Текст книги "Поместье для Вдовы, или Это моя дочь, Дракон! (СИ)"

Автор книги: Рика Лав

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 45 страниц)

Но я не мог отступить.

Не хотел.

Потому что – драконорожденнаый никогда не отступится от своей… истинной.

Глава 47
Просьба о помощи

Кайлас

Моя ладонь покоилась на изгибе ее поясницы, и жар от этого простого касания разливался по всему моему телу, будто я прикоснулся не к женщине, а к раскаленному металлу, только что вынутому из горна.

Я уже осознал это. Принял и больше не было сомнений или попыток отрицать очевидное. Драконорожденный встречает свою истинную пару раз в жизни, если вообще встречает. Я нашел свою. И теперь каждая клетка моего тела настаивала на одном – сделать ее моей по-настоящему.

Микэль смотрела на меня снизу вверх, в ее глазах читался целый водоворот эмоций. Страх, удивление, смущение и… интерес.

Да, определенно интерес.

Ее зрачки расширились, губы чуть приоткрылись, дыхание участилось. Она чувствовала это притяжение между нами. Возможно, не понимала его природу, не осознавала масштаб, но чувствовала.

Я знал, что должен отпустить ее. Должен отступить, дать ей пространство. Но не мог. Просто физически не мог заставить свои пальцы разжаться.

Мы стояли излишне близко для приличий, слишком откровенно для встречи наедине. Воздух между нами искрил чем-то невидимым, но ощутимым. Словно сама магия Дарлака признавала эту связь и благословляла ее.

– Я… – Микэль запнулась. – Простите, я…

Она встряхнула головой, словно очнулась из транса, и резко отшатнулась назад. Моя рука упала с поясницы, я заставил себя отпустить ее.

Баронесса сделала шаг назад, потом еще один, хотела восстановить дистанцию между нами. Но не рассчитала – край ковра зацепился за носок ее туфли. Она взмахнула руками, тщетно пытаясь удержать равновесие.

Я поймал ее, обхватывая одной рукой за спину, другой подхватывая под колени. Микэль вскрикнула, её руки обхватили мою шею, пальцы вцепились в воротник рубашки.

И вот она в моих руках.

Ее губы были в каких-то сантиметрах от моих, чуть приоткрытые. Я опустил взгляд на них – такие полные и мягкие, естественно розовые. Представил, каковы они на вкус. Как они отзовутся на мой поцелуй. Как она застонет, если я…

Держи себя в руках!

Заррак заурчал одобрительно где-то в глубине сознания, явно довольный тем, что я держу свою женщину так близко. Юный дракон вел себя как младший брат, который радуется успехам старшего, подбадривая и подталкивая вперед.

Сердце Микэль билось неистово, я чувствовал его через наши прижатые друг к другу тела. Или это мое сердце так стучало?

Уже не разобрать.

– Я… просто… не… – она бормотала что-то невнятное, явно в шоке от близости. От того, как я на нее смотрю. Щеки ее полыхали румянцем – яркие, красные пятна, спускающиеся к шее. Я проследил взглядом за этим румянцем, отмечая, что он исчезает под воротником платья, и мне отчаянно захотелось узнать, докуда именно он доходит…

– Вы в порядке? – спросил, заставляя себя сосредоточиться на ее лице, а не на том, как идеально она вписывается в мои руки.

Микэль кивнула, не сводя с меня широко распахнутых глаз.

– Да… да, я… можете… можете меня опустить?

Не хотелось. Очень не хотелось. Я мог бы так стоять вечно. Но я заставил себя и нехотя опустил ее на ноги.

Она отступила на один шаг, на два, все еще держась за мою рубашку, словно боялась снова потерять равновесие. Её руки дрожали, когда леди наконец разжала пальцы и прижала ладони к груди.

– Простите, – выдохнула она, отводя взгляд. – Я просто… устала, наверное. Не заметила…

– Ничего страшного, – я прочистил горло. – Вам действительно нужно отдохнуть. Вы весь день на ногах.

– Нет, – Микэль резко подняла голову, решимость в глазах перекрыла смущение. – Нет, мне нужно… мне нужно поговорить с вами. Пока я не передумала.

