Текст книги "Время камней (СИ)"

Автор книги: Виктор Глебов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 28 страниц)

Глава 62

Сафир невольно улыбнулся. Для него, конечно, не было секретом истинное положение вещей, хотя он и понимал, что поступок посла мог послужить поводом для императора Урдисабана обвинить Казантар в вероломстве. Но причину всегда можно найти, если в этом есть необходимость, и чьи-либо действия не имеют для этого никакого значения. Тут посол был совершенно прав.

– Значит, вы поступили совершенно бескорыстно? – поинтересовался Сафир, продолжая держать меч наготове.

Эл неопределённо улыбнулся.

– А сами вы как полагаете? – спросил он. – Похож я на человека, делающего что-то бескорыстно?

– Не очень, – признался Сафир. – Что ж, хотя бы честно. Пусть и непонятно.

– Почему бы вам не убрать оружие? – предложил посол, взглянув на обнажённый клинок. – Если бы я хотел причинить вам вред, эта железка не помогла бы вам. Да и зачем бы я стал вас спасать? Чтобы убить лично? Это смешно!

– Ладно.

Сафир убрал оружие в ножны и сложил руки на груди, вопросительно уставившись на своего «спасителя».

– Так-то лучше, – кивнул посол. – Между людьми не должно быть преград, особенно таких острых, как ваш меч. Иначе как мы можем доверять друг другу?

– А мы сможем? – Сафир приподнял брови.

– Почему нет? У вас есть причины не верить мне?

– Целое море!

– Ну, пусть так, – легко согласился посол, примирительно поднимая руку. – И всё же, мне бы хотелось, чтобы мы с вами, лорд, поработали какое-то время вместе.

– Вот как? – проговорил Сафир без выражения.

В это время ленивец принёс охапку хвороста и положил на землю перед Элом. Посол сел на кочку и достал огниво. Через пару минут хворост занялся.

– Вы колдун, – скорее утвердительно, чем вопросительно сказал Сафир. – Ваш… питомец – волшебный!

– Наблюдательность – прекрасное качество, – холодно улыбнулся Эл.

Сафир нахмурился. Он ясно увидел в тоне и словах казантарца насмешку, а спускать подобное не привык.

– Не сердитесь, лорд, – проговорил посол, вороша хворост, чтобы заставить его разгореться сильнее. – Это не принесёт вам никакой пользы.

– Чего вы от меня хотите⁈

– Помочь вам.

– Мне?

– Разумеется. Но, помогая вам, я помогу и себе, конечно. Ничто не бывает бесплатным.

– Кроме сыра в мышеловке.

– Совершенно верно. Однако и за него мышь, как правило, платит собственной жизнью. Итак, скажите, лорд Маград, чего бы вам хотелось больше всего? – посол прищурился, глядя Сафиру в глаза.

– Узнать правду… кое о чём.

– О чём же? Я не смогу помочь вам, если вы будете скрытничать.

– Откуда мне знать, что вы поможете, если не буду? – парировал Сафир.

Он пока не мог понять, какую игру ведёт казантарец, но было ясно, что он предложит какую-то сделку.

– Попробуйте и узнаете.

– Ладно. Можете сказать, как погибли мои родители⁈

– Разумеется.

Сафир не смог скрыть удивление.

– Я хочу сказать… описать. И причины… – пояснил он, решив, что посол его неправильно понял. – Мне не нужны общие слова о том, что я и так не раз слышал. Я хочу узнать правду.

Эл поднял руку, останавливая его.

– Не нужно объяснять, лорд. Я прекрасно вас понял. Ваши родители погибли по приказу одного могущественного лица. И, похоже, его имя вам известно.

– Вы хотите сказать…?

Эл кивнул.

– Именно так. Не зря же вы напали на императора Камаэля. Как видите, я действительно могу быть вам полезен. Если, конечно, мы договоримся.

– И что я могу узнать… от вас⁈ – проговорил Сафир внезапно севшим голосом.

– Всё, что вас интересует, лорд, – ответил посол серьёзно. – Кроме причин.

– Почему нет?

– Они известны только императору Камаэлю. Но я помогу вам спросить его о них.

