Текст книги "Дым и перья в Академии Эгморра (СИ)"

Автор книги: Кира Лин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 29 страниц)

Глава 39

Отправив Джоша домой проспаться, я быстренько перекусила овощным салатом с кусочком сочной индейки, запечённой в духовом шкафу. Накинула чёрный плащ поверх синего узкого платья и выскочила из дома.

Придётся обследовать ещё один мёртвый дом…. Я и так упустила из внимания первое преступление. Но до наступления ночи у меня были связаны руки, увы. Поэтому я решила навестить Линетт – посетить её могилу и рассказать о своих мыслях и том, как скучаю по ней….

День выдался солнечным. Ласковые, но уже не такие тёплые, золотые лучи поблёскивали на листьях деревьев и подсвечивали их кроны изнутри. На траву падали тени волшебными узорами, ветер тихо шелестел, запутавшись в ветвях, и по округе лились жизнерадостные трели птиц. И даже здесь, на кладбище, было потрясающе красиво сегодня.

Оставив карету за высокими металлическими воротами, я медленно прогуливалась между рядами могил, рассматривала памятники, один другого богаче и диковиннее. Русалка на камне, плачущий ангел, дерево с ветвями, склонившимися к земле, замок из мрамора вместо забора – глядя на это мрачное великолепие, невольно хотелось быстрее покинуть место скорби и печали. Если обычному человеку или магу тут не по себе, то мне втройне тяжелее.

Тишина, от которой сердце замирало. Я шла осторожно, стараясь не цокать каблуками, будто любой звук мог потревожить покой усопших. Шорох травы казался неуместно шумным, а голоса птиц непозволительно звонкими.

Здесь не существовало таких понятий, как время и счастье. Здесь все одинаково неспешны и печальны. Я ненавижу похороны, ненавижу толпы скорбящих, пришедших проститься с усопшим. Большинство из этих людей презирали его при жизни и завидовали, но на погребальном обряде изображали траур, выказывали сострадание родственникам.

Угасла чья-то жизнь, осталась только память, и та со временем потускнеет. Неужели нельзя обойтись без лицемерия?

Я не присутствовала на похоронах Линетт, хотя любила её. Она многое сделала для меня, была близким другом и заменила мать, но я не смогла пересилить себя.

Ощущение одиночества, словно я, крошечная и слабая девочка, осталась в необъятной вселенной, где никому нет до меня дела, до сих пор дрожало в груди. Я всё ещё горевала, но боль притупилась. Остались только отголоски пережитой потери.

Всё проходит, всё забывается, чтобы мы ни делали, как бы ни пытались сохранить частички близких людей в сердце и в их вещах. Я по-прежнему хранила одежду и всякие мелочи, принадлежавшие маме, но каждый раз прикасаясь к ним, чувствовала, как уходят последние крохи воспоминаний, меркнет аромат её духов….

До сих пор больно, до сих пор страшно, но ничего не поделаешь. Нужно жить дальше, в мире живых. Я вроде пыталась, но так выходило, что моя жизнь была насыщена чужими смертями.

Миновав три ряда помпезных могил, я свернула налево. Мороз по коже от мысли о громких, дорогих похоронах…. Эксклюзивный памятник, лучшее место, гроб из красного дерева – не думаю, что всё это мне понадобится в потустороннем мире. В любом случае, будет уже все равно.

Пройдя ещё пару рядов, я очутилась в небольшом подлеске – место для захоронений особ, отличившихся при жизни великими деяниями или как минимум высоким чином.

Свернув за монумент одного знатного колдуна, я оказалась перед стеной из растительности. Ветви плакучих ив касались земли и занавесом закрывали могилу Линетт от других. Отодвинув тонкие изящные ветви, я прошла к забору из белого мрамора и замерла перед двумя статуями стражников, охранявших покой Линетт.

Вдоль мраморного ограждения были выложены сотни цветочных букетов, позолоченные венки с переплетением из флуций и композиции в корзинах. Они лежали здесь со дня похорон и успели облететь и засохнуть. И только один букет оказался свежим – розовые розы.

Ветер прошелестел над верхушками деревьев и лёгким вихрем прошёлся по земле. Он швырнул под ноги пожелтевшую опавшую листву, и я невольно опустила взгляд. Вдруг ветер стих, и появилось чувство дискомфорта. Здесь есть кто-то ещё.

