Текст книги "Серые тени (СИ)"
Автор книги: Евгения Сушкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 28 страниц)
Перестать посылать в Автономию целителей было невозможно. Она входила в состав королевства, на ее территории действовали те же законы, а в каждом городе, даже самом маленьком, должны быть в наличии два-три целителя. У оборотней редко рождались дети с таким даром – они в основном боевые маги, способности которых так или иначе были завязаны на физической силе, агрессии и внутреннем звере, и даже среди девушек существовал большой процент одаренных, имеющих чуть менее мирную специализацию, чем у меня. Целители у оборотней если и появлялись – а она все же изредка рождались, инара Милари тому подтверждение, – то ими оказывались физически слабые, чрезвычайно миролюбивые девочки. Поэтому и приходилось человеческим магам отрабатывать обязательную повинность у серых хвостатых подданных Алады.
Обычному врачу, без дара, не всегда удавалось справиться с болезнями иных. Зачастую без направления в правильное русло регенерация оборотней только мешала их работе. Разумеется, родившиеся без магических способностей учились и на врачей и успешно практиковали, но неприятности случались каждый день и, увы, не в единичных количествах, поэтому правительство Фаркасса довольно часто посылало запросы в университеты и академии с просьбами направить в тот или иной волчий город нового целителя.
Забравшись с ногами на сиденье, я обняла колени руками и, устроив на них подбородок, посмотрела в окно. Ничего нового за ним меня не ожидало. Если в первый день мы ехали по югу Алады, и природа радовала глаз разнообразием растительных форм и красок, то по мере продвижения на северо-восток пейзаж все более тускнел и обеднялся. К началу четвертого дня можно было отдать должное разве что ровным мощным елкам, изредка перемежающимся чем-то более тонким и лиственным. Поезд уже набрал обычную скорость, за стеклом мелькал наскучивший пейзаж, поэтому вполне естественно, что вскоре мозг перестал фиксировать изображение, и я унеслась мыслями в другое время и место, безучастно уставившись в окно.
Вчера у моего курса был выпускной. Ребята связывались со мной после вручения дипломов, направлений и благодарственных грамот, и на какое-то время одиночное купе наполнилось смехом и выкриками. Они поздравляли меня – и с официальным окончанием студенческой жизни, и с отличным отдыхом, я, смеясь и почему-то разведя сырость, – их. Возбуждение, облегчение и веселое ожидание явственно слышались в громких голосах. Таша, на день отстранившаяся от проблем с трудоустройством, пообещала дать о себе знать позже, с намечающейся обязательной бурной попойки, но, видимо, так и не добралась до кристалла связи. И я ее совершенно не виню и не обижаюсь. В вечер, когда мы с Диланом первый раз заночевали на берегу, я тоже оставила подругу без подробного пересказа забав прошедшего дня. Свяжусь с ней сама, после того, как обустроюсь на новой жилплощади. Беспокоить ее сейчас, до обеда, не имеет смысла – наверняка отсыпается. Сама прекрасно помню размах и масштабы наших вечеринок и общее паршивое состояние после них.
Заочно пожелав подруге хорошенько отдохнуть, поймала за хвост мелькнувшую мысль о новом доме.
Квартира и маленькая клиника для работы предоставлялись местной властью и становились моей временной собственностью. Со всеми вытекающими. Всеми основными необходимыми лекарствами и оборудованием меня снабжала ринельская больница – официально я приписывалась к ней, все остальное оплачивалось из моего кармана или готовилось самостоятельно. Получалось, по моим представлениям, не так уж много. К тому же и квартира, и клиника располагались в одном здании, что существенно сокращало расходы на их содержание. И практически наверняка обязывало к круглосуточной работе, но с этим вопросом я как-нибудь разберусь позже. Для начала нужно просто увидеть свое пристанище на ближайшие три года.
