Текст книги "Вечно голодный студент 10 (СИ)"

Автор книги: Нариман Ибрагим

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 32 страниц)

Глава двадцать седьмая
Ни ума, ни совести

* Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, коттедж Студика, 14 февраля 2029 года*

Ставлю свой старательно вычищенный комп в стол, подключаю к нему все провода и включаю этого старого страдальца, ждавшего меня дома все эти годы.

Я проводил за ним десятки часов, зарабатывал ради него деньги курьерством, чтобы обновлять комплектующие – внутри этого компа часть моей жизни. Мне очень повезло, что на него никто не позарился.

«Хотя, он никого не заинтересовал из-за устарелого вида», – подумал я, наблюдая за ходом загрузки операционной системы. – «Если бы мародёры узнали, что в нём содержится начинка на 600–700 штук суммарно, они бы дёрнули его в ту же секунду».

Наверное, это было долбоебическое поведение: можно было откладывать деньги на что-то более полезное, можно было просто весело и интересно проебать их, но я вложил их в комп, который характеристиками очень быстро стал не соответствовать моему уровню достатка.

О чём я точно не жалею, это о том, что я никуда не инвестировал свои деньги – всё бы, в любом случае, накрылось пиздой, и было бы только обидней. А так, комп – вот он, стоит и мерцает noRGB-подсветкой. (1)

«Это окуп моих инвестиций…» – пришёл я к выводу и рассмотрел свой рабочий стол.

Ярлык CS2 на месте – это единственное, что мне было нужно от компа, и я мог играть в эту игру сутки напролёт, хотя сейчас мне кажется, что это был полный идиотизм. Но я ни о чём не жалею – это было весёлое время, и я был доволен своей жизнью.

Да и зоошиза обнулила жизненные достижения всех людей, за исключением, наверное, тех, кто строил инфраструктуру и закладывал хранилища на случай ядерной войны – эти люди, имена которых неизбежно сотрёт время, спасли своим трудом миллионы жизней по всему миру.

Открываю диск D: и нахожу архив с цифровыми фотографиями и видеозаписями. Я хранил их со строгим соблюдением категорий – отдельно фото из универа, из города, семейные фото, а также всякая несвязная дичь. Не сказать, чтобы я был каким-то фотографом, но я никогда не ленился перекинуть фото и видео с телефона на комп, чтобы точно не пропало.

Папка с семейными фотографиями и видео причинила мне душевную боль. В основном тут я и бабушка, но есть отсканированные фотографии матери и деда – я отсканировал их, потому что считаю резервирование единственным надёжным способом длительного сохранения информации.

Впервые за долгие годы вновь слышу голос бабушки. Это видео с её последнего дня рождения, и по её состоянию понятно, что ей осталось недолго.

«Эх, если бы она дожила…» – подумал я. – «Если бы ей выпала КД…»

Закрываю видео, потому что мне стало слишком хреново, а затем закрываю папку с фотографиями и заставляю себя продолжить исследование содержимого моих SSDшников.

Есть куча сериалов и фильмов, которые я смотрел, чтобы разбавить сессии в CS2. Скорее всего, всё скачанное мною уже есть в базе Фронтира, но надо перекинуть всё это на портативный SSDшник и передать Нарку – есть небольшой шанс, что я скачал что-то очень редкое.

Далее я открываю AIMP и смотрю на мой плейлист. Это 2462 композиции, накопленные за всю мою осознанную жизнь до зоошизы – это Нарк тоже просил скинуть, потому что на такое тоже есть запрос.

Связано это с тем, что далеко не каждый скачивал треки прямо на комп, из-за стримингов типа Spotify, Apple Music или VK, что означает сравнительную редкость треков не с лицензионных дисков.

Главная беда-то была в том, что к 2026-му году практически все слушали музыку онлайн, через стриминги, а теперь, когда всё надёжно наебнулось, все эти подписки превратились в тыквы и ничего уже не послушаешь. И вот тут оказывается, что.mp3 и.flac файлы, которыми я пополнял свою медиатеку, актуальны, как никогда раньше.

