Текст книги "Дым и перья в Академии Эгморра (СИ)"

Автор книги: Кира Лин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 29 страниц)

Я ничего не чувствовала. Ни страха, ни боли, ничего. Только кулон на шее трепетал, обжигая кожу. Когда его тепло коснулось груди, жар магии прокатился колючим разрядом по телу. Осколки почти накрыли на меня, и я отвернулась, отгородившись ладонью, защищая лицо.

Ожидание резкой боли, бесконечно долгие секунды…. Но ничего не произошло. Открыв глаза, я осторожно повернула голову, опуская руку – брызги стекол обратились в перья. Белые, чёрные, серые, пушистые, вытянутые и гладкие – бесшумно и неспешно они опадали на пол, покачиваясь в воздухе. Невесомые, но реальные.

Глядя под ноги, я не могла поверить в то, что вижу. Бен был так же ошарашен. С изумлением уставившись на последнее пёрышко, парящее у него перед лицом, следил за его колыханиями.

Но вдруг поднял руку и выпустил из ладони крохотный шарик огня. Перо вспыхнуло и, ещё дотлевая, упало на сырые доски под ногами. Волшебство закончилось.

Бен посмотрел на меня исподлобья, прямо в глаза, и кожа завибрировала от жара его магии. Не дожидаясь, когда он нанесёт следующий удар, я скользнула вдоль стены и побежала к пристани. Но не успела – сгусток огня, запущенный им, заставил остановиться.

Его терпение иссякло – сила ошпарила руки, кожа покрылась розовыми пятнами. Казалось, с меня заживо содрали её. По щекам покатились слёзы.

Вскрикнув, я прижала руку к бедру и опустила взгляд. Ожог медленно разъедал ладони, кисти, затем поднялся под рукав плаща.

Пока я разглядывала чернеющую рану, Бен подобрался ближе – мелькнувшая тень, заставила поднять глаза. Ахнув, я прижалась спиной к стене, но он уже стоял напротив, смотрел в упор.

Ярость, жестокость, решительность – вот что я увидела на его лице, во взгляде. Сила рагмарра заполняла станцию, как половодье. Я уперлась спиной в подпорку – он приблизился почти вплотную.

Лицо обдало жаром, по щеке предательски скатилась слеза. Дёрнувшись вправо в слабой попытке сбежать, я оказалась в капкане его рук. Бен преградил путь, упершись одной ладонью в стену, затем другой, когда я попыталась сдвинуться влево.

Страшно было поднимать голову, но смотреть оказалось больше некуда – разве что изучать складки на кожаном плаще или наблюдать за его вздымающейся от тяжёлого дыхания грудью.

Я осторожно посмотрела вверх, поймала его взгляд, и внутри всё застыло. Земля уходила из-под ног, но глаза отвести было невозможно. Я могла бы попытаться сломить его силой магии, ранить и исчезнуть, но вот духу не хватило. Так же, как и отвернуться.

– Ты сильнее, чем кажешься, Эшли. Почему же так легко сдаёшься? – обжигая дыханием, спросил он гулким, лишённым эмоций голосом.

Я судорожно сглотнула, давясь слезами.

– Возможно, я не хочу больше бороться. Если бы за мной пришёл кто-то другой, я бы из кожи вон вылезла, но спаслась.

– В этом минус чувств.

Я покачала головой.

– Неправда. В этом их плюс, и ты сам понимаешь это.

– Нет, – скривился он. – Я ничего не чувствую. Мне не дано.

– Чувствуешь, – с вызовом выпалила я. – Иначе убил бы меня на месте!

– Мы не убиваем на людях, – прошипел Бен, и у меня перехватило дыхание.

Я смотрела в его светящиеся глаза и боялась моргнуть.

– Кто заказал меня? – прошептала я, и Бен вскинул брови.

– Верховная Ведьма.

– Но за что?

– Понятия не имею, – с ноткой раздражения процедил он и на мгновение оторвал правую руку от стены.

Я тут же метнулась в сторону, но он резко преградил путь, вернув ладонь на прежнее место. Я вздрогнула.

– Проверяешь мою реакцию? Играешь, как кошка с мышью?

Он едва заметно улыбнулся.

– Тяну время.

– Тебе так же тяжело, как и мне. Признайся, что не можешь убить меня, Бен.

Шерман рыкнул сквозь стиснутые зубы, от улыбки не осталось и следа.

– Я не люблю убивать, но моя сущность обязывает. Не в тебе дело, не обольщайся.

– Не верю.

Он подался вперёд, и руки рефлекторно упёрлись в его твёрдую, как камень, грудь.

