Текст книги "Время камней (СИ)"

Автор книги: Виктор Глебов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 28 страниц)

Глава 91

Ящер сделал плавный вираж и завис напротив балкона одной из башен дома Джестров.

– Ты уверен? – тихо спросил Сафир, поглаживая его морщинистую шею.

Мануол укоризненно скосил на него жёлтый глаз с кошачьим зрачком. Мол, обижаешь! Что за дурацкий вопрос⁈

– Ладно-ладно! – проговорил Маград, отстёгиваясь от седла. – Подожди меня где-нибудь неподалёку. Смотри только, чтоб тебя не заметили.

Сафир спрыгнул на балкон и прислушался. Из-за двери не доносилось ни звука, и он осторожно толкнул одну из створок. Она подалась, и Сафир проскользнул в комнату.

Здесь было темно и душно, пахло духами и ароматическими маслами. С трудом можно было различить очертания громоздкой мебели: комода, трюмо, двух кресел, пуфа и огромной кровати с балдахином. Сафир замер на несколько секунд. Он никогда не был прежде в этой святая святых – спальне принцессы. Но Армиэль в комнате не было. Зато из-под ведущей в соседнюю комнату двери пробивалась тоненькая полоска света.

Сафир бесшумно подкрался к ней и приник ухом. До него донёсся негромкий разговор. Голоса были женские, и один из них принадлежал Армиэль. Судя по всему, она перекидывалась короткими фразами с одной из фрейлин, и вскоре Сафир понял, что они играют в го. Он даже сумел различить стук фишек о доску и дробь, издаваемую падающими костями.

Час был поздний, и Сафир рассчитывал застать принцессу если не спящей, то готовящейся ко сну, однако присутствие фрейлины нарушило его планы. Нужно было либо затаиться и ждать, либо убираться. Сафир с неохотой посмотрел на оставшуюся открытой балконную дверь, перед которой ветер трепал занавеску. Уходить совершенно не хотелось, ведь это могла быть последняя возможность поговорить с Армиэль и убедить её бежать с ним. Сафир плотно прикрыл дверь на балкон и сел в кресло, стоявшее к соседней комнате спинкой.

Он знал, что принцесса вышла замуж за Ормака Квай-Джестру, но ему хотелось верить, что она сделала это под влиянием отца, а не по любви. В конце концов, он отсутствовал не так уж долго, и она не должна была забыть его. И всё же думать об Армиэль как о чужой жене было невыносимо. Если бы Сафир встретил Ормака, он, не задумываясь, убил бы его, но Первый Советник после свадьбы проводил ночи в новом доме молодых супругов, где следил за завершающими работами по отделке, – бракосочетание состоялось немного раньше, и кое-что пришлось доделывать уже после него. Принцесса не пожелала окончательно переезжать в новый дом, пока там продолжаются работы, и поэтому пока жила большую часть времени во дворце.

Сафир думал о том, была ли у Армиэль и Квай-Джестры первая совместная ночь, или они и её отложили до окончательного переезда. Он надеялся на второе. Впрочем, Маград понимал, что не станет выяснять этого – по крайней мере, сейчас. Если же принцесса откажется бежать с ним, это будет вообще не важно.

Он прислушался, не закончилась ли игра, но фишки по-прежнему цокали по доске. Время было позднее, и это не могло продолжаться долго. Сафир решил ждать, сколько понадобится.

Наконец, через четверть часа голоса стали громче, раздался звук отодвигаемых стульев и грохот сгребаемых в ящик фишек. Фрейлина попрощалась с принцессой и вышла. Сафир не знал, явятся ли сейчас горничные, чтобы раздеть Армиэль, или они сделали это раньше. Он замер в кресле, прислушиваясь к каждому шороху. Сердце билось тяжело и гулко.

Прошло несколько минут, прежде чем дверь отворилась, и в спальню вошла принцесса. Сафир буквально оцепенел.

Армиэль прошла к постели и отодвинула полог – Маград слышал, как зашелестела тонкая ткань. Тянуть дольше не имело смысла. Он медленно встал и повернулся.

Принцесса заметила его сразу, но не узнала. Она пронзительно вскрикнула, но тут же зажала себе рот руками.

– Сафир⁈ – прошептала она, не веря глазам. – Откуда⁈

– Армиэль! – Маград не знал, что ещё сказать.

Все слова, что он приготовил, вылетели у него из головы.

– Зачем ты пришёл⁈ – в её голосе прозвучал страх, смешанный с надеждой.

– За тобой!

– За мной⁈ – Армиэль растерялась.

