Текст книги "Цветок на скале (СИ)"

Автор книги: Наталья Машкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 33 страниц)

Глава 66

– Решила стравить братьев между собой, северная дрянь! – громко прошипел кто-то неподалёку.

Потрясённая тишина сменилась на бурное волнение, шепотки и даже крики, что волнами прокатывались по залу. Блестящий ход! Только старший Астарский имеет реальную возможность противостать власти короля и защитить Гарнар и его хозяйку! Вот только, кого он сам выберет? Ещё недавно, большинство придворных поставило бы на то, что хозяин Ламеталя сохранит верность брату, но после того, что вскрылось только что…

Король побагровел и едва не вскочил с трона. Эуфимия удержала его в последний момент. Она вцепилась ему в руку мёртвой хваткой, откуда только силы взялись, и впилась взглядом в налитые кровью глаза мужа. Достоинство! Это и величие, и крест каждого, кто носит корону. Его они оба не имеют права терять! Да… Он сможет поквитаться потом. А пока должен терпеть, терпеть…

Те двое, что вызвали такие бурные и разные чувства у окружающих, не видели ничего, кроме друг друга. Так и стояли глаза в глаза. В какой-то момент Мар сообразил, что он должен что-то сделать. Что, стоя вот так столбом, он позорит её. Она же не торопила его. Стояла, держа венок в протянутых руках, и улыбалась.

Столько светлой радости было в этой улыбке, что он почувствовал, как в ответ, в его душе рождается что-то настолько же светлое и слепяще-радостное, что это сбивало с толку. Он и не думал, что когда-нибудь испытает подобное: словно он стоит на пороге, а впереди сияющее нечто, куда так страшно и так хочется шагнуть. Ожидание счастья – вот что это было. Откуда мог узнать это прекрасное чувство человек, никогда не испытывавший его? Выживание, борьба, а в последнее время служение другим и радость от этого, всё это он знал. А счастью придется учиться. Ничего, он научится!..

Его промедление окружающие истолковали иначе. По знаку короля, один из советников проблеял:

– Вы вовсе не обязаны подчиняться старому обычаю, Ваше Высочество! Ведь, хотя вы формально и являетесь пока подданным Дормера, но, по сути… – почтенный лорд замялся, подыскивая подходящее обоснование. Лысина его покраснела от напряженной работы мысли, – вас уже можно считать отдельным субъектом Права Народов потому, что закон о возможной независимости Ламеталя утвержден Его Величеством! – закончил он свою мысль несколько скомкано. Но, как говорится, что можем…

Зал загомонил сильнее. Лорды громко высказывали своё мнение по поводу того, имеет ли право принц Дормера, являющийся одновременно Лордом Протектором восстановленного, по сути, королевства Ламеталь и его будущим королем, не подчиняться древним законам Дормера. Это была коллизия за которую можно уцепиться, затянуть решение, а в дальнейшем и вовсе избежать ненавистного брака! Эльдар приободрился. Его советники не зря едят свой хлеб!

Мар, слыша всё более громкие голоса, выплыл ненадолго из их одной на двоих с Альтеей реальности, и недоуменно огляделся. Увидел раскрасневшиеся лица придворных и напряжённое лицо брата. Неужели они думают, что кто-то может решать за них? Никто и ничто не помешает ему принять этот венок, раз уж она пришла к нему за помощью. Он защитит её и Гарнар, а с тем, может ли быть у них совместное будущее, они разберутся позже.

Мар протянул руки, прикоснулся к её рукам и радость полыхнула какими-то новыми, запредельными красками. Захотелось смеяться и плакать. Слабость и "развинченность" последних трёх дней уходили. Может быть, странно, что в такой прекрасный момент приходят неуместные мысли, но Мар подумал, что ему понятно теперь, почему дормерцы уже много веков как отказались от союзов истинных пар. Почему готовы жертвовать дочерями, жёнами. Ответ прост. Уязвимость. Если забрать у него сейчас Альтею, выживет ли он? А через неделю, месяц? Он пойдёт и умрет на её могиле. В этот миг он понял отца и простил. Как тот мог жить, если уже был мёртв? И спасибо за науку ему и Марвину. Он не предаст свою пару никогда.

Он взял венок из рук Альтеи и мягко положил ей на голову. Она стала невестой.

– А теперь в храм! – внезапно подал голос во вновь наступившей оглушительной тишине Марвин. Он требовательно смотрел на монарха и советников. Выбор сделан и принят. Старинный обычай должен быть исполнен как можно скорее.

