Текст книги "Дым и перья в Академии Эгморра (СИ)"

Автор книги: Кира Лин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 29 страниц)

Глава 62

Вивиан теребила пальцами подол платья. Смотрела в пол мутным взором, а мимо скользила Лорелея, сложив руки на груди. Русалка хмурилась – похоже, история тронула её за душу.

– Саммер удалось выяснить, кто их убил?

– Она и так знала, – голос Вивиан был пропитан горечью. – Просто ей никто не верил в Системе. Мэрион унаследовал власть и состояние, но ему показалось этого недостаточно. Он решил замести следы.

– И сжёг детский дом?

Вивиан подняла глаза:

– Да. К счастью, Саммер и группа её последователей успела вывести детей из здания. Дело осталось нераскрытым, и вскоре о нём вовсе забыли. Возгорание в результате неосторожности! – ведьма пренебрежительно хмыкнула и посмотрела в сторону. – Системе не нужны отпрыски рагмарров. Верховной Ведьме не нужны.

– Куда теперь отправляют отказных детей? – спросила Лорелея, остановившись между мной и Вивиан.

– Сейчас другие нравы, – нехотя призналась Моррис. – Никто не избавляется от детей – так нам говорят.

– А на самом деле?

– Не думаю, что Система пойдёт на крайние меры. Полагаю, их увозят подальше от Эгморра и поселяют в интернатах для детей смертных, которым также «посчастливилось». Это логично: люди не знают о рагмаррах.

– Почему Мэрион начал убивать столько лет спустя? – лёгким взмахом руки я подозвала к себе графин с водой и стакан. Наполнив, передала его Вивиан по воздуху.

Ведьма приняла стакан трясущейся рукой и сжала его в ладони. Вода забурлила, закипая. Она пренебрежительно скривила губы.

– Быть может, ему не давала покоя совесть⁈ Или он не мог дальше жить, зная, что кто-то копает под него, продолжает искать доказательства. Он встречался с Саммер на улице и в магазине, был вынужден смотреть ей в глаза и улыбаться…. Вероятно, нервы начали сдавать. Даже непрошибаемый охотник может дойти до грани и сломаться.

– А почему он хочет убить тебя?

Вивиан подняла на меня потемневший от злости взгляд.

– Я – последняя, кто знает о нём всю правду. Ведь нас привезли в детский дом в один день.

Я любопытно склонила голову и с минуту разглядывала лицо Вивиан. Она терпеливо смотрела на меня, и в её глазах читался ответ на мои мысли, которые я решила озвучить:

– Группе удалось подкрепить доказательствами причастность Мэриона к смертям приёмных родителей, но он, видимо, не знал, у кого именно они хранились. Он обыскивал дома, перевернул всё вверх дном. Я побывала в булочной Саммер, где кое-что выяснила. Она всегда носила при себе дневник в кожаной обложке, держала близко к сердцу и не выпускала из рук. Наверняка именно он представляет ценность для Мэриона. Вот только… – я запнулась, опустила голову.

Лорелея повернулась ко мне и посмотрела в глаза, как бы я их не прятала.

– Что «только», Эшли? – спросила настороженно русалка.

– Я побывала в домах убитых членов группы и не нашла дневник, – подняв взгляд, я с горечью посмотрела на Лорелею, а затем на Вивиан.

Обречённо ссутулившись, ведьма шарила взглядом по полу, усеянному мукой и щепками.

– Если Мэриону удалось добыть его… – она подняла голову и с мольбой посмотрела на меня. – Он должен поплатиться за содеянное!

– Но столько лет прошло….

– В нашем мире преступления не имеют срока давности. Если ты кого-то убил, то даже через сто или двести лет, когда всплывёт правда, понесёшь наказание. А она обязательно рано или поздно всплывёт! Мэрион убил своих родителей, пусть приёмных, но они стояли не на последней ступени иерархической лестницы. Сильнейшие маги лесного народа, могущественные волшебники – их можно было бы сравнить с княжеской семьёй в мире людей. Кара за их загубленные жизни будет наивысшей.

– Даже если дневник у него, он всё равно явится за Вивиан, – вслух подумала Лорелея, расхаживая по кухне. Она накручивала на палец локон волос и хмурилась. Вид у неё при этом был хрупкий и сердитый одновременно.

