Текст книги "Тайна кода да Винчи"

Автор книги: Гарольд Голд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 31 страниц)

Глава XXI
ПОДКУП

Кардинал Адриан сидел в своем дворце и не верил, что встречает рассвет. Прошедшая ночь вставала перед глазами как адское видение. Когда к нему подошел папский виночерпий, нервы де Корнето истончились настолько, что он не запомнил ни лица Корнелио Иоджо, ни его фигуры. Помнил только голос – низкий и грубый.

– Я знаю, что тебя послали отравить меня, – сказал ему кардинал. – Сколько ты получаешь за свою работу? Я хочу выкупить у тебя свою жизнь и готов заплатить любую цену. Назови ее.

– Не стоит мне говорить с вами, ваше преосвященство, – буркнул в ответ Иоджо. – Все Кристина виновата, холера ее забери. Хитрее черта баба. Сам не пойму, как она из меня все выудила. Деньги-то я у вас, положим, возьму. Да только воспользоваться ими не успею. Его святейшество мне собственноручно кишки выпустит да на крест намотает.

– Двадцать тысяч флоринов, – медленно произнес кардинал.

Дыхание виночерпия сбилось. Кажется, даже сердце его на секунду перестало биться. На эти деньги можно купить целое поместье! За них во Франции можно стать бароном!

– То вино, что ты получил для меня, – Адриано держался за колонну, чтобы не упасть. В ушах у него шумело, а перед глазами стоял туман, – ты дашь его… дашь его обоим Борджиа. И к утру некому будет тебя казнить. Я дам тебе самую быструю лошадь из своей конюшни. Ты нальешь им и немедленно скроешься. Поднимется паника. Тебя не станут искать. Никто не узнает, что произошло. Все решат, что чаша терпения Господнего наконец переполнилась.

Молчание виночерпия показалось кардиналу вечностью. – Согласен, – наконец прохрипел слуга, словно кто-то душил его. – Как я получу деньги?

* * *

И вот теперь, утром, де Корнето сидел в кресле и не мог поверить. Он один, слабый душой и телом, свершил то, чего не смогли сделать все враги семьи Борджиа! Снова и снова перед глазами стояли папа и Чезаре, опрокидывающие отравленные кубки. Александр VI пошатнулся, потом захрипел и упал на колени. Чезаре схватился за стол, толкнув вазу с фруктами. Красные, как плоды Эдема, яблоки раскатились по каменному полу. Люди шарахнулись от них, будто от крови.

Старый Борджиа упал, у него начались судороги. Но его сын, «кровавый герцог», хоть и был смертельно бледен, стоял как каменное изваяние, с белой пеной, выступившей на губах. Глаза его метали молнии. То был не человек! Он выпил целый кубок кантареллы залпом. Этого было достаточно, чтобы убить десятерых! Но Чезаре стоял. Потом сделал шаг вперед и грохнул кулаком по столу. Он хотел что-то сказать, но не смог. Его подхватили под руки.

Поднялась паника. Обоих Борджиа хотели отвезти в Ватикан. Но Чезаре, превозмогая чудовищную боль, что раздирала его внутренности, приказал везти его в собственный дворец.

Адриано закрыл глаза. Свершилось. На всех углах в Риме уже кричали, что Борджиа хотели отравить кардинала де Корнето, но вмешался сам Господь Бог, и яд оказался в кубке нечестивого папы и его сына! Проклятье легло на род Борджиа!

В это самое время в Бельведере Чезаре метался в горячке. Он принял огромную дозу противоядия и послал к Чевеллини Гонзалеса, чтобы тот заставил аптекаря приготовить еще. Теперь оставалось только ждать и надеяться. Победить яд матери Чезаре могла лишь только его собственная воля.

Уже два дня на всех площадях Рима глашатаи объявляли, что слухи об отравлении папы есть ложь. Ее якобы распространяют гибеллины Орсини, сторонники императора Максимилиана, чтобы опорочить его святейшество. На самом деле Александр VI и его сын стали-де очередными жертвами свирепой римской лихорадки.

Глава XXII
КРАЖА

Прошло какое-то время. Мне казалось, что я сойду с ума. Я успел передумать обо всем – о том, как мне отсюда выбраться, кто может меня хватиться, что я скажу своему адвокату и, главное, как я буду это говорить. Они нарушили все мои права! Это захват человека в заложники – в общественном месте, среди белого дня! Я уже не говорю о черепно-мозговой травме, о наркотиках!

