Текст книги "Врата Су'тут. Книга 1 (СИ)"

Автор книги: Ярослав Вал

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 30 страниц)

– Он просто осыпался прахом! Просто осыпался! На меня...Проклятье!

Артелион начал судорожно стряхивать с себя останки рядового.

– В порядке?! – Крикнул Моснит ему в ухо.

– Да!

– В бой! Мы побеждаем!

Даже сумасшедшему было понятно, что такими силами взять Каньон не получится. Юноша вскочил на ноги, стараясь не смотреть на место, где еще недавно стоял его сослуживец. Прицелиться, выстрелить, спрятаться, перезарядить. С каждым выпущенным болтом ненависть к врагам разгоралась все сильнее.

Выстрел.

– Это вам за ее улыбку, которую я больше никогда не увижу!

Перезарядка, выстрел.

– Это вам за ее чудесный голос, который я больше никогда не услышу. Получи, тварь!

Перезарядить арбалет, прицелиться в смешно хромающего джелийца, бегущего куда-то вперед. Выстрел.

– Не спеши, гад! Это вам за мое счастье! Проклятые твари! Полежи, родной.

Выстрел. Болт разворотил плечо молоденькой джелийки.

– Это тебе за мою испорченную жизнь! Больно тебе?! Надеюсь, что больно. Ха-ха!

Снова прицелиться и так далее. Артелион работал как заговоренный. Голова отказывалась воспринимать происходящее. Краем сознания он понимал, о чем ему так упорно твердили все, что каньон – жуткое место, но не мог остановиться.

– Как вы были правы!

– Мы все уже мертвы! Все! Мы подписали себе приговор в вербовочном пункте!

Дзанг! – Снова попадание в нагрудник. Снова небольшая выщерблина на стальной пластине. С третьего яруса упал арбалет, а за ним, медленно, словно снег, посыпался прах еще одного бедолаги.

– Найдите его! – Выкрикнул Исмар. – Убейте эту темную тварь!

Он сам был бледен, как мертвец. Только опыт многих схваток и присутствие подчиненных не давали и ему рухнуть в пучину паники. Он давно играл со смертью, не боялся когтей нежити или хищных наконечников стрел, но такой смерти он не желал. Наконец, кто-то из рефов четвертого яруса, вычислил темного деятеля. Пронзенный сразу тремя ледяными копьями, невзрачный джелиец, для виду держащий лук, рухнул замертво. Бой продолжался. Еще двое новобранцев получили ранения, и Карси вытаскивал их из-под ног товарищей. Еще один смерч пустил Исмар в изрядно поредевшую толпу.

Первый ярус пятисотой отметки Западной цитадели.

Рядовой Ленст фас Марин по приказу сержанта был вынужден отступить вглубь отсека. Немолодой уже страж отдал бы сейчас все на свете, чтобы приказ этот отдал анреф-лейтенант, а не простой сержант Дарж. Арбалеты давно были брошены, защитники взялись за топоры и мечи. Кое у кого были щиты, и сейчас этим несчастным придется первым встретить смерть. Вскарабкавшийся на балкон ксет, коротким ударом огромного кулака отправил в небытие сначала хотевшего помешать ему стража, а потом неудачно подвернувшегося джелийца. Он налитыми кровью глазами осматривал напряженные лица, создавших хлипкий строй защитников. За его спиной собирались бледнолицые. В руках они сжимали темное оружие, дымящее черным дымом. Причем все были вооружены по-разному. Кто-то держал мясницкий нож, кто-то кинжал, а кто-то и вовсе стоял с палкой. В отсеке уже не раз разгорались споры, почему вооружение столь разнообразное.

Джелийцы ожидали, когда же ксет разломает построение таольцев, выстроенное в десятке шагов перед ними. Обе стороны напряженно молчали. Сегодня таольцам не повезло. Рефы с верхних ярусов не сумели выбить ксета, и им придется сделать работу за них. Из тридцати человек на ногах осталось двадцать два. Сколько доживет до вечера, Ленст фас Марин сказать не мог. Будь здесь только джелийцы, размен был бы два к одному, энаи – один к одному. А ксет спутывал все планы защитников остаться в живых. Мгновения перед атакой тянулись очень медленно. Потные ладони стискивали рукояти мечей, сердца бешено стучали от страха.