Смотрю на время на компьютере и вижу, что он показывает дату 1 января 2024 года – это биос сбросился на исходную дату, так как литиевая батарейка-таблетка сдохла из-за полного отключения компа от сети. Я заменил её перед включением компа, но сейчас смотрю на эту дату и испытываю непонятное чувство разочарования. Наверное, мне хотелось увидеть июнь или июль 2026-го года…

Открываю браузер, и тот пытается загрузить вкладки. Но мало того, что комп не подключён к интернету, так ещё и неоткуда больше загружать. Но он прогрузил текст из кэша, поэтому я увидел новость о комете 3I/ATLAS, пролетающей мимо Земли, и утверждение автора статьи, что всё будет окей, так как она летит сильно мимо…

– Ха-ха… – тихо посмеялся я.

Остальные вкладки не прогрузились, но можно обратиться к Нарку – он знает, как вытащить из кэша сохранённые браузером данные. Но мне это нафиг не надо, потому что здесь только вот эта новость, Ютуб, страница Тик-Ток, а также магазин скинов CS2.

«Эх, Габен-Габен…» – подумал я с сожалением.

Это единственный иностранец, за которого я до сих пор переживаю – надеюсь, у него всё хорошо и он сейчас сидит в безопасном бункере, перебирая миллиарды долларов, сложенные на палетах.

Достаю из кармана телефон и начинаю выставлять дату на компе.

«Ох, блядь, сегодня четырнадцатое февраля!» – очухался я. – «Ёб твою мать!»

Я быстро завершил выставление даты и времени, а затем метнулся на выход, потому что мне нужно успеть придумать что-то на вечер – Лапша точно сильно расстроится, если я забью на это.

– Хумай Мердановна! – обратился я к своему штатному повару. – Можете приготовить килограммов сорок плова к вечеру?

– Могу, – ответила она, отвлёкшись от закладки посуды в посудомоечную машину. – Гостей собираешь?

– Нет, хочу устроить вечер с Лапшой, – ответил я. – Сорок килограммов плова – это впритык, поэтому ещё нужно килограммов десять стейков, а также торт. Желательно «Наполеон».

– К какому времени? – спросила Хумай Мердановна.

– Часам к восьми, – ответил я.

– Всё сделаем, – пообещала она. – Но я бы купила какой-нибудь подарок, на твоём месте.

– Куплю! – заявил я. – Хумай Мердановна – вы моя спасительница!

– Иди на рынок, а то ещё не найдёшь ничего, – сказала она мне.

Бегу в прихожую, обуваю кроссовки и мчу в сторону универсального рынка, где торгуют всем – от патронов до гандонов.

Появилась мысль, что можно было мотнуться туда на тачке, но это слишком долго, поэтому я побежал по проезжей части, на максимальной скорости, ловко огибая едущие грузовики и автобусы.

Останавливаюсь у входа и вижу, что тут сегодня толкотня и ажиотаж. Наверное, это связано с тем, что все решили справить день всех влюблённых с размахом.

«Мало праздников», – подумал я, заходя на рынок. – «Наверное, поэтому Проф сделал исключение и объявил, что 14 февраля – это официальный праздничный день. Но не для рынков – у этих сегодня будет грандиозная касса».

Иду мимо прилавков и смотрю, чем торгуют, параллельно думая, что можно подарить Лапше.

Бижутерия её не особо интересует, как и одежда или духи, цветы – это тупо и слишком мало, поэтому надо найти что-то имбовое и нужное.

Мои ноги сразу же привели меня в оружейную часть рынка, где торгуют различными стволами, боеприпасами и военной экипировкой.

– Студик, здоров! – приветствовал меня мужик лет тридцати пяти. – Подходи – смотри!

Он стоит за прилавком, а над прилавком висит вывеска «Весёлый АК».

– Даров, – кивнув, ответил я ему. – Есть что-то интересное?

– Смотря чем интересуешься! – ответил торговец оружием. – Меня, кстати, Игнатом Весёлым зовут – я твой фанат!

– Хе-хе… – посмеялся я. – Интересует меня подарок для женщины, Игнат. Что-то мощное, но удобное.

– Ну, это нестандартный запрос… – признался он. – Но сейчас что-нибудь подберём! Штурмовая винтовка? Снайперская винтовка? Может, дробовик?

– Нет, нужно что-то покомпактнее, но мощное, – ответил я. – Покажи, что есть.

