Текст книги "Время камней (СИ)"

Автор книги: Виктор Глебов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 28 страниц)

Глава 12

Существо попробовало пошевелиться и ощутило, каким длинным стало его тело. Совсем не похожим на прежнее, которое было до того, как… но до чего? Кем оно было прежде? Оно не могло вспомнить. А впрочем, так ли это важно? В конце концов, всё меняется. Остановка означает смерть.

Оно огляделось. Кажется, раньше мир был более цельным, не таким раздробленным. И нравился существу гораздо больше. А теперь… Куда делись все те краски, от которых только что не рябило в глазах? Да, всё-таки развитие не всегда приятно. Но, может быть, изменилось что-то ещё? Существо пошевелило конечностями и ощутило, что их много, слишком много для того, чтобы ими пользоваться. Возможно, стоит взглянуть? Оно подняло голову и посмотрело на своё длинное членистое тело, чёрное и блестящее. Конечности шевелились беспорядочно, похожие на изломанный тростник.

«Кто же я? – подумало существо, изучая себя дюйм за дюймом. – И откуда взялось?» Оно не помнило ничего, кроме отдельных образов, да и те словно плавали в мутном потоке.

А потом оно услышало голос. Он звал. Не по имени и не словами, а завладевал волей, оплетал сознание невидимой сетью, которую нельзя было разорвать, с которой нельзя было бороться. Сначала он спрашивал, а существо отвечало, затем он рассказал о том, кто оно и зачем появилось на свет, а потом приказывал, и оно слушало, понимая, что исполнит любое желание голоса, каким бы оно ни было. Существо узнало, что оно должно служить и подчиняться, никогда не спорить и не сомневаться, и тогда ему позволят жить. Жить! Жить…

Как странно звучало это слово в устах невидимого Хозяина. Словно его предлагали в дар и одновременно произносили как угрозу. Оно завораживало и пугало. Жить… Видеть, чувствовать, действовать. Ощущать своё длинное членистое тело, использовать его мощь, которую уже чувствовало существо. Быть… Находиться где-то, присутствовать. Это было единственной ценностью, тем, ради чего стоит… что именно? Ответ пришёл сам собой: всё, что угодно! Сомнений нет. Существо будет подчиняться голосу, оно никогда не ослушается его. Оно ждало, жаждало приказаний, молило о них Хозяина, горя нетерпением доказать свою преданность и готовность.

И голос смилостивился и отдал приказ…

* * *

В холодном утреннем воздухе было отчётливо видно, как дрожит линия горизонта. Чёрная полоса приближалась, на глазах превращаясь в орду. Уже можно было различить круглые щиты с грубо намалёванными жёлтыми драконами и помеченные той же эмблемой чёрные и красные знамёна. Лес копей колыхался над рогатыми шлемами, стальные наконечники тускло поблёскивали в розовых лучах рассветного солнца.

Позади конницы виднелись буйволы, влекущие разобранные осадные башни, катапульты и баллисты. Натужно скрипели гружёные камнями, брёвнами и горшками с зажигательной смесью повозки, оглашая степь заунывной песней войны.

Крепость считалась неприступной, но любой истинный полководец знает, что неприступные крепости существуют только в воображении самолюбивых и самоуверенных людей, поэтому герцог Даршак, комендант Норфорда, ещё два дня назад, когда стало известно о приближающейся армии, велел согнать за крепостные стены весь скот, пополнить запас метательных снарядов, приготовить чаны с маслом и смолой. Люди вооружались, на стены поднимались сработанные наспех катапульты – в дополнение к старым надёжным боевым машинам, способным посылать камни на четыреста, а то и пятьсот ярдов. В своё время их свозили из заброшенных музеев, делали по образцам новые, прекрасно показавшие себя в многочисленных боях.