На вокзале меня встречала инара Милари. И вот эту цветущую женщину, которой не дашь больше сорока, назвали слишком старой? Мне сложно было судить о справедливости высказывания стража, так как инару я никогда не видела – все наши разговоры с помощью кристалла проходили только в голосовом формате, а в этом случае трудно судить о возрасте и внешнем виде собеседника. Но сейчас становилось понятно, что уважаемая тетушка не менее уважаемого стража явно преувеличила степень старости местной целительницы: не знавшие краски каштановые волосы даже седеть не начали, да и кожа в замечательном состоянии. Не говоря уж о фигуре. Нет, определение «старая» инаре совсем не подходит.
Дежурно, одними губами улыбнувшись, женщина шагнула мне навстречу:
– Инари Лиана Ринвей?
– Да. Добрый вечер, инара, – я учтиво склонила голову.
– Добрый, – ее улыбка стала чуть более искренней, в глазах, от которых разбежались лучики едва заметных морщинок, засветилось одобрение. – Где ваш багаж, инари?
– Можно просто Лиана, – я махнула рукой за спину. Следящий за вагоном помог мне донести сумки до выхода, их осталось только вынести наружу. Стоящий за спиной целительницы мужчина тут же вышел вперед, подхватывая мои вещи и быстро, но аккуратно перетаскивая их в задний отсек ожидающего нас кварта. Наглядный пример силы оборотня – три тяжелых сумки он поднял играючи, в то время как мои человеческие родственники с кряхтением перетаскивали их едва ли не волоком.
– Тогда, если это все, Лиана, прошу вас, – инара приглашающе кивнула на кварт. Транспорт явно был служебным – ничто другое не бывает настолько обезличенным. – Что для вас предпочтительней? – задала вопрос Милари, едва мы устроились на сиденьях. – Мы можем сейчас поехать в управление и подтвердить ваше прибытие, а заодно забрать необходимые документы. Или же, если хотите, отправимся сразу в ваш новый дом – ключи у меня с собой.
– Городское управление работает до столь позднего часа? – удивилась я. Ни в столице, ни в моем родном Валлоре добраться до государственных мужей после пяти вечера было невозможно. Сейчас было уже семь.
– Наш вожак… прошу прощения – градоправитель, сложно перейти с привычных старых обращений к общеупотребимым – известный любитель засидеться на работе допоздна, – в голосе Милари, несмотря на укоризну, послышалось восхищение и уважение. – Часто с ним остается почти все управление. В такой час можно быть уверенным, что все еще на рабочих местах.
– А это законно? – усомнилась я, постаравшись, чтобы вопрос прозвучал мягко, с некоторой шутливостью.
– Едва ли, – пожала плечами инара. – Но и плюсы у таких задержек имеются. Множество плюсов, обеспечиваемых потом градоправителем. Со временем во всем разберетесь. Ну так что вы решили? Куда поедем?
– Пожалуй, домой. Я хотела бы привести себя в порядок и освежиться. Не хочется начинать знакомство с местными жителями замученной, только вылезшей из четырехдневного заточения в поезде.
Я заметила, как инара невольно повела носом и поспешно опустила глаза. Уголки ее губ дернулись в попытке сдержать усмешку – вполне удачной, нужно заметить, – за что я была благодарна. И еще раз уверилась в правильности собственного решения. Чувствительность у оборотней намного выше, чем у людей, и я едва ли сейчас могу называться приятной спутницей и собеседницей. Впереди у меня есть еще несколько дней для того, чтобы уладить связанные с переездом дела и завести новые знакомства вне работы. Все это вполне может подождать того момента, как я приведу себя в порядок.
– Хорошо. Кит, – инара повернулась к управляющему квартом оборотню, – в дом инари Лианы, пожалуйста.
Приехали мы довольно быстро. Мой новый домик в Ринеле, городе, разделенном рекой на две части, располагался на той же стороне, что и станция вокзала, но почти на самом берегу. Кит остановился у ведущей к крыльцу тропинки, а дорога резко сделала поворот, чтобы через несколько метров скрыться за ближайшими деревьями. Первые по улице соседи от меня, привыкшей к тесноте столицы, жили на приличном расстоянии – наши дома разделялись широкой полосой сада.