Подняв глаза, я посмотрела на надгробный камень. Движение глаз, ничего более, и случайно уловила движение со стороны деревьев. Тёмное пятно под кроной желтеющего клёна.

Я затаила дыхание. Замерев в неудобном положении, краем глаза покосилась в сторону подлеска. Всё моё внимание было приковано к таинственной тени. Сердце уже прыгало в горле, от напряжения заложило уши.

Под клёном стоял мужчина, привалившись плечом к стволу. В белой рубашке, чёрных брюках и чёрном пальто нараспашку. Скрестив ноги, он наблюдал за мной издалека, но не украдкой, как делала это я.

Спрятав руки в карманы брюк, смотрел сквозь кружево жёлто-зеленой листвы. Я не могла разглядеть его лица из-за постоянно качающихся на ветру растений, но отчетливо различала тёмно-русые волосы и светлую кожу. Неужели это тот самый мужчина из воспоминаний Линетт?

Это его я видела по ночам в странных, изматывающих снах?

Облизав пересохшие от волнения губы, я медленно поднялась. Таинственный незнакомец мог быть рагмарром, но и с той же вероятностью мог оказаться простым смертным. Я не ощущала магии, только тёплое дуновение ветра и запах роз.

Опершись ладонью о памятник, я встала в полный рост. Рискнула шагнуть вперёд и едва не наступила на могилу Линетт. Посмотрев под ноги, переступила через мраморную насыпь. Встала на землю, посмотрела вновь вдаль и пискнула от досады – мужчина отлип от дерева, намереваясь покинуть подлесок.

Он пятился прочь от меня, а когда его силуэт почти скрылся за ветвями деревьев, стал разворачиваться спиной. Я поспешила догнать его, перелезла через мраморный забор, пробралась сквозь остриженные кусты и быстрым шагом направилась к подлеску.

Пришлось подниматься в небольшую гору. Плюнув на каблуки, взбежала вверх и остановилась на том месте, где минуту назад стоял неизвестный мужчина. Застыла, уронив руки, и смотрела на редкие деревья, между которыми скользила дорожка из серого камня к другим могилам великих деятелей мира магии.

Похоже, это он принёс на могилу Линетт розы. Я помнила мужчину около её гроба, склонившегося слишком низко для просто скорбящего знакомого. Это был он, всё сходится!

Когда силуэт исчез за высокими памятниками, я подошла к дереву и коснулась его ладонью. Клён мог поведать, кто касался его ствола минуту назад, но я ничего не почувствовала. Кто же он?

Глава 40

В дверь позвонили. Сквозь стекло был виден мужской силуэт, и я уже знала, кто пожаловал.

– Джош, – протянула, открывая ему.

Парень заулыбался во все тридцать два белоснежных зуба.

– Какая радость на твоём лице по случаю моего прихода, – съязвил он и оглядел с ног до головы придирчивым мужским взглядом. – Куда хвост навострила, мелкая?

Я склонила голову и, плотно сжав губы, осмотрела его с макушки до пят. Серая атласная рубашка, чёрный плащ нараспашку с воротником-стойкой, чёрные штаны…. В простой, повседневной одежде он сам выглядел, как нахохленный павлин.

Я возмущённо скрестила руки на груди.

– Тебе-то что? Уже проспался?

Джош ещё шире улыбнулся, хотя, казалось, это невозможно. Он и, правда, выглядел посвежевшим и бодрым. Наверняка влил в себя одно из зелий для лечения похмельного синдрома.

Уверена, Вивиан сжалилась, купившись на щенячий взгляд, и продала ему что-то запрещённое. Облокотившись о дверной проём, Джош подался вперёд, вглядываясь в моё лицо.

– Тебе и шагу ступать нельзя без контроля. Опять накуролесишь, а мне потом расхлёбывай.

– Когда это ты расхлёбывал? – огрызнулась я.

Джош округлил глаза.

– А в парке? Кому на хвост сели рагмарры? Да вы, леди, ходячая бомба замедленного действия! Никогда не знаешь, чем обернётся общение с тобой.

– Спасибо, – я расплылась в польщённой улыбке, от чего Джош еще больше опешил. – Таких комплиментов мне ещё не делали. Бомба, – я театрально оправила волосы.

