Текст книги "Вечно голодный студент 10 (СИ)"

Автор книги: Нариман Ибрагим

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 32 страниц)

Пройдут годы, прежде чем они смогут начать воевать по-крупному, и это гарантирует спокойствие на южных рубежах Фронтира.

– Бро, я тут подумал… – вновь заговорил Щека. – А не смотаться ли нам в Америку?

– Во-первых – зачем? – спросил я. – А во-вторых – нахуя?

– Ну, знаешь… – произнёс Щека. – Не был в Америке, не знаю, как правильно делать рэп! Не продал ни один трек, никаких контрактов нет! И, походу, Щеку не знает ни Method, ни Red!

– Не знал, что ты поклонник говнорэпа, – сказал я.

– Да батя слушал… – ответил он. – С детства в голове засело.

Он замолк и погрустнел. Я не нашёл, что сказать – ничего уже не изменить, и слова вообще не помогут.

– Ну, короче, США! – тряхнув головой, воскликнул Щека. – Надо слетать в Лос-Анджелес, в Голливуд! Хочу пожить пару дней дома у Тимоти Шаламе!

– Ты так и не ответил на главный вопрос, бро, – произнёс я. – Нахуя?

– Ты чё⁈ – спросил он. – Это Тимоти Шаламе! «Дюна»! По-любому у него дома лежит спизженный реквизит! Лисан аль-Гаиб!

– Ну, не знаю, – сказал я. – Сомнительно…

– Да и вообще, США – это богатейшая страна мира, – продолжил Щека свою аргументацию. – Там столько лута, что хватит на десяток жизней! Технологии, оружие, вся хуйня – Эльдорадо!

– Хуй кто даст нам всё это вывезти, – покачав головой, сказал я. – Да и далеко – нерентабельно везти.

– Попомни моё слово, бро! – пригрозив мне пальцем, проговорил Щека. – Америку, блядь, нельзя оставлять без внимания! Ёбаный Обэма придёт к власти и всё, пиздец! Они снова направят на нас свои ядерные ракеты и будут диктовать нам, нахуй, свою черножопую, волосатую…

– Ах, блядь, я забыл сообщить Ронину! – спохватился я и снял рацию с пояса. – «Январь», вызывает «Дюшес-1».

– Нет, ты дослушай! – потребовал Щека. – Эти мерзкие пидарастические ушлёпки снова будут…

– «Дюшес-1», «Январь» на связи, – последовал ответ Ронина.

– … ссать по нашим подъездам! – вещал Щека. – Ломать наши лавочки и понижать пенсии пенсионерам! Разрушать нашу систему образования! Руинить нашу систему здравоохранения! Повышать нам налоги, нахуй! Налоги, Студик! Обэму надо остановить!!! Немедленно, блядь!!!

– Похоже, что мы нашли Зульфикара, – сообщил я Ронину.

– Что у вас там происходит? – спросил он.

– Нужно вылетать первым же рейсом! – продолжал Щека.

– Забей, – попросил я Ронина. – «Хлопушка-1» очень хочет в Америку, чтобы не допустить прихода Барака Обамы к власти.

– А, понятно, – ответил он. – Значит, Зульфикар найден? Он жив?

– Нет, – сообщил я ему. – Щека добил его и отрезал ему башку. Не знаю, зачем, ведь мы везём все тела на тележке…

– Везите к дворцу, – приказал Ронин. – Конец связи.

Возвращаю рацию на пояс и продолжаю толкать прицеп.

– Ты осознаёшь всю серьёзность ситуации, бро⁈ – спросил Щека. – Наша цивилизационная миссия – не позволить Обэме занять Белый дом!

– Ага-ага, – покивав, ответил я. – А если там к власти придёт какой-нибудь Джо Байден?

– Джо Байден? – переспросил Щека. – Этот – окей. Это же наш слоняра! Но мне кажется, что он уже давно сдох.

– Ну, у него должны были быть охуительные условия, – возразил я. – Частная охрана, большой дом, какие-то продовольственные запасы, а также, что самое главное, куча очень полезных связей. Всё-таки, это бывший президент США, поэтому его точно не бросили одного. И если ему выпал КД…

– Тогда я буду спокоен за Соединённые Штаты, – ответил на это Щека. – Этот и не такое руинил, поэтому хуй с ним. Лишь бы не пускал к власти Обэму!

