Текст книги "Во всем виновато шампанское (ЛП)"

Автор книги: Фиона Коул

сообщить о нарушении

Текущая страница: 32 (всего у книги 34 страниц)

– Не знала об этом, – просто ответила она. – Мне казалось, ящик существует специально для почты.

– И потому ты вошла без разрешения в мой кабинет, – сказала Клаудиа и резко выплюнула, – снова!

– О! – заморгала удивленно Грася. – Я обязательно покрою ваши убытки и заплачу за использование ящика! – и обаятельно улыбнулась, хотя прекрасно знала, что на такую как помощница Главы улыбка подействует скорее, как красная тряпка для разъярённого быка. Княжна уже знала, что так просто ее из своего кабинета Клаудиа не отпустит, но ей во что бы то ни стало нужно было отправить письмо Вацлаву, потому что Валеска только что уехала и они должны отправиться за ней, прежде, чем телега покинет пределы города, иначе будет поздно. Да, Грася перестраховалась и положила маячок в одеяло, уверенная в том, что подруга обязательно его найдет. Утро было слишком сырым и холодным, а пани Каревич оделась легко. Грася знала, точнее была уверена в том, что Валеска достанет одеяло, чтобы укрыться им, а значит, непременно найдет и маленький подарок! Гражина даже представила себе, как подруга улыбается находке и закалывает волосы тонкой полоской серебра. Шпилька, не видимая глазу и наполненная силой самой Граси. Отыскать ее сможет только княжна, а значит, она нужна будет Вацлаву и Траю, если что-то пойдет не так и Глава успеет перехватить Валеску первой.

«Все уже пошло не так!» – подумала княжна, глядя в злобные, холодные глаза женщины, стоявшей в дверях. И теперь она убедилась в том, что рассуждала правильно и не ошиблась, когда предположила, что пани Мария присмотрела силу подруги для своей бездарной дочери. Поэтому и послала Клаудиу следить за ней, но Грася не собиралась так просто сдаваться.

«Жаль только, не успела отправить письмо князю. А он ведь ждет!» – Гражина посмотрела на старшую сестру Круга и сделала последнюю попытку, хотя уже и не надеялась на благополучный исход.

– Пани Клаудиа! – взмолилась она. – Ну, позвольте мне отправить письмо. Это последнее, я обещаю! – и улыбнулась, еще очаровательнее, чем прежде. – Отец так ждет весточки от меня? Я отправлю это письмо и больше, клянусь, никогда…

– Хорошо! – к удивлению девушки, ответила ведьма. Но радость ее была короткой.

– Только сперва дай мне прочитать, что ты там написала. Чтобы убедиться, что письмо предназначено именно твоему отцу!

– А кому же еще? – наигранно удивилась Грася, а сама медленно опустила руки, понимая, что сейчас ей предстоит сделать. Она не боялась, она была готова и к такому повороту событий. Старшая сестра Клаудиа была опытной ведьмой, так и Гражина не один год занималась магией, развивая свою силу. Это здесь, в Круге, она расслабилась, потому что играла роль, отведенную ей отцом. Роль сильной ведьмы, но…недоучки. Теперь придется раскрыть свои таланты.

Пани Клаудиа протянула вперед руку, мрачно сверкнув глазами:

– Дай письмо!

Грася сделала вид, что задумалась. Затем медленно подняла правую руку с зажатым в ней белым крошечным прямоугольником бумаги и сказала только одно слово: «Мне жаль!» – после чего щелкнула пальцами и послание исчезло.

– Ах ты, дрянь! – зашипела старшая сестра и вскинула руки, приготовившись наказать строптивую ученицу. Но Грася была готова и нанесла удар первой. Она не хотела причинять вред или боль, но понимала, что с Клаудией иначе не получится. Старшая сестра была намерена навредить ей, выполняя приказ Главы, а этого сделать княжна ей позволить просто не могла. Слишком многое было поставлено на кон и главное – жизнь ее подруги, единственной, кого она смогла принять за долгие годы.

