Текст книги "Элантида (СИ)"

Автор книги: Валерия Лихницкая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 41 (всего у книги 46 страниц)

Так вот кто его звал! Это был не голос из тумана, это был голос отчаянной Хранительницы Садов... А она что здесь делает?!

Илидор постарался взять себя в руки. Да уж, легко сказать! А как выглядеть перед девчонкой настоящим Повелителем, если тебя трясет от холода, да так, что зубы стучат немилосердно, если изорваны полы мантии – ветер постарался на славу! И вдобавок ко всему ноги подкашиваются, что тоже не делает походку Владыки более величественной. Осталось еще в обморок упасть – этого она точно никогда не то, что не видела, а, наверное, и представить себе не могла. Что и говорить, весьма впечатляющий образ Повелителя вырисовывается... Боги, что же делать-то? Владыка может все... Эх, если бы это было действительно так...

Илидор выпрямился и сделал шаг. Потом еще. Белые цветы льнули к ногам Повелителя, мерцающий туман, хоть и таял, но все же вился вокруг него едва заметным облаком, готовый всегда придти на помощь. Илидор встрепенулся и зашагал увереннее.

Силы мало-помалу возвращались – к счастью, дорога от вершины холма до его подножия была довольно долгой. Все правильно, для того, чтобы сделать Последний шаг, нужно сначала дойти до Вершины, и путь должен быть достаточно неблизким, чтобы Перворожденный мог все хорошенько обдумать в последний раз.

Как предусмотрительно сделано!

Спустившись к подножию, Владыка уже почти полностью пришел в себя – только леденящий холод, сковывающий все тело, никак не желал отступать, от него стыла кровь, сжималось сердце и деревенели мышцы, но все это можно было терпеть – словно чудовищная усталость навалилась... Хотя, может, так оно и было? Может, просто ураган вымотал его настолько, что теперь в голову лезет неизвестно что? Владыка горько усмехнулся. Да, в самом деле, этот вариант был куда лучше... По крайней мере он казался не таким безнадежным...

– Что ты здесь делаешь, маленькая Хранительница? – как можно спокойнее спросил Илидор. Отлично. Голос звучал ровно, величественно, как и полагается настоящему Владыке.

Латифа склонилась в глубоком поклоне.

– Я... – взволнованно проговорила она, не поднимая глаз, – я так испугалась...

Илидор слегка коснулся ее головы. 'Я тоже'

– Разве есть на свете нечто, что может испугать тебя? – попытался улыбнуться он, жестом приказывая ей встать с колен.

Она поднялась, вскинула голову и... пристально взглянула в глаза Владыке.

– Есть, – очень серьезно ответила Перворожденная. – И я очень не хочу, чтобы это произошло... Или нет... Я сделаю все, чтобы этого не случилось.

Илидор невольно усмехнулся. Смелое заявление...

Отчаянная девушка. Хорошая девушка. Отличная невеста для его сына...

– Похвальное стремление, – на тонких губах Владыки заиграла слабая улыбка. – За это – спасибо. Но ты и так делаешь все, что нужно. Ты – лучшая Хранительница Садов, о которой только могли бы мечтать Изумрудные Чертоги. Я всегда был в этом уверен, но сегодня ты это доказала всем.

Она как-то странно на него посмотрела.

– А... что ты делал там, на вершине холма? – прищурилась девушка.

Да как бы тебе сказать...

– Размышлял, – не дрогнув, промолвил Илидор.

Она, кажется, что-то хотела ответить, или спросить еще, но прикусила губу и промолчала. Но взгляд у нее был... Ни слову не поверила! Хотя...

– Ну что, идем? – приподнял бровь Владыка. – Или ты пришла сюда...

– Я пришла за тобой, – возможно, слишком поспешно, ответила она.

И тут же, зардевшись, потупила взор. Илидор только покачал головой и уже собрался идти, как девушка его остановила.

– Владыка... – робко заговорила эльфийка, – а ты... никогда не уйдешь?

Илидор вздрогнул. Вопросы у нее...

– Нет, конечно...