Прикатываем прицеп к бывшему Имперскому дворцу, где очень многое напоминает о Баграме №6 – например, здоровенный портрет в холле, на котором шахиншах изображён сидящим на белом коне, в восточных доспехах и с копьём в руках.

«Эго у него – просто капец…» – подумал я, вспомнив этот портрет.

– Ронин! – крикнул Щека. – Принимай работу!

– Это разве работа? – спросил я у него.

– Ну, калории мы на это потратили, – пожав плечами, ответил он.

Ронин вышел из парадного входа и прошёл к прицепу.

Щека вытащил голову Зульфикара и продемонстрировал ему её со всех ракурсов.

– Он, – произнёс Ронин и удовлетворённо кивнул. – А остальные…

Он рассмотрел тела, лежащие в прицепе.

– Да, это Харс и Гавнар, – идентифицировал он двоих КДшников.

– Как-как⁈ – переспросил Щека. – Говнарь⁈

– Гавнар, – покачав головой, поправил его Ронин.

– В переводе с фарси – бык, – проявил я свои лингвистические познания. – Правильно это звучит, как «Гав нар».

– Говнарь, короче, – сказал Щека. – Всё с ним понятно. Жил, как говнарь, а умер, как лох. Ты, кстати, тоже чуть не умер, как лох, бро! Ха-ха!

– Сходи-ка ты на хуй, – нахмурившись, попросил я его.

– Похоже, что это были последние, – произнёс задумчивый Ронин. – Вы досмотрели тот район?

– Не, мы бросили всё сразу же, как увидели Зульфикара, – ответил я. – Дело-то важное.

– Правильно, – кивнув, сказал Ронин. – Ладно, отправлю кого-нибудь, чтобы прочесали оставшиеся участки. Можете отправляться в аэропорт – первым же рейсом летите в Волгоград. Потом, в зависимости от развития ситуации, посмотрим, надо ли вам возвращаться.

– Всё, окей, – ответил ему Щека. – Студик, брат-братан-братишка, погнали! Надо срочно сообщить Профу, что Обэма должен быть остановлен!

* Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 27 апреля 2029 года*

– Почему всякий раз, когда ты возвращаешься с Ближнего Востока, Студик, я узнаю, что найдены ещё какие-то твои дети? – с усмешкой спросила у меня Лапша.

– Потому что их просто дохуя, наверное, – пожав плечами, ответил я ей.

– Я хочу похвалить тебя, Студик, – произнесла Лапша. – Всё-таки, я не ошиблась в тебе.

– За что хвалишь-то? – поинтересовался я.

– Ты не убил Мону, хотя мог и никто бы не сказал тебе ничего дурного, – объяснила она.

– Пустяки, блин, – махнув рукой, сказал я на это. – Уже перегорел к этой твари – пусть катится к хренам, мразь.

Мы сидим в кабинете у Профа, и сам Проф сейчас что-то читает с экрана и печатает на клавиатуре.

– Проф, что мы будем делать с Моной? – спросила Лапша.

– А? – спросил отвлёкшийся от работы Проф. – Подождите – мне нужно кое-что закончить.

Он продолжил читать что-то, а Лапша перевела взгляд на меня. Пожимаю плечами в ответ на её немой вопрос.

– Проф, ты сам нас позвал, – сказала она.

– Дайте мне пять минут, – попросил он. – Нужно срочно ответить Ронину.

Ждём, пока он закончит – я решил использовать это ожидание для продолжения игры в «Subway Surfers».

Прошло чуть больше десяти минут и Проф громко щёлкнул по клавиатуре, что должно означать, что он отправил письмо.

– Всё, я готов, – сказал он. – Для начала хочу сказать, что ты отлично поработал, Студик. Ронин особо ценит твою работу по поиску спрятавшихся групп бессмертных.

– Там ещё Бубен и Фура работали, так-то, – напомнил я.

