю. Предупреждали – «переусложняешь, засыплешься». Но план-то хорош был. Вкратце так: два города, Каннут и Калатер, долго враждуют, Каннут уже давно довоевался до состояния ущербной деревушки, здешние чуть получше, но тоже чахнут. Им бы объединить торговлю и обмен ресурсами, как до войны и было. Но аристократия же у руля, а у нее понты! Вот такая ситуация и рассматривалась в моей зачетной дипломной работе. Просчитываю я варианты, ищу ходы для примирения этих умственно-отсталых. Самое простое – через элементарный династический брак здесь не проканает – официальные персоны верхушки так повыродились, что никакая фальшак-свадьба не проскочит. Рою по второму кругу аристократов…. Слушай, воды бы?

– Через те решетки переберемся, там камера…

Пил Маар долго, неловко обхватывая кувшин дощечками и стараясь не пролить ни капли. Хайова осматривал камеру: бесспорно, сюда приходили гости, и даже понятно кто. Яблоки и хлебцы бросили в коридоре, там же лежал еще один кувшин, к счастью, запечатанный. Огорчилась бывшая любовница, ценную провизию расшвыряла. Хха поднял ломоть ветчины, попробовал обтереть о штаны, но свинина от этого чище не стала, пришлось отчищать ножичком. Утоливший жажду оборотень наблюдал с большим интересом. Хха разрезал хлебец, вложил туда почти чистую ветчину:

– Завтракайте, милорд Фенфух.

– Давай без подначиваний. И так на душе тяжко. А это чья хавка? Духами попахивает.

– Это меня откармливать пытались. Но не застали. Давай ешь и досказывай про операцию. А то мне все равно непонятно. Только свет лучше потушить, тут пыточная рядом, оттуда могут углядеть.

– Уважительная причина, – согласился оборотень. – Ты это… слегка отвернись, вроде как не принято при людях.

Маар неуклюже возился с набедренной повязкой и объяснял, что в моче должно содержаться определенное количество солей, человечья и ослиная моча для konservacii свето-elementa не подходит, это проверено.

Хха жевал хлебец и думал сразу над тремя вещами: о том, что новые ученые слова вообще никогда не кончаются, об удивительной науке химии, но главная мысль была о том, что будет, когда беглецов найдут и окружат? Лучшего выхода, кроме отчаянной, но заведомо проигрышной битвы, пока не виделось.

Погашенную зелен-лампу подвесили подсушиваться, оборотень принялся завтракать и рассказывать:

– Кандидатура подвернулась случайно. Отвязная шмонда, и возрастом подходит, и семейных связей не имеет, и отдадут ее в чужеземье без проблем. В общем, идею протолкнуть можно. Нахожу в Каннуте человека с родословной, но без особых мозгов – чтобы рискнул позориться, породнившись с бывшими врагами…

– И этот Фенфух был готов взять такую девку? Даже не глядя? – поразился Хха.

– Да причем тут девка⁈ Договор! Всем нужен договор. Свадьба – прикрытие компромисса….

Не-шаман вздрогнул – что-то это проклятое, ядовито шипящее слово «компромиссссс» так и ползает по пятам за коновалом.

…– но выбор в Каннуте был тощий. Десяток артистократиков, все отмазываются, хорошо, этот Фенфух до денег жаден, мы его подсекли.…

– Постой, а смысл? Вы же не каннутские? Зачем вам вся эта столь запутанная охота?

Маар сглотнул остаток булочки и со значением произнес:

– Политика! Ты слыхал о таком полезном искусстве? Нам нужны базы и склады для продолжения наших судьбоносных исследований, людям нужен мир, процветание и повышение урожаев. Хлебцы, кстати, свежие были. А лично мне нужно было сдать дипломную работу. Это такой экзамен, проверка. В общем, кругом дрейфовали гуманные и благородные цели. Но тут лорд Фенфух начинает вилять и извиваться как слепой угорь. Чего с него взять – потомственный эксплуататор и сморчок. Но это было предсказуемо! Я его дублирую и мы с охраной и небольшими, но достойными подарками прибываем в Калатер….