– Пойдемте, Лиана, – инара Милари отвлекла меня от разглядывания, хотя посмотреть было на что.
Я ожидала чего-то… не худшего, нет, просто не такого. Аккуратный двухэтажный домик стал для меня приятным сюрпризом. Светлое крылечко с тремя ступенями, большие окна, аккуратные клумбы – все это в мгновение покоряло сердце. Оборотни проявили небывалую щедрость, предоставляя целителям такие условия для работы и жизни. Вряд ли в другом месте я могла бы рассчитывать на что-то похожее.
Кит достал из кварта сумки и выжидающе глянул на меня. Я, спохватившись, взяла у инары ключ и поднялась на крыльцо. Мои провожатые пошли следом. Дверь я открывала с непривычным для себя чувством собственничества. Пусть и временное жилище, пусть и увидела я его минуту назад – а уже прикипела всей душой и четко осознавала: моё! Переступила порог, и на сердце потеплело. Действительно мое, на ближайшие три года. Короткий светлый коридор вывел в небольшое фойе со стойкой регистрации, лестницей на второй этаж и несколькими закрытыми дверьми. Мне мгновенно захотелось заглянуть в каждый угол, но присутствие оборотней за спиной сдерживало детский порыв. Я еще успею осмотреть дом, изучить любую мелочь.
– Нравится? – улыбнулся Кит. Я невольно вздрогнула. Невероятная улыбка: этакий любезный хищник, зашедший в гости. Впрочем, никакой опасности я от него не чувствовала, а то, что жители Фаркасса воспринимаются чуть более остро – нестрашно, к этому можно привыкнуть.
Милари поддержала вопрос заинтересованным взглядом.
– Очень, – искренне ответила я, снова оглянувшись. Дом пока выглядел запустевшим, но в ближайшее время я собиралась это исправить. – Не терпится осмотреть его весь.
– Тогда не будем мешать, – инара отступила к двери, следом за ней на крыльцо вышел и Кит. Я проводила их до кварта. Перед тем, как захлопнуть дверцу, целительница предупредила: – Завтра утром мы заедем за вами, около девяти часов. Визит в управление все же необходим, заодно проведу для вас небольшую экскурсию по Ринелу. А пока обживайтесь, приводите себя в порядок и наслаждайтесь отдыхом.
– Спасибо, – я благодарно склонила голову. – До завтра.
– До завтра, – эхом откликнулись оборотни, и кварт медленно отъехал, чтобы через секунду, взвизгнув колесами, резко вильнуть по петляющей дороге и исчезнуть за поворотом.
Постояв еще некоторое время на тропинке и просто наслаждаясь свежим воздухом после четырех дней в поезде, я едва ли не вприпрыжку вернулась в дом. По привычке сразу же запершись на все замки, отправилась на собственную маленькую экскурсию. Под лестницей обнаружился небольшой чуланчик, который я сразу же определила как место хранения моющих средств, веников и швабр. Ближайшая к выходу дверь вела в смотровую, которой я осталась полностью довольна: высокий стол-кушетка для первичного осмотра, несколько тумбочек для инструментов, шкафы для лекарств. И много ламп, что было немаловажно. Компактно, все под рукой, но при этом не тесно. Именно так, как нужно при частной целительской практике.
Следующая дверь привела меня в кабинет, удивительно пустой и при всей своей цветовой мрачности удивительно теплый. Наверное, этот эффект создавался за счет дерева, из которого в комнате было сделано все. Кабинет тоже не поражал огромными размерами, но это ничуть не огорчало. Он предназначен только лишь для заполнения бумаг и консультативных встреч с пациентами. Вот пару стульев сюда прикупить придется, но предстоящие траты совершенно не пугали. Даже добавляли нотку удовольствия в общее радостное настроение: ведь я привнесу свои вещи, еще больше закреплю территорию за собой. Постепенно стеллажи заполнятся карточками и книгами, с каждым днем кабинет будет приобретать все более жилой и уютный вид. Понимать это было чрезвычайно приятно.
