Текст книги "Ассистентка. Женить ректора (СИ)"

Автор книги: Сандра Хартли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 31 страниц)

Глава 5. Артефакт

Ещё три дня я носилась по Академии как сама не своя.

Список поручений рос с каждым днём, а взгляд нового-старого начальника становился всё мрачнее.

Ноги гудели, спина отваливалась и всё равно я не успевала выполнить даже половину из того, что требовало чудище. А он ещё и напоминал, что скоро начнётся Отбор, и работы станет в несколько раз больше.

Четвертый день оказался решающим.

Очередной забег по кабинетам разных факультетов и я уснула, едва попа коснулась стула. Добраться до комнаты сил не осталось.

Даже во сне я не знала покоя. Снилось, что чудище меня раскроет и отправит на казнь или бывший Юлианны закинет на башню и будет смеяться, указывая пальцем. А ещё чаще, я появлялась перед адептами голой.

В общем, школьные страхи публично опозориться разбушевались с новой силой, адаптировались под жуткий мир и не давали отдохнуть даже ночью.

Очередной кошмар резко сменился ощущением уютной кровати, мягкого одеяла и запахом маминого мятного чая.

Но только до того момента, пока у самого уха не прозвучал знакомый сухой и строгий голос:

– Я не понимаю, что с вами происходит, леди Юлианна, – пробасили у уха, а потом меня подняли на руки.

Спать хотелось настолько сильно, что я не стала открывать глаза.

Оперлась лбом на плечо начальника и обнаглела настолько, что обвила его шею руками.

– Вы бы сами побегали на каблуках между этажами, тогда бы поняли, – всё-таки решила огрызнуться.

Судя по тому, как поднялась мужская грудь, ректор обреченно вздохнул.

Он бы с радостью от меня избавился. Но Моника была права – в ассистентки к чудищу очередь не стояла. Тем более в то время, когда назревала его женитьба.

– Через два дня прибудет Секретарь Императора. Тогда работы станет в несколько раз больше. Думаю, вам стоит обратиться к целителю, – уверенно, не сбавляя шага, пробурчало чудище.

Вариант был хороший, но вряд ли действенный.

– Ещё несколько таких дней и мне нужен будет не целитель, а жрец Пресветлого, – прошептала куда-то в чёрный пиджак.

Ректор замер, а хватка усилилась.

Я отчётливо чувствовала, как мужская рука крепче легла на талию, как будто он боялся, что я вдруг спрыгну и убегу.

Не знай я эту бездушную скалу, подумала бы, что он всерьез переживает за помощницу. Хотя нет, он обеспокоен тем, что если я загнусь, некому будет бегать по этажам.

– Обратитесь к целителю, – снова повторил Фердинанд. – Или я сам выясню, что с вами происходит. Раньше вы без особого труда выполняли в несколько раз больше поручений, – строго сказал.

От такого я даже проснулась.

Как вообще такое возможно?

Это же с какой скоростью нужно бегать по лестнице, чтобы всё успеть? Закралось нехорошее подозрение, что я чего-то не знаю… но как выяснить, что именно, так и не придумала.

Очень кстати, начальник сам подсказал мне ответ.

Уверенно подойдя к лестнице, он достал из кармана какую-то круглую штуковину и наклонился к моему уху.

– Держитесь крепче. Мой артефакт не рассчитан на перенос дополнительного груза, – пробасил он, и в ту же секунду всё вокруг расплылось и сложилось в совсем другую картинку.

Мы стояли в другом корпусе, у лестницы, которая вела на мой этаж. И быстро оказались прямо рядом с комнатой.

Еще мгновение назад, я была благодарна Фердинанду за то, что не бросил меня спать за рабочим столом.

Даже представила, что он, как истинный принц в сказке, будет нести меня со своей башни по лестницам на этаж Целительского корпуса, где живет рабочий персонал.

Но нет, после того как меня обозвали грузом, стало понятно: сказки врут.

Вот он – реальный принц из крови и плоти. Эгоистичный, бесчувственный и думающий только о себе.