– С его охраной?

Во тьме хмыкнули:

– А с чьей еще? Я – это он. Неужто я разговорах с его охраной подломлюсь? Ты следи за мыслью, тут же было как красиво развернуто. Прибываем, все идет нормально. Я представлен невесте, договор вчерне утвержден, соблюдаем формальности, пир намечается, избраннице я относительно нравлюсь – я все же по-воспитаннее этого жадного упыря, который подлинный Фенфух. Процедуры не затягиваем, само идет и тут роковая случайность.

– Какая?

– Да какая разница? Роковая, чтоб ей…. Это все эта двухцветная тварь виновата – леди Си. Полный шмондец, у нее же вообще никакого воспитания! Я понимаю, что шлюха, печальное детство, и все такое. Но могла бы быть потактичнее, все равно же потом меня отравить собиралась.

– Отравить? – изумился Хха, до этого момента не замечавший тяги любовницы именно к таким развлекательным пакостям.

– Отравить – это в широком смысле, – пояснил оборотень. – Может, горло перерезать, удушить промасленной подушкой, ткнуть спицей в ухо или забарать до смерти. Откуда я знаю, что у этой дуры на уме? С виду она довольно опасная и уж точно не собиралась мне семейные носки штопать. Жестокие нравы, сугубо замковое воспитание.

Хайова фыркнул:

– Думаю, тебя бы как-то покрасивее умертвили. И как ты с ней вообще ехать собирался?

– Зачем мне собираться? Мое дело – договор и соблюдение формальностей. Этот жених, баран придонный, пусти его в Калатер, точно бы что-то напутал и сделку сорвал. Выехали бы мы с леди, договор о политических намерениях вступил в законную силу, а уж дальше их семейное дело. Он вроде новобрачную шмонду застрелить собирался.

– Как застрелить?

– Из лука. Типа «напали на нас злодеи-разбойники» – и вот, она трагедия несбывшихся надежд. Пятьдесят «корон» на похороны вытребовать пытался, ющец корыстолюбивый, но такие накладные расходы в смету дипломной работы не входили. Да и смысл? Леди Си – молодая, резвая, вполне могла мужа и опередить.

– Могла. Но я все равно не пойму: где сейчас лорд Фенфух и его – в смысле – твоя – охрана?

– Охрана… – Маар выругался смесью знакомых и незнакомых ругательств. – Они же на меня первые и накинулись, когда я…. В общем, схватка вышла неравной и несправедливой. А лорда Фенфуха мы еще до начала операции изолировали и отправили на перековку.

– В пыточную? – хайова представил замысловатый стол, бородатого лорда с загнутыми до затылка ногами и подковы. Интересно, каленые железки к пяткам прикладывают или и вправду гвоздями прибивают?

– Почему в пыточную? – удивился оборотень. – На свежем воздухе трудиться: корчевание там, распил, обдирка…. А чего такого? Вообще-то, это же он изначально подряжался жениться и собственноручно невесту стрелять. Что не особо гуманно, и мы на таком варианте не настаивали!

– Может, как раз гуманно, – пробормотал Хха. – Я эту шмонду знаю. Это она меня тут запереть пыталась. И сейчас мы ее хлеб и яблоки съели.

– Вряд ли отравленное, – подумав, сказал наевшийся оборотень. – С чего ей именно сейчас тебя травить? И яблоки я вообще не ел.

– Там еще остались, можешь погрызть.

– Сомнительных фруктов не употребляю! Вот попил бы. Но в кувшине ширитти?

– Судя по пробке, оно.

– Не пью! – решительно заявил Маар. – А ты сильно злоупотребляешь?

– Не сильно. Только когда нет воды или взвара.