«Не зря же я училась у лучших учителей, – подумала она, – спасибо папе!».

Старшая сестра подобралась в мгновение ока, сконцентрировав силу, предназначенную для удара, на кончиках пальцев. Клаудиа выбросила руки вперед одновременно с Гражиной, но в отличие от княжны, не подумала о том, что получит ответный и такой мощный удар потоком силы. Пани Щенкевич одновременно с выпадом, создала защитную стену перед собой и заклятье Клаудии разбилось о препятствие, в то время как ее собственный удар настиг сестру и опрокинул навзничь. Женщина удивленно моргнула и почти сразу вскочила на ноги, но чуть пошатнулась, пытаясь сохранить равновесие. Грася же приготовилась для следующего удара. Она не медлила и не размышляла о том, стоит ей это делать, или нет. Она просто действовала так, как умела и как считала нужным.

– Простите! – шепнула она и снова ударила. В этот раз магический выброс был такой силы, что пани Клаудиу, так и не пришедшую в себя после первого удара, смело к стене, впечатав в нее неимоверным броском. Она взмахнула руками, словно раненая птица и короткий полет оборвался, а женщина кулем сползла на пол, но все еще была в сознании и что-то бормотала, будто умалишенная.

– Не стоит недооценивать противника! – проговорила Грася, обращаясь больше к себе, чем к старшей сестре Круга. И оказалась права.

Княжна ощутила присутствие призраков раньше, чем они успели напасть. Их было трое: серые бесплотные духи, что раньше плавали по особняку присматривая за младшими ведьмами, а попросту докладывая о беспорядках и недовольных пани Клаудии, которая руководила ими. Вот и сейчас старшая сестра призвала духов, и они напали на Гражину, вынуждая принять бой. Когда-то давно эти призраки были ведьмами, которые жили и работали в Круге и на его благо, но после смерти были или подняты старшими ведьмами, или остались из-за незавершенных дел, хотя сама Грася подозревала, что этих бестий просто отвергла кромка. Тем не менее, они были опасны. Такой дух мог легко завладеть ее телом и подчинить себе, особенно если умершая ведьма была когда-то сильна и могущественна.

Княжна отбивалась от нападавших. Призраки кружили над ней, бросаясь то по очереди, то всем скопом и сколько Гражина не била по ним энергией, стараясь развеять, ничего не получалось.

«Что не так? – подумала она. – Что я упустила!» – и мгновение спустя, когда девушке удалось отбить атаку одной из теней, она поняла свою ошибку.

Не с духами ей следовало сражаться, а с той, что сейчас приходила в себя, лежа у стены и собирая силы. Грасю осенило.

«Так вот кто поднял эти души, превратив в призраки, охраняющие особняк!» – подумала она, едва не вскрикнув от радости осознания того, что нашла решение проблемы. Сконцентрировавшись и собрав силу для мощного удара, молодая ведьма повернулась всем телом к духам и вытянув вперед руки, послала импульс, заставивший призраков отпрянуть прочь. Двое из них пролетели через стену и пропали из виду, а один закрутился волчком под потолком кабинета. Только после этого, обезопасив тыл, княжна повернулась к своему основному врагу и очень вовремя. Бледная и злая, едва державшаяся на ногах ведьма тем не менее, поднималась и уже заносила руки, сотворив заклятье, чтобы нанести удар. И за долю секунды, по движениям руки Клаудии, Грася поняла, что именно хочет сделать с ней старшая сестра Круга.

Она отреагировала молниеносно. Руки привычно вычертили знаки в воздухе, вспыхнувшие пламенем и на секунду опередив Клаудиу, Гражина ударила.

