Текст книги "Ассистентка. Женить ректора (СИ)"

Автор книги: Сандра Хартли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 31 страниц)

– Ты совсем обезумела, ведьма! – сонно прорычал Фердинанд, убирая мои руки со своих плеч.

Сев, он осмотрел меня, устроившуюся сверху, поймал руки, которыми я пыталась вцепиться в него, и уже хотел выдать что-то язвительное.

Хотел – но проследил за моим взглядом и резким рывком прижал к себе.

Так шустро Фердинанд не вставал даже утром. Я сама не заметила, как оказалась за его спиной и вжата в дверь.

Артефакты вспыхнули, освещая картину ужаса, на котором я спала. Кровать оплела чёрная субстанция – нечто среднее между каракатицей и чернильной кляксой.

Но рассмотреть странное существо толком не вышло. Реакция у чудища оказалась отменная. В одно мгновение на его руке вспыхнула магия, и кровать завизжала.

– Не дергайся, отвлекаешь, – строго сказал он, задвигая меня за спину и закрывая весь обзор.

Дальше я слышала только визг, треск дерева и ругательства.

Битва “чудище против кровати” была недолгой и закончилась в пользу хозяина башни.

Фердинанд шумно выдохнул и перестал вжимать меня в дверь.

– Проклятые ведьмы, даже в лаборатории порядок не навели, прежде чем сбежать, – рыкнул он, развернулся и механически погладил меня по голове.

Правда, длилась эта забота недолго. Очень скоро принц-ректор вспомнил, кто именно стоит перед ним, и отступил.

– Что это было? – задала вопрос, прежде чем принц одумался и начал рычать своё обычное “ВЕДЬМА”.

Фердинанд ответил не сразу, ехидно улыбнулся и направился к окну.

– Это паразит. Та самая причина, по которой мои предки создали факультет ведьмовства и позволили этим существам тут учиться. Паразиты обитают в лесах по всей Империи и питаются магией. Особенно по вкусу им пришлись ведьмы, и только ведьмы способны их уничтожить, – всё же объяснил он.

Я нахмурилась, скрестив руки на груди.

– Не вижу связи. Если они едят магию ведьм, при чём тут маги?

Улыбка принца стала шире. Он чуть склонил голову, и в отблеске артефактов его глаза хищно блеснули.

– Я сказал, что они предпочитают ведьм, – протянул он, нарочно делая паузу. – В остальном... паразиты поглощают любую магию и магами тоже не брезгуют. Благодаря тому, что в Академии было много лакомств, они сползались сюда даже из-за реки. Ведьмам – учеба и практические занятия, а во дворце – спокойствие, – заключил почти торжественно, словно речь шла о великом достижении его рода.

Да уж, прямо вершина императорской щедрости. Кости со стола в обмен на охрану.

От слов чудища стало неприятно, будто я случайно отпила воду с привкусом железа. Но я быстро подавила это чувство. Это не мой мир, и я точно не в том положении, чтобы “бороться за равные права и справедливость”.

– Но теперь ведьмы ушли. Что станет с паразитами? – уточнила я, прогоняя горечь и делая вид, что вопрос задан скорее из праздного любопытства.

Фердинанд потер переносицу.

Кажется, о такой “мелочи”, как монстры, жрущие магию, наш ректор совсем забыл. А лес вокруг дворца и Академии был немаленьким.

Сколько там ещё голодных луж?

– Нужно предупредить Фредерика, – подтвердил мои догадки принц.

Да уж, вот сюрприз для Императора так сюрприз.

Вредная ведьма внутри меня ликовала, что этим напыщенным магам скоро будет очень весело. А голос разума тихо напомнил: ведьмы-то ушли не все. Одна, если верить прозвищам ректора, осталась – Я.

Глава 42. Соглашение

Пока Фердинанд что-то шептал странному артефакту на книжном шкафу, я подошла к окну.

– Хорошо, что эта лужа не как муравьи. А то послала бы собратьям сигнал: десерт в башне у ректора – и стала бы я закуской оголодавших паразитов, – тихо выдохнула я, а за спиной что-то громко упало.