– И всё же, одного Бубна и Фуры было слишком мало, – возразил Проф. – В связи с этим, я награждаю тебя новым домом – на 7-й гвардейской, недалеко от набережной, есть пустырь, на котором и будет построен твой новый коттедж. Я приказал, чтобы его спроектировали наши лучшие архитекторы.

– Да мне и мой коттедж, как бы, не совсем в кассу… – начал я.

– Не отказывайся… – шепнула мне Лапша.

– Да, окей, спасибо! – поблагодарил я Профа. – Но я ведь могу передать кому-нибудь из наших свой коттедж?

– Если захочешь, – ответил он.

Два жилья мне и так слишком много, потому что я живу в «Хилтоне» большую часть времени. Хотя 7-я гвардейская – это практически в двух шагах от «Хилтона», поэтому есть смысл тусоваться в коттедже чаще, так как идти вообще недалеко.

– А остальные? – спросил я.

– Все остальные участники штурма и зачистки Багдада получат свои награды, сообразно вкладу, – заверил меня Проф. – Неподалёку от пустыря есть старый микрорайон, здания в котором не подлежат восстановлению – я принял решение снести их и на освободившемся участке построить частное жильё для награждения наших лучших КДшников.

Вообще, основная часть жилищного фонда Волгограда очень плохо пережила первую зоошизную зиму, так как с наступлением холодов отопление никто не подал, вода в батареях и коллекторах замёрзла, чугун и сталь лопнули, а потому произошли массовые затопления.

Мне вспоминается день, когда мы впервые пришли в Волгоград – он встретил нас водой на улицах. В домах же гнили полы, обои, мебель и останки хозяев – зрелище так себе, ну и жить в таких домах нельзя.

В связи с этим, строительные бригады занимаются ремонтом аварийного жилья, специально для заселения новых граждан Фронтира. Эта работа продлится ещё годы, потому что жилья тут просто дохрена, а населения мало.

– Это будет отдельный квартал, который мы огородим стеной, по примеру Новокузнецка, – продолжил Проф. – Точно такие же стены будем возводить вокруг каждого микрорайона – это прибавит нашим строителям очень много работы, но зато население станет более спокойным. Спокойствие в городе стоит любых расходов.

– Так что там с Моной? – спросила Лапша.

– Да, что будем с ней делать? – кивнув, спросил я.

– Возьмём её на службу, – ответил Проф. – Она хочет получить надел и стать княжной. Я посчитал, что просто так ей давать надел неразумно, поэтому поставил условие – она будет служить нам в течение следующего года. Её способность будет полезна НИИ КД, потому что доктор Галыгин уже давно просил добыть ему целый перечень зверей.

– Она была нашим врагом, – напомнил я ему.

– Да, это Сука, но теперь это наша Сука, – покачав головой, произнёс Проф. – Слишком уж ценна её способность и ты должен понимать, что шахиншах сильно ценил её не за красивые глаза.

– Ладно, делай, как считаешь нужным, – ответил я ему. – Но если она начнёт создавать нам проблемы – я первым скажу тебе, что я тебя предупреждал.

– С удовольствием выслушаю тебя, если такое случится, – улыбнувшись, пообещал он. – А теперь к следующей теме – нам нужно обдумать вопрос с твоими детьми. Это ещё шестьдесят два ребёнка.

– Да что тут думать-то? – спросил я. – Обрабатывайте их, как остальных – включайте в систему детей Фронтира и пусть растут себе. Не?

Фронтир тратит на детей-КДшников очень много ресурсов: к каждому ребёнку приставлены приёмная мать с приёмным отцом – эти люди, фактически, на работе, с зарплатой и соцпакетом, но работа их – создание полноценной семьи для двоих-троих детей.

Когда настанет время, детей Фронтира ждёт специальное образовательное учреждение, в котором их начнут обучать общеобразовательным предметам и применению их способностей.

Суммарно у Фронтира есть 886 детей-КДшников, среди которых моих биологических детей – 154 ребёнка. Остальные – это дети иранских сатрапов, выводивших себе армию КДшников в расчёте на далёкое будущее, а также дети, родившиеся у КДшников Фронтира.

Число получается впечатляющее, потому что 886 КДшников в прайме (2) – это ужасающая сила, которую может остановить только такая же сила. Только есть один «подводный камень» – сейчас все эти будущие солдаты непобедимой армии срут в подгузники, хнычут и плачут, а также просят титю.