– Проходи – основной ассортимент внутри, – позвал меня Игнат и исчез внутри торгового помещения.

Прохожу за ним и вижу, что тут все стены увешаны различным оружием: пистолеты-пулемёты, дробовики, штурмовые винтовки, карабины и пистолеты. Мне не нравится подход Профа к оружейному вопросу – он убеждён, что люди должны иметь право на приобретение и хранение оружия, потому что это даёт им инструменты для самозащиты.

«Спасибо, что гранатомёты и гранаты запретили к обращению», – подумал я.

Разного рода противотанковые гранатомёты и прочее взрывчатое приобрести нельзя – незаконный оборот преследуется законом и за приобретение или распространение можно уехать в тюрягу, а в крайнем случае, отправиться в изгнание, что равнозначно смертной казни.

Рассматриваю оружие, но ничто не вызывает отклика у моего сердца, поэтому я расстроенно морщусь, а затем натыкаюсь взглядом на него…

– А это что у нас такое? – заинтересованно спросил я и ткнул пальцем на пистолет, лежащий под витриной.

– О-о-о, это хороший выбор! – ответил Игнат. – Дезерт Игл, Пустынный орёл! Калибр – 12,7×40 миллиметров, с мощной отдачей, но для КДшников это почти никогда не проблема. Сразу должен честно предупредить о недостатках: в магазине всего семь патронов, но зато каких, хе-хе, мощность патрона слишком избыточна для мягких целей, но недостаточна для твёрдых целей, и вообще, пистолет крайне непрактичен для боевого применения. Но как подарок любимой женщине на день всех влюблённых – идеально! Подожди здесь, Студик, я покажу тебе то, от чего ты точно не сможешь отказаться!

Он выбежал из торгового зала и пропал на пару минут, которые я потратил на более подробное изучение ассортимента.

– Вот, Студик! – воскликнул Игнат и показал мне другой Дезерт Игл. – Золотой!

Игл, действительно, покрыт золотом и оснащён белыми щёчками, что выглядит дорого-богато.

– Работает? – спросил я.

– Конечно! – заверил меня торговец оружием. – У меня всё работает!

– Откуда налутал его? – поинтересовался я.

– Не налутал, а купил, – поправил меня Игнат. – Взял его на распродаже трофейного вооружения. Он, по какой-то непонятной причине, никому не приглянулся, поэтому его выбросили на гражданский рынок, в числе прочих трофеев.

– Почём продашь? – спросил я.

– Ну… – задумчиво протянул Игнат. – Только для тебя – 45 монет. Почти по себестоимости.

– Ладно, – сказал я и вытащил кошель из кармана.

Отсчитываю ему нужное количество монет, а затем беру пистолет в руку.

– Тяжесть – это хорошо… – произнёс я. – Тяжесть – это надёжно…

– Вижу ценителя классики, – улыбнувшись, ответил на это Игнат. – У меня есть и револьверы, раз уж речь о классике!

– А патроны к РШ-12 есть? – спросил я с затаённой надеждой.

– Чего нет – того нет… – разведя руками, ответил он. – Зато есть много патронов к Иглу. Они никому не нужны, поэтому готов отдать пятьсот патронов за десять золотых.

– Идёт, – согласился я. – Неси.

– А они здесь, – сказал Игнат и вытащил коробки с патронами из шкафа у витрины с пистолетами.

Расплачиваюсь и даже получаю подарочную брезентовую сумку, с принтом «Весёлый АК».

«Кажется, разрулил с подарком…» – подумал я, выйдя с рынка, но затем опомнился. – «Нужна подарочная коробка!»

Возвращаюсь на рынок и начинаю искать человека, торгующего чем-то подобным. Нахожу такого в противоположной части рынка, и к нему очередь, в которой я обнаруживаю Щеку и Маручо.

– Студик! – окликнул меня Щека.

– Здоров, Студик! – приветствовал меня Маручо.

– Даров! Даров! – ответил я им.

– А ты тут чего, бро⁈ – поинтересовался Щека.

– Да я подарок прикупил, – ответил я. – После поболтаем.

– Ага-ага, я уже скоро! – сказал Щека.

Встаю в конце очереди, за мужиком, держащем в руках копчёный окорок свинопотама.