– Я не считаю, что ты заслуживаешь смерти, Эшли. В этом причина, но не в моей слабости перед тобой. Никаких чувств ты во мне не вызываешь. Такие, как ты, могли бы изменить мир к лучшему, спасти множество невинных жизней. Но не всем сильнейшим мира сего это нравится. Видимо, ваша правительница из их числа.

– Ты же наёмный убийца, а, значит, не должен задумываться над подобными мелочами. Получил заказ, выполнил, и на счёт упала кругленькая сумма. Но ты размышляешь над тем, кто достоин смерти, а кто нет. Кто заслуживает её, а кого отправляют на тот свет злобные, жадные до силы и могущества выродки. Понимаешь, что это значит?

Он свёл брови к переносице, вопросительно склонив голову, но ничего не ответил. Набрав побольше воздуха, я выдохнула:

– Ты чувствуешь, Бен.

– Нет! – рявкнул он.

– Чувствуешь. Всё время, что мы знакомы, я видела в тебе человека. Ты переживал и поступал по совести, а бесчувственное существо не различает, что правильно, а что неправильно!

– Всего лишь маска. Я должен был….!

– Нет, – я тряхнула головой. – Ты был настоящим, никакого притворства. Я вижу сердцем, Бен, и у тебя есть душа. Ты просто не хочешь отличаться от своих сородичей – прирождённых беспринципных убийц. Кто сделал вас такими? Кто внушил, что вы созданы для холода и смерти, и не имеете права выбирать свою судьбу?

– Я не знаю!

Голос Бена раскатом грома прокатился по лодочной станции, и что-то внутри меня жалобно сжалось. Он двинул кулаком в стену, стиснув гневно зубы. На миг я зажмурилась, решив, что он ударит меня, но этого не произошло. Открыв глаза, увидела, что Бен смотрит на свою руку, словно собирается с мыслями.

Облизав нервно губы, он прикрыл глаза и заговорил очень тихо:

– Нам не надо было сближаться. Когда заранее знаешь жертву в лицо, то вживаться в роль, проникать в привычный поток её жизни, а затем убивать – гораздо проще. Я не рассчитывал, что так выйдет. Не думал…. Мне будет тяжело тебя убивать, Эшли. Не смогу забыть, хоть и неприятно это признавать, но я должен. Таков мой мир.

– Твой мир можно изменить.

Открыв глаза, Бен посмотрел на меня испепеляющим взглядом.

– Ты уже его изменила, но кому из нас от этого легче⁈

Его глаза на миг полыхнули жаром. Он прикрыл их, словно не хотел, чтобы я увидела. Я чувствовала его горечь и сожаление, но не сумела остановить. Не попыталась. Поэтому, когда он вновь посмотрел на меня, прерывисто вздохнула и не отвела взгляда.

– Прости, – он оторвал ладонь от стены и сжал её в кулак, отступив на шаг назад. Кожа на ней, словно подсвеченная изнутри, приобрела алый цвет. – Мне очень жаль.

Глава 50

Понимая, что это конец, я безвольно уронила руки. Глядя в глаза Бену, чувствовала его боль и печаль, видела сквозь сияние магии.

Меня душили слёзы. Я могла бы ударить в него волной магии, свалить с ног, но даже не попыталась. Веки затрепетали, и с губ сорвался прерывистый вздох.

Воздух вокруг Бена вибрировал от сдерживаемой энергии. Меня обдавало жаром, исходящим от него, но уже было всё равно. И когда он замахнулся для удара, я поймала его за запястье почти у своей груди. Сердце гулко ёкнуло и замерло за миг до неминуемой гибели.

Меня охватило пламенем. Кожа таяла, истончалась, я тонула в сверкающей силе, окружившей нас тёплым танцующим ветерком. Казалось, будто наши руки слились воедино.

Магия захлестнула волной ощущений, от её напора перехватило дыхание. Я осмелилась посмотреть на Бена. На его лице застыло потрясённое выражение. Но я не успела опустить взгляд и узнать, в чём дело.

Шерман высвободился и занёс кулак во второй попытке. И вновь я выставила вперёд ладонь, обороняясь. Перехватила удар – задрожали кости, вызывая ноющую боль. Я сцепила с ним пальцы, действуя интуитивно, а когда посмотрела вниз – невольно вскрикнула.

Бен, как и я, смотрел на наши руки. Кожа, там, где мы касались друг друга, светилась изнутри голубым. Я ещё не поняла, что вижу, но уже испытывала радость.

