Текст книги "Капитан ближнего плавания (СИ)"

Автор книги: Квинтус Номен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 26 страниц)

Глава 15

Адмирал Сапожников особо интересовался делами курсантки Алексеевой вовсе не потому, что она была первой девушкой, получившей капитанский сертификат за последние сто с лишним лет, причин для такого интереса было несколько и ни одна их них, по большому счету, с тем, что Ирина была курсантом школы капитанов, непосредственно связана не была. В регистре Флота раньше имелось двадцать семь частных кораблей (двадцать семь «Бурлаков»), и все владельцы этих кораблей были заслуженными капитанами-мужчинами. Но и то, что Ирина мужчиной не была, особого внимания не заслуживало, но все остальные владельцы кораблей возраста были весьма почтенного, и самому младшему – Василию Суханову – недавно стукнуло сто семь. А Ире было всего пятнадцать – но и сам по себе возраст тоже был особо не важен. Но именно возраст и являлся первой причиной того, что руководство Флота проявляло к Ирине особый интерес: по положению о честных кораблях контракты на все перевозки могли заключаться исключительно с официальным владельцем корабля, а Ира пока что была еще несовершеннолетней.

Вообще-то, когда руководство Флота решило поддержать инициативу курсантки, все считали, что восстановленный корабль будет собственностью семьи Крыловых, и то, что семья эта не поддержала эту затею, изрядно руководство Флота удивило. А когда Крыловы официально отказались от вступления в права владельцев, было уже поздно что-либо менять и собственником корабля стала пятнадцатилетняя курсантка, с которой Флот был обязан заключать контракты, но с которой контракты заключать Флот юридического права не имел. И на первый рейс контракт был заключен Управлением Флота Латинского Союза: у латинян правила были несколько другими и они контракт заключили с капитаном корабля. Там тоже была использована мелкая юридическая лазейка: по законам Союза контракт с капитаном-владельцем корабля считался легальным, а вот никаких ограничений на возраст капитана там не налагалось – так что с точки зрения их законодательства контракт был легальным, поскольку куратором строительства или ремонта любого корабля согласно законам мог быть только его капитан – и Ирина де-факто таковым – с точки зрения латинян – и стала. Но и с латинской точки зрения заключать такие контракты Ирина могла лишь до тех пор, пока она не назначила капитаном другого человека, а теперь и латиняне утратили возможность заключения подобных контрактов. То есть уже подписанный контракт оставался в силе, а вот новые становились невозможными. И все радовались (особенно на топливном заводе радовались) что Ира подписала контракт не на один рейс, а на год – и сейчас в управлении флота Латинского Союза шли споры о том, считать ли рейсы, окончание которых случится позднее, попадающими под действие контракта или нет: в первом случае были веские шансы использовать корабли уже в трех рейсах.

И это было первой причиной, а вторая была еще более интересной: курсант Алексеева стала первой владелицей корабля, которой корабль принадлежал целиком – а этот момент создавал, хотя в в довольно далеком будущем, массу новых проблем. Ведь раньше собственнику принадлежал только сам корабль, а использующиеся на корабле энергетические установки были собственностью Флота и именно службы Флота обеспечивали перезаправку, ремонт и замену этих установках на кораблях. А Алексеева для своего корабля и энергоустановки собственные заказала. Причина была в целом понятна: Флот просто не дал бы для корабля класса «Горбунка» двухгигнаваттные энергостанции, и по-настоящему эффективное использование этого корабля после того, как на нем был и двигатель новый поставлен, без таких энергостанций было невозможно – но вот никаких правил и регламентов по обслуживанию именно частных энергостанций не существовало.