Должно пройти ещё четырнадцать-шестнадцать лет, прежде чем они станут той самой непобедимой армией, и в процессе, я думаю, будет куча новых «подводных камней», например, когда наступит период полового созревания и мозги подростков-КДшников начнут вариться в бульоне из гормонов…

– Да, мы так и сделаем, – сказал Проф. – Каждый ребёнок получит полноценную семью и будет расти, как нормальный человек. Но меня волнует вопрос с ребёнком Моны. У нас же не возникнет никаких проблем с ним?

– А с хрена ли? – спросил я. – У меня нет никаких претензий ни на него, ни на остальных. Это биологические дети – я их не хотел и никто у меня не спрашивал. Делайте с ними, что посчитаете нужным. А на мнение Моны мне насрать – пусть будет признательна за то, что я не замочил её сразу, как увидел.

– Ладно, – произнёс Проф.

– Все, почему-то, слишком часто возвращаются к этому вопросу и хотят попиздеть со мной на эту тему, – заметил я. – Можете оставить меня в покое и больше не ебать мозги с этим?

– Я тебя понял, – ответил Проф. – Больше я эту тему поднимать не буду – обещаю.

– Вот и отлично, блин, – поморщившись, сказал я.

– Теперь перейдём к обсуждению планов, – продолжил Проф. – Ближневосточная кампания уже, можно сказать, завершена, поэтому твоё участие в ней больше не требуется. Это значит, что настала пора обсудить колонизацию Казани.

– Так, – кивнув, произнёс я.

– Тебе нужно будет не просто организовать колонизацию Казани, но и занять место воеводы, – сообщил он мне.

– Кого-кого? – переспросил я. – Ракеты, что ли?

– В интерсети было проведено голосование за название должности ответственного за Среднее Поволжье, – сказал Проф. – Большинство проголосовали за воеводу, что даже, в каком-то смысле, логично, ведь местом твоей постоянной дислокации станет Казанский кремль.

– Что я буду должен делать? – спросил я.

– Во-первых, ты должен будет позаботиться о безопасности строителей, которые займутся приведением Казанского кремля в соответствие нашим стандартам, – начал Проф. – В процессе ты должен будешь обезопасить город, то есть, избавиться от всех опасных животных в самом городе и его окрестностях. Как только будет установлен периметр, твоей задачей станет помощь бригадам строителей в возведении первого микрорайона – он будет располагаться рядом с кремлём и в нём будут жить первые колонисты.

– Звучит муторно, – сказал я.

– Так ты ещё не всё услышал, – улыбнувшись, продолжил Проф. – Параллельно с этим, ты должен будешь заняться поиском и доставкой оборудования для гидропонных теплиц. Твоей задачей будет обеспечение продовольственной безопасности колонии – мы поможем, но основную массу продуктов питания Казань должна будет добывать самостоятельно. Если нам придётся всё время кормить колонию – это почти лишит всю затею смысла. Условия там есть, поэтому всё это можно сделать.

– Окей, – произнёс я.

– А теперь о том, чего мы хотим добиться, – сказал Проф. – На Волго-Балте семь шлюзов, на Свири два, на Волге выше Казани – Чебоксары, Городец, Рыбинск и Углич. Твоя основная цель на посту воеводы – контроль над шлюзами. Так мы обезопасим Волгоград от угроз с севера, потому что питерцы, если надумают, не смогут пройти по рекам мимо тебя. Немного южнее Казани в Волгу впадает Кама, а это путь к Набережным Челнам. А там Нижнекамская ГЭС и КамАЗ. И весь регион, в целом, очень перспективен для освоения, так как там было очень много производств и энергетических мощностей. И о них тоже стоит поговорить…

Он открыл что-то на компе, и развернул к нам монитор. А на мониторе карта региона вокруг Казани.

– НПЗ мы уже вряд ли реанимируем, – произнёс Проф, – но есть Алабуга, с производством дронов – вот это нужно реанимировать в обязательном порядке…

– Дядь, у тебя какие-то слишком грандиозные планы, – перебил я его. – Я один всё это не потащу – нет гарантий даже на то, что я закреплюсь в кремле!

