Текст книги "Охота за мультифритом. Книга 2"

Автор книги: Михаил Исхизов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 29 страниц)

– Хэмми, крот тебя задери! Чего ты здесь топчешься как хромая черепаха?! Все свои шпионские штучки разыгрываешь? Быстрей заходи! Вождь ждет тебя!

Услышав такое, караульщики поскучнели. Когда Хэмми поднялся на крыльцо, усатый услужливо открыл ему дверь, а безусый, который открыть уже ничего не мог, почтительно поклонился.

– Ну, ты где шалаешься?! – уставился на Хэмми Крагозей, и, не дав ответить, повернулся к Тугодуму: – Умняга, ты только подумай, как народ распустился. И это называется "железная дисциплина!" Для того, чтобы найти своего личного шпиона, мне надо посылать за ним своего личного советника!

–Да-а-а! – потряс головой Умняга, выразив этим свое искреннее возмущение падением дисциплины, вообще, и поведением шпиона, в частности.

Бодигар мог бы сказать, что Хэмми нигде не шалался, а стоял возле крыльца, но не стал этого делать. Поправлять Вождя – такое никто не мог себе позволить.

– Без железной дисциплины нас побьют и очень быстро! – сообщил Вождь. – Доведите эту мысль до масс! – тут же поручил он советникам.

– Основополагающая мысль, – оценил Умняга. – Может служить одним из лозунгов движения.

– Сегодня же доведу! – сообщил Бодигар.

– Вот именно! – Крагозей посмотрел на портрет Халабудра Неудержимого, затем в зеркало, остался доволен и сел за стол, создав этим самым психологический барьер между собой и остальными.

– Докладывай, – разрешил он.

Хэмми доложил все, что ему удалось услышать. И некоторые новости из тех, которые ему рассказал Алеброн, когда они пили пиво в таверне.

– Что скажешь? – спросил Крагозей у Умняги.

– С одной стороны, явление совершенно не конструктивное. Нет никакого смысла прятать Мультифрит в таком неудобном месте, как камни возле Северных ворот. Но, с другой стороны, капрал Коорн туп и сам выдумать ничего не может. Он передает именно то, что услышал. А Роннивин, укравший, кроме Мультифрита, еще и медные монеты, явно имеет философский склад ума. Он способен совершить подобный поступок. Вопрос в том, совершил ли он его?

– Умняга! – оборвал его Крагозей.

– Думаю, что совершил, – вынужден был прервать цепь своих размышлений Умняга. – Но, – Тугодум поднял указательный палец, – практика подсказывает нам, что воронам доверять нельзя. Ворона – птица не отличающаяся постоянством, и может сесть на любой камень. Поэтому, я предложил бы исключить фактор присутствия вороны из нашей системы поиска.

– Так, фактор вороны исключаем! – принял решение Крагозей. – Все остальное делаем быстро и решительно. Бодигар, возьми ударный десяток краснорубашечников и веди их к Северным воротам. Захвати лопату. Вокруг камней установи оцепление, никого не подпускай. Найди Мультифрит и доставь его сюда.

– Будет сделано, мой Вождь! – Бодигар выбежал за дверь, и слышно было, как он приказывает боевикам построиться.

– Умняга, – продолжил Крагозей, – идешь с отрядом.

– Что я там стану делать? – удивился Умняга. – Я теоретик. Мое дело размышлять.

– Сегодня станешь еще и практиком. Практика, подкрепленная теорией, должна и может творить чудеса.

– Теория, подкрепленная практикой, – не вовремя поправил Вождя Умняга.

Этого делать не следовало.

– Я говорю: практика, подкрепленная теорией! Ты что, не понял?! Не думаешь ли ты, что разбираешься в этом лучше меня?

Тугодум хорошо знал характер Вождя.

– Я ошибся, – признался он.

– Мы с тобой не имеем право ошибаться, – Крагозей вышел из-за стола и остановился под портретом Халабудра Неудержимого. – Наша цель – дать народу счастье. И не в теории, а на практике. Больше практики, Умняга! Иди с отрядом и поучи молодежь. Покажи им, как работало наше поколение. Покажи им, как мы ворочали камни. Словом и делом помоги им преодолеть трудности.

В эти мгновения Крагозей был уверен, что похож на Халабудра Неудержимого.