Сафир обошёл кресло и приблизился к ней. Она слегка попятилась.

– Не бойся! – сказал он с болью. – Я не сделаю тебе ничего дурного.

– Ты хотел убить отца!

– И по-прежнему хочу.

– Что⁈ – принцесса растерялась.

– Он приказал казнить моих отца и мать! Я должен отомстить. Это мой долг.

– Это ложь! Твоего отца…

– Убили бандиты, – перебил Сафир. – А мать умерла при родах. Я знаю эту сказку. Всё неправда!

– О чём ты⁈

В соседней комнате хлопнула дверь.

– Ваше Высочество, с вами всё в порядке⁈ – раздался голос фрейлины.

Должно быть, она услышала крик Армиэль и решила вернуться.

– Да, я просто споткнулась! – отозвалась принцесса поспешно. – Ступай!

– Слушаюсь, Ваше Высочество. Доброй ночи, – фрейлина ушла, прикрыв за собой дверь.

– Мне точно известно, что император… твой отец организовал убийство моих родителей. Не знаю, почему, но это так. Долг крови требует, чтобы я совершил месть! – горячо прошептал Сафир.

– Ты заблуждаешься! – отозвалась Армиэль, делая к нему нерешительный шаг. – Кто-то наговорил тебе глупостей, а ты поверил!

Сафир покачал головой.

– Я видел документы, подписанные твоим отцом!

– Их могли подделать! Это казантарцы, да⁈ – Армиэль схватила его за руку. В её глазах была мольба. – Остановись, Сафир! Они пудрят тебе мозги!

– Не могу! – он привлёк её к себе. – Как ты могла выйти за Ормака⁈

Армиэль опустила глаза и слегка отстранилась.

– Ты исчез, – сказала она тихо. – Отец был зол, а мне… стало всё равно. Я не думала, что ты вернёшься! – в её голосе послышались обвиняющие нотки.

– Я ведь обещал, что мы будем вместе навсегда, помнишь?

Армиэль кивнула.

– Ты перестала мне верить?

Она промолчала.

– Я здесь! – сказал Сафир, сжав её руки в своих. – Бежим со мной!

– Куда⁈ – Армиэль подняла на него глаза. – Нам не выйти из дворца.

– Но я ведь сюда попал.

– Как?

– Соглашайся, и я покажу. Уберёмся из Урдисабана! Мы ещё можем быть счастливы.

– Я замужем, – сказала принцесса неуверенно.

– Чушь! – не выдержал Сафир. – Этот брак ничего не стоит. Боги не могли благословить его! Неужели ты готова забыть всё, что было между нами, ради этого… Джестры⁈

– Дело не в нём, – покачала головой Армиэль. Она мягко высвободила ладони из рук Сафира и отошла. – А в тебе.

– Объясни! – потребовал Маград, не сводя с неё глаз.

– Я отправилась бы с тобой куда угодно, если бы ты не был одержим своей идеей.

Сафир отвёл глаза.

– Мой отец не убивал твоих родителей! – с уверенностью сказала Армиэль. – Он любил тебя, как сына, и всегда помогал, разве не так?

– Не надо! – почти простонал Сафир.

– Но это так! А ты готов поверить неизвестно чьим наветам!

– Я видел…

– Бумажки, которые ничего не стоит подделать! И они для тебя значат больше, чем всё, что сделал для тебя мой отец! Я не ожидала от тебя этого, лорд Маград!

Сафир резко вскинул голову.

– Я знаю, что прав! – сказал он твёрдо.

– А я знаю, что нет! – в тон ему ответила Армиэль.

– Значит, не пойдёшь со мной? – тихо спросил Сафир.

– Откажись от нелепой мести!

– Не могу!

– Тогда прощай! – Армиэль отвернулась.

Маград несколько секунд смотрел ей в спину, затем направился к балконной двери. На пороге он обернулся и увидел, что принцесса уткнула лицо в ладони и беззвучно рыдает. Ему захотелось подойти и обнять её, попросить прощения, но он знал, что тогда не сможет заставить себя выполнить свой долг.

Глава 92

Сафир, как в трансе, вышел на балкон и тихо свистнул. Почти сразу он услышал хлопанье крыльев, и через мгновение перед ним возник ящер. Маград вскарабкался на него и, устроившись в седле, пристегнулся.

– Во дворец! – скомандовал он.