– Ты будешь не один, – ответил мне Проф. – Твоя задача – завладеть Казанью, установить опорный пункт и сделать колонию жизнеспособной. После этого – восстановление шлюзов и обеспечение судоходства по Волге. И с этого момента всё станет иначе, так как придут и специалисты, и рабочие, и ресурсы – будет всё, что потребуется для восстановления производств.

– А не проще ли перетащить всё это на судах? – спросил я.

– Мы потратим на это огромные ресурсы и уйму времени, – покачав головой, сказал Проф. – Нам, в любом случае, осваивать Казань, потому что она нужна нам по стратегической необходимости, а заводы – это бонус, который грешно не использовать. Понял?

– Да, теперь понял, – ответил я и вздохнул. – А как же Лапша?

– Как только родит – присоединится к тебе, – пообещал Проф. – Вас такое устраивает?

– Да, устраивает, – кивнув, ответила Лапша. – Воевода, значит…

– Мне нравится это название, и я рад, что граждане выбрали именно его, – сказал заулыбавшийся Проф.

– А сам-то ты сейчас кто? – спросил я.

– Никто, – ответил Проф. – Но когда придёт время, мы сформируем совет Фронтира – надеюсь, что меня выберут председателем.

– Всё-таки, ты ещё не отказался от своих демократических идей? – спросил я.

– С чего бы мне от них отказываться? – задал Проф встречный вопрос. – Я убеждён, что это эффективный способ управления – древнегреческие полисы жили с таким строем сотни лет, как и древние римляне. Мы что, хуже древних греков и римлян?

– У них никогда не было КДшников, вообще-то, – сказал я.

– Это не меняет почти ничего, – произнёс он с уверенностью. – Риск переворотов выше, не спорю, но у нас должно быть достаточное количество лояльных КДшников на страже. Потребуется служба безопасности, а также нормальная армия, но для всего этого нужно, чтобы у нас было достаточное количество населения и полноценная промышленность. Ничего этого, пока что, нет, но мы делаем успехи и я думаю, у нас всё получится.

– Ладно, спорить не буду, – сказал я на это. – Теперь только один вопрос: когда?

– Нужно будет провести совещание, – ответил Проф. – Утвердим группу, до конца согласуем план, подсчитаем, сколько и чего будет нужно, а также ответим на все возникающие вопросы. И после этого станет ясно, когда.

– Окей, – произнёс я.

– Больше не задерживаю – возвращайтесь к своим делам, – отпустил нас Проф.

* Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, площадь Павших Бойцов, 9 мая 2029 года*

На площадь своим ходом выезжает Т-34, и зрители начинают восторженно кричать.

Это специальный парадный танк, стоявший у музея-панорамы «Сталинградская битва» – его ремонтировали около месяца, потому что он стоял под открытым небом почти всё это время и нашим мастерам потребовалось прошерстить все музейные фонды в поисках деталей, а кое-что изготовить самостоятельно.

Наблюдаю за движением танка по площади из толпы – на месте механика-водителя сидит Щека, наслаждающийся нахождением в центре внимания десятков тысяч зрителей, пришедших на Парад Победы.

За Т-34, на башне которого написано «Ответ Сталинграда», едет ИСУ-152, а за ним едет ИС-2 – эти боевые машины тоже пришлось долго и мучительно ремонтировать, потому что деталей к ним давно уже никто не производит, а в запасниках музея ничего похожего не нашлось и мастера были вынуждены изготавливать недостающее своими руками.

А вот ИС-3 так и остался в гараже, потому что его реанимировать не удалось – он гораздо сложнее, чем ИС-2, в плане устройства, ну и Проф приказал забить и забыть, потому что оно того не стоит.

Поэтому на параде участвуют упомянутые Т-34, ИСУ-152, ИС-2, БМ-13, БТР-152, Т-62, Т-72, Т-80 и даже Т-90 – они едут вслед за Т-34 и выглядит всё это довольно-таки эпично.

Техническая часть парада прошла, а за ней началось прохождение парадных колонн Армии Фронтира – это всего четыре батальона, маршируют они не сказать, чтобы круто, но они, возможно, единственные на планете подразделения, которые вообще способны маршировать на военных парадах.