Она развернулась, отходя еще дальше, направилась к окну. Остановилась у подоконника, положила на него обе ладони, глядя в темноту ночи за стеклом. Свечи отражались в окне, создавая призрачный ореол вокруг ее силуэта.

Я остался на месте, давая ей нужное пространство. Но не мог оторвать взгляда. Микэль стояла, освещенная мягким светом, хрупкая фигура в простом платье, без корсета, без украшений. Волосы начали выбиваться из хвоста, обрамляя лицо темными прядями. Линия ее шеи, плеч, талии – все это притягивало взгляд, заставляло представлять, каково было бы провести пальцами по этим изгибам, почувствовать ее кожу без барьера ткани…

Я сжал кулаки, заставляя мысли вернуться в приличное русло.

Молчание затягивалось. Баронесса собиралась с духом, формулировала слова. А я ждал, зная, что сейчас прозвучит настоящая причина моего присутствия здесь. Собрание было лишь предлогом или, возможно, прелюдией. Но точно не главным поводом.

Наконец она глубоко вздохнула, выпустила воздух и повернулась ко мне. Лицо ее стало серьезным.

– Генерал… – начала она, но я перебил, не дав договорить.

– Зовите меня по имени.

Слова вырвались раньше, чем я успел обдумать их. Но я не пожалел. Хотел слышать свое имя из ее уст. Не титул, не формальность, а имя.

Микэль моргнула, застигнутая врасплох.

– Что?

– Кайлас, – повторил я, делая шаг в ее сторону, сокращая расстояние наполовину. – Меня зовут Кайлас. Если мы собираемся работать вместе, как вы предлагаете, незачем держаться за излишние формальности. Они только мешают.

Я видел сомнение в ее глазах. Это было фамильярно для аристократки и генерала армии. Но потом она кивнула.

– Хорошо… Кайлас.

Имя прозвучало несмело, с легким акцентом, который делал его еще более привлекательным. Словно она пробовала его на вкус, проверяла, как оно ощущается на языке. Удовлетворение разлилось в груди, Заррак одобрительно заурчал в ответ, разделяя мое удовольствие.

– Кайлас, – повторила Микэль, будто убеждаясь, что правильно запомнила. – Мне нужна ваша помощь.

Я позволил себе легкую усмешку и направился к столу. Развернулся, прислонившись к нему бедрами и скрестив руки на груди. Поза была расслабленной, почти небрежной, но на самом деле это помогало удержать себя на месте, не подойти к ней снова, не сократить дистанцию до нуля.

– Вы уже получили мою помощь на собрании, – заметил я спокойно, не сводя с нее взгляда. – Но полагаю, вы хотите… большего?

Микэль качнула головой, подтверждая мою догадку. Она снова повернулась к окну на мгновение, словно легче говорить, не встречаясь со мной взглядом, но потом развернулась обратно. Леди уперла руки в бока, жест, который заставил платье натянуться на груди, подчеркивая изгибы, которые я изо всех сил пытался не замечать.

Безуспешно.

– Во-первых, – произнесла она четко, глядя мне прямо в глаза. – Вашим войскам и моему поместью придется долго сосуществовать на одной территории. Я предпочла бы работать вместе, а не игнорировать вас. И уж точно не против друг друга.

Разумно. Удивительно разумно для женщины, которая день назад едва не бросилась в огонь за чужих детей. Кивнул, показывая, что внимательно слушаю.

– Поэтому хочу спросить напрямую, – продолжила Микэль с тревогой. – Как долго вы здесь пробудете? Ваш лагерь, ваши люди… это временное размещение или…?

Хороший вопрос. Очень хороший. Жаль, что у меня не было однозначного ответа.

– Как и говорил, официально мы здесь по договору о взаимной защите, – начал я, осторожно выбирая слова. – Дарлак и ваше королевство подписали соглашение. Мародеры не признают границ, поэтому логично объединить усилия в борьбе с ними.

Это была правда. Частичная правда, но все же правда.

– Но это не все, – проницательно заметила леди, прищуриваясь. – Вы бы не держали здесь целый отряд драконорожденных просто ради мародеров. Их можно поручить обычным пограничникам.

Умная. Слишком умная для собственного блага. Но… я внезапно понял, что мне нравятся умный женщины. Вернее, конкретно эта умная женщина. Остановился у камина, провел рукой по каминной полке, размышляя, сколько могу ей рассказать.