– Смешно ей, – он хмыкнул и убрал руку, чтобы спрятать её в карман плаща. – Куда намылилась, спрашиваю?

– В Библиотеку, – огрызнулась вновь я.

– С какой стати без меня?

– Жажду просвещения. Срочно!

– Ха-ха-ха, – передразнил меня Джош и умолк. Мы посмотрели друг на друга в упор. А потом он схватил меня за локоть и вытащил из дома. Я лишь успела на ходу сорвать с вешалки сумочку и плащ. – Поедем вместе.

– Ещё чего!

Я высвободила руку. Поправив плащ, демонстративно повернулась спиной и стала закрывать ключом дверь. Джош взвыл.

– Ты могла бы это сделать, только подумав! Зачем столько лишних движений, Эшли?

– Отстань, – буркнула я.

Когда закончила с замком, бросила ключи в маленькую кожаную сумочку и повернулась к Джошу. Важно приподняв подбородок, проплыла мимо к каретнику.

Он усмехнулся мне в спину и неспешно двинулся следом. Когда я надела плащ и уже сидела в салоне кареты, он встал у окна пассажирского сиденья и, мило улыбаясь, склонил голову. Догадываюсь, он мог бы так простоять вечность, нервируя меня, поэтому решила сдаться.

Нажав кнопку на панели, открыла ему дверь. Улыбка Джоша мгновенно растаяла. На лице, откуда не возьмись, появилось каменное выражение – он с деловым видом сел в транспортное средство. Я только скривилась в ответ на его прилипчивый взгляд.

– Что тебе надо? Я не звала на помощь.

– Не звала, верно. Но я чувствую твои мысли, Эш, предугадываю желания. И хотя в твоей светлой головке ещё не родилась чумовая идея пробраться в Центральную Библиотеку в одиночку, я решил предостеречь. Но зря, видимо. Поэтому хочу проследить за тобой, – бесхитростно ответил он. – Мало ли что.

– ЧТО?

Усмехнувшись, Джош повернулся ко мне, насколько позволяло сиденье, положил локоть на подголовник и уставился обезоруживающим взглядом. Возникло ощущение, словно я маленькая девочка, и без взрослых из дома выходить не имею права. Потеряюсь и буду плакать, или вдруг кто обидит. И вот он, большой и заботливый дядя, который убережёт меня от внешнего мира и жестокой действительности!

– Эшли, – начал он, вздыхая, – ты едешь за вопросами в совершенно незнакомое для тебя место….

– В Библиотеку? Честно говоря, я не собиралась, но ладно, – хмыкнула я.

Джош погрозил мне пальцем. И, откашлявшись, продолжил нравоучения:

– Не перебивай. Зыбкая почва, незнакомая среда – любая из метафор подходит. Ты наивно полагаешь, что везде тебе будут рады и встретят с распростёртыми объятиями? Сразу расстелятся и предоставят любую информацию?

– Я ж иду не в Библиотеку, – проблеяла я уже не так уверенно.

Похоже, всё-таки в Библиотеку…. Джош так решил. Так настроился.

– В этом мире не всё то, чем кажется, – сказал он и выразительно посмотрел на меня. Я непонимающе покачала головой. Тогда Джош, вздохнув, выдал: – Библиотека – жизненно-важный орган Системы. Нельзя просто прийти туда и начать задавать вопросы, понимаешь?

– Догадываюсь.

– Нужно знать, что и у кого можно спрашивать. А ты знаешь?

– Хватит со мной разговаривать, как с маленьким ребёнком!

– А я знаю, – ровным голосом произнёс Джош.

Изобразив восторг, я заулыбалась издевательской улыбкой. Он же проигнорировал моё ёрничанье и с непроницаемым видом продолжил вещать:

– И впредь не забывай меня брать с собой на мероприятия такой важности и сложности.

– Тоже мне туз, – усмехнулась я, заводя двигатели.

Пока мы катались по городу, проезжали улицы, стояли на светофорах, Джош не умолкал. Я перестала его слушать, спустя первые пять минут, как мы отъехали от дома. Что-то о сложном механизме, секретной организации работы….

Я следила за дорогой, думая о книгах с записками, найденными в домах убитых магов. Могут ли они считаться посланием убийцы рагмарру? Что, если Библиотека и есть связующее звено между ними? Тогда действовать следовало очень осторожно, и Джош был прав.

