Текст книги "Дым и перья в Академии Эгморра (СИ)"

Автор книги: Кира Лин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 29 страниц)

Глава 9

Я старалась ни о чём не думать. Забралась в постель и закрыла глаза. В груди назойливо трепетало неясное предчувствие. Словно я что-то должна была вспомнить, но не могла.

Так и уснула. А потом…. меня ослепил яркий свет.

В сознании замелькали размытые образы, незнакомые лица. Я попала в воспоминания Линетт.

Свет рассеялся. Я моргнула и осмелилась взглянуть в лицо наставницы. А она смотрела на меня с сожалением.

Я невольно глянула ей за спину. Там из теней соткался мужской силуэт.

Размытое лицо, нечёткий образ, но от него кольнуло в сердце. Он стоял, отвернувшись, будто не хотел на нас смотреть.

Видимо, они много значили друг для друга, но были в ссоре. Мои руки дрогнули. А когда Линетт подняла взгляд, на разум обрушились птичьи крики.

Я распахнула глаза. Часто дыша, лежала на кровати и смотрела на белую дверь своей спальни. Комнату наполнял аромат кофе, тянувшийся с кухни, закипал чайник. Мишель гремела посудой. Ничего особенного, просто странный сон приснился.

И кто был этот мужчина?

Перекатившись на бок, я увидела за окном Персика. Кожу на груди обожгло, и я громко выдохнула сквозь зубы. Посмотрела вниз и схватилась за кулон. Он пылал, словно раскалённый, чего прежде не случалось.

Из оцепенения меня вывело настойчивое мяуканье Персика. Кот беспокойно вертелся на карнизе и рвался домой. Пытался пролезть в приоткрытую форточку, да так усердно, будто за ним мчалась свора собак.

Потянувшись, я прислушалась: с улицы доносились тревожные сигналы патрульной сирены. Ахнув, откинула одеяло и спустила ноги на пол. Открыла окно и впустила кота в комнату.

Быстро натянув платье, поспешила на кухню. Замерла у лестницы, посмотрев на Мишель. Сестра ответила долгим взглядом и отвернулась к окну, обнимая себя за плечи.

Пронзительный свист закипевшего чайника становился громче, выше и противнее. Вскользь взглянув на него, я небрежно взмахнула рукой – и он мгновенно умолк.

И неторопливо направилась к Мишель. Она повернула голову, чтобы посмотреть искоса. В груди стеснилось, хотя я ещё не знала, что заставило примчаться жандармерию на нашу тихую улочку. Но уже тянуло выбежать и присоединиться к толпе прохожих, прилипших к забору соседского дома.

Мишель отлично знала, о чём я думала, и наверняка уже мысленно бранилась. Ведь ей придётся меня сопровождать, чтобы я не наделала глупостей.

– Ты поддержишь меня? – осторожно спросила я, нарушив тишину.

Воздух вокруг сестры затрепетал, мерцая голубыми искорками, невесомо колыхнулись шторы. Опуская руку, Мишель вобрала магию в ладонь и вздохнула.

Я догадывалась, как ей тяжело. Войти в толпу людей, ошарашенных чьей-то смертью, для неё означало потерять покой на несколько часов. Конечно, она могла бы остаться дома….

– В чём? – лениво отозвалась сестра, уже зная заранее ответ на свой вопрос.

Я облегчённо улыбнулась – хороший знак.

– В желании подойти поближе и рассмотреть получше, – я прошла мимо неё и остановилась перед окном.

Мишель, покосившись в мою сторону, вымученно хмыкнула.

– Там слишком много тяжёлых эмоций. Но если тебе это так необходимо, то я готова.

Я не стала отвечать, сестра и так всё понимала.

– Но сразу предупреждаю: я останусь в стороне. Не впутывай меня в эту историю!

– Тебя же саму распирает от любопытства, – возмутилась я, всплеснув руками.

– Я всё узнаю из газет. А вот почему тебя так влечёт к чужим трагедиям? Зачем тебе все это?

– Я осознаю, что когда-нибудь любопытство меня погубит, но эта мысль не отбивает желания разнюхивать, – виновато улыбнувшись, я поднялась на цыпочки.