Диктор, только что закончивший описывать характеристики танка Т-90, переключился в описание боевого пути марширующих батальонов – это 1-й, 3-й, 8-й и 11-й мотострелковые батальоны, которые участвовали в боях за Ханакин и в штурме Багдада.

Общественность уже прекрасно знает, что Багдад был взят предательством персидских КДшников, но также она знает, что бои, тем не менее, были тяжёлыми.

«Но парад, конечно, получился небольшой…» – подумал я, наблюдая за ГАЗ-67, на котором стоит Ронин.

Принимает парад Майор, а Проф стоит на специальной платформе и машет гражданам.

Когда закончилась непосредственно парадная часть, настал черёд Профа толкать речь.

Он, конечно же, подчеркнул ключевую роль Армии Фронтира в победе над режимом шахиншаха и в «освобождении Ирака», а далее заговорил о победе советского народа в Великой Отечественной войне.

Слушаю его с нейтральным выражением лица – понятно, что Армия Фронтира ничего не может без КДшников, но и мы ничего бы не смогли без неё, так как мало просто захватить рубеж – его нужно как-то удержать.

Вообще, мы, топовые КДшники, не входим в состав Армии Фронтира, потому что наше участие в операциях согласовывается с Профом.

Но уже есть несколько сотен КДшников в составе войск – это новенькие, пришедшие из Дичи за нормальной жизнью. И к таким ребятам отношение другое – они заключают контракты с Армией Фронтира и служат без каких-либо снисхождений. Взамен они получают деньги и комфортные условия жизни, причём последнее гораздо ценнее.

Проф, тем временем, перешёл в своей речи к успехам народного хозяйства, достигнутым за прошедшие пять месяцев.

– … восстановлено и построено более двенадцати гектаров зимних теплиц! – вещал он. – Построено 36 гектаров весенних плёночных и поликарбонатных теплиц – трубы для них изготовлены на мощностях Волжского трубного завода! Под охраной нашей армии засеяно около 48 тысяч гектаров пшеницы и подсолнечника! Осенью у нас будет очень много хлеба – больше, чем нам нужно!

Толпа взорвалась восторженными воплями – тут очень мало людей, которые не участвовали в достижении этих результатов, поэтому почти каждый испытывает чувство сопричастности.

– Из Новокузнецка к нам прибыли новые жители – свыше 5800 человек! – сообщил Проф. – Авиасообщение Волгоград-Новокузнецк стабилизировано и, наконец-то, стало полноценным!

Это вдохновило далеко не всех слушателей, потому что по городу ходят устойчивые слухи, будто власти собираются заселять Кузбасс и для этого будут принудительно перевозить жителей Волгограда. Это бред, потому что нам самим не хватает рабочих рук, но слухи, как правило, иррациональны и формируются по своей внутренней логике.

– Но не обошлось без неудач, – продолжил Проф. – К сожалению, пришлось отложить вторую очередь тепличного комбината – остро не хватает светодиодных ламп. Зато в порт прибыли 47 тысяч тонн нефти из запланированных 85 тысяч! Остальное придёт до конца мая, поэтому у нас не будет недостатка в топливе! На мощностях нашего нефтеперерабатывающего завода, за первую производственную кампанию, получено около 12,5 тысяч тонн дизеля, 3,1 тысячи тонн авиакеросина, 11 тысяч тонн мазута для ТЭЦ и судов, а также 10 тысяч тонн прямогонного бензина!

К его уху склонился стоящий рядом Нарк и шепнул что-то.

– Ах, совсем забыл! – воскликнул Проф. – Многие из вас заметили, что в гарантированных рационах появилось больше куриного мяса – это тоже один из наших успехов!

С запада раздался отчётливо различимый грохот ЗУ-23–2 – это отрабатывают расчёты ПВО. Повышенный шум и скопления населения вызывают неподдельный интерес у крупных птиц, поэтому они подлетают, чтобы узнать, можно ли тут чем-нибудь поживиться.