Да Джош в любом случае был прав, просто нудный и самовлюблённый тип выводил меня бесконечной болтовней! Я старалась не вслушиваться в его речи, но в какой-то момент терпение лопнуло, что-то надломилось во мне….

Вспышка магии озарила салон кареты. Всего одна мысль, в гневе произнесённая вслух «заткнись», щелчок пальцев, и воцарилась тишина. Джош заткнулся.

Я остановила карету у обочины за квартал до Библиотеки и уставилась в окно, так, чтобы не встречаться с ним взглядом. Не знаю, что со мной произошло, и что случилось дальше. Я просто захотела, чтобы он замолчал хоть на минуточку!

И он замолчал. Вот только я не слишком была довольна результатом своего творения. Джош не просто заткнулся. Он элементарно не мог теперь говорить!

Взъерошенные волосы, ошарашено округлённые глаза – вроде ничего особенного, но всё, что ниже, вызывало смех и слезы одновременно. Распухшие губы, словно он сунул физиономию в пчелиный улей, и язык, такой же красный и распухший, не помещающийся в рот.

В попытке излить свой гнев, Джош издавал вызывающие звуки и брызгал слюной, и я заплакала. От смеха.

Чем энергичнее Джош свистел и хрюкал, тем громче смеялась я, откинув голову на подголовник сиденья. Он побагровел от ярости и беспомощности, и как будто опасался пошевелиться. Когда смеяться было уже больно, я отстегнула ремень безопасности, открыла дверь и почти что вывалилась на улицу.

Глубоко вдохнув, посмотрела в небо, но движение с другой стороны авто привлекло внимание. Джош неуклюже поднимался с сиденья, медленно выпрямляясь в полный рост. Как-то резко, неестественно и странно. Когда он захлопнул дверь, верхняя часть лица, не тронутая магией, исказилась от боли. Но только на мгновение.

С укором посмотрев на меня поверх крыши, Джош решил обойти карету. Я открыла рот от изумления.

– Что за….

Он двигался так, будто все мышцы в его теле одеревенели. Остановился и одарил меня тяжёлым, выразительным взглядом, и моё лицо залилось краской.

– Мне очень жаль, Джош, – промямлила я, но тут же добавила: – Но ты это заслужил! Правда, я не хотела. Случайно вышло… Не надо было трепаться всю дорогу!

Джош со свирепым видом склонил голову набок, но даже не хрюкнул в ответ. Я тяжело вздохнула.

– Садись обратно в карету. Скоро действие чар рассеется.

Всплеснув руками, он негодующе сплюнул в сторону. Я лишь развела руками.

– Я понимаю твоё возмущение, но у меня нет противоядия! Так что придётся немного потерпеть. А вообще… – задумчиво покусала губу, – твоё состояние может быть нам на руку. Садись в машину. Быстро.

Джош что-то пропыхтел, и я выставила резко руку, указывая на карету. Решив не искушать судьбу, он двинулся в обратном направлении – прочь от ведьмы, неконтролирующей эмоции и магическую силу.

Не отводя от меня угрюмого взгляда, обошёл карету. Слегка смутившись, я откашлялась, но не опустила руки, пока он не заполз на пассажирское сиденье и не закрыл за собой дверь. Только тогда я перевела дух и села за руль.

– Кф… Куффф…

– Куда мы едем? – кажется, именно это хотел спросить Джош, издавая странные звуки, которые давались ему с большим трудом.

Кивнув в знак согласия, он уставился на дорогу в лобовое стекло. Глядя на его растрёпанные волосы, хотелось пригладить их и пожалеть несчастного, но я удержалась от порыва жалости. И ответила:

– В лавку Гарри Стоуна, что находится через дорогу от лавки погибшего Бишоу.

Джош надменно фыркнул, пытаясь что-то сказать. Я нахмурилась, выворачивая рычаги вправо, и съехала с главной дороги.

– Стоун может оказаться заказчиком, ведь Бишоу был его конкурентом. Я могу ошибаться, но все зацепки нужно проверить. И твоё преображение очень даже кстати.