Обвив руками, повисла на шее у Мишель. Она улыбнулась и растаяла от моих по-детски милых объятий. Столько лет мы знали друг друга, она могла бы уже привыкнуть ко всем моим уловкам. А ведь этот трюк ещё ни разу не подводил!

Небольшой дом с мансардой, отделанный искусственным камнем, обносили жёлтой лентой жандармы. Круглая арка, низкие ступени вели к невысокой двери. Красно-зелёная черепичная крыша с флюгером в виде кошки – здесь жила Саммер, улыбчивая фея, владелица кондитерской в центре города.

Тревожные огни кареты «Скорой помощи» и притихшие сирены патрульных карет леденили душу. Толпа зевак приклеилась к белому штакетнику, выглядывая поверх него во двор.

Никто не проронил ни слова, не обменялся впечатлениями. Маги и несколько людей из соседних домов… Казалось, они даже не моргали. Так всегда бывало, когда умирал кто-то из волшебного народа: люди полагали, что мы бессмертны.

Я и Мишель медленно подошли к ограждению, стараясь не выделяться. Мне было нужно воочию увидеть тело Саммер. Не верилось, что такую добродушную и безобидную фею кто-то посмел убить. Но ошибки быть не могло, иначе бы здесь не топтались жандармы.

Около парадной двери стоял инспектор Брейнт, я видела его портрет в газетах – высокий, крепкий, широкоплечий мужчина с темными волосами, собранными в хвост, и пронзительными голубыми глазами. Строгий взгляд и тонкие губы, отсутствие каких-либо эмоций – визитная карточка Брейнта.

В белой сорочке, чёрном форменном камзоле и тёмно-серых узких брюках он выглядел крайне опрятно для места преступления. Отступив в сторону, Брейнт освободил проход для людей с носилками. Тело накрыли белой простыней. У меня сердце рухнуло в пятки.

Птицы притихли, ветер не шелестел листвой – природа затаилась. Все вокруг замерли, а Мишель и вовсе отступила на шаг. Я не стала оборачиваться и спрашивать, как она.

За спинами жандармов мелькнула приоткрытая входная дверь, и мой взгляд уже был обращён к ней. Сначала я подумала, что вижу узор на обоях. Но когда пригляделась, по спине скользнул холодок. Брызги и мазки крови. В глазах потемнело, и к горлу подкатил кисло-сладкий ком.

Быстро прижав руку к губам, я стерпела тошноту. Моргнула раз-другой, посмотрела вновь туда, где почудилась мерзкая картина, но обзор загородили жандармы. Время загустело – медленно проходили мимо люди в форме. Заметив алое пятно на белой простыне, я огляделась – все были погружены в ужас, соседи остекленевшими глазами смотрели на служителей закона.

Я решила воспользоваться моментом и быстро подалась вперёд, сдёрнула полотно с лица убитой. Один из медиков, тот, что крупнее и выше, мгновенно отреагировал и накинул простынь обратно, тихо ругнувшись на меня. Но мне уже было плевать. Я успела разглядеть всё, что хотела.

Отступив назад, я поравнялась с Мишель и несколько минут приходила в себя, наблюдая за погрузкой тела в карету «Скорой».

– Эшли? – Мишель осторожно тронула меня за локоть, но я не посмотрела на неё.

По спине пополз холодок, сковал плечи. ОН был рядом, в толпе случайных свидетелей или через дорогу. Не важно. ОН был близко, я чувствовала. Тёмный. Рагмарр.

Сердце споткнулось и понеслось галопом.

Я резко обернулась и окинула взглядом толпу зевак. Почему он? Не могу объяснить, просто знала….

Кожа вибрировала, но никого постороннего среди соседей не было. Всех я знала не один десяток лет и была лично знакома. Раньше ничего подобного не испытывала. Воздух дрогнул, и наваждение исчезло. Я тут же жадно вдохнула.

– Её убил рагмарр, – сама не веря в то, что говорю, прошептала я. – На месте сердца выжженная дыра. И нет никаких следов магии, как и нет кулона Саммер.