Эльдар просто почернел от злобы, но медленно кивнул. Брат не оставил ему никакого выбора. Мар не смотрел на него. Он, наконец, сделал то, о чем мечтал весь вечер: подхватил свою невесту на руки.

– Она должна войти в храм сама! – возмутился кто-то.

– В храме и отпущу. Босая ты по двору не пойдешь, – пробормотал Мар, в который раз услышав в своём голосе сварливые нотки, присущие Дарбору.

Альтея только негромко рассмеялась и обняла его обеими руками за шею:

– А я не отпущу никогда…

***

В храме Единого Бога или Бога без имени, как его ещё называли, было не протолкнуться. Он был величественным и громадным, но и желающих увидеть свадьбу было слишком много. Святилище находилось рядом со дворцом, и многие из придворных чуть ли не бегом кинулись туда, чтобы занять лучшие места. Слух молнией пронесся по городу. Люди лавиной хлынули в храм. Как же! Такая свадьба и такой скандал! Княгиня Гарнара принудила Лорда Протектора Ламеталя жениться на себе! И что может произойти дальше, знают только боги!

Сам Мар, с Альтеей на руках, двигался неспешно в окружении гвардии Гарнара и своих людей. Мало того, он держал наготове универсальный щит и несколько атакующих заклинаний. Никто и ничто не помешает их свадьбе! Король с королевой, архимаг, советники и прочие родовитые лорды шли следом за ними.

Вот и храм. Король со свитой прошли вперёд, чтобы занять места. Жених с невестой ждали знака, что всё готово для церемонии. Молчали. Слова были не нужны. Они ощущали такие похожие чувства: счастье, трепет, нежность и страх, что им могут помешать. И ещё: они боялись друг за друга.

Он так боялся причинить вред своей Незабываемой и клялся себе, что никогда не сблизится с ней. Что всё это только для защиты её и её народа. Она боялась того, что ненависть и месть короля перекинется на него. Обоим было странно и немного смешно ощущать обрывки подобных мыслей в разуме другого. Риск? Месть? У них ещё будет время объяснить, что риска нет и Эльдар не так ужасен, как может показаться, но не сейчас. Сейчас было так хорошо просто молчать и тонуть во взаимной нежности.

Гвардейцы одного и другой старательно отводили от них глаза. Трепетная, отчаянная, вымученная какая-то любовь читалась в том, как жених прижимал к себе невесту, как она сцепила руки вокруг его шеи, не оторвать! Она была в их лицах, таких беззащитных и непохожих на себя. Во взглядах, что они не не могли отвести друг от друга. Альтея тихо плакала, похоже, не осознавая это. Он вытирал или сцеловывал слёзы с её щёк и бормотал какие-то глупости, что шепчут детям, когда те плачут. А она только сильнее сжимала руки, до побелевших суставов, молчала и плакала.

По сути, они оба не смогли бы сделать ничего лучшего для того, чтобы спаять своих людей воедино. Те любили их и сейчас им было страшно и стыдно от того, что они не понимали. Их вожди, оказывается, жестоко мучились столько лет. Такое не сыграть. Да такие как они и не стали бы играть!

Они переносили своё несчастье молча и так стойко, что глубину этого страдания их друзья, а они и правда были друзьями, а не просто охранниками, постигли только сейчас. Не из-за перенесённых невзгод едва не умерла Альтея, вернувшись из Лиметты. Не просто так оставался один как перст все эти годы властитель Ламеталя. Мало того, воины отлично знали, где он отсыпался, когда пропадал из своих покоев. Знали, но никогда не искали его там, не обсуждали между собой и не позволяли себе думать, почему.

Теперь они не просто понимали – видели воочию лик любви, что эти двое носили в своих сердцах годами, ни на что не надеясь и не ропща. И раз для счастья друга нужно терпеть дормерца или предводительницу скархов, они готовы! Что угодно, только бы не видеть этих слёз, отчаянных глаз, судорожно стиснутых рук!

Прибежал служка и сообщил, что они могут войти. Обычно, жених шёл первым и ждал невесту у алтаря. Они поступили по-своему. Мар поставил Альтею на ноги и они пошли вместе, взявшись за руки. Их люди шли рядом. Они не позволят чему-то помешать их друзьям быть вместе. На глухой ропот толпы, что они нарушают обычаи, ни те, ни другие не обратили никакого внимания. Не их дело, как эти двое идут навстречу своей судьбе. Они тут непрошенные, да и нежеланные гости, что пытаются вторгнуться в личное. Пусть молчат!