Небольшое здание, чистое и светлое, белым пятном выделялось на неприметной улице. Фасад здания был украшен лиственным орнаментом, вырезанным из дерева, а на чешуйчатой крыше вертелся флюгер, выполненный в форме пчёлки.

Я припарковалась у обочины. Запрещающего знака не было, так что из кареты я вышла со спокойной душой. Обошла её, открыла дверь со стороны Джоша и протянула ему руку. Он хмуро уставился на меня.

– Тебе предстоит играть роль тяжелобольного, так что….

Буркнув что-то под нос, он оттолкнул мою ладонь и выбрался самостоятельно на улицу. Направляясь к лавке, сопел от злости и прикладываемых усилий, а я семенила следом.

По спине струился пот – через дорогу стояла лавка Майкла Бишоу. Я так и не побывала на первом месте преступления, и от этой мысли становилось лишь омерзительнее. В душе дрожало сомнение – что, если разгадку нужно искать именно там? А я не отнеслась серьёзно к убийству лекаря с самого начала.

Джош поднялся по ступеням и распахнул дверь. Хотелось подтолкнуть его сзади, но он слышал мои мысли и гневно рычал, пресекая попытки помочь. Наконец, оказавшись в прохладном помещении, где пахло хвоей и мёдом, мы остановились и огляделись. Джош позволил взять его под руку, хоть и нехотя.

Белые стены, стеклянные стеллажи, как в обычной аптеке людей, продавец за стойкой в накрахмаленном белоснежном халате – от больничной обстановки резало в глазах. Не хватало запаха хлорки и медикаментов, а так весьма прозаично.

У кассы стоял невысокий мужчина с густой тёмной растительностью на лице и голове, карими глазами и впалыми щеками. Сложив руки на белоснежной стойке, он, сощурившись, внимательно изучал нас. Похоже, у лекаря проблемы со зрением.

– Добрый день, – просияла я, демонстрируя неловкость. Подвела Джоша ближе и выдохнула: – Мы пришли к вам за помощью.

– Слушаю вас, – пробасил мужичок в белом халате.

Перед нами стоял сам Гарри Стоун, владелец аптеки.

– Мой друг…. Вернее, мой коллега пострадал на задании, заработал неприятную во всех отношениях травму. Как видите….

– Вот как? Да уж. В глаза бросается.

Джош рыкнул сквозь стиснутые зубы и зажал мою руку между локтем и своим телом. Я заскрипела зубами от боли, но улыбаться не перестала. Ну, держись, Джош!

– И я хотела бы узнать, располагаете ли вы возможностью продать нам зелье, снимающее чары?

– Даже если бы очень захотел, не продал бы. Вот так.

– А как на счёт оказания помощи работникам Системы? Разве вы не предоставляете редкие зелья служителям Верховной Ведьмы?

– Безусловно, предоставляю, но сейчас другой случай.

– Но мы….

– Я прекрасно вижу, кто стоит передо мной, – перебил меня Стоун и откашлялся в кулак. – Но к моему и вашему глубокому сожалению, я не готовлю зелья исцеления от магического воздействия. Я – маг леса, мои лекарства состоят из трав и кореньев и служат лечебными средствами от простуды, гастрита, геморроя и других людских хворей. У вашего коллеги нет геморроя?

Я быстро мотнула головой. Такого Джош мне не простит.

– Мне очень жаль. Правда. Был бы жив Майкл Бишоу, я бы отправил вас к нему.

Мы с Джошем переглянулись.

– Вы отправляли к нему клиентов?

– Если недуг клиента имел магическое происхождение – да. Мы не были конкурентами. Вот так.

От его «вот так» у меня свело в очередной раз челюсть, но я не выказала раздражения. Изобразила извиняющуюся мину и попятилась к выходу. Покосившись на Джоша и напоровшись на его колючий взгляд, чуть не раскланялась перед лекарем.

– Извините. Я не знала, а мой друг не может говорить.

– Ничего страшного. Я всегда рад новым клиентам и тем более помощникам правительницы. Приходите, если заработаете насморк на задании.

– Или геморрой, – прохрюкал Джош.

– Конечно-конечно, – пообещала я, толкая его к выходу. – Ещё раз извините. Всего доброго.

– Откуда мне было знать, что он банальный травник? – ворчала я, отъезжая от здания. – Маг, владелец лечебной лавки – больше я ничего не знала о Стоуне!