Яркая вспышка осветила кабинет. Всколыхнулись занавеси на окнах, задребезжали стекла и зашатались статуэтки на полках. Поток пламени хлынул из соединенных рук пани Гражины Щенкевич и ударил в грудь помощницы Главы, испепелив ее на месте. Она осыпалась горсткой пепла на ковер, а княжна лишь вздохнула и покачала головой.

Ей почти не было жаль старшую сестру и Грасю радовало только то, что ведьма была достаточно старой, чтобы после нее остался лишь пепел, а не обугленный зловонный скелет.

Несколько долгих секунд Гражина смотрела на дело рук своих, а затем шагнула к магическому ящику и подняв руку, щелкнула пальцами. В тот же миг в ее руке появилось письмо, спрятанное на время в пространственном кармане. Пришло время отправить его адресату, а самой покинуть особняк Круга, но лишь для того, и это княжна знала точно, чтобы вскоре вернуться сюда, предъявив права на более высокий ранг, чем младшая ученица Круга.

Они встретились уже за пределами города, там, где заканчивались домики крестьян и дорога, размытой после дождя серой лентой, уходила в лес. Князь показался Гражине крайне взволнованным, и она разделяла его страхи, потому что понимала, что они не успели и пани Мария действовала решительно, похитив Валеску на пути в Дубны. При этом телега, скорее всего, едва покинула пределы города, когда все и произошло.

«Хитрая старая ведьма!» – подумала Грася и поспешила на встречу Траю и его другу.

– Я не чувствую ее! – такой была первая фраза, сорвавшаяся с губ князя Вацлава. – Почему ты так поздно отправила сообщение.

Княжна вздохнула и покосившись на всадника Смерти, ответила:

– Были проблемы в лице одной настойчивой дамы, которая решила мне помешать!

Во взгляде Трайлетана вспыхнул страх. Он шагнул к княжне и принялся осматривать ее так, словно искал повреждения и раны. Но девушка только улыбнулась:

– Она больше не станет докучать мне!

– Что это значит? – удивился всадник.

– После расскажу! – Гражина повернула лицо к Вацлаву. – Нам не стоит терять время зря. Скорее всего, случилось именно то, что я и предполагала. Валеска у Главы и она перенесла ее туда, где собирается провести ритуал передачи силы.

Князь выругался.

– Но я не чувствую ее, – проговорил он. – Как, скажи, мы теперь найдем Валеску! – в его голосе отчетливо прозвучало отчаяние и дикий страх, который мужчина спрятал глубоко в себе, но не сумел скрыть от ведьмы.

«Так сильно любит свою панну!» – подумала она и вспомнила о той, другой девушке и другом мужчине, которых знала много лет назад. Их любовь была так же сильна и не менее трагична. Но сейчас не было времени предаваться воспоминаниям и Грася это прекрасно понимала.

– Нам нужно перенестись на дорогу! Дальше отсюда! – проговорила девушка. – Вы сможете открыть портал? – она посмотрела на Вацлава. – У меня нет при себе портального камня, но демону вашего уровня это под силу.

– Могу! – кивнул мужчина.

– Попробуйте ощутить ее ауру там, где она обрывается! – попросила девушка.

Вацлав кивнул и отошел на шаг вперед, закрыв глаза и сосредоточенно нахмурив брови. Грася и Трай следили за ним, при этом не произнося ни слова, чтобы не помешать поиску. Сама княжна едва чувствовала нить, тянущуюся от нее к Валеске, но ей было нужно за что-то ухватиться, за что-то более осязаемое и ощутимое. Сильный всплеск энергии или ее выброс, чтобы притянуть к себе путеводную нить, которая сможет отвести ее к подруге.

Князь искал. Время шло и Грася начала волноваться. Она и сама пыталась поймать след, оставшийся от магии пани Каревич, но будто слепой котенок натыкалась на чужую, злую силу. Она смогла увидеть и то, что совсем недавно здесь убили человека. В первую минуту даже испугалась, но затем поняла, кто именно это был.

«Возница телеги, который увез Валеску!» – сказала она себе.