Умняга Тугодум никогда не ворочал камни, но, теоретически, знал, как это надо делать, и всегда был готов помочь молодому поколению добрыми советами. В том, что молодежь нуждалась в его советах, Умняга был уверен.

Вождя Алеброн нашел легко. Бренадон сидел в тени, под Священным Дубом, пил пиво, любовался неувядающей красотой природы и порхающими возле его ног разноцветными мотыльками. Вождь увидел остановившегося на почтительном расстоянии Алеброна, и умудрился посмотреть на него свысока.

– Сколько я, по-твоему, должен тебя жать?! – спросил он. По виду Вождя, и по тону, которым он это спросил, Алеброну следовало понять, что ждать Бренадон вообще не должен. Никого и никогда.

Алеброн отвесил низкий поклон.

– Вождь, меня задержал Капрал Коорн. Он добывал сведения, которые тебя интересуют.

– Гр-м-м, Этот Коорн мог бы и поторопиться... – Бренадон скорчил гримасу, по которой следовало понять, что он, на этот раз, прощает и капрала Коорна и Алеброна. – Рассказывай.

Вождь благосклонно выслушал рассказ Алеброна. Прервал он своего секретного агента только тогда, когда тот доложил, что вор зарыл Мультифрит в землю.

– О-о-х... – Застонал от возмущения Бренадон. – Что это за дурацкое племя, и каким чудом ему удалось захватить власть? Все люди – идиоты. Одни, как жирный Слейг, мнят себя равными мне, Великому Вождю, сыну Вождя и внуку Вождя. Другие, как этот вор, закапывают Мультифрит в землю. Куда смотрят боги?! Когда они, наконец, уничтожат это скопище глупцов, и воздадут должное нашему древнему племени?!

Алеброн не знал, куда смотрят боги. Не имел он представления и о том, когда боги изгонят жирного человека Слейга и сделают главой свободного города Геликса, благородного эльфа Бренадона, сына Вождя и внука Вождя, поэтому промолчал. Боги тоже не ответили, возможно, до них, просто, не дошел вопль Вождя, ведь обычно с ними разговаривал жрец.

Бренадон, видимо, как раз и вспомнил про жреца.

– Сбегай к дому Клинкта Большая чаша, – приказал он Алеброну. – Там сейчас Касселиор, Хорандо и четверо канцеляристов. Пусть все быстро явятся сюда. И напомни им, что я не люблю ждать!

Эльфы, во главе с Касселиором и Хорандо, явились незамедлительно, как и было приказано, бегом.

– Хорандо, берешь этих, – Бренадон кивнул на застывших в полупоклоне эльфов. – А кроме них, всех из первого отдела канцелярии. Ведешь отряд к Северным воротам. Там, под одним из камней спрятан Мультифрит. Рассказывай, – велел он Алеброну. – А вы все внимательно слушайте.

– От правой створки ворот надо пройти пятнадцать шагов, – стал рассказывать Алеброн. – Потом повернуть направо и пройти еще десять шагов. Остановиться и посмотреть налево. Там лежит плоский камень, у него пять углов. Два угла – ровные, а три неровные. Под этим камнем, в специально выкопанной для этого ямке, лежит Мультифрит.

– И не забудьте, на этом камне сидят вороны, – напомнил Бренадон. – Поняли?!

– Поняли, – дружно ответили эльфы. Пока никто из них еще не задумывался о том, как они станут искать плоский камень с пятью углами и воронами, среди сотни других камней.

– Хорандо, Мультифрит принадлежит нашему народу, ты должен найти его! – приказал Бренадон.

– Я сделаю это, Вождь, – однажды Хорандо уже почти завладел Мультифритом. Сейчас он решил, что ни в коем случае не упустит волшебный кристалл.

– Касселлиор, идешь с ними.

– Что я там стану делать? – жрецы камни не ворочают. Касселиор решил отстоять свое право, и авторитет.

– Я не заставляю тебя работать. Договорись с богами, чтобы они благоприятствовали нашему поиску. Обещай богатые жертвы и все, что нужно.

Касселиору не хотелось идти к Северным воротам. Жизненный опыт подсказывал жрецу, что за Мультифритом могут придти и гномы. А Хорандо не отступит. Завяжется драка. В такой драке никто из гномов не станет разбираться: кто просто эльф, а кто жрец.

