Текст книги "Цирк монстров"

Автор книги: Патрик Бовен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 34 страниц)

Глава 14

– Что-то случилось? На вас лица нет.

Конни пристально посмотрела на меня, продолжая поглощать салат из пластиковой коробки.

– С кем вы говорили? – снова спросила она, не дождавшись ответа. – С вашим банкиром?

– У меня нет настроения шутить, Конни.

– А-а…

– У меня семейные проблемы.

– Понятно.

– И у меня нет никакого желания обсуждать их с вами.

– Да, в общем-то, и у меня тоже.

– В приемной никого?

Конни пожала плечами:

– В эти часы люди обычно не обращаются к врачам. Поди пойми, отчего так. – Она протянула мне ложку салата: – Попробуйте. Хочу узнать ваше мнение.

– Насчет чего?

– Вот этого салата. Всего сто восемьдесят калорий на сто граммов. На вкус, конечно, так себе, но зато его можно съесть сколько угодно без всяких последствий для фигуры.

Я едва удержался от того, чтобы демонстративно поднять вверх руки.

– Конни, во всех этих диетах нет никакого толку! Единственный способ похудеть – это меньше есть!

– Ваши примочки для глаз тоже не очень-то помогают, босс. Видок у вас как у зомби.

Что ж, ничего удивительного…

– Езжайте домой и отоспитесь, – сказала Конни и слегка подтолкнул меня к выходу.

– Слушаюсь, мой командир.

– Я не шучу.

– То есть это действительно приказ?

– Дружеский совет. Если вы и дальше будете работать в таком ритме, то станете опасным для пациентов!

Движение было оживленным, потому я ехал домой дольше обычного, съезжая на небольшие улочки.

Я решил больше не думать о своем отце.

Конни права – мне нужно отдохнуть. Она видела проблему изнутри, поскольку знала, что наша работа действует как наркотик. Врачи, постоянно спасающие других, зачастую забывают о самих себе.

Я медленно ехал мимо деревянных домиков бедного квартала Инглвуд Крик. Было пасмурно. Я выставил локоть в открытое окно и чувствовал, как кожу щекочут редкие капли дождя. Заброшенные сады окутывал туман. Тротуары в выбоинах, треснувшие стекла в окнах, заклеенные скотчем, поникшие американские флаги кое-где над входными дверями…

Я невольно вздохнул. Сорок шесть миллионов человек не имеют социальной страховки, зато всего в каких-нибудь трех кварталах отсюда нет ни одного дома, где не было бы джакузи.

Я настроил приемник на WARO 94,5 – местную радиостанцию, которая мне очень нравится, потому что они часто крутят рок-хиты прошлых лет. Брюс Спрингстин допел «Ночь на краю города», после чего последовала короткая сводка местных новостей. Я убавил звук.

Радиодиджей быстро говорил о погодных катаклизмах последних нескольких дней, сравнивая разбушевавшуюся стихию с хищником, который рычит на жертву, но пока не нападает. «Но вы не волнуйтесь, ребята, в ближайшее время нас ждет всего лишь какой-то тропический ливень! – оптимистично заверил он. – Скорость ветра меньше ста километров в час, а если и начнется ураган, то не сильнее первой категории – ему далеко будет до титанов пятой! Кстати, вы в курсе, что слово „ураган“ происходит от имени Хуракана, карибского бога зла? Не самая лучшая погода будет сегодня на Багамах, немножко потреплет и Майами-Бич, но вам, храбрые жители Неаполя, на сей раз боятся нечего – вас лишь слегка намочит. Никакой эвакуации, все спокойно! – Диджей жизнерадостно захохотал, после чего добавил: – В конце концов, если зверь рычит с самого начала лета, почему вдруг он должен укусить именно сегодня?»

Когда я приехал домой, оказалось, что там никого нет. Тем лучше.

Я поднялся в спальню, разделся, разбросав вещи по разным углам, и в одних трусах рухнул на кровать. Зарывшись головой в подушки, закрыл глаза, прекрасно зная, что заснуть не удастся.

Из-за последних событий я был настолько взвинчен, что о сне нечего было и думать.

Но когда я открыл глаза, неожиданно выяснилось, что я проспал четыре часа.

О, черт!

Я приподнялся на локте:

– Клэр!

Никакого ответа.

– Розелла! Билли!

В доме царила тишина.

