Текст книги "Игрок, забравшийся на вершину. Гепталогия (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Михалек

сообщить о нарушении

Текущая страница: 114 (всего у книги 159 страниц)

Глава 279. Изнанка героя

Предложив лидеру АК вместо простого показа титула, который всего лишь высветился бы в таблице рейтинга, снять ролик и тем самым не просто щёлкнуть Хохочущую королеву по носу, а со всего размаха отвесить ей леща, Уилл хотел как можно громче заявить о себе. Если уж использовать такой козырь, как титул первого короля, то с вызовом для всего игрового сообщества. Правда, теперь Лерлеи придётся переехать в Нью‑Йорк в элитную школу, которую спонсирует семья Молли. А также не забыть выделить ей охрану.

Наученный горьким опытом, парень знал, что есть множество способов надавить на человека, группу или общество.

Вторым важным аспектом их сделки было то, что Молли предоставит его сестре капсулу. Новую. Ту самую, о которой она упомянула в ходе разговора, пытаясь убедить Уилла помочь ей. А также предоставит ей сопровождающих в мире игры. Ему не пришлось объяснять цель этих защитных мер, собеседница быстро соображала.

Закончив внеплановое мероприятие, Уилл покинул арену, а следом, когда вернулся в неизвестную локацию, покинул и игру. За окном было темно, и, вылезая из капсулы, молодой человек уселся на её край ложа, вслушиваясь в тишину дома. Родные спали и, думая о том, как отреагирует завтра сестра на его выходку, парень тайно мечтал, чтобы это «завтра» вообще не наступило…

– Прости, куда я должна переехать? – девочка сидела напротив брата, и даже обладая хорошей способностью к усваиванию информации, не сразу поняла, что тот сказал.

– В Нью‑Йорк. А что? Хороший город. – Уилл слабо улыбнулся, стоя у плиты и помешивая кашу. Разговор не задался. Стоило ожидать.

– Папа? Ты понимаешь, о чём он говорит? – Лея посмотрела на отца, который только‑только встал и ещё находился в полудрёме.

– Я тебя слышу, но пока не воспринимаю. Дай пять минут, и я‑я‑я… – мужчина зевнул и, хрустнув шеей, направился к кухонному шкафчику за кофе, так и не закончив предложение.

– Сестренка. Выслушай меня. Школа, в которой ты будешь учиться, считается одной из самых лучших в штатах. Плюс… – Уилл не успел закончить предложение, когда Лея его перебила:

– Но я не хочу! Ты разве не понимаешь? Получится, что я снова буду вдали от вас! И это после всего того, что мы и так пережили. – Её глаза стали влажными. Девочка сдерживала подступающие слезы, понимая, что не сможет перечить брату, и ей действительно придётся вновь уезжать из дома. Она добавила, срываясь на крик: – Почему? Почему я должна уезжать?! – Ей всё‑таки не удалось сдержаться, и она, всхлипнув, убежала к себе в комнату, чтобы не плакать на глазах у родных.

– Сын, – Дариус почесал бровь, держа стакан с быстрорастворимым кофе и глядя на хлопнувшую вслед за дочерью дверь, неуверенно спросил: – Что ты натворил?

– Что‑то, что я не до конца продумал… – снимая кастрюлю с плиты и вздыхая, пробормотал парень и направился к сестре в комнату.

Девочка сидела на кровати, вытирая глаза и собирая учебники и тетради. Увидев, что дверь открылась, та отвернулась, чтобы брат не видел её заплаканной.

– Чего тебе?

– Слушай, я знаю, что стоило посоветоваться с тобой, прежде чем отправлять в другой город и другую школу, но…

– Почему вы не можете поехать со мной? – она резко развернулась и уставилась на него. Размазанную тушь и следы слез на щеках было непривычно видеть.

Вопрос застал его врасплох, и Уилл, замерев на пару секунд, наклонил голову и с удивлением понял: действительно, а почему нет? Их с отцом здесь ничего не держит. Его заработка вполне хватит на хорошую жизнь в другом городе. Даже в таком, как Нью‑Йорк.