Кажется, это был артефакт, которым Фердинанд замыкал контур, оставляя меня в комнате. Теперь металлическая штука валялась у него под ногами, а сам мужчина побледнел сильнее, чем стены его дворцовой спальни.

– Они же не живут колониями, правда? Когда один разведчик – это часть коллективного разума? – на всякий случай уточнила я.

Ректор не ответил, лишь шагнул ко мне и протянул руку.

– Отойди от окна, – слишком тихо сказал он.

Судя по тому, что меня не назвали ведьмой, паразиты всё же жили колониями. А ещё, похоже, та лужа, что уползла, собиралась рассказать остальным о последней беспомощной закуске.

Медленно я подошла к Фердинанду и тут же оказалась за его спиной.

– Завтра мы прогуляемся на этаж ведьм. Наверняка там остались книги. Если хочешь жить, придётся немного поупражняться с силой, – сказал он, прижав меня к шкафу.

– Я-то не против, но ты сам запретил, – напомнила я чудищу его же слова.

Он ведь сам сказал: никакой магии в комнате, и припугнул защитным контуром.

“Нервный он сегодня, однако,” – отметила я и только спустя полчаса поняла, что это было не зря.

Первая лужица заползла лениво и тут же улетела от прилетевшего сгустка Фердинанда, но сразу за ней вползла вторая.

– А как же барьер? – спросила я, глядя, как черные пятна одно за другим вползают в комнату.

– Они его сожрали, – рыкнул маг, вжимая меня в шкаф.

Когда лужицы начали проникать бесконечной чередой, Фердинанд ощутимо напрягся.

Его рука крепче прижала меня к шкафу, словно я не обуза, а то, что обязательно нужно защитить. Он держал меня так, что между нами не оставалось ни щели, заслоняя собой весь обзор и вставая живым щитом.

– Может, сбежать? – всё же рискнула спросить, бросив взгляд на дверь.

Да, до выхода пришлось бы пробиваться с боем, но это лучше, чем быть съеденными в углу у шкафа.

Чудище громко фыркнуло:

– И привести их куда? Во дворец? Или сразу в город, где куча беззащитных магов? Ведьмы в Академии защищали не только Императора, но и весь Леворн, – уточнил он “незначительную” деталь, продолжая удерживать меня за спиной.

Теперь бегство Моники обретало совсем другой окрас. Как и исчезновение остальных ведьм. Они сознательно оставили Леворн на растерзание паразитам.

Это походило не на бегство, а на месть.

Магия чудища мелькала возле окна, но он явно не справлялся. Паразиты всё приползали, становились крупнее, а его ладонь, не отпуская, всё крепче упиралась в мою руку, словно проверяя: здесь ли я ещё, не позволяя ускользнуть.

– Тьма тебе в зад, – выругался Фердинанд, откинув очередную лужу, которая каким-то образом ухитрилась доползти прямо к моим ногам.

Да уж, оголодавшие паразиты то и дело пытались обползти мага и добраться до вкусняшки, но злое чудище не позволяло.

Я явно была ценной ведьмой, раз меня так тщательно защищали. И хотелось бы верить, что это отголоски заботы или нечто большее, чем расчет и выгода.

Однако я не была настолько наивна.

Или недостаточно глупа, чтобы верить в сказки.

Одно было очевидно: недруги росли как на дрожжах. К двери уже так просто не пройти, кровать они облепили, словно пиявки, да и в окно пробирались всё тяжелее.

Ректор рычал, отбрасывал их и, похоже, всё больше злился.

– Кажется, я стану закуской, – прокомментировала я ещё несколько грозных ругательств.

– Если продержимся до рассвета, то выживем, – не стал отрицать он очевидное.

Скользнув взглядом по подобию старинных часов, я поняла: такими темпами до утра мы не дотянем.

Едва за полночь, до рассвета ещё пять или шесть часов. Успеют съесть не только нас, но и доползти до города, чтобы полакомиться магами там. И сделать это, пока те самые маги спят и не подозревают о “сюрпризе”, будет куда проще.

Как бы я ни любила Монику, но жителям города зла не желала. Видимо, всё-таки я неправильная ведьма.

