Текст книги "Цирк монстров"

Автор книги: Патрик Бовен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 34 страниц)

Глава 72

Бартон Фуллер сидел на совещании в своей конторе, рассеянно поглядывая на заходящее солнце сквозь огромные окна из цельного стекла. Кабинет был полностью звукоизолированным и очень комфортабельным. Находился он на семнадцатом этаже одной из башен, расположенных на острове Брикелл-Ки. Вдруг на городском беспроводном телефоне, лежавшем перед Фуллером на столе, замигал красный огонек. Адвокат поднес трубку к уху.

– Мистер Фуллер, срочный вызов, – сообщила секретарша.

– Хорошо, Брэнда, соединяйте.

В трубке послышался щелчок, затем знакомый голос произнес:

– Фуллер, это Смит.

– Что случилось?

– Вы по уши в дерьме, старина. И совсем не потому, что избили мою служащую бейсбольной битой.

Фуллер инстинктивно закрыл трубку рукой и, обращаясь к коллегам, с улыбкой произнес:

– Простите, я ненадолго вас покину.

Выйдя в соседний кабинет, он снова поднес трубку к уху.

– Вы что, с ума сошли – говорить такие вещи по телефону?! – зашипел он.

Кош фыркнул:

– Частная беседа адвоката с клиентом. Даже если кто-то ее подслушает, она не будет иметь никакого веса в суде.

– Господи, да что на вас нашло?

– Меня радует, что Пол Беккер исчез с моего пути, но этого оказалось недостаточно. Другой тип, Кэмерон Коул, продолжает создавать мне проблемы.

– Откуда вы звоните?

– Да прямо от него.

– Как это от него?

– Из главного полицейского комиссариата Неаполя.

– Из полицейского комиссариата?..

– Вы так и будете повторять за мной, как попугай?

Фуллер нахмурился.

– Вам вовсе не стоило там появляться, – сказал он. – Это совершенно не в ваших интересах. Вам лучше оставаться на расстоянии. Это я должен представлять ваши интересы, когда…

Послышался резкий стук – словно Кош раскачивался на стуле и тот ударился спинкой о стену.

– ЗАТКНИТЕСЬ! Я уже несколько часов тут сижу вместе с Коулом, заполняя эту гребаную карту и внося координаты в джи-пи-эс! Я был вынужден прибегнуть к его помощи, вы понимаете? Потому что именно этот коп лучше всех разбирается в местных водных путях. Вы мне клялись, что дом, который вы для меня нашли, находится в абсолютно недосягаемом месте! Однако обычный ребенок, сопливый мальчишка, оттуда сбежал! Оставил нас обоих в дураках!

– Я…

– Замолчите! Шона будет очень нелегко найти. После недавних гроз изменился уровень воды. Изменился рельеф болота. Изменились течения. Все изменилось! И вот я вынужден терять кучу времени, вместо того чтобы заняться делом! Наверняка Коул уже догадался, что я не ищу сбежавшую собаку! Он не отойдет от меня ни на шаг. Так что отвечайте, и живо: у вас найдутся средства избавить меня от него немедленно?

Мозг Бартона Фуллера готов был взорваться.

– Но послушайте… я ведь уже сделал все, чтобы его отстранили от расследования… чтобы он оказался подальше от вас. Мы можем подать на него жалобу за нанесение телесных повреждений… Дело можно будет так повернуть, что ему вообще придется уйти из полиции… Не пройдет и двух дней…

– Браво, Фуллер. Вы настоящий гений. Как вам пришла в голову такая замечательная идея?

Фуллер слегка приободрился и даже улыбнулся:

– Ну, я же все-таки профессионал…

– Да плевал я на ваш профессионализм! – рявкнул Кош.

Улыбка Фуллера погасла.

– Вы что, думаете, у меня есть в запасе хотя бы два дня? У меня клиент пускает слюни, ожидая новую игрушку! Двести пятьдесят тысяч за малышку Мэдисон! У меня должны быть развязаны руки.

Фуллер попытался размышлять как можно быстрей.

Но ничто не приходило в голову.

– Что вы предлагаете? – наконец выдохнул он.

– Вы сами его и устраните.

– Я?!

– Ну, можете нанять кого-нибудь в помощь.

– Привлекать кого-то еще?!

– Найдите надежного человека. И приезжайте ко мне. Возьмите карту и координаты. Найдите Шона. Убейте Коула. Исполняйте.

Глава 73

Мотель назывался «Голубой бриз». Именно здесь останавливался мой отец несколько месяцев назад.