Наконец, грозно взревев, ксет кинулся вперед. В него ударили три болта, посланные из-за спин товарищей, сохранившими оружие в кровавой сече арбалетчиками. Болты глубоко ушли в незащищенное тело, но не остановили громадного врага. Первый ряд щитоносцев не успел сделать ничего, как был смят здоровенной тушей. Ксет запнулся о погибшего стража и рухнул в толпу таольцев. Ленст размахнулся и со всей силы вогнал лезвие топора в его затылок. Ксет тут же затих, но на стражей навалились джелийцы, не дав порадоваться легкой победе над опасным противником. Без доспехов и надежды выйти живыми, они дрались с отчаянием обреченных. Их глаза были застланы дымкой безумия. Таольцы пятились вглубь отсека, дорого продавая свои жизни и не замечая, как на балкон прибывали все новые и новые враги.

На глазах Ленста, один арбалетчик отскочил от сражающихся, прицелился и выстрелил в упор. Стальной болт прошиб тело джелийца насквозь, отбросив его на пару шагов назад. Но вытащить меч ему не дали сородичи погибшего, подскочив и ударив дымящимся топором по плечу. Нагрудник зазвенел, а ремешки, удерживающие его, лопнули, частично погасив силу удара. Но рана все равно оказалась смертельной.

Другой страж, осыпая ударами одного противника, подобравшего с полу щит, получил удар кинжалом в бок от юркой маленькой джелийки. Кинжал застрял в теле ветерана, но тот успел нанести удар тяжелым кулаком в лицо замешкавшейся девушки, прежде чем упасть замертво.

Бой напоминал свалку. Джелийцы и таольцы перемешались между собой и остервенело убивали друг друга. Ленст весь покрытый кровью друзей и врагов внезапно понял, что оказался возле обеденного стола. На него наседали сразу двое бледнолицых. Один был вооружен мечом стража, а второй мясницким топором. Ленст умело отражал атаки, стараясь под колючие удары меча подставлять железный нагрудник. Если бы не стоявший рядом сержант Дарж, Ленста давно бы уже атаковали с разных сторон. В тяжеленной броне особо не повертишься.

Сколько оставалось стражей в живых, было неизвестно. Ленст краем глаза видел лишь сержанта, бьющегося из последних сил. Если бы не проклятый ксет, люди не допустили бы прорыва на балкон. Обычно им приходилось сражаться возле парапета, сбрасывая лезущих врагов вниз. Убив еще одного джелийца, Ленст оказался на свободном пространстве перед лучником. Тот незамедлил воспользоваться ситуацией и выстрелил с расстояния четырех шагов, целя в голову. Стража спасли только рефлексы. Он инстинктивно дернул головой, и дымящаяся стрела, летевшая в смотровую щель шлема, срикошетила в сторону. В голове зазвенело. На несколько мгновений Ленст потерял ориентацию, но на всякий случай махнул топором наугад. Лезвие разрубило ключицу противнику, бросившемуся добить дезориентированного стража. Его клинок, нацеленный в горло Ленста, угодил в ненавистный нагрудный доспех, оставив лишь очередную царапину на нем. Повторить удар не удалось. Силы оставили бледнолицего, и он упал под ноги пришедшего в себя защитника.

Сержанта Даржа закололи в спину. Измученный страж первого яруса пятисотой отметки Ленст фас Марин остался один, против семи джелийцев. Он прижался спиной к стене и отрешенным взглядом смотрел на приближающихся бледнолицых. Их тоже здорово потрепали, но разобраться с обескровленным врагом уже просто не было сил.