– Что… вы имеете в виду⁈

– Могу дать вам возможность вновь встретиться с убийцей ваших родителей лицом к лицу. Один на один, без телохранителей, готовых в любой момент окружить своего повелителя кольцом, через которое вы не сумеете прорваться. Как вам моё предложение, лорд? Хотите вы этого?

Сафир был в шоке. Он не мог до конца поверить, что собеседник способен выполнить обещание. Но что, если да⁈

– Разумеется! – ответил он. – Но какова цена?

– Самая приемлемая. Уверен, она более чем устроит вас.

– Назовите! – потребовал Сафир.

– Смерть императора Камаэля, – Эл пожал плечами. – То, что совсем недавно не удалось вам.

– Ценой будет то, что я и так хочу сделать? – спросил Сафир недоверчиво.

– Совершенно верно. Так что для вас наша сделка во всех отношениях оказывается выгодной. Вы получите ответы на свои вопросы и возможность мести, и при этом никому ничего не будете должны.

– Что ж, если так… то я согласен! – проговорил Сафир. – Терять мне всё равно нечего!

– Мудрое решение, – кивнул Эл. – Но есть одно условие.

– Слушаю, – Сафир помрачнел.

– Вы будете в точности делать то, что я вам скажу. И тогда я гарантирую вам встречу с императором Камаэлем.

– Хорошо, – Сафир кивнул. – Но я должен быть уверен, что он действительно приказал убить моих родителей. Мне нужны настоящие доказательства. Вы можете их предоставить?

– Иначе я бы с вами не разговаривал.

– Где они?

– Вот, – Эл извлёк из-за пазухи металлический криптекс. – Здесь подписанный императором Камаэлем и удостоверенный государственной печатью обвинительный акт, в котором ваш отец признаётся виновным в измене, – Эл набрал код, извлёк из криптекса сложенный несколько раз листок и протянул Сафиру.

Глава 63

Тот развернул его дрожащими руками и стал читать. По мере того, как до него доходил смысл написанного, его лицо становилось всё бледнее и жёстче. Никаких сомнений не оставалось: именно император Камаэль приказал казнить его отца и мать! Мир рушился, переворачивался с ног на голову. Доказательства вероломства императора Сафир держал в руках, но как отрешиться от тех лет, которые он провёл рядом с убийцей своих родителей? Камаэль относился к нему почти как к родственнику, и это никак не вязалось со страшными словами, черневшими на бумаге. И всё же, подпись и печать не оставляли сомнений в том, кто стоял за гибелью четы Маградов.

– Я согласен на ваше предложение, лорд Эл, – проговорил Сафир, не поднимая глаз.

– Прекрасно. Но вам придётся кое-чему учиться. Месть не будет скорой.

– Главное, чтобы она совершилась в этой жизни! – буркнул Сафир.

– Тогда договорились, – Эл поднялся, обошёл костёр и протянул Сафиру руку. – Скрепим?

Сафир неуверенно пожал крепкую ладонь, затянутую в кожаную перчатку.

– Могу я оставить это себе? – спросил он, имея в виду обвинительный акт.

– Разумеется. Считайте это подарком.

– Благодарю, – Сафир спрятал листок за пазуху.

– Пора перекусить, – Эл сказал ленивцу что-то на незнакомом Сафиру языке, и тот отправился в лес. – Пока он принесёт и приготовит пищу, – сказал посол, – у нас есть время. Хотите, расскажу, как погибли ваши родители?

Сафир медленно кивнул.