– Это правильно. Я так и понял, что ты по другой части. Я не в смысле осуждения, просто кое-какие мысли наклевываются. Вообще-то, леди Си, как у вас, у людей говорится, довольно seksopilnaya особа.

– Это у нас так говориться?

– Ну, не оборотни же такое сложное слово придумали? Научный термин, якорем его по башке… Я вот что думаю: хайова, ты как к пробитым головам относишься?

– Если мне пробивают – не люблю. А так – нормально.

– Здравый подход, – одобрил оборотень. – Я на всякий случай спросил, гляжу – ты лекарь, может, предрассудки какие – некоторые врачеватели только заделывают головы, сами по башке треснуть не берутся, брезгуют из высших побуждений.

– Я из других лекарей. Я коновал, я лошадей не бью, а людей вполне.

– Это удачно. Ситуация такая: самому мне сейчас не выскользнуть. Но ты выйти можешь. Было бы недурно подать сигнал нашей пр… летающей тетке.

– Вряд ли я сейчас смогу выйти. Наверху тревога, вся стража на ногах, а я еще вчера… или позавчера пропал, если сейчас покажусь, будет подозрительно. Собственно, сейчас все выходы из Подвалов тщательно охраняются, – напомнил Хха.

– Это выходы охраняются, а входы-то приоткрыты, – намекнул опытный оборотень.– Охрану всегда можно отвлечь. Мы же сидим рядом с пыточной, а пыточные в дни волнений и тревог, весьма востребованное и часто посещаемое место. Я бы тебе показал, как это делается, но лапы и проклятые охран-кристаллы ограничивают мои тактические возможности. Но работать головой я еще могу…

Мысль мелкого бывшего жениха была понятна. Хха и сам склонялся к подобному плану охоты. Правда, слать предупреждение летучей тетке казалось лишним делом. Чем сейчас может помочь опекунша безрукого шпиона? Возьмет замок штурмом? Такое не по зубам даже очень ушлым шпионам. Впрочем, подать сигнал все равно следовало – если удастся вырваться из стен замка, остальные хайова должны быть наготове. Если не смогут помочь, то хотя бы сами с лошадьми уйдут вовремя.

Глава 9

Видимо, беглецы в камере заболтались, поскольку дальше рассердившиеся духи и словом едва позволили перемолвиться. Едва сытые и отдохнувшие соучастники ощупью выбрались на слабый свет в пыточной – угли, подброшенные каким-то добрым человеком в жаровню, уже угасали – как загрохотала, открываясь дверь. Хха схватился за дубинку-прижигалку, но оборотень зашипел:

– Без полундры! На меня глянь и слегка сомлей.

Не-шаман глянул на напарника и чуть не стукнул его дубинкой по голове – по наглой черно-красной голове – сейчас прическа еще пышней выглядела.

– Полегче! На пораненного страдальца руку поднимаешь! – отскочил оборотень-Си.

К счастью, голос у Маара пока остался прежний – безумное декольте и выпуклости этому хрипловатому шепоту ничуть не прибавили чувственности, и хорошо – а то точно бы железом по кудрям получил.

Хха опомнился, хотел сказать, что замковая шмонда настолько неистовых вырезов все же не носит, надо бы бесстыдство подправить, но не успел. По ступеням пыточного подвала с топотом сбегали стражники, ими предводительствовал плечистый лорд с обнаженным мечом в руке – светловолосый, вполне знакомый хайова.

– Ах, не сейчас, – показно вздохнула Си-оборотень, ни к кому вроде, не обращаясь.

Спешащие стражники начали натыкаться друг на друга. Лорд изумился:

– Леди? Здесь? Сейчас?