Дойдя до алтаря, жениху и невесте пришлось разомкнуть руки и встать по обеим сторонам алтаря. Священник встал между ними, но чуть в отдалении, не мешая им видеть друг друга. Он только свидетель того, как они принесут брачные клятвы. Когда же они опять сомкнут руки, никто не сможет уже встать между ними. Охрана, не сговариваясь, рассредоточилась вокруг, отсекая, по сути, молодую пару от присутствующих. Странная церемония!

Мар должен был принести свои обеты первым. Он так хотел бы принести старые клятвы, что связали бы их жизни в одно! Но разве он имеет право распоряжаться жизнью любимой? Поэтому он, скрепя сердце, произнес принятые в Дормере формулы брака:

– Я, Адельмар, беру тебя, Альтея, в жены и обязуюсь хранить, беречь пока смерть не разлучит нас…

Теперь её очередь. Она, глядя только на него, и, слегка насмешливо, как ему казалось, улыбаясь заговорила:

– Я, Альтея, признаюсь перед богами и людьми, что люблю тебя, Адельмар, так, как только может женщина любить мужчину…

Старая формула зазвучала под сводами храма. Такого не было уже много сотен лет. Истинный брак, единственный, какой знал этот мир до прихода дормерцев! Люди замерли. Безумная северянка связывала свою жизнь с жизнью брата короля. Если умрёт он, погибнет и она. Безумие! Но был тот, кто радовался. Хотя, точнее было бы сказать, что король Дормера испытывал головокружительное облегчение. Вот зачем ей нужно было это странное платье!

Королева скархов не собиралась губить его брата! Она с самого начала планировала защищать своего мужа от него! Если умрёт он, то и она тоже, и магия Гарнара окажется под угрозой, ведь вторая из сестер явно не могла быть наследницей. Сейчас это стало ясно. Сильный менталист не может быть идеальным вместилищем родовой магии. Оставалась младшая. Где она и способна ли принять на себя магию Гарнара в полноте? Пока это не станет известно, княгиня Гарнара неприкосновенна, а значит и её муж тоже.

Эльдар горько улыбнулся. Он хорошо потрудился над своим образом, раз все вокруг уверены, что он способен убить собственного брата ради уязвленной гордости или стекляшек, способных удерживать в себе магию!

Мар в очередной раз оказался прав, а он сам чего-то не видел в Северной Стерве, или не видел ничего. Да, она воспользовалась братом, чтобы защитить от него Гарнар, но и обезопасила его, как могла. А если учесть то, как она на него смотрит… У короля было много женщин, он никогда не считал их, но их было много. На него так не смотрел никто и никогда, даже тогда, когда он забавлялся навязывая своим пассиям любовь.

Старые книги не врали, любовь нельзя навязать. Страсть, одержимость, что угодно, но не любовь, потому, что любовь – это выбор самой души, её суть. Мар опять прав! Люди не куклы, ими нельзя управлять, как бы ни хотелось. Манипулировать, если у индивида не хватает воли, да, а управлять, если конечно психика не изломана в хлам, нет. Любой, самый предсказуемый, на твой взгляд, ход, может дать совершенно противоположный результат.

Взять ту же Альтею. Он, дурак, радовался, что она и не смотрит на брата, а она, всего лишь, боялась сорваться. Мар оказался более "мягкотелым". Он и не пытался скрывать свои чувства. Глядя на то, какими страдающими глазами он смотрит на Королеву скархов, Эльдару хотелось удавиться… Это было тогда, когда он считал, что она играет братом…

Теперь же, глядя в прекрасное, сияющее любовью и нежностью лицо эльфийки он испытывал к ней глубочайшую благодарность. Его брат, всё-таки получил то, что так искал и чего был достоин: он увидел лик любви.

Эльдар верил теперь, что она и раньше, с улыбкой, как и большинство этих чокнутых фейри, когда играют с жизнью, спасла Мара, не ожидая, что выживет, и, уж точно, не желая что-то получить взамен. Он благодарен и не забудет этого. Он никогда не посягнет на её жизнь. Сердце захолонуло, его словно стиснуло ледяной рукой. Клятва! И пусть! Если она убьет его, то брат со своей хитроумной женой придумают как обойти её или отменить. Сильнейший маг и фейри королевского рода! Эта парочка будет непобедима!

