Текст книги "Ассистентка. Женить ректора (СИ)"

Автор книги: Сандра Хартли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 31 страниц)

Глава 13. Первое испытание

К счастью, после всех проверок и приключений испытание всё-таки перенесли.

Девушки были настолько взволнованы ранним подъёмом, что к вечеру у целителя прибавилось работы – и Рамон принял волевое решение.

Испытание проведут через несколько дней, точнее – в конце недели. Девушки освоятся, Арсо проведёт им экскурсию по Академии, а на комнатах не спеша установят защиту.

Так, чтобы наверняка: никто не вошёл, никто не вышел, и сработала сигнализация.

Учли также пожелания принца – и заблокировали окна.

Что ж, теперь, если Фердинанд вдруг решит прогуляться на этаж под зельем, придраться будет не к чему.

Оно и к лучшему. Мне одного визита хватило с головой, а другая – молчать не станет даже за золото.

Пусть теперь проверяет, что пьёт и где.

В целом три дня пролетели почти спокойно. Хотя нет – скорее, без новых сюрпризов.

Рамон и Эвелиус развлекали претенденток. Я изображала ассистентку принца.

Предсказуемо уже следующим утром, когда всех отправили к Арсо, меня отправили выполнять свои обязанности.

Предсказуемо чудище изображало ледяную глыбу и делало вид, что ничего этакого не было.

Только о моих условиях он, словно невзначай, обмолвился. Мол, на поиски дома мне нужна неделя, а жалованье увеличат, как только я определюсь с суммой.

Об условии с бородой и ведьмами он, конечно, промолчал. Словно ничего не слышал.

Что ж, и на том спасибо. Ничего другого я не ждала.

Сделав вид, что от меня не откупились как от уличной девушки, я продолжала работать.

Даже к Монике почти не заглядывала – и о жалованье так и не узнала.

Ведьма не глупая, наверняка спросит, с чего вдруг в чудище проснулась щедрость. А я не готова была рассказывать.

Потом. Но точно не сейчас.

Так пролетело ещё несколько относительно привычных дней – и наступил тот самый день Х.

***

Первое испытание. В процессе которого половина участниц покинет отбор.

После моих приключений в Лабиринте чудище, разумеется, не отказался от своих коварных планов.

Да, первым испытанием, после которого девушки пожалеют, что вообще сюда пришли, стал всё тот же живой караган.

Тот самый, который мотылял мной как куклой...

Сегодня Луна – подозрительно похожая на нашу – сияла особенно ярко.

Рамон уговаривал изменить время испытания и провести его хотя бы днём, засветло. Безрезультатно.

– Днём мой питомец отдыхает, – отрезал ректор. И всё. Аргумент непрошибаемый.

Зато вечером кустик не прочь поиграть с девочками. Особенно если они визжат и шуршат юбками.

Нам выдали артефактные палки.

Мою прошлую прогулку, похоже, не забыли – кое-какие выводы были сделаны. Не те, конечно. Но хотя бы попытались.

Главный зал факультета красоты напоминал цветник. Или гарем.

Девушкам заранее сообщили, что испытание будет на улице, но, похоже, это услышали не все. Пышные юбки, тонкие туфли, голые плечи... Даже смотреть было жалко.

Я была в коротком платье для верховой езды, с корсетом и удобными сапогами. Вообще-то я бы так каждый день ходила. Но – не положено. Сегодня я леди.

Леди, которая должна шпионить для принца-статуи.

Фердинанд восседал в массивном кресле – тень на троне.

Не двигался. Не моргал. Только смотрел.

И смотрел – исключительно на одну ведьму в первом ряду.

Я бы не хотела, чтобы на меня так глядели. Как на обвиняемую. Или жертву.

Если он когда-то и любил Констанцию – всё прошло. Не осталось ни вины, ни раскаяния. Только ледяная злость.

Либо Моника не всё рассказала. Либо не всё знала.

Я тем временем спокойно топталась где-то посередине толпы – двадцать участниц, и каждая звенит, как хрустальный бокал.

Самое интересное – вздыхали они совсем не о возможном женихе. И явились, кажется, вовсе не к нему.

Большинство девушек мечтали попасть на бал. Тот самый, который вскоре проведут во дворце.