– Есть… дополнительные задачи, – признался я уклончиво. – Но они касаются внутренних дел Дарлака и не представляют угрозы для вашего поместья. Все, что вам нужно знать – мы здесь на неопределенный срок. Это может затянуться на недели, на месяцы. Возможно, дольше.

Гораздо дольше, добавил я мысленно. Безумный князь, мой собственный дядя, все еще скрывался где-то в этих землях или за их пределами, плетя интриги и сея хаос чужими руками. Пока он не схвачен или не мертв, мой брат Эрик, князь Дарлака, не может спать спокойно. И я не могу вернуться домой.

Микэль обдумывала мои слова, ее взгляд стал отстраненным, будто она просчитывала что-то в уме.

– Месяцы, – повторила она тихо. – Значит, вы задержитесь здесь минимум до весны.

– Вероятно, – подтвердил, наблюдая за ее реакцией.

К моему удивлению, в ее глазах мелькнуло не раздражение или беспокойство, а… облегчение. Она хотела, чтобы мы остались?

Интересно.

Баронесса кивнула, словно приняв решение, и принялась ходить по комнате, проходя мимо стульев, касаясь спинок, обходя стол.

Я следил за каждым ее движением, отмечая, как плавно перетекают линии ее тела под простым платьем. Никакого корсета, никаких лишних юбок, только тонкая ткань, повторяющая каждый изгиб. Талия, бедра, изгиб поясницы, когда она наклонилась, чтобы поправить сбившуюся скатерть на столе…

Кровь прилила к паху, так что я был благодарен тусклому свету свечей, скрывающему мое состояние.

«Держись, – приказал я себе. – Она пришла за помощью, а не за тем, чтобы ты раздевал ее взглядом».

Хотя, судя по тому, как она сама смотрела на меня несколько минут назад, возможно, она не была бы против…

Микэль остановилась у дальнего конца стола, облокотилась на него обеими руками, глядя в столешницу. Выбившиеся волосы упали вперед, закрывая лицо. Она выглядела уязвимой в этот момент. Уставшей и озабоченной, несущей на своих хрупких плечах слишком большой груз.

Инстинкт защитника взревел во мне, требуя подойти, обнять, пообещать, что все будет хорошо, что я не дам никому обидеть ее…

– Во-вторых, – Микэль подняла голову, убирая волосы за ухо, теперь она говорила неуверенно – У меня скоро приедет дядя. Энжен Верлис. Брат моего… отца. Он… он не видел меня много лет. Последний раз мы встречались ещё до… до рождения Аники.

Моя истинная замолчала, явно подбирая слова, я же просто ждал, понимая, что сейчас будет сказано что-то важное.

– Я нервничаю, – призналась Микэль тихо, это признание, видимо, давалось нелегко. Эта женщина не любила показывать слабость. Мне стало тяжело дышать, ей было страшно и неуютно – этого хватало, чтобы начать бесноваться. – Боюсь не оправдать его ожиданий. Боюсь, что он… что мы не найдем общий язык. Мне очень не хотелось бы недопонимания с родственником со стороны отца.

Она сделала паузу, потом добавила тише:

– И еще… если вдруг что-то пойдет не так, если дядя окажется… не тем человеком, на которого я надеюсь… я хотела бы знать, что могу попросить вашей помощи в… – она не договорила, но смысл был ясен.

В защите.

Я внимательно смотрел на Микэль, пытаясь прочитать то, что она не говорила вслух. Почему она боится родного дядю? Или не боится, но не доверяет? Ждет подвоха? Угрозы?

– Расскажите мне о нем, – попросил её, подходя ближе и останавливаясь в нескольких шагах. – Что за человек ваш дядя?

Микэль нахмурилась, размышляя.

– Я… не очень хорошо его знаю, если честно. Помню, что он был…хм добрым, когда я была ребенком. Но после определенных разногласий… он исчез. Перестал писать, перестал приезжать. Я пыталась связаться с ним, когда… когда мне нужна была помощь, но он не отвечал.

Ее голос стал жестче на последних словах, выдавая обиду.