Осознание того, что пока я бегаю по этажам, он может просто за секунду оказаться в другом корпусе, как-то отрезвило.

– Мне бы такой артефакт, – выдохнула я, отпустила мужскую шею и тут же оказалась на ногах.

– А что случилось с вашим? – тут же отозвался начальник.

Он так показательно тщательно поправлял свой идеально чёрный костюм, что это было почти хамством. Будто не девушку на руках нёс, а мешок навоза.

Но вопрос Фердинанда озадачил.

Это что же, выходит, у Юлианны тоже была какая-то волшебная штуковина? И снова Моника мне ничего не сказала?

Видела, как я устаю и молчала. Вот ведьма!

Решив, что мы с подругой всё-таки обязательно выпьем, я обиженно посмотрела на ректора.

– Он сломался, – проблеяла с самым невинным видом. Жалобным таким.

– Когда? – с подозрением спросил он, глядя так, будто ответ вот-вот проступит у меня на лбу.

Я даже слегка растерялась. Сказать, что сегодня, вчера или…

Идея была подленькой, но, как говорится, с кем поведешься…

– Ещё в первый день, – уверенно соврала, делая самый обиженно-расстроенный вид. – Меня зашвырнули на крышу вашей башни. Я как раз держала его в руке и так испугалась, что выронила, – тон такой дрожащий, и глазками хлоп-хлоп.

Вот он – идеальный повод отомстить гаду бывшему. Или, по крайней мере, наябедничать.

– В смысле – зашвырнули? – переспросил он, будто не поверил собственным ушам.

Ну тут я даже слезу почти пустила.

– Декан Прут, – тихо всхлипнула. – Вероятно, это ему показалось забавным. Они проверяли артефакт. Я не ожидала… – почти шептала и даже глазки опустила. – Нет, он, конечно, меня спас. Я даже не успела понять, что происходит. Но артефакт…

С видом истинной невинной овечки, я медленно подняла взгляд на Фердинанда.

Он был удивлён?

Застыл, смотрел на меня расширившимися глазами и не моргал.

Это было странно и пугающе одновременно. Когда спустя минуту мужчина не “отмер”, я поняла – пора бежать.

Кто знает, может, он не просто завис. Может, снова пытается покопаться у меня в голове. Или и вовсе сейчас допрашивает друга.

Хотя нет, обычно, когда он лезет в чужую голову, глаза отсвечивают янтарным.

Не став выяснять причины такого поведения, я решила ретироваться.

– Спасибо, я, пожалуй, пойду, – тихо произнесла и тут же мою руку поймала мужская ладонь.

– Как вы перемещались по Академии все эти дни? – задал он очевидный вопрос, пялясь на мои бедные ноги.

– Пешком, – подтвердила я его догадку.

Ректор тихо застонал.

Отпустил, отступил и провёл рукой по волосам.

– Я не буду спрашивать, почему вы не сказали сразу. Вы ведете себя крайне странно, леди Свон, и я искренне надеюсь, что это временно, – устало произнёс он, а потом тяжело вздохнул. – Просто отдохните. Утром зайдите к целителю, я прикажу выдать вам восстанавливающий отвар, а потом ко мне за новым артефактом, – добавил он уже с обречённой интонацией, и взгляд стал настолько уставшим, что мне даже почти стало стыдно.

– А можно ещё что-то для сна? С того дня я почти не сплю, – решила понаглеть еще чуточку.

Не знаю, почему попросила это именно у него, а не у целителя. Может, потому что тот был настолько жутким, что я боялась с ним разговаривать.

А к жуткому ректору я уже как-то немного привыкла.

В ответ, взгляд Фердинанда опустился к кулону.

– Идём, – ухватив меня за руку, начальник сам открыл мою дверь.

Без ключа, просто толкнул створку и вошёл, будто там и не заперто вовсе. Потом усадил меня на кровать и сел рядом.

– Я покажу вам, как это сделать на час. Повторите то же самое, только до утра, – строго сказал он, поднимая кулон.