– Я могу поговорить с богами отсюда, – сообщил Касселиор. – от Священного Дуба к богам гораздо ближе, чем от Северных ворот.

Бренадону не нравилось, когда ему противоречили.

– Ты пойдешь к Северным воротам, туда, где лежит Мультифрит, – повелел жрецу Вождь. – Пусть боги увидят, что ты сам ищешь драгоценный кристалл. Они тебе помогут. И, вообще, Касселиор, – Вождь посмотрел на жреца с недовольством и сожалением, – в последнее время ты не сумел договориться с богами, ни по одному серьезному вопросу. Если так пойдет, мне придется искать себе другого жреца. У нас, у эльфов, незаменимых нет. Запомни это Касселиор.

Касселиор запомнил и ушел вместе с остальными. Он был очень недоволен Бренадоном. Много лет они с вождем жили мирно. Каждый делал свое дело, и не мешал другому. Бренадон правил эльфами, а Касселиор сообщал ему волю богов. Но в последнее время Бренадон зазнался. Возомнил, будто он, действительно, великий вождь. Забыл, наверно, что власть вождя держится на жрецах. Забыл, что дед его однажды унизил жреца, а после этого скоропостижно умер. И отец его умер, после того, как крупно поспорил со жрецом... "Придется искать другого жреца, – мысленно передразнил он Бренадона. – Незаменимых у нас нет..." – Может быть придется, а, может быть, и не придется. Что боги решат, то и будет, – как всякий уважающий себя жрец, положился на волю богов Касселиор. – Незаменимых вождей тоже не бывает. Как бы другого вождя не пришлось искать...

Когда эльфы удалились, Бренадон снова обратил внимание на старшего секретного агента.

– Ты, Алеброн, отправляйся опять к караульному помещению, – приказал он. – Может быть удастся узнать еще что-нибудь важное.

– Капралу Коорну я выплатил за секрет серебряную монету, – доложил Алеброн.

– Правильно, – похвалил его Вождь. – Секрет хороший, он этого стоит. За хорошую работу я и плачу хорошо. Получай две серебряные монеты.

Вождь опустил руку в карман и вынул оттуда две монеты. Но они оказались не серебряными, а медными. Малыми медными монетами.

Х-м-м, – удивился Вождь, – а у меня с собой, оказывается, ничего нет. Ладно, бери пока эти. Остальное получишь потом.

Алеброн знал, что потом он ничего не получит.

Кресск неторопливо прогуливался по тенистому скверу. За ним, не отставая, следовали два крепких монаха, под просторными балахонами которых, угадывались немалые, по размеру, дубины. Отца Кресска всегда сопровождали два монаха. Не то, чтобы коменданту Святой Обители угрожала какая-нибудь опасность. Да и в случае опасности, отец комендант мог постоять за себя. Святой драконоборец не обидел его ни силой, ни умением. Но так уж было заведено.

Отец комендант прогуливался, и думал о Мичигране. Мало кому известный маг, после похода за сокровищами дракона, стал в Геликсе личностью не просто известной, но знаменитой. Еще бы: святой драконоборец, дважды, рожденный Фестоний, благосклонно явил магу свою правую ногу. С тех пор, как дважды рожденный удалился из мира сего, он не оказывал такой милости ни одному смертному. При помощи Мультифрита Мичигран исцелил отца Буркста и вылечил какого-то вождя варваров. После этого отец Буркст стал праведником, а варвар перестал разбойничать, и вернулся в свои земли. Конечно, такое тоже не обошлось без вмешательства святого драконоборца. Когда Мультифрит таинственным образом исчез, их пресветлость Координатор Хоанг удостоил Мичиграна личной беседы и, даже, позволил себе выпить с магом пива, что следует считать знаком немалого расположения. Их пресветлость явно дал магу какое-то поручение. Судя по всему, велел ему заняться поисками Мультифрита. Да, именно так, поручил заняться поисками Мультифрита. И сказал Кресску, что за Мичиграном присматривать не следует, что маг, сам по себе, и удачлив. Занятной птицей стал Мичигран. У обычного мага выросли такие перья, что за ним и присматривать не надо. За всеми присматривать надо, а за ним не надо... Что-то в последнее время стало слишком много Мичиграна: куда ни глянешь, везде этот маг. А теперь Мичигран отправился в Казорский квартал, который маг, по самым достоверным сведениям, не посещал более десяти лет. К чему бы это? Все ищут Мультифрит здесь, в Геликсе, и люди отца Кресска ищут Мультифрит в Геликсе, а Мичигран отравляется в Казорский квартал...