– С начала января по начало мая произведено 765 тонн куриного мяса! – выложил Проф статистику. – Абсолютно всё произведённое мясо было направлено на удовлетворение потребностей горожан – мы ничего не экспортируем и не планируем экспортировать, потому что наши граждане всегда будут находиться в приоритете! В январе этого года месячная норма мяса на одного жителя была равна 350 граммам, а с 1 мая норма была увеличена до 1000 граммов в месяц!

Куриное мясо, получаемое от лоулевельных кур, которые интенсивно откармливаются сразу после вылупления, а затем забиваются, пока не начнут представлять угрозу для сотрудников, является единственным мясом, которое могут полноценно есть нормальные люди.

Всё остальное мясо они едят в очень ограниченных количествах, по причине высоких «Энергетических уровней» у зверей. Теперь проблема с белками решена – птицефабрику планируется расширить до производительности около 25 тысяч тонн мяса в год.

– Наше население неуклонно растёт, несмотря на ситуацию! – продолжил Проф. – За прошедшие полгода мы приняли 16 тысяч новых граждан, прибывших из других регионов и стран – общая численность населения города равна 283 тысячам человек! Это вселяет в моё сердце надежду, что настанет день, когда в Волгограде станет слишком мало места, и мы сможем осваивать соседние города естественным путём!

Чего он точно не скажет, так это того, что у нас до сих пор отрицательная рождаемость – людей умирает больше, чем рождается, и основной причиной высокой смертности являются не животные, как можно было подумать, а суициды и возрастные болезни. И это снова заставляет меня думать о том, что тотальное вооружение населения огнестрелом – это ошибка Профа.

Я никогда не думал о таком деле, как суицид, потому что мне всё нравится, но если прикинуть, то прострелить себе башку психологически гораздо проще, чем выйти в степь, к голодным зверям, или распороть себе вены. Шагнуть с крыши – это вообще пиздец, поэтому не входит в мой тир-лист возможных способов суицида.

Тряхнув головой, я вновь начал слушать речь Профа.

– Теперь перейдём к вопросу обороны и безопасности, – произнёс он. – Первая очередь строительства крепости «Новая Надежда» успешно завершена и в крепость заселены первые военные колонисты. Эта крепость станет надёжным щитом Волгограда на западе, и обезопасит западные районы города – это откроет нам возможность быстрее и с меньшими усилиями осваивать эту территорию!

Народ эти слова вдохновили, потому что проблема с иногда преодолевающими периметр животными всё ещё сохраняется. Пусть никто уже давно не гибнет, но ранения случаются и это делает строительные работы небезопасными.

– С завершением Иракской кампании у нас вновь появилось избыточное количество КДшников, поэтому мы уже укрепили оборону и отправляем в дикие регионы больше рейдерских отрядов! – заявил Проф. – А по итогам кампании, в качестве компенсации за освобождение Багдада, наш золотой запас пополнился на сотни тонн! Это укрепляет нашу экономику и усиливает безопасность Фронтира! И в честь победы над режимом шахиншаха будет выпущена ограниченная серия юбилейных золотых рублей!

«213 тонн», – вспомнил я точное число. – «Остальное до сих пор ищут».

Где-то в Багдаде спрятано свыше сотни тонн золота – это огромное бабло, за которое стоит убивать, поэтому Багдад шерстят отряды наших КДшников. Если это золото не вывезли, то его обязательно найдут.

Думая о золоте, я невольно вспомнил об Индии – там золота должно быть просто дохуя, поэтому туда, в конце концов, отправятся рейдеры Фронтира, в далёком будущем.

Проф продолжал толкать свою речь: об экономике, о политике, о рождаемости и прочих важных вещах.

Но он, наконец-то, подошёл к завершению.

– У меня очень хорошие предчувствия по поводу нашего будущего, товарищи! – поделился он. – Нам нужно развить имеющиеся успехи и превратить Волгоград в экономический и политический центр региона!

– Ага… – изрёк стоящий рядом со мной Фазан. – Да мы с вами ещё так будем жить, что наши дети и внуки нам завидовать будут…

– Чего? – спросил я, повернувшись к нему.

– Да так, вспомнилось… – ответил он. – Будешь на торжественном обеде?

– Нет, мне надо домой, – сказал я, покачав головой. – Нужно сделать кое-что.