– Может они боятся огня или воды или соли. Должны же они чего то боятся, кроме ведьм, – спросила поднимая ногу к которой тянулось черное щупальцо.

На какое-то время Фердинанд перестал рычать ругательства и всерьёз задумался.

Похоже, они так привыкли, что с паразитами справлялись жалкие ведьмы, что даже не пытались делать это сами. Или хотя бы выяснить их слабости на подобный случай.

Разочарованный выдох принца подтвердил мои опасения.

Если кто-то и знал слабости паразитов, то это были ведьмы. Но ведьм здесь больше не было.

Одна полукровка не в счёт. Чёрную лужу высушить – это вам не росточек о помощи попросить. Тут без обучения никак, иначе и факультета бы не существовало.

– Кроме солнечного камня, я ничего не знаю. До договора с ведьмами на каждой из башен был установлен артефакт солнечного камня. Они отпугивали и уничтожали паразитов. Потом этим занимались ведьмы, а артефакты убрали в хранилище. Успеет Фредерик достать и передать его или нет – большой вопрос, – не стал лукавить Фердинанд.

– Что ж, ты всегда можешь оставить им меня. Пока они сожрут вкусняшку, успеешь сбежать, – прошептала я за спиной, и магия Фердинанда заревела ещё сильнее.

К нашему общему сожалению, помогло это ненадолго.

Большая часть комнаты стала черной, как смола, и в окно лужи уже не вылетали.

Теперь магия ректора лишь создавала барьер, который временно замедлял их продвижение.

А ещё до меня наконец дошло, что росли монстры не просто так.

– Фер, если они поглощают магию, разве то, что ты делаешь, не подогревает им аппетит? – тихо спросила я.

Фердинанд хмыкнул:

– Если ты желаешь покормить их собой, я могу остановиться. Так я, по крайней мере, выиграю время и не дам им расползтись по Академии.

Время выигрывать пришлось ровно до того момента, как твари добрались до кресла.

В тот самый миг, когда паразиты подобрались к нам вплотную, дверь внезапно распахнулась, и комнату залил яркий свет.

Я даже не успела понять, что происходит.

Фердинанд, отбивавшийся от расплывшихся пиявок, резко развернулся, прижал меня к шкафу и ладонью закрыл глаза. Я слышала только треск, а потом его рука отпала, перестав вжимать мою голову в ректорскую грудь, и я встретилась с темными глазами.

Как для той, кого он собирается казнить, уж слишком яростно меня защищали, прикрывая собой.

Это было странно, но я не жаловалась.

Прислонилась затылком к шкафу, тихо сопела, стараясь игнорировать близость Фердинанда. Он же не спешил отпускать, будто нарочно тянул паузу. Смотрел на меня своими тёмными глазами – пристально, прожигающе, словно хотел заглянуть в душу и всё там вывернуть наизнанку.

Мы недолго сверлили друг друга взглядами. В воздухе закружился чёрный пепел, оседая на волосы и плечи, и ректор наконец со вздохом отступил.

Он что, всё это время не дышал?

Спросить у чудища, что происходит, я не успела.

– Успел, – раздался облегченный выдох со стороны двери. – Простите, Ваше Высочество. В хранилище заело охранный артефакт, – прозвучал запыхавшийся голос лорда Трейса.

Сильвен стоял в дверях с камнем в руке и с явным облегчением рассматривал меня и угрюмого принца. Точнее, он слишком пристально осматривал меня.

То ли бывший распорядитель был не в курсе, что я больше не в почете у ректора, то ли его это мало заботило.

Или, что куда вероятнее, он ещё не успел проснуться.

Всегда собранный и безупречно строгий лорд явился в костюме, больше похожем на полосатую пижаму, да ещё и с колпаком на голове. Вид у него был такой, словно он случайно перепутал хранилище артефактов с маскарадом.

Убедившись, что с нами всё в порядке, дрожащей рукой он протянул принцу какой-то странный прибор.

Кажется, это и был тот самый солнечный артефакт. Который, впрочем, рассмотреть мне не позволили.

Фердинанд проигнорировал Сильвена, заслонил мне обзор, окинул взглядом пространство, а потом просканировал комнату.