Невысокий монашек, несколько в стороне, терпеливо следовал за отцом комендантом. Все в Святой Обители знали, что когда отец Кресск размышляет, отвлекать его не следует. Наконец Кресск заметил монашка и приветливо кивнул ему, разрешая подойти и доложить.

– Да славятся в веках деяния святого драконоборца, дважды рожденного Фестония, – негромко промолвил невысокий монах.

В отличие от других представителей Святой Обители, во множестве прогуливающихся в этот день по улицам Геликса, капюшон у монаха был опущен и почти полностью скрывал лицо. Но Кресск сразу узнал его. Вчера вечером он дал отцу Дементу важное поручение и с нетерпением ждал, когда Демент появиться, сообщит о том, что удалось узнать.

Два монаха, сопровождавшие Кресска, замедлили шаг и отстали. Никому не следовало слышать, о чем беседует отец комендант с главой своих осведомителей.

– Да не забудет святой драконоборец нас своими милостями, – Кресск улыбнулся монаху и продолжал неспешно шагать по неширокой дорожке сквера. Рассказывай, брат мой.

Демент приноровился к темпу, которым шагал отец комендант, и стал негромко докладывать.

– По поручению сержанта Нообста, дядюшка Пиип ходил в Казорский квартал. У Пиипа там имеются связи. В определенных кругах. Но проследить его в Казорах не удалось.

"Опять Казорский квартал, – отметил Кресск. – Мичигран в Казорском квартале, и Пиип в Казорском квартале. Старший стражник Пиип по пустякам в Казоры не пойдет".

– У тебя не хватает опытных агентов? – спросил Кресск. В голосе его, в равной мере, звучали сочувствие, удивление и еще что-то, весьма неприятное.

– Опытные агенты у меня есть, – после небольшой паузы сообщил Демент. – Но в Казорском квартале работать сложно. За Пиипом шли трое, самые опытные. Но дядюшка Пиип слишком хитер, нашим агентам он не по зубам. Он оторвался от них, едва они вошли в Казоры. С кем Пиип там встречался узнать не удалось.

Это было серьезным упущением, но Кресск не выразил недовольства, его полное румяное лицо по-прежнему выглядело достаточно доброжелательно.

– Вышел дядюшка Пиип из Казор недавно, – продолжил монах. – Он привел с собой молодого парня, по имени Роннивин. Кличка Крот. До сих пор этот Роннивин в сферу нашего внимания не попадал. Сейчас в Казорах собирают сведения о том, кто он такой, чем занимается, с кем общается. Сегодня мы будем знать о нем все.

Кресск одобрительно кивнул.

– Пиип привел Роннивина к сержанту Нообсту. Роннивин, после некоторого принуждения, признался, что он пробрался в сокровищницу Клинкта, похитил там шкатулку с Мультифритом и семь малых медных монет.

Демент замолчал, ждал, не спросит ли о чем-нибудь отец комендант.

Отец комендант был доволен. Теперь понятно почему Мичигран отправился в Казоры. Значит, Мультифрит все-таки там. Удачлив маг, удачлив... И, надо отдать ему должное, сообразителен. Координатор это сразу заметил.

– Вряд ли этот Роннивин действовал один, – решил Кресск.

– Нообст спросил об этом Роннивина. Тот назвал имя купца Самара. Потом стал рассказывать о черных башмаках, с металлическим подковками на каблуках... Но тупица Коорн, ничего толком, из этого разговора не понял.

– Черные башмаки с подковками? – повторил Кресск. – При чем здесь черные башмаки?

Отец Демент помедлил с ответом. Он не знал, при чем здесь черные башмаки, и ему, мастеру сыска, неприятно было признаться в этом.

– Возможно, это какой-то шифр. Под башмаками может подразумеваться сам Мультифрит.

– А кто такой купец Самур?