Фыркнув в ответ не хуже породистого коня, Джош отвернулся к окну.

– На одфной фтороне уфицы дфе аптеки – не фтранно?

– Смотрю, тебе уже легче! – я повеселела, но, когда Джош резко повернулся ко мне и наградил ледяным выражением лица, вжалась в кресло.

– Могфла бы догафдаться, фто пфофиль рафный долфен быть!

Я слегка склонила голову, изучая лицо Джоша.

– У тебя так забавно губы шевелятся. Вот только ты очень плюешься, когда говоришь. Ты заплевал лобовое стекло!

Джош взвыл и обхватил руками голову.

– Прости, – улыбнулась я, глядя на дорогу. – Теперь мы квиты.

– Фто? – взревел мужчина, убирая руки. – Ты фпециально туда поефала⁈ Ты ф фамого нафала знала?

– Ну…. Я должна была убедиться.

– Фёрт! Я убью тебя, Эфли!

Казалось, лицо Джоша лопнет. Он хватался за волосы, но рвать не решался. Всё-таки уход за ними приличных денег стоил, и облик сердцееда будет подпорчен.

– Только попробуй, – усмехнулась я, сворачивая к стоянке для посетителей Библиотеки. – Я тебя в жабу превращу и сдам на опыты.

Глава 41

Здание Библиотеки – строение, похожее на замок из мрачной сказки. Не настолько красивое, как Академия, но такое же невероятное для улиц обычного города.

Чёрные башни, кружевные лестницы, обвивающие их, и центральный корпус с часами. На площади перед парадной лестницей раскинулся большой круглый фонтан. Красиво и помпезно, как и всё вокруг.

Паркуясь на специально отведённой стоянке, я столкнулась с соседом Мэрионом. Среди магов, гуляющих по площади, я многих знала в лицо или лично. Сосед не был исключением. Он выезжал со стоянки, когда я катила мимо в поисках свободного места.

Посигналив мне, он улыбнулся своей лучезарной белозубой улыбкой. Помахав в ответ, я быстро юркнула между двух карет и заглушила двигатели.

Широкая лестница полукругом огибала площадь. Захочешь – мимо не пройдёшь и обязательно поднимешься к высоким деревянным дверям. Джош с раздражённым видом плёлся рядом, глядя под ноги. Я предположила, что здесь среди прочих много его знакомых и коллег, и он не хотел бы предстать в неприглядном виде.

И когда мы вошли в помещение с высоким потолком, он и вовсе сжался. Схватив со стенда экскурсионный проспект, уткнулся в него носом, спрятав подпорченную физиономию. Я уже потеряла к нему интерес и с раскрытым ртом глазела по сторонам.

Мраморный пол цвета слоновой кости с мозаичным узором, колонны, тянущиеся от дверей, а в центре – великолепный фонтан. Статуя девушки, читающей книгу, переливалась золотыми искрами, как и плещущаяся вода, ласкающая её босые ноги.

Вдоль стен были расставлены мраморные клумбы с благоухающими цветами, а впереди две извивающиеся широкие лестницы с золотыми перилами сходились в одной точке.

Неспешный поток людей стремился к ней и вверх, поэтому я решила – нам туда. И, схватив Джоша под локоть, поволокла его за собой.

Поднимаясь по ступеням, я рассматривала картины, которыми были облеплены стены. Репродукции или оригиналы – увы, я не знаток, чтобы сказать точно. Тем не менее, все они были прекрасны: поэты и писатели прошлых лет, увековеченные рукой мастера.

Мы шли и шли, а лестница не кончалась. Она оказалась ужасно скользкой, и смотреть по сторонам было не лучшей затеей. Пришлось уставиться под ноги. Когда я потеряла счёт ступеням, Джош дёрнул меня за руку, и я подняла глаза.

Перед нами раскинулся широкий коридор, ничем не уступающий по убранству холлу первого этажа. Стеллажи с книгами тянулись далеко вдаль и терялись в бесконечности, а между ними притаились узкие столы с настольными лампами. Читальный зал.

Проходя между рядами секций, я смотрела и с удивлением понимала, что бывала здесь, но не могу вспомнить – когда. Даже запах книг и пыльных ковровых дорожек казались родными…. Когда переходила из ряда в ряд, справа почудилось движение.