Конторка-прилавок предназначалась для сестры-помощницы, если в такой возникнет необходимость, и как-то очень правильно располагалась в фойе напротив двери. Рядом нашли свое место два низких жестких диванчика для ожидающих приема больных или их сопровождающих. Я пока не знала, смогу ли нанять кого-то из местных девушек, и мысленно добавила еще один пункт в список всего того, о чем нужно будет разузнать в управлении. Ассистентка и подруга мне определенно не помешает.
Маленькая дверь напротив лестницы пройти на кухню, расположенную в задней части дома. Как и кабинет, в ней преобладало дерево, но стены были выкрашены в приятный молочный цвет, из-за чего она казалась теплее и светлей, чем была на самом деле. Приятно удивила печь, маленькая, закрытая дверцей, с несколькими уровнями регулирования пламени. Такая модель являлась сказкой для любой хозяйки. Холодильный шкаф тоже был куда выше классом, чем могли себе позволить обычные трудяги: вертикальный, разделенный на две части с заключенными в них морозящими заклинаниями разной силы, он стоял в углу и занимал очень мало места. Дома у нас был горизонтальный и с одним отделением, сильно уступающий этому в использовании. Оборотни, очевидно, не скупились, обставляя дом для целителей в надежде поразить и удержать их. Стало даже немножко совестно из-за своих планов уехать, едва закончится срок отработки.
Оглянулась в поисках стола. Для меня привычным было его расположение в центре комнаты – мы с семьей всегда собирались вместе на обеды и ужины, пока сначала Рика, а потом и я не уехали на учебу. Здесь же он скромненько примостился у стены, сравнительно небольшой, с двумя стульями по бокам. Окошко, что странно, оказалось совсем маленьким, позволяя, если стоять рядом с раковиной, увидеть часть заднего двора, радующего сейчас буйством зелени. Зимой и осенью, когда листва опадает, наверняка можно увидеть мост через реку и другую часть города.
Вернулась в фойе. Бросив взгляд на стоящие у дверей сумки, несильно стукнула себя по лбу. Почему я не догадалась попросить Кита поднять их наверх! Мне же самой никогда с этой задачей не справиться! Грустно вздохнула и, пожав плечами, поднялась на второй этаж. Он казался не таким просторным, как первый, но все равно в моем распоряжении оказались собственная спальня, гостевая, туалетно-ванная комната и что-то вроде крохотной уютной гостиной.
Себе я забрала спальню с широким окном, огромной кроватью с пологом на четырех столбиках и множеством разного размера тумбочек для вещей. Удивило отсутствие единого шкафа под потолок, но порадовало – в очередной раз – обилие деревянной отделки. Впрочем, это-то как раз и неудивительно, учитывая, что Фаркасская Автономия – одна из самых богатых лесами областей Алады. Подпрыгнув несколько раз на мягкой перине и уронив на пол несколько подушек, я упала на спину, раскинув в стороны руки, и в этот момент осознала, что я – действительно приехавший на территорию оборотней целитель, а пока не столь тщательно осматриваемое мной здание – мой дом на ближайшие три года.
Мысль вызывала странное настроение, но в то же время – грела. Теперь-то я по-настоящему взрослый самостоятельный человек, который своими способностями может – и будет – помогать иным. Ринел – хорошая возможность отточить дар и принести пользу.
Пожалуй, сейчас я испытывала нечто, похожее на счастье. Не такое безбашенно-эйфоричное, как на Каритане, но столь же ценное для меня.
Глава 2. Безработная видящая
Таша
Было жарко. Поерзав, девушка постаралась избавиться от нежеланного в данный момент источника тепла, но ощущение не пропало, как и давящее на живот что-то. Заворочавшись, но еще не находя в себе сил открыть глаза, Таша нечаянно ударила локтем свою нежданную грелку.