– Сиди тут, – рыкнули мне, направляясь к выходу.

Дверь громко хлопнула, а я рухнула в кресло, покрытое чёрным пеплом.

***

Впервые за всё время нашего знакомства я выполнила команду чудища точно и без малейшего промедления.

Забралась с ногами на кресло и боялась пошевелиться. Если еще одна лужа заползёт, пока он не вернется, – мне конец.

Время тянулось бесконечно, а потом на лестнице зазвучали тяжелые шаги. Впервые за последние недели я была рада видеть Фердинанда.

– В Академии чисто. Я установил камень. До утра можно отдохнуть, – сухо сказал он, скинул рубашку и замер у кресла.

– А если он разрядится? – задала вопрос, не спеша прыгать от радости.

После всего увиденного спать больше не хотелось.

– Солнечный артефакт? – удивлённо вскинул брови принц, а потом прочитал всё по моему лицу и обреченно вздохнул.

Он не любил объяснять очевидные вещи. Но, к сожалению для ленивого чудища, мне больше не нужно было скрываться, а потому я не стеснялась задавать вопросы.

Книг-то он мне толком не давал. Хотя я просила. Хотя бы магическую базу.

Теперь пусть сам рассказывает.

Учитель из Фердинанда вышел не очень.

– Эти камни не разряжаются, – буркнул он и плюхнулся на свою лежанку.

– А что будет, если лужица всё же съест мою магию? – задала другой вопрос.

Фердинанд обреченно вздохнул.

– Ты станешь обычным безмагом, – не слишком охотно пробурчал.

Какое-то время я соображала, что ещё нужно спросить. А потом в голове созрел вполне обоснованный и логичный вопрос.

– То есть они не убивают, а всего лишь забирают магию? – решила уточнить.

Фердинанд фыркнул.

– Всего лишь? – он даже глаза открыл и посмотрел на меня как на пришельца.

Собственно, кем я тут и была. Но чудище об этом забыл. А потому ждал, что я оценю его показательно громкий фырк.

Я не оценила. Он фыркнул ещё громче, но всё-таки объяснил:

– Маг без магии – как маг без руки. Он чаще болеет, быстрее стареет и не способен даже сам себя прокормить. Никому на службе не нужен неполноценный работник, – сухо перечислял ректор.

Ничего смертельного я так и не услышала.

Ну, неполноценный работник. Но я-то и так магией не пользовалась. И сколько уже тут протянула, даже ассистенткой чудища работала. Должна заметить – весьма успешно.

Идея пришла в голову спонтанно, и я решила сразу уточнить:

– Если бы я не была захватчицей, и лужа съела мою магию… Тогда меня бы не за что было казнить? Верно? Ведь от ведьм во мне только сила, которой больше не будет. А так я ничем не отличаюсь от других, – тихо рассуждала вслух.

Кажется, увлеклась. Цепляясь за призрачный шанс выжить, даже не заметила, как разбудила хищника.

Фердинанд поднялся, сел, прожигая меня взглядом, и даже рубашку накинул.

– Для любой ведьмы потеря ее силы хуже, чем пытки и казнь. Ни одна не согласится отдать силу добровольно, – грозно прорычал он.

Пусть рычит, я уже привыкла. А вот к мысли о том, что меня казнят, как-то не очень.

Ощутив слабую лазейку, я игнорировала строгого менталиста и пыталась понять, можно ли ухватиться за эту идею.

– А от силы можно добровольно отказаться? – тут же задала вопрос.

Лучик надежды, слабый и тонкий, как паутинка, но впервые за последнее время он появился. Был прямо передо мной. Да я им всю силу отдам, если это поможет.

Фердинанд как-то опасно притих, потом медленно поднялся и так же по-кошачьи подошёл ко мне.

– Ты хочешь предложить скрыть то, что ты захватчица, в обмен на помощь с ведьмами и магию? – предположил он.

Голос тихий, и взгляд такой, будто он ждал подвоха. Но подвоха не было. Почти.