Но обслуживать и даже перезаправлять их все же не очень-то и скоро придется, а вот другой вопрос, касающийся энергостанций, нужно было решать уже сейчас. Потому что раньше все расходы на обслуживание, ремонт и перезаправку энергостанций ложились на Флот, и в расчетах по контрактам с судовладельцами эти расходы просто не учитывались, а вот с «Золотой рыбкой» ситуация была кардинально иной: раз энергостанции принадлежали хозяйке корабля, расходы эти нужно было и в сумме контрактов учитывать. Вот только было очень непонятно, как их считать: реактры – а зависимости от режима работы – и топлива на одном и том же маршруте могли сжечь в несколько раз больше или меньше, а считать расход топлива «по факту» было очевидной глупостью. Потому что в принципе корабль мог разогнаться до сотни километров секунду за полтора суток и теоретически «при благоприятном расположении небесных светил» рейс от Марса до Земли мог занять всего лишь десять суток – но при этом реакторы сжигали вчетверо больше дефицитного топлива, чем при трехнедельном рейсе. А в первом своем рейсе к Эскимали «Золотая рыбка» всего за двадцать семь суток топлива потратила столько, сколько бы ей хватило на шесть рейсов «с традиционной скоростью», но тогда бы эти шесть рейсов потребовали бы трех с лишним лет времени. В данном конкретном случае руководство Флота Латинского Союза согласилось на такой перерасход, да и энергостанции в этом рейсе были, как выразился адмирал Сапожников, «казенными», но было понятно, что «частник» – если ему за топливо платить не придется – предпочел бы сделать побольше рейсов и доставка грузов стала бы слишком уж дорогой. Но и оплачивать топливо «по минимуму» было нельзя: подписываться на полугодовой рейс в случаях, когда такой можно пройти за пару месяцев, желающих просто не найдется. Да и Флот для выполнения программ Преобразования был заинтересован в том, чтобы корабли летали быстрее, однако приходилось учитывать и стоимость рейсов, и – что пока было очень важно – доступность топлива. Собственно, Латинский Союз и согласился переплатить за топливо «Золотой Рыбке» лишь потому, что этот рейс как раз дополнительным топливом Флот и обеспечивал, но таких срочных рейсов всяко будет не очень много – так что курсант Алексеева и забот руководству Флота добавила, и волнений.

Вот только саму Ирину созданные ею заботы Флота вообще не волновали, у нее и своих более чем хватало. Потому что после окончания второго класса курсанты проходили «производственную практику» на заводе, выпускающем танкеры класса «Водовоз». Вообще-то болшая часть «Водовозов» делалась на Луне, но и на Марсе завод по их производству (и капитальному ремонту) имелся: кораблик был достаточно невелик, и его даже с Марсе поднять на орбиту было возможно – а вот в невесомости их изготавливать было слишком уж непросто. Поэтому действительно небольшой (всего-то чуть меньше даже семи тысяч тонн) корабль полностью изготавливался на планете, а двигатель и стыковочную штангу (которую тоже на планете делали) вместе собирали уже на орбите.

Понятно, что почти все работы на заводе выполнялись роботами, но роботами этими управляли люди – и курсанты как раз это непростое дело и осваивали, а затем и контроль выполнения всех работ проводили. А это – работа очень важная и очень, очень ответственная, так что все курсанты вскоре уже мечтали об окончании каникул, когда можно будет снова по восемь часов в сутки просто учиться и еще по несколько часов обычные «домашние задания» выполнять. Но мечтать, как говорили преподаватели, не вредно – и курсанты упорно осваивали непростую профессию операторов роботов, заодно изучая и общие принципы построения кораблей: ведь основной их заботой было установка, наладка и тестирование систем контроля и управления корабля. А в этом году их задача даже «усложнилась» по сравнению с программой, которую проходили курсанты в прошлом году: они не новые корабли собирали, а проводили капитальный ремонт нескольких старых. То есть им еще и проведение диагностики уже немало отработавших систем требовалось освоить – но как раз этот момент всем курсантам прилично добавил заинтересованности в работе. Потому что на Флоте каждый знал, что начиная со следующего года будет списываться по десятку «Горбунков», и этот каждый уже успел «примерить на себя» списываемый кораблик.

Никто из курсантов, конечно же, даже не мечтал такой корабль в собственность получить: наивных мечтателей среди них точно не было и все понимали, что «еще раз набрать триста миллионов» не получится. И даже не триста, ведь Ире-то очень много «бесплатно досталось» из списываемого экспериментального оборудования, но вот «как провести мелкий ремонт своими силами» и просто заставить «горбунок» еще несколько лет приносить пользу людям, всем им очень хотелось узнать. Ведь у «специалиста с опытом» гораздо больше шансов стать куратором восстановительных работ, а это – прямой пусть в капитанское кресло. Пусть в кресло «Горбунка», но потом, когда в состав Флота массово пойдут «Рысаки»…