– Успокойся, рыжее чудовище, – простонал Эрик, уткнувшись носом в растрепанные волосы возмущенной видящей и плотнее сжимая руки на ее талии.
– Пусти сейчас же, монстр блохастый! – зашипела она, с большей активностью возобновляя попытки высвободится. – Хвост оторву, если лапы не уберешь!
Оборотень сонно хмыкнул, расслабился и позволил Таше выскользнуть из добровольно-принудительного плена. Добровольного – потому что вчера вечером они наверняка так спать и завалились – в обнимку. А вот на трезвую голову такое соседство показалось неприемлемым, и объятия для девушки стали принудительными. Эрик, к счастью, достаточно хорошо знал характер своей подруги, а потому почти без возражений позволил ей сбежать. К тому же одному на кровати, как выяснилось, намного удобнее: можно раскинуть руки-ноги во все стороны и блаженно расслабиться, соскальзывая дальше в прерванный сон.
У видящей на этот счет были другие планы.
– Звезды, ну и барда-а-ак, – недовольно протянула она, обводя хмурым взглядом комнату. – Никогда раньше не замечала за нами подобной степени свинячества. Нам это до заезда новых жильцов разгребать придется. Как мы впятером умудрились устроить вот это?
– Та-аш, – простонал оборотень, на миг отрывая голову от подушки и мутными глазами глядя на девушку, – все же спят еще. Успокойся, а? Нам можно, у нас вчера выпускной был. Уберем, как только встанем. А сейчас – дай выспаться.
Таша, подумав пару секунд, махнула рукой, милостиво разрешая Эрику занимать кровать и дальше, а сама прошлепала босыми ногами к шкафчику над столом, полки которого она освободила еще два дня назад. Оставила только несколько флакончиков на нижней: знала, что именно а это утро… – бросив взгляд на часы, без особого удивления обнаружила переползшие далеко за полдень стрелки, – ладно, в этот день они понадобятся. Несомненный плюс проживания в одной комнате с целителем – неиссякаемый запас всевозможных зелий. Против похмелья – в том числе. Головная боль и убивающая сухость в горле волшебным образом исчезли, и Таша, отставляя пустой, рассчитанный на одну порцию флакон, посмотрела на комнату определенно другими глазами.
Бардак действительно был, и он ужасал, но сейчас, когда череп не грозил развалиться на части, этот факт не раздражал, а вызывал, скорее, философски-пофигистический настрой. Что они, раньше таких гулянок не закатывали, а потом не убирались общими усилиями? Ну, положим именно такой масштабной – нет, но и примерной и скучной жизнь их компании за последние шесть лет не назовешь, так что ничего незнакомого или непривычного впереди не ожидало. Ну, уборка… Ну, пугающая масштабами… Но ведь оно того определенно стоило. Выпускной из универа в компании лучших друзей – такое бывает только раз в жизни.
Клиа пробормотала что-то с кровати Лианы, и Таша усмехнулась. Получившая вчера отличный диплом новоявленная обучающая сегодня определенно являла собой плохой пример для подражания. Родной альма-матер, кажется, стоит задуматься над тем, что и как они преподносят в этих священных стенах, если даже лучшая ученица курса так безумно радуется, завершив, наконец, обучение. Даже еле выпустившийся Рей, похрапывающий за спиной Клиа, вел себя куда сдержанней. По крайней мере, на церемонии особых чувств он не проявлял, а после… От хорошей гулянки Рей никогда не отказывался, и его приподнятое настроение было связано в большей степени именно с предстоящим массовым отравлением алкоголем, а не с непонятными свитками, вручаемыми высшим руководством.
Ох уж эта церемония вручения дипломов… Скинув со стула на пол небьющуюся посуду, Таша села за стол, положив голову на скрещенные руки и ненадолго погрузившись в воспоминания.