– А теперь вдруг пишет, что едет навестить меня. После стольких лет молчания. Почему именно сейчас? Что ему нужно?

Хороший вопрос. Очень хороший вопрос.

Родственники, которые появляются после долгого отсутствия, редко приносят хорошие новости. Обычно они хотят чего-то – денег, влияния, поддержки. Или приехали забрать то, что считают своим.

– Когда он должен прибыть?

– Не знаю точно, – Микэль беспомощно развела руками. – Письмо шло долго. Он мог выехать неделю назад, а мог еще только собираться. Поэтому ожидаю его в любой день.

Я кивнул, обдумывая ситуацию. Защита истинной – теперь моя главная цель в жизни, я не могу это проигнорировать.

– Если понадобится моя поддержка, – удержал её взгляд, – просто скажите. Ваш дядя не посмеет создать проблемы, если будет знать, что вы под защитой людей князя Дарлака.

Точнее, под моей защитой. Но это одно и то же, в конце концов. Облегчение засияло в ее глазах.

– Спасибо, – выдохнула Микэль. – Это… это действительно много значит для меня.

Я кивнул и отступил на шаг, давая ей собраться с мыслями. Она снова принялась расхаживать на этот раз вдоль стола, проводя пальцами по его краю.

– В-третьих, – заговорила баронесса. – Постоялый двор. Я намерена его построить, причем как можно скорее. Но проблема в безопасности. Мы будем строить на пустынном тракте, где, по вашим же словам, орудуют мародеры. Строители вряд ли согласятся работать, если будут бояться за свою жизнь.

Микэль остановилась и повернулась ко мне.

– Можете ли вы выделить охрану? Хотя бы на время строительс…?

В процессе своего вопроса она наконец обернулась ко мне полностью – и застыла на полуслове.

Я все еще стоял, прислонившись к столу, руки скрещены на груди, одна нога слегка согнута в колене. Взгляд леди оценивающе скользнул по мне. От лица вниз, по шее, останавливаясь на ширине плеч, опускаясь к торсу, к рукам, подчеркивающим мускулатуру, к бедрам, к ногам в сапогах, потом обратно вверх.

Я ощущал этот взгляд физически, словно Микэль прикасалась ко мне ладонями. Кровь прилила к лицу, к паху, ко всем местам, которые она так пристально разглядывала.

Смотри, сколько хочешь, моя леди. Потом я посмотрю на тебя так же долго и внимательно. И, желательно, без одежды.

Микэль замерла, глядя на меня, её щеки розовели, как зрачки расширились, губы чуть приоткрылись. Она поняла, что откровенно пялится. И увидела, что я не только заметил, но и наслаждаюсь этим в ответ.

Я приподнял бровь, позволяя легкой усмешке коснуться губ.

– Микэль? – протянул невинным тоном, хотя чувствовал себя кем угодно, только не приличным мужчиной.

Она вздрогнула и быстро отвернулась. Кончики ушей покраснели – очаровательная деталь, которую я запомнил на будущее.

– Простите, я… просто задумалась, – пробормотала она, явно пытаясь скрыть смущение.

Моя усмешка расширилась. Приятно знать, что притяжение взаимно. Мрак, очень приятно!

– Так вот, – Микэль прокашлялась, пытаясь вернуть разговору деловой тон. – Охрана для строителей. Кто-то из ваших людей мог бы…

– Конечно, – перебил я, не давая ей договорить. – Это в наших интересах тоже. Постоялый двор на тракте упростит работу наших патрулей. Приставлю двух-трех воинов следить за безопасностью стройки. Они будут там с рассвета до заката, пока строители работают.

Ее лицо озарилось облегчением.

– Это… это огромная помощь, – она помедлила, потом добавила с любопытством: – Да, насчёт того, что вы говорили на собрании, о размещении гарнизона в готовом постоялом дворе. Вы действительно серьезно это имели в виду? Это не была просто идея, озвученная для успокоения присутствующих?

Я оттолкнулся от стола.

– Серьезно, – подтвердил, глядя ей в глаза. – Половина десятки воинов на постоянной основе. Они будут там жить, патрулировать окрестности, следить за дорогой, собирать информацию от путников о любых подозрительных личностях или группах. Драконорожденные редко предлагают такое простым людям – обычно мы держимся особняком. Но для вас я готов сделать исключение.