Не стесняясь ни стражей, ни друг друга, они обсуждали, как мечтают увидеть Императора.

Одна даже прошептала, что не прочь стать его фавориткой.

Жаль, на лбу у каждой не написано имя, или к платью не прикреплен магический бейджик. Это значительно сэкономило бы время и сузило круг претенденток.

Оставить троих, кто хотя бы не боится смотреть на жениха – и пусть чудище выбирает.

Возможно, хоть одна не упадет в обморок во время поцелуя.

Теперь я лучше понимала, почему сам поцелуй звучал как угроза.

Как ни странно, никто не стремился привлечь внимание принца.

Фердинанд по-прежнему напоминал хищника, который уже выбрал себе жертву, но ленится вставать.

Даже Рамон выглядел разочарованным. Нимфы, которые должны были кокетничать и шептаться, жались по углам, глядя в пол, и мечтали совсем не о том.

Заметив, что ситуация накаляется и опасаясь, что вместо испытания снова будет массовый поход к целителю, коротыш перестал ждать чуда:

– Вам нужно просто пройти Лабиринт. Никакой опасности, всё проверено. Если станет страшно или вы запутаетесь – зовите. Стража вернёт вас обратно. Последние пять участниц, а также те, кто откажутся, покинут отбор, – разнёсся голос по залу, и толпа замерла.

Девушки переглядывались, опасливо косились в сторону выхода, но всё так же не решались уходить.

Видимо, попасть на бал к Императору стоило риска – отправиться ночью и непонятно куда.

Мне даже стало любопытно. Что же там такого, во дворце, что девушки, явно не заинтересованные в должности жены чудища, всё ещё здесь и готовы проходить испытания?

Вероятность оказаться в первом ряду финалисток не прельщала, но любопытство заставляло задуматься.

Задуматься – и слушать внимательнее.

Замуж за советника. Замуж за младшего советника. Ещё одна – будущая фаворитка Императора...

Либо я выбрала неправильное место для шпионажа, либо тот, кто рассылал приглашения на отбор, позаботился о том, чтобы у избранной ним фаворитки не было конкуренции.

Взгляд невольно скользнул к Рамону.

Какова вероятность, что его идеальная протеже проскользнула и на отбор?

Вероятность была. Но никаких признаков особого отношения к кому-то из девушек я не заметила. Пока не заметила.

Когда их останется меньше – будет проще.

Гуляя среди массовки, которая обсуждала будущий бал, я медленно подбиралась ближе.

Может, Рамон каким-то образом выставил “достойных” девушек в первые ряды. Или поручил это сделать Арсо.

Чем ближе к трону я подбиралась, тем тише становился шёпот.

Да уж, под цепкими взглядами обсуждать что-либо девушкам уже не хотелось.

Фердинанд сверлил взглядом довольную собой Констанцию. Рамон что-то объяснял про Лабиринт, а Арсо безразлично наблюдал за стадом невест.

До того самого момента, пока одна из дам спешно не покинула зал.

Что ж, эта нервная леди как минимум сэкономила себе монеты на новый наряд.

Наконец и до принца дошло, что панические настроения растут, и с такими темпами его питомцу будет просто не с кем играть.

Фердинанд подал какой-то знак, и Арсо, подняв руку, выступил вперёд:

– Если нет вопросов – мы начинаем, – прозвенел голос декана.

Кажется, его тут считали самым безобидным.

Но паника не утихала. Скорее наоборот – усиливалась.

Невесты переглядывались, сбивались в группки и явно не горели желанием куда-то идти.

В таком состоянии все двадцать девушек уедут домой, и с этим нужно что-то делать.

Заметив, как соседки по несчастью крутят в руках непонятную палку, я едва не выругалась вслух.

Коротыш прочел лекцию о Лабиринте и уверил, что там не страшно, но ни слова не сказал – зачем выдал невестам артефакт.

Закатив глаза, я смерила троих недотеп-организаторов взглядом. Что ж, раз уж они сами не додумались, придется намекнуть.

– У меня вопрос! – громко сказала, поднимая руку.

Услышав знакомый голос в толпе вздыхающих невест, наконец отмер наш женишок.

Оторвался от своей ведьмы и посмотрел на меня. Прямо в глаза. Взгляд тяжёлый – будто мишень на лбу начертил.