Мне пришло в голову, что в холле кинотеатра «Сгпета-Gold» должны были работать камеры видеонаблюдения. Эту запись нетрудно достать. А на ней будет четко видно, как все произошло, кто на меня напал, как меня избили. И тогда… Я уже представлял себе, как сделаю заявление для прессы, что расскажу об этом Рабине. А если все подтвердится, как я засажу Дональда Сакса…

Вдруг из коридора донесся какой-то шум. Грубый зычный голос командовал:

– Освободите проход! Немедленно освободите проход! Государственная служба по борьбе с наркотиками. Этот человек переводится в специальное учреждение!

– Но документы? Основание? – пролепетал кто-то за дверью моей палаты.

– Государственная служба по борьбе с наркотиками! – ответили ему и, судя по всему, просто оттеснили в сторону.

В палату ворвались пять человек в касках с прорезью для глаз и в черной как смоль форме. Ни такой формы, ни таких странных желтых шифронов я никогда еще прежде не видел. Это какая-то спецслужба…

– Что происходит? – прошептал я.

Но мне и не думали отвечать. Кровать сняли с фиксаторов, выкатили в коридор и почти бегом покатили к лифтам.

– Позвольте, куда вы его повезли? – спросил выглянувший из кабинета человек в белом халате. – Я начальник отделения. Э-э-э! Меня не предупреждали! Подождите! А медицинская карта?…

Моя кровать с грохотом вкатилась в лифт, двери закрылись. На экране побежали цифры – «6», «5», «4»…

Я хотел что-то спросить у этих людей, но даже не знал, о чем. Что делать?! Я привязан – руки и ноги фиксированы. Нужен какой-то план… Надо привлечь внимание людей. Кричать! Да, сейчас двери откроются, и я начну кричать! Там должны быть посетители, кто-то обратит внимание. Но что?! Придумать какую-то фразу – короткую, но чтобы она четко передала смысл. Какую?

На экране лифта – «3», «2»…

Назваться – имя, фамилия. Выкрикнуть, что я заложник. Просто попросить о помощи.

Лифт остановился на первом этаже, двери открылись, кровать оказалась в холле первого этажа больницы.

– Меня зовут… – крикнул я и, ничего не успев сказать, тут же задохнулся. – М-м-м…

Похититель, державший кровать у изголовья, вытащил из-под моей головы подушку и закрыл ею мое лицо. От внезапного удушья у меня началась паника. Кровать на огромной скорости выкатилась через уличные двери, ухнула и влетела в кузов микроавтобуса. Четверо человек заскочили внутрь, еще один подсел к водителю. Двигатель взревел, и машина рванула с места.

ИСТОРИЧЕСКИЕ ХРОНИКИ…

В 1494 году Пьетро Медичи по прозвищу «Безмозглый», старший сын и наследник трона Лоренцо Великолепного во Флоренции, был свергнут. Вместе с младшим братом Джулиано он бежал из города и поселился при французском дворе. Средний сын Лоренцо – кардинал Джованни Медичи, был в это время на службе у папы Александра VI Борджиа. Летом 1502 года Джованни Медичи находился в Болонье в качестве легата (то есть главы папской гвардии).

В 1500 году Людовик XII захватил Милан, низложив Лодовико Моро, герцога Сфорца. Закрепившись в Милане, французы готовились к захвату Ломбардии и Тосканы. С этой целью французский вице-король Шарль Д'Амбуаз заключил военный союз с семьей Борджиа и финансово-политический – с семьей Медичи. Их банк выдал кредит на ведение военной кампании с условием, что после захвата Флоренции Пьетро Медичи будет возвращена верховная власть.

Глава XXIII
БЕГСТВО

Конклав, проводивший выборы папы, не расходился два дня. Чезаре, похожий на мертвеца, вставшего из могилы, и французские кардиналы настаивали на избрании папой среднего брата Медичи – Джованни. Но влияние кардинала делла Ровере, тут же вернувшегося из изгнания и поддерживаемого испанцами, оказалось столь сильным, что надежды на избрание профранцузского папы растаяли как дым.