– Это было в день вашего рождения, – начал Эл, поворошив хворост. – Ваш отец, лорд Каид-Маград, возвращался с плантаций айхевая. С ним было несколько слуг. Их окружили легионеры. Декурион прочитал обвинение в измене и приговор: смерть. Ваш отец пытался защищаться, но его убили вместе со слугами. Затем легионеры ворвались в имение, где только что родила ваша мать, Массиолея. Ребёнка назвали Сафиром. Это всё, что успели сделать, потому что в следующий миг в спальне появились легионеры и убили всех, кроме вас. Таков был приказ императора. Вы были доставлены в Тальбон и определены в пажеский корпус. За вами сохранили титул и земли. Никто не знал, отчего погибли лорд Каид-Маград и его жена. Официально было объявлено, что на вашего отца напали разбойники, а леди Массиолея умерла во время родов. По первому случаю было разбирательство, и кого-то даже покарали. Мелких бандитов, не имевших к случившемуся никакого отношения. Император хотел сохранить один из могущественнейших родов Урдисабана. Кроме того, объявлять об измене аристократов опасно – это может подать пример другим, заронить недоумение и повлечь не совсем верноподданнические мысли. Ведь если кто-то наверху недоволен императором, значит, с ним что-то не так. Куда лучше, когда в стране всё спокойно, и ничто не будоражит умы. Думаю, именно так рассудил император, и надо признать, это было мудрое решение. Кроме того, должно быть, Камаэль увидел в том, чтобы заставить сына своего врага служить себе, особый… – Эл помахал рукой, подбирая слово, – парадокс. Конечно, насколько справедливыми были обвинения в измене, выдвинутые против вашего отца, и на каком основании они вообще появились, вы спросите сами, – добавил Эл, видя, что вопрос готов сорваться с губ Сафира, – когда встретитесь с императором перед тем, как убить.

– Откуда вам всё это известно⁈

– Вы сами видели, лорд, что я могу многое, – посол развёл руками. – Многое, но не всё. Поэтому не спрашивайте о причинах убийства ваших родителей меня. У вас будет возможность всё узнать из первых рук. Просто запаситесь терпением.

– Видимо, придётся, – мрачно кивнул Сафир. – Но вы так и не ответили, как узнали…

– Это моя тайна, – перебил Эл. – Если вы сомневаетесь в том, что мои слова правда, давайте расторгнем нашу сделку прямо сейчас. И можете делать, что хотите.

– Вы отпустите меня?

– Само собой. Зачем мне вас убивать? Итак?

– Всё в силе.

– Вот и прекрасно.

В этот момент вернулся ленивец. Он тащил двух глухарей. Приблизившись к костру, он принялся ощипывать их с ловкостью, которую трудно было заподозрить в столь неуклюжем на первый взгляд существе. Впрочем, после того, как Сафир видел его превращение в ящера, это не удивляло.

– Он разумен? – поинтересовался Сафир, указав глазами на ленивца.

– Не менее, чем вы, лорд, – ответил Эл.

– Откуда он?

– В общем-то, ниоткуда. Магическое существо. Создано мной, – Эл внимательно поглядел на ленивца, обдиравшего дичь. – Можете считать его родиной Казантар. У вас ещё будет возможность познакомиться поближе.

Сафир неопределённо кивнул. Он не знал, как относиться к этому заявлению.

– Нам нужно преодолеть немало миль, – сказал Эл. – Завтра мы продолжим путь и через день будем на месте. В моём замке, вернее, башне. Повелитель Казантара любезно предоставил мне земли для занятий тем… что мне интересно. Там довольно пустынно, правда часто случаются набеги кочевников и вольных отрядов, – Эл с сожалением покачал головой. – Довольно опрометчивые ребята. Приходится убивать их, а потом убирать трупы. Иногда я думаю, что следовало бы оставлять мертвецов в назидание другим, но запах… – посол поморщился. – Словом, места дикие, но не думаю, чтобы вам сейчас хотелось шумного общества.

– Совсем нет, – признался Сафир.

– И никто не помешает нашим занятиям. Как я уже говорил, вам придётся многому научиться, прежде чем вы будете готовы вернуться в Тальбон для встречи с императором Камаэлем.

– И чему же?

– Сражаться. Лучше, чем вы делаете это сейчас. И, главное, магии.

Сафир удивлённо поднял брови и взглянул на Эла.

– И сколько же мне придётся учиться? Наверное, не пару дней?

– Сколько потребуется. Это не так сложно, как кажется со стороны.

– А вы уверены, что я смогу научиться?

– Почти каждый может, – ответил Эл. – Конечно, у всех разные способности, но всё зависит от усердия и желания научиться. Если будете помнить, что это необходимо для достижения вашей цели, обучение пойдёт быстрее.

Сафир кивнул.

– Я обещал во всём слушаться вас, милорд, – сказал он.

– Называйте меня атаи.

– Что это значит? – нахмурился Сафир.