– Что ты такое говоришь⁈ Кому могла навредить веселушка Саммер? Она пекла умопомрачительные плюшки в своей кондитерской, почти не колдуя….

Я подняла взгляд на ошарашенную сестру. Мишель казалась бледной, а её глаза расширились от страха. Наверно, я выглядела не лучше, потому что она вздрогнула.

– Кто мог её заказать⁈ – громким шёпотом спросила она.

– Даже представить не могу.

– Что ты почувствовала? – Мишель нервно облизала пересохшие от волнения губы. Они дрожали, но она старалась скрыть, поджимая их. – Ты же абсолютно точно что-то ощутила сейчас, я по глазам вижу – они светятся силой.

– Он только что был здесь. Не знаю, как, но я почувствовала, – я судорожно растирала руками плечи. – Кожа до сих пор болит.

– Ты же не можешь знать наверняка, что это рагмарр⁈ – сестра громко сглотнула, испуганно озираясь по сторонам. – Кто угодно, задумавший зло…

– Расходитесь! – потребовал низкий мужской голос, и толпа соседей и прохожих незаметно растаяла. Остались стоять только я и Мишель, а, напротив, за забором – инспектор Брейнт. Демонстративно откашлявшись, он смерил нас тяжёлым взглядом.

Глава 10

– Здесь Лукас, – тихо произнесла Мишель, стараясь не шевелить губами.

Я мельком глянула вправо, чтобы найти его. Лукас, мой жених, беседовал с врачом «Скорой», пока в нашу сторону шёл Брейнт, медленно двигаясь вдоль забора к калитке.

Лукас служил следователем. Под руководством инспектора, чтоб его, Брейнта. Мы познакомились, когда он ещё был простым патрульным, больше года вместе. Но я так и не смогла полюбить парня всем сердцем, хотя он очень старался.

– Он же теперь служит в управлении убийств и магии, – отозвалась я.

– Добрый день, леди, – дежурным тоном поздоровался Брейнт. – Ваши имена я могу узнать?

И как у него язык повернулся назвать этот день добрым⁈ Мишель, видимо, подумала о том же и скривилась.

– Мишель Ортис, – бесцветным голосом ответила сестра.

– Эшли Хейлтон, – я обняла себя за плечи и вонзила ногти в кожу, чтобы сохранять спокойствие.

– Я – инспектор Джон Брейнт, – представился он сухо. – Вы знали убитую?

– Она же была нашей соседкой, – холодно протянула Мишель, глядя на него исподлобья…

– И хозяйкой кондитерской, что за углом, – добавила я. – Все знают её фирменные плюшки.

– С кем она общалась? – Брейнт достал блокнот из нагрудного кармана и принялся что-то в нём строчить.

– Со всем городом, – сказала Мишель.

– А враги у неё были, как считаете?

– Если только кондитеры-конкуренты, – протянула она, и Брейнт раздражённо поджал губы. – Не простили ей ту чудную розовую глазурь, которая им никогда не удавалась.

– Шутки шутите?

– И в мыслях не было, – воздух вокруг Мишель смешивался и переливался синим, вспыхнули первые искорки силы.

Инспектор не мог ни видеть, ни чувствовать, но я могла. Сестра переняла его раздражительность, добавив к своему. Поведя плечами, посмотрела на Брейнта в упор.

– Саммер все любили, у неё не могло быть врагов. Разве что её сущность не давала покоя жадным до силы магам. Ведь Саммер обладала ценным даром аутогенизма. После посещения её кондитерской люди выходили на улицу, чувствуя себя заново рожденными.

– Вы же ведьмы, не так ли? – его голос сочился пренебрежением.

– И что с того?

– Вся улица заселена магическими созданиями, – подала голос я. – Даже Майло, наш сосед, пусть низший, но маг. Никто из местных не способен убить, мы как одна большая семья. Знаем друг друга в лицо и поимённо, устраиваем по выходным барбекю. Ей выжгли сердце, а это почерк рагмарра, – последние слова я буквально выплюнула. – Вы не там ищите, инспектор.

Брейнт холодно прищурился.