Собственный голос казался чужим. Неужели это он сейчас отдал такую команду⁈

Мануол взмахнул огромными кожистыми крыльями и едва различимой на фоне ночного неба тенью помчался над Тальбоном. Сафир подставлял лицо ветру – ему хотелось, чтобы тот охладил и успокоил его. Сейчас важнее всего отмстить императору, и ничто не должно отвлекать его. Пожалеть себя он успеет потом – если у него будет возможность. Сейчас же кровь отца и матери взывает к нему из прошлого, и, пока он не поквитается с их убийцей, остальное не имеет значения!

Через несколько минут Мануол пролетел над дворцовой оградой и устремился к возвышающимся башням. Сделав несколько виражей, он приземлился на террасу и, сложив крылья, почти слился с каменной кладкой. Сафир спустился с ящера и прислушался. До него не доносилось ни звука. Значит, стража не заметила пронёсшейся над дворцом огромной тени.

С террасы в замок вели две двери, одна из них должна была быть отперта. Сафир толкнул одну, но безрезультатно, зато вторая сразу подалась. Он шагнул внутрь и замер. Всё было тихо. Как и обещал подлый предатель Ормак Элу, в этой части здания охрана была под каким-то предлогом снята. На пути Сафира не должно было встретиться преград вплоть до последнего рубежа – палат Камаэля, которые всегда сторожили преторианцы. Убрать стражу оттуда было невозможно.

Маград не знал, какую услугу оказал казантарец Квай-Джестре, что тот был вынужден помогать им, но хорошо понимал, что Первому Советнику, ныне ставшему зятем императора, смерть Камаэля только на руку. Тогда он займёт трон, и его потомки станут править Урдисабаном.

Сафир подумал, что должен был быть на его месте, но тут же упрекнул себя в малодушии: не мог же он, скрепя сердце, делать вид, что Камаэль не убивал его родителей, и улыбаться ему изо дня в день, втайне ненавидя!

Юноша двинулся к выходу из комнаты. Через пару секунд он очутился в коридоре, освещённом лишь одним факелом, укреплённом в десятке футов слева от двери. Маграду же нужно было идти направо.

Он прекрасно помнил планировку дворца и легко ориентировался даже в полумраке. За свою жизнь он множество раз бывал здесь, а в последние годы, когда стал пажом, исследовал все уголки здания. Поэтому Сафир уверенно шёл по коридорам, отворял двери, пересекал залы и кулуары, пока не очутился перед комнатой, называвшейся Синей спальней. Она не использовалась с тех пор, как океан унёс жизни первой жены Камаэля и его дочери. Император приказал оставить в ней всё так, как было при их жизни, и с тех пор туда заходила лишь горничная, наводившая раз в неделю порядок. Насколько было известно Сафиру, сам повелитель никогда не посещал спальню покойной супруги.

Дверь была заперта, но Маград знал, как с этим справиться. Прикоснувшись к замку, он прикрыл глаза и сконцентрировался, представляя энергетические нити, проходящие сквозь запорное устройство. Их нужно было мысленно отделить от остальных, лишних. Когда Сафир сделал это, замок виделся ему так, словно был разобран и лежал перед ним на столе. Он послал сигнал, приказывавший шестерёнкам сдвинуться и сместить задвижку. Это требовало определённых усилий, но Маград знал, что справится: упражнения, которые заставлял его выполнять Эл, были куда сложнее. Замок тихо щёлкнул и открылся. Сафир взялся за ручку и толкнул дверь. Она отворилась без единого звука. В комнате было тихо и прохладно, так как здесь не топили. Окно закрывали шторы, а у дальней стены виднелась покрытая белым балдахином кровать.

Сафир вошёл и прикрыл дверь. Мебель здесь не покрыли чехлами, чтобы комната не потеряла жилой вид. Подле кровати была подвешена люлька, в темноте она казалась совсем крошечной. Маград попытался вспомнить, сколько лет было дочери императора, когда она умерла, но не смог – он тогда ещё даже не родился.

Сафир пересёк комнату, мягко ступая по толстому ковру, и приник к стене. Он знал, что за ней находится коридор, ведущий в зал с фонтанами, откуда можно попасть в покои, которые теперь занимал император (после смерти первой жены он перебрался в другие комнаты, где до недавнего времени жил с Флабрией).

Ормак утверждал, что Камаэль сегодня останется во дворце. В последнее время императора можно было застать в своих покоях всё чаще: из-за нападения варваров на восточные границы Урдисабана ему приходилось работать допоздна и редко удавалось выбраться за пределы дворца. Сафир надеялся, что удастся обойтись без лишних жертв, но понимал, что ему придётся встретиться со стражей – по крайней мере, с телохранителями, неотлучно дежурившими подле императора. Они были профессиональными воинами, и противопоставить их мастерству Маград мог только магию и внезапность.