Где-то глубоко внутри. Из моей груди вырвался вздох облегчения, в животе защекотали крыльями бабочки. Я ощущала себя магнитом, притягивающимся к Бену, и в этой совсем неподходящей ситуации хотелось прижаться к его губам в поцелуе.

Бен поднял взгляд к моему лицу, будто видел впервые. Его сила омывала, заставляла пульс трепетать. Всё, о чем я могла думать – как же он прекрасен! Ему как-то удавалось выглядеть одновременно и изумлённым, и рассерженным.

Коротко качнув головой, Шерман прошептал:

– Не может быть….

Внезапно его лицо исказилось от гнева – глубокого, искреннего, граничащего с болью. Он ударил другой рукой в стену с такой силой, что здание задрожало.

Стон древесины заполнил станцию, под ногами качнулся пол. Но мы не замечали. Наши ладони как будто бы срослись, охваченные таинственной силой, мерцающей в полумраке.

Бену это не нравилось, но он не спешил разрывать связь и расцеплять пальцы. Точечными разрядами магия поднималась вверх. Когда ко мне пришло озарение, я прикрыла глаза. Теперь ясно, почему сердце замирало рядом с ним.

– Я – твоя истинная, – не веря своим собственным словам, прошелестела я. – Твоё искупление.

Бен выглядел растерянным, но не сломленным. Сияние в его глазах тускнело, пока вовсе не погасло. Я снова могла смотреть в бездну голубых глаз Шермана, не боясь обжечься. Первые искорки его гнева вспыхнули в воздухе, светлячками закружились над нами.

Я облизала нервно губы и сказала:

– Ты не можешь убить меня.

Последние слова добили его. Зажмурившись, Бен стиснул челюсти и несколько раз ударил в стену. Его бессвязный крик, переполненный болью и злобой, пронёсся по зданию, отразился эхом от шатких стен.

Перепуганные птицы в лесу сорвались с ветвей. С крыши посыпались труха и пыль, а Бен никак не мог остановиться.

Когда он успокоился, я медленно подняла голову и посмотрела ему в глаза. Теперь он не выглядел столь уверенным, как минуту назад – магия рассеялась. Шерман смотрел на наши руки, поглаживая большим пальцем тыльную сторону моей ладони.

Отрывал и снова опускал его, прижимаясь к коже, наблюдал за разгорающимися ярко-голубыми лучами. Они переплетались в причудливые узоры, убегая под рукав плаща. И пока он заворожено игрался, я смотрела на него и не могла отвести глаз.

Искреннее удивление пролегло морщинкой на лбу Бена, в глазах его мелькнула тень, и я почти уверена, что это была надежда.

По спине пробежали мурашки. Я жадно дышала ароматом одеколона Бена и его кожи. Эти запахи казались немыслимо родными, моими личными. И более невозможно представить жизнь без них. Без него.

Как никогда раньше, я ощущала себя свободной, но, в то же время, остро зависящей от глаз и рук Бена. Хотелось прижаться к нему, проникнуть под кожу, стать частью него.

Жаркая волна магии пронеслась сквозь меня к нему, и в груди разлилось тепло – я глядела на Шермана, понимая, что мною овладевает безумная страсть. Низ живота свело горячей судорогой.

До боли, до слёз хотелось впиться в его губы и обвить шею руками, ощутить мягкость кожи и твёрдость мышц под ней…. Я никогда и никого так не хотела, моё тело так не хотело.

Дрожа от желания и усилий, с которыми сдерживала его, я посмотрела в глаза Бену. Его затуманенный взгляд говорил о том, что он охвачен теми же чувствами – сгорает изнутри, высвобождаясь от незримых оков сущности, растворяется в необузданном, каком-то первобытном вожделении.

Я чувствовала кожей его напряжение. Неизвестной до этого мига частью себя ощущала его мысли и переживания. Как околдованные смотрели поверх голубого свечения друг на друга. Мы изменились за мгновение и больше никогда не станем прежними, как бы ни хотели этого.

Ничто больше не угрожало моей жизни. Если бы на месте Бена был другой рагмарр, я бы остереглась расслабляться. А с ним можно было потерять бдительность – теперь-то он точно не сможет довести своё чёрное дело до конца!

Потому что, убив меня, он навсегда лишится возможности стать другим и, наконец, испытать истинную любовь.

Об искуплении я знала из сказок мамы. Из одной из тех, что она хранила глубоко внутри себя, берегла для особого случая, как любимое украшение в старинной шкатулке. Услышав однажды об истинности, будешь грезить ночами, надеясь повстречать свою половинку.

Милость божественных сил, единственный шанс на искупление грехов и «исцеление» чёрной сущности охотника. Ведьма, с которой его свяжет магия, возьмёт на себя часть его «тьмы», поделившись взамен сердечным теплом, искренними чувствами, которые ему не даны природой.