Глава 67

– Я, Альтея, признаюсь перед богами и людьми, что люблю тебя, Адельмар, так, как только может женщина любить мужчину. Я принимаю твой путь под небесами и предаю тебе свой. Я уравниваю свою магию и годы своей жизни с твоими. И пусть будут боги свидетелями тому!

Всё! Клятва произнесена. Сейчас они соприкоснутся руками и, если боги примут клятву Альтеи, у неё над сердцем появится символ. Для того и нужно платье с таким странным вырезом: чтобы засвидетельствовать всем, что клятва принята и эта женщина полностью принадлежит одному мужчине на всю жизнь.

– По классификации принятой ранее, их брак считался бы полумагическим, ведь обязательства приняла на себя только одна сторона. И слава богам! Если она умрет, брат не последует за ней. Всё обошлось лучше, чем могло бы, – размышлял король.

Когда Альтея замолчала, священник произнес:

– Соедините ваши руки…

Адельмар поднял ладонь, давая ему понять, что ещё не время. Он заговорил, а сердце короля остановилось:

– Я, Адельмар, признаюсь перед богами и людьми, что люблю тебя, Альтея, так, как только может мужчина любить женщину. Я принимаю твой путь под небесами и предаю тебе свой. Я уравниваю свою магию и годы своей жизни с твоими. И пусть будут боги свидетелями тому!

Святилище, битком набитое людьми молчало. Священник, не скрываясь, плакал. Первый магический брак за сотни лет! Он уже не пытался продолжать церемонию, а ждал, когда ему подадут знак.

Адельмар, между тем, не торопился. Он сделал паузу, пристально вглядываясь в лицо своей уже почти что жены. Альтея ответила ему таким же прямым взглядом. Тогда он заговорил опять:

– Я также подозреваю в тебе свою истинную пару и прошу тебя, Альтея, о проверке, чтобы путь наш вместе продолжился и дальше, не только под небесами этого мира.

Люди ахнули. Почти никто не понял, о чём конкретно идёт речь, но звучало грандиозно! Чтобы описать чувства короля и других сильных магов, достаточно будет сказать, что подобного они раньше не испытывали.

Они жили магией, дышали ею, но испытывать себя так и бросать вызов богам ни один из них не решился бы. Тем более, ради чего? Ради любви и того, чтобы связать души навечно? Что за блажь! Как такое вообще можно было бы ожидать от существ, которых они считали такими же, какими были сами: сильными, жёсткими и рациональными, и никогда не заподозрили бы в сентиментальной чепухе? Что ответят им боги? Что будет, если они не окажутся истинными? И как жить рядом с ними, если окажутся?!

Пара, связавшая себя узами любви, своим примером может подорвать сами основы их общества, построенного на рациональности и насилии. Потому, все государственные мужи, как один, горячо желали новобрачным, чтобы боги покарали их сейчас за наглость для всеобщего спокойствия.

Король же едва держался. Такого ужаса он не испытывал никогда, даже в детстве, когда первый раз убил человека: наёмника, который был послан, чтобы убить его самого. Хотелось закричать, остановить всё это, но он изо всех сил сжимал зубы и кулаки, и держался.

Брат всегда был на его стороне, он тоже будет. Если он так решил, то – в добрый путь! Хотя, признаться, они удивили его. Оба. Оказались не такими, как он всегда думал о них. Вот тебе и менталист!

Взгляд Эльдара упал на юную сестру, теперь уже, жены брата. Она тоже держится из последних сил, лицо бескровное. Неужели у него такое же? Да, детка, нелегко отпускать в полёт тех, кого любишь, тем более, что полёт этот может слишком быстро и трагично закончиться встречей с землёй!

***

Священник кивнул, давая понять, что услышал брата короля. Он, не вытирая слёз, выступил вперёд и громко провозгласил:

– Дети! Вы пожелали участвовать в великом таинстве и испытать себя и богов. Так пусть же они увидят ваши сердца!!! Опустите щиты и соедините руки!

Эльдара откровенно потряхивало от напряжения и ужаса. Он смотрел на брата и его жену, потом взгляд его возвращался к Анастас Гарнарской. Она единственная из присутствующих испытывала то же, что и он сам: смертельный страх за близкого человека.

Она не трепыхалась от волнения, как прочие дамы, наоборот. Так как вела себя сейчас она, вели себя, на памяти Эльдара, самые идейные и мужественные из заговорщиков. Во время казни они бывали подчёркнуто холодны и спокойны, и только застывший взгляд говорил о том, как напряжённо они ожидают последнего удара.