– Я слушаю, леди Свон, – прозвенел ледяной голос принца.

Девушки вокруг меня даже немного расступились – словно в ожидании, что меня будут казнить, и опасаясь, чтобы их не зацепило.

Но я не боялась чудища. Точно не после той ночи.

Зато смотрела так красноречиво.

“Как же вас женить, когда вы на невест смотрите так, будто они приговариваются к пожизненному заключению без права на помилование?” – мысленно спросила.

Но сказала совсем другое:

– Нам так и не объяснили, как это работает. Артефакт и правда сам выбирает форму? Что именно будет? Свет? Щит? – подняла палку-артефакт.

Рамон тут же оживился и начал бодро объяснять:

– Артефакт активируется от вашей магии. Он превращается в то, что вам нужно в моменте. Это не оружие. Это… вспомогательный инструмент.

Ответ секретаря немного сбавил напряжение.

Уловив мой сурово-вопросительный взгляд, частично оттаяла даже ледяная скульптура жениха на троне.

Фердинанд сам указывал на девушек, которые задавали вопросы, и несколько раз попытался улыбнуться. Вышло не слишком любезно, но взгляд из угрожающего стал безразличным.

Это уже не пугало.

Кто-то из претенденток облегченно вздохнул, кто-то зашептался.

Пошли вопросы:

Что делать, как держать, а вдруг не сработает? Можно ли с ним сидеть, а если он упадёт? А если… погнется?

И пока Рамон терпеливо объяснял, принц периодически закрывал глаза и медленно тёр переносицу.

По выражению лица было видно, что он всерьез размышляет: а не вычеркнуть ли всех сразу и не начать ли с чистого листа?

Не успел.

Вопросы закончились, и секретарь громко кашлянул, подходя к трону. Что-то зашептал, и Фердинанд едва заметно кивнул.

Рамон и Арсо замерли у трона, как изваяния, а чёрные глаза жениха-чудища обвели толпу невест.

– Надеюсь, мы ответили на ваши вопросы? – ещё раз уточнил он и, не позволяя девушкам одуматься, поднял руку:

– Можем начинать! Подходите к стражам – они перенесут вас в Лабиринт. И небольшая подсказка: следуйте за Луной! – громогласно объявил принц.

После последней фразы он снова посмотрел прямо на меня.

Вот сейчас это был совсем странный взгляд – то ли он пожелал мне удачи, то ли предупредил не трогать любимого питомца.

Я ничего не успела понять.

Стражи быстро разбежались по залу, и девушки начали исчезать.

Когда подошла моя очередь, я сделала шаг вперёд, сжала палку и задержала дыхание.

“Удачи, Юляша!” – подумала и открыла глаза уже в Лабиринте.

***

Две стены и пропавший стражник.

Артефакт в руке сработал раньше, чем я успела подумать.

Ну и, к счастью, сработал не совсем так, как я ожидала.

Я представила обычный фонарик, а в руке появился странный факел, смешанный со старинным фонарем.

Что ж, блуждать в потёмках не придётся – уже хорошо. Вспоминая прошлые приключения, я выдохнула.

“За Луной”, – вспомнилась подсказка Фердинанда, и я медленно пошагала вперед.

Листья лабиринта тихо шуршали, где-то вдали раздавался чей-то плач. Кажется, сюрприз девушкам не пришёлся по вкусу. Но сегодня, как никогда, я была согласна с принцем.

Если он не желает ходить рогатым или бегать за женой, объясняя, что он не монстр, глупых, истеричных и слишком чувствительных стоит отсеять сразу.

Не тот характер у нашего принца, чтобы выбирать нежную невинную. Он запугает ее до полусмерти одним рыком.

Рассуждая о том, какая невеста нужна начальнику, я медленно шла, пытаясь вспомнить девушек, которые пришли сюда ради Императора. Их тоже следовало бы вычеркнуть.

Поворачивая за очередной изгиб, я решила, что завтра попрошу прибавку к жалованию. Точнее – тройную.

Откуда цифра?

Как ни странно – от Арсо. Я случайно подслушала, как он назвал эту сумму секретарю, и решила: а чем я хуже?

Вот завтра утром точно попрошу. А то, чего доброго, невесты разбегутся – и будет поздно.