– Лучше сразу помилование, учитывая особые обстоятельства. Ведь это Юлианна захватила моё тело, а меня насильно поместили сюда. Мы узнаем, где Моника взяла заклинание, потом словим лужу, она заберёт магию – и я покину империю. Без магии я не ведьма, и меня пустят в Северную Лисандию, – подтвердила свой план.

Скрывать смысла не было. Без его помощи мне всё равно не обойтись.

Несколько минут Фердинанд сверлил меня взглядом, будто не веря услышанному. Затем медленно подошёл, оперся ладонями о кресло, нависая так близко, что я вжалась в спинку и застыла.

Не знаю, наверное, мне должно было быть страшно, но страх вытеснила слабая надежда. Я смотрела в черные злые глаза, хлопала ресницами и ждала решения чудища.

Он не спешил: прожигал взглядом, изучал каждую черточку, искал что-то в моих глазах и тяжело дышал.

– Ты понимаешь, что отказаться от магии – это отказаться от своей сути, от своей души ради того, чтобы жить пустой оболочкой? – наконец зашипел он прямо мне в лицо. – Ни одна, даже самая глупая и жалкая ведьма, не пойдет на подобное, – уверенно заявил.

И снова чудище забыл, что я не ведьма. Может, что-то во мне есть – отголоски, тень, спрятанная где-то глубоко. Но это не я. По крайней мере, не настоящая я.

– Ты снова забыл, что я не ведьма, Фердинанд. Я просто хочу жить. Если для этого нужно отдать то, что и так никогда не было моим, я только за, – прошептала ему в лицо.

В глазах ректора мелькнуло удивление, а потом он как-то странно улыбнулся.

– То есть если я добьюсь у Фредерика помилования, ты отдашь магию, а потом поможешь узнать, где ведьмы скрывают заклятие? Не станешь просить у них защиты? Даже не попытаешься сбежать? – перечислял он условия, шагая по комнате.

– Да, но мне нужны письменные гарантии, что вы меня отпустите и помилуете, – предложила свои условия.

Фердинанд прищурился, а потом о чём-то задумался.

– Что ж, тогда с магией тянуть не будем. У меня есть связующий артефакт. Он заблокирует её, пока ты не узнаешь у ведьм, где заклинание, – спустя минуту сказал он.

Взгляд ректора стал странным, настороженным, почти опасным.

Он ждал подвоха, готовился, что вот-вот я выдам себя, попытаюсь сбежать или выкинуть ещё что-нибудь.

Наблюдая за мной как за опасным хищником, Фердинанд шагнул к шкафу, открыл ящик и достал круглую штуковину.

– Вот. Ты больше не сможешь пользоваться силой. Почти безмаг, но без обрезанных каналов. Готова? – холодно сказал он, протянув мне шар.

Глава 43. Финальное Испытание

Шар мне протягивали с таким видом, будто пузырек с ядом. Или пистолет с одной пулей в барабане.

Но терять-то особо нечего.

Пожав плечами и игнорируя хищный взгляд Фердинанда, я встала, подошла ближе и осмотрела артефакт. Чем-то похожий на шар для проверки невинности, ничего опасного.

Разве что если из него иголки выползут.

– Соглашение? – спросила я, прежде чем коснуться белой поверхности.

Принц нервно улыбнулся.

– Сразу после, – кивнул он на артефакт в руке.

Ох, не нравился мне его вид: нервничает, будто сам задумал какую-то пакость. Или ждет подвоха от меня?

Но деваться было некуда.

Торговаться и спорить – бессмысленно. Нужно выжить, а значит придется играть по его правилам.

Коснувшись ладонью гладкой поверхности, я наблюдала, как внутри клубится дым, переливаясь радугой.

Как ни странно, это было совсем не больно, и никаких изменений я не ощутила. Только холодное стекло под ладонью и мурашки от строгого взгляда ректора.

Целую вечность шар будто думал, пытаясь определиться с цветом, а потом загорелся ярко-зелёным.

Секунда, две – Фердинанд шумно выдохнул и снял мою руку с артефакта. Как только сфера позеленела, напряжение ушло. На его лице снова застыла маска невозмутимого чудища.

– И это всё? Что это значит? – озадаченно спросила я, глядя на подозрительно спокойного мужчину.