– Учитель.

– Хорошо, – кивнул Сафир, немного подумав.

– Теперь предлагаю заняться ужином, – сказал Эл, указывая на готовые для жарки тушки, который ленивец протягивал ему.

* * *

Утром Сафир и Эл продолжили полёт на удивительном ящере и примерно через сутки добрались до земель, принадлежавших послу. Они оказались довольно пустынны – всего пара деревень, стоявших по разным сторонам узкой и мелкой речушки. Барон Деморштский показал их лорду Маграду, когда они пролетали над ней.

– Люди почти не обременены моим присутствием, – говорил Эл, скользя взглядом по убогим домишкам. – Обычно то, что мне нужно, привозят из других городов. Эти крестьяне порой оказывают мне любезности. Когда нужно что-то сделать быстро. За это я защищаю их от набегов вольных отрядов, бандитов и наёмников, которые не нашли свою войну.

– У вас есть собственная гвардия? – поинтересовался Сафир.

Эл поглядел на него с полуулыбкой.

– Она мне не нужна, – сказал он. – Любой, кто приходит сюда за лёгкой добычей, умирает. К сожалению, я не знаю жалости.

– Это не такое уж плохое качество, – заметил Сафир, подумав, что посол, пожалуй, рисуется.

– Возможно, – согласился тот. – Не мне судить. Мы почти на месте. Посмотрите туда, – Эл указал направо, где виднелась сложенная из белого камня высокая башня.

По периметру шёл выступающий балкон с изящными перилами. Вокруг расстилались поля, лишь на горизонте окаймлённые дремучим лесом. Когда они подлетели, ящер сделал несколько кругов над башней, словно предлагая гостю рассмотреть окрестности. Наконец, они снизились и сошли на землю.

Не успели они дойти до двери, как навстречу им вышла Маэрлинна. Она порывисто обняла мужа и лишь затем поздоровалась с Сафиром.

– Рад видеть вас в добром здравии, – проговорил Сафир, отметив про себя, что супруга посла отнюдь не выглядит утомлённой недугом, из-за которого ей пришлось покинуть Урдисабан.

Маград заметил, что её живот стал ещё больше – очевидно, она должна была скоро родить. Вероятно, посол предвидел, какой оборот могут принять дела, и нарочно отослал её домой.

Женщина на секунду нахмурилась, но затем быстро взглянула на Эла, и лицо её разгладилось.

– Благодарю вас, лорд Маград, – сказала она. – Мне действительно гораздо лучше.

– Вижу, пребывание в родных стенах пошло вам на пользу, – заметил Сафир любезно.

– Да, но само путешествие оказалось крайне утомительным, – пожаловалась женщина, слегка поморщившись от воспоминаний. – Вы, должно быть, тоже устали. Я распорядилась насчёт обеда, а пока можете отдохнуть в своих покоях, – обратилась она к Сафиру. – Слуги проводят вас.

Маград поклонился в знак благодарности.

– Встретимся за столом, лорд, – сказал ему Эл, протягивая жене руку.

Втроём они вошли в Белую башню.

Глава 64

Ирвин и остальные беглецы добрались до пещер чуть позже, чем рассчитывали. Когда птица села и люди выбрались из челнока, солнце давно опустилось за горизонт, и над Заливом Печали темнело звёздное небо. Вдоль берега тянулась небольшая горная гряда, усеянная пещерами. Здесь был целый лабиринт естественных тоннелей.

– Куда теперь? – спросил Зимария, окидывая взглядом склон.

– Надо поискать подходящее укрытие, – ответил Ирвин. – Предлагаю разбиться на несколько отрядов, так будет быстрее.

– Нам нужна большая пещера, – заметил Зимария. – Чтобы поместились и птица, и гондола.

– Здесь есть такие, – успокоил его Ирвин. – Просто надо отыскать ту, что пониже.

– Да уж, иначе нам всё это добро не затащить! – усмехнулся Зимария, смерив взглядом голема и челнок.

– Если анкхели нас выследят, – буркнул кто-то из отряда, – в пещере мы окажемся, как в волчьей яме!

– Там полно ходов, – возразил Ирвин. – Мы сможем легко уйти от стражей.