Когда стало ясно, что кардинал Джованни Медичи не будет избран, Чезаре Борджиа мгновенно скрылся в неприступной крепости Кастелло Сан-Анжело, располагавшейся прямо перед Ватиканом. Он перебежал в замок по мосту-акведуку и забаррикадировался. У стен крепости Чезаре стояли отряды делла Ровере, готовые в любую минут схватить Борджиа и выдать его королю Испании – Фердинанду.

– Хотел бы я знать, зачем он ему понадобился… – проворчал кардинал Ровенна.

Но, так или иначе, выдача Чезаре Борджиа была одним из условий испанской поддержки делла Ровере на конклаве. Снова пошли слухи о тайном союзе Борджиа с испанцами. Впрочем, Чезаре так долго и так успешно играл на противостоянии Испании и Франции, что оба короля – и Людовик XII, и Фердинанд Арагонский – имели к нему большие претензии.

Все два дня, пока шел конклав, Пьетро Медичи провел в карете под стенами Ватикана, дожидаясь вестей от своих доверенных лиц. По правде сказать, он не рассчитывал на своего брата – кардинала Джованни. Было бы глупо полагаться на его слабый характер и гедонистический склад ума. С такими данными можно стать папой только благодаря другим лицам.

Но положение Чезаре было слишком шатким, поэтому оставалось надеяться лишь на удивительные способности Бернардо Биббиены. Секретарь Джованни, ведший все его дела и являвшийся по сути самим кардиналом, – Биббиена был выдающимся интриганом. Так что оставался шанс, что Биббиена сможет так распределить политические силы в конклаве, что его патрон все-таки будет избран.

Но на вторые сутки стало понятно, что даже талант Бернардо бессилен ввести Джованни на папский престол. Около полуночи Пьетро вернулся домой, в римскую резиденцию Медичи, почерневший от волнения и усталости.

– Они выбрали Пикколомини, – старший брат швырнул в угол бархатный берет.

– Забавно, – промолвил Джулиано. – Этот подагрик еле жив. И ведь он не кардинал даже…

– Делла Ровере боится, что его могут заподозрить в отравлении Александра VI, – Пьетро буквально скрежетал зубами. – Вот и выбрали немощного старика, который днями напролет читает себе отходные молитвы! Ровере надеется быть следующим. Черт возьми, нам не хватило всего двух голосов, чтобы избрать Джованни! Единственное радует – что делла Ровере не хватило столько же!

– А когда приедет наш брат-кардинал? – зевнув, спросил Джулиано.

Пьетро едва сдерживал раздражение. После смерти старого Борджиа Джулиано, казалось, окончательно потерял интерес к их семейному делу. Он каждый день бывал в монастыре святого Франциска, день ото дня становясь все бледнее и тоньше. Иногда Пьетро казалось, что в глазах брата появился лихорадочный блеск человека, обреченного на скорую смерть.

– Джулиано, ты сегодня хоть что-нибудь ел?

– Нет. Мне не хочется.

– Ты стал похож на привидение. Тебе надо есть, – озабоченно нахмурился Пьетро.

– Я же сказал, что мне не хочется!

Пьетро хотел что-то возразить, но после всех треволнений последних дней у него просто не осталось сил.

– Как она? – примирительно спросил он.

– Как всегда, чиста и мила как ангел, – последовал ответ. – Знаешь, сегодня мы с ней играли в слова. И она трижды подряд составляла из букв, что ей выпадали случайно, слово БОГ.

– Мне, кажется, тебе не следует проводить с ней столько времени, Джулиано, – проворчал Пьетро. – Все эти игры и прогулки… Добром это не кончится. Что мы будем делать, если она влюбится в тебя?

– Что в этом плохого? – неожиданно возразил брат. – Пусть она немного узнает любовь, прежде чем ты отдашь ее в лапы церковникам.

Руки Пьетро сжались в кулаки.

– Ты с ума сошел?! Черт тебя дери, Джулиано! Она – это все, что у нас есть! Это наш единственный шанс! Тебе мало пажей и камеристок?! Мало проституток в нижнем городе?!

– А тебе разве мало жизни обычного знатного вельможи? Мало одного дворца во Флоренции? Мало тех средств, что у нас есть?! – взорвался Джулиано. – Ты одержим властью, Пьетро! Ты всех нас погубишь! И она станет первой твоей невинной жертвой! Но я не хочу этого! Я много думал и понял…

Пьетро покраснел от гнева, так что казалось, кровь вот-вот брызнет из него во все стороны.