Взгляд зацепился за тень, и я обернулась. В помещении заметно посветлело – огромная хрустальная люстра под потолком засияла, ковровые дорожки стали ярче, словно их только постелили, книжные полки совсем новые и пахли древесиной.

Силуэт мужчины в чёрном пальто таял между стеллажами, в полумраке коридора. А я, держась за подол синего длинного платья из плотной шуршащей ткани, спешила за ним, пыталась догнать. Но он торопливо удалялся, пряча на ходу руки в карманы пальто.

– Ты должен понять меня! – крикнула я и остановилась, когда поняла, что бежать за ним бессмысленно.

В горле застрял ком обиды, а на глаза наворачивались слёзы. Мужчина, перед тем, как скрыться за поворотом, бросил через плечо:

– Не могу.

Видение развеялось в воздухе и белой пылью легло на книги, полки и даже пол. Вздохнув, я огляделась и чуть не врезалась в Джоша.

Фыркнув, он подтолкнул меня вперёд и протащил до середины зала.

Воспоминания Линетт чаще и чаще посещали меня, и всегда в неподходящий момент. Ещё не понимая, в реальности или в иллюзии пребываю, я продолжала идти.

Протискиваясь между столиками, мы шли и шли, пока, наконец, не свернули направо. Прошли между высокими, под потолок, секциями и оказались в другом коридоре, более узком и тёмном.

Высвободив руку, Джош опередил меня, не оборачиваясь, и подал знак следовать за ним. Он определённо знал, куда нужно идти, так что я без сомнений шагнула в терпкий полумрак помещения.

Людей здесь сновало гораздо меньше, поэтому мы добрались быстро. Когда коридор оборвался, перед нами раскинулось ещё одно просторное помещение с величественными колоннами и старинными книжными шкафами, уходящими ввысь.

А слева, около стены тянулась длинная стойка из мрамора, за которой стоял молодой человек. Он склонился над книгой, и тёмные, средней длины волосы, закрывали занавесом лицо.

Джош сбавил шаг и направился к стойке, вынудив меня следовать за ним против воли. Остановившись перед парнем, он положил руки на мраморную поверхность, чем привлёк его внимание. Темноволосый не поднял головы – скользнул взглядом по ладоням Джоша, отметил, как он нервно постукивает пальцами, и замер. Его пронзительно голубые глаза буквально светились. От их взгляда мурашки бежали, хотя он ни разу не посмотрел на меня.

Мгновение никто из нас не двигался. Наконец, голубоглазый поджал губы и, захлопнув книгу, выпрямился. Перед нами стоял маг лет двадцати пяти на вид, в чёрном камзоле, подчёркивающем подтянутое тело.

Лёгкая щетина темнела на светлой коже и делала его облик чуть взрослее и мужественнее. Его внешность показалась мне привлекательной и интересной, что-то таинственное скрывалось под ней. Слегка сощуренные глаза изучали Джоша лишь миг. Меня парень рассматривал на порядок дольше.

– Добрый день, – вежливо произнёс маг, и губы изогнулись в приветливой, едва уловимой улыбке.

Приятный тембр, высокий голос, и в душе стало чуть теплее. Этот звук омыл меня, и я ощутила касание где-то глубоко внутри. Я видела мага впервые, но уже доверяла.

И уже знала, кем он являлся на самом деле – фамильяр высшего звена. Главный в свите нашей правительницы, и его воле невозможно противиться. Он – её глаза и уши, живность на улицах Эгморра принадлежала ему.

Они словно нервные окончания в его разуме. Иммунитет к магии здесь не поможет – его сила куда сложнее. Я бы не хотела оказаться во власти другого мага, но смогу ли противостоять Главному фамильяру?

Джош хотел что-то сказать, но вовремя опомнился. Голубоглазый покосился на него, и губы его изогнулись в насмешке. Повесив на лицо скучающе-холодное выражение, фамильяр приподнял вопросительно бровь.

– Чем могу быть полезен?

– Фтенли, – прошипел Джош, но я вовремя подоспела.

Подскочив к нему, встала рядом и лучезарно улыбнулась.

– День добрый. Если я правильно поняла Джоша, вас зовут Стэнли?

Голубоглазый чуть заметно кивнул, и его лицо разгладилось

– Так и есть.