Судя по всему, оборотень, как и Хха, не знал, как зовут этого воинственного и много спрашивающего лорда. Но текущие незнания ничуть не смущали мелкого оборотня. Он, – в смысле, – леди Си, очень узнаваемо изогнула запястье, показывая пустую ладонь:

– Вы же знаете…

Непонятно, что знал лорд, но он, жаба его надуй, что-то, да знал. Мельком глянул на Хха, презрительно поморщился:

– Но не сейчас же, леди Си. Мы ведем поиски…

Не-шаман сообразил, что без рубашки, весь исцарапанный, в жалких остатках штанов он выглядит однозначно. Вот примерно как штаны и выглядит: жалко и позорно.

– Немедленно уходите! – приказал лорд, видимо, слишком озабоченный, чтобы разглядывать небывалое декольте лживой красавицы. – И этого… заберите.

– Милорд, но это же тот… как его… ученик мэтра, – вмешался один из стражников, невежливо указывая на Хха острием алебарды. – Точно, он, – ученик! Тот, который убежал с деньгами и каменьями.

Лже-Си с интересом глянула на хайова. Воины и лорд тоже смотрели. Хха пожал плечами.

– А когда ученика поймали-то? – заинтересовался говорливый стражник.

– Он сам попался, – очаровательно улыбнулась Лже-Си.

– А деньги-то нашли? – продолжил допытываться стражник.

– Заткнись, дубина! Какие, к демонам, сейчас деньги и вознагражденья? – разъярился белокурый лорд. – Миледи, убирайтесь отсюда. Вы же знаете про бежавшего оборотня….

– Тоже поймали⁈ – обрадовалась коварная красавица. – Его сюда ведут?

– Еще не поймали. И вы же знаете: все дамы и бездельники должны покинуть двор и галереи, собраться у тронного зала. Вы же во дворе слышали, только сейчас, – лорд натужно пытался сообразить, как падкая до забав красотка могла опередить его и воинов на пути в подвал.

– Вот так шмондец и подступает, – томно вздохнула Лже-Си.

Намек был понятен – действительно, еще мгновение и враг разродится вполне определенными подозрениями.

Дубинка-прижигалка торчала у не-шамана сзади за поясом. Первый удар Хха нанес рукоятью – развернуть оружие не позволяла близость лорда. Угодил недурно – точно под аристократическую челюсть. Хруста кости Хха не услышал, но почувствовал. Лорд широко раскинул руки, словно восхищаясь внезапности удара, и начал падать. Зная, что промедление духи не простят, хайова прыгнул в гущу стражников. Шесть воинов – разве это не ку?

…Нож остался, застрявший в первом же горле – все ж, короток клинок и рукоять неудобная. Дальше Хха дрался дубинкой, и им двоим помогала теснота. Вообще-то, узкие ступени пыточных не годятся для правильного боя алебардами. Один из стражников свалился со ступеней сам, громыхнувшись на стол с узкими и длинными клиновидными тисками, двоих удалось сбить – Хха старался, чтобы враги не просто падали, а уносили поврежденные колени или локти. Да, удары дубинкой в кольчуги были явно бессмысленны, но в такой толкотне особо не прицелишься. К великой удаче не-шамана, развернуть алебарды, да и выхватить мечи, стражникам пока не удавалось – бойцы сами себе мешали. Выходило что-то вроде городской потасовки – с бранью, топотом, гыканьем, беспорядочными тычками локтями и кулаками – действо, унижающее любого воина. Хха крепко двинули в лицо, показалось, что на один глаз вообще ослеп, но тут хайова удалось выдернуть кинжал из ножен на поясе стражника. Хха немедля опробовал клинок, чиркнув по бедру врага, тот взвыл, начал садиться под ноги товарищей – сцепившиеся сражающиеся не удержались на ступенях и, подобно связке свежепойманных трепещущих рыбин, рухнули на груду цепей. Хайова удачно двинул одного из воинов звенящими кандалами по лицу, всадил кинжал под мышку другому…. Больше почему-то никто не пытался ударить или схватить – все корчились и хрипели. Топотали сапоги где-то за спиной. Хха скатился с груды цепей – один из обручей кандалов точно живой потянулся следом, пытаясь надеться на сапог. Отбрыкиваясь, не-шаман успел увидеть завершение поединка лже-Си со стражником…

Воин гнался за заманчиво повизгивающей девицей, та шустро петляла-крутилась вокруг высоких балок с петлями, почти позволяя схватить себя за подол платья, но все же не позволяя.

