Автор книги: Ольга
сообщить о нарушении
Текущая страница: 45 (всего у книги 79 страниц)
— Хотите сказать, что вы придумали план, как свести меня и Снейпа на ужине, но его самого не позвали? — уточнила она, а Дора с Сириусом виновато переглянулись.
— Похоже на то, — кивнул Сириус, наматывая спагетти на вилку. — Но ты же его позовёшь?
Амелия в очередной раз глубоко вздохнула, и, не сказав им ни слова, поспешила выйти из квартиры. Да, с такими друзьями ей точно никогда не будет скучно!
Из-за ограничения каминной сети, Амелия не могла спокойно отправиться в поместье, поэтому ей пришлось трансгрессировать. Вспомнив свои прошлогодние рождественские каникулы, она не могла не заметить, что в этом году снега было гораздо больше. Амелия не спеша шла к поместью, вдыхая в себя свежий морозный воздух, заодно восстанавливая силы после трансгрессии. Мама встретила ее на крыльце дома, и девушка не могла не отметить, что она будто выцвела.
— Дорогая, я все ещё не понимаю, почему ты не пришла камином, — сказала она вместо приветствия, заключая дочь в объятия.
— Он барахлит немного, — Амелия не стала вдаваться в подробности мер безопасности Ордена, поэтому выдала такой ответ.
Лора не стала уточнять, из-за чего он барахлит, и повела младшую дочь в гостиную, где уже их ждала Пенелопа.
— А где отец? — спросила Амелия, присаживаясь рядом с Пенни.
— Он сейчас очень занят, — тревожно оглядываясь сказала мама, — и почти целыми днями отсутствует.
— Чем он таким занят? — насторожилась Амелия, прекрасно осознавая, что он теперь не работал в Министерстве, а лишь служил Волдеморту.
— Я… я не могу сказать, — заикнулась она, и Амелия увидела на запястье мамы тонкий след от Непреложного Обета.
— Дерьмо! — выругалась Амелия, тут же наткнувшись на строгий мамин взгляд. — Прости, конечно, но по-другому я это не могу назвать.
— Что такое? — вклинилась Пенни, не понимая, о чем идёт речь.
— Папаня что-то мутит с Лордом Обормотом и взял с мамы Непреложный Обет, чтобы она никому ничего не рассказала! — воскликнула она, вскакивая на ноги от эмоций. — Это что-то серьезное? — обратилась Амелия к маме.
Она посмотрела на неё в ответ таким грустным и отчаянным взглядом, что сомнений не оставалось — грядёт что-то страшное.
— Так, ну есть же способ обойти Обет? — не отчаивалась она. — Как звучало условие вашей сделки?
— Я должна молчать о том, что он мне рассказал.
— То есть, чисто теоретически, ты можешь показать? — воодушевилась Амелия, придумывая способ вытянуть информацию из неё.
Мама на это кивнула, встала и повела Амелию за руку на второй этаж. Она еле поспевала за ней, замечая, что Пенелопа плетётся следом за ними.
— Это в кабинете? — догадалась Амелия, когда мама остановилась около одной из дверей.
Девушка дернула на себя ручку, но дверь не поддалась. Пришлось вспомнить все известные ей открывающие чары, и у неё получилось лишь с четвёртого раза.
— Все он по болгарским заклинаниям прикалывается! — пробурчала она себе под нос, заходя в кабинет. Мама и Пенелопа безмолвно последовали за ней, с интересом наблюдая за тем, как она копается в столе, шкафу и пытается взломать сейф.
— Гиппогриф бы побрал эти магловские сейфы! И чего он в столе не держит свои бумажки? Какой у него пароль от сейфа? — спросила Амелия, сбивая пальцы о проклятые кнопки.
— Попробуй все наши дни рождения, — предложила ей Пенелопа, и Амелия начала вводить все новые и новые комбинации, ведь других вариантов у неё больше не было.
Когда сейф распахнулся после комбинации ноль-девять-ноль-один-семь-девять, она замерла на месте, не веря в происходящее.
— Почему ты замерла? Что там такое? — не выдержала Пенелопа, заглядывая ей за плечо.
— Он поставил на сейф дату моего рождения, — пораженно ответила Амелия, чувствуя из-за этого неприятный осадок на душе.
— Потому что он всегда больше заботился о тебе, Амелия, так как ты самая младшая, — сказала мама, и Амелия едва не фыркнула, вспоминая всю его «заботу».
— Он гонял меня больше всех! — все же не выдержала она, доставая из сейфа все бумаги и раскладывая их на столе. — Пенни, родная, метнулась бы ты на шухере постоять, а то мне что-то не спокойно, вдруг он заявится?