Может быть, они в саду? Выглянув в окно, я увидел пустые детские качели, поскрипывающие при порывах ветра. Я обошел все комнаты, потом заглянул в гараж. Машины Клэр не было.

Ну ладно. Возможно, они с Билли поехали в кино.

Я поставил замороженный готовый обед в микроволновку и открыл банку пива «Бад лайт». Так, значит, сегодня четверг… Что ж, эту ночь я подежурю, но уж завтра устрою себе законный выходной. Возможно, даже приму во внимание советы Кэмерона – приглашу бебиситтера для Билли и схожу с Клэр в ресторан.

Когда мы жили в Лос-Анджелесе, мы регулярно ездили в Санта-Монику и гуляли по пешеходной зоне – сначала ходили по бутикам Пятой авеню, потом подолгу засиживались в каком-нибудь винном погребке, увлеченные разговором, потом занимались любовью на подземной парковке, не в силах дотерпеть до дома… Куда ушли те времена?

Микроволновка издала мелодичное звяканье: обед разогрелся. Я уже собирался его достать, как вдруг заметил сумку Клэр, с которой она обычно ходила на занятия.

Сумка стояла в углу кухни, и рядом были свалены в кучу разноцветные балетные пачки, мятые и потрепанные.

Я не смог сдержать нервный смешок.

Конечно, любой другой на месте Клэр давно выкинул бы эти тряпки, но она бережно их хранила – это была память о тех временах, когда она танцевала в Парижской опере. Поэтому Клэр ни за что не согласилась бы от них избавиться.

Некоторое время я в замешательстве смотрел на юбки, потом решил позвонить в клуб, где Клэр преподавала танцы. Я попросил пригласить к телефону директрису клуба и спросил ее, на месте ли моя жена. Ответ меня неприятно удивил: нет. Она не пришла на свой урок и даже никого не предупредила заранее. И это уже не в первый раз, сухо прибавила директриса. Поэтому, несмотря на то что Клэр очень хороший преподаватель, руководство клуба вряд ли продлит с ней контракт, если она не начнет относиться к работе более серьезно.

Я положил трубку, чувствуя холодок под ложечкой.

Клэр не пришла на занятия без предупреждения? И уже не в первый раз?

Черт, вот это новость!

С трудом переварив неожиданную информацию, я набрал номер школы Билли:

– Здравствуйте, это Пол Беккер.

– О, ну наконец-то! – послышался скрипучий голос мисс Скорбин.

Я тут же представил ее себе: длинная сухая палка, почерневшая от времени.

– Прошу прощения, если мой сын все еще в школе, – поспешно сказал я. – У нас с Клэр сложный период… сегодня мы так и не договорились, кто за ним заедет, и…

– Билли здесь нет, – оборвала меня мисс Скорбин. – И между прочим, вы могли бы меня предупредить!

Мои ладони мгновенно стали влажными.

– Как это нет?

– Вашего сына не было на уроках. Он вообще не пришел сегодня в школу.

– А моя жена вам не звонила?

– Вы меня хорошо слышите, доктор Беккер? Никто не удосужился позвонить в школу и нас предупредить. Мы сами пытались связаться с вашей женой, но у нее включен автоответчик. Я понимаю, что в любой семье бывают проблемы, но когда это отражается на школьной успеваемости детей…

Я положил трубку и позвонил Клэр на мобильный.

Какой же я идиот! С этого и надо было начать!

– Алло, дорогая?.. – начал я.

Но тоже услышал автоответчик.

Я оставил довольно резкое сообщение, но через полминуты все же перезвонил, извинился и попросил Клэр связаться со мной как можно быстрее.

Прошло какое-то время. Никаких звонков, вообще ничего.

Разве что морщины у меня на лбу углублялись с каждой минутой.

Но я решил не поддаваться панике. Всему этому должно быть какое-то логичное объяснение. Нужно подождать, пока они вернутся.

Я еще раз обошел весь дом, сделал несколько звонков – безрезультатно.

Никто не видел Билли и Клэр, никто ничего не знал. Их вещи по-прежнему оставались на своих местах. Не хватало лишь сумочки Клэр и ее машины.

Наконец я сел в кресло, обессиленный и подавленный.

Моя семья исчезла.

Глава 15

С Билли и Клэр что-то случилось.

Эта простая мысль нанесла мне сокрушительный удар.