Определившись с планами на утро, я зашагала быстрее – до тех пор, пока не услышала визг впереди.

Разве мы не должны попасть в разные секции, чтобы не мешать друг другу?

Вопрос был логичным, но, с учётом того, что в лабиринте ведьма, можно было ожидать чего угодно.

Подойдя ближе, я притаилась за поворотом и осмотрелась.

Любимый питомец жениха довел до истерики одну из участниц. Он цеплял её за волосы, терзал рукава и всячески задирал пышную юбку.

Понимая, что на девушке даже не было брюк, я глубоко вздохнула, готовясь прийти на помощь. Однако, в следующее мгновение появился страж, и дама исчезла.

Пришлось подождать за поворотом, пока ветви, терзавшие бедную фиалку, не вернутся обратно и не станут стеной.

Быть следующей жертвой совсем не хотелось.

Вцепившись в свой фонарь, я направляла его на изгородь, еще недавно извивающуюся змеями. Как ни странно, меня они не тронули.

Может, начальник договорился со своим питомцем?

Проверять я не хотела и уверенно побрела дальше.

После двух поворотов что-то едва уловимо изменилось. Тихий шорох и редкий плач сменились гулом и женскими голосами.

Похоже, я недалеко от центра. Голоса звучали громче, призывы на помощь перекликались с рыданиями, а стены лабиринта буквально оживали.

То, что Фердинанд не договаривался с питомцем, стало понятно, когда ветка потянулась уже к моей юбке. Только в отличие от остальных, я не стала визжать, кричать и уж точно не собиралась рыдать.

Резко дернула ткань, развернулась и направила факел на проказника.

Караган недовольно зашевелил своими гадкими прутиками и тут же спрятал те, что тянулись к моим ногам.

То же самое я проделала с ветками, цепляющимися за волосы или пытавшимися порвать платье.

Уловив нечто общее в последовательности “фонарь – вредное растение”, я поняла, почему испытание проводят именно ночью.

Живая изгородь дремлет днем, потому что не любит свет.

И всё равно казалось – он не отступил. Затаился. Будто ждал. Стоило мне отвернуться – и он снова попробует.

Не просто куст, а упрямый, жутковато-игривый разум.

– Ладно, – прошептала я. – Играть – так играть.

И начала двигаться почти как настоящий шпион: крутилась, услышав малейший шелест, и отпугивала вредное растение факелом.

Ещё несколько поворотов всё шло как надо, а потом впереди послышался тихий всхлип и призывы на помощь.

Я снова замерла за углом и посмотрела на новую жертву гадкого растения.

Милая черноволосая девушка в платье, похожем на мое, барахталась в пыли, пытаясь отцепить от ноги толстую ветку.

Артефакт валялся неподалёку и снова стал палкой, а свою жертву караган пытался поднять – как меня в прошлый раз.

Вот только худые ручки намертво вцепились в нижние ветки и активно отбивались. Удивительная напористость, как для местной кисейной барышни.

Только изредка, сквозь всхлипы, черноволосая фиалка звала на помощь. Однако, по какой-то причине, страж так и не появился.

Прислушавшись, я, кажется, догадалась – почему.

Призывы звучали со всех сторон – и не жалким писком, а громкими рыданиями.

Я терпеливо стояла, наблюдая за мучениями незнакомки, а потом всё же вышла.

– Вы зовёте слишком тихо и неуверенно, – сказала я, отпугивая тянущиеся ко мне ветви.

Подхватив второй артефакт, превратила его в точно такой же факел и направила на незнакомку.

Растение убралось обратно в стену, а девушка заползла за мою спину и встала, тяжело дыша.

– Я забыла закрыть окно на ночь и, кажется, простыла, – едва слышно прошептала она.

Встав за спиной, она кружилась вместе со мной, уворачиваясь от разочарованного растения.

Сообразительная.

– Что ж, если вы поможете мне – я помогу вам. Спина к спине? – спросила я, протянув ей артефакт.

– Идёт. Мишель Сантэй, – тихо представилась она, взяв свой артефакт.

– Юлианна Свон, – ответила я. – Шагаем в сторону Луны, пока не зайдем в тупик, – уверенно скомандовала, указав направление.