Я кивнула, глядя, как его глаза вспыхнули, и в ту же секунду откликнувшийся на магию кулон тоже начал мерцать. Какое-то время он переливался радугой, а потом снова потух.

– Заряжайте его, когда камень станет тусклым. Надеюсь, вы знаете, как это делается? – спросил он, очевидно не уловив признаков понимания.

– Знаю, конечно, – произнесла я, мысленно уже зная, к кому побегу с вопросами.

– Хорошо. Давайте ладонь, – устало сказал ректор, оттянул кулон и моей рукой приложил его к солнечному сплетению.

Почему короткая цепочка потянулась, как резинка, я уже не стала выяснять. Сил удивляться не осталось.

– Вэле. Крепкий сон на час. Повторите, – прошептал Фердинанд.

– Вэле. Крепкий сон на час, – тихо повторила я и тут же провалилась в темноту.

Глава 6. Башня

Просыпалась я затемна, в своей постели и под одеялом.

Первой мыслью было смущение: начальник мало того что носил меня на руках, так ещё и уложил в постель. Но, вспоминая тёмные глаза Фердинанда, я отогнала эти мысли.

Он и забота о малознакомой девушке со странностями – это как первый и пятый этаж Академии.

Ведьмы, которые учатся большую часть года в сыром подвале, и элитные маги, которых готовят охранять дворец. Одни – изгои Империи, получают остатки с барского стола, а вторые ни в чём себе не отказывают.

Миры разные, а дележка на богатых и нищих везде одинаковая.

Мне ещё повезло.

Юлианна в этом мире была ровно посередине. Не элита, но и не отбросы.

Отец девушки был талантливым артефактором и имел хороший капитал. Правда, делиться с дочерью он не спешил, как и баловать ее деньгами.

Зато, в обществе Юлианна Свон считалась леди и была вполне выгодной партией.

К сожалению, недостаточно выгодной для Николаса Прута.

И, вспоминая этого гада-жениха, я не ожидала, что встречу его с самого утра.

Помятый и злой, маг как раз вылетал из кабинета своего друга-ректора и с размаху сбил меня с ног.

– Вы решили добить меня лично? – огрызнулась я, поднимаясь с пола. Мужчина замер.

Он прекрасно видел, как я упала, но даже не притормозил.

Сначала не притормозил. А потом зло оскалился, резко подошел и рванул меня на себя, вжимая в грудь. Мужская рука больно сжала предплечье, а вторая – подбородок.

Красивые черты Николаса исказила гримаса злости, а в глазах пылала такая ярость, что мне невольно стало не по себе.

– Если ты думаешь, что заставишь меня ревновать или рассоришь с Фером… – зашипел он прямо в лицо.

Горячее дыхание опалило кожу, а выражение стало почти звериным.

– Ты еще большая дура, чем я думал, Юлианна, – прорычал он и швырнул меня обратно на пол.

Что ж, Николас даже не смог придумать стоящую угрозу. Видимо, чудищу ну очень нужна живая и целая ассистентка.

Кажется, вчерашнее представление удалось на славу. Этому пижону накрутили хвост. Даже если не из-за заботы о помощнице, то из-за дорогой сломанной игрушки и кучи невыполненных поручений.

Поднявшись, я отряхнула себя от впечатлений и поправила платье. Чудище поступило благородно. Он защитил Юлианну даже от друга.

Неважно из каких побуждений, но это было приятно.

Впервые в кабинет ректора я входила с улыбкой.

Даже перспектива поучаствовать в старомодной интерпретации "Холостяка" больше не казалась такой уж унизительной. Кроме меня, ректора и секретаря Императора, никто не будет знать, что я – шпион под прикрытием.

Наверняка этот белобрысый гад будет плеваться ядом. Не из ревности, конечно, из-за задетого самолюбия. Видали мы таких нарциссов.

Как же так – глупая бывшая нюня-невеста перестала вздыхать по нему и покусилась на самого ПРЫНЦА.

Ооо, наблюдать за этим будет забавно.