Это было немыслимо, и тем не менее приходилось признать, что это так. Господи, но что могло произойти? Авария на дороге? Похищение? Множество самых страшных предположений приходили мне на ум, буквально обгоняя друг друга, как будто прорвало какую-то плотину, и теперь я оказался один на один с убийственной стихией.

Я машинально расхаживал по комнате, то и дело натыкаясь на мебель.

Почему они исчезли? Это как-то связано с телефонными угрозами? Неужели все из-за того, что я нашел тот проклятый мобильник?

У меня было ощущение, что я схожу с ума. Тревога все нарастала, в горле стоял ком, сердце трепетало, как пойманная птица в клетке. По коже пробегали мурашки. Что же это такое?

Это называется паника, старик.

Пульс участился. Я рухнул в кресло. Встал. Снова сел. Согнулся пополам, схватившись за грудь.

Это я тебе напоминаю, что и собой нужно иногда заниматься.

Прошло несколько секунд. Если с моей семьей действительно что-то случится, я этого точно не выдержу. Я был весь в поту, сердце лихорадочно и неровно стучало в груди. Казалось, оно может остановиться с минуты на минуту.

Да нет же, Пол. Это не инфаркт, с чего бы?

Хм… никто не может знать наверняка.

Повторяю еще раз: это просто паника. Самое заурядное психическое явление, которое бывает, чаще или реже, у большинства людей. Если человек постоянно стремится держать все под контролем, мозг в конце концов не выдерживает и бунтует, что вызывает нервный приступ. Слишком много стресса, старина. Попытайся с ним справиться.

Легко сказать! Гораздо проще с ним справиться, когда он бывает у кого-то из пациентов.

Возьми себя в руки. И прими пару таблеток ксанакса, они есть у тебя в аптечке…

Я с трудом, словно зомби, доковылял до гостиной и открыл свой докторский чемоданчик. Да, таблетки нашлись. Я проглотил их, запив первым подвернувшимся под руку спиртным, которое нашел в баре, чтобы усилить эффект и чтобы быстрее наступил пик концентрации препарата в плазме крови.

Но передо мной продолжали возникать страшные картины: автокатастрофа; тела, заблокированные в искореженной груде железа; полицейские, звонящие в дверь и сообщающие страшную новость, отводя глаза; толпа, собравшаяся на кладбище вокруг двух гробов…

И другие сцены, еще более ужасные.

Я воображал себе типа, которому недавно оказывал медицинскую помощь, – Коша, этого жуткого человека, похожего на паука; настоящего колдуна, ухитрившегося освободиться от наручника. Человека, словно вышедшего из какой-то страшной сказки, закутанного в черный, как ночная тьма, плащ.

Я изо всех сил пытался отогнать этот образ.

Потому что ведь на самом деле и такой персонаж, и ваша жена и сын, которые вдруг исчезли непонятно куда и которых, может статься, вы в следующий раз увидите только в морге, в присутствии судмедэксперта, бесстрастным голосом сообщающего вам ужасные вещи, – все это просто не может существовать в реальности, не так ли?

Время шло. Мое напряжение спало, и я наконец обрел какое-то подобие покоя – во всяком случае, больше не было ощущения, что мне не хватает воздуха.

Боже, благослови транквилизаторы.

Раздался звонок в дверь.

Я вскочил, охваченный надеждой:

– Билли! Клэр!

Но это оказались не они.

Передо мной стояла особа в короткой белой юбке с логотипом «Найк», плотно облегающем топе, красных кроссовках и бейсболке, по ободку которой шла надпись: «Хотите, я буду вашей… тренершей?»

Взглянув на меня, она изумленно захлопала белыми ресницами, и только тогда я понял, что со всеми этими треволнениями забыл одеться. Так и остался в одних трусах.

– Ох, простите, – пробормотал я.

– Ничего страшного, – сказала она, продолжая без малейшего стеснения пялиться на меня.

Я вспомнил, что пару раз видел ее с Клэр. Как бишь ее зовут?.. Ширли? Миранда?

– Я Шейла, – объявила она.

– Шейла? – машинально повторил я.

– Ваша соседка, – прибавила она таким тоном, как будто это все объясняло.

– А-а…

– Я веду занятия в том же клубе, где преподает ваша жена. Мы с ней дружим. Моя дочь учится в одном классе с вашим сыном. Я инструктор по фитнесу.