– А ты хорошо знаком с катакомбами? – спросил Зимария.

– Нет, но у нас будет время обследовать их и присмотреть подходящие пути для бегства, – сказал Ирвин.

– Это верно, – согласился Зимария. – Ладно, хватит болтать! В конце концов, всё равно мы уже здесь, так что давайте искать пещеру.

Люди разделились и через пару минут скрылись в темноте, оставив голема на берегу.

Ирвин оказался в паре с невысоким и угрюмым человеком, которого все называли Римесом. Тот провёл в Маор-Агтоне чуть меньше семи лет, и сейчас ему было около сорока. Во время полёта Ирвин слышал, как он говорил кому-то, что мечтает вернуться на родину, но боится, что там его отыщут анкхели, и поэтому не знает, куда податься.

Они с Ирвином шли вдоль скал, вглядываясь в темноту. То, что отряд прилетел ночью, существенно осложняло поиски, поскольку трудно было заметить входы в пещеры, зачастую скрытые разросшимися на склоне кустами.

Прошло около получаса, прежде чем Ирвину и Римесу попалось на глаза что-то подходящее. Полукруглое отверстие зияло футах в десяти над землёй. Попасть туда можно было, поднимаясь по скалам как по ступеням, и через минуту оба человека уже стояли на пороге пещеры.

– Надо было прихватить факелы, – сказал Ирвин. – Не видно, влезут ли сюда голем и челнок.

– У меня есть кресало, – проговорил Римес. – Можно подпалить какую-нибудь ветку.

– Отличная идея, – одобрил Ирвин.

Они спустились и наломали прутьев из ближайших кустов. Римес поджёг их, собрав в пучок, так что получилось подобие факела. Горел он неярко, но, по крайней мере, позволял обследовать пещеру.

К радости Ирвина и Римеса, она оказалась достаточно большой. Кроме того, из неё вели два тоннеля, один из которых уходил под наклоном влево, а другой круто забирал вниз.

– По-моему, подходит, – сказал Ирвин, когда они вышли из пещеры и стали спускаться по склону.

– Да, неплохое местечко, – согласился Римес. – Интересно, что нашли другие.

– Будем возвращаться?

– От добра добра не ищут. Мы и так проходили почти час.

– Ладно, – согласился Ирвин. – Идём назад.

Когда все беглецы собрались у голема, оказалось, что, помимо Ирвина и Римеса, подходящие пещеры удалось отыскать ещё двум группам. Но одна пещера была меньше, а в другой отсутствовали запасные выходы.

– Мы не проверяли тоннели, – признался Ирвин, когда их с Римесом расспрашивали о найденной пещере. – Возможно, они и не ведут наружу.

– Но в них, по крайней мере, можно будет спрятаться, если нагрянут анкхели, – заметил Зимария. – К тому же, других вариантов всё равно нет.

Через полчаса голем уже затаскивал гондолу по склону. Люди суетились вокруг, следя, чтобы она не повредилась о скалы. Наконец, птица и челнок оказались внутри пещеры.

Беглецы тщательно замаскировали вход кустами и развели костёр. Несколько человек остались готовить пищу, а другие отправились исследовать катакомбы. Каждый держал по факелу, а замыкающий разматывал тонкую верёвку, конец которой был закреплён в пещере, – благо, беглецы прихватили достаточно канатов и бечевы на случай, если оборвутся цепи, крепящие челнок к голему.

Чтобы найти выход из пещеры, им понадобилось около двух часов. Тоннель выводил на склон в четверти мили от входа. В случае нападения анкхелей через него можно было сбежать. Вот только укрыться было негде, так что пришлось замаскировать отверстие и надеяться, что у крылатых стражей нет собачьего чутья, и они не смогут выследить людей.

На всякий случай выставили дозор. Два человека постоянно наблюдали за небом. И, как оказалось, не зря.

Анкхели появились на второй день ближе к вечеру. Они летели широкой цепью в несколько рядов.

– Боги, сколько же их тут⁈ – пробормотал Зимария, глядя на небо через просветы в маскировке.

– Не меньше полусотни, – сказал Ирвин. – Неужели все здесь?

– Невозможно! Они не оставили бы башню без охраны.