Понимая, что его служба в Каньоне закончилась, Ленст лишь улыбнулся. В цитадель им не попасть, из Каньона не уйти. Отсек все равно отобьют и уже не важно, убьют тарматские выродки его или нет. Свой долг перед королевством он выполнил. Тяжело дышащие джелийцы, разгоряченные схваткой и незамечающие зимнего холода, царивщего в отсеке, решили просто задавить массой последнего залитого кровью защитника. Но предпринять последнюю атаку они не успели. На балкон один за другим на веревках начали спускаться стражи второго яруса. Ведя перестрелку с лучниками внизу, они ничем не могли помочь своим товарищам. Но как только все джелийцы в Каньоне были перебиты, защитники бросились на помощь.

Ленст покачнулся. В ушах зазвенело, а перед глазами закружил хоровод, в котором смешалось все: обреченные лица джелийцев, залитый кровью и усыпанный телами пол отсека, уцелевший обеденный стол, ненавистные нары. Защитник первого яруса потерял сознание от потери крови и уже не видел, как его товарищи сверху разделались с последними бледнолицыми.

Очередная атака гостей с Тармата подходила к концу. Таола опять выстояла. Новобранцы устало опускали арбалеты и садились прямо на пол, приваливаясь спиной к парапету. Артелион, понимая, что, невольно стал старшим, помогал Мосниту. Наконец, терзающую душу ненависть удалось напоить кровью. Камень, мертвым грузом давящий на совесть, стал чуть меньше.

– Скоро его совсем не станет.

День медленно клонился к вечеру. Раздавались крики раненых джелов, некоторые из них резко обрывались – команда зачистки вышла на прогулку.

В отсек требовательно постучались. Пришли санитары.

– Подъем. – Скомандовал Моснит, отдыхающим, сидящим прямо у парапета новобранцам. – Помогите санитарам вынести раненых, приведите в порядок оружие. Ты. – Молодой сержант задержал вяло передвигающего ноги белобрысого парня. – Как зовут?

– Шеллан.

– Убери это. – Он кивнул на кучку пепла. – Доспех сдашь на склад.

Шеллан боязливо сглотнул и недоверчиво посмотрел на сержанта.

– Выполнять! – Рявкнул Моснит и отправился дальше наводить порядок.

Когда порядок был восстановлен, молодой сержант отправился докладывать Исмару.

Реф-лейтенант лежал на кровати, неотрывно глядя в потолок. Его черный мундир смялся, а с лица до сих пор не сходила мертвенная бледность. Он некоторое время не замечал появившегося на пороге Моснита. Все его мысли крутились вокруг того страха, что он испытал сегодня. Исмар давно выходил на балкон отражать очередную атаку с равнодушным спокойствием. Даже недавнее попадание шаровой молнии, не нарушило его. Смерть не была чем-то нежеланным. Она всегда ходила рядом и бессильно билась в ледяной щит в виде пущенных стрел или брошенных копий. И лейтенант всегда был готов принять ее холодное дыхание, без страха и трепета. Но только не от проклятых Аксеей, джелийских заклинаний. Они всегда заставляли себя бояться до дрожи в коленях. Их боялись не только обычные стражи, но и все Держащие силу. Таольцы не знали защиты от их темной волшбы. Ледяная сила, подвластная людям, могла защитить лишь тело, но не душу.

Среди посвященных в тайны темной энергии ходили споры о том, что происходит с душой несчастного, попавшего под удар джелийского заклинания. Кто-то утверждал, что абсолютно все заклинания повреждают душу, не давая ей вознестись в Ледяные чертоги Аксеи, а некоторые заявляли, что только часть из них наносит урон душе. В любом случае, под них старались не подставляться, а информацию об этом старались держать под строжайшим секретом, во избежание массовой паники среди стражей.

Исмар впервые столкнулся с этой опасностью так близко. Равнодушие дало трещину, когда погиб его человек, и разлетелось на мельчайшие осколки, когда колдун убил стража с третьего яруса. Исмар сорвался, он испугался, что мог оказаться на их месте. У него, как будто что-то сломалось внутри, позволяющее ему держаться прямо.

– Это начало конца. – С усмешкой подумал лейтенант, переводя взгляд на вошедшего Моснита.

– Господин, реф-лейтенант. – Начал молодой страж. – Все в порядке. Раненых передали санитарам.