Очередь двигается медленно, так как женщина за прилавком вручную оборачивает подарки в бумагу и вяжет на них ленты.

Настаёт очередь Щеки, женщина оборачивает его подарки, а затем он идёт ко мне.

– Ну, чего взял? – спросил он.

Приоткрываю сумку и показываю Дезерт Игл.

– О-о-о… – протянул впечатлённый Щека. – А где взял?

– Где взял – там больше нет, – ответил я ему, но затем показал принт на сумке. – Магазин в другом конце рынка. Там есть ещё один Дигл, но он не в золотом скине, а обычный.

– Так я его куплю! – заявил Щека. – Всегда мечтал о Дигле!

– Да это же туфта, – сказал я ему. – Хреново подходит для боевых задач – я его вообще в подарок купил Лапше. А ты что взял?

– Да по мелочи всякое – кофе-арабику в зёрнах, мармелад, пузырь «Хеннесси», набор ювелирки, колоду карт таро, благовония всякие вонючие и так далее, – ответил он. – Ну, что Фуре нравится, то и взял. Но сейчас я схожу и возьму кое-что ещё – Дигл, блядь! Будет подарком самому себе!

– А чего Фуре его не подаришь? – спросил я.

– Да нахрена он ей? – задал Щека встречный вопрос. – Нет, если и брать ей ствол, то что-то вроде РШ-12, но их хуй найдёшь сейчас…

Тут к нам подходит Маручо, завернувший здесь что-то вроде скрипки.

– Я давно хотел сказать, что сделал всё, Студик, – сообщил он мне.

– Что сделал? – спросил я.

– Ну, минные поля, – пояснил он. – После того, как с Ханакином всё закончилось, я сходил на минные поля и взорвал всё, что мы заложили.

– А-а-а, ты об этом… – произнёс я. – Ну, красавчик – возможно, ты спас чьи-то жизни.

– Местных кабанчиков он спас, бля, – усмехнувшись, сказал Щека.

– Ты давно вернулся из Ирака? – спросил я у Маручо.

– Ну, примерно недели две, как вернулся, – ответил он. – Там сейчас тихо, но персы готовятся, потому что знают, что весной мы точно придём.

– Да, весна близко, блядь… – проговорил Щека.

Наконец, настала моя очередь.

– Здравствуйте, – приветствовал я упаковщицу.

– Здравствуйте, – ответила она. – Что у вас?

– В коробку какую-нибудь запакуйте, пожалуйста, – попросил я, положив на стол Дезерт Игл. – Ну и в бумагу с сердечками оберните.

– Рубль, – назвала упаковщица цену.

Кладу золотую монету на стол и женщина быстро находит подходящую картонную коробку, помещает в неё пистолет, а затем оборачивает её бумагой с принтом в виде купидонов и сердечек.

Забираю на 100% готовый подарок и возвращаюсь к Щеке и Маручо, севших на лавку, чтобы перекурить.

– … и я ей сегодня такое устрою, нахуй, что она ходить не сможет дня два-три! – вещал Щека. – Но сначала, конечно, ля романтик, свечи, ужин и вся хуйня, а вот потом…

– Мне надо выкатывать, – сообщил я ему. – Сегодня уже вряд ли увидимся, поэтому до завтра.

– Ага, давай, бро, – кивнув, ответил Щека.

– Увидимся, Студик, – сказал Маручо.

* Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, коттедж Студика, 14 февраля 2029 года*

– У-у-ух… – выдохнула Лапша, откинувшись на спинку кресла.

А я продолжаю добивать остатки торта – пожалуй, это лучшее, что я ел за последние полгода.

Но последний кусок бесследно исчезает в моём пищеводе, и я вынужденно возвращаюсь к суровой действительности.

– Как ты так жрёшь… – прошептала Лапша.

– С удовольствием, – ответил я. – Эх, это было хорошо, но мало.

– Бога ты не боишься, Костя, – покачав головой, произнесла Хумай Мердановна, принеся чай. – Но есть ещё один противень с тортом.

– Несите, срочно! – воскликнул я.

Повар кивнула и направилась на кухню. Начинаю нервно постукивать рукоятью ложки по столу, испытывая неистовое нетерпение.

– Нам нужно поговорить, – произнесла Лапша.