Сафир ввёл себя в транс и представил армирующую решётку, проходящую сквозь стену. Он принялся разрушать невидимые связи между частицами, из которых состоял камень. Это требовало времени, и Сафиру было нелегко, в особенности из-за толщины стены. Маград сосредоточился настолько, что не видел ничего, что окружало его – всё внимание сосредоточилось на связях, которые он должен был разрывать. Время от времени приходилось приходить в себя и вынимать из стены камни и обломки, получавшиеся в результате того, что он усилием воли «резал» кладку на куски. К счастью, толстый ковёр глушил все звуки.

Наконец, отверстие стало достаточно большим, чтобы в него мог пролезть человек. Сафир пробрался в коридор и огляделся. Здесь не было ни души, но издалека доносился едва различимый шум. Маград сразу узнал его, поскольку слышал множество раз: такой звук издавали фонтаны императорского дворца. Он двинулся в ту сторону, стараясь держаться стены, но предосторожности были напрасны – стражи, как и обещал Квай-Джестра, не было. Сафир остановился перед двустворчатой дверью и прислушался, но падающая вода заглушала все другие звуки. Оставалось только войти, что Маград и сделал.

Глава 93

В зале не было ни души, только несколько павлинов дремали в разных его концах. Свет исходил от масляных светильников, расставленных вдоль стен.

Сафир подошёл к одному из фонтанов и опустил руку в воду. Красные рыбки брызнули во все стороны и притаились около выложенных мозаикой бортов. Маград пересёк зал и остановился перед аркой, закрытой плотным занавесом с вышитым в центре императорским гербом. Раскинувший крылья золотой орёл показался Сафиру особенно хищным, и он резко отдёрнул драпировку.

Вместо двери здесь была устроена решётка, запиравшаяся изнутри. Замки располагались справа и слева, а ключи от них хранились у командира преторианцев. Но Сафир, разумеется, не собирался ими пользоваться. Войдя в транс, он проник внутренним взором в устройство механизма и начал выдвигать из пазов зубцы, удерживавшие запоры. Эл пользовался другой техникой. Он задействовал загадочный зелёный дым, который носил в себе. Но про него Сафир так ничего и не узнал. Кажется, эту тайну колдун раскрывать не собирался.

Когда с замками было покончено, Маград усилием воли начал крутить ворот, поднимавший и опускавший решётку. Это требовало больших усилий, и вскоре Сафир почувствовал, как по лицу струится пот. Механизм подавался плохо, норовя в любую секунду вырваться из ментального захвата и вернуться на прежнее место. Наконец, Сафиру удалось приподнять решётку на три фута – вполне достаточно, чтобы пролезть. Он достал из кармана и поставил на пол фигурку змеи. Замкнув на неё проделанное волшебство, он лёг и прополз под железными зубцами. Теперь нужно было подготовить отход. Сафир подошёл к вороту и начал крутить барабан уже руками, наматывая на него цепи, пока решётка не исчезла в притолоке. Тогда он поставил ворот на предохранитель. Теперь путь назад был свободен.

Прихватив фигурку змеи, Сафир направился прямо к императорским покоям. От цели его отделяла жалкая сотня футов. Миновав два коридора, он очутился перед дверью, за которой находились телохранители. Их Ормак не мог снять поста ни под каким предлогом. Обычно преторианцев бывало не меньше четырёх, и ещё два десятка дежурили в смежных комнатах справа и слева. Попасть к Камаэлю можно было, только миновав их, так как помещение, в котором они находились, было вытянуто вокруг императорских покоев – для того, чтобы никто не мог проникнуть к повелителю Урдисабана сквозь стену.

Сафир понимал, что предстоит жестокий бой с теми, кто превосходит его и по мастерству, и по числу. Рассчитывать он мог только на магию, внезапность и приспособления, которые вручил ему Эл. Они были тщательно разложены по карманам – так, чтобы легко доставать необходимое.

Сафир извлёк горсть маленьких шариков и зажал их в кулаке. Затем приложил ладонь к двери, и через полминуты замок тихо щёлкнул. Маград выхватил меч и ворвался в комнату, почти одновременно с этим бросив вперёд шарики. Четыре гвардейца ринулись на него, занося обнажённые клинки. Сафир отразил несколько стремительных ударов, ушёл от последовавших за ними выпадов и очутился в середине комнаты. Шарики, тем временем, разлетелись по полу и через секунду лопнули, издав серию тихих хлопков. Из них повалил едкий жёлтый дым. Не обращая на него внимания, преторианцы бросились на Сафира, тесня его к двери в дальней стене комнаты. Это было Маграду на руку, так как оттуда можно было попасть прямо в малый аудиенц-зал императора. Он поспешно отступал, отражая сыпавшиеся на него удары.