Как и предполагал славный малый Чак, это оказалось паршивое местечко. Я разыскал его после доброго десятка бесплодных попыток, обойдя четыре квартала в разных концах города, застроенных в основном дешевыми гостиницами, где находились мотели с похожими названиями. Поиски «Голубого бриза» отняли у меня ночь и утро следующего дня, хотя и не потребовали особых расходов благодаря универсальному «туристическому проездному», действительному в течение суток на любое количество поездок.

Преимущество бессонных ночей в чужих городах: можно не платить за ночлег в гостинице.

Недостаток: от постоянной бессонницы начинаешь потихоньку сходить с ума.

Выйдя из автобуса, я прошел вдоль ограды кладбища Грейсленд Мемориал Парк, затем остановился, зажег сигарету (я решил позволить себе одну пачку) и некоторое время понаблюдал за мотелем «Голубой бриз» издалека. Он располагался во второй зоне по маршруту «Тамайами Трейл». Здание было неказистым, покосившимся, вплотную к нему примыкал такой же покосившийся, хотя и в другую сторону, гараж – они напоминали двух пьяниц, подпирающих друг друга. Весь квартал выглядел довольно однотипным: мрачного вида мотели с обшарпанными фасадами, тусклые покосившиеся неоновые вывески, грязные тротуары, тараканы величиной с крыс. К тому же, как мне сказали, здесь было полно проституток, молодых и старых, красивых и уродливых, даже калек – словом, на любой, даже самый извращенный вкус. Мир полон чудес, как сказал Луи Армстронг.

Я глубоко затянулся, на миг задержал дыхание, затем выпустил густой клуб дыма.

Я был здесь потому, что мой отец, как выяснилось, вел свое собственное расследование. Вот в чем была причина всех его отлучек. Я не знал, убивал ли он и похищал ли детей, но одно теперь было ясно: он приезжал сюда, потому что хотел понять. Он увидел фотографию черной волшебницы в «Майами геральд» в мае. Это его потрясло, и он остался здесь, чтобы все выяснить. У меня было ощущение, что истина где-то рядом – стоит прямо за моей спиной, как призрак, слегка касаясь ледяными пальцами моего затылка…

Я раздавил окурок подошвой и вошел в мотель.

Две полуодетые девицы сидели на высоких стульях у стойки бара. Одна из них была явно подшофе. Зачем-то она делала вид, что читает газету. Вторая выглядела чуть приличнее. Судя по виду, вряд ли ей было больше четырнадцати.

Хозяин мотеля – боров в дырявой майке, из-под которой вываливалось пивное брюхо, – встретил меня широкой улыбкой:

– Вам нужна комната?

– Нет.

Улыбка погасла.

– Тогда чего вы хотите?

– Я кое-кого ищу.

– Вы коп?

– Нет.

– Ну и катитесь к черту.

Пьяная девица фыркнула. Толстяк в майке вырвал газету у нее из рук:

– А ты, вместо того чтобы ржать, иди займись делом! И хватит мусолить газеты, я знаю, что ты не умеешь читать!

Я вынул из кармана телефон Коша и показал фотографию отца:

– Вот этого человека я ищу.

– Никогда его не видел.

– Странно. Я недавно заходил к вам, хотел вас расспросить, но вас не было на месте. Я решил подождать и пропустить стаканчик. Заодно решил осмотреться и увидел ваш гостевой уголок. – Я кивнул вглубь зала.

Там было небольшое отгороженное помещение с круглой сценой посередине и диванами вокруг нее. Под потолком медленно вращался зеркальный шар. Запахи пота и спермы были настолько сильными, что их не заглушал даже запах дезинфицирующих средств.

Я показал хозяину заведения другую фотографию из мобильника – ту, на которой намечалась (или недавно закончилась) массовая оргия с участием малолеток.

– Видите эту фотографию? Сначала я полагал, что она была сделана в другом месте. Но обстановка уж очень похожа на вашу – я убедился в этом прошлой ночью. Точнее, не просто похожа, а абсолютно идентична. Эта фотография была сделана здесь.

Хозяин мотеля взглянул на фотографию. Потом посмотрел на меня:

– Ну и что? Здесь бывают вечеринки. Люди делают фотографии. Мне-то что за дело? У меня работают только совершеннолетние. Может быть, девочки молодо выглядят, но на самом деле им всем уже есть восемнадцать. У меня имеются все необходимые бумаги, и я могу это доказать.

Пьяная девица снова фыркнула.

– Заткнись! – взревел хозяин мотеля и отвесил ей такую оплеуху, что она свалилась с табурета. – Ты что о себе возомнила, сучка?