Она задумчиво кивала, просчитывая варианты.

– Это действительно выгодно для обеих сторон, – согласилась леди. – Можем обсудить детали позже, когда начнется строительство?

– Когда захотите, – пообещал ей. – У вас есть еще вопросы?

Она кивнула и снова начала ходить туда-сюда по комнате. Я терпеливо ждал, следя за ее движениями. Каждый жест откладывался в памяти, создавая все более полную картину этой удивительной женщины.

– Четвертое, – начала она, останавливаясь и поворачиваясь ко мне. – Дети. Шестнадцать детей, большинство из которых пережили серьезную травму. Но самая большая проблема – подростки. Мальчики четырнадцати-шестнадцати лет.

Ее голос стал жестче. Она явно ждала от них проблем.

– Особенно один, Кейран. Ему шестнадцать. Он… агрессивный. Лидер среди детей, причем не самый положительный. Не признает женскую власть. Видит во мне только баронессу, которую можно не слушаться, которая не представляет ему угрозу.

Она сжала кулаки, явно вспоминая какой-то неприятный инцидент.

– Мне нужна твердая мужская рука, – продолжила Микэль. – Кто-то, кто сможет направить их. Показать, что сила – это не только кулаки и агрессия. Что быть мужчиной – это ответственность, дисциплина и честь. Кто-то, кого они будут уважать.

Я задумался, скрестив руки. Подростки в таком возрасте, особенно пережившие нечто, это всегда сложно. Им нужен наставник. Образец для подражания.

– Пришлю двух воинов, – решил я после короткой паузы. – Оба опытные, оба умеют работать с молодежью. Они будут ежедневно проводить с подростками тренировки, физические упражнения, основы боя, дисциплинарные практики.

Я поймал взгляд Микэль.

– Идея вашего управляющего с обучением ремеслу плюс тренировки с моими воинами – это займет их время и энергию. Направит агрессию в другое русло. А если будут конфликты… мои люди помогут разрешить. Жестко, но справедливо.

Напряжение спало с плеч Микэль, она даже чуть улыбнулась.

– Это было бы идеально, – прошептала она. – Благодарю, Кайлас. Вы… вы очень помогаете мне.

Снова мое имя. Снова этот всплеск удовлетворения в груди. Я позволил себе легкую улыбку в ответ.

– Есть еще что-то? – спросил её, понимая, что список еще не закончен.

Она кивнула, но на этот раз явно смутилась, теребя край рукава.

– Ещё… – леди запнулась, облизнула губы. Я проследил за движением ее языка, задержку дыхание. Мрак… – Сопровождение в город. Если мне вдруг понадобится срочно поехать… верхом, а не в карете, потому что это быстрее… кто-то из ваших людей мог бы… ну, не вы, конечно, а кто-то из других… сопроводить меня? В одном седле, если нужна скорость…

Она бормотала, явно смущаясь самой мыслью о такой близости с чужим мужчиной. В одном седле. Прижатая к чьей-то груди. Обхваченная чьими-то руками, держащими поводья…

Ревность взревела во мне.

Нет. Ни за что! Никто не прикоснется к ней! Никто не обнимет ее. Никто!

Я не дал Микэль договорить.

Пересек комнату. Она даже не успела отреагировать, я оказался прямо перед ней, намеренно вторгаясь в ее личное пространство.

Микэль инстинктивно отступила, спина столкнулась с подоконником. Ловушка, некуда отступать дальше. Я не остановился, делая еще полшага вперед, пока между нами не осталось почти ничего.

Глава 48
Неожиданная леди

Кайлас

Я навис над Микэль, наслаждаясь тем, как расширяются ее зрачки, как учащается дыхание, как розовеют щеки. Она запрокинула голову, чтобы смотреть мне в глаза, в них была целая буря эмоций.

Наклонился ближе, так что мои губы оказались на уровне ее уха, и произнес, едва сдерживая гнев:

– Здесь я главнокомандующий. Генерал армии Дарлака. Я – лицо Князя на этой территории.

Пауза. Один судорожный вдох баронессы.

– Князь Эрик первый среди равных в Дарлаке, – продолжил я, наслаждаясь ее реакцией. – Я второй среди равных… по родству.