– Похоже, они решили, во что бы то ни стало, нас достать, – заметил кто-то из беглецов.

– Зря мы надеялись, что они отстанут! – поддакнул другой.

– Спокойно! – проговорил Зимария, не отрывая глаз от неба. – Ещё ничего страшного не случилось. Мы допускали, что они доберутся сюда, так что нет повода для паники.

– Анкхели нас не видят, – поддержал его Ирвин. – Скорее всего, пролетят мимо.

– Хорошо бы! – пробормотал кто-то.

Стражи тем временем уже оказались над хребтом. Они явно смотрели не только вперёд, но и вниз. Значит, допускают, что беглецы могли где-нибудь спрятаться.

– Не заметят! – пробормотал Зимария, невольно отстраняясь от маскировки, словно опасаясь, что его могут увидеть даже сквозь гутой заслон из веток.

Неожиданно анкхели разделились. Большая часть двинулась дальше, а десяток снизился к подножию гор.

– Что⁈ В чём дело⁈ – раздался со всех сторон беспокойный шёпот.

– Заткнитесь! – зашипел Зимария. – Жить надоело? Или не знаете, какой у них слух⁈

Это подействовало, и в пещере сразу наступила мёртвая тишина.

Глава 65

Анкхели явно совещались, время от времени поглядывая на скалы. Было не похоже, чтобы они заметили укрытие беглецов – скорее, эта группа просто должна была обследовать хребет, а затем догнать остальных.

Через несколько минут стражи разделились и полетели в разные стороны. Вскоре все они исчезли из виду.

– Как думаешь, найдут нас? – шепнул Ирвин Зимарии.

Тот пожал плечами.

– Вряд ли. Хребет большой, пещер много. А мы к тому же замаскировались.

– Если что, сможем отбиться?

Зимария невесело усмехнулся.

– Здесь? Нет.

– Но у нас есть арбалеты!

– И что? Это срабатывало в воздухе, да ещё когда нас защищали големы, а здесь мы, как мыши в мышеловке. Одна надежда на тоннель.

– Если мы сбежим, анкхели захватят птицу!

– Кажется, мы собирались оставить её здесь, – напомнил Зимария.

– И ты готов бросить её?

– Так безопасней.

– Я не об этом.

Зимария взглянул на Ирвина с полуулыбкой.

– Была у меня мысль, – проговорил он, – податься на северо-восток. Хочу ещё полетать на этой малышке.

– Значит, я прав, – кивнул Ирвин. – Ты не хочешь бросать её.

– Моё желание не имеет большого значения. Мы не можем сражаться с анкхелями.

– Знаю. Это обидно. Но, по крайней мере, живы останемся.

Зимария усмехнулся.

– Ты думаешь?

– А что? – насторожился Ирвин.

– Если мы сумели найти выход, то и они рано или поздно его отыщут. Анкхели не перестанут нас искать, они обшарят здесь каждый закуток.

– Значит, мы в ловушке⁈

– Возможно, нам удастся ускользнуть от них, пока они будут обследовать пещеру. Если повезёт. Но мы не сможем прятаться бесконечно.

– Слушай, хватит сгущать краски! – перебил Зимарию кто-то из беглецов. – И так тошно!

– Вот именно! – поддакнул другой. – Мы все всё понимаем, но у нас нет выхода!

– Надо было лететь дальше, – вздохнул Римес.

– Да? – Зимария насмешливо поднял брови. – Самое большее через три дня анкхели нас догнали бы. Так у нас, по крайней мере, есть шанс.

Никто не ответил. Все понимали, что их предводитель прав, но слишком боялись, чтобы открыто признать это. Где-то наверху кружили анкхели, и люди чувствовали себя пойманными в ловушку. Если стражи обнаружат их убежище, не спасёт никакой тоннель: анкхели позовут остальных и вместе обыщут всю округу. Так называемый запасной выход давал только иллюзию безопасности – и нутром это чуял каждый из беглецов. Одно то, что анкхели до сих пор преследовали людей, означало, что они не намерены упускать их.

– Сидеть тихо! – приказал Зимария. – Даже не кашлять. Следите за небом! – добавил он, обращаясь к дозорным.