Другая девица, помоложе, в испуге спряталась под стол. Хозяин мотеля повернулся ко мне и грозно выпятил грудь, отчего его майка задралась еще выше, и я увидел рукоятку пистолета, засунутого за пояс шорт.

– А теперь убирайся!

Я вышел, зашел в соседний гараж и одолжил там один инструмент. Затем вернулся в мотель. За то время, что я отсутствовал, хозяин мотеля переместил свою тушу в огромное кресло на колесиках. Увидев меня, он округлил глаза:

– Опять ты, ублюдок?

– Послушайте, этот старик, которого я ищу, – мой отец. Он умер. Вы могли бы проявить немного сострадания.

– О, я сейчас зарыдаю!

Я улыбнулся. И обрушил домкрат ему на ногу.

Он заревел, как бык.

Потом попытался встать, но я толкнул его обратно в кресло.

Новый удар домкратом. На сей раз я явственно услышал, как хрустнула кость. Лицо толстяка стало белым. Выхватив пистолет у него из-за пояса и отшвырнув в угол, я крикнул:

– Заткнитесь!

Хозяин мотеля резко замолчал.

– У меня нет времени на долгие беседы, – продолжал я спокойным тоном. – Хотя я уверен, что у содержателя вонючего подпольного борделя, у грязного торговца человеческим мясом, который к тому же эксплуатирует малолеток, нашлось бы что порассказать. Но меня это не интересует… – Я сунул ему под нос номер «Майами геральд» с моей фотографией: – Вот, видите? Это я. Здесь говорится, что я очень опасен. Я разыскиваюсь за то, что избил женщину и напал на полицейского, когда меня хотели задержать. Это ложь: я никогда никого не избивал. Но ради вас я, пожалуй, готов сделать исключение. Я очень долго не спал и в любой момент могу потерять над собой контроль. Кивните, если поняли.

Он кивнул.

– Хорошо. Так мой отец был здесь?

– Д-да.

– Зачем он приходил?

– Он… ну, зачем все сюда приходят? Искал малолеток. Ну то есть совсем детей…

– Он здесь спал с мальчишками?

– Нет.

– Тогда что он делал?

– Ну, он присматривался… хотел понять, как все происходит… Расспрашивал…

– И что вы ему сказали?

– Что у меня в заведении такого нет.

Я с угрожающим видом поднял домкрат.

Хозяин мотеля с воплем отшатнулся.

Я опустил свое орудие.

– Ладно, ладно… – прохрипел он. – Иногда такое бывало. Но редко… В основном это были бездомные дети, которые занимались уличной проституцией, или же родители их продавали… Но вашему отцу это было не надо, ему нужны были фотографии, фильмы… ему этого хватало. Я сказал, что он может найти все это в Сети.

– Мой отец даже не умел пользоваться компьютером.

Толстяк опустил голову. На лбу у него выступили капли пота.

– Я… я ему все объяснил.

Я сделал шаг вперед.

– Да он бы и без меня научился! – взвизгнул хозяин мотеля. – Он твердо решил попробовать… Я дал ему доступ на лучший сайт!..

– Какой?

– Новый… там очень богатый выбор.

– Вы заходили туда со своего компьютера?

– Да… он за стойкой.

Я подвез его к стойке прямо в кресле, приказным тоном произнес:

– Подключайтесь.

Он повиновался.

Зайдя в Интернет, открыл сайт «Товары – почтой», потом сказал:

– Чтобы перейти отсюда в раздел, который вам нужен, понадобятся секретные коды. Их мало кто знает…

– А у вас они откуда?

– Ну, если вращаешься в этом кругу, тогда все проще…

– Понятно. Примерно как в кругу коллекционеров-любителей, собирающих открытки с бейсболистами, да? Всех объединяют одни и те же интересы, все делятся друг с другом полезной информацией…

Он ничего не ответил, лишь застучал по клавишам.

Девицы наблюдали за нами затаив дыхание. Я сделал успокаивающий жест, давая им понять, что им ничего не грозит.

Передо мной мелькали разные сайты, открывались новые ссылки – вплоть до того момента, когда наконец появилась нужная страница.

Ее оформление было очень простым: сплошная мозаика из маленьких фотографий. Из сотен фотографий.

– Черт возьми!..

Фотографии детей. Щелкнув по каждой из них, можно было посмотреть мини-фильм любого жанра: стриптиз, содомия, пытки…

– Кто все это сделал?

– Никто не знает. У этого сайта вообще нет названия. Он совсем недавний.