«Правда, старик так старался найти хорошую квартиру… Хотя, это всего лишь четыре стены. М‑да уж, утро вышло довольно неожиданным не только для Леи…»

– Знаешь, а это хорошая мысль. – Уилл, улыбнувшись, подмигнул, заметив, как глаза девочки широко раскрылись, и уголки её губ приподнялись.

– Ты серьёзно? Не врёшь мне?

– Эй! разве когда‑нибудь такое было?

Лея, встав с кровати, прошла к брату и, уткнувшись ему в грудь, обняла, прошептав:

– Нет. Никогда.

– Что ж. Теперь нужно сообщить отцу, что весь его опыт в поисках квартиры придётся применить в другом городе.

Узнав о том, что именно натворил сын, Дариус открывал и закрывал рот секунд десять, пока, наконец, не сдался на милость богов и, махнув рукой, не ответил:

– Говорил мне дед, много денег – много проблем. Ладно. Я займусь этим вопросом. – И, открывая дверь на балкон, добавил: – Чёрт, а утро так хорошо начиналось…

Второй переезд за последний месяц откладывался, пока не будет найдена квартира, но вопрос с учебой сестры пришлось решать в этот же день. Благодаря связям Молли дело было очень быстро улажено, и Леи разрешили послезавтра же приступить к занятиям на новом месте. Разобравшись с документами и купив билет на самолет, Уилл смог вернуться в игру лишь к трём часам дня.

Личная почта оказалась завалена сообщениями от всех его друзей и знакомых: Пак, Зарница, которая уже и так знала об этом, и решила просто поздравить с выходом из тени, Сарра, даже малышка Эвелия не осталась в стороне. Берсерк и Мистическая тьма тоже отписались с вопросом, что значит «первый король»? И как давно он получил этот титул?

Но помимо этого, Роннальд решил между делом выяснить, на каком этаже находится Уилл.

«Видимо не хочет оказаться там же где и я» – Читая это подумал Ворон.

Все желали ответов на вопросы. И куча сообщений от игроков, которые автоматически отправлялись в папку «незнакомые контакты», были лишь одним из последствий их с Молли короткого видео.

Уже желая закрыть почту, тот вдруг увидел заголовок письма «Покупка земли», от некоего Нейтона Джостера.

«Слишком быстро всё началось». Открыв сообщение, парень увидел незамысловатый текст, сообщающий о том, что такая‑то компания желает приобрести участок на территории его страны. Контакты фирмы и прочие данные были приложены к письму, намекая на то, что всё можно проверить и при желании лично посетить их офис.

– Что ж, а вот и волки в овечьей шкуре… – Решив потратить несколько минут на изучение пришедших сообщений, Ворон наткнулся на ещё несколько десятков подобных и вскоре, закрыв почту, обдумывал ситуацию. Пока рано говорить о чём бы то ни было, но стоит готовиться к нашествию представителей различных компаний прямо на дом.

«Ладно, разберёмся». Очистив разум от бессмысленных волнений, разбойник сосредоточился на текущем задании. Он не стал вчера вставлять последнюю руну. Мало ли что. Вдруг это запустило бы какое‑нибудь очередное испытание, которое он не мог бы отложить.

Не прошло и пары минут, как последняя и самая длинная колонна встала на своё место, и вместе с этим в пространстве над ней открылся проход, из которого вновь доносились звуки грома.

«Видимо, это скрижаль. Только что же это за Обитель Даров?» – разглядывая пришедшее с открытием прохода сообщение, задумчиво произнес Ворон.

Поздравляем! Задание: «Ключ от врат», завершено!

Награда:

+ 35000 XP.

Собираясь шагнуть на лестницу, тот замер и, решив не испытывать судьбу наступая на плиты, тот активировал «крылья», взлетев и направившись к вратам в загадочную Обитель.

Поздравляем! Вы первый, кто посетил скрытую область – Обитель Даров.

Вы получаете:

+ 25 очков влияния;

+ Ранг заклинания «грация медведя» повышен на одну ступень в течение трёх часов.

Проигнорировав оповещение, Ворон пристально смотрел перед собой, туда, где на выжженной земле стояли сотни столбов с распятыми на них существами. Ветви молний играли роль кандалов и плетей.