Так и эта девочка. Она знала о планах сестры гораздо дольше, чем любой из присутствующих, и помогала ей их реализовать. Волнение и страх уже, должно быть, доканывают её, но она держится. Только глаза на белом как мел лице кажутся чёрными из-за расширившихся зрачков или чего-то ещё, и воздух вокруг дрожит от напряжения.

Люди, испуганные возможной нестабильностью сильной магички, отхлынули от неё подальше, несмотря на толчею. Остался один Марвин. Тот, видимо, контролируя её состояние, был рядом и даже взял девушку за руку. Странно, что она позволила, хотя и никак не реагировала на поддержку. Наверное, не осознавала её.

Брат первым опустил щиты и те маги, что видели его резерв раньше, испытали привычное чувство ужаса и восторга. Он был истинным выродком. Таких сильных магов, за всю историю наблюдений, родилось только несколько и их уничтожили сразу же. Бедствия, которые мог принести сумасшедший с таким резервом, могли бы полностью, при должном его усердии, выкосить жизнь на целом континенте.

Это была официальная версия. Правда же заключалась в том, что пожелай такой маг властвовать, королям нечего было бы ему противопоставить. Потому, советники отца с таким энтузиазмом восприняли, в своё время, идею о другом наследнике. И, если бы не заступничество архимага, то Мара убили бы сразу после рождения брата.

Потом время было упущено. Почему? Это становится очевидно, как только видишь средоточие его магии: оно сияло, как звезда. Так же беспощадно ослепительно и ярко. Такого не победить в прямом столкновении, только предательством и вероломством, что почти произошло в Лиметте.

Странная история! Эльдар не говорил брату, но расследование по этому делу шло все эти годы. Вот только, безрезультатно. Но, это пока. Он найдёт виновных и покарает их. Не жить тем, по чьей вине он почти потерял брата! Если бы не самоотверженность Альтеи… Он теперь, даже мысленно, не мог обозвать её Северной Стервой или Королевой скархов. Характер у неё, конечно, премерзкий, как и положено фейри! Но зато она умеет защищать своё. И мужа своего сумеет сберечь, пока он не разберётся во всех странностях дела Лиметты.

Если, конечно, она выживет сама. Жить с выродком, спать с ним… На такое, и правда, могла решиться, наверное, только представительница королевского дома эльфов. Они даже среди своих считались самыми отвязными, то есть бесстрашными. Не Знающими Страха, как писали в их древних летописях. Чем и заслужили честь быть ведущими народ.

Что-то беспокоило его. Эльдар присмотрелся. Он, как лекарь, своим умеющим замечать и запоминать частности взглядом, не мог не заметить того, что резерв брата ещё подрос с того времени, как он наблюдал его в последний раз. Когда это было? Ещё перед войной… Но ведь такого не может быть!

Он посмотрел на архимага и тот ответил ему потрясённым взглядом. Тоже заметил! Эльдар присмотрелся ещё. Резерв не только подрос, но и видоизменился. В чём это заключалось, он пока понять не мог, но что-то было явно не так, как раньше. Надо разобраться! Но как заставишь этого упрямца опустить щиты и подпустить их с Марвином к себе? Он ведь знал, что с ним что-то происходит и молчал! А если это опасно? И как лечить магические аномалии такого сильного мага?

Король так погрузился в свои размышления, что почти пропустил тот момент, когда княгиня Гарнара опустила свои щиты, но только почти. Зал потрясённо выдохнул. И было от чего! Резерв эльфийки был практически таким же, как у её мужа. Только он не слепил и не подавлял. Эльдар знал, что резерв, как отражение сути своего владельца, при наблюдении может давать визуальный эффект разных цветов и оттенков. У него самого, он имел зеленоватый оттенок, как у всех целителей, что правда из-за силы магии, было не заметно. У Мара он был слепяще-белым, что и не мудрено. Самое яркое пламя тоже белое. Резерв Альтеи был многоцветным, словно составленный из драгоценных камней. Он ярко, но мягко сиял и пульсировал.

– Как сердце! – пронеслось в мозгу у Эльдара.