Лучше мести, чем закрутить с лучшим другом бывшего, и не придумаешь. Пусть и только формально – на публику. А уж я постараюсь, чтобы он наблюдал за моими мелкими пакостями, истекая собственным ядом, но не имея возможности ничего сделать.

Пока Фердинанд сосредоточенно что-то читал, я стояла, с трудом скрывая улыбку.

Подумала бы, что он не заметил моего присутствия, если бы ректор молча не подвинул к краю стола бумагу, на которой красовалась какая-то круглая брошь.

– И вам доброе утро, господин начальник, – довольно произнесла я, взяла листок с пунктами заданий и присмотрелась к брошке.

Латинские цифры, буквы и ещё какие-то символы. Как пользоваться этой штукой – ума не приложу.

– Я достал из хранилища новую модель. Прикрепите к платью. Если будут проблемы – сразу говорите, – прозвучал холодный голос Фердинанда.

Пока я рассматривала артефакт, ректор смотрел на меня.

Пристально, внимательно – будто пытался заглянуть в голову.

– Спасибо… а как? – протянула ему украшение.

Прикрыв глаза, мужчина устало вздохнул.

– Хм, не знал, что Хитирус в повышенной дозировке влияет на память, – он потер подбородок и поднялся со стула.

– С чего вы взяли, что это был именно Хитирус? – не удержалась от вопроса.

– Потому что в день, когда из лаборатории профессора Нибла пропал запас Хитируса, вышла заметка о помолвке Николаса и Серены. Профессор Нибл ошибочно решил, что это сделали студентки для приворотного зелья. Он ослабляет волю в малых дозах. Тогда, никто не обратил внимания на газету. Когда вы признались – я просто сопоставил факты, – невозмутимо заявил он.

Ох-ох. Кажется, начальник не дурак.

Но в данном вопросе он, можно сказать, сыграл мне на руку. Сам же и ответил на все свои подозрения.

С другой стороны…

Выходит, они знали, что пропала опасная трава, и могли всё предотвратить. Но никто не обратил внимания на состояние девушки и она чуть не погибла.

Чем больше я узнавала Юлианну, тем больше мне становилось ее жаль. Она действительно никому здесь не была нужна.

– Это… – я не знала, что сказать.

Оправдываться? А зачем?

Вздохнув, я опустила голову и уже спустя мгновение ощутила чужое прикосновение.

Ректор стоял рядом; тёплые пальцы мягко легли на мою руку, сжимающую артефакт. Осторожно, будто боясь напугать, он провёл по пальцу. Лёгкое движение, которое почему-то показалось слишком личным, слишком… нежным?

Я вздрогнула и тут же отдернула ладонь.

– Не стоит, леди Юлианна. Не стоит убиваться по тому, кто никогда этого не ценил, – неожиданно мягко сказал чудище.

– Простите? – я моргнула, растерянно глядя на него.

В чёрных глазах всего на миг мелькнуло сочувствие. Настоящее, живое. А потом, будто спохватившись, он отобрал у меня брошь, снова натянув маску холодной статуи.

Неужели бесчувственный монстр не такой уж бесчувственный?

Или я просто слишком хочу в это верить.

Обдумать не успела.

Быстро, четко и кратко мне прочли лекцию о том, как пользоваться артефактом переноса.

Оказалось, он работает как лестница – позволяет “перепрыгивать” между корпусами, этажами и лабораториями.

В общем, везде, где есть лестничный пролёт.

– Попробуйте. Вам нужно в крыло целителей – взять списки тех, кто пострадал во время полевой практики, – сказал Фердинанд, протянув мне штукенцию.

Первый раз было страшно.

Вводя номер корпуса, этаж и факультет, я зажмурилась, но громкое ругательство ректора всё-таки услышала.

Причину, по которой он начал браниться, поняла только когда оказалась в тёмной башне, где вокруг замелькали яркие вспышки.

Тут я раньше не была. И, кажется, попала куда-то, куда совсем не стоило.