– Во-первых, рагмарров нанимают, по своей инициативе они не убивают. Любой из вас мог прибегнуть к услугам охотников за головами.

– Заметно, что вы прослушали семинары, – я одобрительно кивнула, за что Брейнт чуть не испепелил меня на месте взглядом.

– Во-вторых, откуда вы знаете, что у неё выжжено сердце? – продолжил он сквозь зубы.

– Видела.

– Когда?

– Её тело проносили медики, и я одёрнула простыню.

– Зачем?

– Хотела убедиться, что это Саммер. Вернее, надеялась, что это не она.

– Для вас это так важно?

– Я не верила, что её убили! – я больше не могла оставаться спокойной и подалась на Брейнта.

Сила окатила его, но он принял её за порыв ветра и сощурился. Кулон вспыхнул под тканью платья и обжёг кожу. Мишель поймала меня за плечо и, твёрдо сжав его пальцами, вернула на место. Было больно, но я не обратила внимания, однако магия рассеялась в воздухе.

– Её все любили. Она была доброй и милой. В голове не укладывается, что кто-то мог желать ей зла.

На звук моего голоса поспешил Лукас.

– Всё в порядке, Эшли? – встревожено спросил он.

– Да.… Нет, – я упрямо глядела на Джона Брейнта, который с холодным любопытством изучал моё лицо.

Лукас встал рядом и успокаивающе коснулся моей руки.

– На службе никаких личных отношений, – отчеканил Брейнт, обращаясь к нему. Лукас нахмурился, но не отошёл. – Пока нет улик, указывающих на убийцу и доказывающих их непричастность, – он небрежно кивнул в нашу сторону, – они тоже являются подозреваемыми, – и одарил суровым взглядом.

– Да, сэр.

– Не покидайте город. У нас могут возникнуть к вам вопросы.

С этими словами Брейнт направился к своей карете. Покосившись на меня с извиняющимся видом, Лукас поторопился за строгим напарником.

– Зачем ты сказала, что одёрнула простыню? – прошипела Мишель, когда мы подходили к дому.

– Вырвалось, – огрызнулась я. – У него дар вытягивать из людей то, что они предпочли бы скрыть.

– Зачем вообще понадобилось смотреть на Саммер⁈

– На простыне было пятно крови. А стены в холле перепачканы… – в соседнем доме скрипнула дверь, и я сбавила шаг. Но едва повернула голову, как щёлкнул замок. Майло?

– О чём ты говоришь? – почти взвизгнула Мишель и тронула меня за руку. – Какая кровь⁈ Простынь была чистой, Эшли!

– Я видела, Мишель, – шёпотом произнесла я, глядя сестре в глаза. Она нахмурилась, но во взгляде дрожал страх. – Я видела, и больше никто.

Глава 11

В обед я спустилась на кухню выпить чашечку кофе. Задумчиво бредя по ступеням, остановилась посреди лестницы, услышав смех Мишель.

Вокруг неё вился Джош, её возлюбленный. Высокий, темноволосый, с красивыми каре-зелёными глазами и сногсшибательной улыбкой.

Джош не мог не нравиться: статный, обаяние хлестало через край. Он умел преподать себя. Со стороны могло показаться, что он самовлюблённый пижон. Да, почти так и было!

Мишель, беззаботно улыбаясь, пекла вафли и заправляла их ягодным повидлом, а он, сложив руки на столе, наблюдал за ловкими движениями её рук. Услышав меня, Джош повернулся, сверкнув коронной белозубой улыбкой, и помахал, как закадычной подружке.

– Доброе утро, Эш.

Помахав ему в ответ, я заправила пальцами волосы за уши. Джош беглым взглядом окинул мой измотанный неряшливый вид, и в его глазах забегали чёртики. Пройдётся по мне, как пить дать!

Я с вызовом на него уставилась, готовясь к словесной обороне.

– Не поздновато у тебя началось утро? – хмыкнув, спросила.

Он прищурился, а улыбка стала ещё шире.

– Спускайся, сестра. Я сварила кофе, – Мишель суетилась между островком и кухонным столом, расставляя посуду.