Около получаса прошло в тревожном ожидании. Анкхели не появлялись – видимо, обследовали другие склоны.

– Может, улетели? – с надеждой проговорил Ирвин.

Зимария покачал головой.

– Вряд ли. Они понимают, что здесь полно подходящих мест, чтобы спрятаться.

– Почему они вообще так уверены, что мы тут были?

– Понятия не имею. Возможно, мы видели только одну поисковую партию, и на самом деле стражи действуют наугад.

– Хорошо, если так.

Через час появились анкхели. Их было трое, и они медленно пролетели вдоль склона, вглядываясь в скалы. Солнце уже начало садиться, и стало темнеть. Это было только на руку беглецам. Стражи исчезли из виду и больше не появлялись. Зимария отправил одного из дозорных на разведку. Тот прошёл через тоннель и выбрался из замаскированного входа, чтобы поискать анкхелей с обратной стороны хребта. Вскоре он вернулся и сообщил, что стражей нигде не видно. Стало ясно, что они улетели, и люди вздохнули с облегчением.

– Что ж, теперь можно разойтись, – сказал Зимария. – Думаю, опасность миновала.

– Но ты решил лететь дальше, – заметил кто-то из беглецов.

– Да, похоже, я не готов расстаться с нашей птичкой. Думаю, теперь, когда анкхели отправились дальше, некоторое время можно чувствовать себя в безопасности. Главное, изменить маршрут. Но я никого не заставляю лететь со мной. Желающие могут сойти.

– С птицей опасней, – задумчиво проговорил Римес.

– Это точно, – согласился Зимария. – Но, видимо, я малость разучился ходить пешком.

– И куда подашься? – спросил Ирвин.

– На северо-восток.

– Мимо Казантара?

– Возможно.

– Мне это как раз по пути, – сказал Ирвин.

– Ну, тогда добро пожаловать на борт, – Зимария обвёл взглядом остальных спутников. – Кто остается?

Оказалось, что большинство не горит желанием расстаться с птицей и продолжить путь в одиночестве. Хотя оставаться с големом и было опасно, только трое решили покинуть товарищей и добираться до родных мест самостоятельно. Они не верили, что анкхели улетели далеко, и считали, что безопасней избавиться от птицы и гондолы.

Люди дождались утра, и отряд разделился. С рассветом трое беглецов, распрощавшись со всеми, ушли в лес, а остальные погрузились в челнок, и Зимария дал голему команду взлетать. Птица тяжело взмахнула крыльями и, сделав короткий разбег, взмыла в воздух. Какое-то время казалось, что она вот-вот рухнет обратно, однако металлические крылья поймали ветер, и голем начал подниматься всё выше. Вскоре беглецы уже могли видеть хребет не перед, а под собой. Им открылась великолепная панорама: серые с буроватым оттенком горы тянулись вдоль Залива Печали, словно стеной отгораживая равнины от дувших с него ветров. До самого горизонта простиралось поросшее лесами пространство, пересечённое небольшой извилистой рекой, сверкавшей в лучах утреннего солнца. Погода выдалась на удивление ясная – за ночь небо расчистилось, и теперь на голубом фоне виднелись только три маленьких белых облачка, плывших над заливом.

Зимария поднял подзорную трубу и внимательно осмотрелся.

– Анкхелей не видно, – сообщил он. – Берём курс на северо-восток. Сегодня отличный день!

– Будем надеяться, что таким он и останется, – проговорил стоявший рядом с ним Ирвин.

Он смотрел вдаль, но думал не о погоде и не о крылатых стражах, а о том, что главное испытание ждёт его впереди. Если ему удастся добраться до Белой башни, то что он скажет своему господину, как оправдается? И действительно ли он заслуживает прощения или следовало принять наказание и остаться до конца дней в Маор-Агтоне? Всё это ему предстояло выяснить.

Зимария взглянул на своего спутника и хотел что-то сказать, но промолчал. Вероятно, он понял, что мыслями Ирвин сейчас далеко, и его реплика относилась к погоде и конкретному дню лишь постольку поскольку. Он сложил трубу и похлопал товарища по плечу.

– Обязательно будет! – сказал он ободряюще. – Поверь мне.