– А на завтра это отложить нельзя? – спросил я.

– Нет, я хочу обсудить это сегодня, – сказала она.

– Ну, валяй, – ответил я. – Только сейчас будет принесён торт, поэтому часть времени я буду только слушать.

– Меня беспокоит тема нас, – заговорила Лапша. – Что нас связывает с тобой?

– Отношения, – ответил я. – Не только половые отношения, есь жи, хе-хе, но и они тоже…

– Мне хочется чего-то большего, – сказала она. – Может, заведём ребёнка?

– Эх… – тяжело вздохнул я. – Ну, если хочешь – давай. Я не против, а даже за.

– Сегодня, – сказала Лапша.

– Может, ты что-то путаешь? – спросил я. – Это не так быстро делается…

– Я имею в виду, начнём сегодня, – пояснила она.

– А, да, тогда окей, – ответил я. – Давай. Пора уже передавать свою мудрость будущим поколениям. Мне, однозначно, есть, что передавать.

Хумай Мердановна принесла противень, но на нём не «Наполеон», а что-то другое.

– А это что такое? – спросил я.

– «Баноффи пай», – ответила она. – Нашла рецепт в интранете и решила попробовать испечь.

– О, сейчас попробуем, – с энтузиазмом проговорил я.

Выглядит слегка сомнительно: корж из песочного теста, сверху обильно покрытый сливками, посыпанными какао. Опыт употребления сливочных тортов подсказывает мне, что подавляющее их большинство – это хуйня на постном масле, но Хумай Мердановна не должна была ударить в грязь лицом…

Беру кусок пирога и откусываю сразу половину, чтобы распробовать.

Я ощутил, как у меня во рту происходит концерт Канье Уэста, со всеми спецэффектами, взрывами, вспышками и крутящейся посередине планетой. И Канье прыгает по этой планете и тянет: «Домой… Домой… Пора домой…»

– О-о-о-о, господь… – протянул я.

– Так плохо? – спросила Лапша.

– Просто попробуй… – попросил я её. – Умоляю…

Она уже почти пришла в порядок, поэтому место в желудке освободилось и она взяла кусок пирога. Откусив от него, она прожевала это божественное нечто, и её глаза широко раскрылись.

А я уже полностью утратил контроль над организмом и поглощал кусок за куском. Очень быстро ко мне присоединилась и Лапша.

Хумай Мердановна лишь покачала головой и ушла обратно на кухню.

Спустя мимолётные пять минут, противень окончательно опустел.

– Но почему⁈ – спросил я у затянутых стальной проволокой небес. – Почему⁈

Лапша встала из-за стола, прошла несколько метров, а затем выблевала часть содержимого желудка.

– Зачем⁈ – вопросил я в ужасе.

– Буэ-э-э… – вновь вывалила Лапша часть съеденного на брусчатку.

– Остановись! – воззвал я к ней.

– Ох… – вздохнула Лапша и вытерла рот взятым со стола полотенцем. – Это не для людей, Костя…

– Да… – согласился я с ней. – Но это. Просто. Охуенно.

– И всё же, я больше пальцем не прикоснусь к такому пирогу, – сказала Лапша и села обратно за стол.

Она взяла бутылку минералки и ополоснула рот.

– Возвращаемся к разговору, – сказала она. – Начнём мы сегодня, но продолжать будем непрерывно, до первого результата.

– Думаешь, я буду возражать, да? – спросил я. – Я не буду, хе-хе-хе!

– Нужно будет обсудить это с Профом, – произнесла Лапша.

– Да он нихрена не скажет, – ответил я. – Просто в известность его поставим.

– Да, – кивнув, сказала она. – Я тоже считаю, что это формальность, но её нужно соблюсти.

Она взяла из коробки позолоченный Дезерт Игл и вновь рассмотрела его. Всё-таки, ей нравятся золотые штучки, и она была в восторге, когда я подарил ей его.

– Заканчивай тут со всем, – сказала она мне. – Я буду наверху.

– Ага, – произнёс я.

* Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, коттедж Студика, 15 февраля 2029 года*

Проснулся я сегодня в очень хорошем настроении, так как всю ночь мы с Лапшой интенсивно стирались друг о друга, а потом уснули и нам никто не мешал до самого полудня.