Церемония лично у видящей вызывала противоречивые чувства. С одной стороны, она была несомненно счастлива завершить, наконец-таки, обучение, тянущееся шесть долгих лет, и осознать себя состоявшимся взрослым человеком. С другой – так же сильно расстраивалась из-за того, что эти годы так быстро пролетели, и придется прощаться и с занятиями, и с друзьями, и с веселой порой студенчества. С третьей же… Таша не могла припомнить, был ли в ее жизни хоть один эпизод, когда она была так же растеряна. Диплом она получила, верно… но куда дальше? В структурах законности и власти ей отказали, папины бывшие коллеги тоже не горели желанием принять на работу видящую со стороны, а те варианты, которые не подразумевали использования дара, казались… унизительными после такого дорогого и длительного обучения. С ролью официантки или помощницы по дому справится любая неодаренная, и это заставляло жалеть себя. Может быть, именно поэтому к рассвету она разрыдалась на плече у Эрика, проклиная и собственный редкий узконаправленный дар, и мерзких работодателей, которые не понимают, какой бриллиант они упускают.
Но это было ночью, а днем, на церемонии, Таша и грустила, и радовалась так же, как окружающие ее выпускники. К тому же лишним поводом для появления новых приятных эмоций и волнений стал принц Мэйтис, посетивший стены некогда выпустившего его университета. По традиции, все потоки одного курса на церемонии присутствуют вместе. Неважно, кто ты: боевой маг, целитель, обучающий или провидец – студенты каждого направления поступают и выпускаются единой толпой. И каждый год на церемонии обязательно присутствует кто-то из бывших учеников, знаменитый и успешный. Он произносит напутственную речь, поздравляет выходящих в жизнь специалистов и своим примером показывает, как многого может добиться выпускник. В этом году универ почтил своим присутствием самый известный выпускник целительского факультета – второй наследник Мэйтис. Его появление породило волну трепетных взглядов и робких надежд – ведь принц еще был не женат и даже не помолвлен. А то, что у него есть официальная фаворитка – так когда и кого это останавливало?.. Забавно было наблюдать за тем, как девушки, получающие из его рук диплом, пытаются продлить официальное рукопожатие и стреляют в него зазывными взглядами. Самой Таше сейчас было не до романтики – и уж точно не до пустых мечтаний о втором наследнике престола, но ее мнение разделяли не многие. В основном же прекрасная половина выпускающихся студентов все же попробовала себя в игре «А вдруг мне повезет». Даже Селия, еще одна видящая на их потоке, не устояла перед соблазном дернуть удачу за хвост. Внимания ей принц уделил столько же, сколько и любой другой девушке – то есть нисколько, – но лихорадочный радостный румянец с ее щек не сходил еще долго. Это наводило на размышления, но Таша твердо была уверена, что чужие влюбленности – не та территория, на которую чужим стоит лезть с расспросами, потому и сама ничего не сказала, даже в изрядном подпитии (хотя и хотелось), и Рея одернула, когда он попытался пошутить насчет слишком бурной реакции Селии. Видящая на него обиделась и продолжать вечер в компании «бесчувственных ослов» отказалась. Ее уход, казалось бы, должен был хоть немного пристыдить однокурсников, но они разошлись уже настолько, что их ничего не волновало. И море по колено, и до неба рукой достать.
И то, и то они вчера попытались сделать, со стоном вспомнила Таша, зажмурившись. Сначала искупались в пруду на территории университета, попытавшись потом высушить одежду боевыми огненными шарами, а затем и вовсе забрались на плоскую крышу Башни Предсказаний, на которой прорицатели проводили иногда занятия, с твердыми намерениями поймать хоть одну звездочку. Алкоголь с того момента, как ребята закинули новоприобретенные дипломы в сумки в собственных комнатах, лился почти непрерывной рекой, и железное оправдание собственным глупостям выпускники, слава звездам, имели. Но того, что она рыдала на плече Эрика, жалуясь на собственную судьбу и отчаянно завидуя уже пристроенной Селии, инари Ллоривель искренне стыдилась. В гораздо большей степени, чем всего остального. Хорошо еще, что они оба были достаточно пьяны для того, чтобы не наделать ошибок, и после недолгих совместных размышлений пришли к выводу, что нужно лишь еще больше напиться. Чем и занялись в уже почти бывшей комнате Таши и Лианы, где их догнали остальные. По кроватям и комнатам расползлись уже после рассвета.