Она вздрогнула, я ощутил это всем телом, потому что стоял очень близко.

– По… родству? – прошептала.

Отстранился ровно настолько, чтобы посмотреть ей в глаза.

– Я брат князя Эрика, леди Микэль, – произнес я отчетливо, смакуя каждое слово. Отчего-то перед ней мне хотелось быть… достойным. – Младший брат, но все равно член правящей семьи.

Неподдельный шок отразился на ее лице. Рот приоткрылся, глаза расширились, она несколько раз моргнула, явно пытаясь переварить информацию.

– Вы… – Микэль запнулась, подбирая слова, назмурилась. Потом выпалила: – Вы, типа, принц⁈

Я едва сдержал смешок. Типа принц? Странная формулировка, где она вообще таким выражениям научилась? Не у гувернанток же.

– У нас нет принцев, – пояснил, качая головой и позволяя себе легкую усмешку. – В Дарлаке нет такой системы. Есть князь и его ближний круг – совет равных. Я генерал княжеских войск и военный советник, командующий армией. И, да, брат правителя. Это делает меня вторым по влиянию человеком в Княжестве.

Я замолчал, давая ей время осознать масштаб. Потом добавил тише, но жестче:

– Так что если вам понадобится сопровождение верхом…

Моя правая рука поднялась и легла ей на плечо, легкое касание, почти невесомое, но обжигающее для нас обоих. Особенно для меня. Я впитывал тепло ее кожи, запоминая навечно. Пальцы медленно скользнули к основанию шеи, большой палец провел по ключице, отчего Микэль дернулась и закусила губу.

– Я сам провожу вас, – закончил, глядя ей прямо в глаза. – Куда бы вы ни направились. Лично, никаких посыльных. Никто другой не посмеет прикоснуться к вам.

Микэль сглотнула, прямо у моего большого пальца, который все еще покоился на ее ключице. Ладошки баронессы нервно сжались в кулаки, она явно не знала, куда их деть. Хотя судя по разгорающемуся огоньку в глазах, вероятен был и вариант, где мне дают пощечину.

Она кивнула, едва заметное движение головой. Слов у неё пока явно не нашлось.

Я медленно убрал руку, позволяя пальцам скользнуть по ее плечу, вниз по руке, прежде чем окончательно отстраниться. Но не отступил, просто выпрямился, все еще в желанной близости.

– Что-то еще, баронесса? – спросил нарочито официальным тоном, хотя между нами, как по мне, не осталось ничего официального.

Я не хотел, чтобы между нами было хоть что-то официальное.

Баронесса покачала головой, тогда я усмехнулся и, сожалея, отступил на шаг, давая ей пространство для дыхания. Воздух между нами был заряжен напряжением, одно неверное движение, и… произойдет взрыв.

– Отлично, – спрятал руки за спину, чтобы не поддаться искушению снова коснуться ее. – Тогда теперь моя очередь, в обмен на всю эту помощь я прошу две вещи. Впрочем, достаточно простые вещи.

Микэль моргнула, явно пытаясь переключить мозг в деловой режим.

– Две… вещи? – переспросила она чуть севшим голосом, ее ладошка взметнулась и коснулась того места у ключицы, где ещё совсем недавно были мои пальцы. Не знаю почему, но этот жест разгорячил меня до безумия.

– Во-первых, – отвернулся и принялся расхаживать по комнате, потому что стоять рядом с ней и не быть ближе становилось физически больно. – Вы предоставите возможность для моих людей пользоваться вашей столовой и мыльней во дворе. Тем более, я заметил, что мыльня заброшена, никто её не использует. Мы можем привести ее в порядок своими силами в том числе.

Я остановился, повернувшись к ней.

– Организуем график, чтобы не мешать вам и вашим людям в столовой. Возможно, вечером, после ужина, когда ваши слуги уже закончили работу. В обмен предлагаю помощь с тяжелыми физическими работами. Вне патрулей в лагере всегда остаются несколько воинов – это сильные и здоровые мужчины. Они могут помочь с ремонтом, перестановкой мебели, рубкой дров, чем угодно. У вас явная нехватка рабочих рук, особенно мужских.