– И что, мой отец смотрел все эти фильмы?

– Да, один за другим, целыми часами подряд. А потом вдруг резко все забросил.

– Почему?

– Однажды с ним случился настоящий шок – он сказал, что один мальчик сильно похож на его внука. Я посмеялся, но он был почти уверен, что это и есть его внук. Он не понимал, как такое могло случиться. Я сказал, что он наверняка ошибся – большинство этих ребят из Азии или Восточной Европы. И съемки производятся скорее всего там же, чтобы сложнее было вычислить тех, кто этим занимается. Их дело – привлечь клиента, выложив отрывок из фильма, чтобы заставить его купить весь фильм полностью. Ваш отец захотел приобрести фильм со своим якобы внуком. Я его предупредил, что это недешево – это чуть ли не самый дорогой сайт такого рода. Владелец, должно быть, успел сколотить себе целое состояние… Но ваш отец сказал, что ему плевать. Он заплатил мне наличными, а я перечислил деньги по Интернету. И он переписал фильм на флэшку.

Я вынул из кармана флэшку, найденную в полой ножке стола:

– Вот на эту?

– Вроде да…

– И что потом?

– Он ушел.

– А потом он еще когда-нибудь появлялся?

– В начале августа. На этот раз его интересовал другой мальчишка. Негритенок. Он хотел узнать, появлялась ли фотография мальчишки на этом сайте. Я ответил, что не в курсе. Он сказал, что хочет посмотреть сам. За то время, что он пропадал, фильмов на сайте стало еще больше. Ваш отец удивился. Я ему объяснил, что такой товар пользуется спросом и хозяин сайта наверняка озолотился с ног до головы, потому что Сеть кишит педофилами. Он сказал, что в этих фильмах, особенно в фильме с его внуком, есть что-то странное, но он не может понять что. Потом он ушел, и больше я его не видел.

Я стал вспоминать видеозапись с Билли. Я ни за что не смог бы заставить себя пересмотреть ее второй раз – при одной мысли об этом меня начинало тошнить, – но там действительно была одна странность, на которую я сразу обратил внимание.

Поведение самого Билли. Его реакция на происходящее.

Точнее – отсутствие реакции.

Его как будто ничуть не смущало, что какой-то взрослый человек беззастенчиво ощупывает его тело.

Это навело меня на кое-какие соображения.

Я знал своего сына досконально. Он славный парень, беззаботный и смешливый. Конечно, многие дети после перенесенной психологической травмы всячески скрывают случившееся и все отрицают. Но как можно было выглядеть таким расслабленным во время съемки?Может быть, ему дали наркотик? Или снимал кто-то из близких? Или и то и другое сразу?

Я тряхнул головой, которая сама собой клонилась от усталости. Потер глаза. И наконец решился. Чувствуя, как сердце колотится уже где-то в горле, вставил флэшку в компьютер. Пара щелчков мышью – и фильм начался.

Я просмотрел его затаив дыхание. Потом пересмотрел, останавливая запись всякий раз, когда изображение вызывало у меня подозрение. И убедился, что эти подозрения были обоснованными. Мой отец оказался прав – тут действительно наблюдалось кое-что странное. Отец не мог этого знать, но я-то знал. И теперь у меня не оставалось сомнений: да, на видеозаписи был Билли.

По крайней мере, голова точно была его. А вот тело…

На теле, по которому скользила грубая мужская рука, виднелись шрамы, ясно свидетельствующие о жестоком обхождении: потускневшие синяки, следы ожогов от приложенных сигарет… И это не было тело моего сына.

Кто-то сделал видеомонтаж.

Глава 74

И тут же мне все стало ясно.

Теперь я представлял себе всю хронологическую цепочку событий.

В мае этого года Джордж Дент случайно увидел в газете фотографию женщины в костюме черной волшебницы. Для него это стало настоящим потрясением, хотя я пока еще не знал почему. Он выбрался из своего убежища и начал наводить справки о «Карнавале теней» – сначала в кафе быстрого питания, потом в злачных местах, где собирались педофилы. И вот еще одно потрясение: порнофильм с его внуком.