– Темная личность, мелкая сошка. Авторитетом в преступном мире не пользуется. Скупает краденное, продает, меняет. Иногда и сам подворовывает. Его сейчас допрашивают. В мелких грехах признался. От всего, что касается Мультифрита, пока отказывается.

– Кто еще?

– Кроме Самура мы задержали еще пятерых, – отец Демент помолчал, потом неохотно сообщил: – Пока они все отрицают. Но с ними продолжают беседовать. Надеюсь, что-то всплывет.

История с похищением Мультифрита обрастала непонятными подробностями. Какой-то мелкий скупщик краденного, какие-то черные башмаки, странный Роннивин, который берет из сокровищницы медные монеты... Шесть сообщников, и ни один из них не признается... Кресск любил ясность и всегда добивался ее. А здесь было слишком много непонятного.

– Мультифрит нашли?

– Нет. Роннивин спрятал кристалл сразу же после кражи. Зарыл в землю.

– Где?

– Возле Северных ворот. Под одним из камней... – неохотно, как будто его заставляют говорить то, во что он сам не верит, стал рассказывать Демент. – По словам Коорна, Роннивин откатил один из крупных камней, вырыл небольшую ямку, положил в нее Мультифрит, и снова прикрыл камнем.

– Подробней, – попросил Кресск. – Где находится этот камень? Думаю, Нообст догадался достаточно подробно расспросить об этом Роннивина.

– Да, Нообст расспросил... – чувствовалось, что Демент недоволен сведениями, которые он может предоставить отцу коменданту. – Но мы вынуждены довольствоваться тем, что запомнил Коорн... От правой створки ворот надо пройти пятнадцать шагов вперед, – повторил полученные от капрала сведения монах. – Потом повернуть направо и пройти еще десять шагов. Здесь надо остановиться и посмотреть налево. Там, под одним из камней, лежит Мультифрит.

– Под каким камнем? Возле ворот лежит добрая сотня камней.

– Коорн клянется, что передает слова Роннивина дословно. "Камень этот не самый большой, и не самый маленький. Снизу он бугристый, а сверху почти плоский. У него пять углов. Два угла ровные, а три не совсем ровные".

Демент понимал, что его рассказ не устроит отца коменданта. Так и получилось.

– Этого мало. Другие подробности, – потребовал Кресск.

Монах молчал.

– Еще что-нибудь об этом камне известно?

– На нем любят сидеть вороны, – отец Демент понимал, что говорит глупость, поэтому тут же сообщил: – Так сказал Роннивин.

– Какие вороны? – отец Кресск не любил, когда ему говорили глупости.

– Обычные. Капрал клянется, что Роннивин сказал именно так. Больше он ничего не услышал. Сержант Нообст пнул дверь, и капралу опять досталось.

– Сильно пнул? – не смог не поинтересоваться Кресск.

– Судя по тому, что левое ухо Коорна увеличилось вдвое – сильно.

– Значит, следует искать камень, на котором сидят вороны... – Кресск нахмурился, что с ним случалось очень редко. – Ты, отец Демент, в это веришь?

– Это слова капрала Коорна, – ушел от ответа Демент.

– Камней у Северных ворот около сотни. – Кресск говорил совершено спокойно, но Демент понимал, что комендант недоволен. – Очень жаль, что Коорн настолько туп. Он не может толком даже подслушать. Но это не его вина. Это мы плохо работаем. Не кажется ли тебе, брат мой, что нам следует поискать среди стражников кого-то не столь тупого, как Коорн? Кого-нибудь вроде дядюшки Пиипа.

– Ищем, ваше преподобие. Но среди стражников большинство таких, как Коорн.

– Тебе не кажется, что в городской страже мы должны иметь своих людей?

– Да, ваше преподобие. Мы сейчас готовим двоих.

– Где сейчас Роннивин?

– В караульном помещении, пьет чай с баранками, под присмотром четырех стражников, во главе с дядюшкой Пиипом. Очевидно, ждут лейтенанта Брютца. Забрать Роннивина оттуда невозможно.

– Прокол, – подвел итог операции в Казорах отец комендант. – Роннивин должен был сейчас пить чай с баранками у нас, в Святой Обители.

– Прокол, – согласился Демент.