Столбы, словно громоотводы, притягивали молнии, и прикованных жертв поражала электрическая сила стихии. Не было слышно криков. Их лица и тела чернели плотными корками трескающейся плоти, и казалось, все они уже давно заброшенные трупы, если бы не глаза, в которых давно истлели искры надежды на спасение.

В центре этого кошмара стояла заветная скрижаль, которая и генерировала молнии. Видимо, неизвестный воспользовался силой легендарного героя как средством наказания и, видимо, не раз бывал здесь.

«Это что? Какая‑то пародия на чудовище Франкенштейна?» – подходя ближе и разглядывая жертв, подумал Уилл. Тел было много. Очень много. Среди них парень заметил даже маленьких существ. Дети?!

Сжав челюсти, Уилл тут же побежал вперёд, на ходу надевая наручи, и собирался уже попробовать освободить первое существо, когда его рука столкнулась с барьером из молний.

– Пусти! Р‑ра‑ргх! – Ворон, вскипая, попытался пробиться снова, но все усилия оказались тщетны.

«Может, нужно пройти испытание?» – эта мысль всплыла, пока он в ярости атаковал щит. Пытки детей были неприемлемы для него, и, недолго думая, разбойник побежал к скрижали. Лея все еще оставалась ребенком, и он проецировал её образ на остальных детей, даже в вымышленном мире. Его знания психологии не могли помочь в инстинктивном желании протянуть руку тем, кто был, как и его сестра, беззащитен. Ладонь коснулась холодного камня, и перед ним тут же появилось сообщение:

Внимание! Вы обнаружили скрижаль, оставленную демоническим лордом Зал′Сскаром. Пройдите предложенное испытание.

Награды:

Подсказка к следующему местонахождению одной из скрижалей;

??;

??;

??;

Примечание: Награды будут зависеть от многих факторов, начиная от уровня претендента и заканчивая уровнем чувствительности.

Примечание: ВНИМАНИЕ!!! Обязательно к прочтению! Уважаемый игрок, уровень вашей чувствительности выше 100 %, что позволяет провести полную синхронизацию с вашей памятью и разумом…

Далее шёл знакомый текст, который он получал у скрижали Ахении, и заканчивалось всё как обычно:

…Удачи вам Белый ВОРон.

Принять? Да/Нет.

Подпись:

Замерев на секунду, Ворон всё же принял задание, и как только он поставил подпись, над камнем тут же появился лик героя.

– Поздравляю тебя, посланник. – Её большое, созданное из разрядов молний, лицо, зависло напротив него. – Ты стал ближе к получению моей силы, но чтобы сделать этот шаг, придётся заглянуть в бездну. Готов ли ты?

Голос Зал′Сскары облетел выжженную равнину, застыв на несколько секунд, будто давая слушателю проникнуться ситуацией.

– Готов! Но прежде, позволь мне спросить. Кто приковал этих существ? Кто‑то был здесь до меня? – Уилл знал, что игроки не могли сюда попасть, а значит, стоило получше узнать об NPC, способных дойти до камня героя.

– У каждого из нас были свои проблемы на пути героя. Решения, что я принимала, многим казались жестокими и неоправданными… – Ворон слушал и не понимал. Был ли это ответ на вопрос, или же игнорируя его, собеседница начала предысторию своего испытания?

Пока она говорила, что‑то настойчиво стучало на краю сознания парня, вызывая смутную тревогу. Тем временем герой продолжала:

– Сила, к которой ты так отчаянно стремишься, несёт проклятия всех тех, кого я убила.

Разбойник мог поклясться, что что‑то расслышал в её словах. Что‑то неприятное и в корне отличающееся от всеобщих представлений героев. Пришедшая догадка заставила его широко раскрыть глаза и выдавить:

– Это… Ты приковала их?

– Цель оправдывает средства, мальчик. И не тебе меня судить. – Её голос громыхнул так, что стало ясно, насколько ей не понравилось осуждение в словах игрока. – Думаешь, мира можно достичь бескровно?

– Нет. Но, речь не об убийстве. Ты пытаешь их! И не говори, что среди твоих пленников нет детей. – Уилл обвёл взглядом стоявшие, словно посмертные обелиски, столбы. – Для чего всё это?