– Проклятая изменница! – зарычал распаленный стражник.

– А чо такого⁈ – пискнула фальшивая красотка, внезапно падая на колени – она ловко успела развернуться и встретила противника головой в живот. Собственно, здоровенный страж сам налетел на подставленную двухцветную башку. Столкновение вышло мощным: оборотень отлетел как мячик, видимо, со свернутой шеей, воин согнулся, издав шумный нутряной выдох, отдавшийся эхом далеко в коридорах за пыточной, и рухнул на колени. Хайова оказался за спиной ошеломленного воина, погрузил клинок под подбородок врага.

Озираясь, Хха пробормотал:

– Это ку!

– Да, это самое и есть, – подтвердила, выбираясь из-под стола, лже-Си.

– Шея-то цела? – удивился хайова.

– Прием отработанный, главное в нем – предельная концентрация ума и загривка, – прояснила ненастоящая красавица, очень знакомо встряхивая локонами. Рот ее блестел от жирнющей помады.

Хха едва не застонал от отвращения и с трудом выдавил:

– Ты это…

– Понимаю. Но трое еще живы, – намекнул непонятно на что неузнаваемый оборотень.

Лже-Си подошла к светловолосому лорду – тот корчился, сжимал раздробленный подбородок, силился сесть. Красавица придавила врага к полу, поставив ножку на грудь и не забыв подобрать повыше юбку – чулок ее оказался глянцево-черным.

– Ты спрашивал, хочу ли я стать королевой? Да! И я ей стану! – провозгласила лже-шмонда.

Хха вновь утерял следы на петляющей тропе мыслей оборотня. Поверженный лорд вроде бы ничего про королеву не спрашивал, в смысле, пока нижнюю челюсть имел, определенно не спрашивал, а теперь уже вряд ли что и спросит. Уместнее его добить. Но при чем тут вообще королева?

– Эй, дружок, не притворяйся! – нежно посоветовала лже-Си одному из лежащих стражников. – Взял милорда и в камеру потащил!

– Миледи, у меня рука… – простонал стражник, чуть приподнимая голову.

– У всех рука. Живо взялся, а то к сепаратору подвешу! – посулила ненастоящая красавица.

Хха слегка вздрогнул – точно скопированные дразнящие нотки, негромкий нежный голос, знание пыточных устройств…. Ведь и вправду подвесит, с неё-него вполне станется.

Стражник, видимо, подумал о том же, выбрался из-под ног мертвого сотоварища, одной рукой ухватил лорда за ворот куртки.

– Вон туда лорда прячь, – не-шаман указал на решетку отдаленной камеры с исправным засовом.

Раненый поднапрягся, одна рука у него действительно бессильно висела.

Хха пытался понять, зачем оборотню нужны пленные недобитки. Не проще ли их сразу к духам отправить? Но спрашивать не хотелось. И пленники услышать могут, да и позориться ни к чему. Оборотень наверняка подумает, что хайова абсолютно несведущ в шпионских делах.

Лже-Си подмигнула и вновь густо сплюнула. Хха понял, что товарищ плюется кровью и встревожился.

– Я там одного загрыз, – шепотом пояснил неузнаваемый Маар. – Понимаю, что некультурно, а что делать. На вкус – дрянь эти люди. Мне как-то в Глоре кровяная колбаса попалась подтухшая – так очень похоже. Ты как сам? Видишь что?

Хха осторожно потрогал собственное лицо – левый глаз еще видел, но здорово опух. Ну, да, латная перчатка, да еще сжимающая древко алебарды. Впрочем, ловкий стражник мертв, что теперь достойному воину пенять.