– Ты считаешь, что нам следует идти к Северным воротам? – спросил Кресск.

Демент медлил с ответом. Он посмотрел на травку, растущую вдоль дорожки, как будто надеялся увидеть там ответ на вопрос отца коменданта. Но ничего не увидел.

– Я не уверен, что Мультифрит находится у Северных ворот, – наконец сказал он.

Отец комендант внимательно посмотрел на своего главного осведомителя.

– Сержант Нообст не дурак, – ответил на этот вопрошающий взгляд монах.

– Нообст свое дело знает, – согласился Кресск. – Думаешь, это он подсказал Ронневину Северные ворота?

– Вполне возможно. Сержант знал, что капрал станет подслушивать. Думаю, что Северные ворота – это для Коорна.

– Ты уверен в этом?

– Нет, не уверен. Нообст всего лишь человек. Мог допустить промах.

– Мог, – опять согласился Кресск. – Сержант Нообст вполне мог допустить промах. Но Северные ворота следует проверить. А с самого Нообста, Пиипа, и этого воришки из Казор, Роннивина, глаз не спускать. Если они куда-то пойдут – доложить немедленно.

– Да, ваше преподобие, немедленно.

– Приставь к ним самых опытных. Хотелось бы, хоть здесь, обойтись без прокола.

– За ними присматривают, ваше преподобие, – склонил голову Демент.

– Где сейчас Мичигран? – задал отец Кресск давно беспокоивший его вопрос. Мы, кажется, решили, что следует тщательно присмотреть за магом.

– В Казорском квартале, – в голосе монашка опять прозвучало заметное сожаление. Или это было чувство вины. – Он тоже отправился в Казорский квартал. Тайно, без своего плаща и посоха. За ним последовали два наших опытных агента. На бульваре Халабудра Неудержимого Мичигран встретился с тремя девами переходного возраста. У костра сидел также и парень. Все четверо из тех, что ходят в черных кожаных куртках. Они недолго о чем-то беседовали, затем Мичигран, с одной из девиц, удалился в темный переулок. Оба они исчезли.

– Как это – исчезли?

Отец Кресск ждал, что еще скажет Демент, но тот молчал. Очевидно, подбирал слова, чтобы объяснить.

– Как это исчезли? – вынужден был повторить вопрос Кресск. – А твои агенты?

– Когда наши агенты вошли в переулок они увидели там, на земле, двух громил. Оба крепко спали. Разбудить их не удалось. Без магии там, судя по всему, не обошлось. Но они не нашли там ни Мичиграна, ни девицы. Агенты вернулись к костру, чтобы расспросить, о чем говорил Мичигран. Но и там никого не оказалось. Пока никаких новых сообщений от них нет.

– Где сейчас Мичигран и чем он занимается, мы не знаем? – спросил Кресск.

Мог бы и не спрашивать. Если бы Демент что-то знал о Мичигране, то доложил бы.

– Не знаем, – подтвердил монах.

– Второй прокол, – отметил Кресск.

– Второй прокол, – хмуро подтвердил Демент.

– У Мичиграна постоянно живут ученик-мальчишка и коза, – напомнил Кресск.

– Они тоже исчезли, – отец Демент негромко вздохнул и опустил голову, признавая свою вину.

Кресск подумал о том, как нелепо все устроено: когда нет серьезных происшествий, его агенты работают успешно, но когда случаются что-то серьезное и непонятное, они не могут выполнить ни одного важного задания.

– Три прокола за один день. Не много ли? – спросил отец комендант.

– Много, – согласился Демент.

– Наши агенты недостаточно опытны, или недостаточно усердны?

– Наверно, в какой-то степени, и то и другое, – недолго поразмыслив, ответил монах.

– Да, – согласился комендант. – Над этим следует подумать. Как только станет что-то известно о Мичигране, немедленно сообщите мне, – и добавил. – О мальчишке и козе тоже. Где бы я ни был, найти и сообщить.

– Будет сделано, ваше преподобие, склонил голову монах.

– Сколько ты заплатил капралу?

– Одну серебряную монету.

Отец комендант вынул из кармана балахона две серебряные монеты. Монах взял их, поклонился Кресску, сошел с дорожки и исчез в кустах.