***

Не знаю, кому из нас повезло этой ночью, но вдвоём отмахиваться от звереющего лабиринта было куда эффективнее.

Мишель оказалась действительно сообразительной и несколько раз даже помогала отбивать мою ногу у злого растения. Хотя могла бросить, забрать артефакт и уйти дальше.

Но нет – девушка помогла мне, протянула артефакт и даже мягко улыбнулась.

Мы уже шли несколько минут.

Крики стихли, шелест замер – то ли мы сбились с пути, то ли зелёный монстр решил затаиться.

Похоже, моя спутница решила познакомиться поближе.

– Вы ведь ассистентка принца Фердинанда? – вдруг спросила Мишель, будто невзначай.

Фердинанд не запрещал говорить о нашей работе.

Да и пока девушки гуляли по Академии, я в этой Академии работала. Наверняка они могли видеть меня или слышали.

Врать смысла не было.

– Да. Уже почти год, – спокойно ответила я.

Она и так это знала – судя по кивку, а теперь улыбнулась уже открыто.

– Значит, вы его хорошо знаете? – уточнила она и, не дожидаясь ответа, добавила чуть тише: – Он правда такой… как о нём говорят?

Я перевела взгляд на дорожку, слегка освещенную артефактом.

Может, мы и временные союзники, но откровенничать не стоит.

За время работы в Университете, я привыкла держать свои мысли при себе. Особенно те, что касаются руководства.

Как показал жизненный опыт: сегодня сплетничают с тобой – завтра о тебе.

Некоторые вещи лучше не озвучивать. Тот, кто должен, и так всё знает. А тот, кому не положено, – только навредит.

– Такой – это какой? – невозмутимо спросила.

Мишель натянуто улыбнулась.

Это не знакомство – это проверка. Только чего? И для чего?

– Строгий. Холодный. Отстраненный, – девушка пожала плечами. – Сегодня он показался мне… страшным.

– Иногда он и есть таким. Но не всегда, – выдохнула я, не вдаваясь в подробности.

Мишель снова улыбнулась. На этот раз – почти довольно.

Непонятно, что именно она выяснила, но разговором осталась довольна.

На этом расспросы закончились. А вот приключения – нет.

⸻⸻⸻⚜⸻༺❖༻⸻⚜⸻⸻⸻

Юля в лабиринте

⸻⸻⸻⚜⸻༺❖༻⸻⚜⸻⸻⸻

Глава 14. Фаворитка

Впереди показался тот самый тупик.

Издалека я заметила на ветке заветный круг, который должен был стать выходом из этого кошмара.

Всего несколько метров – и можно выдохнуть. Вот только шуршащая стена листьев намекала: просто так нас не пропустят.

Я коснулась руки Мишель и встретилась с её карими глазами.

Она тоже заметила волнующуюся массу листьев и веток. Караган распугал почти всех невест – и оставшиеся игрушки отпускать не собирался.

Во взгляде фиалки читалась паника, но на это не было времени. Стена зелени шевелилась волнами и угрожающе махала лианами.

Если мы не поторопимся – повиснем в воздухе раньше, чем успеем дотянуться до ветки фонарём.

Дрожащая рука Мишель и широкие, как блюдца, глаза, то и дело скользившие вдоль прохода, четко давали понять, что она вот-вот сорвется в истерику.

– Это не тупик, это выход, – я постаралась её успокоить. – В конце, на ветке, висит артефакт. Нам нужно добраться до него и снять. Желательно побыстрее, – строго произнесла, сжимая руку девушки и заставляя смотреть на меня, а не на хаос, который творился вокруг.

Мишель неуверенно кивнула. Ещё раз скользнула взглядом по лабиринту и уставилась в ту самую стену, на которой висел артефакт.

– Артефакт, – словно в тумане повторила она, и взгляд стал осознанным.

Всё же эта фиалка определенно отличалась от остальных. Она умела брать себя в руки. Даже несмотря на явный страх, в глазах появилась решимость.

– Если меня поймают… просто позовите на помощь. И убегайте, – прошептала она.

Что ж, играть в благородство настроения не было. Висеть вниз головой совсем не хотелось. Я даже не стала врать – и молча кивнула.

Жаль, предусмотрела не всё.

Мы бежали, будто за нами гнался монстр. Ветки царапали руки, хватали за ноги, но тут же отступали, попадая в свет артефакта.