Микэль нахмурилась, несколько минут обдумывая предложение, просчитывая все плюсы и минусы. Я не мешал ей, просто краем глаза наслаждался ее силуэтом.

– Это… справедливый обмен, – согласилась она наконец. – У нас и правда не хватает людей для тяжелой работы, с деревни, где искала… хм… Эмилия, пришло не так много людей и все женщины. И если мыльня в ужасном состоянии… я даже не знала, что она есть, что уж говорить о том, что я понятия не имею, с чего начать ее восстановление. Что же… Хорошо. Я согласна.

– Превосходно, – с удовлетворением кивнул. – Тогда вторая просьба…

Я сделал паузу, намеренно затягивая момент. Знал, что она не обрадуется.

– Те два воина, которые оскорбили вас и вашу дочь, – начал, осторожно выбирая слова.

Эффект был мгновенным.

Микэль преобразилась, все ее тело напряглось, словно тетива, натянутая до предела. Руки сжались в кулаки по бокам, спина выпрямилась, подбородок задрался вверх. В глазах вспыхнул опасный огонь.

Она выглядела… великолепно. Разъяренная богиня мщения, готовая обрушить на меня всю свою ярость.

– Что с ними? – прошипела она сквозь зубы.

– Грегор и Тарн были наказаны, – продолжил спокойно, хотя чувствовал надвигающуюся бурю. – Они были… показательно отчитаны, а потом провели трое суток на караульной вышке без смены. Выполняя самую грязную работу. И, наконец, они принесли извинения лично вашей дочери.

Взрыв случился ровно на последних словах.

– ВЫ ПОДХОДИЛИ К МОЕЙ ДОЧЕРИ⁈ – Микэль взвилась, буквально взорвалась от бешенства, бросаясь ко мне через комнату. – ПОКА МЕНЯ НЕ БЫЛО⁈ КАК ВЫ ПОСМЕЛИ⁈

Она была удивительна в этот момент – разъяренная кошка, готовая выцарапать глаза за своего ребёнка. Она ткнула меня пальцем в грудь, но я на автомате перехватил ее запястье, быстро, но аккуратно, не желая сделать ей больно. Микэль попыталась вырваться, дернув руку назад, однако я удержал, плавным движением заводя ее руку ей за спину.

Она ахнула, инстинктивно подавшись вперед от неожиданности, и я воспользовался моментом, притягивая ее к себе, отчего она столкнулась с моей грудью. Я обхватил ее другой рукой, прижимая к себе, не давая упасть.

И тут я понял, в каком положении мы оказались.

Ее тело было прижато к моему по всей длине – грудь к груди, бедра к бедрам. Одна ее рука заведена за спину, вторая уперлась мне в грудь, пытаясь создать хоть какое-то расстояние. Но я держал крепко, не давая отстраниться.

Я чувствовал каждый изгиб ее тела, мягкость груди, прижатой к моему торсу, изгиб бедер, идеально вписывающихся в мои широко расставленные. И, мрак меня побери, леди наверняка чувствовала мою реакцию на эту близость. Не могла не чувствовать, учитывая, насколько плотно мы прижались друг к другу.

Её глаза сузились, но щеки покраснели от смущения, губы приоткрылись. Она замерла, осознавая двусмысленность позы.

– От… отпустите, – прошипела Микэль, однако голос её сошел на шепот, выдавая, что она не совсем уверена в том, хочет ли она, чтобы я отпустил.

– Выслушайте меня сначала, – пытался оставаться спокойным и не реагировать на такой большой соблазн. – Успокойтесь и выслушайте.

– Как я могу успокоиться⁈ – она снова попыталась вырваться, извиваясь в моих руках, что только ухудшило ситуацию. Потому что с каждым движением, её тело терлось о меня, только усиливая мое возбуждение. – Вы подошли к моей дочери, к моему ребенку! Без моего разрешения!

– Микэль, – я чуть изменил хватку, заставляя её прогнуться сильнее и замереть, посмотрев на меня. – Они должны были лично осознать свою ошибку, понять, что оскорбили не просто женщину, а мать. И не только мать, но и ребенка. Невинного, беззащитного ребенка.

Она все еще шипела, как разъяренная кошка, но я видел, что ярость немного отступает.