– Это неизбежно, – подтвердила я. – Она знает правду.

Лорелея резко остановилась и развернулась на каблуках лицом к Вивиан. Рыжеволосая ведьма заметно напряглась – глядела исподлобья на русалку, словно чувствовала в ней опасность. Или в ещё не высказанных ею словах.

– Если дневника не было ни у одного члена группы, то где он? – Лорелея обращалась к хозяйке дома, хотя вопрос мог показаться риторическим.

Ведьма уловила интонацию русалки и растерялась.

– Я в глаза его не видела!

– Тогда где он может быть? – вмешалась я, поднявшись со стула неуловимым от скорости движением. Подавшись вперёд, оперлась ладонями о стол. – Ячейки в Библиотеке Мэрион первым делом обыскал, дома обшарил. Где Саммер могла спрятать столь ценную вещь?

– Мне только одно на ум приходит, – чуть слышно отозвалась Вивиан.

– Булочная?

Она коротко кивнула.

– Что? – удивилась Лорелея. – Это же слишком очевидно, разве нет?

– Именно. На это она и рассчитывала. Наверняка Мэрион обшарил её в первую очередь, но не обнаружил дневника – он лежал на самом виду, но не попадался на глаза. Раз он отпрыск рагмарра, то чары на него не должны действовать. А, следовательно, дневник замаскирован под что-то совершенно неброское и заурядное.

– Книга жалоб, – прошептала Лорелея и просияла. – Ты должна отправиться в булочную и забрать дневник!

– Я сделаю проще, – поднимая руку и отодвигая рукав плаща, я загадочно улыбнулась и вызвала Джоша.

– В булочной, на самом видном месте на прозрачной стеклянной полочке стоит книга жалоб и предложений, – с ходу заговорила, едва услышав его голос. – Ты должен забрать её. В обложке от книги на самом деле лежит дневник Саммер в кожаном коричневом переплете. В нём доказательства того, что Мэрион убил своих родителей.

– Эм… – Джош опешил, но быстро взял себя в руки. Откашлявшись, он заговорил деловым тоном: – Будет сделано, Эш. Я кого-нибудь пошлю в булочную.

– Ты же понимаешь, что дневник бесценен?

– Разумеется. Из-за него убили четверых моих коллег. Не просто коллег и магов с соседней улицы – мы были друзьями. Я сделаю всё, чтобы дневник доставили Стэнли в целости и сохранности. – Он перевёл дух и встревожено спросил: – у тебя все в порядке? Фамильяры уже в пути.

– Всё будет хорошо, Джош, – заверила я его и улыбнулась. Знаю, он не мог видеть, но определённо слышал.

Тяжело вздыхая, он прервал связь.

Спрятав браслет, я задумчиво прошлась по кухне, выглянула в холл. Входная дверь, которую мы с Лорелеей оставили открытой, со скрипом открывалась и закрывалась на ветру. Я ощутила ледяное дуновение, и по спине пробежал холодок.

Верхушки деревьев тревожно переговаривались – надвигалось что-то тёмное и стремительное. И я знала, что именно.

– Зачем ты на нас напала? – не оборачиваясь, спросила я у Вивиан.

– Я⁈ Вы пробрались в мой дом! Всё моё существо замерло в ожидании смерти.

– Могла бы для начала поинтересоваться, кто мы и зачем пожаловали, – отметила Лорелея, осторожно выглядывая в окно, и фыркнула.

– Кто вы? И зачем пожаловали? – слабеющим шёпотом спросила Вивиан.

Я серьёзно на неё взглянула.

– Мы те, кто хочет установить справедливость. Я приходила к тебе в лавку, помнишь?

– Да. В сопровождении Джоша, – вспомнила ведьма и нахмурилась. – Так не было никаких ядовитых колючек в ягодицах⁈

Я с трудом сдержала улыбку.

– Хочу попросить тебя, Вивиан.

– О чём?

– Мне нужно зелье исцеления, – я указала на ожог на шее. – Оно слабо помогает, но я не хочу ходить с уродливым шрамом.