Несколько мгновений висела тишина. Моснит терпеливо ждал дальнейших указаний, не обращая внимания на странности командира.

– Все идите убирать трупы. – Отстраненно приказал Исмар. – Командование на тебе. Завтра готовься принимать пополнение. Я уйду за силой, останешься за главного.

– Слушаюсь, господин реф-лейтенант!

– Будьте осторожны. – Вспомнил Исмар о джелийском колдуне. Несмотря на безразличие к своим людям, он не хотел, чтобы они умирали такой смертью.

В этот раз Артелиону уже не пришлось перетаскивать трупы. В их с Моснитом распоряжении было восемь переживших без существенного ущерба для здоровья новобранцев, которыми они и руководили. Друзья наскоро проинструктировали подчиненных о недопустимости какого-либо взаимодействия с темным оружием.

– Гори ваши проклятые души. – Наказывал Моснит. – Ни в коем случае не брать и не прикасаться к этой дряни. Ни в коем, мать вашу, случае!

Стражи, как всегда, лениво разгребали завалы тел, больше стараясь найти что-нибудь ценное, чем расчистить дно Каньона. В сгустившихся сумерках поиски добычи были весьма затруднительны – при свете факелов и фонарей много не нароешь.

– Чего расселся? – Прикрикнул Моснит на устало опустившегося на небольшой валун Шеллана. – Отдыхать будешь ночью!

Бедолага вздохнул и поднялся на ноги. Он тактично умолчал, что ночь, вообще-то, уже наступила.

– Слушаюсь, господин сержант.

Артелион подошел к другу и предложил:

– Идем, разыщем того колдуна?

– Зачем?

– Неспокойно мне что-то. Голову бы ему снять, боюсь, как бы не восстал.

– Думаешь, они это могут? – Забеспокоился Моснит.

– Людей в пепел превращать могут. – Пожал плечами Артелион. – Может и в виде нежити умеют возвращаться.

– Возьмем с собой тогда кого-нибудь. – Согласился молодой сержант и крикнул. – Эй, Ха́лтор! Двигай сюда.

К друзьям подошел новобранец с щербатым лицом и вежливо улыбнулся.

– Я здесь.

– Я вижу, идиот. Как тебя учили докладываться?

– Я здесь, господин сержант! – Отрапортовал Халтор.

– Идешь с нами. – Приказал Моснит.

Втроем стражи направились туда, где по их предположению был джелийский заклинатель. Артелион тщательно перешагивал тела погибших или, если их было слишком много, обходил стороной. Халтор следовал его примеру, а вот Моснит, немало не смущаясь, шел напрямик. Наступив на одно из таких тел, сержант резко отскочил назад. Еще мгновение назад этот джелиец, валявшийся в куче таких же бедолаг, лежал неподвижно, и вот он уже на ногах. Хищное лезвие темного меча, казалось, поглощало свет фонарей. В глазах безумие и ярость. Опешившие стражи в страхе попятились. Арбалетов никто из них не захватил, а вступать в ближний бой никому, понятно, не хотелось.

– С разных сторон обходим. – Приказал Моснит пересохшими губами. Он даже не заметил, как меч оказался у него в руках. Сам сержант решил остаться на месте, краешками глаз наблюдая, как Артелион и Халтор настороженно обходят противника. Джелиец резко прыгнул в сторону Халтора, метя клинком в горло. В последний миг он отвел клинок чуть в сторону и нанес рубящий удар в бок. Новобранец заорал от боли, а Моснит ругнулся и кинулся к джелийцу. Он единственный, кто мог что-то сделать в этой ситуации.

На крик отреагировал лениво попивающий горячий чай на балконе третьего яруса реф-лейтенант Ко́лбер ла Рато. Он пришел в Каньон больше трех месяцев назад, чтобы до автоматизма отработать применение формулы Шквала игл. За нее пришлось отдать почти десять риталов, но она того стоила. Задерживаться тут Колбер не собирался. В обществе простолюдинов он чувствовал себя неуютно и боялся понабраться у них вредных привычек. Мгновенно оценив ситуацию, реф произнес формулу Шквала игл. Моснит успел сделать два шага к джелийцу, прежде чем того прошил целый десяток ледяных острых сосулек. За пару мгновений заклинание рефа превратило джелийца в истекающего кровью ежа. Стражи вздрогнули от неожиданности. Сосульки тут же начали таять, образуя под еще теплым телом бледно-красную лужицу воды и крови.