– Зато кинжал хороший, – вздохнул хайова.

– Дрянь – заявила, не глядя на оружие лже-Си. – Все дрянь. Особенно ситуация. Мы такое проходили. Называется «временное тактическое равновесие». В смысле, висим мы на одной сопле, а она тянется, тянется…. А ты чего стоишь? Проскакивай наверх, пока шанс есть. Или не решаешься?

– С таким-то побитым лицом?

– Что лицо? Держись к людям другим бортом. И вообще все знают – в замке свирепствует вырвавшийся оборотень! Нужно ли удивляться отдельным подбитым глазам? Пострадавших будет море! Вон – ведро возьми – с посудой у шпиона вид всегда намного благонадежнее.

Подсказка была верной, Хха взял пустое ведро и спросил:

– А какой из этих станков «сепаратором» называется, и что на нем делают?

– Да хрен его знает. Я ни одного названия этих допросных штук не помню. Пропустил, болел, наверное. Или мы так подробно устройства пыточного дела вообще не проходили? Ты не тяни, сигналь побыстрей, а то я волноваться начинаю, – признался оборотень.

Поднимаясь с ведром по ступеням, Хха слышал, как лже-Си подгоняет стражника-таскателя – «этого за ногу бери, он все равно без чувствов»…

Вышел во двор хайова без особой стычки. Снаружи выход охранял стражник, сразу глянувший на ведро и спросивший:

– Ну что там? Загнали?

– Кого-то поймали, – честно ответил Хха.

– А кого? Оборотня⁈

Не-шаман пожал плечами:

– Может и его. Сейчас по морде разве определишь? На допросе скажет. Вот, за водой послали.

– Иди-иди. А что, допытываться начнут немедля, без лорда-кастеляна?

– Не знаю. Придет лорд-кастелян, наверное.

– Ну, неси воду. И пусть там хитреца покрепче прижгут. Экий ужас устроили, негодяя бесчестные. Восемь парней ни с того, ни с сего, в покойницкой, да еще из раненых кто-то помрет наверняка… – загоревал стражник.

– Это уж точно, помрут, – мрачно подтвердил Хха. – Воду в купальне возьму, там попрохладнее.

– «Попрохладнее», ха, точно, в пыточной само то, – страж хмыкнул, и, глядя вслед направившемуся к лестницам водоносу, спохватился: – Постой! Ты ж, говорили, от мага вчера пропал?

– Не вчера, а позавчера. И как пропал, так и нашелся. Все как было велено, так и сделал, – многозначительно, почти по-оборотничьи, намекнул Хха.

– Вот жизнь пошла, ничего не поймешь, – вздохнул стражник.

Хайова, не оглядываясь, согласно кивнул.

Стражник был прав – жизнь такая, что не угадаешь, что в следующий миг сделаешь. Беседуешь с человеком о пустяковом, а сам готовишься ему кинжал всадить. Все-таки шпионство от войны сильно отличается. Не в лучшую сторону. И главное, по-прежнему никаких надежд на скальпы.

С этими мыслями хайова поднялся по лестнице, на третьем этаже переждал за колонной, пока кто-то спустится – торопливые сапоги простучали мимо, и воин продолжил путь. В купальню, конечно, не пошел – обойдутся в пыточной без воды, раз уж день для них выдался вообще такой неудачный. Сейчас надо бы повыше выбраться, лучше на крышу, но здешнюю часть замка Хха знал плохо и особой уверенности в своих действиях не испытывал. Понятно, прямо со стены сигналить не получится – мигом заметят.