Она слегка улыбнулась, но в голосе чувствовался упрек – видимо, по ее мнению, муж, который хоть немного интересуется делами жены, должен был знать все эти детали.

– С вашим сыном все в порядке? – спросила она.

– Почему вы спрашиваете?

– Я не видела его в школе. И Клэр сегодня в клубе не было…

О, черт. Ну конечно же.

Однако говорить, что я не знаю, где они, мне совершенно не хотелось. Тем более что это могло вызвать новый панический приступ.

– Билли заболел, – соврал я.

– Ах вот что! Надеюсь, ничего серьезного? Моя дочь хотела позвать его на день рождения. Родителей мы тоже приглашаем. – Шейла придвинулась ближе ко мне и прибавила: – Клэр мне столько о вас рассказывала, что я аб-со-лют-но уверена: нам нужно познакомиться поближе. – Она протянула мне пригласительную открытку, одновременно заглядывая внутрь дома: – Вашей жены сейчас нет?

– Нет, она уехала.

– Вместе с Билли?

– Да.

О, Пол Беккер, король импровизаций!..

– Они поехали к врачу, – добавил я.

– Но ведь вы же сами врач, – удивилась гостья.

Я чуть не выругался вслух. Это ж надо было такое ляпнуть!

– Ах, извините, я, наверное, вам уже надоела! – воскликнула Шейла. – Мне бы и самой стоило догадаться, что вы повезли сына к специалисту!

И непринужденным жестом коснулась моей руки.

Я довольно резко отдернул руку:

– К какому еще специалисту? Вы о чем?

Она слегка смутилась:

– Ну… к психологу. Вы ведь собирались проконсультироваться с психологом?

– Что?!

– Вы разве не знаете, что ваш сын странно себя ведет?

– Нет.

– Он коллекционирует ужасные картинки с какими-то чудовищами. И сам рисует страшные вещи…

– Какие?

– Динозавров. И разных животных, пожирающих друг друга. На этих рисунках столько крови!..

– Ах вот что…

Шейла покусала губы, похлопала ресницами и произнесла, словно через силу:

– Я не хочу вас пугать, но многие серийные убийцы именно с этого начинали. Удивительно, не правда ли?

– Ну. ..удивительно —это не то слово, которое я использовал бы в данном случае, Шейла… но прошу вас, продолжайте.

Некоторое время соседка пристально изучала свои ногти.

– Мой муж, Герман, – подрядчик строительной компании, – наконец заговорила она. – Дела у него идут хорошо, так что нет необходимости пропадать на работе целыми днями… и вот вчера он вернулся домой пораньше, чтобы успеть поиграть в гольф…

От нетерпения я стал машинально постукивать ногой по полу.

– Да, ну так вот, – заторопилась Шейла, – он уже собирался поставить машину в гараж, как вдруг услышал, что вы с Клэр ссоритесь… Вы оба кричали очень громко… а потом Клэр выбежала из дома, хлопнув дверью…

Она сделала паузу – видимо, для большего драматического эффекта.

Но я никак не отреагировал на ее рассказ.

– Мы все знаем, что такое семейные ссоры, – продолжала Шейла. – Мы с Германом тоже часто ссорились, пока не прошли курс семейной психотерапии. Кажется, тут все дело в сексуальной энергии… Но, так или иначе, я не об этом. Я хочу сказать, что семейные проблемы мне знакомы не понаслышке, и, кроме того, я знаю, что они очень плохо отражаются на детях. Но выход иногда может быть проще, чем кажется. – Она придвинулась ко мне вплотную и, словно открывая какую-то заветную тайну, вполголоса произнесла: – Если хотите, я могу дать вам координаты очень хорошего психолога, специалиста по семейным делам.

– До свидания, Шейла, – невозмутимо сказал я.

И захлопнул дверь прямо у нее перед носом.

Этот разговор взвинтил меня до предела.

И в то же время заставил меня стряхнуть оцепенение, вызванное успокоительными таблетками.

Я натянул футболку и легкие летние брюки – вполне подходящий наряд для честного человека, собирающегося ехать в полицию.

«Паническая» стадия была завершена, настало время переходить к решительным действиям.

Я в последний раз осмотрел мобильник Коша. Индикатор зарядки был почти на нуле – батарея выдыхалась.

Черт! Если телефон выключится, я потом не смогу его включить, не зная пин-кода. Но мне просто необходимо успеть показать фотографии полицейским!