– Вашей дочери ничего не угрожало, – продолжил тише. – Клянусь вам. Это произошло в вашем доме, в присутствии Фании и Сары. Грегор и Тарн встали перед ребенком на колени и попросили прощения за свои грубые слова. Объяснили, что были неправы и пообещали никогда больше так не поступать.

Микэль дрожала в моих руках от страха за дочь и от переизбытка эмоций. Я почувствовал, как начинает подступать моя собственная магия, отзываясь на ее состояние. Желание утешить, успокоить, позаботиться было почти непреодолимым. Заррак тоже забеспокоился в глубине сознания, чувствуя мое волнение.

– Это все равно было неправильно, – прошептала она, но голос уже не звучал так зло. – Вы не имели права…

– Имел, – возразил непреклонно. – Они мои люди, мои воины. Я отвечаю за их поведение и за их наказание. Они должны были осознать тяжесть преступления, и я решил, что они должны увидеть последствия своих слов. Увидеть ребенка, которого оскорбили, осознать свою ошибку на деле. И сделал я это только после того, как ваши же люди убедились, что могут привести вашу дочь.

Мы стояли, прижатые друг к другу. Внезапно я осознал, насколько хрупкой она кажется в моих руках. Насколько красивой. Насколько… моей. И еще одну вещь я понял – она перестала пытаться вырваться, просто стояла, прижавшись ко мне, тяжело дыша, глядя мне в глаза с смесью раздражения и…

Я усмехнулся, глядя на ее взъерошенные волосы, раскрасневшееся лицо, блестящие от невыплаканных слез глаза.

– Вы похожи на драконорожденную сейчас, – прошептал, наклоняясь ближе, мои губы почти касались ее виска. – Такая же яростная, такая же готовая сражаться за своих. Вероятно, поэтому боги нас с вами и…

Я осекся в последний момент, поняв, что чуть не выболтал. Слишком рано.

Микэль замерла, глядя на меня с подозрением.

– Что? – потребовала она. – Сказали «а», говорите и «б». Боги что?

Сдержал смех от очредной странной фраз из ее уст и склонился еще ниже, так, чтобы мои губы оказались прямо у ее уха, позволил себе даже слегка коснуться ее мочки. И прошептал, наслаждаясь тем, как она трепещет в ответ на близость:

– Позже, Микэль, я все объясню позже. Сейчас у нас дела. Важные дела, которые не терпят отлагательства.

Она слабо кивнула, явно сбитая с толку и моими словами, и действиями, и всем, что происходит между нами.

Я выждал еще несколько секунд, наслаждаясь тем, как идеально она подходит моим объятиям, а потом нехотя отпустил ее руку. Она тут же отступила на шаг, потирая запястье и настороженно глядя на меня.

– Так вот, – я вернулся к разговору, словно ничего не произошло, хотя мое сердце билось как бешеное, а кровь все еще кипела в венах. – В качестве воспитательной меры и дополнительной защиты для вас… Грегор и Тарн будут приставлены к вам лично, для охраны и сопровождения.

– ЧТО⁈ – Микэль снова гневно вскрикнула, хотя на этот раз осталась на расстоянии, не бросаясь в атаку. А жаль. – Вы издеваетесь⁈ Хотите, чтобы те двое, кто оскорбил меня и мою дочь, охраняли нас⁈ Вы действительно сошли с ума⁈

– Именно поэтому это лучшая идея, – спокойно ответил, скрещивая руки на груди. – Это их наказание, Микэль. Весьма действенное наказание, они будут видеть вас каждый день. Будут служить вам, защищать вас ценой своей жизни. И каждый божий день будут помнить, что оскорбили леди, которую теперь обязаны оберегать. Которую должны уважать.

Она скептично смотрела на меня, словно я окончательно свихнулся.

– Это абсурд, – пробормотала отрицательно, качая головой. – Просто бред. Я не могу… я не хочу их видеть! Не хочу, чтобы они были рядом с Аникой…

Я шагнул, сокращая дистанцию снова, вероятно, это самый простой способ заставить ее меня слушать. И да, Микэль замолчала, но смотрела настороженно. Я поднял руку и осторожно, давая ей время отстраниться, коснулся ее подбородка, приподнимая его, чтобы она смотрела мне в глаза.