Возле Северных ворот лежало великое множество камней. Небольшие камни, большие камни и очень большие камни располагались без всякого порядка. Да и не нужен здесь был никакой порядок. Камни просто набросали перед воротами, чтобы никто не смог их открыть. Здесь были камни плоские, камни квадратные, камни многоугольные. Многие имели форму, определить которую было просто невозможно.

– Что скажешь, Умняга? – привычно обратился Бодигар к мудрому теоретику.

– Хаос. Хаос и неразбериха, – определил Тугодум. Он сел на ближайший валун, пощупал его и сообщил: – Каждый камень есть твердая материя, данная нам в ощущение.

– Твердая, – согласился Бодигар. – Надо искать Мультифрит, – напомнил он.

– Хм-м, ты произнес слово "искать"... – Умняга поморщился и с укоризной посмотрел на Бодигара. – А слово – есть символ, означающий мысль или явление. "Искать" – это неправильная посылка, Бодигар. Она обращена в бесконечность и не определяет конечную цель. А раз не определена конечная цель, то создается парадоксальная ситуация: прямая линия нашего желания устремится в бесконечность и никогда не пересечется с параболой в том месте, на которой находится точка, означающая результат. Правильная посылка, это должно быть очевидно даже младенцу, заключена в слове "найти". И не пытайся мне возражать.

Бодигар и не попытался возражать. Он понял, что Тугодум сказал, что-то очень важное. Но Бодигар не знал, что такое "парадоксальная ситуация", не разбирался в параболах, и не представлял себе, что такое "бесконечность". От всего, что сказал Умняга Тугодум, несло такой высокой ученостью, что командир краснорубашечников вообще не понял, о чем говорит теоретик. И не пытался понять. Он стоял и ждал, когда Умняга закончит, и можно будет взяться за поиск волшебного кристалла.

А Умняга не закончил. Крагозей велел помочь молодежи, и Умняга сразу взялся за дело, привлек к выполнению этого задания весь свой могучий ум.

– Следовательно, мы заинтересованы, чтобы они пересеклись. Вот ты и скажи мне, что ты намереваешься для этого сделать? Как ты собираешься найти Мультифрит? Не "искать" а "найти"? Запомни это слово.

– Очень просто. Найдем плоский камень, о котором говорил Хэмми, перевернем его и возьмем Мультифрит.

– И все?

– И все! – подтвердил Бодигар. Другого способа найти ценный кристалл он не смог себе.

Умняга снисходительно выслушал примитивный план Бодигара и скорчил недовольную гримасу.

– А ты ведь один из лучших, – отметил он. – Не та нынче пошла молодежь... Все для вас просто: пришел, увидел, перевернул. Страшно подумать, что станет с нашим городом, когда мы умрем, и к власти придут те, кто сегодня молод.

– Что я такого сказал? – смутился Бодигар.

– Камней здесь много, – Умняга повел взглядом по камням и покачал головой. Камней было очень много. – Что ты станешь делать, если под камнем, который мы перевернем, Мультифрита не окажется?

– Тогда мы перевернем все остальные камни, – не стал задумываться Бодигар. – Будем их переворачивать, пока не найдем.

– Не рентабельно, не экономично и, самое главное, не научно, – осадил его Умняга. – Ты помнишь, что говорил Хэмми?

– Помню. Все очень просто. От правой створки ворот надо пройти пятнадцать шагов, потом повернуть на право, и пройти еще пятнадцать шагов. Остановиться и повернуться налево. Там должен лежать большой плоский камень.

– Совершенно верно, – подтвердил Умняга. – Надо перевернуть большой и плоский камень. Но один. Запомни, всего один! И главное, что должно определить систему наших действий – это ВОРОТА. Начинать надо с них. ВОРОТА – вот тот рычаг, который мы введем в действие, та точка опоры, при помощи которой мы найдем кристалл.

Умняга поднялся и направился к воротам. Бодигар пошел за ним. За командиром последовал весь отряд.

– Итак, нам дано, что отсчет шагов должен идти от правой створки, – напомнил Тугодум, когда они подошли к воротам. – Которая створка здесь правая?

– Вот эта, – указал Бодигар.

– Ты уверен, что эта створка и есть правая? – снисходительно спросил Тугодум.

– Уверен.

– Как, для вас, молодых, все просто...