Латифа вскрикнула, распахнула свои огромные глаза цвета звездной ночи и... забыв о почтительности, бросилась к Владыке и повисла у него на шее.

– Нет, нет, не пущу! – совсем не по-эльфийски вскричала она и... разрыдалась на груди опешившего Повелителя.

Илидор растерялся, пожалуй, впервые за столько лет. Да уж, денек сегодня выдался, ничего не скажешь...

– Латифа... девочка моя, да что с тобой? Никто никуда уходить не собирается...

Эльфийка зарыдала еще сильнее, вцепившись в мантию Владыки, словно он и в самом деле мог исчезнуть в любой момент. Илидор приобнял ее, нежно погладил по голове. Как странно... Его всегда считали мудрейшим из Перворожденных, знающим ответ на все вопросы, но сегодня Владыка все больше и больше убеждался в том, что мнение большинства не всегда бывает истинным... Даже если не говорить о глобальных вещах, с которыми он сегодня столкнулся, – такими, например, как этот треклятый ураган, или ледяной ветер изголодавшейся Бездны, срывающий с вершины Холма – шутка ли, он, Владыка Илидор, едва ли не чудом избежал печальной участи... и то, избежал ли – еще вопрос... – даже если забыть об этом и подумать о более простых вещах, как, например, что сказать Латифе? И как с ней быть? Ответа на эти вопросы Илидор не знал.

Он подождал, пока девушка немного успокоится, и еще раз попытался высвободиться. Латифа смущенно отпустила его мантию и, нервно кусая губы, принялась вытирать слезы.

– Прости, Владыка... – тихо всхлипнула она, – я...

Илидор приложил палец к ее губам, и она замолчала. Снова опустилась на колено, выражая свое глубочайшее почтение Повелителю. А когда поднялась, слез на ее глазах уже не было. Была лишь решимость. Горячая, упрямая, не оставляющая сомнений... Да, эта девочка не будет сидеть сложа руки, если ее близким будет угрожать опасность... Если потребуется, она перевернет мир... Да уж, как это было бы кстати...

Латифа выпрямилась и, глядя в глаза Илидору, отчеканила.

– Я хочу, чтобы Ты знал. Я не оставлю тебя. Я буду с Тобой даже тогда, когда все отвернутся, или когда Ты сам отвернешься от себя.

Илидор приподнял бровь, но девушка, не дав ему возразить, продолжала, так же уверенно глядя ему в глаза.

– Ты нужен всем, нужен этому миру, нужен... своему сыну.

О, девочка, зачем же ты так, по больному? От этих ее слов у Владыки снова начала кружиться голова. Значит, все-таки усталость тут не при чем...

– Я обещала Твоему сыну, что с Тобой все будет в порядке, – иссиня-черные глаза яростно сверкали, наверное, так должна была выглядеть богиня войны... но никак не Хранительница Садов. – Так что, пока не вернулся господин Эльстан – я за Тебя в ответе.

– Благодарю покорно, – мягко улыбнулся оторопевший от такого напора повелитель, – но... во-первых, с моей стороны было бы жестоко сваливать такой груз ответственности на хрупкие плечи столь юной, хоть и сильной особы, во-вторых – мне вряд ли что может угрожать, а если такое и случится, то, поверь мне, если не справлюсь я, то у тебя, при всех твоих несомненных достоинствах, вообще не будет никаких шансов, а в-третьих... – он собрал все силы, чтобы голос звучал относительно ровно, – а если Эльстан не вернется?

Латифа, ничуть не смущаясь, уставилась на владыку, словно он только что сказал абсолютно несусветную глупость.

– Прости, Владыка, но... что за бред? – Да, слышал бы ее сейчас Талиэн, сквозь землю бы провалился от стыда, что дочь так перед Владыкой свой род позорит... А эта ничего, не проваливается. Стоит, жива, здорова, полна идей и... хамства, отнюдь не утонченного и уж тем более, не эльфийского. – Конечно, вернется! Ну, может, не очень скоро, ну и что? Я буду ждать его столько, сколько понадобится.