– Кто оставил его? – деловито спросила она. Её лицо вновь обрело строгие черты, на щеках появился здоровый румянец. Страх отступал, Вивиан приходила в себя. – Мне важно знать, чтобы правильно подобрать снадобье.

– Сама как думаешь?

Коротко кивнув, ведьма поднялась на ноги и потянулась к полке над плитой. Открыв её, долго перебирала склянки и флакончики. Обнаружив то, что искала, бросила мне четыре пузырька магического лекарства.

Пока я пыталась залечить рану на шее, Вивиан снова опустилась на пол, подогнув под себя ноги. Спрятав пустой пузырёк в карман плаща, я посмотрела на неё.

Лицо ведьмы стало непроницаемой маской. Я буквально слышала, как со щелчком на место становятся стены. Она надела лицо, которое носила на публике. Но в глазах по-прежнему темнел страх.

Моррис замерла, охватив руками колени, в ожидании смерти. И она была уже близко в обличии симпатяги Мэриона. Гнусного и хладнокровного, но симпатяги.

– Почему ты думаешь, что он явится именно сегодня?

– Он прекрасно понимает, что его ищут. Чувствует, как идут по пятам, – голос Вивиан прозвучал естественно и ничем не выдавал снедающей изнутри паники.

Я едва заметно кивнула и обернулась.

– И он уже близко.

Вивиан поднялась с пола, а Лорелея опустила руки и попятилась к стене.

– Если бы ты рассказала всё нам ещё в лавке….

– Ты была с Джошем! – резко разворачиваясь, возразила Моррис. Каскад медных волос рассыпался в воздухе, переливаясь в тусклом свете. – А он работает на Стэнли!

– И что? Я, можно сказать, тоже работаю на Стэнли, хоть и не официально.

– Я боялась. Не знала, кому могу доверять. К тому же, вы не спрашивали.

– Да, моя ошибка.

Дверь с грохотом ударилась о стену. Я переместилась в кухню, скользнула полупрозрачной дымкой. Заняв оборону рядом с Лорелеей, встала лицом к входу.

– Мы должны продержаться, потянуть время, пока фамильяры добудут дневник.

Едва я успела договорить, как в дом влетела тьма.

Глава 63

Будто кто-то пролил чернила в стакан с водой. Мерцающая дымка, испещрённая огненными бликами, повисла перед дверью в кухню, словно разглядывала нас, оценивала.

Вдоволь насладившись зрелищем, она опустилась вниз. По полу стелилось чёрное облако, от него несло гарью. Из этой бесшумной, тающей в воздухе тьмы вышел Мэрион. Воплощение глянцевой красоты – безупречные черты лица озаряла почти ласковая улыбка; натренированное тело, излишне жилистое на мой вкус.

Чёрный камзол, чёрные брюки, того же цвета ботинки – весьма символично. Одежда оттеняла идеальный бронзовый загар и шла к его паскудной душонке.

– Доброй ночи, дамы! По какому случаю собрались?

– У нас девичник. Пижамная вечеринка, – холодно отозвалась я. – Заказали стриптизера, а каким-то шальным ветром надуло тебя.

Мэрион огляделся и покачал головой.

– Вижу. Впечатляет. Вместо подушек, стульями дрались? – он улыбнулся так, что мне полагалось растаять в лужицу. Не вышло.

– Подушки кончились, – огрызнулась Лорелея. – Как раз обсуждаем, во что бы ещё поиграть.

Внешне все мы были образцом благоразумия. До этой минуты. Изобразив кокетливую улыбку, русалка легкомысленно потеребила подол платья. С текучей грацией шагнула к рагмарру, и в этом движении было столько соблазна, что у меня лицо зарделось.

Я нутром чуяла, что подруга собирается выдать какую-то матросскую пошлость и схватила её за руку. Надув обиженно губки, она внезапно преобразилась. Склоняя медленно голову набок, Лорелея буравила рагмарра леденеющим взглядом, в котором пробуждалась необузданная стихия. С её кукольно-прекрасного лица ушли все эмоции.

Мэрион наморщил лоб – снисходительно и иронически.

– Простите?

– Говорю, что ты здесь забыл? – от русалки повеяло запахом моря – она нервничала. Но в голосе послышалось приближение шторма.