Пенелопа бросила на неё страдальческий, но понимающий взгляд, и вышла из кабинета.
— Так, а теперь, когда мы остались одни, покажи мне пожалуйста, что именно нам нужно? — сказала Амелия, как только за сестрой закрылась дверь.
Лора молча подошла к столу и начала перебирать бумаги, а Амелия едва не подпрыгивала на месте от нетерпения.
— Амелия, что ты будешь делать с этой информацией? — с тревогой в голосе спросила она. — Я очень боюсь за тебя!
— У меня есть хорошие связи, — коротко ответила девушка. — Не бойся, со мной все будет хорошо. Ну что там?
— Вот оно, — с придыханием ответила мама, передавая ей несколько листов.
— Нужно дублировать записи, — с волнением в голосе сказала Амелия. — Ты умеешь?
— Да, сейчас сделаю!
На все это ушло не более двух минут, после чего Амелия аккуратно сложила все бумаги и вернула их в сейф, закрывая его. Не сговариваясь, они вышли из кабинета, и Амелия наложила запечатывающие чары на дверь, радуясь тому, что в своё время не ленилась изучать болгарские заклинания.
— Вернёмся в гостиную? — предложила Амелия, складывая бумаги в сумку.
— Пошли.
Ей не терпелось взглянуть на записи отца, поэтому она шла настолько быстро, насколько ей позволяла длина ног. Оказавшись в гостиной, она села посередине дивана, чувствуя, как с обеих сторон подсаживаются мама и Пенни. Амелия дрожащими пальцами разложила бумаги на столике перед ними, и на ближайшие пять минут в гостиной воцарилась идеальная тишина, нарушаемая лишь шелестом пергамента.
— Твою ма-ать, — протянула Амелия, пытаясь отойти от шока. — Он планирует провести семь ритуалов!
— По двенадцать жертв в каждом, — эхом вторила Пенелопа, смотря невидящим взглядом перед собой.
— Для усиления магии Волдеморта!
— Не произноси это имя при мне! — содрогнулась мама, с отчаянием посмотрев на свою младшую дочь. — Амелия, я не знаю, что ты собираешься делать с этой информацией, но это чрезвычайно опасно! Он продумал все!
— Он не продумал то, что это кто-то увидит! — с жаром воскликнула Амелия. — Мне страшно подумать о том, какой силой будет владеть Вол… этот говнюк, если ритуалы состоятся!
— Нужно собрать Орден! — воскликнула Пенелопа, а Амелия с опаской обернулась на мать.
— Орден Феникса? — с ужасом воскликнула Лора. — Вы состоите в нем?
— Да, — Амелия тяжело вздохнула и затравленно посмотрела на Пенелопу. — Ей нужно стереть память.
— Что? — мама в ужасе вскочила с дивана, но Амелия уже ее не слушала, погружаясь в свои мысли. Она думала о том, что ей все же придётся со временем выучить заклинание забвения, но сейчас она была совсем бессильна. Ей нужен был кто-то, кто мог бы стереть воспоминания о сегодняшнем визите в поместье из сознания мамы. Кто-то, кто очень хорош в Легилименции и заклинаниях.
И на примете у неё был только один человек, который способен был это провернуть, кому она доверяла всей своей душой.
Амелия призвала Криспи, наплевав на ругань мамы и жалкие попытки ее успокоить в исполнении Пенни.
— Криспи, мне нужно, чтобы ты срочно доставил сюда Северуса Снейпа!
Она объяснила ему, где он сможет его найти, после чего домовой эльф с хлопком исчез.
— Профессор Снейп, Амелия? — удивилась Пенелопа, поражаясь тому, что ее сестра знает адрес преподавателя Хогвартса.
— Не сейчас, Пенелопа! — рявкнула она, расхаживая по гостиной. Ей казалось, что от перенапряжения ее голова сейчас непременно взорвется, раскидав все мысли по комнате.
Через пару минут в гостиной появился Криспи вместе с Северусом, и Амелия едва не рассмеялась от облегчения.
— Амелия, в чем дело? — с тревогой в голосе спросил он, после чего его взгляд остановился на ее родственниках. — Что происходит?
И Амелия, отдавая себе полный отчёт о том, как дико будет звучать ее просьба, сказала:
— Северус, мне нужно, чтобы ты стёр память моей маме!
========== Глава 52. Эйфория ==========
Все прошло настолько гладко, насколько это могло быть в подобной ситуации. Выслушав краткую историю произошедшего от Амелии, Северус залез в мысли Лоры, чтобы узнать, что именно он должен «удалить», после чего успешно произвёл «очистку».