– Но... зачем? – этот вопрос, видимо, был еще глупее предыдущего, Илидор и сам это почувствовал, еще до того как девушка наградила его еще одним не менее выразительным взглядом.

– Как – зачем? – совершенно искренне не поняла Латифа. – Потому что я люблю его...

О боги, это все обязательно должно было случиться в один день? Вот никак распределить было нельзя? Впрочем, какие тут боги?

Илидор поежился. Странно, вроде ветра здесь уже быть не должно... Или это не ветер? А что же? Дыхание Бездны...

– Владыка, что-то не так?

Что-то? Да все не так...

– Нет, милая, все в порядке... – улыбнулся он. – Только не думаю, что Холм Вечности – это то место, где ведут разговоры с безрассудными... да-да, безрассудными молоденькими девушками, даже если они при этом и являются высокородными эльфийками, одержимыми великой идеей спасти мир, – Латифа снова залилась румянцем. – Так что... может, уже пора выбираться отсюда, пока нас не хватились? Негоже тревожить Холм Вечности понапрасну...

Девушка просияла, подхватила Владыку под руку и чуть ли не бегом побежала прочь, уводя за собой Повелителя...

И куда? Куда идти? В сам Дворец заходить нельзя... Там слишком много вопрошающих, а что может им сказать тот, кто сам не имеет ответов? Тогда... Да, в Сады, к Латифе... Там можно спокойно поразмышлять, и никто туда не зайдет... Или – может, просто в лес? Там, среди раскидистых крон веков ых деревьев наверняка многое прояснится... Ведь лес всегда был верен своему Владыке... И сейчас он наверняка недоумевает, теряясь в догадках, отчего Повелитель его предал... Хотя нет, скорее всего, он этого даже не может предположить – вероятно он, также как и Латифа, считает, что с ним случилось какое-то несчастье...

Илидор усмехнулся – а разве нет? Нет, конечно... В самом деле, легенды легендами, но нельзя забывать, что Владыка – не просто Перворожденый, он в некотором роде полубог, так что все эти страхи и опасения совершенно безосновательны... Разве может уйти Владыка? Нет... Никогда...

Он резко остановился. Нет, в Сады сейчас идти нельзя – он не мог точно объяснить самому себе, с чего он это взял, но был уверен в этом абсолютно. Только не в Сады. Только не сейчас. Ни под каким предлогом...

– Владыка...

– Все хорошо, милая, – поспешил он успокоить ретивую Хранительницу, – но дальше ты пойдешь одна. И не спорь со мной. Считай, что это приказ.

– Но... – девушка вцепилась в его рукав, как ему показалось, неожиданно даже для самой себя.

– Никаких "но". Если кто спросит, скажешь, что Владыка размышляет над тем, как усмирить стихию, что в ближайшее время и сделает, но только при одном условии – никто не должен его беспокоить...

Латифа недоверчиво прищурилась.

– А... Что на самом деле?

Маленькая нахалка!

– На самом деле так и есть, – усмехнулся Илидор. – Может, тебя это и удивит, но иногда бывают ситуации, когда Владыке требуется побыть в одиночестве... И сейчас как раз та самая ситуация. А мой собственный дворец сегодня совершенно непригоден для уединенных размышлений. Хотя, чего я хочу – если уж сам Холм Вечности стал местом для прогулок...

Девушка вспыхнула, но спорить не стала.

– Владыка... Где я смогу Тебя найти?

Илидор мягко улыбнулся.

– Не обижайся, милая, но меня больше интересует, где ты можешь меня НЕ найти! – он нежно погладил ее по голове. – Впрочем, таких мест, по-моему, не существует в природе, да и если б они и были, тебя бы это все равно не остановило... Только не надо прятать глазки – скажешь, я не прав? – Девушка улыбнулась, но в ее взгляде не было ни тени раскаяния.Вот ведь шельма! – Как бы то ни было, обещаю тебе – на Холм я не пойду. Теперь меня отпустишь?

Латифа нехотя отпустила его рукав. Умница.

– Не смею противиться воле Владыки, – поклонилась она, впрочем, как всегда, не опуская глаз. – Но если...

– Нет, Латифа, – Илидор начал терять терпение. – Никаких "но" и никаких "если".