– Все те, кого ты видишь, – Да́ры. Вряд ли кто‑то из нынешнего поколения вспомнит о них. Эти существа по‑своему бессмертны, и я нашла способ обезопасить мир от их силы. От силы, способной повлиять на баланс и на тысячелетия погрузить миры в хаос. И да, их уже нет. Это лишь остаточные образы тех, кто когда‑то здесь висел.

– Ты уничтожила всю расу?!

– Речь не о них, юный посланник. – Образ существа из молний вдруг размылся, и разряды, заплясав с ещё большей скоростью, начали образовывать тело воительницы. Она стояла напротив Ворона и пристально разглядывала маленького человека. – Мне и остальным героям приходилось идти на жертвы. Мы теряли дорогих людей ради чужих стран. Терпели боль, чтобы другие смогли жить в мире. Убивали, казнили, уничтожали города и народы лишь бы сохранить равновесие.

– Ты хочешь сказать, что это ты убивала, казнила и уничтожала?

– Цель оправдывает средства! Тебе знакомы выражения: «Пресечь на корню», «превентивные меры»? Это значит, что имея прецедент, повлекший за собой беду, необходимо найти способ противодействия, чтобы устранить причину, способную привести к неизбежному повторению.

– Значит, пытки этих существ – всего лишь превентивная мера? – заглядывая в пустые глазницы образа из молний, холодно прокомментировал Ворон.

– О‑о, я чувствую твою неприязнь, посланник. Не забывай, перед кем ты стоишь! Твоё высокомерие и уверенность в том, что всегда можно найти выход это лишь последствия удачного стечения обстоятельств, но уверяю, ты ошибаешься. Твоя убежденность в собственных силах значит лишь то, что ты ещё не ступал по дну безысходности и отчаяния. Ты лишь прогуливался на берегу их вод, полоща свои изнеженные ножки и глядя на своё отражение. Что ж, пора окунуться, малыш, и увидеть кое‑что новое… – она наклонилась, заглядывая Уиллу в лицо, и продолжила: – Тем, кто не готов к потерям и поражениям, тем, кто впадает в ярость из‑за эмоций, творя бездумные поступки, и не способен контролировать силу, способную влиять на весь мир, не стоит даже приближаться к ней! – Небо громыхнуло, резонируя со словами Зал′Сскар, и герой, выпрямившись, протянула руку, указывая пальцем на разбойника. – Идти на жертвы – значит терять часть себя. Покажи мне, насколько крепка твоя воля!

Уилл не успел дать ответа, картинка перед глазами расплылась, и он в мгновение оказался в пустой комнате, прикованный к колонне, а напротив него висела…

– Нанель? – парень настолько удивился, что не сразу заметил сообщение, пришедшее одновременно с переходом.

Его жена выглядела не менее изумленной, чем сам Ворон. Только её положение было гораздо хуже, чем его. Девушка, обмотанная цепями, находилась над здоровым котлом с булькающей жидкостью, источавшей запах серы. Механизм, к которому крепилась цепь, потихоньку крутился, опуская её всё ниже и ниже.

– Нанель! – Уилл дёрнулся, но его левая рука была примотана такими же цепями.

«Сумеречный шаг!»

Ничего не произошло.

«Сквозь стену!» И снова провал. Цепь блокировала использование навыков. Разбойник находился буквально в паре метров от девушки, рот которой был плотно обмотан тряпкой. В её глазах удивление уже давно сменилось страхом, видимо, она тоже попыталась выбраться, но ничего не вышло.

– Мн‑м‑м?! – Жар от кипящего состава под ногами уже начинал обжигать её ступни, и это лишь накаляло и без того ужасную обстановку.

Разум Ворона находился на пределе. Столь резкая смена действий застала врасплох, и ворох мыслей лишь усугублял ситуацию, мешая сосредоточиться. Как узнать, настоящая ли перед ним Нанель? Не иллюзия ли? Это всего лишь испытание, или её смерть будет окончательной? Как её спасти? Мысли крутились, пока он не увидел мерцающую иконку сообщения.

Выбирайте. Пожертвовать рукой и спасти королеву или же дать ей умереть, но остаться с рукой.

Потерянную руку нельзя будет восстановить обычными способами.