– Это как-то связано с тем брюликом, что ты приносил в мастерскую? – поинтересовался Фазан.

Я купил бриллиант на два карата, из фонда сокровищницы шахиншаха – отдал за него 300 золотых рублей.

Канада, шарящая в этой теме, сказала, что это какой-то старинный бриллиант, возможно, из иранского резерва под их валюту. Она сказала, что огранка у бриллианта старая, сделанная до появления всех хай-тек приблуд, упрощающих процесс огранки.

– От тебя хуй что скроешь, дядя, – ответил я ему. – Да, как-то связано.

У мастеров я заказал кольцо из чистой платины, в которое они и вправили бриллиант, а также сделали специальную коробочку, чтобы я мог её картинно открыть при вручении Лапше.

Хумай Мердановна уже готовит грандиозный ужин, поэтому Лапша точно что-то заподозрила, но это неважно – важнее то, что я сделаю ей предложение и мы, наконец-то, закрепим наш статус официально.

«Надо позвонить Нарку и спросить, как нужно регать брак», – подумал я, идя через толпу. – «Я в старых „Госуслугах“, в своё время, кое-как разобрался, блядь, так как там конь хуй сломает…»

У Фронтира новое приложение, тоже называемое «Госуслугами», сделанное на базе другой архитектуры и там всё иначе – оно, конечно, работает, но ещё есть куда развиваться.

Выхожу на улицу и беру разбег – Лапша сидит дома, кольцо в кармане, а парад уже закончился. Надо действовать.

* Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, коттедж Студика, 9 мая 2029 года*

– Да, я согласна! – воскликнула Лапша и сжала меня в объятиях.

Не знаю, что говорить в таких случаях, потому что у меня такое впервые, но я всё взвесил и решил, что надо просто ответить на объятия, поднять её на руки и унести в спальню.

Начинаю действовать согласно разработанному плану.

– Подожди! – остановила меня Лапша. – Надень кольцо!

– Ах, да, – ответил я. – Сейчас…

Отпускаю её и надеваю кольцо на её безымянный палец левой руки. Лапша радостно завизжала.

– Там Хумай Мердановна что-то приготовила, – сказала она.

– Знаю, – ответил я. – Это я попросил – идём в столовую.

Сопровождаю её в обеденный зал и помогаю сесть за стол.

Хумай Мердановна сразу же начала подачу блюд, среди которых мой орлиный взор сразу же заметил «Баноффи пай», представленный сразу в четырёх экземплярах.

– О, нет… – произнесла Лапша, прикрыв глаза рукой.

– О, да… – заулыбавшись, произнёс я. – Но сперва – мясо. Спасибо, Хумай Мердановна!

– Не за что, Костя! – ответила та. – Счастливого вам брака!

– Спасибо! – кивнув, поблагодарил я её.

– Спасибо! – сказала Лапша.

Стейки из говядины начали стремительно исчезать со стола, один за другим, с очень большой скоростью, а графин с восстановленным апельсиновым соком начал пустеть.

Особенную пикантность стейкам придают новые приправы, добытые в Багдаде – получился уникальный и незнакомый мне вкус.

Быстро съев первую партию стейков, мы откинулись на спинки стульев, в ожидании второй партии. Хумай Мердановна знает, как мы едим, поэтому всё предусмотрела – подавать блюда ей помогают Елена Викторовна и Сергей Иванович.

– Спасибо тебе, Костя, – поблагодарила меня Лапша. – Это лучший день в моей жизни за последние лет десять…

– Будут ещё, – пообещал я ей.

Задумываюсь о Казани – работа будет непростой и очень ответственной, поэтому придётся попотеть.

И я уверен, что на Казани всё не закончится, потому что Проф уже закинул удочку насчёт Набережных Челнов – уверен, у него есть планы на каждый город у Волги.

– Уф… – выдохнул я, когда третья партия стейков исчезла со стола. – Разминка закончена – пора браться за пироги…

Снова я испытал пик блаженства в своей ротовой полости, но это счастье было, увы, мимолётно.

– Идём в спальню? – спросила Лапша.

– Спрашиваешь ещё! – воскликнул я. – Идём!

* Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 14 мая 2029 года*