Поэтому появление на горизонте орды не застало защитников Норфорда врасплох. До времени затаившиеся воины стояли на стенах, скрытые каменными зубцами, тем более что посланные в дозор отряды предупредили о подходе неприятеля. И всё же лица людей были мрачны: слишком многочислен был враг. Да и что ему понадобилось в человеческих землях? Этого орки не объясняли – они просто вторглись в Ольтодун, захватывая один город за другим, разрушая крепость за крепостью. Кто знает, откуда они взялись в таком диком количестве. Во времена Великой войны Мёртвые легионы уничтожили большую часть монстров, а остальных загнали в глубокие норы. Но прошли десятилетия, а может, и больше, и раса порождений Звезды воспряла! Тайно орки плодились и вооружались, тренировали детей для будущих битв. И вот решились выползти на свет, чтобы грабить. Они шли, уничтожая всё на своём пути, кроме рабов, которых угоняли. Ходили слухи, будто у них даже есть своё королевство под названием Качар, но мало кто верил в это.

Ни одна из крепостей не сдалась, никто не сложил оружия, но устоять против шедшей на один за другим приступ орды было невозможно. Потом на короткий срок наступило затишье, и вот низкорослые захватчики подступили к стенам Норфорда.

Герцог Даршак стоял на донжоне крепости, наблюдая за приближением неприятеля в короткую подзорную трубу. По предварительным подсчётам орков было около десяти тысяч. Они везли почти сто катапульт и других стенобитных и осадных орудий.

Даршак поднял руку, привлекая внимание военачальников. Воины приблизились, ожидая приказаний.

– Они будут здесь через полчаса, не раньше, – сказал герцог, складывая подзорную трубу и передавая её оруженосцу. – Собирайте людей, они должны быть готовы. Сперва угостим их из катапульт. Лорд Айршек, я надеюсь на вас. Затем, когда уроды полезут вперёд, обстреляем их из арбалетов и луков. Барон Град, не подведите. И да помогут нам боги!

Воины молча поклонились и отправились исполнять приказания. Герцог Даршак присел на выступ крепостной стены и ещё раз обвёл глазами потемневший от приближавшейся армии горизонт. У Норфорда не было шансов отбиться от орды, гарнизон был слишком малочисленным, однако воину и в голову не приходило сдаваться. И он знал, что никто из обитателей крепости не предпочёл бы капитуляцию смерти.

Когда орки подошли достаточно близко, по ним ударили из катапульт. Многофунтовые каменные глыбы обрушились на их шеренги, размазывая, вбивая в землю, уродуя. Но орки быстро ответили, и начался смертоносный обмен снарядами. С гудением куски гранита и базальта рассекали воздух и врезались в ряды людей, орков, песок, стены Норфорда. Орки сосредоточились на башнях, возведённых по обе стороны от ворот, так как на них располагались стрелки, которые должны были обрушить на тех, кто понесёт таран, лавину стрел. Во все стороны летели осколки, каменное крошево секло людям лица, медленно и величаво падали крепостные зубцы.

Глава 13

Даршак увидел, что к стенам Норфолда приближаются осадные башни – высоченные угловатые сооружения, обтянутые мокрой кожей, чтобы предотвратить возгорание. Внизу подрагивали набалдашники таранов, отлитые в виде бараньих голов.

– Разрушьте катапульты! – отдал приказ герцог, и десятки людей побежали вниз, чтобы передать его расчётам.

Орки накатились на крепость орущей и гремящей волной, ударились о стены приставные лестницы, облепленные вооружёнными секирами и кривыми саблями воинами, на щитах которых желтел силуэт дракона. Тот же знак трепетал на реющих над рядами орков знамёнах.

Через несколько минут завязалась рукопашная на бастионах. Люди сбрасывали противников со стен, рубили мечами, поражали стрелами, но врагов становилось всё больше. Они наваливались на лестницы, и у защитников Норфолда не хватало сил, чтобы столкнуть их.

Всё чаще мелькали эмблемы Качара на бастионах крепости, всё реже взлетали в воздух запущенные катапультами камни. И вот ударили тараны осадных башен, врезались в кладку и засели в ней. Упали деревянные мостки, и орки заструились по ним, врубаясь в ряды людей. Словно огромная клякса расползалась по крепости.