А у Иры мотивация к освоению профессии ремонтника была несколько иная. То есть принципиально иная, вот только рассказывать кому бы то ни было о возникшей в ее голове новой хате она не собиралась: у нее были веские основания думать, что узнай в руководстве флота о ее мечтах – и она с треском вылетит их школы «по психологическим показаниям». Но ведь чтобы получать нужные знания, вовсе не обязательно всем рассказывать, для чего эти знания получаются – так что Ира после окончания рабочих часов еще по другим участкам завода ходила, благо это курсантам делать не запрещалось, и выуживала нужные ей знания из штатных работников «смежных подразделений» (что наоборот, только приветствовалось). Поэтому времени у нее свободного вообще не оставалось, и она даже не следила особо за новостями – так что в середине августа она очень сильно удивилась, увидев, вернувшись в общежитие, ожидающую ее в комнате Валентину Николаевну:

– Э… добрый вечер. Валентина, а что с «Золотой Рыбкой», как вы вообще здесь оказались?

– Очень просто: мы вернулись. Этот твой новый двигатель позволяет иногда творить чудеса, и это радует. А вот что не радует, так это то, что на второй рейс у меня уже времени не будет, я до ноября вернуться в таком случае не успею. А меня руководство школы и не отпустит даже если бы я успевала, так что прошу принять мою отставку. И разреши тебе представить: лейтенант Людмила Макарова.

– Очень приятно… вы теперь будете капитаном «Золотой Рыбки»?

– Ира, мы к тебе и примчались пока разгрузка идет, чтобы решить проблему: я считаю, что для работы капитаном пока что из всех стажеров только Людмила готова, но у нее не хватает полугода летного стажа под руководством капитана-наставника…

– И это всё? Валентина, не будем делать их мухи слона: лейтенант Макарова, я предлагаю вам занять должность капитана «Золотой Рыбки», это – официальная оферта владелицы корабля.

– Но я же тебе только что про стаж сказала!

– И я ваши слова услышала. И даже поняла их смысл, но вы просто не в курсе прав владельца. А я, как владелица корабля, имею полное и безоговорочное право самостоятельно комплектовать экипаж.

– Руководство Флота не утвердит такое назначение…

– Еще раз уточняю: как владелица корабля. Да, я знаю, что мне потом адмирал Сапожников выговор объявит как курсанту школы за нарушение пункта Устава и даже может вообще в угол поставить и леденец отобрать. Но вот отменить мое решение он не может, по закону не может. В законе-то не предусмотрено, что владелицей корабля может стать малолетняя дурочка, и я этим воспользуюсь. Уверена, что Сапожников позже закон поменяет, но обратной силы законы не имеют, да и когда он спохватится, лейтенант уже летный стаж нужный получит. Надеюсь, этот вопрос закрыт… а теперь давайте вы мне расскажете, как вы вообще успели за два с половиной месяца слетать туда-обратно. Честно говоря, я вообще не думала, что такое возможно, а раз вы это проделали… я же тоже когда-то капитаном стану, и мне такие трюки освоить было бы интересно.

– Ты очень верно заметила: трюки. Правда, когда подоспеют новые энергостанции, тебе придется после их замены сразу на первую конюшню снова залететь и корпус частично заново посеребрить: у нас покрытие местами микрон на десять просто испарилось. Мы решили, что лучше и дешевле лететь по прямой, мимо Солнышка нашего. Но оказывается, что в тридцати миллионах километров от солнца всяких там нейтронов с протонами летает многовато, причем высокоэнергетических, а мы и сами там под триста километров в секунду летели чтобы не изжариться…

– Триста?

– Ну да, нам-то с новым мотором чтобы так разогнаться вообще недели хватает. Но на самом деле лучше так не гонять: и покрытие быстро деградирует, и, откровенно говоря, и мне там не очень уютно было. И не только мне, там весь экипаж под солнышком лучился совсем не восторгом: две наших девушки решили вернуться на танкеры. Парни еще держатся, они молодцы. А вот девушек я рекомендую заменить, кандидатуры могу обсудить прямо сейчас. Но еще два рейса – и «Золотая Рыбка» закроет вопрос с нехваткой тория и урана на топливном заводе, так что еще на два рейса… покрытия хватит, а управление флота Латинского Союза нам тонну серебра возместит и даже оплатит стоимость работы по восстановлению покрытия. Я, как капитан, этот вопрос уже согласовала…

– Отлично!