Пожертвовать? Да/Нет

Глава 280. Тёмный обвинитель

– Ты издеваешься?! – Сердце билось о грудную клетку, и Уилл начал испытывать серьёзное психологическое давление. Герой умудрилась найти слабое место и прекрасно этим воспользовалась.

Уилл ещё раз пробежал глазами сообщение. Понимая, что время слишком ценно, он всё же не раз использовал текст сообщений, для того чтобы найти выход из ситуации.

И подобная формулировка означала, что способ восстановить руку есть, а значит, жертва не так уж высока. Уилл уже готов был подтвердить решение, когда, сжав зубы, замер. Способ восстановления, наверняка, будет непросто найти, а битва с Безумием уже вот‑вот должна произойти. Сможет ли он противостоять ему с одной‑то рукой? Неужели система предусмотрела это и специально создала такое испытание?

Парень будто физически ощущал, как утекает время, и предпринял последнюю попытку очертить реальность происходящего. Бусы Калиоты. Одна из них теперь всё время была у Нанель, и он мысленно воззвал к ней, попросив перестать шевелиться. Та, кто была напротив, словно не слышала, продолжая играть отведенную роль, и Уилл почувствовал, как легко стало на душе. Нанель не реагировала, а значит процентов девяносто девять, что она ненастоящая.

– Хорошая попытка, Зал′Сскара, но ты не всё предусмотрела. – Как только в его разуме воцарился покой, висящая напротив копия застыла и медленно развеялась.

– Ты прав. В отличие от Ахеннии или Ариадны, я не очень хорошо могла манипулировать подобными заклинаниями. Я уважала силу, дух и решимость сделать то, на что другие были не способны. Там нет места таким трюкам. В любом случае это было только начало, посланник. Скажем так, проверка. Со временем ты поймёшь, что чем больше силы, тем больше желающих тебя уничтожить… – После её слов взгляд Ворона вновь размылся, и вот он уже стоит на краю пропасти.

«А они прям любят такие места…» – пришла и тут же исчезла мысль.

Он был одет в какие‑то лохмотья. Доступ к инвентарю и навыкам отключен. К его рукам вновь были примотаны цепи, впивающиеся в кожу, которые в свою очередь перекинули через балку нависающей над пропастью крестообразной конструкции.

На концах висели клетки с незнакомыми людьми, глаза которых были связаны, а руки сковывали кандалы. Получалось, что он удерживал их от падения в пропасть.

Снизу доносился рёв нескольких глоток, может, двух монстров, а может, двухсот. Уилл не мог увидеть.

– Что ж, с твоей женой у меня ничего не вышло. Но теперь всё проще. Это те, кого мне когда‑то пришлось судить. Точнее, их образы. Ты можешь спасти их, можешь сбросить обоих, а можешь вытащить кого‑то одного.

– А двоих?

– Не выйдет. Кем‑то придется жертвовать.

– И всё? – Уилл не мог поверить в такое простое испытание. По сравнению с тем, что он пережил во время прошлых прохождений скрижалей, это казалось каким‑то незначительным. Но дальнейшее заставило его быстро передумать на этот счёт.

– Один их них является императором, а другой – обычным крестьянином. Смотри.

Яркая вспышка – и вот он вновь переживает недавний опыт нахождения в чужой шкуре. Какой‑то дворец, пытки слуг, войны, восстания народа и подавления. Множество казней, но тем не менее империя процветает и разрастается.

Вспышка.

Простой дом, он один. Стоп, он чувствует что‑то в руках. Ворон не видит. Кажется, слышно приглушенные голоса. Разбойник пребывал в чьих‑то воспоминаниях, поэтому не мог управлять телом, но этого и не потребовалось. Мужчина открыл дверь, находившуюся перед ним, и зажег свет. Его действия заставили голоса смолкнуть.

Незнакомец, в теле которого Уилл переживал ситуацию, начал спускаться, и взору парня открылись десятки обращенных к нему детских глаз. А затем его рука опускает ещё одного ребенка к остальным, и, медленно разворачиваясь, хозяин тела поднимается наверх.

«Что за?..»

Рабы? Пленники? Он их пытает или насилует? А может, он их спасает? Непонимание, гнев и безысходность сплелись в единый узел, и как только свет в подвал потух, Уилла вышвырнуло обратно на край пропасти.