Умняга с сожалением поглядел на Бодигара, с тем же сожалением, повел взглядом по остальным краснорубашечникам. Затем принялся внимательно рассматривать ворота. При этом, он не забывал пожевывать кончик своей бороды, явное свидетельство того, что мыслитель глубоко задумался. Когда Умняга решал какую-то чрезвычайно важную проблему, он всегда пожевывал кончик бороды. Наглядевшись на ворота, Умняга повернулся к Бодигару и стал его рассматривать, так же внимательно.

– Ты уверен, что эту створку следует считать правой? – повторил он свой вопрос.

– А какую еще? – удивился Бодигар. – Она же правая.

Краснорубашечники внимательно прислушивались к разговору. Бодигар правильно указывал на правую створку ворот. Она и была правой. Но Тугодум был очень умным и очень образованным. Все понимали, что просто так мыслитель возникать бы не стал.

– На первый взгляд, кажется, что это так, – отметил Умняга. – Но это только на первый взгляд. Стоит подойти к этой проблеме с научной точки зрения, и все сразу осложняется. Вот ты, как тебя зовут, – обратился Умняга к молодому, еще безбородому гному.

– Кудюк.

– Ну-ка, Кудюк, подойди к воротам, – велел Умняга.

Кудюк послушно подошел к воротам и остановился, ожидая дальнейших указаний.

– Посмотри на ворота, – велел Умняга. – Внимательно посмотри.

Кудюк уставился на ворота. Остальные краснорубашечники тоже стали разглядывать ворота. Ворота были самыми обыкновенными городскими воротами. Отличались они от всех других ворот, наверно, только тем, что их давно не открывали.

– Какая створка у ворот правая? – задал пустяшный вопрос Умняга.

– Вот эта, – не задумываясь, ответил Кудюк и показал рукой на массивную, обитую железными полосам створку.

– А левая?

– Вот эта.

– Правильно он оказал? – повернулся Умняга к остальным гномам.

Остальные гномы подтвердили, что Кудюк сказал правильно.

– Ты понимаешь, что случается, когда массы, не учитывающие причинно-следственные связи, и инвариантность материи, пытаются решить фундаментальную проблему большой науки? – уставился на Бодигара Умняга.

– Не понимаю, – откровенно признался тот.

– В этом случае закладывается основа фундаментальных ошибок, – заявил Тугодум. – Ну-ка, Кудюк, повернись лицом ко мне, стань спиной к воротам! – приказал Умняга.

Тот послушно выполнил приказ.

– Где правая створка ворот?! – спросил Тугодум.

– Вот эта, – показал гном, поворачиваясь.

– Стой, не поворачивайся! – останови его Тугодум. – Стой на месте и не двигайся. Подними правую руку!

Гном послушно поднял правую руку.

– Правая створка ворот должна находится со стороны правой руки, или со стороны левой? – спросил Тугодум.

– Со стороны правой, – заявил гном.

– Значит где правая створка?

– Здесь... – изумленный Кудюк посмотрел на створку, которую он совсем недавно считал левой.

– Теперь опять повернись лицом к воротам! – приказал Умняга.

Кудюк послушно повернулся.

– Где левая створка ворот?

– Здесь, – показал Кудюк. – Со стороны левой руки.

– Повернись! Где теперь правая?

Обалдевший Кудюк послушно повернулся и в полной растерянности, показал на створку, которую только что назвал левой.

– Вот так, – подвел итог Тугодум. – Теперь поняли?

Гномы молчали. Потом кто-то из них тихо проговорил:

– Не поняли.

– Не поняли... – Умняга Тугодум оглядел гномов так же внимательно, как он несколько ранее разглядывал ворота. – И не поймете. Нет у вас базы, которая позволяет вникнуть в сложные процессы мироздания, – с сожалением сообщил он. – Объясняю: правого и левого не существует. Центром мироздания является гном. А все остальное, что окружает нас, дано гному в ощущение. И существует только в зависимости от того, как гном его ощущает. Ни о каком предмете нельзя быть уверенным, что он находится справа, слева, сзади или впереди нас. Важно, не где находится предмет, а где находится гном. И в зависимости от того, где находится гном, предмет будет перемещаться вправо, влево, или еще куда-нибудь. Теперь поняли?