Заветный кулон был всё ближе – я уже с двумя артефактами, а Мишель тянется к кругу...

Что именно пошло не так, я поняла только через несколько секунд – когда осталась одна у пустой стены.

Фердинанд сделал еще один вывод: в этот раз артефакт не нужно было снимать. Достаточно было дотянуться и коснуться.

Паника пришла не сразу. Но когда пришла – осталась.

Мой “выход” исчез вместе со спасенной кареглазой фиалкой.

– Ну и дура ты, Юляша, – похвалила я себя.

Один из факелов в руке дрогнул – и стал кинжалом.

Хм. Я этого не просила, но магия – странная штука. Она поняла, что мне нужно, даже раньше, чем это поняла я сама.

В этот раз веточку я, кажется, всё-таки добуду.

Отзываясь на мои пакостные мысли, караган зашумел еще настойчивее, а в следующее мгновение ветвь скрутила руку с кинжалом.

Но я была слишком зла. На себя и свою неуместную доброту, на чудище, которое меня не предупредило, и на зелёного монстра, который никак не хотел угомониться.

Вместо того чтобы сопротивляться, я наклонилась к извивающейся лозе:

– Послушай, сорняк-переросток. Артефакта-выхода нет. Или ты позволишь мне уйти, или я устрою из твоих веток венок. А потом… утром приду с секатором – за остальными. В моём мире из таких, как ты, плетут мебель на дачу.

Я говорила шёпотом. Но надеялась, что это странное создание слышит.

И не ошиблась.

Сначала хватка усилилась. Потом стена неожиданно притихла, и меня отпустили.

Даже не думала, что это сработает – но оно сработало. Шум утих, ростки уползли восвояси, оставив меня стоять в пустом, мрачном лабиринте.

Уже спустя несколько минут тишина, которой я бы раньше порадовалась, начала угнетать.

Дойдя до ближайшего поворота, я почувствовала, как накатывает слабость. Луна скрылась за тучами, а сил бесцельно бродить по лабиринту больше не осталось.

Воткнув кинжал в землю, я села, скрестила ноги и выставила перед собой факел.

– Помогите, – холодно произнесла.

***

Спаситель явился не сразу.

Видимо, не всех девушек ещё успели вытащить.

А когда явился – я устало уставилась в слишком знакомые чёрные ботинки.

Фердинанд присел и протянул руку:

– Вы не пострадали? – тихо спросил.

Помня, в каком виде он застал меня в прошлый раз… В этот – он явился сам. Видимо, не хотел, чтобы стражи видели моё бельё.

Но нет. Я не пострадала. Только устала – и была готова рухнуть к чудищу в объятия и уснуть, прислонившись к широченной груди.

– Нет. Я заблудилась, – уверенно соврала.

На лице принца появилась лёгкая улыбка.

– Леди Сантэй рассказала, как именно вы заблудились. Даже потребовала засчитать вам испытание, – слишком доброжелательно произнёс он.

Требовала? Кареглазая фиалка? Звучит забавно.

– У вас требовала? – не веря, я посмотрела в привычно чёрные глаза, которые задержались на моем лице.

Фердинанд кивнул – и снова улыбнулся.

Это… что, нежность?

Будто вспоминал про щенка. Или смотрел видео с котиками.

Странно. Раньше я такой улыбки у него не видела.

– Она же охрипла настолько, что на помощь позвать не могла, – еще раз уточнила я.

Фердинанд чуть качнул головой, и его голос вдруг стал непривычно мягким:

– Она очень убедительно шептала… Я отправил Мишель к целителю.

О как. Уже Мишель…

И как он произнёс её имя. С придыханием. С плохо скрываемой нежностью. Ни тебе рыка, ни холода.

Хм. Кажется, у нас появилась фаворитка.

Ну молодец, Юляша. На второй же неделе нашла ему невесту.

Принимая руку принца, я вздохнула.

Почему-то так гадко от вида довольного чудища.

Я же должна радоваться… Или нет?

Принц помог подняться, притянул к груди и достал из кармана артефакт.

– Держитесь крепче, – сухо произнес, обхватив мою талию.

“Он не рассчитан на перенос дополнительного груза,” – мысленно закончила я за него.