Герцог Даршак наблюдал за этим, скрипя зубами от отчаяния. Его рука сжимала меч, но вступать в бой было рано. Воинам нужен лидер, без него они не продержатся и часа.

Над воротами раздались крики, на лебёдках потянули наверх наполненные горячей смолой чаны – значит, орки принесли таран. Первый удар разнёсся над Норфолдом через пару минут. В наступавших полетели камни, брёвна и стрелы, полились потоки густой дымящейся смолы. Визг и крики почти заглушили шум битвы, а потом раздался второй удар и вслед за ним – треск поддающихся напору ворот.

* * *

Тьма…тьма… свет… ярко и больно, режет глаза… всё меркнет… смерть…

Угасание… глухота… полёт во мраке…

Боль… страдание… смерть… снова боль… непереносимая боль…

Свет и подобие жизни, существование, вечность…

Огонь со всех сторон… надвигается жар, обжигает… нет сил терпеть… желание умереть, прекратить мучения… воздуха не хватает…

Всё тело разрывается на куски, его больше нет, оно исчезло…

Пустота и опять бесконечный полёт в кромешной тьме…

Никакой надежды…

Утрата. Что-то давно прошедшее и невосполнимое, рождающее отчаяние. Как хочется вспомнить, но кругом – высокие невидимые стены, они не позволяют ни о чём думать, только чувствовать! И снова волны боли, накрывающие с… головой? А есть ли она⁈ Всё окружающее кажется призрачным и нереальным. Но в то же время нельзя вспомнить и ничего, кроме этого… странного тёмного мира, до краёв наполненного страданием. Надежды нет…

Воспоминания роились в голове существа, пока оно спало. Оно не знало, откуда взялись эти ощущения, но хотело избавиться от них. Существо желало проснуться, но чувствовало, что ещё не время, и ему приходилось продолжать путешествие по лабиринтам сновидений, так походивших на лабиринты памяти.

* * *

Лорд Даршак обернулся и оглядел свою личную гвардию. Всадников было мало – всего пятьсот – но им предстояло переломить ход битвы и выбить орков из Норфолда. Герцогподнял закованную в латную перчатку руку и дал знак открывать ворота. Четыре человека налегли на ворот, колесо со скрипом повернулось, лязгнули натягиваемые цепи, и содрогающийся под ударами тарана занавес пополз вверх. В образовавшуюся щель с торжествующими воплями полезли орки и замерли от неожиданности, увидев перед собой сверкающих бронёй рыцарей, встретивших их появление гробовым молчанием.

Запели тетивы. Пущенные со стен стрелы пронзили самых нетерпеливых орков. На таком расстоянии они легко пробивали доспехи. Ворота поднялись до конца и были зафиксированы. Орки хлынули вперёд лавиной, выставив перед собой щиты с грубо намалёванным жёлтой краской драконом и подняв кривые сабли.

Даршак поднёс к губам рог горобыка и дал сигнал к атаке. Ряды рыцарей дрогнули и покатились вперёд, навстречу оркам, опустив тяжёлые железные копья и подняв треугольные щиты. Две силы столкнулись с оглушительным грохотом, орков смели и смяли в мгновение ока. Рыцари ринулись в открытые ворота, разбрасывая противников, топча конями, поражая копьями, сокрушая длинными мечами. Прошло не более четверти часа, и орда была оттеснена к внешним воротам. Здесь орки продолжали держать рубеж, но, зажатые в арке, не могли переломить ход сражения.

Даршак торжествовал. Он бился в первых рядах, и его доспехи покрывала орочья кровь, арука устала поднимать и опускать меч.

Низкое гудение привлекло его внимание. Он прислушался и понял, что это летит запущенный вражеской катапультой камень. Через секунду слева от ворот раздался грохот, сверху посыпались камни.

К Даршаку подъехал Айршек. Он был ранен в ногу: на доспехах виднелась глубокая вмятина от орочьей секиры.

– Они пытаются пробить в стене брешь! – крикнул он, поднимая забрало. – Если удастся, они снова прорвутся в Норфолд.