Артелион бросил быстрый взгляд в сторону цитадели, откуда прилетели эти вестники смерти, но не сумел отыскать в темных провалах отсеков неожиданного спасителя. Колбер ла Рато, как ни в чем не бывало, вернулся к прерванному занятию, наслаждаясь ночной прохладой и вкусом горячего напитка.

– Халтор, идиот, ты как умудрился?! – Накинулся Моснит на раненого.

– Да я же не специально, господин сержант. – Прогудел новобранец. – Он как прыгнет, я и растерялся.

– А чего ты теряешься, дурья твоя башка?! В лагере чему учили?!

– Сильно тебя? – Спросил подбежавший Артелион.

– Бок поцарапало. – Виновато ответил Халтор. – Кольчуга спасла.

– Так чего ты орал тогда, как резаный? – Моснит бегло осматривал ранение. Ерунда. Удар был стремительным, а оттого легким. Таким можно только вызвать кровотечение, которое со временем ослабит противника. Непонятно, на что надеялся джелиец.

– От неожиданности.

Артелион разглядывал рассченую кольчугу и поддоспешник, залитые кровью. В свете факела рана выглядела пугающе.

– Он не умрет? – С тревогой спросил юноша. – Клинок был темным.

– Нет. Не думаю. Это просто царапина. – Ответил Моснит. Он поднес к ране фонарь и внимателельно ее рассмотрел. – На вид ничего необычного.

Артелион немного успокоился.

– Его надо к лекарям.

– Эй, Халтор, сам дойдешь? – Поинтересовался молодой сержант.

– Конечно. – Обиженно букрнул тот. – Не беспокойтесь за меня. Мне не в первой так. Однажды я на косу в сарае упал, мальцом был, думал, помру. Ан нет, выкарабкался, вон шрам аккурат рядом с порезом этим остался.

– Нет уж, пусть-ка ему наши помогут. – Не согласился Артелион.

Тем временем к молодым стражам подоспел целый десяток защитников с соседних балконов.

– Что у вас тут? – Спросил сержант Улг, старый и седой воин, худой, как жердина.

– Наткнулись на притворника. – Махнул рукой Моснит.

Улг присел, оглядел ранение и в сердцах сплюнул.

– Чего ты орешь так, парень?!

Халтор виновато вздохнул и опустил взгляд.

23 октября 521 г. от В.И.

– Вот и мертвецы.

Артелион опасливо сглотнул. Врата исторгли из себя молчаливую толпу зомби. Ночь не позволяла разглядеть их с такого расстояния, не позволяла увидеть темно-фиолетовое марево силы клубящейся вокруг их фигур. Никто не кричал. Тишина разрывалась лишь глухими ударами ледяных молотов, превращающих восставших в бесформенное мясо, щелканьем арбалетов и треском раскалывающихся снарядов баллист.

Целых две недели передышки дал Тармат своему соседу-материку. Друзья успели многое сделать за это время. Много успели объяснить новобранцам о мелочах службы в Каньоне, о которых тактично умалчивали в лагерях подготовки. Конечно, им и самим еще многому стоило научиться. Восполнять пробелы опыта они ходили к старому сержанту Улгу. Долгие беседы с ним наполняли молодых стражей, получивших бремя командования, уверенностью в себе и спокойствием. Никогда не суетящийся Улг был рад общению с друзьями. Что еще нужно старику? Почет к сединам и внимание. Даже Моснит проникся к старому сержанту уважением.