Такого он не видел никогда. Даже в книгах. Понятно, что в его библиотеке и Архиве тайн не было всего, ведь древние расы хорошо хранили свои тайны, даже ценой жизней: своей и других. Значит, это какая-то из древних тайн или особенность эльфов королевского рода? Эх! Даже если спросить, ни княгиня, ни её сестра не ответят. А надавить уже не получится…

Эльдар всмотрелся ещё и сердце его замерло от восторга. Не могло не замереть, ведь он, несмотря ни на что, в большей степени был магическим существом, чем типичным королём дормерцев. Он понял!!! Чудо происходило на их глазах. Оно, по сути, произошло уже давно, но становится явным только сейчас. И он ещё хотел в любовницы эту женщину! Ту, что уже без остатка принадлежала другому. Как они, вообще, выжили друг без друга столько лет?!!

Прошла ещё пара мгновений и то, что первыми заметили сильные и обученные маги, увидели все способные видеть магические потоки. Новобрачные ещё стояли на своих местах, а их магия уже потянулась друг ко другу. Все в их мире знали, что чужеродная магия никогда не бывает дружественна и потому, пользоваться энергией из накопителей могли только хорошо обученные маги. Потому и беременность магичек оборачивалась для них чередой страданий: чтобы поддержать развитие ребёнка, в мать вливали такую вот чужеродную энергию из накопителей.

То, что происходило у них на глазах, опровергало всё, что они знали о своём мире. Магия этих двоих, такая разная, тянулась друг ко другу. Первые потоки, встретившись, тут же переплелись, ничуть не конкурируя и не подавляя. Они сияли, вились узорами, а за ними следующие, и ещё, ещё… По сути, когда пара шагнула навстречу друг другу, их ауры уже слились, но, как оказалось, не до конца.

Их ладони встретились и что-то полыхнуло. Некоторые из присутствующих закричали. Неужели боги покарали безумцев?! Нет! Они так и стоят, взявшись за руки, среди этого сияния. Магия ликовала! Другого слова, чтобы описать происходящее у Эльдара не было. Она сияла, сплетала пару воедино, свивалась узорами и узоры эти дивным образом напоминали цветок альтеи – символ Гарнара.

– Что ж, – думал король несколько раздражённо, – их любовь, и правда, можно считать эталоном стойкости, а ещё дурости. Идут навстречу друг другу, не смотря ни на что. Как, впрочем, и всегда!

Казалось бы, сюрпризов и потрясений этот вечер уже преподнёс достаточно, причём всем. Как оказалось, один из главных сюрпризов был впереди. Мар поцеловал невесту, завершая, по сути брачную церемонию. И отстранился от неё, всё ещё держа за руку. Сейчас священник объявит их мужем и женой перед богами и людьми.

Не успел. Альтея негромко рассмеялась от счастья, светло и радостно. Стены и купол храма, объяснимым образом отразили этот смех, раз за разом усиливая его. Теперь он звучал повсюду, словно сам мир ликовал. Опять полыхнуло. Альтею подбросило высоко вверх. И там, почти под самым сводом храма, распахнулись её сияющие крылья, отбрасывая многоцветные блики на купол и стены храма, на лица потрясённых людей.

Под светом, что излучали эти дивные крылья, лица казались мягче, добрее, а в некоторых, вот чудо, проступали иные черты, словно вторая ипостась этих существ проснулась и просилась на волю. Люди изумлённо разглядывали друг друга, испытывая небывалый душевный подъём. Хотелось смеяться, вторя звонкому у смеху, что носился под сводами храма, будто бы живя своей жизнью. И они смеялись, чувствуя себя небывало живыми и счастливыми сейчас.

Альтея медленно спланировала вниз и Мар подхватил её на руки.

– Я, что же, получается, женился на чистокровной фейри? Да помогут мне боги! – потрясённо пробормотал Мар.

– Они тебе уже помогли, – ухмыльнулась Тай, – иначе не знаю когда бы я решилась…

– Я пугаю тебя до сих пор… – сник новоиспеченный муж.

– Дурень! Меня пугала только сила моих чувств к тебе. Я никогда не испытывала подобного и боюсь…

– А я нет, – отрезал Мар. – Я пошёл на это, чтобы защитить тебя. Не бойся, я и не собирался настаивать на том, чтобы наш брак стал реальным. Никогда я не стану принуждать тебя. Ни в чём…

Утешив и успокоив, как он считал Альтею, Мар переключился на крылья.

– Они прекрасны! – шептал он невесомо проводя рукой по крылу.

– Это получилось спонтанно, – смутилась Тай, – я не планировала такого. Это всё только усложнит…

– Нет, – улыбается ей Мар. – Ведь у тебя муж – выродок. Кто смог бы лучше защитить первое чудо нашего просыпающегося мира?