– Я пришёл по делу, – его безупречное лицо разгладилось, от улыбки не осталось даже тени. Только тёмный огонь в глазах напоминал о том, что Мэрион – живое существо. – У Вивиан есть кое-что, крайне необходимое мне.

– Зелье? – бесхитростно предположила Вивиан, медленно подбираясь к Лорелее. – Я не храню дома запрещённые снадобья. Приходи в лавку завтра утром….

– Она скромничает, – усмехнулась я. – Мы всё выпили. Не бежать же в магазин среди ночи⁈

– Хватит! – взревел Мэрион, и в кухне поднялся ветер. По стенам вверх поползли тени, огни свечей задрожали. Лорелея и Вивиан одновременно вздрогнули, но не я. – Ты знаешь, что мне нужно, Вивиан! Прекращай играть в игры!

Выбросив вперёд руку, Мэрион пригвоздил ведьму к стене. Она сопротивлялась, но её тело против воли продолжало медленно ползти вверх.

Когда она оказалась прижатой к потолку, Лорелея бросилась к рагмарру, протянув к нему руки. Незримый поток энергии пронёсся мимо к Мэриону, разметав мои волосы.

Но небрежным жестом, даже не оборачиваясь, он разрушил чары, и швырнул русалку через помещение. Она пролетела мимо меня и, ударилась о стену за печью, упала вниз и притихла.

– Ты скажешь мне, где дневник Саммер!

Вместо ответа Вивиан неестественно помотала головой. Было заметно, как тяжело ей совладать с собственным телом. Мэрион холодно усмехнулся и сжал пальцы – ведьму скрючило на потолке, словно сломанную марионетку.

Она беззвучно кричала, выгибалась от боли. Я смотрела и не могла понять, что меня смущает. Потом догадалась – руку Мэриона испещряли свежие шрамы, и они не затягивались.

Вероятно, его ранила Саммер, это объясняло бы, откуда следы крови на стенах в её доме. Меня пробрала дрожь, голова закружилась от страха за Вивиан. Я должна была отвлечь Мэриона, скоро прилетят фамильяры….

– За что ты убил Саммер, Мэрион? Разве она плохо относилась к тебе?

– У неё был слишком длинный нос, – сквозь зубы, процедил он. – Своим любопытством эта мерзкая, любознательная фея могла разрушить всё, чего я добился. Кстати, она чем-то напоминает мне тебя, Эшли.

Я пропустила замечание об ассоциациях Мэриона мимо ушей. Сама прекрасно знала, что пытливый ум меня погубит, и что с того? Меняться я не планировала.

– А ты сам разве мало погубил жизней? Твои родители….

– Они не были моими родителями! – Мэрион повернул медленно голову, чтобы видеть меня.

Я двигалась вдоль стены, медленно подбираясь к выходу. Но под его испепеляющим взглядом замерла на месте. Смотрела в глаза убийцы и боялась моргнуть.

– Они вырастили тебя. Дали всё, что ты имеешь.

– Всё, что я имею, я взял сам. Против их воли. Иначе бы они никогда не оставили мне своё состояние и силу. Они притворялись, что любят меня, но не планировали делать своим наследником. Я же отпрыск рагмарра! В моей крови тёмная магия – магия убийцы.

– И ты решил подтвердить это. Что ж, вышло очень убедительно. Но зачем ты убил остальных? Саммер владела информацией – это я могу понять, но….

– Они все были заодно. Копали под меня днём и ночью, рыли носом землю.

– Первым ты убил Майкла Бишоу. Почему?

– Он был Хранителем ячеек. Я полагал, что с его помощью проникну в личную ячейку Саммер Джоунс и добуду её дневник. – Мэрион хмыкнул и растянул губы в ухмылке: – он не желал колоться, где находится дневник, но журнал с описью имущества последователей Саммер, показал. – Поморщившись, он добавил: – На самом деле, я рассчитывал ограничиться убийством Бишоу.

– Но ты отправился к Саммер, – додумала я за него.

– Естественно! – возмущённо воскликнул Мэрион. – Мне же её дневник был нужен.

– Ты был в булочной и поссорился с ней?

– Думал, по-хорошему отдаст. Упёртая была, гадина.