Одной рукой держа блюдо с вафлями, другой достала из холодильного шкафа кувшинчик со сливками и захлопнула дверцу ногой. От недавнего ужаса трагедии не осталось и следа – сестра казалась бодрой и весёлой.

Поймав себя на мысли, что мне нравится видеть её такой, я прошла в кухню и забралась на высокий стул рядом с Джошем. Повернув голову, он всмотрелся в моё лицо, будто хотел что-то по нему прочесть.

Я раздражённо причмокнула – у Джоша всегда такая физиономия, если он задумал поупражняться в остроумии.

– Как твои дела, мелкая? – весело спросил он.

Цветастая рубашка с воротником-стойкой, эффектно обтягивающая рельефный торс, чёрные брюки – придирчиво оглядев его, я демонстративно отодвинулась. Опять вырядился!

– Как обычно, – отозвалась и зевнула. Попытки уснуть и на время позабыть о смерти Саммер не увенчались успехом.

– Замуж не собираешься? – он пихнул меня локтем, и я ненароком закашлялась.

Возмущённо уставившись на него, одарила довольного таким взглядом, от которого он удивлённо перекривился.

– Что ты так смотришь, будто я в тебя тухлым помидором запустил⁈

Я поморщилась.

– Не хочу замуж. По крайней мере, пока.

– И не за Лукаса, – едва шевеля губами, тихо пропела Мишель.

Джош стал почти серьёзен, но только почти. Не знаю, как ему удавалось всегда излучать радость и позитив. Вот и сейчас его глаза задорно искрились. Настолько, что хотелось ему на штаны кофе пролить.

– А чем тебе парень не угодил?

– Слишком любит, слишком заботится, слишком балует, – Мишель фыркнула. – Слишком хорош!

– А-а-а, тебе больше гавнюки по душе! – вновь повеселев, понимающе протянул Джош и потянулся за вафлей. – Знаю парочку, могу познакомить.

Я пихнула его локтем в бок.

– Лучше скажи, когда вы поженитесь? Уже возмутительно долго встречаетесь, я считаю.

Джош что-то промямлил, потирая затылок, а затем, отхватив от вафли приличный кусок, с набитым ртом попытался ответить. Не расслышав, я нахмурилась и наклонилась, подставив ухо для лучшей слышимости.

– Не пойму, что ты там бормочешь? Уже и дату выбрал⁈ Какой молодец! Как Мишель с тобой повезло.

Тихо рассмеявшись, он мягко отпихнул меня, словно надоевшую младшую сестру.

И так со дня нашего знакомства: мы сблизились, ни разу не перебросившись словом, с первого взгляда. Я относилась к его надменности и завышенной самооценке, как к защитной реакции в безжалостном мире, а он одаривал меня заботой старшего брата. Подшучивал и снисходительно смотрел на все выходки.

И когда Мишель начинала меня бранить за очередную опасную проделку, Джош вставал на мою защиту. А если они ссорились между собой, я не принимала ничью сторону. Не могла, ведь искренне любила обоих.

Кем и где работал Джош – тайна, покрытая мраком. Я полагала, что он безработный, прожигающий наследство умершей матери, которой принадлежала сеть лавок с мороженым.

– Поехали в магазин, – быстро проговорила Мишель, обращаясь ко мне. – Приедет новый поставщик, и мне необходима твоя помощь.

– Возьми Джоша, – парировала я и потянулась за поджаристой, аппетитной вафлей.

Джош, возмущённый моим предложением, перехватил её и моментально отправил себе в рот. Одарив его свирепым взглядом, я потянулась за следующей.

– На нём можно пахать – гляди, как трескает! Аж за ушами трещит.

За очередное высказывание я поплатилась недобытой вафлей – Джош стянул её из-под носа и демонстративно запихал в себя. Медленно и тщательно пережёвывая, сверлил меня немигающим взглядом. Я чувствовала, что должна расплавиться под ним, но нахально улыбалась парню в лицо без зазрений совести.

– Ведь не лезет уже, – тихо хохотнув, заметила.