Остановился не-шаман на башенной лестнице. Сквозь бойницу за толстыми стенами виднелся участок стены, крутой обрыв к реке и угол городской улочки с теснящимися за мостом богатыми домами. Приличное место, обзорное. Прислушавшись, хайова стянул сапог. Сигнальная штуковина была небольшой – с мизинец размером. Вопрос был – шумная ли она в действии? Этого леди Эл пояснить не успела. Эх, нужно было у Маара уточнить. Не-шаман повертел сигналку, припоминая как пользоваться. Впрочем, перепутать тут было трудно: продолговатая штучка, обтянутая красной, чуть скользкой на ощупь тканью, а с одной стороны свисает нитяная петля. Придержать и дернуть…

Дернуть вполне получилось, зашипело – не особо громко – начало надуваться. Вот дальше Хха откровенно испугался – пузырь все раздувался и раздувался, стал уже больше головы хайова, и продолжал увеличиваться, к тому же, ощутимо тянул вверх, норовя вырваться из рук. Еще немного и поднимет не-шамана над ступенями…

Нет, шипение иссякло. Хха стоял как полный дурень, обнимая пузырь, ставший вызывающе-алым, почти светящимся, размером с хороший лошадиный круп. Хайова помянул недобрым словом летучую тетку – нельзя было подробнее объяснить, что ли? Может, леди Эл, особа и сама летающая, подобные сигнальные шары сотнями запускала, но не-шаман с пузырными делами весьма мало знаком…

Дальше Хха чувствовал себя все глупее и глупее. Протискиваться в бойницу шар не желал, упирался, вывертывался из рук, норовил взмыть над ступенями, хотя куда тут лететь – закрытый люк почти над головой, он не пустит. Пришлось нажимать на пузырь животом, грудью и иными частями тела. К счастью, весил шар много легче лошадиной задницы. Наконец, хайова догадался ухватить алого врага за хвост-петлю, и хорошенько поднаправил. Сдавшийся пузырь пролез сквозь бойницу и мигом взмыл вверх. Не успел Хха облегченно перевести дух, как прямо над головой заорали:

– Спаси нас боги, это что такое⁈

– Не знаю. Оно откуда⁈

– А я видел⁈ Может, стрелять надо?

Хха догадался, что сигнальный пузырь взлетел прямо под носом дозорных стражей, стоявших на смотровой площадке башни. Это было не совсем хорошо, но выяснять, будут ли стражники стрелять или не будут, хайова не стал. Вот если кто-то видел, из какой бойницы вырвался пузырь, то сейчас не-шамана начнут гонять, как отбившегося от стада бизоньего теленка.

Прыгая вниз разом через две-три ступени, Хха подумал, что тихие мокасины нужно всегда иметь в запасе – город и без топота сапог – очень шумное место. Но обдумывать правильную мысль оказалось некогда. В замке действительно стало очень шумно и беспокойно. Кто-то кричал невнятные команды, щелкали арбалеты, визжали женщины – нормально так визжали, без непременной томной заманчивости. Хайова успел проскользнуть в дверь третьего этажа, но там в галерее немедля пришлось вжаться в нишу и затаиться. Впереди топталось двое господ не слишком вооруженного вида: тоже прятались, но не из хитроумных шпионских соображений, а из здоровой предосторожности – впереди начинался открытый переход, а на него с неба сыпались обессиленные арбалетные стрелы, так и не настигшие сигнальный пузырь.

– И что это вообще такое? – гадал тощий господин, не рискуя высовываться, дабы взглянуть на таинственную мишень стрелков.

– Вот и я думаю – может, не надобно стрелять? Все ж болты немалых денег стоят, – беспокоился его товарищ.

Этого второго, экономного, Хха немного знал – этот господин надзирает над замковыми пивными запасами, к нему мэтр Кооль как-то посылал ученика за «самым „темным“, годным для полноценной очистки варочных реторт».

Проскочить мимо рассудительных господ никак не получалось, резать их было неразумно – шумно получится. Не-шаман осторожно отступил, боком проскользнулобратно в дверь башни, в последний момент петли визгливо скрипнули. Это выдало, видимо, спину хайова успели заметить с галереи.