Дым быстро заполнял комнату, и вскоре дальше двух шагов уже трудно было что-либо различить. Когда из боковых дверей выскочили телохранители с копьями, мечами и арбалетами наизготовку, они казались бесформенными тенями. Сафир видел лишь тех, кто наступал на него. Он спиной чувствовал, что скоро упрётся в дверь, и свободной рукой достал из кармана металлический тубус. Выдернув зубами пробку, юноша бросил его под ноги нападавшим. Те едва обратили на него внимание, видимо, решив, что противник просто пытается отвлечь их внимание. Из трубки повалил сиреневый дым. Смешиваясь с жёлтым, он приобретал грязно-бурый оттенок. Через несколько мгновений телохранители начали кашлять, из глаз у них потекли слёзы. Сафир наблюдал за ними не без любопытства. Сам он заранее принял противоядие, и только со слов Эла представлял, что должно произойти.

Маград упёрся в дверь и, не оборачиваясь, нащупал ручку. Четвёрка преторианцев, первыми вступивших с ним в бой, потерялась в клубах дыма. Сафир видел скорчившиеся силуэты, пытавшиеся удержаться на ногах. Остальные мелькали в буром тумане подобно теням. Отовсюду доносились выкрики и стоны. Эл говорил, что ядовитые пары обожгут лёгкие изнутри, но последствия не будут смертельными.

Сафир был рад, что удалось обойтись без жертв, и ему не пришлось никого убивать. Отворив дверь, он проскользнул в аудиенц-зал и заперся. Оглядевшись, юноша не увидел Камаэля. Вероятно, тот находился в другом помещении. Сафир прислушался: из-за двери доносились сумбурные вопли, но никто, похоже, так и не понял, что Маград пробрался в покои императора. Сафир осторожно двинулся через тёмный зал, держа меч наготове. Он понимал, что Камаэль мог слышать звуки заварушки и приготовиться к встрече. Пройдя через комнату, он отодвинул занавес и очутился в другом помещении, где была устроена небольшая оранжерея. К ней вела широкая лестница. Сафир начал подниматься, и через несколько секунд оказался среди цветов, горшков и кадок. Вокруг высились пальмы и другие экзотические растения, привезённые в Урдисабан из разных стран. Среди листвы дремали птицы самых причудливых расцветок. Некоторые были в позолоченных клетках, другие сидели прямо на ветках. Сафир шёл между кадками, вглядываясь в темноту между стволами. Но и здесь было пусто. Он открыл дверь в конце оранжереи и оказался в рабочем кабинете императора. Возле кресла горел масляный светильник, давая достаточно света, чтобы читать или писать.

Подойдя к столу, Сафир придвинул лист бумаги, испещрённый записями. Император давал указания легатам относительно военных действий против напавших на границы варваров. Чернила ещё не высохли, перо лежало рядом, и под ним расплылась маленькая клякса – его бросили второпях, не потрудившись даже вытереть. Значит, Камаэль находился в кабинете, когда началась заварушка, и сбежал! Сафир перевёл взгляд на дверь, ведущую в галерею, где располагались мраморные бюсты правителей Урдисабана. Через неё можно попасть в спальню и ещё ряд помещений, в том числе оружейную и трофейную. После исчезновения Маграда, меч и доспехи императора должны были перенести во дворец – пока не будет назначен новый оруженосец. Эта мысль пришла Сафиру в голову между делом, и он досадливо поморщился: ему не хотелось думать о том, что он потерял, поскольку это неизменно вызвало бы воспоминания о недавнем разговоре с Армиэль, который он изо всех сил старался забыть.

Маград решительно вышел на галерею. Высеченные из камня фигуры правителей смотрели в пустоту, похожие на заколдованных великанов. Сафир двинулся между ними, бесшумно ступая по ковровой дорожке. Дверь впереди была распахнута. Без сомнения, через неё совсем недавно кто-то прошёл. Ускорив шаги, юноша вскоре оказался в оружейной. Здесь было пусто и темно. В дальнем конце виднелась большая арка, за которой располагалась лестница, ведущая в трофейную. Сафир решительно пересёк первый зал, взбежал по ступеням и очутился в огромном зале, уставленном по периметру знамёнами, значками, эмблемами, доспехами и оружием побеждённых врагов Урдисабана.