– А как насчет замены в экипаже? Я с нашими уже успела договориться, нудно только твое решение.

– Валентина, экипаж комплектует капитан, я-то тут причем?

– Но я уже не капитан.

– А я еще вашу отставку не приняла, Людмила официального согласия на мою оферту не дала, так что быстренько экипаж доукомплектуйте… вот и отлично. Капитан Сотникова, я принимаю вашу отставку. Лейтенант Макарова, займите пост капитана «Золотой рыбки». Ну что, бюрократические процедуры закончены, осталось выполнить традиционные. Тут поблизости трактира, к сожалению, нет, так что торжественный ужин устроим в столовой нашего общежития: тут кто-то когда-то автоповара так неплохо настроил, что Славка уже переписал все его программы для нашего. Откровенно говоря, я даже и не подозревала, что можно приготовить из местных продуктов… Да, совсем забыла: товарищи капитаны, поздравляю вас с успешным выполнением первого рейса! Все, пошли ужинать, а то я что-то проголодалась…

После традиционного ужина Валентина Николаевна отправилась в школу, лейтенант Макарова поднялась на «Золотую Рыбку», а Ира – Ира продолжила изучение тонкостей обслуживания автоматики кораблей. Ей и на самом деле было не очень пока интересно, как там в космосе летает «Золотая Рыбка»: для ее это был интересный проект именно по восстановлению «исторического корабля», а раз он закончился, то и думать о нем дальше слишком уж серьезно не стоит. Все равно ей раньше чем лет через десять капитанское кресло в корабле не занять, а если за эти десять лет получится и кое-что другое столь же интересное проделать, то лучше именно об это и подумать. Но для того, чтобы все проделать, нудно столь многому научиться! И любую науку лучше всего постигать на практике, и девушка практиков – пока была возможность – и занималась. Но каникулы все же проходят довольно быстро, и тридцатого августа Ира вернулась в родное общежитие школы, где ее встретила донельзя довольная Светлана:

– Привет! Я все же остаюсь здесь и мы и дальше будем жить вместе!

– Так тебя вроде никто и не собирался отчислять?

– Ну да, но я не об отчислении: в этом году во всей школе всего троих отчисли. Но вот новых курсантов набралось уже больше семидесяти человек, и руководство Флота решило вместо того, чтобы нашу школу расширять, новую на станции «Родина» основать. И половину наших в нее и перевели, и меня, я слышала, тоже перевести хотели, но потом передумали. И получается, что мне не нужно будет искать новое вкусное местечко, а что можно в «Трех поросятах» заказать, я прекрасно знаю… кстати, если ты пока еще с голоду помирать не собираешься, мы еще полчасика подождем и нам обед оттуда привезут: я и на твою долю все, что ты любишь, заказала.

– А если бы я с голоду помирала?

– Тогда бы твою еду Славка бы сожрал, он сказал, что специально подождет: у него там уже заказать ничего не вышло, опоздал он с заказом.

– А посему бы нам самим в «Три поросенка» не поехать?

– А сегодня там мест вообще нет: свадьбу отмечают, а это, сама знаешь, дело до утра атянуться может.

– Но на свадьбе-то народ не жрет в три глотки, почему Лариса Викторовна заказы не принимает?

– А еще сегодня потому что у биологов праздник: им новый биокупол стоить закончили и они уже завтра начнут в нем все сажать и сеять! Если хочешь, можем и мы туда скататься: они приглашают всех желающих поучаствовать в посадке нового леса.

– И ты, как я понимаю, нас уже в добровольцы записала?

– А там без записи: это только же в школах завтра выходной, а все остальные работают. Но наши старшие классы уже почти в полном составе поедут в «Родине» помогать сад у новой школы сажать, а нас туда просто не взяли: там только начиная с пятого класса парней набирали.

– Вот не сидится тебе на месте спокойно!

– Так Марина мне прислала отчет, как она у нас ездила лес сажать, специально из своей школы в Чойбалсан для этого выбралась… а ты что, что-то новенькое придумала? Давай, рассказывай, я тоже в твоей затее поучаствовать хочу!

– Да ничего я не придумала, просто устала, наверное, слишком сильно. И хотела денек просто посидеть на бережку…

– Рыбки половить…

– А на Марсе рыбу пока ловить нельзя.