После всей этой нежности в адрес Мишель, это было как-то особенно обидно.

– Жалование поднимите мне минимум в три раза, – прошептала я, прикрывая глаза.

Как раз тот момент, чтобы просить повышение.

Я, может, сегодня будущую принцессу спасла. И вообще – за всё, что я вынуждена выносить, это ещё мало.

– Как пожелаете, Юлианна. Сегодня вы держались достойно. Молодец, – отозвался он. Тихо. Почти в мои волосы.

О том, что мы уже во дворце, подсказали гул женских голосов – и внезапный холод.

Принц ушёл, а я огляделась.

Злые. Потрепанные. Уставшие.

Это больше не было цветником. Совсем.

– Результаты испытания вы узнаете завтра утром. Тем, кому придет приглашение на завтрак, – попрошу не опаздывать. Остальных – без истерик – покинуть Академию, – прозвучал громогласный голос Рамона, и зал наполнили вздохи.

Я была с ними согласна: могли бы хоть покормить перед тем, как отправить домой.

Потом секретарь объявил, что всех девушек осмотрят прислужницы Пресветлого, а тех, кому нужно, отведут в целительское крыло.

Насколько я поняла Монику, эти прислужницы – что-то вроде монашек-медсестёр. Одни служат при храмах, другие помогают в больницах.

Мне осмотр был без надобности. Чудище снабдило меня маслами для ссадин с запасом.

Не дожидаясь всех объяснений, объявлений и выяснений, я поймала стража и приказала перенести меня в общежитие. Вероятно, вид у меня при этом был зверский – потому маг даже не стал спорить.

Горячая ванна, масло на царапины – и я снова забралась в постель.

Завтра начнется самое интересное.

***

Утром у порога я нашла листок – приглашение с описанием следующих испытаний.

Вот это было реально страшно.

“СТОЛОВЫЙ ЭТИКЕТ” – выведено красивым почерком мой приговор.

“БАЛ-репетиция” – второй удар почти по дых.

“Приём во дворце” – контрольный в голову.

По всем перечисленным пунктам у меня был минус.

Если со столовым этикетом Фердинанд ещё как-то может мне помочь, то с танцами, которые учат несколько лет, принц никак не поможет.

На завтрак я шла в ожидании грядущего позора.

Я, конечно, не совсем необразованная, но аристократическими замашками не страдала. В рестораны муж меня, конечно, приглашал, но отнюдь не на блюда высокой кухни. Вилка, нож, ложка.

Ну, могла я отличить бокал для вина от бокала для шампанского или стакана для воды. Боюсь, на этом познания в столовом этикете заканчивались.

Воспоминания Юлианны тоже не помогли. Кроме воздыханий по Николасу, там мало что можно было выудить.

Да и жених-предатель не слишком афишировал их отношения.

Тайные свидания в лесу, тайные встречи в кабинете Фердинанда. Никаких тебе приёмов, балов или публичных объявлений.

Роман Николаса и Юлианны остался в тени, как и все полезные лекции.

Но сейчас меня волновало другое. Я дошла до той самой столовой Факультета красоты.

Правда, столовой назвать это помещение язык не поворачивался.

Факультет красоты всегда отличался размахом. Здесь учили будущих леди: как держать осанку, как подать чашку, как повернуть голову и в какой момент следует опустить взгляд.

Всё вокруг соответствовало: от запаха тонких лепестков роз до мягкого свечения люстр, висевших под арочным потолком.

Это был бальный зал с круглыми столиками, расставленными приборами и блюдами. Вокруг порхала магия, блестели артефакты и магические огоньки.

Всё хуже, чем я думала. Первое испытание – это завтрак.

И мои подозрения подтвердили три блуждающих по залу мужских взгляда.

Декан Арсо в вычурном костюме занял место хозяина по центру длинного стола, за которым восседали ещё и мрачный принц, и секретарь императора.

Они так пристально рассматривали входивших девушек, что мне захотелось спрятаться.

К счастью, это не понадобилось – я явно была не интересна всем троим.

Они разглядывали других, разряженных как куклы, девиц.

Рамон что-то записывал на листках и качал головой, Эвелиус недовольно морщился, а Фердинанд сидел всё с тем же видом холодного безразличия.