– Что… Что это было?

– Тебе нужно решить, кто достоин жизни, а кто нет.

– Но это бессмысленно! Я не знаю всей правды. Это всё равно, что выбирать фрукт. Я не могу знать, гнилой он внутри или нет. – Ворон злобно дернул цепями, крича в ответ невидимому собеседнику.

– Ты видел, что они делали. У тебя одна минута, чтобы сделать выбор, посланник.

– Минута?! И что будет, когда она закончится?

– Увидишь…

– Чтоб тебя! Здесь вообще есть правильный ответ?

– Вопрос не в том, что правильно, а в том, что необходимо. Без них мир может стать лучше, а может – хуже. Ты не узнаешь, пока не выберешь.

– Это бред! Как я могу судить незнакомых людей?

– Тебе не помешало это, когда ты казнил тех, кто был невиновен. – Лицо героя соизволило показаться, и её проникновенный голос обрушился на разум разбойника. – Именно твои слова и поступки занесли меч над головой той женщины, чью гибель оплакивал муж. И не она одна стала жертвой твоих убеждений…

– Я… – Ворон проглотил готовые сорваться с языка слова и уставился в землю. – Жизнь моих жителей была важнее жизни врагов. Был шанс избавиться от шпионов, и я им воспользовался.

– Я знаю, но ты поторопился. – Она продолжала говорить, и Уилл понимал, что её слова несут определенный смысл. К сожалению, он пока не видел его. Зал′Сскара же продолжала погружать иглы сомнений в сознание испытуемого: – Ты осудил их, как считал нужным, и спокойно продолжил жить дальше. Это логично. Я могу понять. И сейчас ты видел жизнь этих двоих. Разве этого не достаточно?

– Я видел лишь то, что показала мне ты. Это твоя точка зрения. Не моя. А‑а‑а‑аргх!

‑200!

Болезненный удар в спину заставил Ворона закричать от неожиданности.

– Какого?!

– Это стимул, о котором я говорила ранее. Минута вышла. Теперь каждые пять секунд промедления грозят оборвать твою жизнь. Если ты умрешь, так и не сделав выбор, мы нескоро встретимся вновь. – Лик собеседницы растворился, но голос продолжал громыхать вокруг: – Мне не нужны слабаки, претендующие на мою силу! Жизнь ставит на колени всех, и лишь тот, кто поднялся, достоин уважения. Ты готов драться – я видела это на прошлом испытании. Но готов ли жертвовать собой, другими, временем ради достижения мира, даже зная, что единственным, кто пострадает в итоге – будешь ты?

Она не зря говорила, что любит силу и решимость. Скинуть их обоих? Или одного? Он наблюдал за их действиями через глаза жертв, поэтому понятия не имел, кто есть кто. Кто император, а кто крестьянин? А может, не скидывать никого и умереть?

Та, кто играла роль наблюдателя, сказала, что правильного ответа нет. Ворон должен решить, какое из действий необходимо. Но как это сделать?

Удар! Лезвие невидимого оружия вонзилось под рёбра, на мгновение причинив боль. Парень лишь успел коротко вдохнуть и, оскалившись, медленно выпустил воздух сквозь плотно сжатые зубы.

– Тс‑с‑с.

‑200!

Видимо, урон будет одинаковым, пока его здоровье полностью не обнулят, а значит, у него в запасе есть немного времени. Атака подсекла ноги, поэтому он, натянув цепи, сделал шаг назад, чтобы не свалиться в пропасть. Цепи, чьё назначение было удержать клетки, превратились в инструмент пыток, но урона не наносили. Глядя вперёд, Ворон не хотел узнавать, что произойдёт, если он всё же не удержит их, и вес «грузил» потянет его за собой.

Цель, казавшаяся простой на первый взгляд, была с двойным или даже тройным дном. Слишком много неизвестных переменных присутствовало в этом испытании.

– Но кто из них кто? Как мне решать, если я даже не видел их лиц?

– Значит, ты считаешь, что кого‑то из них нужно спасти?