Любовное притяжение, неугасаемая взаимная страсть – кто же о таком не мечтает⁈ И не нужно ничего делать, лишь поддаться объединившей их силе. Звучит просто, но как разжечь пламя любви в пропахшей гарью и кровью ледяной душе?

На протяжении многих лет я думала, что это всего лишь сказка. Возможно, выдуманная мамой специально для меня. Но, увидев глаза Бена, я поняла – он тоже слышал её.

Об истинности не разговаривают в кафе или магазине, не шепчутся подружки и не обсуждают в газетах.

Люди и вовсе о ней ничего не слышали. И главным образом потому, что явление это настолько необыкновенное и редкое. Почти невозможное. Почти…. Но Шерман знал о нём. Откуда? Тёмный народ верит в красивые байки?

Не каждый рагмарр решится изменить свою судьбу, начать жизнь с чистого листа, поставив крест на зловещем прошлом. Мне сложно даже представить, как можно перечеркнуть зло, содеянное охотником. И ведь можно!

В это мгновение я готова была простить Бену что угодно, закрыть глаза на все загубленные им жизни. Чего стоил один лишь его взгляд! Такой искренней растерянности и тревоги я никогда не видела в его глазах. И вряд ли кто-то другой видел.

Хватит ли ему смелости принять этот величайший дар? Его решение должно быть осмысленным, осознанным шагом в новый мир без жестокости и тьмы. Ведь тогда он станет простым магом без преимуществ рагмарра, переродится, освободится….

С моих губ слетел слабый вздох. Бен, очнувшись от потрясения, моргнул и сразу нахмурился. Надеялся скрыть то, что я уже давно заметила.

Мы не осмеливались нарушить тишину. Я заворожено смотрела на наши руки, а Бен изучал моё лицо. Он уловил на нём то, чего не видел прежде. Истинность сорвала с нас маски, обнажив настоящие чувства. Шермана переполняло любопытство, и его сердце билось так, что я забыла, как дышать.

– Я думал, такое только в сказках бывает, – его голос прозвучал с придыханием. Облизав губы, он чуть сильнее сжал мою руку.

Давление внизу живота стало почти невыносимым. Я неосознанно подалась к Шерману.

– И я…. Теперь мне ясно, почему я не боялась тебя. И почему так тянуло к тебе….

– Ты не боялась меня? – с изумлением в глазах повторил Бен. – То есть, ты давно поняла, кто я на самом деле?

– Да, – прошептала. – От тебя отползала чёрная магия, и зелье невидимости не действовало. Я не хотела верить и отрицала саму лишь мысль о том, что ты рагмарр. Но факты говорили сами за себя.

Я подняла взгляд на Бена. Он внимательно смотрел на меня и выглядел сбитым с толку. Высвободив руку, я кончиками пальцев провела по тыльной стороне его ладони. Он хотел бы испытывать гнев в ту минуту, но не мог.

Поджав губы, отстранился и шагнул назад. Волшебство исчезло – растаяло в воздухе. Остался лишь аромат его одеколона на коже и боль. Приятная, сладкая боль в груди, и я знала, откуда она появилась. Это была любовь.

– Так не должно быть. Я не чувствую. Я не могу.

– Ты не хочешь, но это не значит, что не можешь. Сам же сказал, что не хочешь убивать….

– Но я убивал! – взревел он, сжав от ярости кулаки. – И ты ничего не можешь исправить!

– Могу, – беззвучно выдохнула я.

Голова шла кругом. Привалившись спиной к стене, я закрыла глаза здоровой рукой.

– Почему ты такая? – Бен скривился, когда я вновь смогла смотреть и видеть его. – Легкомысленная, доверчивая, искренняя…. Почему так просто относишься к моей тёмной сущности⁈ Разве то, что я убийца, не пугает и не отталкивает тебя? Ты должна меня ненавидеть!

– Я верю, что каждому дан шанс на искупление. Мой мир не чёрно-белый.

Рука, поджаренная Беном, мучительно пульсировала, я прижала её к животу. Ткань успокаивала и холодила, немного стихало жжение, но лишь на короткое время.

Он заметил, как я кутаю ладонь в плащ, и на его лице отразилось сожаление. Но внезапно исказилось оно от боли. Наклонившись вперёд, Бен оперся одной рукой о стену, а другую прижал к груди. Я насторожилась, по спине скользнул холодок.

Его ощущения отозвались во мне эхом – вспыхнуло под ребрами, растеклось по венам мучительной и пьянящей нежностью. Бен не знаком с ней, но скоро все изменится.