Ведьмы избавились и от него, и даже от телеги с бедолагой лошадью. Как они это сделали и куда подевали телегу, Грася не знала, да и не хотела думать, стараясь сосредоточится теперь только на поиске подруги.

«У князя должно получится лучше, – твердила она про себя, – он связан с любимой более крепкими узами, чем я», – но когда она смотрела на Вацлава, то видела, как он ищет и не может найти, отчего злится на самого себя.

Не выдержав, княжна подошла к мужчине, игнорируя вопросительный взгляд Трайлетана, и положила руку на плечо демона.

– Не переживайте! – посоветовала она. – Мы не опоздаем! – и заглянула в синие бездонные глаза князя, в глубине которых плескался страх. Не за себя, нет. Грася видела, что этот мужчина ничего и никого не боится, или думал, что не боится, до этого самого момента, когда осознание того, что он может потерять единственную любимую и желанную женщину, захватило его сердце в стальные тиски ужаса.

– Мы ее найдем! – повторила девушка.

– Я знаю! – голос мужчины охрип от волнения. – Эта стерва, Мария, слишком хорошо замела следы.

– Тогда откройте свое сердце! – тихо прошептала княжна. – Есть магия, которую не властна скрыть даже Глава Круга при всем ее опыте.

Вацлав сперва удивленно посмотрел на Грасю, а затем понял и кивнул.

– Ты права, – протянул он и снова закрыл глаза, а спустя несколько минут, когда мужчина вдруг неожиданно рванул вперед по дороге, вынудив всадника и Гражину побежать за ним, еще до того, как они ощутили слабый след, оставшийся после портала, княжна поняла: «Нашел», – и ее сердце сжалось в предчувствии грядущей битвы.

– Ну и как? Набегалась?

Голос пани Марии оттолкнулся от сводов пещеры и усиленный многократно, обрушился на меня.

– Я же тебе говорила, отсюда ты не уйдешь. Смирись!

Медленно поднимаясь на ноги, ощупала ушибленную руку. Несколько отстраненно подумала о том, что не стоит беспокоиться из-за синяков, ведь все равно скоро меня не будет. А потом со злостью поняла, что не имею права отчаяться и опустить руки. Ведь там, где-то вне этой пещеры, остались те, кто любит меня и ждет. Их не так уж много, но они есть. Мой Вацлав…подруга, так неожиданно появившаяся в моей жизни, даже обитательницы замка, не все, но большая их часть.

– Сама пойдешь или мне тебя за косу приволочь? – спросила Глава, шагнув из темноты.

– Сама? – спросила я и криво усмехнулась. – Ни за что.

– Жаль! – передернула плечами женщина. – Добровольно отданная сила легче принимает другое тело.

– Я не собираюсь отдавать вам то, что принадлежит мне, – ответила я. – Я не виновата в том, что ваша распрекрасная, но гнилая дочь не получила ни грамма магии.

Сглотнула вязкую слюну и добавила:

– А может быть, это боги так распорядились? Им виднее, пани Мария. Не стоит дарить силу той, которая не сможет ею распорядится. Ваша дочь – зло. Мой дар не для нее.

– Слишком много рассуждаешь, девчонка! – спокойно ответила старшая ведьма и подняла руку. – Хватит болтовни. Не люблю тратить время понапрасну, – и направила ладонь на меня, прошептав какие-то непонятные слова. Я попыталась было дернуться в сторону, чтобы убежать, хотя еще не совсем понимала, куда. Здесь было холодно и дно пещеры, огромной и широкой, занимали жуткие надгробия. Не сложно было догадаться, кто лежит под ними. Главы. Такие же, как и пани Вишневская.