– Просто ответь, если это… А‑а‑а! – Новый удар пронзил бедро, и Уилла, упавшего на колено, протащило вперёд под тяжестью клетей. Цепи всё сильнее «прогрызали» плоть, разрывая мясо до костей. Встав и успев отойти подальше, Ворон потратил слишком много секунд и вновь получил урон.

‑200!

– С‑су‑ука!

Где выход? Боясь ошибиться, парень пытался понять принцип или идею испытания, но получалась полная ерунда. Герой будто загоняла его в угол, чтобы…

«Чтобы я оказался на самом дне безысходности… – Мысль, словно вспышка, блеснувшая в непроглядной тьме, появилась и стала назойливо крутиться в голове. – Но для чего? Чтобы я поторопился закончить это и совершил ошибку?»

Ожидание атаки со всех сторон здорово напрягало. Когда ты не знаешь, какой орган или часть тела окажется под ударом, ожидая худшего, становишься очень нервным, и не было бы удивительным, если бы кто‑то захотел поскорее с этим покончить.

Удар в живот – и его вновь подкосило.

Новая порция крови пролилась на пятачок земли под ним, но кровотечение было тут же остановлено. Словно опытный палач, прижегший рану, герой равномерно наносила урон и тут же устраняла все дебаффы, наблюдая за тем, как корчится посланник. Зал′Сскар ждала. Неумолимо заставляя Ворона всё глубже и глубже погружаться в воды отчаяния.

Должна ли стать результатом чья‑то смерть, или пути, что маячат перед ним, всего лишь очередная иллюзия? Она так долго говорила о жертвах. О потерях, что несёт с собой выбор, и явно желала что‑то показать ему. Но парень не видел этого. Слепой последователь… Что может быть хуже?

‑200!

Лезвие пронзило щеки насквозь, разрезая язык и нанося такую адскую боль, что Уилл взвыл, харкая кровью и шепелявя, проклиная свою жажду силы.

«Может, сбросить одного из них? Без разницы кого…» – Подобные мысли закрадывались в его разум, грозя затопить собой всё сознание. Боль и предчувствие новой атаки начинали казаться бессмысленными на фоне простого выбора. Что может быть проще? Скинь любого и жди ответа, но где‑то глубоко внутри тот, кто вытерпел не менее страшные муки и пытки, знал, что это будет не его выбор. Остаток разум героя упорно подталкивала его к этому очевидному решению.

Выбор…

Решительность…

Жертвы…

Потери…

Сила…

Ответственность…

Среди всего этого ему не хватало ключевого слова, чтобы найти ответ.

‑200!

– А‑а‑арг! – крик боли от удара в глазницу вырвался из глотки раннего зверя, и залитое кровью лицо уставилось в пространство. – Это бред. Это бред. Это бре‑ед! В этом нет ни капли смысла! – шепелявя и бормоча, а затем срываясь на рёв, повторял Уилл, безуспешно пытаясь найти ответ.

‑200!

Кровь из перерезанного горла густо оросила цепи на руках. Тряпки, что заменяли одежды, уже давно пропитались ей, и он чувствовал, как ноги понемногу скользят по луже из перемешанной с грязью тёмно‑красной жидкости.

‑200!..

‑200!..

…

‑200!..

Ворон стоял на самом краю, из последних сил пытаясь не упасть. Ему казалось, если он пересечёт эту грань, это будет концом. Интуитивно, каким‑то шестым, а может, десятым чувством, он старался отодвинуться от края, но тело было измотано и походило на решетку мясорубки, через которую пропустили пару кусков человечины.

Крохотных сил едва хватало, чтобы удерживать цепи. Изрезанные ими в лохмотья руки не способны были сопротивляться натяжению, и со стороны могло показаться, что те сами стали частью предплечий. Настолько сильно звенья погрузились в его плоть.

Здоровье находилось в красном секторе, но Уилл не видел этого. Его голова, похожая на измочаленную детьми пиньяту, висела на груди, а сам он плохо соображал. Повышенная чувствительность и нервы, натянутые, словно струны, выжали всё, что могли, кроме нежелания упасть вниз. Сам не понимая почему, он не хотел полагаться на волю случая и делать так, как хотела от него герой – позволить кому‑то умереть, не имея свой точки зрения.

‑200!