Девушка насупилась, еще немного постояла, в надежде, что Владыка все же изменит свое решение, но потом, вроде, поняла, что он и так сегодня был к ней излишне благосклонен, столько времени прощая ей непозволительную дерзость, так что теперь ни о каких спорах с ним не может быть и речи... по крайней мере, сейчас. Она выпрямилась, церемониально попрощалась... потом снова бросилась ему на шею и... убежала.

Илидор перевел дух. Вот уж, воистину, мир сошел с ума... Какие еще сюрпризы на сегодня приготовила судьба? Да-да, судьба, а не боги – они-то, скорее всего, уж точно теряются в догадках по поводу того, что происходит... Или нет. Это уже, смотря какие боги – Гаронд, конечно же, в курсе... Более того, можно наверняка сказать, что большая часть бед, свалившихся на мир вообще и в данный момент на Чертоги и самого Илидора в частности, являются плодами неустанных трудов Архиепископа – прямо или косвенно.

Илидор горько усмехнулся. Хотя... в этом есть и положительная сторона – например, есть, кого винить во всем на свете, а это тоже немаловажно...

Владыка скрестил руки на груди, пряча в складках мантии уже начавшие неметь от холода пальцы. Да, предаваться рассуждениям – это, конечно, замечательно, но неплохо было бы для начала укрыться от непогоды – ветер, правда, не поднимался, возвращение урагана ничто, слава Богине, не предвещало, но холодало все сильнее и сильнее с каждым мгновением. Илидор передернул плечами и зашагал к своему укрытию.

Идти пришлось недолго – маленький, отлаленно напоминающий охотничью сторожку домик, в котором любил бывать Владыка, располагался совсем рядом и всегда был готов оказать радушное гостеприимство своему хозяину... Особенно сейчас...

Владыка пододвинул к камину кресло, сел и, прислушиваясь к мерному потрескиванию горящих поленьев, прикрыл глаза.

Думай, Илидор, думай. Можно говорить что угодно юной Хранительнице, можно убедить весь свой Совет в том, что тебе будет нужно, можно придумать для всего народа Перворожденных красивую легенду, которая веками будет с благоговением пепедаваться из уст в уста... но сам-то ты прекрасно знаешь, что происходит. Ведь ты знаешь, что Гаронд здесь не причем... И не его вина в том, что на Изумрудные Чертоги обрушился ураган, и в том, что Повелитель не смог противостоять стихии...

Илидор резко встал и подошел к окну.

Из лесной чащи была проложена тропинка, она пересекала всю поляну и вела сюда, к домику. Где-то она была шире, где-то уже , но не заметить ее было невозможно.

Илидор почувствовал, как по спине пробежал холодок – конечно же, никакой тропинки здесь не было... Была лишь полоса из высохшей травы... Словно ее спасило солнце или... кто-то, проходя мимо, выпил из нее жизнь... и даже не заметил этого... В одном месте, рядом с "тропинкой" стоял небольшой куст, – сейчас его пожелтевшие листья, те, что не засохли сразу, тихо опадали, а одна ветка надломилась, но в нем не было скорби – даже умирая, куст не покорился судьбе – на его сломанной ветке трепыхался небольшой лоскут, словно военный трофей, с боем вырванный у неприятеля, и теперь он размахивал им, точно флагом. Противник, задумавший лишить жизни маленький куст заповедной поляны, не ушел без потерь...

Перворожденный опустил глаза. В самом низу его мантии красовалась дыра. Клок был выдран небольшой и не очень заметный, но успокоения это не приносило.

Первым порывом Владыки было броситься к погибающему кусту, но он вовремя себя одернул – кто знает сможет ли он исправить то, что сделал? И чем обернется для несчастного растения прикосновение того, кто вытягивал жизненные силы из всего, что вставало на его пути, лишь проходя мимо? Илидор стиснул зубы.