«Будь мой дар не светлым, я бы оставила тебя здесь, – подумала я, – вместе с остальными ведьмами и дочуркой!» – признаюсь, мысли совсем не соответствовали статусу белой ведьмы, но я была так зла и ненавидела этих двоих, понимая, что они, не моргнув глазом сначала отнимут у меня мою силу, а затем и жизнь, действуя жестоко и безразлично. Не потому, что ненавидят, а потому, что им все равно у кого эту самую силу отнять. Просто мне не повезло и выбор Главы пал именно на меня.

– Не дергайся! – произнесла Глава и я почувствовала, будто две руки, состоявшие из плотного воздуха, подхватили меня и поволокли следом за пани Марией, шагающей впереди.

Убежать не удалось. Даже двинуться толком было невозможно – тело сковало, парализовало и все, что я могла делать, это мычать и хлопать ресницами.

– Ты уж прости! – не оглядываясь сказала старшая сестра. – Но мне надоело выслушивать твои претензии и гонятся за тобой по пещере. Выход отсюда есть, но не для тебя! И да, – она соизволила оглянуться, смерила меня взглядом, – я постараюсь, чтобы ты не мучилась, если будешь паинькой.

– Мммм, – ответила я. Хотела сказать, что мне глубоко плевать на нее и ее сострадания, а получилось только это жалкое мычание телушки, которую ведут на убой. Бессилие раздражало. Я отчаянно думала о том, что моя жизнь скоро закончится в этом неприглядном, забытом всеми месте. Когда-нибудь очередная Глава нагрянет сюда и увидит мои кости, а может быть, их найдут, когда будут хоронить пани Марию. Отчего-то мысль об этом немного согрела душу, ведь старая ведьма должна умереть рано или поздно.

«Лучше – рано! – подумала я. – Нет, не просто рано, а сейчас, пока не осуществила задуманное».

Но странная сила продолжала тащить меня в темноту и ничего не происходило. Никто не появлялся, чтобы спасти меня.

«Вацлав!» – отчаянье прогрессировало. Я уже приготовилась плакать, мысленно взывая к своему любимому демону, только разве мог он услышать меня, когда находился так далеко? Отчего-то я была уверена, что эта пещера, могильник Глав, недосягаема для демонов и бывших ведьмаков.

Тем временем мы прибыли на место. Меня наконец-то оставили в покое, и я осталась стоять, глядя на приготовления Главы и ее дочери.

Пани Мария сделала круг из свечей. Пламя полыхало, покачиваясь, и я подумала о том, что движение воздуха может означать близость к выходу. Даже оглянулась, всматриваясь в тьму, лишь вдали разбавленную зелеными огнями. Глава же продолжала свои манипуляции, только теперь она была не одна, к ней присоединилась дочь. Елень вступила в Круг и посмотрела на меня с таким выражением лица, что мне стало совсем дурно.

– Еще немного! – проговорила пани Мария. Она сделала пас руками и все та же сила, что до недавнего времени тащила меня по пещере, подхватила мое непослушное тело и перенесла в круг, поставив рядом с Елень, в каком-то шаге от нее. Девушка повернулась ко мне лицом и застыла в ожидании.

– Смотри ей в глаза! – велела Глава. – И ни в коем случае не разрывай вашу связь.

Я хотела было отвести взгляд, но не смогла. Могучая призрачная рука ухватила мой подбородок и подняла голову так, что наши взгляды с Елень оказались на одном уровне. И только я сделала единственное, что смогла в данной ситуации – закрыла глаза.

– Смотри на Елень! – зашипела пани Мария.

– Мммм! – только и смогла ответить я, мысленно прокричав свое громкое протестующее: «Нет!», – я не хотела так легко сдаваться, тянула время, даже сама не знаю, на что надеялась. Отчего-то вспомнила про шпильку в волосах, подарок Граси. Что, если она догадалась о замысле ведьм, что, если не спроста отдала мне эту простую, но такую важную для меня в этот миг, вещь.

Сама не знаю, на что надеялась. Моя фантазия взыграла, и я отказывалась верить в то, что скоро меня не будет. В голове просто не укладывалось, что я, полная жизни и желания жить, сейчас вот так просто умру из-за капризов двух злобных ведьм.