***

Винтовая лестница, узкие окошки.

Внизу раскинулся внутренний дворик: аккуратные лавочки, клумбы, сияющие даже днём фонарики-светлячки. Адепты неспешно бродили, а в воздухе звенела магия.

Судя по виду, я оказалась в одной из башен административного корпуса.

Значит, где-то наверху кабинет или спальня кого-то из деканов. Обычно рабочему персоналу вход сюда был запрещен без особого приглашения. Вышло немного неловко.

Но чтобы понять, куда именно я попала и в чём именно ошиблась, стала подниматься выше.

Массивная деревянная дверь, голубая защитная сеть.

Это точно не кабинет, скорее спальня. Хозяина дома не было, значит, внизу – выход в коридор или вход в приёмную.

Оставалась надежда, что удастся незаметно проскользнуть. Ломиться к декану совсем не хотелось.

Да и как я объясню такое появление?

Вряд ли мне так просто поверят, что я ошиблась, и спустят это с рук. По меньшей мере обеспечена двойная нотация от чудища.

Прежде чем спуститься, я решила придумать правдоподобную отговорку, а заодно рассмотреть витиеватый рисунок на дверях.

Странные символы сливались, образуя щит.

Красивый, мерцающий голубым, будто туда засунули пульсирующие светодиоды.

Так и тянуло дотронуться. Почему-то представлялось, что пульсирующая линия на ощупь будет тёплой и мягкой. Я даже поднесла ладонь ближе…

– Не советую, леди Юлианна. Иначе останетесь без руки, – прозвучал вкрадчивый голос у самого уха, и мою руку тут же перехватили, не позволяя коснуться.

Слышать от Фердинанда не рык или ледяной тон, а почти шёпот было непривычно. И ещё непривычно то, с каким любопытством он за мной наблюдал.

– Простите, я ошиблась, но так и не поняла, почему, – посмотрела в чёрные глаза.

Смотреть прямо в глаза, а не снизу вверх, было даже любопытно. Так лицо Фердинанда не казалось таким уж угрюмым, а глаза уже не были пугающими.

Напротив – странно блестели, отражая свет магических огоньков, и неусыпно за мной следили, вспыхивая янтарем.

Ректор всё ещё по привычке пытался забраться в мою голову, и, к счастью, ему это не удалось.

– Это мои апартаменты, Юлианна. И мне очень интересно, как именно вы сюда попали. Комбинацию не знает даже Император, – наигранно спокойно произнёс ректор.

Что ж, умение попадать в передряги – это моя встроенная опция. Теперь нужно выбираться.

– Случайно вышло? – спросила я начальника, но он отрицательно покачал головой.

Вероятно, девушка знала комбинацию. А я ввела её случайно.

В памяти всплыло то, что там было. Но совсем не вовремя.

Как оправдаться?

– Я правда случайно увидела, – прошептала уже более убедительную ложь.

– И запомнили. Зачем? – Фердинанд не стал откидывать такой вариант.

Что ж, объяснить, как узнала получилось. А вот зачем?

Зачем?

Зачем Юлианне координаты спальни Фердинанда?

Думать времени не было, зато утренняя встреча с Николасом подсказала единственный разумно вероятный вариант.

– Простите, я не собиралась. Это было случайно. Тогда я думала… – врала наугад, но, кажется, это работало.

Я запнулась, пытаясь сообразить, как обставить всё так, чтобы это не выглядело очевидным враньем.

В отличие от меня, Фердинанд копался в голове Юлианны и сразу поймёт, начни я сыпать в него фальшивыми рассказами о тайной симпатии.

Вихрь вариантов вертелся на языке, но все они были слишком лживыми. И, кажется, чудище это уловило.

Он сузил глаза и начал подниматься по ступеням, оттесняя меня к двери в свою спальню.

– Думала…? – поторопил он, не давая ни малейшего шанса придумать что-то убедительное.

Кажется, я влипла.

Фердинанд продолжал наступать, а я пятиться, выталкивая невнятное мычание.