Я начал лихорадочно перебирать зарядные устройства от старых телефонов, надеясь найти хотя бы одно подходящее. К счастью, оно отыскалось. Я оставил телефон заряжаться на кухонном столе, а сам вышел из дома, сел в машину и поехал в центральный полицейский комиссариат.

По дороге я позвонил в клинику:

– Конни?

– Да, босс?

– Я не смогу дежурить сегодня ночью. Мне нужно уладить некоторые проблемы… э-э…

– Семейные?

– Да, именно. Нужно, чтобы меня подменил кто-то из коллег.

– Хм… это не так-то легко устроить…

– Кто сейчас работает?

– Доктор Браатц.

Элга Браатц – одна из моих заместительниц. Она немка из местной диаспоры (множество таких небольших диаспор разбросано, словно островки, на всем расстоянии от Неаполя до Форт Майерс). По-английски она говорит с сильным акцентом, так что я не всегда понимаю ее, но работает за четверых и справляется отлично.

– Скажите ей, что, если она согласится меня подменить, я оплачу ей это дежурство по двойному тарифу.

Конни попросила подождать, пока она не уладит этот вопрос, и удалилась. Некоторое время до меня доносились неразборчивые обрывки разговора, потом моя помощница снова взяла трубку и сообщила:

– Доктор Браатц говорит, что она еще не получила свою зарплату за прошлый месяц. И что она уйдет ровно в тот час, что указан в ее контракте, и если это вам не нравится, можете пожаловаться на нее в медицинский профсоюз.

– Это все?

– Нет, она еще добавила что-то по-немецки. Подозреваю, это было ругательство, но перевести его я вам не смогу.

– Черт. Конни, попробуйте выкрутиться как-нибудь. Если не получится… ну что ж, тогда закройте клинику на ночь.

Это была крайняя мера, но другого выхода мне не оставалось. Я нажал клавишу «отбой», потом набрал номер Кэмерона. У него был включен автоответчик. Нет, воистину сегодня не мой день!

– Кэм, я еду в комиссариат. Ничего страшного – ну, по крайней мере, я надеюсь, – но Клэр и Билли днем куда-то уехали и до сих пор не вернулись домой. Никто не знает, где они. Если тебе несложно, проверь на всякий случай списки жертв аварий за сегодня. Ну и не только аварий – мало ли что могло случиться… вплоть до падения метеорита. В общем, не мне тебя учить.

Последние слова я попытался произнести шутливым тоном, но получилось плохо. Настроение совсем не располагало к шуткам.

– Честно говоря, у меня кое-какие неприятности и помимо того… Позвони мне, как только сможешь.

Я прервал соединение и продолжал путь. Ехать приходилось медленно из-за многочисленных дорожных работ, которые, как всегда, активизировались именно в сезон отдыха, когда на дорогах было полно машин. Сейчас это раздражало сильнее обычного. Наконец я добрался до Гудлетт-роуд и поехал по ней. Здание полицейского комиссариата уже виднелось впереди, как вдруг мобильник заиграл «Агент рискует всем» – мою нынешнюю мелодию для рабочих звонков.

– Алло?

– Это опять Конни. Простите, но мне кажется, вам необходимо срочно подъехать в клинику.

– Я не могу.

– Это очень важно.

– А почему вы шепчете?

– На то есть причины.

– Какая-то проблема с Элгой?

– Нет. Боюсь, это у вас какая-то проблема.

Я вздрогнул. В голосе Конни слышались тревожные нотки.

– Послушайте, Пол, – продолжала она, – происходит что-то странное… Вам нужно приехать. На полной скорости!

Глава 16

Я изо всех сил пытался сохранять спокойствие, несмотря на то что ощущение неминуемой катастрофы становилось все сильнее.

Конни встретила меня у небольшой задней двери, предназначенной для перенесения пациентов в машину «Скорой помощи». Она приложила палец к губам и открыла дверь, пропуская меня внутрь. Я с трудом сдержался, чтобы не засыпать ее вопросами. Она молча довела меня до моего кабинета и остановилась на пороге.

На столе стоял какой-то большой посторонний предмет.

Приглядевшись, я увидел, что это коробка, из тех, в которых обычно отправляют посылки, – размером примерно с ящик для игрушек, обернутая в плотную бумагу.

– Это принес курьер, – прошептала Конни. – Я сначала подумала, что вы заказали медикаменты…

Мы знаем, кто вы, доктор Беккер.