Джош замер, перестал жевать. Возведя хмурый взгляд к потолку – видимо, мысленно подсчитывал, сколько ещё вафлей сможет проглотить – мгновение сидел неподвижно. Но вдруг закашлялся и постучал себя кулаком по груди. Я просияла абсолютно счастливой улыбкой:

– Что я говорила? Лишил твою младшую сестру завтрака. Пусть отрабатывает!

– Не беспокойся, отработаю, – низким голосом произнёс он, отламывая кусочек выпечки и с томным видом поднося его к губам.

Я наморщила носик, на что Джош коварно подмигнул мне.

– У меня пропал аппетит, – громко вздохнула я, поднимаясь из-за стола.

– Не уходи, здесь ещё остались крошки. Много крошек, – Джош потянулся за опустевшим блюдом.

– Отстань, умоляю, – рассмеялась я, направляясь к двери.

Оставив голубков ворковать, я вышла во двор и направилась к каретнику. Пока сестра собиралась, я как раз раз успевала погрузить в багажное отделение всё, что нужно отвезти в магазин.

На дереве перед домом восседали вороны. Я остановилась и уставилась на них, а они – на меня. Никак патруль Верховной Ведьмы? За домом Саммер следят? А не поздновато?

Хмыкнув своим мыслям, я свернула к каретнику. Между лопаток скользнул холодок, плечи сковало внезапной вспышкой страха. Рефлекторно охватив себя за плечи, я стала растирать их ладонями в попытке избавиться от мурашек и странного предчувствия.

– Эшли?

Вздрогнув, я медленно обернулась.

Глава 12

Поверх забора на меня смотрел сосед Мэрион Макалистер и обворожительно улыбался. Светловолосый, стройный, крепкий, на вид около тридцати. Его истинный возраст скрыт магией. Серые улыбающиеся глаза, правильные черты лица, губы, к которым тянет прикоснуться.

Ему бы на обложку модного издания – настолько хорош. В присутствии Мэриона невольно проверяешь, не выбился ли локон, не размазалась ли помада.

А ещё ходили слухи, будто он бабник. Я не могла этого утверждать. Мэрион никогда не выказывал знаков внимания моей персоне, исключительно дружеское отношение и безупречное воспитание.

– Доброе утро, Мэрион.

Экзотическое имя досталось ему от родителей – лесных магов. Макалистеры переехали в наш район около пятнадцати лет назад.

Я хорошо запомнила тот день. И его тоже. Разумеется! В такой шикарный дом въехала семья – белый, просторный, с большими окнами, аккуратным газоном и множеством клумб у входа. На заднем дворе строился бассейн. Сразу стало ясно, что новые соседи не бедствовали.

Мэрион – нескладный подросток лет тринадцати – держал мать за руку и с любопытством оглядывал дом.

С годами он вырос в спокойного, положительного юношу. Разве что частенько прогуливался с голым торсом во дворе своего дома. Но когда торс такой подтянутый – кто осудит?

Мистер Орвилл, его отец, умер спустя несколько лет. Подробностей я не знала, но горевала вся улица…

Как ушла миссис Адамайн – неизвестно. Просто однажды её не стало. Думаю, она, как и Линетт, сама решила проститься с жизнью. После смерти мужа она угасала день за днём.

Так Мэрион остался один в белом просторном доме, где вот уже десять лет живёт в одиночестве.

– Сегодня прекрасный день, а ты хмуришься, – с улыбкой произнёс сосед и, оглядевшись, посмотрел на небо, сощурив глаза.

Я только пожала плечами.

– Для меня день начался с карет жандармов перед домом.

– Ах да, – помрачнев, кивнул он. – Слышал о Саммер…. Ужасная смерть.

– Ужасная? – переспросила я. – Ты уже знаешь, как она погибла?

– Конечно, – Мэрион поставил руки на бёдра. Поджав скорбно губы, качнул головой. – Об этом вся улица шепчется. Рагмарр проник в дом, чего прежде не случалось. Эти твари окончательно осели на землях Эгморра.

Вот теперь я улыбнулась.

– Да, люди любят драматизировать и сгущать краски. Через неделю слухи обойдут весь район и обрастут эффектными подробностями. Ты же знаешь, Мэрион, смертным нужно о чём-то говорить.