Он никогда не видел Билли в реальности – только на фото, но, несмотря на это, пережил целую бурю эмоций: изумление, печаль, гнев, любопытство и бог знает что еще. И уж во всяком случае, это его заинтриговало. Джордж Дент был не из тех, кто в состоянии сидеть сложа руки, ожидая дальнейшего развития событий. Ему нужно было выяснить все самому, и он связался с Клэр. Конечно, он не стал ей сразу обо всем рассказывать – ему хотелось сначала прощупать почву. Этим и объясняются их встречи, устраиваемые втайне от меня. Джордж Дент утверждал, что хотел воссоединиться со своей семьей, но на самом деле у него на уме было другое – проверить свои опасения. Не исключено, что вначале он мог подозревать и саму Клэр. В конце концов, благодаря массмедиа всем известно, что 90 процентов сексуальных преступлений, жертвами которых становятся дети и подростки, совершаются взрослыми из их ближайшего окружения. Но думаю, поведение Клэр очень быстро рассеяло его подозрения – он увидел, что она любящая и заботливая мать, очень привязанная к своему сыну. Однако чуть позже, в августе, когда Джордж Дент узнал об исчезновении Шона, подозрения вспыхнули в нем с новой силой. Он снова отправился в Майами, снова начал расспрашивать о «Карнавале теней», уже в другом кафе, и на сей раз объектом его подозрений стал я. Почему? Загадка. Но отчего-то он был убежден, что я являюсь одним из преступников, занимающихся похищением детей. Может быть, он подумал, что я работаю вместе с Кошем? Возможно. Во всяком случае, он позвонил Клэр и попросил ее приехать, намереваясь обо всем ей рассказать. Очевидно, она не хотела верить услышанному, и тогда он передал ей флэшку с фильмом в качестве доказательства. Вернувшись домой, Клэр посмотрела фильм, пришла в ужас, тут же забрала Билли и уехала.

Я еще раз перепроверил все элементы этой гипотезы. По времени все точно совпадало. К тому же находили объяснение и безумное поведение отца, и его агрессивные слова, и удар электрошокером, который он мне нанес. Стало быть, я, скорее всего, прав.

Лишь одна деталь как-то не очень укладывалась в общую картину: отец допустил, что я способен на такие ужасные и омерзительные вещи. Ладно бы он заподозрил кого угодно другого – но меня?! Он ведь знал меня с детства и продолжал, хотя и редко, общаться со мной, когда я стал взрослым. Это ведь его собственная жизнь была полна каких-то темных, неясных периодов, а вовсе не моя!

Самое главное, что Билли тут ни при чем. Все остальное не важно – главное, что это не он на той записи!

Ну хорошо. В этой истории еще много белых пятен, но все же я ощутимо продвинулся. Причастность к ней Коша и «Карнавала теней» была более или менее очевидна. К тому же теперь я мог доказать, что на видеозаписи – не мой сын. Значит, хотя бы эту часть обвинения с меня снимут.

Оставалось сделать еще одну вещь.

Я быстро написал на листке бумаги телефон, протянул его двум девицам, добавив несколько купюр и монет – все, что оставалось от моих наличных денег, – и сказал:

– Возьмите это и уходите отсюда. Я знаю, что денег тут совсем немного, но вы можете позвонить по этому номеру. Это Национальный центр защиты детей, подвергавшихся жестокому обращению. Позвоните, скажите, что вы знакомы с Конни Ломбардо и просите ее вам помочь. Они не оставят это без внимания, обещаю.

Младшая девица оказалась сообразительнее: она вылезла из-под стола, взяла деньги и потянула старшую за руку. Они мгновенно исчезли за дверью, как птички, выпорхнувшие из открытой клетки.

Хозяин мотеля нехорошо улыбнулся:

– Ты покойник, мать твою!.. Можешь сломать мне и вторую ногу, но я тебе гарантирую: ты не уйдешь отсюда живым.

– Спорим, что уйду?

Толстяк издал слабый смешок, несмотря на боль:

– Ты только что подписал себе смертный приговор. Эта улица под контролем местных ребят. Они следят за ней постоянно. Как только они поймут, что девки удирают, они догадаются, что возникла какая-то проблема. Так что через пять минут здесь окажется парочка громил. Ты даже не успеешь позвонить копам. Тебе не выкрутиться, ублюдок.

Не отвечая, я подошел к телефону и набрал номер, который помнил наизусть.

– ФБР, секция Норт-Майами, я вас слушаю, – произнес человек на другом конце провода.

– Здравствуйте. Меня зовут Пол Беккер. Меня разыскивает полиция. Мне нужно поговорить с вашим директором, Аароном Альтманом.

– Я могу соединить вас с агентом, который…

– Нет, мне нужен Аарон Альтман, – перебил я. – Только он. Передайте ему, что у меня очень важные сведения, которые могут его заинтересовать. Особенно в свете предстоящих губернаторских выборов… – Я перевел дыхание. – И скажите ему, чтобы прислал за мной людей. Как можно скорее. Я сдаюсь.