«Дернул же меня нечистый отправиться в этот проклятый Круг!» – подумала с отчаянием. Но сейчас было слишком поздно что-то исправлять.

«Спасите!» – мелькнула в голове жалкая мысль, а губы лишь беззвучно зашевелились. Когда же я услышала голос Главы, зазвучавший в пространстве пещеры, то зашевелились и волосы на моем затылке. Более ужасного тембра я не слышала в своей жизни. Пани Мария творила какое-то заклинание и при этом ее голос кардинально изменился, стал ниже, такой мрачный, отдающий тленом смерти. На мгновение показалось, что воздух стал холоднее, а затем холодные пальцы легли на мои веки, открывая их с силой. Я не удержалась и посмотрела на Елень, стоявшую так близко от меня, что хотелось кричать, что есть мочи. И я кричала, про себя, разрывая собственный мозг жутким воплем и глядя в глаза молодой ведьмы, ставшие прозрачными и какими-то завораживающе глубокими. Казалось, я взглянула в прозрачную воду горного озера, слишком чистую, в которой видно даже камешки на глубине. Только в отличие от чистой горной воды, то, что таилось в глубине глаз Елень, напугало меня до ужаса. За несколько секунд я увидела все то, что произойдет, если девушка придет когда-нибудь к власти, сменив мать. Моя сила, чистая и светлая, словно лучи солнца поутру, в руках Елень стала черной и смертельно опасной. Если я должна была исцелять, то она – и я это видела отчетливо – будет убивать одним прикосновением.

«Нельзя ей быть Главой! – подумала я. – Нельзя!» – только уже попала в плен ее взора. Елень оплела меня, как паук оплетает паутиной свою жертву, не вырваться, сколько не старайся. Можешь лишь слабо трепыхаться, раззадоривая маленького хищника. Вот так и я со своим жалким сопротивлением, лишь веселила Елень, уверенную в том, что уже скоро она получит все то, чем при рождении меня наградили боги.

Пока я размышляла, Глава продолжала читать заклинание и скоро оно повисло в воздухе почти осязаемое, темное, затмив свет далеких факелов. Даже свечи задрожали. Пламя уменьшилось, распласталось, будто придавленное ладонью.

– Не разрывай связь! – прерван монотонное бормотание, крикнула Глава.

– Я держу ее! – прошептала Елень, по-прежнему холодными пальцами удерживая мои веки. Магия от нее исходила слабая. Ее как раз и хватало на то, чтобы заставить меня не моргать, но при этом слабой ведьме приходилось помогать себе пальцами.

Глаза болели, отчаянно щипало и хотелось моргнуть, но Елень не позволяла меня. Глава же продолжала свое заклинание, по-видимому, сложное и длинное, потому что мы стояли вот так больше трех или даже пяти минут. Я конечно, не была уверена в своих подсчетах, потому что мне сейчас было совсем не до того, чтобы засекать время. Просто внутреннее чутье подсказало.

«Ты отвлекаешься на пустяки! – попыталась внушить сама себе. – Используй свою магию, пока не поздно. Хотя бы закрой глаза!» – да вот только кто позволит?

На губах Елень расцвела улыбка, а воздух вокруг нас неожиданно вспыхнул золотом. Тонкие полосы, словно след от упавшей звезды, вспыхивали в темноте, окутывая нас двоих. Девушка подошла ко мне так близко, что почти прижалась телом, как близкая подруга или сестра. Она не мигая уставилась мне в глаза и, наконец, разжала пальцы, а вокруг нас продолжали вспыхивать золотые росчерки.

«Что происходит?» – то ли подумала, то ли произнесла вслух. А Елень зло улыбнулась.

– Началось! – проговорила она.