– А меня зовут Эшли. Эшли Хейлтон.

– Я… – начал он, но Джош громко фыркнул и перебил его.

Я и Стэнли покосились на парня. Кажется, он так чихал своими огромными распухшими губами. Эти двое долго сверлили друг друга взглядами. Ничего не понимая, я смотрела то на одного, то на другого. Когда Стэнли поджал губы и откашлялся, то перевёл взгляд на меня и закончил фразу:

– рад знакомству, мисс Хейлтон. Чем могу помочь?

– Мне хотелось бы выяснить кое-что о ваших посетителях. У меня есть номера их ячеек и имена.

– На самом деле, подобного рода информацией….

Стэнли изобразил сожаление на лице, но я отчётливо видела мелькнувшую на нём тень. И уже знала, что услышу в ответ.

Но Джош, фыркнувший в очередной раз, прервал фамильяра. И снова они переглянулись, после чего преобразившийся за мгновение ока Стэнли посмотрел на меня сияющими глазами. И улыбнулся:

– … я охотно поделюсь. Но при одном условии.

– Каком?

– Вы пообещаете мне не разглашать сведения и тот факт, от кого вы их получили. И вы должны просветить меня, почему я должен ею поделиться.

– Ты ифдеваефся? – профыркал Джош и подался вперёд.

Опираясь руками на стойку, он всмотрелся в лицо Стэнли. Тот же, едва заметно отстранился и перекосился, когда смахнул что-то с щеки. Я подавила смешок, втянув шею в воротник плаща.

– Джош, ты довольно странно сегодня выглядишь, – весело произнёс голубоглазый. – Побрился? Или причёску сменил?

Прорычав сквозь стиснутые зубы, Джош резко выбросил руку в мою сторону, и я от неожиданности отпрыгнула.

– Это фсё она! Она налофила на меня фары!

– Что-что наложила? – переспросил с явным любопытством Стэнли. Он уже не скрывал насмешки. Сложив руки на груди, одной потирал задумчиво подбородок и разглядывал плоды моего творения.

– Фары!

– Чары, – вздохнув, протянула я, решив спасти от унижения Джоша. – Я сгоряча наложила на него чары. Хотела, чтобы заткнулся.

– Тогда понятно. Разделяю ваше желание, мисс Хейлтон, – серьёзным тоном проговорил фамильяр и мечтательно произнёс: – Я бы не был столь сдержан….

– А в профлый раз я икал целую неделю! – с красным от злости лицом пожаловался Джош. – Она ниспослала на меня икоту! Я чуть умом не тронулся – невыносимо икать сутки напролёт….

Стэнли поморщился:

– У тебя слюнки, – он покрутил пальцем вокруг своего подбородка. – Вот здесь.

Злобно фыркнув, Джош отвернулся и принялся утираться рукавом. Стэнли же расплылся в довольнейшей улыбке. Похоже, нет ничего лучше для этого парня, чем ирония по отношению к Джошу. Он мне начинал нравиться.

Я стояла и смотрела на него. Тонко очерченное лицо – он казался красивее с каждой минутой. Отчасти надменный, холодный, в глазах такой разум, что кости трещали. Стэнли шутил и улыбался, а под кожей бурлила сила. Я ощущала её на расстоянии.

Наверно, я слишком долго и слишком восторженно таращилась на него. Стэнли смотрел на Джоша. Но вдруг резко обернулся ко мне. Изогнув брови, склонил любопытно голову. Не успела я моргнуть, как Джош аккуратно коснулся пальцем моего подбородка и приподнял. Я и не заметила, что раскрыла рот от удивления.

– Почему она так на меня смотрит? – будничным тоном поинтересовался фамильяр у Джоша, не отводя от меня взгляда.

– Рафпознала твою фущность, – вздохнув, ответил тот и погладил меня по голове. Я рефлекторно врезала Джошу локтем в грудь, и с его распухших губ сорвался всхлип, переросший в тихий смех. – Эшли отличается от других ведьм.

– Да уж, вижу, – оценивающе сощурившись, загадочно протянул Стэнли.

Кажется, он стал понимать фыркающий язык Джоша. Потерев вновь подбородок, фамильяр перевёл на парня взгляд, но только на мгновение. Похоже, ему доставляло удовольствие рассматривать моё лицо.