Однако ничего ни сказать, ни сделать он не успел. Снизу раздался ужасный грохот. Ворота ходили ходуном. Казалось, что кто-то пытается высадить створки, заставив целый табун лошадей бить в них копытами.

– Что это?!

Пьетро побледнел и схватился за оружие.

– Быстро! – прошипел он. – Бери Панчифику и уходи через черный ход! Только проверь, нет ли там кого!

* * *

Снизу раздался высокий голос, который впивался в уши, как плотницкое сверло:

– Пьетро! Джулиано! Это Джованни! Бросайте все и бегите к лошадям! Сюда скачут люди делла Ровере!

Пьетро убрал оружие в ножны. Джулиано метнулся к двери и бросился наверх.

– Седлать лошадей! – крикнул он на сонных телохранителей.

В просторной комнате верхнего этажа было две кровати. Одна большая, господская. И низкая, с соломенным тюфяком. Там спала пожилая женщина, мавританка, которую нанял Пьетро.

– Поднимайтесь, – заорал Джулиано, пнув ногой кровать служанки. – Берите только необходимые вещи! Тащите все вниз! Мы поедем верхом.

Панчифика, спавшая на господской кровати, проснулась и заулыбалась, увидев Джулиано.

– Сон, – протянула она, потом сладко потянулась и повторила: – Со-о-о-он!

Медичи подбежал к ней, схватил платье со стула, шкатулку с ее любимыми украшениями и изящный фламандский часослов, переплет которого в свое время по заказу Джулиано выполнил мессере Леонардо. Все это он узлом завязал в шерстяное одеяло.

– Придется ехать, быстро-быстро. Мы поскачем на Брего, почти полетим, – ласково сказал он девушке, стараясь не напугать.

Света в комнате не было. Угадывалась только маленькая и легкая фигурка Панчифики в белой рубашке.

Она испуганно обхватила Джулиано руками за шею:

– Боюсь! Не хочу!

– Надо идти, Конди, надо идти, – повторял Медичи, судорожно набрасывая на плечи Панчифики ее вышитую мантилью с капюшоном и густой кружевной вуалью. Убедившись, что ни лица, ни волос девушки не видно, Джулиано взял ее на руки, как ребенка. Она заплакала и стала сопротивляться. Служанка подхватила узел, собранный Джулиано, и еще какие-то пожитки в холщовом мешке.

Крики на улице усилились. Послышались странные хлопки. Раздалось противное звонкое лязганье клинков. Джулиано показалось, что он слышит голос Чезаре.

* * *

Спустившись во двор, Джулиано едва не задохнулся от едкого дыма. Внизу улицы, в месте, где она сужалась, а углы домов образовывали бутылочное горлышко, шел бой. Верные Чезаре солдаты удерживали отряд делла Ровере, значительно превосходящий их числом. Телохранители Борджиа запалили телеги, стоявшие у войлочной лавки, и перегородили ими проход. Дым служил им отличной маскировкой. Неприятель не мог догадаться о маневрах, происходящих перед его носом.

С другой стороны, где небольшой, узкий и кривой переулок выходил к дому Медичи, смертельно бледный, еще не оправившийся от яда Чезаре жестоко расправлялся с группой наемников, одетых в цвета «Железного кардинала»[1][1]
  «Железный кардинал» – прозвище, данное кардиналу Джулиано делла Ровере, ставшему в 1503 году папой Юлием II, получившим после сражения при Камбри прозвище «Грозный». Его наемники носили красный, белый, желтый цвета. – (Прим. ред.).


[Закрыть]. Пьетро защищал спину Борджиа. Джулиано заметил, что брат держит меч в левой руке, а правую, окровавленную, прижимает к телу, сдавливая пальцами длинный клинок с головой горгоны на рукоятке. В лезвии этого кинжала был тонкий полый стерженек, а в ручке – пузырек с ядом. Достаточно небольшого укола, чтобы убить сильного и крепкого мужчину.

Похоже, кардинал делла Ровере решил избавиться от всех своих врагов разом в течение одной ночи. Его солдаты все прибывали и прибывали, в чаду тут и там проглядывались яркие пятна наемников.