И я почти сразу ощутила то, что она имела ввиду. Внутри у меня напряглись все жилы, спину выгнуло на встречу той, что стояла рядом, казалось, какая-то невидимая сила вынуждает нас попросту прижаться друг к другу так близко, что мы станем единым целым, одним человеком, не Елень и не Валеской, а чем-то или кем-то одним. И сопротивляться не было сил. Из тела потянулись незримые нити, причиняя боль и опутывая Елень. Судя по выражению лица девушки, она ощущала то же самое, потому что ее брови удивленно приподнялись и Елень не выдержав, вскрикнула от боли, заставив меня злорадно улыбнуться. А Глава продолжала выкрикивать свои слова и голос ее с каждый новой непонятной фразой, становился громче и отчетливее. Казалось, будто где-то поблизости громыхает гром, а мое тело продолжало единение с телом Елень.

– Больно! – не удержалась дочь Главы, но мать не обратила на это внимания. Мне тоже было больно, только я терпела, не кричала, понимая, что это лишь напрасная трата сил и энергии. Я просто лихорадочно соображала, что могу сделать, чтобы вырваться из этих пут, понимая, что ничем хорошим для меня подобное не закончится.

«Она соединит нас и перекачает мою силу!» – мелькнула в голове догадка. Я попыталась двинуться, но не смогла даже поднять руки. Тело не повиновалось мне, отказывалось повиноваться и это было ужасно и жутко одновременно.

«Если я ничего не сделаю сейчас, то умру!» – понимание страшного финала короткой жизни, придало мне сил. Я сконцентрировалась на своем свете, вспомнила испытание и Вацлава. Вспомнила свои ощущения, когда думала, что должна спасти его, когда так отчаянно хотела, чтобы князь жил.

«Ну, же!» – взорвалось в голове болью и что-то изменилось, совсем неуловимо, но изменилось. Путы, соединившие нас с Елень, стали ослабевать.

Глава поняла, что что-то пошло не так. На мгновение она замолчала, и тишина в пещере стала просто гробовой.

– Ах, ты, маленькая дрянь! – услышала я, прежде чем пани Мария подлетела ко мне. Она вскинула руку, положив ладонь мне на лоб и выплюнула резко: «Pacem», – и тут же лоб обожгло жаром. Я закричала, теряя концентрацию и нити снова потянулись к Елень, снова соединили нас, наверное, еще крепче чем раньше.

– Не смей сопротивляться! – прошипела мне в ухо Глава. – Иначе я сделаю так, что твои последние минуты пройдут в агонии и ты сама будешь молить меня убить тебя! – сказала и отошла на прежнее место. Вскинула руки и продолжила читать заклинание.

… Когда моя сила стала перетекать в Елень, я сразу же ощутила это. Неприятное ощущение, словно сама жизнь покидает тебя. Наверное, так чувствует себя умирающий ослабленный болезнью человек…

Уже скоро я была не в состоянии стоять на ногах и только незримые нити, связавшие нас с Елень, не позволяли мне упасть. А вот девушка менялась. Ее волосы и без того белые, засветились лунным серебром, вспыхнули и глаза, наполняясь каким-то ярким светом, притягательным и пугающим одновременно. Я едва стояла, глядя как расцветает мой враг, в то время как я сама угасала просто на глазах. Жизнь вытекала из меня, делала слабой. Еще немного и я погасну, будто свеча на ветру.

«Вацлав!» – подумала я отрешенно. Его имя было на моих губах, когда я стала покачиваться. Нити отрывались одна за другой, освобождая меня и Елень.

«Неужели, это все?» – мелькнула страшная мысль. Страшная оттого, что мне стало все равно. Нити опустошили не только мою магию, нет…они выпили мою жизнь и чувства. Во мне осталось слишком мало от той Валески, что когда-то вошла в «Черное Крыло», от девушки, которая умела любить. Пустая оболочка с остатками угасающих чувств.

Одна за одной отрывались от тела нити, и я уже едва держалась на ногах, а Елень смотрела на меня и победно улыбалась.