Это что же получается? Он, Владыка Изумрудных Чертог, когда-то вместе с Богиней застеливший этот мир густым зеленым ковром, и потом, не один век слядящий за тем, чтобы ни лесам, ни садам ничто не угрожало, он, Верховный Маг Перворожденных, привыкший к тому, что цветы распускаются, завидев его, деревья приветливо машут ветвями, а кусты расступаются, если вдруг окажется, что они встали на пути Повелителя... – он, Илидор, легенда эльфов, почти полубог, теперь – злейший враг всего того, что с такой любовью сам же создал?! Теперь он будет забирать из растений то, что когда-то так щедро давал?!

Пришел час расплаты... Но... Кто теперь может сказать, насколько сильно разрушающее влияние Владыки? И что будет с Чертогами, если ЭТО не прекратится?! Да и потом... только ли для растения это представляет опасность, или гибель грозит каждому, кто встретится на его пути? Или ОНО вообще действует на расстоянии, просто то, что ближе, погибает быстрее?!

Илидор отпрянул от окна. Вот он ответ на страшную загадку Бездны. Вот почему, раз призвав Перворожденного, она больше никогда его не отпускает... С незапамятных времен лучшие эльфийские умы бились над этой тайной, пытаясь понять, что же влечет туда несчастных, отчего же они, прекрасно понимая, какую боль причиняют своим близким, все же возвращаются на Холм Вечности, чтобы уйти в Небытие... А ведь ответ оказался простым...

Не из-за того уходят они, что Бездна манит их неведомыми благами, не оттого , что устали влачить свой долгий жизненный путь... Не оттого, что не хотят жить... А всего лишь, для того, чтобы не дать умереть другим... Поэтому они и идут туда, откуда не возвращаются, чтобы унести с собой эту заразу, пожирающую душу... И уносят... Далеко... За Край...

Те, что устали, могут вернуться – когда придет их время...

Те, что ушли – никогда.

Глава 7.

Я всегда замечала, что идеи имеют очень странное свойство – нет, не витать в воздухе, я сейчас не об этом. А о том, что пока она вертится в твоей голове, и у тебя есть возможность ее рассмотреть хорошенько, обдумать, как следует, она кажется тебе вполне разумной и вообще, во всех отношениях замечательной... Но поверь, это тебе только кажется – тебя с удовольствием убедят в обратном, как только ты по неосторожности ее выскажешь.

И ведь что самое смешное, я это прекрасно знала – что именно из сказанного вызовет бурный протест, у кого конкретно, и даже приблизительно в каких выражениях.

Не скажу, что мне было от этого легче – к данной ситуации принцип 'предупрежден, значит, вооружен' не подходил никоим образом, поскольку мой 'противник' обладал божественной непредсказуемостью, и если уж он задался целью со мной поспорить, то единственное, что я могла сделать, это набраться терпения, да еще, разве что, посочувствовать всем остальным, кому не посчастливилось стать невольными участниками происходящего. Беда была в том, что ему просто очень нравилось со мной спорить – неважно о чем, лишь бы доказать собственную правоту, что у него, кстати, получалось очень редко, так что, какое он в этом получал удовольствие, и вообще, какой для него был в этом смысл, оставалось для меня загадкой – с давних пор и по сей день.

Но он спорил со мной всегда, даже если моя правота была очевидной.

Так и сейчас, высказывая свою идею, я уже была готова выслушать массу возражений – от него, разумеется.

От кого же еще!

В своих ребятах я уверена, их мнение на этот счет я знаю – не раз обсуждали. Да и потом, не нужно быть пророком, чтобы понять – они пойдут за мной на край света, в этом я могу быть уверена, однажды они так и поступили – наше присутствие в Чертогах Этаны тому подтверждение.

Сама же Этана, даже если будет с чем-то не согласна, никогда в жизни не признается в этом, а Дарсинея, скорее всего, просто не возьмет на себя труд вникнуть в суть вопроса, что для нее было вполне естественно.

Так что оппонент на данный момент у меня был один – конечно же, Таш. Впрочем, как всегда... Единственный и неповторимый...

– Лана, ответь мне на один вопрос, – не унимался великолепный бог магии.