– Джулиано! – из темноты и дыма появился так и не ставший сегодня папой Джованни Медичи.

Он странно кренился в седле, зажимая локтем живот. Его шелковая красная кардинальская сутана была изодрана и обожжена с правого бока. Рядом с ним был его секретарь – Бернардо Биббиена. Одной рукой он держал свои поводья, а другой удерживал сразу двоих лошадей.

Джулиано усадил Панчифику в седло и тут же запрыгнул на другую лошадь.

– Ты ранен? – спросил он у брата.

– И не только я, – последовал ответ. – Скачи во весь дух, Джулиано! По Старой дороге к воротам Августа! Если вас настигнут – убей ee! Она не должна попасть в руки к делла Ровере! Ты понял?! Мы задержим их здесь, а потом рассеемся по городу! Хотя бы кто-то один сможет уйти и разыщет тебя!

В клубах дыма как курица заметалась служанка. Она бросила узлы на землю, вытащив лишь один часослов Панчифики. С диким нечеловеческим воплем она вцепилась в стремя лошади и сунула книгу в руку своей госпожи.

В руке Джулиано свистнула плеть. Девушка закричала и припала к гриве рванувшегося с места тонконогого арабского жеребца. Всадники промчались мимо форумов и уже свернули к Пантеону, когда внезапно из-за угла наперерез вылетел конный отряд. К счастью, Рим уже погрузился в густые сумерки, и охотники не сразу заметили свою добычу.

– Черт! – выругался Джулиано.

* * *

На всех всадниках были желто-бело-красные повязки – цвета делла Ровере. Рука Джулиано потянулась к кинжалу. Он обернулся. Панчифика попыталась улыбнуться ему, но в ее широко открытых глазах застыл ужас.

Неожиданно какой-то круглый предмет выкатился на площадь из переулка прямо под ноги всадников делла Ровере. Он остановился, мгновение был неподвижен, а затем начал бешено вертеться, исторгнув клубы вонючего желтого дыма и снопы искр. Джулиано закашлялся. Глаза слезились. На расстоянии вытянутой руки ничего не было видно.

Он услышал, как чихает и кричит от страха Панчифика.

Неожиданно кто-то взял под уздцы его лошадь. Джулиано выхватил кинжал.

– Тихо! – раздался знакомый голос.

Перед ним стоял мессере Леонардо. Он молча протянул Медичи мокрый платок и жестом показал, что его надо приложить к носу. Точно такой же платок он дал девушке.

Да Винчи сел на своего коня и махнул рукой, чтобы Джулиано следовал за ним.

Они свернули в узкий переулок.

– Лошадей придется оставить, – сказал мессере Леонардо. Глаза его были холодны как лед. – Сюда.

Они остановились у неприметного дома. Фундаментом ему служили стены какой-то античной постройки. Они вошли и постучали в первую дверь справа, им открыл лысый монах-францисканец. Он молча посмотрел на Леонардо, потом на Джулиано, наконец, на девушку и, не говоря ни слова, впустил их внутрь.

Посреди комнаты был открыт люк. Лестница вела вниз.

– Спускайтесь! – коротко приказал Леонардо.

Он улыбнулся испуганной Панчифике. Хоть лица ее ему никогда не показывали – она всегда была либо в кастильской мантилье, либо в арабской чадре, – мессере Леонардо умел чувствовать, в каком она настроении.

– Иди, не бойся, – сказал он. – Я покажу тебе подземный город.

Девушка радостно закивала. Ей нравился этот высокий, красивый мужчина. Он подарил ей занятную книжку со множеством картинок и секретов. Однажды Джулиано позволил ей пойти посмотреть его мастерскую. Там она увидела множество странных вещей.

Особенно ее поразили неоконченные картины и картоны с эскизами. Втайне она мечтала, чтобы однажды мэтр да Винчи написал и ее портрет тоже. Женщины на всех его рисунках выходили такими красивыми…

– Почему ты помогаешь нам? – спросил Джулиано.

– По приказу герцога, – лаконично ответил Леонардо и зажег факел. Пламя было необычно ярким и чуть красноватым.

Когда они спустились вниз, под ногами Джулиано, к его удивлению, оказалась мощеная дорога.