Новый удар сотряс стену.

– Обстреляйте их! – ответил Даршак.

– Невозможно. Орки уничтожили наши катапульты. Их и было-то немного… – Аршак не успел договорить: короткий болт попал ему в лицо.

Воин дёрнулся назад и, взмахнув руками, упал с лошади. Его тут же окружили мечники, чтобы защитить от орков. Никто ещё не знал, жив он или убит.

Катапульты продолжали тем временем обстреливать крепостную стену. С короткими интервалами последовали ещё три удара, и бастион подался назад, словно уступая натиску снарядов. Даршак с ужасом наблюдал за этим, понимая, что ничем не может помешать противнику разрушить стену.

– Отступаем! – крикнул он, поворачивая коня и поднимая забрало, чтобы протрубить в рог.

Воины отступили к внутренней стене. Ринувшуюся во двор орду дважды осыпали стрелами, чтобы проредить ряды, а затем снова завязалась рукопашная. Теперь у орков было больше простора для действия, и они теснили рыцарей, норовя подрубить лошадям ноги. Люди рубили их и кололи копьями, но врагов было больше.

Даршак обернулся на грохот и увидел, как часть стены рухнула, а влетевший в брешь камень врезался в ряды защитников крепости, раздавив несколько человек.

– Во внутренний замок! – скомандовал Даршак, и его воины ринулись туда, откуда совсем недавно вышли.

Глава 14

Через десять минут последний уцелевший рыцарь оказался во внутреннем дворе, и ворота начали закрывать. Три десятка орков прорвались внутрь, но быстро полегли, не сумев помешать людям, поворачивавшим вороты. Со скрипом ворота опустились.

– Подняться на башни! – распорядился Даршак, спешиваясь. – Лучники – на бастионы. Рыцарям построиться. Скоро мы повторим наш маневр. Ещё посмотрим, кто кого.

Герцог передал поводья своему оруженосцу и отправился в донжон, чтобы обозреть с высоты расположение и передвижения войск противника.

Орки карабкались по приставным лестницам, и на внутренних бастионах завязалась горячая схватка. Врагов было уже ненамного больше: орда потеряла часть воинов в начале битвы. И всё же противник одолевал. Герцог Даршак ударил кулаком по каменному подоконнику бойницы и быстро спустился вниз.

– Приготовиться к новой атаке! – приказал он приблизившимся к нему начальникам отрядов. – Повторим наш маневр. Посмотрим, на сколько их хватит.

Он сел в седло и обнажил меч. За его спиной рыцари выравнивали ряды, опускали забрала и принимали из рук оруженосцев новые копья.

Когда подняли ворота, орки не бросились в них, а наоборот, отхлынули назад, наученные горьким опытом.

– Проклятье! – выругался Даршак. Затем повернулся к лучникам и крикнул: – Бейте их! Стреляйте прямо в ворота, пока они не разозлятся или не испугаются.

Тотчас перед рыцарями выстроилась живая стена стрелков. Скрипнули луки, и через секунду туча стрел полетела в арку, в глубине которой маячили орки. Мгновение – и новый залп. Противник раздался в стороны, чтобы избежать бессмысленных смертей. Враг снова обманул ожидания герцога.

Даршак опустил забрало, поднял меч и подал молчаливый сигнал к атаке. Он рассчитывал вклиниться в армию неприятеля и разрезать её на две части. Рыцари устремились за ним, нагнув железные копья. Замысел удался. Враг не успел сомкнуть ряды, и всадники оказались в середине его войска, направо и налево сокрушая орков.

С крепостных стен в неприятеля летели тучи стрел, находя незащищённые щели в доспехах. Новая вылазка успела собрать кровавый урожай, когда несколько камней, перелетев через внешнюю стену, ударились в бастионы замка, разметав дюжину лучников и обрушив крепостные зубцы. Орки обстреливали цитадель, не опасаясь попасть в своих. Даршак понял, что нужно уводить воинов вперёд, глубже пробиваться в войско неприятеля. Рыцари уже вонзили или сломали свои копья и теперь сражались мечами. Многие лишились лошадей и теперь рубились пешими, со всех сторон окружённые щитами с жёлтыми драконами.