Насколько я помню, все его бесконечные споры начинались именно с этой фразы. Он настойчиво добивался ответа на какой-нибудь один, но, конечно же, самый важный вопрос, от которого как минимум зависела судьба цивилизации – ни больше, ни меньше. Правда, за этим вопросом обычно следовали другие, не менее важные, и, в конце концов, он уже сам забывал, о чем спрашивал в самом начале и вообще, зачем это ему было нужно...

– На один – отвечу, – кивнула я. – Но не более.

В его глазах полыхнула молния. Красавец!

Он поджал губы и замолчал. Обиделся уже? Как, оказывается, все просто – а я, дура, раньше все голову ломала, как его унять – ну что сказать, молодая была, глупая.... Хотя нет, на обиженного он не больно-то похож.... Скорее... о, ну это уже совсем за гранью возможного – неужто задумался?! Эх, ничего себе! С чего бы вдруг? Раньше за ним такого не наблюдалось... Может, пребывание в шкуре коня так подействовало? Хм... Странный постэффект... Хотя, с другой стороны, кто знает, какие заклинания при метаморфозах использует Дарси, она сама девушка непредсказуемая, так что удивляться, глядя на результат ее действий, не имеет смысла...

Но как бы то ни было, в этом что-то есть – надо будет ей спасибо, что ли, сказать? Мне вот, например, в свое время не удалось добиться успеха в нелегком труде воспитания Таша...

Ладно, отвлеклась я что-то. Видимо, за столько лет накипело...

– Итак, господа, – начала я, так и не дождавшись вопроса Таша, – предлагаю не терять даром времени, которого, благодаря всем нам известному незабвенному Гаронду, и так почти не осталось.

Таш фыркнул, но спорить не стал – ну надо же! Хотя, с другой стороны, поспоришь тут...

– Хочу сказать сразу, дабы избежать возможных недоразумений – если кого-то удивляют или напрягают произошедшие во мне изменения, могу только посочувствовать – нравится вам это или нет, но вам придется иметь дело с той Элантэ, которую вы сейчас видите перед собой, а не с той сердобольной богиней, светлый образ которой бережно хранит ваша память... Если она, конечно, его действительно у кого-то хранит... – пожала я плечами.

Изумрудные глаза Эльстана полыхнули праведным гневом, но, перехватив мой взгляд, эльф все же промолчал, хотя видно было, что ему очень хотелось высказаться, горячо и страстно. Не хватало еще, чтобы он вбил себе в голову, что спорить с Богиней он не имеет права или еще что-нибудь в этом роде – Перворожденные придают этикету очень большое значение. А если этот Перворожденный – сын Илидора и племянник Эллионеля то... мама дорогая!

Да, чувствую, скоро придется столкнуться с невиданной доселе проблемой – как мои друзья отреагируют на то, что их боевая подруга стала богиней? Да еще и не простой, а демиургом? Той самой Элантэ, имя которой окружено ореолом всевозможных легенд? Думаю, скоро мне об этом придется узнать... Не хватало мне еще, чтобы они мне тут поклоны отбивали!

Ладно, посмотрим... А пока...

А пока мы, – если быть точнее, все, присутствующие на обеде, за исключением двух богинь, – расположились в библиотеке, любезно предоставленной нам Этаной, причем, кажется, наша радушная хозяйка уже не раз пожалела о своем опрометчивом предложении, особенно после того, как Дани, лишь переступив порог библиотеки, сразу же испросил ее разрешения 'пошарить здесь при случае'.

Наше Перворожденное Высочество, конечно же, завидев такую вопиющую наглость со стороны сородича, смерило темного эльфа самым, что ни на есть, королевским взглядом, полным укора и порицания, но... мне почему-то показалось, что 'шарить' они будут вместе.

Впрочем, иного нельзя было ожидать – книгохранилище, собравшее в себе мудрость стольких веков, потрясало своим великолепием, и, разумеется, не могло оставить равнодушным никого – даже я невольно замерла на пороге, чувствуя, как вереницы миров, сменяя один другого, скользят по корешкам старинных томов, как ветер времени шелестит страницами, заботливо защищенными богиней от его пагубного воздействия...

– Красота! – раздался за моей спиной восхищенный возглас Таша. – Как давно меня здесь не было!