Казалось, он вот-вот загонит меня в угол, но дверь за спиной неожиданно приоткрылась, и я шагнула на пушистый ковёр.

Мужская рука обвила талию, не давая пошатнуться. А ректор наклонился, явно намереваясь прошипеть что-то прямо мне в губы.

Именно в этот момент… слова, наконец, прорвались наружу.

– Я думала, что Николас будет ревновать. Если решит, что мы с вами… ну, это… Но после помолвки… – кидалась фразами наотмашь, лишь бы отвлечь.

Лицо Фердинанда исказила ухмылка, и он наконец остановился.

Даже руку убрал и отступил на шаг, перестав смотреть на меня как хищник на добычу.

ХУХ! Кажется, угадала.

– Хм, так вот, значит, к чему была попытка напроситься на поцелуй, – ректор потёр подбородок, вздохнул, мельком осмотрел меня, а затем, столь же безразлично, оглядел комнату.

Что?!

Юлианна правда была такой дурой, что пыталась соблазнить не просто друга бывшего жениха, но еще и своего начальника? Не просто сделать вид, а реально соблазнить?

Вначале я мысленно обругала глупую девчонку, а потом и себя. Я ведь собиралась сделать примерно то же самое. Пусть только видимость… но это не намного умнее.

И только сейчас, когда на лице Фердинанда мелькнуло разочарование, я поняла – план изначально был гиблый.

Начни я виснуть на нем при Николасе – это бы быстро пресекли, а потом, глядишь, ещё и публично высекли.

Ну, по крайней мере, сейчас отчитывать меня не собирались.

– В этот раз я правда перепутала. Но не понимаю, что именно. Я вводила всё так, как вы сказали, – водила пальцем над символами, и взгляд ректора отвлекся от изучения комнаты.

Молча он следил за движением моей руки, а потом остановил её своей.

– Этот символ не используют. В этом ошибка. Вам нужен тот, что рядом, – спокойно объяснил он.

– Спасибо, – искренне выдохнула и попыталась его обойти, но путь тут же преградили. – Я больше не буду. Да и символы вряд ли запомню надолго, – тут же выпалила, поймав на себе пристальный взгляд.

Фердинанд криво улыбнулся.

Ну да, это маловероятно, но я не знала, что ещё сказать, чтобы он меня отпустил.

Находиться в чужой спальне было некомфортно, а отпускать меня, судя по всему, никто не спешил.

Будто я узнала что-то запретное. Настолько личное, что это почти преступление.

Но сказал начальник совсем не это.

– Во время отбора. Вы помогаете мне – а я помогу вам пощекотать ему нервы, – предложил ректор тем же безразличным тоном.

От такой неожиданно опасной щедрости я даже опешила.

– Но вы же друзья?! – напомнила чудищу столь незначительную деталь.

Как-то мало верилось, что ради мести малознакомой девушке он будет рушить отношения с давним другом.

Но Фердинанд имел ответ и на это.

– Это не значит, что я с ним во всём согласен. Ваш роман – несусветная глупость. Помолвка изначально была мезальянсом и была обречена. То, что вы попали ко мне, – ошибка, но он настоял. Николасу пора осознать, что поступки имеют последствия. Считайте это и моей маленькой расплатой за то, что столько времени я вынужден с вами возиться, – невозмутимо объяснил он.

Конечно. Его расплата с другом за то, что тот подсунул ему в помощницы свою любовницу.

Благодарность к чудищу мигом улетучилась. А внутри все заныло, отозвалось тем самым щемящим ощущением, когда тебя вроде бы не обидели напрямую, но стало обидно.

Я молча кивнула, прикусив губу, и, затолкав внезапно подступающие слёзы, протянула артефакт.

– Вот эти символы, – указала пальцем на набор знаков. – Верно? – шепотом спросила.

Фердинанд кивнул, прищурился, но молча отступил от двери.

Всего на мгновение мне показалось, что он не такой уж монстр.

Что за ледяной оболочкой есть кто-то настоящий.

Но нет.

Всего лишь показалось.