– Обыскав её дом, ты ничего не нашёл, как и в домах Кеннета и Калеба. А Вивиан никогда не держала в руках дневник Саммер. Кто следующий в очереди? Кто ещё поплатится жизнью за твоё благополучие и эгоистичность?

Мэрион посмотрел в мои глаза, поджав добела губы. Я склонила любопытно голову и вопросительно вскинула брови. Не терять самообладание, глядя в лицо смерти, довольно непросто. Но я старалась. Больше Мэрион не казался мне красавцем – его лицо исказилось от ненависти и злобы.

– Не нарывайся, Эшли, – прошипел он. – До тебя дойдёт очередь, обещаю! Не приближай мучительный момент смерти – я пока немного занят.

Сжав пальцы, он растянул губы в омерзительной, слащавой улыбке, а Вивиан вскрикнула. Я подняла взгляд – рагмарр перевернул её на живот.

Выгнувшись назад, так, что конечности повисли в воздухе, а волосы свесились медным занавесом, она парила в воздухе в неестественной позе. Скованное болью тело, ужас, застывший в немигающем пустом взоре – она оказалась на волоске от гибели.

– Зачем ты прятал библиотечные бирки в книги?

– Ты нашла их? – повеселел Мэрион. Он действительно был горд собой и абсолютно счастлив, что его загадку разгадали. Я же чувствовала горечь и отвращение, глядя на него, страх за жизни Вивиан и Лорелеи. – Поэтому ты здесь, – он удовлетворённо кивнул. – Саммер любила разгадывать ребусы, как и её шайка единомышленников. И я придумал для неё роковую шутку-головоломку. Кто следующий, к сожалению, она так и не узнала, хотя бирки я подложил в книги за несколько дней до её смерти. Саммер явно не увлекалась поэзией.

– Где ты их достал? Соблазнил библиотекаршу⁈

– В Библиотеке заправляет фамильяр, и его развратила занимаемая должность. Стэнли следовало бы чаще опускать голову, чрезмерно задранную, и смотреть по сторонам. Рагмарры без труда проходят в любые двери и остаются незамеченными, Эшли. Но он должен был заметить!

– Так это вызов Стэнли? – поморщившись, уточнила я.

Стоять и смотреть не осталось сил. Вивиан таяла у меня на глазах, Лорелея лежала без чувств. Я должна была что-то предпринять. Но что?

– Ты решил утереть нос Главному Фамильяру Верховной Ведьмы? По-моему, ты перегнул Мэрион. Этот кусок пирога тебе не по зубам.

– А что, расскажешь ему? – он посмотрел на меня. На его лице смешалась насмешка и гнев. Обжигающий коктейль. А губы растягивались в ледяной улыбке: – и не надейся, Эш.

– Столько крови из-за старого дневника, – тихо произнесла я. Кулон дрогнул, кольнул кожу. Я втянула носом воздух, пытаясь расслабиться. Он отвернётся, и у меня будет шанс, всего один. – Все твои попытки скрыть правду – жалки и бессмысленны. Тебе уже ничего не поможет, Мэрион. А наши загубленные жизни прибавят кандалов на твоих руках, утянут на самое дно, откуда уже нельзя выбраться. Отпусти Вивиан, и твоя участь будет не такой ужасной.

– Ты смеёшься? Отсюда никто из вас не выйдет живой.

– Ты – чудовище, Мэрион, – прорычала я.

Попытки отвлечь его от истязаний Вивиан оказались напрасными – по её рукам стекали струйки крови. Капли, густые и тяжёлые, падали на пол и оглушали. Шум моей собственной крови и биение сердца мешали думать.

Рагмарр отвлёкся от измученной жертвы и посмотрел на меня. Выдалась минутная передышка – ведьма жадно хватала воздух ртом. Горящие силой глаза Мэриона смотрели глубоко в меня, но я не дрогнула и не посмела вскрикнуть.

Его сила обжигала где-то внутри, где никаким рукам не место. Он пронизывал меня магией, словно леску протягивал. Руки задрожали, я сжала их в кулаки, чтобы он не заметил. Следующий ход за мной.