Подняв голову, Таша посмотрела на уснувших на одной кровати Клиа, Рея и Миранду, сейчас мирно посапывающих и на удивление удобно устроившихся на столь тесной площади, перевела взгляд на Эрика, который, в отличие от друзей, вольготно развалился на ее собственной постели, и улыбнулась. Будить их было откровенно жалко, до самого утра ведь успокоиться не могли, самыми стойкими оказались. Да и сама она… зачем подскочила, если остальные явно еще нескоро глаза откроют?
Вернувшись к постели, видящая потрясла оборотня за плечо и прошептала:
– Подвинься, хвостатый, моя кровать. Я поняла, что все еще хочу спать.
– Ууу, чудовище рыжее, бездушное, – промычал в подушку Эрик, приподнимая руку и позволяя видящей устроиться рядом с ним. После чего припечатал ладонью к постели, уткнулся носом в макушку и мгновенно провалился обратно в сон. Таша с сонно-удовлетворенной улыбкой скользнула следом, подумав, что Лианы все-таки вчера очень не хватало. Выпускной прошел замечательно, но без целительницы все равно был неполным. Нужно не забыть ей позвонить потом, как все окончательно проснутся…
Возвращение домой оказалось не таким уж и радостным. Нет, Таша рада была оказаться в родных стенах, где ее любят и окружают заботой, но тепло встречи не могло перебить беспокойства и горечи из-за неустроенной жизни. Можно было бы, наверное, и не переживать так сильно из-за работы, а попробовать найти мужа и посвятить себя семье, но инари Ллоривель обладала слишком бойким, слишком деятельным характером, чтобы в одночасье лишить себя возможности дышать полной грудью. Поэтому – нужно искать работу, начинать зарабатывать самой и съезжать от родителей.
Все эти мысли вертелись в голове Таши, пока она сидела с отцом и матерью за ужином, улыбаясь их рассказам и с трудом пропуская мимо ушей намеки заглянувшей на огонек инары Тэллбот о неприлично долгом отсутствии на пальчике девушки помолвочного кольца. К тому же назойливая соседка слишком уж внимательно приглядывалась к ней, словно ища недостатки во внешности или следы скрытого порока на лице, могущие объяснить печальный факт незамужества. Все это тоже не добавляло приятных эмоций встрече. Даже жаль, что отрезвляющее зелье Ли так хорошо действует. Будь Таша хоть чуточку пьяной, она не стала бы терпеть эти разглагольствования.
Но – приходится. Муж инары Тэллбот был едва ли не единственным, кто поддержал инара Ллоривеля после продажи компании. Семья Таши понесла финансовые потери, да, но без средств к существованию они не остались, им не нужно было занимать у друзей и знакомых деньги, но многие все равно прекратили с ними общение. Тэллботы остались рядом и не бросили родителей, поэтому Таша сдерживалась и не высказывала гостье свое мнение относительно ее намеков.
В конце концов, извинившись, она поднялась в свою спальню. В углу еще стояли не распакованные чемоданы, разбирательства с которыми девушка оставила на завтра. Ни она сама, ни родители не ожидали, что в тот момент, как юная видящая переступит порог родного дома, к ним в калитку уже постучится первая сплетница столицы. Поэтому тихого-мирного семейного ужина не получилось, а первые теплые порывы оказались загублены вполне искренним, но слишком навязчивым сочувствием, заставляя мысленно все время возвращаться к тому, что Таше необходимо найти работу. Сейчас – хотя бы какую-нибудь, чтобы иметь возможность оплачивать отдельное жилье.