Мгновение – и всё прекратилось. Боль исчезла, а сам Ворон лежал среди застывших молний. Он не шевелился. Просто не мог. Любое движение отдавало фантомными болями, и казалось, что парень вот‑вот развалится.

Пришло несколько оповещений, но сейчас Уилл хотел просто полежать. Парень чувствовал как по телу, расползается приятная волна лечения и с трудом вздохнул.

– Ты умер, посланник. – В темноте раздался голос героя, и разбойник, разлепив веки, с трудом сфокусировал взгляд на лике остаточного образа.

– Я не прошёл?

– Это не то, чего я хотела, но всё же этого достаточно, чтобы пройти испытание. – Её слова должны были вызвать радость, но он так устал, что больше всего хотел узнать, какой смысл был у всего этого.

– Ты расскажешь, в чём суть?

– Подумай.

– Я… Я не знаю… – Ворон, крякнув от усилий, попытался закинуть руку на лоб, но та почему то была слишком тяжелой. «Твою же… до чего же я устал», – вновь закрыв глаза и не став заморачиваться, он продолжил: – Кажется, всё это имело какой‑то иной смысл. Выбор, предоставленный тобой… Он лежал на поверхности. Было бы просто взять и скинуть их, что одного, что другого. Так же можно было и спасти кого‑то, при этом обрекая второго на смерть, но испытание героя не может быть таким… Таким… – Парень не мог подобрать нужно слово, поэтому замолчал, так и не договорив.

– Что ж, ты прав. Если бы смысл был в этом, то любой проходимец мог бы получить наши силы. Именно поэтому мы оставили часть своего разума, чтобы проследить и убедиться в избранниках.

– Так что в чём же истинный смысл? Ты говорила, что нет правильного ответа.

– Так и есть. Важны были лишь твои мысли. Не поступок. Ты мог сбросить любого из них или же их обоих, но будь это просто желанием избежать боли и морального выбора, ты бы никогда не смог попасть сюда. Но, даже не зная, как поступить, ты не позволил им упасть. Не сделал выбор, но и не положился на судьбу, решив держаться до конца.

– Значит, вот, что нужно тебе? Справедливая смерть? Без шанса спастись и стать лучше?

– То, что мы хотим, и то, что нам нужно, – зачастую взаимоисключающие вещи. Тебе придётся это принять. Эти цепи, что на твоих руках, были символом обязанностей. Герои могут быть монстрами, но лишь для врагов. Герои могут быть миролюбивы, но не для тех, кто грозит балансу. И плевать, каким методом мы добивались этого. У каждого из нас были обязанности, и мы несли бремя, приняв порядок вещей и следуя своим убеждениям. Цепи. Посмотри на них.

Уилл не сразу понял её слова. Он будто просматривал плохо смонтированный фильм, где аудиодорожка отставала от сюжета, поэтому, когда понял, что та сказала, широко раскрыл глаза и попытался подняться, но всё так же не мог пошевелить руками.

– Да чтоб тебя… Я не могу подняться.

– Видимо, эта ноша ещё слишком тяжела для тебя, спрячь их пока.

Ворон, хмыкнув, полез в инвентарь, и наконец‑то понял, о каких цепях шла речь:

«Тёмный обвинитель»

Тип: Аксессуар

Ранг: Эпический

Требования:

Спасти людей: 0/100000

Описание: «Ты чуешь… Чуешь это? Это запах вины, и им пропитана твоя жертва!»

Когда аксессуар полностью заряжен, он активируется в присутствии того, кто в скором времени совершит зло. Маленькое или большое, никто не знает. Так же как никто не знает, свершится ли оно. Вам придётся решать, убить того, кто может стать источником зла, или же отпустить цель. Будет ли это будущий маньяк, тиран или же святой, покажет лишь время, но последствия будут обязательно…

Активация: Опутывают цель (так же действует на игроков), не позволяя активировать навыки и использовать инвентарь.

Эффект: При решении убить цель, поражает её силой тысяч молний.

+ 1 000 000 мгновенного магического урона.

Перезарядка: 7 дней

Примечание:

Не действует на древних могущественных существ;

Не действует на существ с полным магическим сопротивлением.

Привязать? Да/Нет