– Видимо, очень давно, – не удержалась я. – По крайней мере, уж точно не на моей памяти!

Таш взвился, как внезапно проснувшийся вулкан. Да, не спорю, мне, возможно, не следовало этого говорить, но его реплика разрушила всю сакральную атмосферу, царившую в этом таинственном месте. Я знала, что в этой библиотеке каждый сможет найти что-то для себя, но... только не Таш – вот уж от кого подобной реакции я никак не ожидала!

– А что тебя удивляет? – возмутился Лантрэн.

– Меня? Хотя, ты прав, чего это я? Мало ли, что тебе тут могло понадобиться? Здесь в самом деле, очень уютно, атмосфера такая, благоприятная, теплая...

– Что понадобиться?! – взревел он.– И что мне, интересно, могло понадобиться в библиотеке?!

Я пожала плечами.

– Понятия не имею. Если бы мы говорили не о тебе, все было бы просто – например, за книгами заходил... Но в твоем случае, – развела я руками, – я могу предположить все, что угодно, но, поверь, к книгам мои версии не будут иметь никакого отношения.

– Прекрасно! – сверкнул глазами Таш. – Что, по-твоему, я читать не умею?!

– Ну почему, 'не умеешь'? – прищурилась я. В глубине души я прекрасно понимала, что веду себя мелочно, склочно, и вообще, крайне недостойно для богини, да еще и моего уровня и положения, но отказать себе в такой маленькой радости было выше моих сил. – Умеешь... наверное, – пожала я плечами. – Не сердись, милый, но твое знание грамматики интересовало меня в последнюю очередь... – он зарычал. – Я в том смысле, что у тебя много других достоинств...

По его волосам пробежала молния, но... гром не грянул. Видимо, Таш решил, что лучше всего в этой ситуации для него будет успокоиться и прекратить эту бессмысленную перепалку. Мудро.

Ну вот, зато я теперь начинаю выходить из себя по поводу и без – воистину, в мире должно быть равновесие!

Однако, в самом деле, пора было брать себя в руки.

– Хм... Господа, прошу меня извинить за некоторое отступление, но, сами понимаете, не каждый день узнаешь о...

– О своем божественном происхождении? – приподнял бровь Таш. – Да уж, это можно понять – слава может вскружить голову и не из-за такого...

– Нет! – рявкнула я. – О том, что конь, которого я всегда считала своим верным другом и вообще добропорядочным животным, оказался бывшим любовником, да к тому же еще и не верным, и совсем не добропорядочным!

Таш фыркнул и гордо отвернулся.

– Короче. Сейчас все отдыхаем, набираемся сил и ждем дорогих гостей. Пока это единственное официальное распоряжение, – улыбнулась я. – Но особо не расслабляемся, так как...

– Так как враг не дремлет, и в любой момент может потребоваться закатать ему в пятак, – хохотнул Дани. – Я правильно понял?

– Абсолютно. Да, и еще... Очень прошу вас всех – при Дарсинее никаких разговоров о делах. Таш! К тебе это относится в первую очередь!

Черногривый бог фыркнул, но уже больше для приличия.

– А при Этане? – тут же уточнил темный эльф, уже начавший 'шарить' по полкам.

– При Этане? Ну что вы, друзья мои! – развела я руками. – От нашей дорогой хозяйки у нас нет никаких секретов!

– Если я правильно понимаю, как раз она должна быть в курсе всех наших планов, – хмыкнул ведьмак.

– Разумеется, – кивнула я.

Дани приподнял бровь, усмехнулся и снова зарылся в книгах.

Эльстан передернул плечами.

– Что не так, Высочество?

Он вздрогнул.

– Джен...

– Что?

– Да нет, – замялся он, – просто... слышать такое обращение от богини...

– Та-ак... – я злобно прищурилась, попыталась состроить зверскую физиономию, и, судя по тому, как стремительно начал бледнеть эльфийский принц, у меня это получилось очень даже недурственно, – началось... А ну отставить! – рявкнула я. – А не то в гномы разжалую! Хотя нет... У меня как раз вакантное место коня освободилось... И Дарсинее приятно будет доказать свою преданность Богине, вот заодно и попрактикуется...