– Что с тобой?

– Болит. Не важно, – отрезал он и посмотрел на меня исподлобья. – Я справлюсь.

– Так щемит сердце, испытавшее впервые что-то новое, истинное.

Выпрямившись, невзирая на жгучую боль, Бен полыхнул на меня яростным взглядом. В его груди кольнуло – сдавленно выдохнув, он ухмыльнулся.

– Я не могу тебя убить. Но это не значит, что другим повезёт так же, как и тебе, Эшли.

Он резко развернулся и направился к выходу. Я шагнула ему навстречу, преградив путь.

– Сколько всего конвертов? Скольким суждено умереть?

Бен остановился и посмотрел на меня. Таким настоящим и естественным он никогда не был. От холодности и следа не осталось – передо мной стоял обычный парень, охваченный противоречивыми чувствами, которые уже невозможно было сдерживать.

– Ещё два, – сглотнув, тихо ответил он. – Они у Тома. Он считает, что я размяк, и прихватил оба из чувства превосходства.

– У Тома? Кто такой Том?

– Мой брат, – он сказал это очень тихим ровным голосом, наблюдая за выражением моего лица. Похоже, услышал нотку страха в моём голосе.

– Он случайно не работает поставщиком магических ингредиентов?

– Что-то в этом роде, – нехотя согласился Бен и отвел взгляд. Смутился от того, что так пристально разглядывал меня. Но магия оказалась сильнее – он вновь посмотрел на меня, движение одних лишь глаз. И опять что-то заметил. Его лицо разгладилось: – Ты его знаешь?

– Он встречается с моей сестрой, – прошептала я. – Три конверта, говоришь? У меня две сестры, и мы все ведьмы.

Я смотрела с ужасом в глаза, в которых тонули мысли, а они отвечали мне задумчивостью, перерастающей в напряжение. Не дав мне и рта раскрыть, Бен сорвался с места и понёсся прочь.

– Подожди! – крикнула я, хотя осознавала, что это бесполезно.

Разозлившись, я обратилась в дым и полетела за ним. Оказавшись за пределами станции, Бен взмыл над лесом облаком чёрного дыма и помчался в сторону города.

Я не отставала – скользила между верхушками деревьев, боясь упустить Шермана. Приблизившись к металлическим воротам, он плавно опустился на землю и принял человеческий облик.

Перебежал улицу, свернул за старое кладбище и исчез из виду. Решив, будто оказался вне досягаемости, протиснулся между тесно стоящими домами и скрылся в тени. Я опустилась на брусчатку и мелькнула следом за ним.

И оказалась схваченной в темноте его обжигающе тёплыми руками.

– Оставь меня! – горячо выдохнул он мне в лицо.

– Она – моя сестра! – окрысилась я. – Я не могу не вмешиваться! А ты спешишь на подмогу брату? Со мной не вышло, так почему бы не заработать очки с другой жертвой⁈

– В мои планы не входило помогать Тому, – его голос сквозил возмущением. – Я должен раздобыть амулет, любой ценой, иначе он примется за тебя. Ты не знаешь моего брата!

– Знаю. Он тот еще ублюдок! С первого взгляда приметила его поганую сущность.

Поджав губы, Бен осмотрел узкий проулок, в котором мы застряли. До полоски света оставалась пара метров, и он явно спешил в неё протиснуться.

– Где ты возьмёшь амулет? – вдруг дошло до меня. – Убьёшь кого-то? Вместо меня⁈

– Ты знаешь иной способ? – взглянув красноречиво мне в глаза, он изогнул бровь. – Том не станет церемониться и убьёт тебя, а потом и меня. Его сказками не проймёшь.

– Почему? Он же твой брат!

Бен подался вперёд, впиваясь в мои глаза ледяным взглядом:

– Мы – убийцы. Рождены на свет бесчувственными тварями, и если тебе повезло со мной, то Том – рагмарр именно такой, какими их описывают в жутких байках вашего народа. Он не пощадит тебя, а меня – тем более. Он уже говорил об этом.

Сглотнув, я отступила назад и уперлась спиной в стену. Бен тут же рванул к выходу, раздражённо одёргивая плечами, застревающими между стенами. Глубоко вдохнув, я поспешила следом.

– Почему бы не воспользоваться амулетом из магазина Мишель? У неё полно побрякушек, наделённых магической силой.

– А что, – равнодушно бросил он через плечо, – вполне сойдёт для того, чтобы оттянуть время. Если хочешь спасти невинную жизнь, а заодно и свою – достань мне амулет!