Пенелопа наблюдала за всем этим с немым вопросом в голубых глазах, но не решалась спросить то, о чем не переставала думать. Ее беспокоила манера общения Амелии и профессора Снейпа, то как они с полуслова понимали друг друга и обменивались долгими взглядами.
А ещё Амелия называла его по имени.
Уложив маму спать, они молча вышли из дома, пребывая каждый в своих мыслях, после чего трансгрессировали на порог Редроуза.
— Амелия, надеюсь, ты понимаешь во что ввязываешься? — сказал Снейп, как только они вошли в квартиру.
— Ты сам все прекрасно видел, что мне ещё оставалось делать? — истерично воскликнула она, чувствуя себя безумно уставшей. — Если мы не вмешаемся в ритуал, то Волдеморт станет непобедимым!
— Он узнает, откуда растут ноги, и вы окажетесь первыми в списке подозреваемых!
— У него есть семь человек, которые в курсе его планов, с чего он решит, что сдала его именно мама? — сказала она, снимая с себя зимнюю мантию. — Кстати, среди Пожирателей ничего об этом не слышно?
— Я никого из них не видел последние недели две, и если бы знал, то уже сказал! — резонно ответил он, и Амелия почувствовала себя ужасно глупо.
— Да, ты прав. Прости, — она вымученно улыбнулась ему. — Пошли у меня в комнате поговорим?
— Амелия! — привлекла к себе внимание сбитая с толку Пенелопа, бросая на них поочередно недоуменные взгляды. — Что происходит? Почему вы…
— Мерлин, точно! — Амелия издала страдальческий стон, вспоминая о том, что вместе с ними была Пенни. — Скоро вся Англия будет знать о том, что мы встречаемся, Северус!
Она посмотрела на него так, будто это он был в этом виноват, на что Снейп упрекающие выгнул дугой бровь. К счастью, к ним вышла Нимфадора, которая была сейчас очень кстати.
— Дора, поговори с Пенелопой о моей личной жизни, тебе ведь не впервой, — она хмыкнула, и потащила следом за собой Северуса, который был немного в замешательстве. — А ты, Пенни, расскажи ей о планах папочки, — крикнула она уже около лестницы.
Оказавшись в своей комнате, Амелия сползла вниз по стене и уперлась лбом в колени.
— Клянусь, эта война высосет из меня все нервные клетки! — пробурчала она, чувствуя правым боком, как Северус садится рядом с ней.
— Ты ведь сама хотела принимать во всем активное участие, — беззлобно поддел он её. — И без такой нервотрепки здесь никуда.
— Обещай, что когда это все закончится, ты поедешь вместе со мной в Дорсет. Там так спокойно, ты бы знал! — она подняла на него взгляд и мечтательно улыбнулась. — Кстати, я писала тебе все четыре недели, что была там, только все это хранится в моем блокноте.
— Могу я взглянуть? — поинтересовался он, и Амелия усмехнулась, вспоминая, что там очень много того, что ему ни в коем случае не стоит читать.
— Не сегодня, — уклончиво ответила она, положив ему голову на плечо. — Давай лучше просто посидим и помолчим?
— Хорошо.
Амелия невольно улыбнулась, думая о том, что с ним было приятно просто молча посидеть, не беспокоясь что это будет неловко. Ей нравилась эта уютная тишина, в которой едва слышалось их тихое дыхание. Она переплела свои пальцы с его, крепко сжимая ладонь, чувствуя незримую поддержку от Северуса, которая не давала опускать руки.
— Значит, — через какое-то время нарушил молчание он, — о наших отношениях знают, как минимум, четверо?
— Кого ты имеешь в виду? — она чуть нахмурилась, мысленно пересчитывая известных ей людей.
— Тонкс, твоя сестра, Блэк и Драко, — он поочередно загнул пальцы, и Амелия невольно усмехнулась тому, что Сириусу достался именно средний палец. — А ещё Дамблдор догадывается.
— И Люпин ещё в курсе, — добавила она. — А ты откуда про Драко знаешь?
— Он вывел меня на один очень занимательный разговор после вашей помолвки, — уклончиво ответил он, — но тогда были лишь подозрения.
— Тогда можешь не сомневаться в том, что он все знает, — фыркнула Амелия. — Сегодня за завтраком он заметил одну очень интересную деталь.
Амелия демонстративно отодвинула край рубашки, показывая ему светлый засос и наблюдая за тем, как розовеет его лицо.
— Ты так мило смущаешься, — улыбнулась она, невесомо касаясь его лица своими пальцами. — Так и хочется наговорить тебе кучу грязных словечек и наблюдать за тем, как ты краснеешь!