– В самом деле, Высочество, – внес свою лепту Дани, на мгновение прекратив свое занятие, – ты, конечно, извини, но... задолбал уже. Это я тебе как друг говорю. Джен тебе несколько раз сказала, что эти политесы терпеть не может, так нет, тебя как раздирает! Тебе что, надо, чтоб тебя поуговаривали?

Эльстан вскинул заостреный подбородок.

– Так, все успокоились, – резко оборвала я готовый вот-вот разразиться скандал. – Дани, не ори на Эльстана, видишь, у него культурный шок. А ты, Высочество, прекращай всему удивляться – пора бы уже привыкнуть, не вчера вроде познакомились.

Эльстан сокрушенно кивнул, горестно вздохнул, но дух товарищества все же возобладал над голосом крови настоящего Перворожденного, и наш эльфийский принц был вынужден смириться с неизбежностью. Впрочем, душевная борьба у него проходила спокойно и длилась недолго – он, как я и предполагала, закопался в книгах вместе с Дани, что его несколько отвлекло от навязчивой идеи бить поклоны Возрожденной Богине.

Возможно, потом он и вернется к этой теме – я и не сомневалась, но – позже. Когда будет можно или... нужно. Один взгляд на хитрющую физиономию Дани подтверждал мои опасения... Да-да, именно опасения – я была уверена, что от нашего сумасшедшего Черного Магистра можно ожидать всего...

И я не ошиблась.

Мы с Этаной почти закончили составлять письмо, в котором излагалась воля Богини, то есть, меня, относительно глав Гильдий, как вдруг... Звенящая тишина Призрачных Чертог буквально взорвалась возмущенными криками... поистине, нечеловеческими. Потому что кричали... мои эльфы.

Крики не умолкали, кроме того, они становились все громче и, судя по всему, двигались в нашу сторону. Мы с Этаной, молча переглянувшись, приготовились ждать развязки этой неожиданной суматохи, которая, впрочем, наступила практически тут же.

Прекрасный принц Изумрудных Чертог, Перворожденный Эльстан, сын Владыки Илидора и племянник Верховного Владыки Эллионеля, влетел в зал совещаний возмущенным ураганом, сверкающим молниями праведного гнева. Волосы цвета пшеничных колосьев развевались, глаза горели зелеными сполохами... Он отвесил серию церемониальных поклонов и рухнул на колени возле нас с Этаной.

– Могу ли я нижайше умолять великолепных богинь о прощении за то, что столь недостойным образом нарушил...

– Эльстан, ближе к делу, – я в очередной раз перебила поток его словесных излияний. – Что случилось?

Он склонился еще ниже.

– Могу ли я нижайше просить вас... дать мне разрешение на... то, чтобы вызвать на дуэль... Магистра Черной магии, Перворожденного Данириэля?

Не знаю, как со стороны выглядело выражение моего лица, могу лишь предположить, что очень живописно. И выразительно. И выражало оно... О, в эльфийском языке, наверное, и слов-то таких нет!

– Эльстан... – я очень надеялась, что мой голос звучит спокойно.– А... все-таки, что случилось?

– Да ничего особенного, – послышался насмешливый голос появившегося в дверях Дани.– Просто теперь, когда к нему магия вернулась, мы прикинули, что неплохо было бы силами померяться. Ну, так, чисто, у кого какие примочки, поглядеть... Опытом поделиться... А Высочество же привык все честь по чести делать – вот и вас в известность решил поставить, чтоб недоразумений не возникло... Тем более, что согласно этикету и на учебный бой надо спрашивать разрешения у Владыки. Вот он и спросил. Так ведь, Высочество?

Эльстан не шелохнулся. Он так и стоял на коленях, вперив взгляд в пол.

Этана приподняла бровь.

– Что ж, знать свои силы – дело благое, и для мага даже необходимое, только... Не стоит забывать, что нам всем предстоит битва... Было бы очень обидно, если бы два таких хороших мага растратили все свои силы друг на друга...