– Что ты не беременна, – невозмутимо ответил он, убирая артефакт.

От такого ответа у меня буквально пропал дар речи. Это было не то что неожиданно – это было шоком.

А я что могла?

Нет, ну теоретически – в ту самую единственную ночь… Я, конечно, знала, как делают детей, но почему-то совершенно об этом не подумала. Ни до, ни в процессе, ни после. Была слишком занята тем, чтобы выжить.

Закономерный вопрос о странной проверке задать не успела.

Фердинанд положил шарик на полку, потом подошёл вплотную и, как бывало раньше, притянул меня в объятия.

От такого мой шок испытал ещё больший шок.

Это что вообще происходит?

– Я знаю, что пожалею об этом, но пока не стану связывать твою силу, Юли, – тихо сказал он, проводя пальцем по моей щеке.

– Зачем проверка? Я… что, могла быть?.. – вырвался у меня тот самый вопрос, который крутился внутри.

Фердинанд улыбнулся и отрицательно покачал головой.

– Нет, сладкая. Для этого я принял меры заранее, – указал на своё кольцо. – Просто ни одна ведьма не знает, как на самом деле выглядит связующий артефакт, поэтому я взял то, что было ближе всего, – пожал плечами, поглаживая меня по голове.

“Ближе всего”, “Сладкая”, – эхом прозвенело в моей голове.

Происходило что-то странное: взгляд ректора, его голос, в котором больше не было злости и презрения.

Он гладил меня по волосам, потом по спине и смотрел почти так же, как раньше, до признания в лабиринте.

– Что происходит? – спросила я мужчину, который больше не спешил называть меня ведьмой, отстранять или рычать.

“Это какая-то новая игра!” – эхом звенело в голове.

– Ты прошла испытание, – огорошил меня Фердинанд.

Главное произнес это все с улыбкой, даже моего лба коснулся губами.

От одного только слова “испытание” меня передернуло.

– Отбор окончен, – напомнила я.

– Но у меня всё ещё нет жены, а значит, игра продолжается, – тут же возразил принц.

Слабое объяснение, но на какое-то время я его приняла и даже почти расслабилась.

Прижалась к груди чудища, прикрыла глаза и позволила себе забыться в этом мнимом покое. Знакомая рука скользила по спине, будто убаюкивая, горячее дыхание Фердинанда шевелило волосы на макушке, и по коже пробегали предательские мурашки.

Я выдохнула, чувствуя, как усталость наваливается каменной плитой, и долгожданный сон уже тянется к сознанию.

Но иллюзия не продлилась долго.

Едва в голове уложились сказанные принцем слова, мнимое спокойствие разлетелось вдребезги, сменившись обжигающей яростью.

Я рывком отстранилась.

– Ты что, всё это время играл со мной в испытание?! Все эти разговоры про казнь? Эта комната-тюрьма, горничные, что менялись как караул… С самого начала ты не собирался отдавать меня Илариону? Всё это была дурацкая проверка?! – почти визжала я, цепляясь ногтями в его руку.

Подлец устало улыбнулся.

– – Прости, но мы должны были убедиться, на что ты способна и насколько опасна. Я не могу полноценно залезть к тебе в голову, не навредив, поэтому мы с Фредериком придумали испытание. Нужно было проверить, не подчиняет ли растущая магия твоё сознание, – невозмутимо пояснил он.

Внутри зазвенела холодная ярость.

– Проверил? – злобно спросила я, чувствуя, как руки чешутся залепить ему звонкую пощёчину.

– Проверили, – подтвердил Фердинанд. – Никакая ведьма не позволила бы связать свою силу и уж тем более сама бы не предложила от неё отказаться. Соблазнила, околдовала, кинула бы меня на растерзание паразитам и сбежала. Но точно не предложила бы отдать магию. Это всё ещё ты, моя Юли, – последнее слово он почти выдохнул.

Даже потянулся к лицу, словно собирался поцеловать.

Серьёзно?

Он что, ждёт, что я зарыдаю от радости и кину́сь на шею?

Ярость бурлила внутри, а усталость заставила страх и инстинкт самосохранения отступить.