Меня, казалось, не заметили за цветастыми нарядами – и это было облегчением.

Пользуясь невидимостью, выбрала столик подальше от наблюдателей и принялась изучать приборы.

Так, это нож для масла – это я видела в каком-то вычурном сериале.

А вот зачем эта вилка… Рыбу на завтрак не подают, значит, она для чего-то другого, но очень похожа.

Украдкой следя за центральным столом с надзирателями, я заметила, как внезапно изменилась атмосфера.

Эвелиус и Рамон расплылись в улыбках, а Фердинанд даже выпрямил спину.

Только благодаря тому, что сидела у входа, я смогла заметить, как в зал вплывает ОНА.

Нежно-розовое, не вычурное платье, убранные в прическу волосы и почти скромная улыбка.

В то время как все остальные девушки были растеряны или смущены, Мишель вошла с видом хозяйки бала.

То, что девушка – фаворитка принца, никто даже не стал скрывать.

Ей одной досталась улыбка всех троих мужчин и даже приглашение за главный стол.

Это было… странно.

Не похоже, что Фердинанд встретил её впервые, а если они уже знакомы – к чему весь фарс с Отбором?

“Иллюзия выбора. Нужная картинка для правильного зрителя”, – подсказал опыт, и я окончательно сникла.

Только вот зачем тогда я? Так и не поняла.

Эвелиус постучал по бокалу и начал рассыпаться в поздравлениях.

Я не слушала.

Думала о том, что так и не получила документы на дом. Да и жалование за прошлый месяц.

Если с дня на день игра закончится, у меня не хватит денег даже на то, чтобы снять комнату.

Погружаясь в свои далеко идущие планы, я пропустила все утренние объявления и очнулась только тогда, когда назвали мое имя.

– Леди Юлианна Свон, – раздраженно произнёс Эвелиус, сверля меня взглядом.

Он явно чего-то ждал, а я в упор не понимала, чего.

Как ни странно, меня спас никто иной, как Рамон.

Натянув оскал, коротыш уперся в меня взглядом, а потом посмотрел на декана.

– Кажется, леди Свон мысленно уже выбирает наряд для бала во дворце, – наигранно безразлично произнес он.

В то же время серые глаза обещали мне весьма долгую лекцию.

Сегодня это не цепляло и больше не пугало. Главная фаворитка и будущая леди-чудище уже сидела напротив Фердинанда. Фактически, моя роль сыграна – в чём бы она ни заключалась.

Пусть подавится своим высокомерием.

Развернувшись к секретарю, я ответила ему не менее “доброжелательным” взглядом.

– Простите, лорд Тарвин. После ночных прогулок я бы вначале поела, а потом слушала вступительные речи. Моя голова не воспринимает информацию на пустой желудок, – наигранно спокойно сказала.

Мишель, сидевшая напротив Фердинанда, тихо засмеялась, а принц, подарив ей улыбку, посмотрел на меня точно так же, как его соседи.

Я выбилась из роли леди. Но стыдно почему-то не было.

– Чем быстрее вы займете свое место за главным столом, леди Свон, тем быстрее начнётся завтрак, – произнёс он, указывая на стул рядом с Мишель.

Ах вот оно что.

Мне оказали честь, а я ещё и огрызаюсь.

Спорить и доказывать, что рядом с тремя угрюмыми мужланами мне вода колом станет, не стала.

– Прошу прощения, – покорно склонила голову и направилась к столу.

***

Но и после этого поесть спокойно не позволили.

Стоило сесть, как фиалка засуетилась, забыла, что нужно улыбаться принцу, и переключилась на меня.

– Как вы себя чувствуете? Вы не пострадали? Я так испугалась, когда оказалась в зале и поняла, что оставила вас там. Одну и без возможности выбраться, – тихо зашептала Мишель.

Она даже мою руку сжала, будто мы теперь лучшие подруги.

Это было мило и… странно.

– Не беспокойтесь, караган оказался разумнее, чем я думала. Мы договорились и мирно разошлись. А потом меня спас Его Высочество. Почти как прынц, только без коня, – тихо ответила я девушке, и тот самый прынц напротив закашлялся.

Пока Эвелиус с видом напыщенного индюка вызывал к главному столу других фавориток, Фердинанд с любопытством наблюдал за мной и Мишель.