А проснувшись, я сходил в душ, а затем сел за комп – вчера я не доисследовал его содержимое и сейчас, как раз, есть время, чтобы закончить с ним.

Открываю «Мои документы» – там может лежать что-нибудь интересное. Обнаруживаю свою старую курсовую на тему «Мотивация персонала в сфере курьерской доставки» – чистейший нейрослоп, который я нагенерил в ChatGPT.

Но тут же лежит моя дипломная работа, «Управление миграционными процессами в моногородах Кузбасса» – это уже не нейрослоп, а честно купленная дипломка, которую за меня написал какой-то тип, выпустившийся из универа несколько лет назад. Ему нужны были деньги, а мне нужны были дипломка и свободное время. Мы оба получили то, что хотели.

«Иван или Николай…» – попытался я вспомнить имя того челика. – «Или Игорь?.. Не помню уже».

Я готовился по этой дипломке, и уже собирался защищать её, но не получилось, блин – зоошиза…

В дверь моего домашнего кабинета постучали.

– Студик, привет! – приветствовал меня вошедший Проф.

– О, даров! – ответил я ему. – Какими судьбами?

– Да вот, поговорить зашёл, – сказал Проф. – Занят чем-то?

– Не, я тут просто старые файлы смотрю, – покачав головой, сказал я. – На этом компе часть моей прошлой жизни – ностальгирую потихоньку.

– Смотри, не злоупотребляй ностальгированием, а то ослепнешь или волосы на ладонях вырастут… – предупредил меня Проф.

– Ой, да иди ты, старик! – ответил я ему. – Между прочим, я тут свои университетские работы перебираю! Вот, моя дипломка.

– Сам писал? – спросил Проф.

– Нет, конечно! – ответил я возмущённо. – Я же распиздяйствовал! Стал бы я сам писать – нет, я купил.

– Ну и дурак, – покачав головой, сказал Проф. – Может, из тебя получился бы отличный менеджер. А у тебя ни ума, ни совести…

– Нет ума, как говорится… – начал я.

– … штурмуй дома, – усмехнувшись, закончил Проф. – Да, к сожалению, так.

– У меня неплохо получается, вроде бы, – заметил я.

– Но это зарывание твоего потенциала, Студик, – сказал старик. – Я думаю, ты способен на большее.

– Например? – спросил я.

– Вот об этом я и хочу с тобой поговорить, – произнёс Проф. – Помнишь, ты ходил в Казань? Похоже, что в наших интересах сфокусировать на ней всё своё внимание, в ближайшем будущем.

Примечания:

1 – NoRGB-подсветка – no – это значит «нет», как ты понимаешь, а RGB – это Red, Green и Blue – красный, зелёный и синий – это такой тип подсветки комплектующих компа, в котором используется не RGB-подсветка, а что-то монотонное. Тут нужен контекст, уважаемый читатель, и он есть у меня! В стародавние времена, когда в небесах летали драконы, а в лесах водились дикие туры, понятия подсветки системных блоков, мониторов и иной компьютерной периферии не было, ну, потому что зачем, а главное – нахуя? Но где-то в 10-е годы кому-то пришла охуительная идея превратить свой комп в новогоднюю ёлку, благо, светодиоды стали очень дёшевы, и это, почему-то, залетело всяким геймерам. И понеслась панда по кочкам: RGB-подсветкой стали обмазывать практически всё, что имеет хоть какое-то отношение к компьютеру, а эта залупа ведь рябит – RGB даёт свыше 16 миллионов вариантов цветов, выглядит всё это очень ярко и особенно хорошо работает на школьников, у которых префронтальная кора ещё не дозрела, поэтому они очень падки на всякую хуйню. Маркетологи сочли преступлением упустить такую возможность, поэтому появился бесчисленный ассортимент RGB-подсветки, самой разной степени уёбищности. Но время шло, засилье такой подсветки начало доёбывать население, поэтому где-то с 2022–2023 года началась мода на подсветку NoRGB, что ознаменовало конец эпохи «радужной рвоты», с чем я тебя и поздравляю сердечно, уважаемый читатель. Маркетологи отчаянно борются, им ведь всё это нравилось, но сейчас доминирующим дизайном уже стал NoRGB и я выражаю надежду, что так оно и останется.