– Ах ты гад! – всё, что смогла выдавить в ответ, и всё же попыталась зарядить этому наглому ректору в нос.

Руку поймали, меня развернули, а шеи коснулись горячие губы.

– Даже спорить не буду, сладкая. Гад – каких поискать. Но я готов всё компенсировать. Прости, я пытался не переборщить, но когда ты применила магию в лабиринте, почти поверил, что окончательно тебя потерял, – хрипло произнёс Фердинанд.

– Я и до той ночи умела с ним договориться. Он хорошо понимает слова “секатор” и “садовая мебель”. А вот чем пугать принца – нужно ещё подумать, – рычала я, вырываясь.

Вместо того чтобы отпустить, Фердинанд подхватил меня на руки и унес в сторону кровати.

Ректор кинул в воздух шар и произнёс заклинание, а спустя мгновение в комнате исчезла вся пыль, и на кровати оказались свежие простыни.

И именно на эти простыни меня опустили с видом благородного принца.

Что ж, я отомщу.

Пусть я полу-ведьма, но отомщу как настоящая. Только вот помилование своё всё же получу в письменном виде. А потом обязательно отомщу этому напыщенному гаду.

Пока я планировала планировать месть, Фердинанд стянул рубашку и взялся за штаны.

От такой наглости я даже отвлеклась от своих злобных фантазий на тему того, как наслать проклятие вечного поноса на брата Императора и не угодить на виселицу.

– Даже не думай! – шикнула я, указывая на лежанку.

Принц проследил за рукой и нахмурился.

– Это ты даже не думай. После того как тебя чуть не сожрали прямо в нашей постели, я буду спать только тут, – безапелляционно заявил Фердинанд. – Камень защищает от паразитов. Но остальная защита уничтожена, и в комнату может пробраться кто угодно, – строго добавил он, сложив руки на груди.

Судя по тону, спорить было бесполезно. Это не просто прихоть – он говорил серьезно.

Я всё ещё оставалась гордой, но не глупой, а потому укуталась в одеяло и демонстративно повернулась к мужчине спиной.

– Спи, Юли. Как только я наведу порядок в лабораториях, нам предстоит прогулка во дворец, – прошептал он мне в волосы.

Вот после такого спать совершенно расхотелось. Но и поворачиваться я не стала.

Нужно дождаться утра и посмотреть, что будет, а уже потом решать, как себя вести и что делать дальше. Вздохнув, я закрыла глаза и приготовилась к долгим мучительным засыпаниям.

Вышло совсем иначе. Горячая рука обвилась вокруг талии, и я вздрогнула.

– Раз уж упрямство не позволяет тебе пользоваться кулоном, я помогу уснуть, – прошептали в волосы, прижимая к горячей груди.

Голова велела оттолкнуть наглого мужчину, но я слишком устала. Только оказавшись в его объятиях, поняла, насколько вымоталась. Вся эта бравада сарказма и самоуверенности слетели, и внутри осталась напуганная девочка.

Напуганная маленькая Юля, которой хотелось, чтобы вот так кто-то сильный прижал её к своей мощной груди и заставил поверить, что всё будет хорошо.

– Если ты снова играешь со мной, я точно стану ведьмой и нашлю на тебя какое-нибудь страшное проклятие, – пообещала я Фердинанду, прижимаясь к нему крепче и кутаясь в одеяло.

В ответ прозвучал хриплый смех, а волос коснулись горячие губы.

– На менталисте проклятия не работают, сладкая. Хочешь отомстить – придётся стать моей женой, чтобы мелко пакостить каждый день, пока не надоест, – прошептал он.

Если это было предложение, то я эльф в кепке.

Проигнорировав намек на будущую свадьбу, я устроилась удобнее.

– Мг, отомщу обязательно, даже не сомневайся, – выдала слабую угрозу и закрыла глаза.

Тепло его груди обволакивало, дыхание обжигало макушку, и вместе с ритмичными ударами сердца, дарило странное ощущение безопасности. Может оно было мимолетным или я слишком хотела верить что наконец весь этот кошмар закончился, но это сработало и сознание медленно уплыло в темноту.