Даршак поднял своего коня на дыбы, опрокинул двух орков, разрубил третьего, закрылся щитом от летевшего в него копья. Рядом с ним бились его телохранители, покрытые своей и чужой кровью. Рыцари постепенно теснили врага к внешней стене. Над головами продолжали свистеть снаряды, но лучники спустились с бастионов и теперь обстреливали орков из бойниц. И всё же стены замка постепенно разрушались.

Несколько камней упали, не достигнув своей цели. Это значило, что пусковые механизмы катапульт начинают сдавать. Скрученные в несколько рядов воловьи жилы следовало регулярно менять. Иначе скоро осадные машины начнут швырять камни в самих орков.

Многие порождения Звезды уже поглядывали на внешние ворота и брешь, прикидывая, не пора ли отступать.

Даршак столкнулся с одним из их сотников, огромным орком с двуручной секирой в руках. Герцог атаковал его круговым ударом, но противник пригнулся и сильно толкнул его в корпус рукоятью боевого топора. Даршак рубанул сверху. Клинок прошёл сквозь латы и застрял. Орк взвыл, дёрнулся, увлекая герцога за собой, замахнулся секирой и опустил её на вовремя подставленный щит, который треснул, пропустив серповидное лезвие. Даршак покачнулся, едва не выпав из седла. В это время подоспели двое его телохранителей. Они напали на сотника, нанося стремительные удары. Но окровавленный орк словно не замечал их. Он поднял своё страшное оружие и снова ударил герцога по теперь уже бесполезному щиту. Резкая боль пронзила руку Даршака, когда сталь разрубила латную перчатку и погрузилась в плоть. В глазах у воина потемнело, и он уже не мог отразить последнего удара боевого топора, сбившего его с лошади.

Телохранители добили израненного орка и, спешившись, подхватили своего командира. Их окружили другие рыцари, чтобы дать возможность унести раненого. Орки, что были рядом, радостно завопили, увидев падение предводителя защитников Норфолда, и передали эту новость остальным. Через четверть часа все орки знали, что противник остался без полководца, и, воодушевлённые, ринулись в бой.

Глава 15

Герцог Даршак чувствовал, что его куда-то несут, но сквозь кровавую пелену видел только голубое небо, мелькавшее где-то высоко-высоко. В ушах гудело, а сердце, казалось, готово было вырваться из груди – каждый толчок причинял боль.

Он не видел, как огромный камень, описав дугу и не долетев до стены внутренней крепости, обрушился вниз, разметав половину воинов, нёсших своего предводителя в цитадель, чтобы уберечь от врагов, и не почувствовал, как осколок отсёк ему по локоть вторую руку, и как оставшиеся в живых телохранители замотали обрубок какой-то тряпкой и потащили дальше, падая и спотыкаясь.

А потом был подъём по винтовой лестнице, который казался Даршаку долгим путешествием по волнам. Его положили на кровать и оставили, потому что каждый воин был на счету, и ни один не остался с ним, чтобы проводить в последний путь – раны были смертельны, и никто по этому поводу не заблуждался.

Даршак лежал на спине, тяжело дыша и прислушиваясь к своим ощущениям – единственное, что он чувствовал, это что жизнь постепенно покидает его. Он мог пошевелиться, но не подняться. Ему уже не вернуться в бой, не повести своих воинов на смерть или к победе!

Снаружи доносились приглушённые звуки битвы – казалось, они долетают из чужого далёкого сна, но герцог знал, что там бьются и умирают его воины, последние защитники Норфолда, а теперь и его собственные. И это причиняло ему боль, потому что он хотел быть с ними, рубить врагов, а не дожидаться своей участи, которая при любом исходе была одна – смерть.