– Дыра в груди, – тихо произнёс сосед и слегка опустил голову, чтобы посмотреть на меня по-заговорщически исподлобья, – достаточно весомый аргумент для подобных выводов. Как бы люди не были легковерны, они могут разглядеть правду, даже сквозь пальцы жандармов.

– Они не станут искать рагмарра, – тихо ответила и скрестила руки на груди. – Как обычно.

– Значит, мы все в потенциальной опасности, – хмыкнул сосед. – Как обычно.

– Как обычно, – повторила бесцветно я. – С Саммер сняли кулон, а его судьбу невозможно отследить. – Я обратила внимание на сине-бирюзовый кулон Мэриона, тускло поблескивающий на солнце.

Заметив мой взгляд, Мэрион отчего-то напрягся и опустил глаза. Накрыв его ладонью, стал задумчиво перебирать пальцами.

– А ты что думаешь? – спросил он, посмотрев на меня.

– А что я думаю? Моё мнение не интересует служителей закона. В особенности Джона Брейнта.

– Мерзкий тип, – кивнул Мэрион и поморщился. – Когда допрашивал соседей, вёл себя грубо и бестактно, задавал неуместные вопросы. Он интересовался моими родителями. Хотел знать, как они умерли.

– А разве в архиве жандармерии нет информации?

– Нет. Вся информация о магических существах хранится в Центральной Библиотеке или Академии Эгморра.

Я изумлённо усмехнулась.

– Странно. Какое отношение Академия имеет к личным делам магов?

– Там что-то вроде архива, – нехотя протянул Мэрион, щурясь на солнце. – Каждая жизнь на учёте у фамильяров, я так понимаю.

– Ты вроде работал в Академии? – вспомнила я.

Мэрион раздраженно усмехнулся и скрестил руки на груди.

– Работал. А потом меня зашвырнули в Библиотеку!

– Книжки по полкам раскладывать? – развеселилась я.

– Да, что-то в этом роде, – улыбнулся он. – Отслеживать поток посетителей.

– То есть, ты статист?

– Ну да.

– Прибыльная профессия? – уже откровенно издевалась я.

Мэрион поднял голову и с укором улыбнулся:

– Дом хватает содержать. На самом деле, тихое место. Настолько тихое, что на кладбище веселее.

– И где же ты хотел работать? У тебя есть мечта, Мэрион?

Сосед почесал затылок и сделал вид, будто задумался. Сначала я не замечала, как кожу щекочет ветерок. Когда плечи начало жечь, я рефлекторно повела ими, и огляделась.

Листья деревьев чуть заметно трепетали, но не от ветра. Тогда я почувствовала жар, исходящий от Мэриона. Он злился или нервничал, от парня ко мне пролилась магия. Импульс силы ударил в лицо порывом ветра, и на миг перехватило дыхание.

Я отступила от забора.

– Я бы хотел дослужиться до придворного мага Верховной Ведьмы, – вдруг сказал Мэрион.

Я удивлённо вскинула брови.

– Зачем?

– Хочу навести порядок в рядах её прислужников. Где шатаются фамильяры, когда они так нужны? Где достойное отношение к магам? И почему маги позволяют себе забывать, кто они есть на самом деле?

– Ах, ты об этом, – тихо отозвалась я. – После смерти Саммер я тоже задумалась – куда смотрит Патруль? И почему рагмарры свободно разгуливают по Мортеллю.

Мэрион наморщил лоб и кивнул. Улыбнувшись, я вновь покосилась на заросли в саду. Показалось, что слышу голоса, похожие на карканье ворон.

– Эшли⁈ – послышался голос Мишель.

Наваждение развеял порыв тёплого ветра, разметав волосы по лицу. Или то было предчувствие?

– Тебя зовет сестра, – с ноткой удивления в голосе сказал Мэрион.

Я внимательно посмотрела на него. Какой-то растерянный и озадаченный вид был у него сейчас.

– До встречи, Мэрион, – я улыбнулась, направляясь к дому. – Было приятно поболтать.

– До встречи, – отозвался он и махнул рукой.