Друзья вдалбливали в непутевые головы новобранцев прописные истины, рассказанные им на соседнем балконе. Никакой паники, никакого геройства, никаких сомнений в приказах командиров. Артелион с удовлетворением отмечал, что сейчас необстрелянные стражи могли контролировать свой страх перед толпой зомби. Они лишь испуганно поглядывали на своих более опытных товарищей. На добряка Халтора, на тихоню Карси, на безмятежного Ше́ллана.

Жуткая тишина давила на сознание людей, но они этому даже были рады.

– Необстрелянные.

Артелион невольно усмехнулся.

– Это моя третья атака, а я уже считаю себя опытным воякой. Смешно и глупо.

Но ничего другого друзьям не оставалось. Никого более опытного, кроме Исмара, с момента последней атаки, полностью замкнувшегося в себе, рядом не было.

Не все рядовые, поступающие из лагеря подготовки, были молодыми. Под командованием Моснита сейчас было пять человек, старше его как минимум на полтора десятка лет. Проблем с ними не возникало. Каньон, даже старика превращал в неопытного пугливого юнца.

– Какая-то вялая атака. – Прокомментировал Моснит, прерывая размышления Артелиона. – Они даже не нападают. Просто идут вперед.

С каждым шагом, количество зомби уменьшалось и уменьшалось. Сегодня могли развлекаться только рефы. Анрефы сидели на своих балконах и завидовали. Им было запрещено выходить против мертвых. Командование понимало, что даже таких великолепных и практически неуязвимых для стали бойцов, просто задавят массой. Поэтому сегодня анрефы вспоминали навыки стрельбы из арбалета. Ничего другого им не оставалось.

Ледяные молоты активно сокращали поголовье бесчувственного врага, а вот ледяные вихри ничего поделать не могли. Холод плохо действовал на мертвых. Живые враги умирали от резкого переохлаждения, а вернувшиеся под солнце мертвецы, лишь замедлялись. Не более. Некоторые рефы могли заморозить поднятую нежить до состояния ледяной глыбы, а потом попросить арбалетчика разбить ее на тысячу осколков. Но такой подход был слишком расточительным в услових дорогой энергии. Проще перемолоть мертвое мясо силами одних лишь четвертых ярусов. Колбер ла Рато откровенно скучал. Его излюбленные ледяные иглы были бесполезны. Вот против живых врагов – пожалуйста. Подчиненные Колбера во время атак даже не брались за арбалеты. Все превращались в водоносов – огромное количество создаваемых сосулек стремительно осушало большую бочку.

До тысячной отметки добралась всего пара сотен мертвых.

– Не стрелять. – Скомандовал Моснит.

Артелион согласно кивнул. Не зачем тратить болты на жалкие рассеянные остатки. Однако Улг, считал иначе. До друзей донеслась его команда:

– Залпом! Бей!

Тридцать щелчков раздались в почти полной тишине, и всего один темный силуэт рухнул, получив десяток болтов в голову. Теперь она напоминала измочаленную свиньями тыкву.

– Старый маразматик. – Сморщился Моснит.

Артелион не был таким категоричным. Улг был единственным выжившим, когда его балкон лишился каменного парапета. Попадание сгустка магмы, не оставило его равнодушным. Все лицо старика представляло сплошной ожог, волосы только-только начали вновь отрастать. Такие события не проходят бесследно, это точно. Стрельба залпом по восставшим мертвецам, даже не собирающихся нападать, явное тому подтверждение.

– Его можно понять. – Ответил Артелион, наблюдая, как одна за другой, темные фигуры нежити падают.

– Я не собираюсь понимать эту глупость. – Буркнул Моснит.

– Как хочешь. – Улыбнулся Артелион. – Тогда объясни людям, что им делать после атаки.

Послышалось недовольное ворчание новобранцев, которым запретили пострелять, хотя соседи вовсю развлекаются. Удивительно, но стражи из набора Карси фас Зау, успевшие пережить одну атаку, не очень расстроились. Они наоборот радовались, что пострелять им сегодня не судьба. Свежи были воспоминания об атаке, где стрельба была жизненно необходима.

Исмар молча покинул балкон.