– Убил магов, давших тебе всё. Погубил шесть невинных жизней. Ты по праву можешь считать себя одним из тех рагмарров, которыми нас пугали с детства в жутковатых сказках.

Повисла тишина. Мы сверлили друг друга взглядами, пока Мэрион не хмыкнул – холодно и пугающе.

– Власть, сила, деньги – мы не сильно отличаемся от людей, которых ты так любишь. Ты не ожидала от меня жестокости, Эшли, не так ли? Симпатичный сосед, положительный во всех смыслах, и вдруг открывается тако-ое!

– Никогда не любила смазливых мужиков, – плюнула я. Мэрион запрокинул голову и раскатисто рассмеялся. – Отпусти Вивиан!

Смех резко оборвался – мелькнул взгляд, и вдруг Вивиан швырнуло в другой угол кухни по потолку. Она покатилась, переворачиваясь в воздухе.

На белом полотне остались кровавые мазки. Я не могла больше ждать, иначе он убьёт её у меня на глазах. Выставив вперёд руку, направила в Мэриона поток силы. Волна энергии ударила его поперёк тела, но с ног не сшибла.

Прогнувшись вперёд, рагмарр ухнул, и тут же на его лице заиграла самодовольная ухмылка.

– Я тебе не по зубам, Эшли Хейлтон.

Он щёлкнул пальцами, и Вивиан швырнуло о стену. Удар был настолько сильный, что я ахнула: человек бы не уцелел. Но она не была человеком. Ведьма медленно соскользнула на пол и обмякла, теряя сознание.

Стену усеяли брызги крови. Резко повернув голову, я взмыла вверх, уходя от удара Мэриона – вспышка огня не попала в цель и ударила в настенные часы. Они разлетелись в щепки.

Спустившись на пол, я взмахнула рукой, и на Мэриона бросилась посуда с полок.

– Мы уже это проходили, – уворачиваясь от тарелок, летящих в лицо, рассмеялся он.

– И в прошлый раз это помогло, – напомнила я.

Не дожидаясь, пока посуда закончится, я переместилась Мэриону за спину. Миг назад стояла в другом конце кухни и вдруг появилась так близко к нему. Он ощутил, повёл плечами и стал разворачиваться.

Я растворилась в воздухе и пронеслась размытой полосой вокруг рагмарра. Мои образы ускользали, сливались с силой, вихрящейся в помещении. Мэрион протянул руку, чтобы поймать хоть один из них, но магия просачивалась сквозь его пальцы.

Я была повсюду и нигде одновременно. Лицо охотника стало непроницаемой маской – сжав руку добела, он рванул за мной. И ничуть не уступал в скорости.

Промелькнув у него перед носом, я взлетела на стену. Пронеслась над головой у Мэриона, но, ощутив раскалённую ладонь на своём запястье, оказалась перед рагмарром.

Он стоял на расстоянии вытянутой руки и ухмылялся. Распахнув одним движением камзол, так, что пуговицы посыпались, он оголил живот. Следы от порезов, глубокие нарывающие раны чёрными полосами бороздили левый бок.

Когда он вдыхал, края рубцов раздвигались, и из ран вытекала мерзкая жёлтая жидкость. Она имела характерный запах, от которого захотелось отвернуться и зажать нос. Но я не отвернулась.

Помню, как оставила эти порезы осколком зеркала, но почему они не зажили? Почему почернели, а кожа вокруг воспалилась? К горлу подобрался кисло-сладкий ком, но я не отвела взгляда.

– Что это? – осипшим голосом спросила.

Мэрион с весёлым видом посмотрел на свой живот.

– Ты ранила меня в доме Саммер.

– Знаю. Но почему порезы не заживают?

– Они не просто не заживают, Эшли, – процедил сквозь зубы Мэрион, поднимая голову. Его гнев вернулся внезапно, смыв поддразнивающую дружелюбность. И охотник заорал так, что стены содрогнулись: – они гниют, убивают меня изнутри! С каждым днём становится только хуже, а боль просто невыносимая!

– Разве такое может быть⁈ Почему?

Мэрион приблизился ко мне почти вплотную. Я с трудом удержалась от порыва отстраниться.

– На осколке была твоя кровь, – произнёс он обжигающим шёпотом. – Ты отравила меня. Твоя кровь отравила меня и пожирает, Эшли.