Я вздрогнул.

– Что за курьер?

– Такой низенький коренастый тип… в униформе транспортной компании «Ю-пи-эс». Лицо круглое… Да, и еще он все время почесывался.

Я не знал ни одного человека, подходящего под такое описание. Но, во всяком случае, это был не Кош. Я задумчиво потер подбородок.

А может быть, этот сюрприз вообще не имеет отношения к истории с телефоном?.. Я почему-то пытаюсь привязать к ней любое событие, а на самом деле все в порядке, скоро Клэр и Билли благополучно вернутся домой, выяснится какая-нибудь самая обычная причина их отсутствия, и мы все вместе посмеемся над моими страхами…

– Доктор Браатц все еще здесь?

– Да, она в процедурной. Она останется еще на час. Я сегодня пришла пораньше, потому что дневная медсестра заболела. Я была в приемной, когда принесли посылку. Там на наклейке указано имя получателя – ваше.

Конни обхватила себя руками за плечи, словно пытаясь сдержать внезапную дрожь. Сейчас она была похожа на маленькую девочку, удивленную и напуганную какой-то ужасной вещью.

– Есть какая-то проблема, Конни?

– На курьере была униформа компании «Ю-пи-эс». Я позвонила туда, и выяснилось, что они к нам никого не посылали. То есть это был какой-то чужой человек, непонятно откуда…

– Странно… А почему вдруг вы решили проверить?

– Потому что я увидела на этой коробке… следы.

– Следы?

– Темные пятна… Они испачкали стойку в приемной. Я их вытерла и, чтобы не пугать пациентов, перенесла коробку в ваш кабинет. Все остальное было потом, так что никто этого не заметил…

– Конни, да скажите наконец все как есть! Чего никто не заметил?

– Тот момент, когда коробка начала протекать…

Ее голос опять понизился почти до шепота.

Затем она молча указала на коробку, явно не решаясь войти в кабинет. Тогда я вошел сам, но буквально через секунду инстинктивно прижал ладонь ко рту.

Поскольку из коробки уже обильно сочилась темная жидкость.

Она залила столешницу, мой еженедельник, бланки рецептов, 17-е издание справочника по педиатрии авторства Хэрриет Лейн и теперь тонкой струйкой стекала на пол.

Запах и цвет не оставляли сомнений в том, что это было.

Даже с того расстояния, которое отделяло меня от стола, было очевидно, что это кровь.

Сердце у меня подскочило к самому горлу.

– Господи Иисусе!.. – выдохнул я.

В моих ушах снова зазвучал металлический голос: «Мы знаем, кто вы, доктор Беккер. Ваша жена, Клэр, очень хороша собой. А ваш сын – замечательный ребенок, такой резвый…»

Коробка была меньше чем в метре от меня.

И я уже знал, что ни одно человеческое существо не сможет вынести вида ее содержимого.

Во всяком случае, существо, человеческое в полном смысле этого слова.

«Вы слишком любопытны. Теперь пришло время за это расплатиться».

– Что вы собираетесь делать? – прошептала Конни.

Я открыл стерильный металлический ящик для медицинских инструментов и взял оттуда скальпель. Пришлось сделать над собой усилие, чтобы сдержать тошноту. Обернувшись к Конни, я увидел, что лицо у нее мертвенно-бледное. У меня и самого, наверно, было точно такое же.

– Я должен ее открыть. Увидеть, что там внутри.

– Подождите.

Нет, ждать больше невозможно. Если я помедлю еще хотя бы минуту, мое сердце остановится.

– Послушайте, Конни, это долго объяснять… но моя жена и сын сегодня куда-то исчезли. И… я должен знать.

– Нет.

Неожиданная твердость в ее голосе меня удивила. Взгляд ее стал жестоким, почти безжалостным. Она закусила губы, словно готовясь принять сложное решение.

– Лучше будет, если мы позвоним в полицию, – сказала Конни наконец. – Вдвоем нам с этим не справиться.

Я заметил, что она побледнела еще сильнее.

– Почему?

– Смотрите.

Я обернулся и почувствовал, как волосы у меня на затылке приподнялись.

Коробка пошевелилась.

Затем резко вздрогнула. Раз, другой.

Потом содержимое коробки основательно пришло в движение, и коробка стала медленно перемещаться по поверхности стола.

Медленно, неровными рывками, но она двигалась! По моему столу!