– Куда мы идем? – спросил он, боязливо оглядываясь по сторонам.

Он словно оказался в кошмарном сне. Леонардо вел их через подземный Рим! Очертаниями он повторял верхний город, так как большая часть его построек сделана на фундаментах и стенах тех самых зданий, что сейчас перед глазами Джулиано. Только вместо неба – корни деревьев, спускающиеся в это подземелье из темноты.

Да Винчи шел уверенно, словно часто пользовался этим путем.

– Откуда ты знаешь дорогу? – спросил Джулиано.

– Из Овидия, – спокойно ответил инженер.– У него есть строки, когда герой идет к своему возлюбленному. Он подробно описывает свой маршрут и рассказывает то, что он видит. Когда я в первый раз прочел этот текст, то сразу представил себе это место в Риме. Над нами рыбная лавка, поворот, фонтан, развалины храма Афродиты. Почему мне сразу припомнились эти улицы? Из-за особенностей строительства; планировка современного Рима осталась прежней, изменился лишь вид зданий. Но их расположение точно такое же, как и во времена Цезаря. Эта дорога выведет нас прямо к воротам Августа. Там вас ждет отряд кардинала Джованни. Они проводят вас до самого Милана.

Глава XXIV
«РОБОТЫ»

Когда мне освободили лицо, я едва смог отдышаться.

– Прости, не думал, что ты начнешь кричать…– сказал один из моих похитителей, снимая шлем. – Надо было догадаться. Ну как? Нормально? Дышишь?

– Дик?! – я не верил своим глазам. – Дик, это ты?! Ты с ними?…

Наверное, мои глаза стали похожи на две большие мишени для игры в дартс.

Я смотрел то на Дика, то – с не меньшим недоумением – на трех человек в шлемах и черной униформе с желтыми шифронами, сидящих справа и слева от меня.

– Имею честь представить, – улыбнулся Дик. – Артисты театра «Миллениум». У них очень кстати оказались костюмы из спектакля о вторжении роботов.

– О вторжении роботов… Артисты?…

Я перестал понимать, что происходит. Пригляделся к шифронам, на них действительно были изображены роботы. Трое ребят сняли тем временем свои шлемы и участливо со мной поздоровались. Добрые, открытые лица. Ни коротких стрижек, как у охранников Рабина, ни едких улыбок, как у приходившего ко мне следователя.

– Дик, так это все подстроено? Инсценировка?! Розыгрыш? Зачем?! Куда мы едем?!

– Тихо, тихо. Не кипятись, – попросил Дик. – Сейчас все расскажу… По порядку. Во-первых, я тебя украл.

– Украл? Ты рехнулся, Дик?! Какого черта?!

– А ты хочешь лежать в этой замечательной больнице? – пожал плечами Дик. – Если есть желание, можем вернуться.

Дик открыл заглушку на окне между салоном микроавтобуса и водительским местом.

– Э-э-э… – протянул он. – Мы сейчас поворачиваем.

– Стой! – заорал я.

– Нет, не поворачиваем. Все по плану. Прошу прощения, – ответил Дик и закрыл заглушку. – Так ты дашь мне договорить?

– Да. Да, конечно. Ну?

– Я тебя украл, – повторил Дик. – Это единственный достоверный факт.

«Достоверный факт» – любимое слово Дика. Дик боготворит книгу австрийского философа Людвига Витгенштейна «О достоверности».

– Еще есть вполне достоверная информация о том, как я тебя нашел, – продолжал Дик. – Но в остальном – одни догадки. Целый легион догадок. Хотелось бы и у тебя кое-что узнать. Так что сейчас мы, если ты не возражаешь, заедем в одно тихое местечко, где все и обсудим. А пока – на, одевайся. Надеюсь, я не слишком ошибся с размерами.

И Дик протянул мне комплект одежды.

– Но Дик, у меня сегодня одна важная встреча… И совершенно нет времени, я уже опаздываю. Я должен быть там. Я думаю, что все связано именно с этим.

– Не знаю, что с чем связано. Но все твои сегодняшние встречи, если о них знала Дана, еще вчера отменены. После того, как ты «кинул» Дональда Сакса…

– Это не я! Это он!

– Не знаю, – покачал головой Дик. – В любом случае, ни дома, ни в офисе тебе показываться нельзя.