Я не осознавала до конца, что только что услышала. Стояла, будто обухом по голове ударили. Он подался вперёд рывком, его ладонь поднялась, и от неё веяло жаром.

Интуитивно направив руку, я вышвырнула Мэриона в холл. Появилась в дверях, занесла руку для очередного удара. Он плавно оказался на ногах, словно его за ниточки подняли.

Сила, хлынувшая из меня, пригвоздила рагмарра к стене. Раскинув руки, он захохотал. От этого смеха мороз по коже побежал.

– Ты хорошо подумала, Эшли? То, что ты собираешься сделать, лишит тебя сущности. Ты готова пожертвовать всем ради моей смерти?

Он бросился на меня, развеяв чары. Разогнал их, словно туманную дымку. Но едва приблизился, как я растворилась в воздухе. Опустившись за спиной у Мэриона, положила руку на плечо и швырнула его обратно в кухню.

Но едва он коснулся пола, как обратился в дым и окутал, поглотил. От удушливого запаха першило в горле, я с трудом подавила рвотный позыв. Я сгорала – чувствовала, как кожа сползает, плоть тает от его силы.

Утопая в нестерпимой боли, окружённая тьмой, упала на колени. Рука Мэриона тянулась к моей шее. Когда его пальцы сомкнулась на ней, дом задрожал от ужасающего вопля.

Отдёрнув руку, Мэрион бросился прочь от меня и упёрся в стену. Я пошатнулась, стоя на коленях, припала спиной к ножке стола. Чёрное облако издавало вселяющие ужас звуки, но я их слышала, словно через вату.

Мучительный жар отступил, перед глазами расцвёл пёстрый калейдоскоп бликов. Меня так шатало, будто дом вращался. Схватившись за столешницу, я прикрыла рот ладонью. Кажется, меня немного укачало. Потянуло запахом железа, что-то горячее струилось по коленям. Кольнуло, зажгло – я ахнула, и в голове прояснилось. Я сидела на осколках, которые резали мне ноги.

На ум пришла идея…. Пошарив ладонью вокруг себя, нащупала длинный и острый, как клинок, осколок. Я подняла его, крепко, насколько могла, зажала в ладони. Кровь потекла густыми струйками, первые капли упали на пол.

Когда я поднималась на ноги, занося руку для удара, вокруг меня был белый шум. Внутри меня разверзлась пустота. Я не осознавала, что делаю. Время остановилось – Мэрион возник передо мной, на его лице промелькнула тень страха.

Он смотрел мне в глаза и то, что увидел, заставило его попятиться. Но я оказалась быстрее. Словно во сне ударила Мэриона осколком, орошённым моей кровью, пронзила грудь. Он вошёл легко, на руки хлынула горячая, тёмная кровь.

Вместе с осколком частичка света проникла в плоть рагмарра и замерцала изнутри. В тишине пронёсся дрожащий вопль, и я вздрогнула. Очнулась и отпрянула от изгибающегося Мэриона.

Трясущимися руками он потянулся к осколку, но не смог. Боль, должно быть, была невыносимой…. Задыхаясь, я прислонилась к стене. Сердце колотилось так, что могло выпрыгнуть из груди.

Колени подогнулись, и я соскользнула на пол, руки безвольно упали. Мэриона разрывало на части. Свет изгонял тьму, поглощал его. Лицо рагмарра покрылось огненными трещинами, будто расколовшаяся глиняная маска.

Внезапно оно разлетелось на куски, забрызгав стены чёрными густыми каплями. Мелким бисером оросило мне лицо, заставив вскрикнуть от неожиданности. Я знала, что это, но не смогла пошевелиться.

Ощутив смертельную усталость, завалилась на бок и перевернулась. Лежа на спине, смотрела на потолок, покрывающийся чёрной липкой массой, скатывающейся из остатков рагмарра. Этот поганец забрызгал всю кухню.

Огромная лужа поползла к стене, скользнула вниз, двигаясь ко мне. Мэриона не стало, но теперь в доме Вивиан поселилась тёмная магия, след чужой смерти. И сейчас она хотела завладеть мной. Но почему именно мной?