– Слушаем меня. – Скомандовал Моснит, убедившись, что Врата больше не представляют опасности, а все зомби отдыхают на дне Каньона. – Сейчас спускаемся вниз на уборку. По одному не ходить. Смотреть в оба. Не дай Покровительница кто-нибудь подохнет. Перед переносом на подъемники всем мертвецам рубить головы.

Новобранцы побледнели от этих слов. В свете фонарей их глаза светились ужасом. На их счастье, возле балконов валялось не очень много трупов, поэтому уборку можно будет закончить быстро.

Вообще же, Артелион понимал их чувства. Спускаться ночью в Каньон, где все еще безмолвно шевелятся и копошатся недобитые покалеченные зомби, было страшно. Очень страшно. Он и сам чувствовал холодок страха, проникший в сердце.

– Ну, чего застыли? – Поинтересовался Артелион у притихших новобранцев. – Берем фонари и вперед. Вам еще повезло, что до нас лишь пара сотен добралась!

– Как я ненавижу уборку. – Едва слышно прошептал Карси, выходя из отсека.

– Сегодня нам крупно повезло. – Заметил Артелион. Он оперся о парапет и морщился от вони еще не проветрившегося Каньона.

Уборку отсек закончил уже давно. Сейчас все новобранцы спали, но друзьям не спалось.

– Если бы всегда было так скучно, то я бы сбежал отсюда, несмотря ни на какие последствия. – Пробурчал Моснит, снимая перевязь с простым мечом и бросая ее на лавку. Свой старый меч он так и не нашел. Кто-то из стражей первого яруса его хорошенько припрятал.

– Даже Бетнисса тебя не пугает?

– Нет. Мы уже две недели сидим и ничего не делаем. Только воспитываем новобранцев и всё.

– Тебе что, мало этого, Мос?

– Да! Даже в лагере подготовки было не так скучно. Капитана Дейса бы сюда.

– Это точно. – Усмехнулся Артелион. – Он бы нас многому научил.

– Интересно. – Понизил голос Моснит. – Что здесь бывает с теми, кто покидает свой пост на некоторое время?

Видя загоревшиеся глаза друга, Артелион нахмурился.

– Куда собрался?

– В столовую. Не могу я, знаешь ли, без женского общества. Кстати, тебе тоже советую.

Артелион тяжело вздохнул.

– Я не хочу. – Помрачнел он.

– Да брось ты! Сколько уже можно горевать? – Возмущенно спросил Моснит.

– Я не горюю. Я скучаю, вспоминаю, переживаю, но не горюю. – Твердо ответил Артелион. – А к другой... Я не знаю. Я не хочу прикасаться ни к кому, пока не поблекнут воспоминания о ней.

– Дурак ты. – Констатировал молодой сержант.

– Наверное. – Пожал плечами юноша. – Но ничего пока с этим поделать не могу.

Он печально улыбнулся.

– Ну и ладно. Мне больше достанется. – Обрадовался Моснит. – Я тогда пойду, а ты присмотри тут за всем. Если Исмар спросит, то скажи, что у меня с животом проблемы. Зомби, знаешь ли, плохо влияют на меня.

Сержант поспешил к выходу, по пути шикнув, на ведущих тихий разговор новобранцев.

Артелион вернулся в отсек и назначил болтунов в караул. После чего постарался заснуть. Едва он закрыл глаза, как внезапный вскрик в отсеке, заставил вздрогнуть. Наученные вскакивать по первому крику, в мгновение ока весь отсек оказался на ногах. Поняв, что тревоги не ожидается, люди начали поглядывать на источник криков. Один новобранец, метался во сне и постоянно выкрикивал что-то неразборчивое, отбивался от кого-то и рыдал взахлеб.

– Что с ним? – Шептались молодые стражи.

– Разбудите его. – Приказал Артелион.

Парня разбудили. Он испуганно взирал на недовольные лица своих сослуживцев, освещенные слабым светом зажженного фонаря, не понимая, что произошло. Постепенно начали раздаваться смешки. Стражи шепотом начали обсуждать, что же могло присниться бедняге. Не желая слушать всякий бред, возбужденных от пережитого страха людей, Артелион скомандовал отбой.