Взглянув на часы, девушка задумалась о разнице во времени между столицей и Фаркасской Автономией. Кажется, на территориях оборотней сейчас уже дело к поздней ночи, но Ли ведь не обидится, если ее немножечко разбудить?
– Лиана Ринвей. – Таша обозначила адресата, приготовившись за то время, что кристалл будет настойчиво вызывать спящую целительницу, переодеться в домашнее, но, к ее удивлению, Лиана ответила почти сразу.
– Таша! Ты наконец-то проснулась! – Ли улыбнулась, глядя на подругу.
Видящая махнула рукой на переодевание, установила кристалл на столе и села на ближайший пуфик, подперев подбородок кулачками:
– Если имеешь в виду наш долгий и крепкий сон после выпускного, спешу развеять заблуждения: мы уже и проснулись, и комнате первоначальный вид вернули, и даже по домам разъехались.
– То есть ты уже дома?
– Ну да, уже чуть больше часа, – видящая склонила голову набок и прикрыла глаза.
– Радостной не выглядишь, – отметила Ли. В ее голосе послышалось легкое беспокойство. – В чем причина?
– В излишне заботливых соседях, – Таша покосилась на дверь. Даже здесь, на втором этаже, нельзя было укрыться от издаваемого инарой Тэллбот писка. Поморщившись, девушка снова сомкнула веки, наслаждаясь уже только тем, что можно поговорить с Лианой. Целительница на то и была целительницей, что могла помочь и успокоить даже на расстоянии.
– Эй! – возмутилась Ли. – Хватит засыпать посреди разговора!
Маленькая полупрозрачная фигурка нахмурилась, скрестив руки на груди, и Таша хихикнула.
– А что поделать, если выпускной был настолько скучным, что до сих пор зевать тянет.
– А вот про выпускной жажду все знать в мельчайших подробностях, – Ли предвкушающе потерла ладошки и удобнее уселась на… видимо, диване или кровати, только они могли позволить так скрестить ноги.
– Что, рассказывать абсолютно все? – притворно ужаснулась Таша, распахивая глаза.
– Со всеми неприглядными фактами, – требовательно уточнила целительница, приготовившись внимать. По лицу Лианы видно было, что ей не столько хочется узнать обстоятельства попойки, сколько тяжело еще отпустить от себя эту, студенческую часть жизни.
– Начну, пожалуй, с конца, – коварно улыбнулась Таша. – Заинтригую, заставлю нервничать, а сама вернусь к церемонии вручения дипломов и распределения.
– Едва ли у вас могло произойти что-то настолько невообразимое, что мне придется понервничать, – с усмешкой произнесла Ли, хотя юная видящая без труда уловила в ее голосе нотки сомнения.
Выгнув бровь, Таша подарила подруге еще одну лукавую улыбку и, глубоко мечтательно вздохнув, начала рассказа согласно озвученному ранее плану:
– Утром я проснулась в постели с обнимающим меня Эриком. Он удовлетворенно и сонно дышал мне в шею, а его рука – тяжелая, кстати, лапа у волка, – лежала на моем животе… – Увидев, как расширились от изумления глаза Лианы, Таша удовлетворенно кивнула и исполнила угрозу, перескочив на самую скучную и неинтересную часть: – На вручении дипломов присутствовал практически весь наш преподавательский состав, не было только инара Годака, преподающего математическое прогнозирование.
– Таша! – возмущенно воскликнула Ли, обескураженная резким переходом с куда более важной темы. – Перестань! Мне неинтересно вручение! Что там про вас с Эриком?
Оборотень демонстративно вздыхал по рыжей озорной Таше Ллоривель с первого курса, сетуя на то, что жестокая видящая украла его сердце, но отказывается отвечать взаимностью. За шесть лет едва ли не традицией стали шутки и остроты по этому поводу, но никто не верил, что когда-нибудь дело дойдет до чего-то серьезного. Причем не верили как друзья, так и сама «пара». И тут вдруг…