Герцогу казалось, что звуки битвы приближаются. Это должно было означать, что орки побеждают. Даршак мучительно застонал. Он не знал, что сильнее причиняло ему боль: начинающие чувствоваться раны или сознание того, что всё было напрасно, и Ольтодун скоро перестанет существовать так же, как несколько лет назад перестал существовать Вайтандар, разрушенный неистовым Рогбольдом. Даршак не хотел той же судьбы для своей страны. Он готов был отдать всё, даже свою жизнь, ради неё. И поэтом он разлепил сухие запекшиеся губы и прохрипел без особой надежды на то, что его услышат:

– Боги! Всесильные и всемогущие! Я обращаюсь к вам! Если вы слышите меня, то внемлите моей мольбе: дайте Ольтодуну свободу, прогоните орду, даруйте моим воинам победу, – он перевёл дыхание и продолжал. – А если я прошу слишком многого, то хотя бы дайте мне руки, чтобы я мог сражаться и умереть за свою страну! – он прикрыл глаза и прислушался, но ничего не изменилось.

Боги не слышали его или не желали вмешиваться. А может, именно они обрекли Ольтодун на гибель.

– Возьмите всё, что у меня есть, – пробормотал Даршак в последней, отчаянной надежде. – Заберите мою жизнь, если она – подходящая цена!

Воздух заискрился, и лорд вздрогнул от неожиданности. Скосив глаза, он наблюдал за тем, как над полом растёт переливающийся всеми цветами радуги сияющий круг, от которого во все стороны летели короткие яркие молнии. В центре появилась огромная, как показалось Даршаку, фигура. Существо переступило сверкающую границу и очутилось в комнате. Оно выглядело как высокий черноволосый мужчина с грубыми чертами лица, облачённый в чёрные доспехи, покрытые узорами. Глаза смотрели пристально, а само существо не шевелилось и молчало. Лорд не мог вымолвить ни слова. Он пытался понять, кто перед ним: Дан – бог подземного царства – пришедший, чтобы унести его душу в Камиар, Райзнарг – бог молнии – разгневавшийся за то, что человек посмел взывать к богам, Трай – бог огня – пожаловавший по приказу своего отца, или Унгкер – бог войны, внявший его мольбе.

– Зачем ты звал меня? – заговорил пришелец, и Даршак вздрогнул.

Голос бога был низким и ровным, в нём не слышалось гнева.

– Я… – герцог знал, что должен ответить, но растерялся.

Он смотрел в глаза бога и не мог поверить, что это свершилось.

– Я жду, – напомнил бог.

– Кто ты? – выдавил из себя Даршак.

Он решил, что должен знать, с кем говорит.

– Унгкер, – ответил бог.

Герцог вздохнул почти с облегчением.

– Я прошу… даровать победу моему народу, – проговорил он.

– Нет, – бог покачал головой. – Ты просишь слишком много.

– Тогда дай мне руки, чтобы я мог сражаться!

Бог несколько секунд молча смотрел на лорда, потом сказал:

– Что ты предлагаешь взамен?

– Всё, что угодно!

– У тебя нет всего, что мне угодно.

– Всё, что есть у меня. Хоть мою жизнь!

– Зачем она мне? Она ценна лишь для тебя.

– Тогда… – Даршак не знал, что ещё предложить. – Чего ты хочешь?

– Служение.

– Прости меня, великий Унгкер, но я не понимаю. Должно быть, это раны… Мой разум оставляет меня.

– Я объясню. Мне нужно, чтобы ты исполнил мою волю. Только один раз. Если я дам тебе руки, и ты выживешь в битве, то должен будешь сделать то, о чём я попрошу.

– Я согласен!

– Не торопись. Тебе может не понравиться… – бог замолчал, не договорив.

– Я согласен!

– Хорошо. Приготовься, – бог сложил перед собой ладони и наклонил голову.

Вокруг него заплясали голубые огоньки. Они походили на роившихся пчёл, и их становилось всё больше, пока бог не оказался стоящим в столпе лазурного света. Он развёл руки и протянул их к Даршаку. Герцог почувствовал, как тепло струится в него, проясняя разум, заставляя кровь бежать быстрее, усмиряя боль. Потом в локтях заныло, раны обожгло, и он потерял сознание.