– Уже можно, в каналах рыбозавода. Понемногу, конечно, но ведь интересно же!

– Нет, мне такое развлечение что-то не очень нравится.

– Ну да, тебе нравится миллион человек настропалить на новую работенку. Но марина очень довольна: сейчас вроде у нас в Чойбалсане новый заводик строить собираются, как раз по производству каких-то деталей для двигателей.

– Да вроде двигателей у нас и так хватает.

– Старых – да, а… ты что, там вообще новости не смотрела? Сейчас Флот объявил, что утверждена программа глубокой модернизации Флота на следующие тридцать лет, и твоя «Рыбка», я думаю, для них примером послужила.Ну и этим, как его, двигателем прогресса: твоя «Рыбка» чуть ли не вдвое одна может больше топлива кораблям обеспечить за счет того, что может к Эскимали без перерывов летать. А если таких шустрых буксиров будет побольше – но для таких буксиров и двигатели новые нужны будут, и вот кое-что для новых двигателей как раз у нас и делать начнут, только я не знаю, что именно.

– То есть «Рыбок» будет уже много?

– Нет, «Рыбка» очень дорогой получается, так что-то другое придумали, не такое шустрое, но гораздо более дешевое. Ты посмотри, программа-то в открытом доступе, а я только так, по верхам пробежалась, но поняла одно: твоя «Рыбка» еще очень долго будет самым быстрым кораблем Флота. А вообще там больше по танкерам расписано: воды-то нужно перетаскать раз в двести больше, они всего остального вместе взятого, и вот новые танкеры… Как я поняла, такой большой набор в нашу школу и устроили, чтобы новые танкеры капитанами обеспечить. Там это отдельным пунктом прописано: тестирование на получение капитанских сертификатов теперь будут проводить не только среди флотских, легионских и департаментских, а вообще среди всех детей Империи. Так что уже лет через пять тут такое начнется!

После создания Службы Преобразования структура общества в Северной Империи (да и везде, кроме Южной Федерации и Африканского Содружества) приобрела довольно жесткие «сословные» формы, разве что название сословий разные были придуманы – но суть их оставалась примерно одинаковой. В Империи появился Флот – то есть непосредственные исполнители всех транспортных работ, инженерный легион – те, кто обеспечивал технологическую поддержку Флоту, и медицинский департамент – сотрудники его обеспечивали здоровье всех флотских с семьями и «легионеров». Ну а все остальные люди, в эти группы не входящие, считались «обслуживающими сословиями» и жили они по своим уже правилам. Например, у них жестко контролировалась рождаемость, уровень образования был, мягко говоря, пониже – но в целом «благосостояние» было на достаточном уровне для того, чтобы народ такое положение дел воспринимал спокойно. Еще различие заключалось в том, что в «привилегированных кастах» заранее исключались любые наследственные заболевания, а у прочих – родителей только предупреждали о том, что ребенок может родиться больным, но в принципе и этого было вполне достаточно, наследственные болезни стали чрезвычайной редкостью. Однако в «привилегированных» не только заболевания исключались, генотип потенциальных детей изучался уже на ранних стадиях беременности и дети, не способные выучиться до уровня квалифицированных специалистов, просто не рождались – а у остальных рождались дети… да какие угодно. И поэтому сертификация детей проводилась только в трех «кастах»… раньше проводилась, поскольку процедура была весьма дорогой. Но наука-то не месте не стоит, и как раз к этому времени и аппаратуры нужной появилось достаточное количество, и системы анализа позволили сертификацию проводить заметно дешевле, так что в Северной Империи руководство решило проверять уже всех детей. Не «вообще», а именно на пригодность к обучению на самые востребованные профессии – и очень скоро, по расчетам руководства Флота, и кандидатов на работу в экипажах кораблей станет гораздо больше. В том числе и «потенциальных капитанов» – а это, в свою очередь, давало возможность и новые корабли, которые без капитанов ходить не могли, создавать. В частности, появилась возможность производить новые, более продвинутые танкеры – но упор, конечно, делался на обеспечения экипажами (и капитанами) новейших буксиров. Потому что «воду можно и в бутылках людям возить», а вот без нормального воздуха людям как-то вообще не живется. И программа Флота по этой части была разработана воистину грандиозная, а вот то, что ее может существенно изменить всего лишь одна не в меру мечтательная девушка, пока еще никто не догадывался…