— Вы напрашиваетесь на неприятности, мисс Стэнфорд! — притворно строгим голосом сказал он, повалив ее на спину. Амелия звонко рассмеялась, пытаясь выбраться из-под него, но все ее попытки были тщетны. Одной рукой он удерживал над ее головой обе руки, а второй щекотал, заставляя ее извиваться под ним. В какой-то момент невинная шутка переросла в поцелуй, который с каждым мгновением становился все жарче, а ее попытки вырваться становились слабее. Рука, которая ещё недавно щекотала ее, теперь с силой сжимала её бедро, задирая при этом подол юбки.
— МОИ ГЛАЗА! — послышался вопль Сириуса, и они резко оторвались друг от друга, повернув головы в сторону двери, в проеме которой стоял Блэк. — КТО-НИБУДЬ, СОТРИТЕ МНЕ ПАМЯТЬ!
— Хорош верещать как мандрагора, Блэк, и свали нахер из моей комнаты! — гаркнула на него Амелия, вставая на ноги.
— Я просто зашёл сказать, что все начали приходить на собрание! — сказал он перед тем, как выйти.
— Гадство! — пробурчала Амелия, подходя к зеркалу, из которого на неё смотрела растрепанная девушка с горящими щеками и лихорадочно блестящими глазами.
— Я совсем забыл, что кто-то может зайти, — словно оправдываясь сказал Снейп, поправляя сбившуюся мантию.
— С такими соседями нужно всегда держать комнату запечатанной заклинаниями, — отозвалась она, бросая на него взгляд через зеркало. — Я сама виновата.
— Нам нельзя вместе показываться сейчас, — сказал он, наблюдая за тем, как Амелия приводит себя в порядок.
— Спускайся, я подойду через пару минут.
Так они и поступили. Когда Амелия вошла в столовую, многие места за столом уже были заняты, и она, проигнорировав свободное место около Северуса, села между Пенелопой и Сириусом. Пенни старалась не смотреть на неё, и это выглядело очень подозрительно для окружающих, но сама Амелия догадывалась, в чем была причина.
Ведь не каждый день узнаешь, что твоя младшая сестра встречается с самым строгим и нелюдимым профессором Хогвартса.
Но Амелия знала его с совершенно другой стороны, которую он открывал лишь тем, кому доверял. Она знала, каким он может быть заботливым, нежным, что за мрачным фасадом скрывается доброта. Снейп не был идеальным, в нем было множество темных пятен, которые делали его жизнь порой невыносимой, но в этой борьбе все ещё побеждал Свет.
— Стэнфорд! — она вздрогнула и обернулась на Грюма, который, судя по всему, звал ее уже не в первый раз. — В каких облаках ты витаешь?
Сириус, слева от неё, еле слышно фыркнул, за что Амелия от души наступила на его ногу, с мрачным удовлетворением отмечая, как он от боли втянул воздух сквозь зубы.
— Чего тебе? — отозвалась она, бросив на него выжидающий взгляд.
— Как это «чего»? — гаркнул Шизоглаз, крутанув своим искусственным глазом. — Ты нас собрала, чтобы рассказать важную новость, а сама сидишь нарглов считаешь!
Амелия обежала взглядом всех присутствующих, замечая, что все с ожиданием смотрят на неё, встала из-за стола и достала из своей сумки бумаги, которые принесла из поместья. Передав их Грюму, она запрыгнула на подоконник около него и закинула ногу на ногу.
— Вот же Мерлинова срань! — воскликнул он, когда ознакомился с информацией.
— Аластор! — с упрёком воскликнула Макгонагалл, округлив глаза.
— Не брюзжи, Минни, — отмахнулся он, передавая бумаги ей. — Сначала сама посмотри, что там, а я уже посмотрю, как ты после этого запоёшь!
— Что там? — спросил Сириус, которому, судя по всему, Пенелопа не рассказала о произошедшем в поместье.
— Чтобы не тянуть кота за я… усы, — Амелия спрыгнула с подоконника, получив предупреждающий взгляд Макгонагалл, — я вкратце расскажу о том, что в этих бумагах, — она завела руки за спину и начала идти вокруг стола, чтобы каждый мог видеть и слышать ее достаточно хорошо. — Дело в том, что Темный Лорд поручил моему отцу одно очень важное задание: он должен провести семь ритуалов с двенадцатью жертвами в каждом.
— Немыслимо! — воскликнула Молли Уизли, схватившись за сердце.
— Вот именно, — согласно кивнула ей Амелия. — Ритуалы назначены на седьмое января, в день Рождества Христова у восточных Христиан. Кроме того, этот день ещё усилен магией полнолуния, верно, Римус?
— Верно, — он побледнел и тяжело сглотнул.